AXOLOTL 1

Стены конференц-зала были пепельно-голубого цвета. Это придавало ему официальный вид, и небольшая комната без окон казалась просторнее и комфортнее. Большую часть левой стены занимала большая смарт-доска, по бокам которой стояли два телевизора с каждой стороны, показывающие местные новости и старый футбольный матч. Овальный стеклянный стол с голопроектором и двенадцать потертых кожаных кресел занимали почти все пространство. Гидеон взял в руки пульт и выключил телевизоры. Они помогали скоротать долгие унылые вечера, но на утреннем совещании не стоило отвлекаться. Двадцать полицейских вошли в кабинет и заняли стулья по очереди. Утреннее совещание прошло в спокойной обстановке. Обычные маршруты и расписания. Предстоящие тренировки и кому что нужно успеть. Дежурства и административные сроки. Началась предварительная работа, сбор средств и организация комитета для апрельского полицейского парада, но сейчас это было не в приоритете. В первую очередь офицеров беспокоило присутствие Диппера в участке. Хотя они разговаривали с ним на кухне, Диппер был немногословен и в детали не вдавался. Вероятно, это был самый разумный его поступок за последнее время. Засул озвучил то, о чем думали многие. — Станет ли происходящее с парящими предметами такой же проблемой, как А26? — На этот раз эвакуация города будет тем еще головняком, — пробормотала Клэр. Как и Гидеон, все в отделе знали, что Диппер или вообще семья Пайнс, ведущая расследование в Гравити Фолз, равна неприятностям для полиции. Гидеон утихомирил группу. — Да, проблема еще не решена. Но ни Диппер, ни я пока не слишком переживаем. До сих пор сообщалось только о нескольких мелких вещах, перемещающихся по городу. Однако мы считаем, что со временем их количество может увеличиться, если мы не выясним причину и не остановим это. Поэтому мы с Диппером объединились, чтобы разобраться в этом. МакГакет тоже на нашей стороне и, скорее всего, окажет поддержку в исследованиях. Я не думаю, что есть повод для беспокойства. Обязательно скажите то же самое всем обеспокоенным гражданам, которых вы встретите сегодня, но не разглашайте деталей расследования. Если мы не решим проблему за несколько дней, я попрошу мэра Тайлера провести пресс-конференцию, чтобы люди знали, что нужно сохранять спокойствие. Мы не хотим, чтобы до этого времени кто-то сеял панику и распространял дезинформацию. Всем все ясно? Присутствующие согласно закивали. Гидеон кивнул в ответ и предоставил слово всем желающим задать вопросы или сделать объявления. Офицер Свайрс поднял руку, усмехаясь. — Сержанту Люсине остался один день до пенсии! В комнате зазвучал хор возбужденных возгласов, лица полицейских озарились улыбками, пока офицеру Люсине очень хотелось провалиться сквозь землю. — Неужели прошло уже двадцать лет? Я помню, как вы выписывали моему отцу штраф, когда я был ребенком! Поздравляю офицера Люсину, и оставайтесь сегодня в безопасности, хорошо? — Гидеон сиял, пока остальные поздравляли женщину. — Ну и напоследок. Гидеон встал и положил руку на сердце. Остальные члены команды тоже встали и повернулись к американскому флагу рядом с флагом Гравити Фолз. «Служить и защищать!» — сказали они все в унисон. После этого собрание закончилось, и все занялись своими делами.

