Вкрадчивый и Робкая

Дорога через лес заняла немалое время, но если бы конь шёл быстрее, то они оказались на поляне раньше. Придворные, заметила Элотиэль, пока не была повешена на дереве, вели своих скакунов с немалым рвением снова спешиться в ближайшие часы. Конечно, они могли ехать быстрее, но ни Элотиэль, ни Леголас этого не хотели и негласно сговорились добираться до места выезда как можно дольше. Когда они подъезжали к лагерю — за несколько миль было слышно веселье, которое распалялось на лесной поляне, — его рука незаметно испарилась, а конь прибавил шаг. За считанные минуты они уже спешивались около перекладины с другими лошадьми: некоторые из них были привязаны, а другие напротив — смиренно перетаптывались с ноги на ногу. Леголас спешился первым и, было, подал Элотиэль руку, как та самостоятельно спрыгнула на землю. — Даже тренировочное стрельбище успели установить, — Элотиэль прищурилась, осматриваясь по сторонам. — С ума сойти, — она одернула камзол и поправила рукава рубахи. Элотиэль хотела прикоснуться к спине и уже успела завести назад руку, но тут же осеклась, опустив ее и распрямив плечи. Она провела рукой по шее коня, а после повернулась в сторону гудящего лагеря лесных эльфов. Пока Элотиэль осматривалась, к перекладине с другими лошадьми подошел один из конюхов. Она пытаясь найти злополучных близнецов Элладана и Элрохира, а также сестру (встречи с которой, как ни странно, на тот момент она не искала) и Манну, чтобы та рассказала, что интересного она уже нашла и отвела ее в шатер. — Как хорошо, что Вы прибыли так скоро, мой принц, — с тенью улыбки проговорил конюх, перед этим поклонившись. — Его Величество ожидает Вас своем шатре. Леголас лишь кивнул ему, а после обернулся к Элотиэль, которая, казалось, уже заметила одного из искомых эльфов. — Мне нужно идти, — сказал он, привлекая ее внимание, на что Элотиэль только поклонилась ему и, будто не замечая, подошла к конюху. Леголас, тихо цокнув языком и мимолетно качнув головой, ушел. Он был не очень доволен тем, что нужно было оставить Элотиэль, но все же было лучше посетить короля, нежели заставлять его ждать и негодовать от того же ожидания. — Вы не видели мою черную лошадь Мор? Ее, насколько я знаю, должны были привести сюда сыновья лорда Элронда, — после отвешенного конюхом поклона, решила уточнить Элотиэль. — Ее видели у озера, принцесса. Оно в полутора милях от той черты леса, — он махнул рукой в сторону чащи. — Вас могут проводить стажи, — конюх указал на эльфов в рыцарских латах, но Элотиэль только покачала головой. — В этом нет нужды. Evyr, garon, (<син.> Благодарю, господин,) — сказала она, чем смутила простого конюха, но его покрасневших ушей не увидела, так как уже направилась к Манне, которая шла ей навстречу. — Ты все-таки добралась, — улыбнувшись, обратилась к Элотиэль Манна. — Да, меня довезли, — она посмотрела в сторону, в которую ушел Леголас, но его след уже простыл. — Мы видели, как близнецы привели Мор. Я забрала твои сумки с неё. Эргабор и Фаруэл уже собирались искать тебя, но наша принцесса, как ты могла заметить, уже прибыла в лагерь с неплохим, как я понимаю, сопровождением в целости и сохранности, — весело говоря, Манна взяла Элотиэль под руку, которая в ответ охотно обвила ее руку своими. — Охотно верю в то, что вы вчетвером сильно переживали за судьбу того, кого должны охранять чуть ли не от погодных невзгод, — саркастически подметила Элотиэль, что вызвало забавное, по ее мнению, выражение лица Манны: она надула щеки, закрыла нижнюю губу верхней и, широко раскрыв глаза, обвела ими круг перед собой. Они шли по окраине лагеря, ближе к лесу, где практически не было подчиненных и придворных лесного короля. Переговаривались об устройстве лагеря, эльфах, которые прибыли на выезд короля, в особенности о молодых эллет, что иногда показывались из-за шатров. — Одна птичка напела, что эта эльфийка, — тихо, практически шепотом, начала говорить Манна, кивая головой в сторону эллет с длинными отдававшими желтизной волосами, которая судорожно оглядывалась по сторонам. — Должна выйти за местного лорда, но, видишь того стража? — она показала в сторону одного из шатров, возле которого стоял рыцарь. — Он охраняет его покои. Поговаривают, что у него с будущей женой его собственного господина некий роман. В спальню не вхож, но все же… Элотиэль тяжело вздохнула и ничего не ответила, хоть