Жизнь моментом

      Задремавший в кресле Майк резко подскочил, когда на кухне что-то громко бахнуло. Миска с недоеденными чипсами полетела на пол, но сейчас Майку не до этого. Сердце (точнее то, что от него осталось) бешено забилось о рёбра, норовясь их сломать.       В ночной полутьме мало что было видно. Лишь свет от экрана телевизора освещал предметы серой мрачной пеленой, заставляя их отбрасывать фиолетовые пугающие тени. Казалось, время замедлилось: секунды превращались в минуты, минуты в часы…       Майк аккуратно привстал с кресла, пристально смотря в сторону кухни. Всё хорошо, должно быть, он просто забыл закрыть окно и это обычный сквозняк.       Или монстр?       Или аниматроник.       Или призрак…       Майк встряхнул головой. Ему почти тридцать, а он всё ещё верит в эту чушь! Какая глупость! Это просто сквозняк. И Майк в твёрдой уверенности в своей правоте шагнул вперёд… и раздавил чипсину.       На кухне снова что-то грохотнуло, словно намекая, что оно слышало Майка. Слышало и уже идёт за ним.       Мужчина сам не понял, как оказался спрятанным за плотную штору. Словно ребёнок, спрятавшийся от обозлившегося бабая, которым его любили пугать в детстве родители. Отец…       «Господи, соберись, Майк! Ты мужик, тебе почти тридцать и ты боишься сраного сквозняка!», — причитал он сам себе, но уверенности эта речь ему не прибавила ни грамма.       Телевизор продолжал показывать какой-то фильм, на полу валяться остатки чипсов, а на кухне грохотать посудой. Стук собственного сердца бил по ушам тяжёлым молотком.       Это точно не сквозняк. Может, он забыл запереть входную дверь (хотя обсессивные мысли заставляли Майка проверять дверь настолько часто, что однажды тот сломал ручку)? Или какой-нибудь зверёк забрался через открытое окно и теперь громит кухню? А может это был он?..       Майка пробрала дрожь от одной только мысли, что он мог вернуться.       Из-за света телевизора его тень за шторой была видна отчётливо. Поэтому кто бы не находился в данный момент на кухне — он его найдёт.       Зловеще заскрипели несмазанные петли: дверь в кухню медленно, как в дешманском ужастике, отворилась, впуская нечто в зал. Майк в ужасе сглотнул и замер каменной статуей и словно старался слиться с его последней защитой — шторой.       — Ма-айкл…       Скрипучий механический голос резанул по ушам. Майк сжался всем телом, вжимая голову в плечи и зажмуриваясь до цветных пятен перед глазами.       — Ма-айкл-л…       Голос приближался. Он уже совсем рядом, прямо перед его лицом, их отдаляла лишь жалкая, старая штора. Голос вдруг по-детски рассмеялся:       — Ма-айки!       У мужчины отлегло от сердца, когда устрашающий механический голос сменился на голос сестры. От облегчения на мгновенье потемнело в глазах, а ноги подкосились.       Девочка рассмеялась.       — Ты такой трусишка, Майки! Прям как ребёнок.       Внезапные воспоминания из прошлого картинками промелькнули перед глазами. Маленький, круглолицый мальчишка шести лет, прижимая жёлтого медведя к груди, прятался от насмешливого брата за шторой. Теперь и он чувствует себя шестилетним ребёнком, пугающегося собственной тени.       Майкл смущённо распахнул штору, и миру открылся взор на взрослого, тридцатилетнего ребёнка с взъерошенными волосами и глупой фиолетовой пижамой, что делала его ещё больше похожим на ребёнка.       — Иди к чёрту, Бетти. Это всё стресс и недосып, — оправдания Майка потонули в смехе сестры.       Мужчина прошёлся босыми ногами по рассыпанным чипсам и снова уселся в кресло, поджимая ноги под себя. Страх полностью сошёл на нет, дрожь в конечностях унялась, а организм полностью расслабился.       Надо будет снять эту штору.