***

Гидеон направился к своему кабинету. В его голове проносился список дел на день. …патруль по Зеленому и Бирюзовому району, может быть, по Художественному. Позвонить МакГакету, убедиться, что он работает над делом, и спросить, чем можно помочь… Он остановился, проходя мимо раздевалки. Вода текла, но он не слышал движения внутри. Если этот мальчишка использовал самый старый трюк… Гидеон толкнул дверь. Раздевалка была три в одном, с ванными и душевыми в глубине. Хорошо, что раковины не забиты и не переполнены. Он наполовину ожидал такого вандализма в этот момент. Гидеон обогнул угол к окутанным паром душевым. — Черт возьми, Диппер! — его голос разнесся по кафельной комнате. — Когда я сказал «принять душ и вздремнуть», я не имел в виду одновременно! Ты пытаешься утопиться или что? Гидеон схватил со скамейки голубое полотенце. Он протянул его парню, чтобы тот прикрылся. — Нет. Нет, что? — Диппер рывком проснулся, нервно вздыхая. Он вытер воду с глаз, провел рукой по намокшим волосам, выключая кран. Он прошлепал по кафелю, чтобы взять полотенце у Гидеона. — Тск. Заснул, так еще и шлепки не надел. Ты же знаешь, что так можно получить грибок, да? — Спасибо, мамочка, — пробормотал Диппер, вытираясь насухо. — Радуйся, что это был я, а не твоя мама. У нее бы сердце прихватило, если бы она увидела тебя в таком виде. Неудивительно, что твоя сестра позвонила мне, беспокоясь о тебе. Когда ты в последний раз спал? Человек не засыпает на ногах после одной бурной ночи. «Особенно после того, как выпил столько кофеина, что его хватит, чтобы оживить мертвого!» — Отстань от меня. Я медитировал, а не спал. — Конечно, как скажешь. Гидеон подошел и взял чистую белую рубашку, боксеры и джинсы среднего размера из общего шкафчика. Он бросил их на перегородку душевой. — Убедись, что на этот раз ты найдешь нормальную кровать. Он оставил Диппера и вышел в коридор. Призрачный Глаз ждал его. — Все в порядке, сэр? Гидеон хмыкнул. — Парень скоро сам себя добьет. Наверное, попробует тайком выпить еще кофе, чтобы не заснуть, придурок. — Тут его осенила подлая мысль. — Если он так сделает, дай ему хороший кофе, Призрачный Глаз. Вылей старый кофейник и используй кофе мисс Эпплс. — Сэр, вы же знаете, что это… — Да, я знаю, что это ее личный. Я куплю ей новую пачку, если она захочет. Просто сделай, как я сказал, спасибо тебе. Призрачный Глаз вздохнул, но кивнул и направился на кухню. Те, кто уже долго работал в полиции, знали о безрассудных привычках Диппера. Диппер, однако, не знал, что мисс Эпплс пьет кофе без кофеина. Ей нравился вкус, но она и кофеин плохо уживались друг с другом. «Мальчик не будет убивать себя недосыпанием в мою смену. Неа».

***

Гидеон прошел в свой кабинет. Маленькая табличка с его именем на стеклянной двери рядом все еще казалась нереальной. Он набрал пароль на клавиатуре и провел большим пальцем по сканеру. Только он и Призрачный Глаз могли войти в кабинет шерифа и получить доступ к оружию, запертому внутри. Все называли его кабинет «аквариумом». Стеклянный кабинет выступал из заднего левого угла участка, отсюда он мог наблюдать за своими сотрудниками. Кабинет не был большим или величественным. Большую часть комнаты занимали потертый диван и несколько картотечных шкафов. Остальную часть — стеклянный стол с голографическим проектором и эргономичное кожаное кресло. Черный ход вел в хранилище оружия и отдельный санузел. Все-таки у должности шерифа есть свои преимущества. Гидеон поднял стопку почты на своем столе и просмотрел ее. В основном это был навязчивый спам. «Круиз на троих при покупке четвертого билета? Я думал, такие аферы прекратились уже давно». Раздалось два быстрых стука в стеклянную дверь. Диппер стоял по другую сторону. В одной руке он держал грязную одежду и свой рюкзак, в другой — кружку с чем-то