и раньше, когда Манна могла принести подобные вести — сплети — о ком-то из знати, реакция ее была незамедлительна. Конечно, она бы не начала принижать этих эльфов в своем кругу, как это могла бы сделать Крейлона, которая осуждала все, что плохо лежало, но проявила бы сожаление и некоторое осуждение, что не вышло бы за грани ее разума. Тогда же Элотиэль промолчала, что привело Манну только к одной мысли — ее принцесса не настроена на подобного рода диалог. Некоторое время они шли молча: Элотиэль не знала, что можно ответить, да и не хотела более на подобное реагировать, а Манна пыталась придумать или увидеть что-то, что могло бы привлечь и внимание ее принцессы. И не прошло и десяти минут, как на глаза Элотиэль попалась эльфийка с немного надменным выражением лица. — Знаешь, кто она? — она указала на эльфийку в чепце, которая, заметив обращенное на нее внимание, скрылась за шатрами, но Манна успела ее разглядеть. — О, и это тоже здесь, — Манна искривилась в отвращении, но Элотиэль не разделила ее настроя. — Это служанка Ее Высочества. Не самое приятное существо. Варзаф сказал, что это нечто начала задирать нос выше макушки после того, как ее назначили к Ее Высочеству, — она нарочно не называла Крейлону по имени. — Считает себя особенной, будто родилась в короне. Ты правда не знала? — Манна удивилась непонимающей Элотиэль, которая только покачала головой. — Она ведь не из наших, да? — Конечно нет. Еще бы кто-то из Рейфорта так себя вел при чужом дворе. Манна яростно отвергнула интерес Элотиэль, но тут же успокоилась. Она не хотела забываться рядом с ее принцессой, хоть они и были связаны дружбой с самого детства. Дружба не давала ей привилегии вести себя неподобающе с членом королевской династии, которой она служила, хоть и принцесса могла позволить подобное ей. Для самой Маннавиэн по ее семейным устоям и личным соображениям это было непозволительной роскошью. Да, она могла передать Элотиэль новости «из-под полы». Это, как для друзей, было не что-то из ряда вон выходящим, но ударяться в сильные негативные эмоции, которые затрагивали еще одну дочь ее короля, Манна не имела права — лишилась его самолично, не желая иметь с этим дело. — Тем не менее, над ней посмеиваются все, кому не лень, — добавила Манна. — Кто-то даже прямо в лицо, тыча пальцем. — Утихомирится, когда поймёт, что от ее важности только слово, — улыбнулась Элотиэль и легонько толкнула Манну локтем, но все же образ служанки Крейлоны не выходил у нее из головы. За все время нахождения в Зеленолесье Элотиэль ни разу не заметила служанку. Даже поблизости с Крейлоной или хотя бы выходящей из её покоев. Да и то, как она сразу же испарилась после обращенного внимания со стороны самой Элотиэль и Манны. Будто служанка не хотела, чтобы её увидели, но нечаянно попалась им на глаза. — Я видела стрельбище, — перешла на другую тему Элотиэль. — Ты бы видела, как его устанавливали и обустраивали. Вот это было зрелище, — хохотнула Манна. — Тут такой ветер поднялся пару дней назад. Мы еле шатры удержали, что уж говорить о каких-то мишенях — разлетелись по сторонам. Пару даже не нашли, хотя возможно они лежат в каких-нибудь кустах под деревом. Они переступили через бревно, которое то ли нарочно положили, чтобы стражи могли сесть посреди ночи, то ли оно упало от тех самых сильных порывов ветра. — Ещё на другом конце лагеря огородили площадку для мечников, — добавила Манна. — Там, вроде как, не ограничивают в выступлении и тренировках. Пока точно не узнала. — Неплохо, — улыбнулась и тихо посмеялась Элотиэль, а после оглянулась. — А близнецов то после «героического спасения» Мор видела? Но Манна в ответ только покачала головой. — Может, они ушли к себе в шатер. Точно не знаю. — Ладно, после утоплю их в какой-нибудь грязи… А мы с тобой, напомни, где остановились? Манна, не говоря и слова, покрепче взяла Элотиэль за руку и резко развернулась. Она потянула её ближе к лагерю, к шатрам, верхушки которых, хоть и были закреплены, но все же медленно развивались по ветру. — С этого и нужно было начинать. К твоему счастью, я уже успела нам урвать еще один завтрак, — чуть подпрыгнув, Манна от радости встряхнула руку Элотиэль. — Ай да я! — Какая умница! — сказала Элотиэль таким тоном, с которым обычно обращались к детям и ущипнула Манну за щеку, что, как ни странно, не очень понравилось стражнице, хоть она и не подала особого вида.

***

Шатер младшей принцессы, который располагался неподалеку от шатра старшей сестры, был не более ванной комнаты: внутри помещалось не более двух лежаков да столешницы, под которой были сложены сумки. Манна, проводив Элотиэль и быстро поев вместе с ней, ушла, как она сказала своей принцессе, на поиски Мор, которой уже точно не было у лесного озера. Итак, Манна ушла в неизвестном направлении, и Элотиэль смогла ссутулиться и просто лечь. Спина достаточно затекла во время езды, но потянуться не было возможности из-за немалого количества подчиненных лесного короля, перед которыми Элотиэль не могла себе этого позволить. Еще в присутствии Манны она сняла камзол, который тут же оказался на лежаке, и развязала рубаху, чтобы завязи не давили на грудь. Когда Элотиэль легла, по шатру разнесся немалый хруст, за которым последовал тихий стон и громкий успокаивающий выдох. Она закрыла глаза и повернулась на бок, но как только Элотиэль начала засыпать, в шатер проник сильный порыв ветра. Кто-то вошел в шатер, но представляться не торопился, как и привлекать хоть чем-нибудь ее внимание, из-за чего сердце почти спящей принцессы забилось с немалой силой. Элотиэль мгновенно раскрыла глаза и поднялась с лежака. Но тут же с облегчением и недовольством выдохнула. На пороге, впуская порывы ветра, стояла Крейлона с невозмутимым выражением лица. — Закрой шатер, — проговорила Элотиэль, надевая свой камзол. — Мне сообщили, что ты уже прибыла, — сказала Крейлона, послушавшись слова сестры. — Да, еще пару часов назад. И собиралась отдохнуть, — как бы невзначай добавила Элотиэль и, несмотря на сестру, налила вина, бутыль с которым стоял на столешнице. — Ты что-то хотела? — она поднесла кубок к губам. — Его Величество король Трандуил желает видеть нас обеих, — она сделала акцент на последнем слове, — на обеде. — С каких пор ты стала посыльным? У него что, нет своих зеленолесских слуг?! — в ответ сказала Элотиэль с некоторым недовольством и с силой поставила кубок из-под вина. Крейлона ничего ей не ответила, и Элотиэль немного покачала головой. — Сейчас я не голодна, так что не жди меня к обеду… — она на секунду задумалась. — Но… Я буду к ужину. Скорее всего, если после сна найду Элладана и Элрохира. — Они тебе должны за лошадь, верно? — цокнув, но более нежно, чем раньше, сказала Крейлона. — О да, — Элотиэль немного нервно провела рукой вдоль камзола и попыталась его поправить, хоть этого и не требовалось. Они более ничего друг другу не сказали — Крейлона, хоть и хотела что-то добавить, обошлась лишь кивком, который ничего существенного не значил, и вышла из шатра, а Элотиэль обратно сняла камзол и неряшливо сбросила его вниз. Ссутулившись, она выпила еще один кубок вина и легла спать.

***

Ближе к вечеру, когда еще не было темно, но приготовление ужина шло полным ходом, Элотиэль, держа руки за спиной, прогуливалась по лагерю придворных лесного короля. Она разглядывала эльфов, единожды заметив силуэт знатной эльфийки, про будущего мужа и стража которой говорила ей Манна. Смотрела на мимо проходящих стражей и на некоторое время задержалась напротив тренировочного поля, где проходила небольшая «битва» между десятком мечников на потеху знатным эльфам. К ее сожалению, а может быть и счастью, заветных, желанных близнецов среди бившихся не нашлось, что было достаточно странно. Элладан и Элрохир бы не пропустили подобное. Они хотя бы были среди смотрящих, но ни одного из сыновей лорда Элронда не было и поблизости. Элотиэль прошла мимо крайних шатров, где остановились служащие королю из тени: придворные эльфы из знатных домов были ближе к центру, где располагались шатры их вечного господина и его наследника, а простые служащие — на окраине, прячась под тенью деревьев. Она подошла к лесной чаще, за которой должно было скрываться озеро, где в последний раз видели ее лошадь. Когда Элотиэль проснулась, Манны не было в шатре, а Фаруэл, которого она встретила выходе, сказал, что они — Эргабор и он сам с Манной — не смогли увести Мор от озера. Вечная спутница принцессы же, по словам стража, пыталась выяснить у конюхов, можно ли было сделать с упрямой кобылицей. Чем дольше Элотиэль вглядывалась в глубины леса, тем больше ей казалось, что озеро находилось в паре шагов от нее, просто хорошо скрывалось кронами деревьев. Но слова конюха о полутора милях не позволяли ей шагнуть в одиночестве за пределы поляны с лагерем. По лагерю пронесся гул. Один из сражавшихся на мечах победил девятерых, а после к ней подошел один из слуг. Эльф, похоже, из-за долгих поисков младшей принцессы запыхался и пытался пригласить ее к вечернему столу при тяжелом и сбитом дыхании. Элотиэль еще раз украдкой взглянула на лес и пошла вслед за слугой. Но она на секунду отвлеклась, когда между ней и слугой прошло несколько задорно смеющихся эльфиек, и потеряла из виду ведущего ее эльфа. — Pan almae, (<син.