очень горячим. Одолженные брюки были ему впору, но рубашка среднего размера сидела в обтяжку на широкой груди и тренированных руках Диппера. «Спорим, он не сможет продержаться на быке и семи секунд». Гидеон прошел мимо коллекции трофеев, стоявших на полочке, чтобы открыть стеклянную дверь. — Я же сказал тебе спать в комнате. Гидеон явно был недоволен. Но когда Диппер вваливался в его кабинет, он, конечно, знал, как отреагирует офицер. Как Гидеон и предполагал, парень не разочаровал — он поднял свою дымящуюся кружку. — У меня есть кофе. Я в порядке. — Он подавил зевок и бросил свою одежду и сумку рядом с диваном. — Давай начнем расследование, и я смогу пойти домой. Гидеон мрачно посмотрел на беспорядок на своем обычно чистом полу и перевел взгляд на человека перед собой. «Нет, я так не думаю». — Ничего не поделаешь, дружище. У меня есть обязанности, которые я должен выполнять: я шериф в первую очередь и детектив во вторую. А ты должен поспать, пока меня нет. От тебя нет никакого толку, пока ты полумертвый на ногах. Когда я вернусь через несколько часов, мы начнем наше сотрудничество. Долг звал, и он не собирался откладывать свою жизнь на потом, чтобы нянчиться со своим бывшим заклятым врагом. Диппер стукнул кружкой по столу, разлив темно-коричневую жидкость по столешнице и стопке административных документов. — Черт возьми, Гидеон, у меня нет на это времени! Я же говорил тебе, что ситуация ухудшается. — А я говорил тебе, что мы займемся этим через несколько часов. — Гидеон скрестил руки, не обращая внимание на вспышки Диппера. — Не нужно вести себя так, будто мы должны вызывать ФБР и все войска, когда самое худшее, что произошло — это телепортация кружки через всю комнату. А вот ты разлил кофе по всему моему столу. — Это в городе, — ответил Диппер сквозь зубы. — Ты забыл, что мы с Венди телепортировались в лесу на днях? Кто знает, что еще за чертовщина там может происходить. — Лес — это юрисдикция гномов, а Шмебьюлок еще не поднял тревогу. После того, как старый гном излечился от своего «проклятия одного слова», Гидеон и Пасифика решили, что он самый мудрый. Они назначили его представителем сверхъестественного в полиции и городском совете. Гидеон пренебрежительно махнул рукой на ожидающего ответа Диппера. — Город будет в порядке, пока я не вернусь. — А что насчет Мэйбл? Ты ей позвонил? — спросил Диппер, когда Гидеон повернулся, чтобы уйти. Он не позвонил, и они оба это знали. Но Диппер беспокоился о безопасности своей сестры больше, чем Гидеон. Парень повернулся и пристально посмотрел на Диппера, приподняв бровь. — А ты? — усмехнулся Гидеон. — Как ты думаешь, чьего звонка она правда ждет? Да и она будет в порядке, если приедет. Я видел, как она обезвредила бомбу с помощью пинцета и блесток. Она смеялась и говорила: «В худшем случае я умру так же, как жила — со смехом и блеском». Улыбка Гидеона от воспоминаний померкла, когда он взглянул на Диппера. — Но если она увидит тебя похожим на зомби, мы оба трупы. Так что заткнись и ложись спать. — Дело не в этом! Диппер начал вышагивать, его рука сжала влажные волосы. Гидеон снова повернулся, чтобы уйти. «Он успокоится, когда кофеин выветрится». Честно говоря, Гидеон был в восторге от того, что снова увидит свою зефирку. Но о романтике уже речи не шло. Она была замужней девушкой и матерью, а он не был разрушителем семей, нет. Мэйбл просто изменила его жизнь, заставила его наконец-то стать достойным человеком. Если не считать небольшой неудачи в выпускном классе средней школы Либерти в Далласе, он делал все возможное, чтобы сохранить себя. Любое время, проведенное рядом с ней, делало его лучше. Диппер никогда не одобрял этого. Но Мэйбл понимала привязанность Гидеона к ней, и это делало пребывание рядом с ней еще более приятным. Диппер замер, когда Гидеон вводил код