> Все неладно,) — себе под нос проворчала Элотиэль, пытаясь найти слугу, но тот затерялся в толпе и, казалось, даже не заметил, что им ведомая принцесса больше не следовала за ним. — Ну и куда идти теперь? — Пройдешь еще десяток шатров, повернешь там направо и через дюжину попадешь куда надо, — усмехнувшись, сказал Леголас, который вышел из, похоже, своего шатра. — Можно, конечно, и по запаху дойти, но это будет выглядеть не менее, чем просто странно. — Остроумно, — Элотиэль, хмыкнув, прищурила глаза и покачала головой. — Еще бы, — сказал Леголас и развел руками. — Проводить? — Думаю, я смогу найти дорогу по этому чудесному запаху, — Элотиэль повела носом в сторону и сделала несколько шагов вперед. — Печеные яблоки? — она повернулась к Леголасу, который на мгновение замер. — Скорее груша. С чем-то молочным и пряностями, — чуть задумавшись, проговорил Леголас. — И сладким… — он поджал губы. — Может быть тыква. Не сдержавшись от услышанного, Элотиэль хохотнула, чем вызвала непонимание принца. Она снова покачала головой, а после продолжила путь к трапезному столу. — Кажется, кто-то намеревался проводить меня через эти дебри шатров и непроходимых диких троп, — ехидно улыбнулась Элотиэль и повернулась к нему, но продолжила идти, из-за чего возле одного из пристанищ знатных эльфов зацепилась ногой за корзину. Она не удержалась и, как бы ей этого не хотелось, упала на землю. Наспех протянутая рука лесного принца не помогла и на мгновение, благодаря чему по траве покатилось несколько лимонов. Несколько неподалеку стоящих эллет обернулись и посмотрели на Элотиэль, но та тут же поднялась (Леголас даже не успел еще раз протянуть руку помощи) и поправила камзол изнутри — опустила руку под него, а после прикрыла волосами. Принцесса хотела уже самолично начать собирать цитрусовые, как Леголас остановил ее, ухватив за локоть, а после подозвал мимо проходящую служанку. Они ушли в сторону от корзины — Леголас все еще держал Элотиэль под руку, но та, быстро опомнившись, незамедлительно и аккуратно в то же время высвободилась из хватки. Она прекрасно понимала, что ни он, ни она из-за крови не смели на глазах подданных элементарно поднять то, что упало по их вине. Элотиэль это не нравилось, несмотря даже на падение на глазах чужаков, но делать более ничего не могла. — Итак, — после недолго молчания начал Леголас, обойдя одного из зеленолесских князей. — Как находите выезд? — Скучно, Ваше Высочество, — в который раз заведя руки за спину, с той же манерой, что и Леголас, ответила Элотиэль. — Пока что ничего особо привлекающего взор не нашла. Если, конечно, пока я спала, никто не устроил дебош. Ее слова вызвали очередную улыбку на лице Леголаса, но она тут же пропала, когда в поле его зрения попала одна знатная дама. Элотиэль её тоже заметила и обратила особенное внимание на взгляд, с которым она оглядывала их. — Прошу простить меня за откровенность, — более серьёзно заговорил он. — Но, думаю, как вы знаете, у меня не очень хорошо получается наладить отношения с Вашей сестрой. — У нее мало с кем получается ладить. Кажется, та же самая проблема и у нашего отца. Он редко когда общается с кем-то из посторонних… Даже иногда игнорирует своих близких, нужно признать, — спокойным тоном, но с некоторой горечью отвечала Элотиэль. — Но для чего Вы со мной этим поделились? — спросила она, краем глаза смотря на все ту же, но только уже проходящую мимо даму, которая не отводила от них глаз. — Хоть мы с Вашей сестрой и не раз встречались до приезда в дом моего отца, но Вы о ней, полагаю, знаете в любом случае больше, — он ненарочно коснулся мантии, из-за чего та немного съехала с плеч. — Например? Что Вы хотите узнать? — она осмативалась по сторонам, но и на секунду не смотрела в его направлении. — Например, почему принцесса предвзято относится к близнецам, скажем? — Она, — Элотиэль хмыкнула, — не любит веселье. Скорее, даже не переносит, когда рядом с ней обезьянничают. Ни разу не видела, чтобы во время нашего общего пребывания в Ривенделле Крейлона хотя бы раз улыбнулась от того, что устраивают Элладан и Элрохир. Ведёт себя так же, как и отец, повторюсь. — Но а Вы в этом деле ее противоположность? — заметил Леголас. — Можно сказать и так. Но не постоянно. То есть, иногда можно и повисеть на дереве, знаете ли, — ответила Элотиэль, посмеявшись над самой собой. — Ну или, может, прыгнуть с самого высокого выступа в реку Ривенделла. Или же устроить заезд на лошадях по округе. В общем, заняться тем, что не подобает эльфийке с прямой осанкой и высоко поднятым с рождения подбородком. — Прошу прощения, но из-за этого вы с ней тоже плохо общаетесь? — Одни извинения, — она пришурилась. — Скорее, у нас не самые приятные взаимоотношения в большей мере из-за раздельного воспитания. Она была подле короля, а я в отдельной резиденции с королевой-матерью. Это была не наша прихоть, сразу скажу. Воле государя не смеет кто-либо противиться. Правда, недолго… — Элотиэль немного замялась, с немалым недовольством вспоминая детство. — Маму вернули в столицу, а меня отправили то к дедушке лорду, то в другие королевства. Один раз даже, помню, была в Зеленолесье, когда возвращалась из Лотлориэна к родителям, но Вас не было. Леголас ничего ей не ответил, лишь кивнул. — Мы с ней друг друга просто не понимаем в нужной мере. И этого уже не изменить… Разделили слишком рано, но а свели поздно… — Элотиэль не до конца понимала, зачем Крейлона попросила отца оставить сестру вместе с ней на год в Зеленолесье, но ничего говорить про это не стала. — Что Вы ещё хотите знать? — она посмотрела на Леголаса — Может, чем она увлекается в свободное время? — Это немного забавно. Никогда её не видела при каком-нибудь особенным ручным делом. Возможно, конечно, она вяжет и шьет. Насколько помню, ещё до отъезда, у нас с ней была одна надзирательница. Другим словом и не назовешь ее. Ужасная женщина, — Элотиэль достаточно выразительно посмотрела на своего спутника, который только и делал, что внимательно слушал. — Пишет она красиво… О, она ведёт переписку с дедушкой. Что не день, вижу, как она передаёт письма, чтобы их отправили к нему. — А что насчет Вас? — снова решил уточнить и мало-мальски поддержать беседу Леголас. — Всё то, что ей претит. Чтение Крейлона не отвергает, но уж точно не засыпает в библиотеке. Да и с детьми нашей знати, которые должны будут присягуть ей на верность, беседы особой не ведёт. Обожаю слушать или просто читать их рассказы о том, что происходит на окраинах страны. Иногда это полные небылицы — чудовища в мертвых озёрах, к примеру. Но часто и разговоры о заморских гостях с Востока… Скачки она тоже не особо жалует, хотя на спине коня держится неплохо… Они почти прошли десяток тех самых шатров, после которых нужно было повернуть, как Элотиэль остановилась возле одного из них. Оттуда выходила одна из служанок с подносом в руках и белоснежным чепцом на голове. — Простите, — Элотиэль остановила служанку, на подносе которой стояло две посудины, — для кого эти блюда? Служанка, поняв, что к ней обращалась принцесса, рядом с которой стоял сын Его Величества, тут же поклонилась. Она чуть не уронила поднос с едой, но Элотиэль успела подхватить его, чем ввела эльфийку в краску. — Прошу прощения, Ваше Высочество. Я… Я-я-я не хотела… — чуть потрясываясь, начала бормотать служанка, и Леголас, было, хотел что-то ей сказать, но Элотиэль оказалась в этом деле быстрее. — Не смейте извиняться, — спокойно и даже ласково проговорила Элотиэль. — Так и для кого же предназначены эти порции? — Для сынов лорда Элронда, принцесса, — служанка сильнее сжала поднос, но Элотиэль указала ей на рядом стоящую бочку. — Когда будете возвращаться, заберите эту еду, — сказала принцесса и служанка не смела ослушаться: оставила поднос и ушла обратно за другими блюдами. Как только служанка испарилась из виду, Элотиэль достала из внутреннего кармана камзола лимон. Леголас подошел ближе к ней, закрывая ее от чужих глаз. Элотиэль быстро очистила его половину от цедры и выдавила сок лимона сначала в одно блюдо, а после в другое. Без лишних слов Элотиэль всучила Леголасу поднос, а сама открыла бочку и закинула в нее цедру. — Теперь Вы мой соучастник, — она поставила поднос на место и победно улыбнулась. — Первым делом сообщу близнецам, что сам лесной принц принимал в этом непосредственное участие. На ее слова Леголас лишь закатил глаза и повернул направо, как и говорил Элотиэль раньше. — Один-один, верно? — уточнил он: вдруг эта троица выкидывала по отношению к друг другу еще что-то, о чем Леголас не имел понятия. — Да, — только и сказала Элотиэль. — Как бы это не пошло дальше… И часто вы так друг над другом издеваетесь? — Это чистой воды веселье, а не издевки. Да и раз в пару лет можно поставлять палки в колеса телег… Именно это ей больше всего и не нравится, — добавила она, еще раз упомянув Крейлону. — Когда мы промышляем чем-то подобным. — Тем не менее, продолжаете делать. — Ещё как! Без этого можно и загнуться под деревцем, — улыбнулась Элотиэль, а Леголас на секунду кинул на нее осуждающий в шутку взгляд. Тут они внезапно остановились. До шатра с застольем оставалось совсем немного, но по личным соображениям Леголас и Элотиэль не могли зайти туда вместе. Их беседа была не окончена, но вряд-ли когда-нибудь будет продолжена, из-за чего Леголас переменился в лице. Ему было жаль, что дорога оказалась такой короткой, хоть и в лесу лагерь будет ещё несколько дней, за которые он смог бы запросто найти Элотиэль и продолжить разговор. Негласно сговорившись, Леголас пошёл вперёд, перед этим поклонившись Элотиэль, а она, в свою очередь, осталась выжидать несколько минут, чтобы сесть рядом с сестрой.

***

К столу подали первые блюда. Элотиэль уже успела выпить один кубок сладкого вина, когда Крейлона не посмела и прикоснуться к своему. Все места, за исключением двух, были заняты. Отсутствовали только Элладан и Элрохир. Каждый раз, как кто-то заходил в большой шатер, Элотиэль украдкой смотрела на того, кто занимал свое место или подносил новый кувшин с вином, сгорая от нетерпения увидеть близнецов. Леголас просматривал на нее, пока сама Элотиэль делала вид, будто не замечала этого и была полностью отдана процессу «мести» близнецам. Все уже принялись за первое, которое состояло из запеченной груши, смешанной и аккуратно поданой с творогом, а также посыпанной, как показалось Элотиэль, корицей. Рядом с этим порезанная на дольки лежала сваренная тыква, которая заполнила своим сладким ароматом все вокруг. Половина порции Элотиэль уже не было, когда свои места наконец заняли близнецы. Элладан и Элрохир, которые никогда не опаздывали на любое застолье, будь то обычный ужин или чьи-то именины, на удивление всех присутствовавших, зашли в шатер. Теперь Элотиэль отложила столовые приборы в сторону и взяла кубок в руки. Она облокотилась на стул и, не поворачивая головы, непрерывно смотрела на них. Элотиэль начала, было, сомневаться, что служанка отправила на стол именно те два блюда, над которыми она постаралась, но сомнения как рукой сняло в один момент. После немало выпитого вина, Элладан и Элрохир принялись за еду и в ту же секунду, как они буквально синхронно, положили по одному кусочку груши в рты, Элотиэль чуть не подавилась из-за смеха. Лица близнецов скривились до невозможности, что не могло не удивить сидевших за столом эльфов. — Uluithiad tong seregon, gwenyn? (<син.> Неужели настолько кисло, близнецы?) — усмехнулась Элотиэль, когда Элладан и Элрохир яростно пытались сбить ужасную кислоту с языков. — Erui ar min… (<син.> Один-один…) Близнецы начали чуть ли не задыхаться, хотя, скорее всего, это было только из-за вина, которым те пытались хоть как-то спасти ситуацию. Элотиэль же, сделав ещё один глоток вина, повернулась к не обращающему и малейшего внимания на сыновей Элронда Трандуилу. Она была сыта и более не хотела задерживаться за столом. Да и кто мог знать, что близнецы могли сделать с ней. В особенности после того, кем она их выставила перед немалым количеством приближенных лесного короля. — Ваше Величество, благодарю Вас за приглашение на ужин. Блюдо было чудесным, но, с Вашего позволения, я бы хотела откланяться. Он лишь кивнул ей, а она поклонилась. Перед самым уходом, Элотиэль на мгновение посмотрела на Леголаса, который из последних, казалось, сил сдерживал улыбку. Она не обратила внимание на Крейлону, которая, похоже, покраснела, но для младшей принцессы это уже ничего не значило. Довольствуюясь собой, Элотиэль вернулась в свой шатер, где уже была Манна. Точнее, только ее тело. Стражница, измотанная дневными похождениями, не снимая мантии, заснула на своём лежаке. Элотиэль аккуратно сняла мантию с Манны, стараясь не тревожить её, и накрыла пледом.

***

Лагерь уже погрузился в сон, не считая стражей, которые совершали обходы меж шатров. Но Элотиэль, в душе которой, несмотря на некоторое веселье, нарастила тревога, не могла сомкнуть глаз. Она, как и несколько часов назад, всматривалась в темную лесную чащу. На этот раз ей казалось, что цоканье копыт Мор было ближе, чем когда-либо. Элотиэль больше не хотела откладывать возвращение своей лошади, но незнание местности наводило сомнение, в особенности в темноте. Хрустнув костяшками пальцев, Элотиэль, было, шагнула вперед, как позади донесся голос. Она встрепенулась больше от того, что он прозвучал внезапно, нежели из-за того, кому он принадлежал. — Время позднее, принцесса, — проговорил Леголас, к которому Элотиэль уже повернулась и завела руки за спину. — Im istannen, (<син.> Я знаю,) — ответила она и снова обратила взгляд на лес. — Но моя лошадь так и не вернулась… Я начинаю переживать. — Но пойти за ней не можешь? — он шагнул вперед — в лес. — Потому что нужен проводник, — Леголас сделал еще один шаг вперед и накинул капюшон мантии на голову. — В который раз, — чуть недовольно выдохнула Элотиэль и последовала за Леголасом. Некоторые время они шли в тишине, которая не давала и малейшего шанса чувствовать себя в безопасности. Скрип деревьев и шелест листвы от малейших дуновений ветра нагнетали, придавали ночному лесу ужаса, от которого стоило бы держаться подальше. Элотиэль становилось всё больше не по себе, но а Леголас, похоже, совершенно не тревожился из-за окружающей среды. Элотиэль больше не могла находиться в давящей на нее тишине и решила, что нужно начать хотя бы небольшой диалог. Она недолго думала о том, что же можно сказать, и чуть отрывисто выпалила то, что в первую очередь пришло на ум. — Спрашивая о Крейлоне, ты постоянно осекался и спрашивал обо мне, — внезапно проговорила Элотиэль. Она более не собиралась строить из себя уважающую каждый титул. Вокруг не было ни одной пары глаз, которые могли бы осудить за подобное обращение, что давало им полную свободу. — Всего лишь соблюдал этикет в отношении прекрасной принцессы, — усмехнулся Леголас, переступая через сломанное дерево и подавая руку Элотиэль. Он не повернулся к ней, чтобы она, хоть и в неполной темноте, не могла увидеть его лица. — Это умно. Пытаясь что-то уточнить об одной, узнавать другую, не создавая лишних шептаний рядом проходящей знати, — настаивала на своем Элотиэль, но и Леголас не отрицал ее точных догадок. — Но теперь, кажется, моя очередь. Да и в такой тишине не хочется идти. На тебя это не давит? — Я всегда стою в дозоре ночью. Меня это даже успокаивает, — ответил он. — Ничто не отвлекает от наблюдения и собсвенных мыслей… — Это был указ короля? Отослать на границу? — аккуратно ступая меж деревьев, снова спросила Элотиэль. — Нет, — просто сказал Леголас. — Я сам изъявил желание как можно меньше проводить время во дворце, потому что был один после… — он осекся, посмотрев за спину. — После смерти моей матери… Дозорная башня далеко отсюда, да и какая-никакая компания есть. — Мне жаль, — только смогла выдавить из себя Элотиэль, не зная и не понимая, стоило ли что-то еще спрашивать, раз она лишь одним вопросом привела Леголаса к некоторому расстройству. Она понимала, что сколько бы времени не прошло, боль, подобную той, что испытывали от потери близкого, не утихает. А своим интересом и любопытством Элотиэль могла раскрыть чуть затянувшуюся рану. — Поверь, мне тоже, — без эмоционально ответил Леголас, помогая ей обойти немалых размеров траншею. — Тем не менее, — после нескольких минут молчания продолжил он, — более возвращаться туда не хочется. Но время не вернуть и клятву не отменить. По крайней мере, до… До конца этого года… — Это тяжело, — снова пыталась поддержать разговор Элотиэль, но больше не могла ничего сказать. До самого озера они шли в тишине — беседа вышла весьма однобокой и практически не проясняющая что-либо. Элотиэль то ровнялась с Леголасом, то наоборот отставала, стараясь идти по его следам в тех местах, где густились лужи грязи — в глубине леса было много таких «озер», которые могли высыхать неделями или стоять на одном месте в ожидании следующих дождей. — Пришли, — прошептал Леголас. Он указал рукой на небольшое озеро, которое окаймляли высокие деревья, в некоторых местах их ветви даже касались водной глади. Недалеко от них стоял маленький причал, с которого днем, возможно, прыгали в воду. Озеро казалось чёрным, хоть и некоторые отблески Луны попадали на него. Элотиэль тут же заметила Мор, которая, подогнув под себя ноги, лежала на земле, в тени густых крон деревьев. Она незамедлительно подошла к лошади, а Леголас последовал за ней. Он держался поодаль, когда Элотиэль присела рядом с Мор. — Mell nin, (<син.> Милая моя,) — продепетала она, проведя рукой по гриве Мор. Она сразу оживилась, услышав голос своей наездницы и тут же начала подниматься на ноги. — Аrannamае altol pent. (<син.> Прости, что не пришла раньше.) Мор встала полностью и, шумно выдохнув, уткнулась носом в плечо Элотиэль. Она же в свою очередь приложила ладонь к щеке лошади, нежно поглаживая её. Элотиэль посмотрела на Леголаса, голубые глаза которого были почти черными в ночной тьме, и перевела взгляд на Мор. — Она выглядит уставшей, — сказал Леголас, поправляя капюшон мантии. — Она лишь устала ждать, — заверила Элотиэль и, придерживая Мор за гриву, повела в ту сторону, откуда они пришли. — Думаю, она… Она спокойно сможет нас довести до лагеря. Как-то же попала сюда, не убившись о деревья, — Элотиэль погладила её по гриве и, на удивление, достала из неё репейник. — Хотя кусты не пожалела, — как только она это сказала, то выталила ещё одну колючку из гривы лошади. Мор чуть опустила голову вниз, благодаря чему Элотиэль незамедлительно смогла забраться ей на спину. Она посмотрела на Леголаса, перекинув волосы на одно из плеч, и качнула головой в сторону Мор. — Кажется Вы, принц, выбрали не самое лучшее время для прогулки. Помощь не нужна? — игриво проговорила Элотиэль, держа Мор так, чтобы она не двигалась с места. — Чего я не могу сказать о Вас, принцесса, — язвительно ответил Леголас, после за долю секунды оказался позади Элотиэль.

***

Обратная дорога в лагерь не заняла много времени, но Леголас и Элотиэль наслаждались каждым мгновением. Ночной лес был более не страшен как раньше — принцесса, после упавшего с сердца тяжелого камня вины, смогла найти для себя прекрасное в тихом скрипе и небольшом недовольстве не спящих деревьев. Она, ни о чем не думая, прильнула спиной к груди лесного принца, который, без лишних сомнений и смущения, положил обе руки на ее талию и опустил подбородок на ее макушку. Тишина больше не наводила страх, но успокаивала, пыталась увести их в сон. Но движение Мор по каменистой дороге не давало этой возможности. С дерева на дерево перелетали птицы, вороша листву, когда они остановились у перекладины с другими лошадьми, которые давно погрузились в сон. На этот раз Леголас снова спрыгнул первым, но Элотиэль не отказалась от помощи. Он держал её обеими руками за талию, даже когда она твёрдо стояла на ногах. Мор их полностью закрывала от лагеря, позволяя наслаждаться видом ночного леса. Во время езды ее камзол немного спал с плеча, выбивая испод себя и рубаху, но поправляться Элотиэль не спешила. Казалось, она даже не заметила такой мелочи как чуть оголенное плечо. — Evyr, nin ernil, — прошептала Элотиэль, положив одну из своих рук поверх его. — Nin? — переспросил Леголас, точно не понимая, в каком значении принцесса употребила слово. Но объяснять она ничего не стала. Только положила одну ладонь ему на щеку и пристала на носочки. Посмотрев ему в глаза, цвет которых был все так же темным, в зрачки расширились от предвкушения, Элотиэль закрыла свои и коснулась его манящих губ своими. Его ответ не заставил долго ждать, и через мгновение он прижимал ее к себе одной рукой, а вторую опустил на шею и запустил в волосы. Со всей нежностью он старался углубить поцелуй, но вызывая недовольства и сомнения принцессы. Пытался сделать так, чтобы она сама этого захотела — и у него это получилось. Вся та нежность, которую она старалась вложить в поцелуй, исчезла бесследно, смевшись наколяющейся страстью. Языки переплетались меж друг другом, разгорячая не только уста, но и тела. Они отстранились друг от друга — Элотиэль встала на полную ступню, раз больше не могла стоять на носках, тяжело дыша из-за сердцебиений, что стояли в горле. Сколько бы раз каждый из них не старался сглотнуть, рот все равно быстро наполнялся слюной, от которой губы, сливавшиеся воедино, скользили друг по другу. Он смазал поцелуй, переместив его на горящую щеку, которая уж точно раскраснелась. Мелкая дорожка поцелуев сопровождалась бьющей сладостной дрожью, до самой шеи. Её руки пересеклись на его затылок, медленно и аккуратно оттягивая распущенные волосы под мантией, и она чуть приокрыла рот, когда на место, что ближе к ключице, пришёлся приятный, развивающий ещё большее тепло по телу укус. Он оставлял на ее нежной коже небольшие красные пятнышки, которые на следующий день скрывались бы под мантией. Его дыхание опаляло, но и в то же время остужало мокрую от поцелуев кожу до приятных мурашек. Их глаза были закрыты, но ресницы трепетали от одних только прикосновений, которых было больше, чем когда-либо. Тяжёлое от приятных ощущений дыхание возможно можно было бы уловить и на другом конце лагеря. На их удачу стражи не совершали обход по внешней части лагеря в то время, иначе бы они были застигнуты в расплох. Но, похоже, это бы их не смутило, раз даже тихие стоны доносились со стороны перекладины. Казалось, эти ласки могли продолжаться ло самого утра, перейдя в нечто большее, как вдалеке послышался хруст и быстрое шуршание, из-за которых Леголас и Элотиэль секундно отстарнились друг от друга, хоть их и закрывала Мор от лагеря. — Tara siniath mor, (<син.> Спокойной ночи,) — прошептала все еще распаленная и раскрасневшаяся Элотиэль и быстро ушла, как бы сильно ей этого не хотелось.