на двери. — Если ты не хочешь звонить Мэйбл или работать над делом сейчас, тогда позволь мне пойти домой. Ты убедился, что я в норме, и я не собираюсь высовываться до ее приезда. Но пока ты не выдвинешь мне обвинения, ты не можешь меня задержать. У меня осталось достаточно зарядки на телефоне, чтобы позвонить твоим начальникам. Диппер поравнялся с Гидеоном, как будто они собирались сцепиться. Гидеон рассмеялся. — Вау, — воскликнул он между приступами смеха, — да ты просто ужасен в переговорах, чувак. У тебя буквально нет никаких козырей! Диппер поджал губы. Кулаки сжались, как будто он был готов бороться за свою свободу. Гидеон поднял палец. — Во-первых, Мэйбл попросила меня присматривать за тобой. А не быть твоей нянькой. Он поднял второй палец. — Во-вторых, ты не будешь звонить властям, потому что мы оба знаем, что ты в розыске аж по трем делам, и это доставит нам всем кучу хлопот. Я знаю, что ты не хочешь лишних проблем для города. И последнее. Гидеон поднял три пальца и улыбнулся, как судья, выносящий заслуженный обвинительный приговор. — Закон изменился пять лет назад. Я могу задержать тебя без предъявления обвинения на срок до 48 часов. Но если этого недостаточно, я могу обвинить тебя во взломе полицейской базы данных. Я старался быть добреньким, но если ты продолжишь кусать руку, которая тебя кормит, Диппер Пайнс, то я устрою тебе ад. Диппер стоял и почти рычал на шерифа. — О, кстати. Чуть не забыл. — Гидеон достал свой телефон. — Улыбнись для Мэйбл. — Диппер зарычал сильнее и поднял средний палец. — Симпатичненько. Гидеон положил телефон в карман, планируя позже отправить фотку Мэйбл в качестве доказательства. Диппер стоял, насупившись, он оценивал свое положение. Гидеону не нужна была головная боль, которую вызовет юридическая борьба с Диппером, но Диппер метил в его добросовестность полицейского. Он был уверен, что будет сражаться, если понадобится. — Это не хакерство, если ты используешь один и тот же пароль годами, — наконец сказал Диппер. Он отчаянно хватался за последнюю соломинку. Гидеон снова рассмеялся. — О, я надеялся, что ты это скажешь. Иногда ты действительно непроходимый тупица. — Диппер выглядел готовым снова вступить в бой с Гидеоном, когда шериф достал из своего стола голограмму. — Я меняю настоящий пароль еженедельно. Второй — ловушка для таких как ты. Диппер с едва сдерживаемой яростью смотрел, как на голограмме воспроизводится видеозапись открытия и закрытия файлов на рабочем столе. Файлов, на которые Диппер смотрел той ночью. — Ты думаешь, что ты такой умный. Но этот пароль предупреждает меня о несанкционированном доступе и позволяет мне видеть, что преступник делает. — Ты шпионишь за мной?! — голос Диппера надломился. — Это ничем не отличается от камеры слежения, наблюдающей за взломом. Не пытайся переложить вину на меня, — парировал Гидеон. — И нет, я вижу только то, что ты в системе и что ты там просматриваешь. Не надо так скандалить. Гидеон не оценил этот осуждающий взгляд, которым его сверлил Диппер, потому что они оба знали, что парень уже давно усвоил урок о шпионаже. Он выпрямился. — Вместо претензий лучше скажи мне, что интересного в записях о несовершеннолетних и свидетельствах о рождении? И вообще, что ты делал на дороге Жимолости до восхода солнца? Похоже, Мэйбл имеет полное право думать, что ты не сказал ей всей правды. Диппер стоял на месте, застыв, как статуя, и молчал. Гидеон нахмурился и закатил глаза. — Ладно, оставь пока свои секреты при себе. Я ухожу. Он уже отставал от графика на тридцать минут благодаря этому придурку. — Ты собираешься оставить меня здесь? — недоверчиво спросил Диппер. — Может, предпочитаешь посидеть за решеткой? — спросил Гидеон, вводя код. Диппер мог быть сколь угодно раздражительным. Все равно все важные вещи: документы, оружие, туалетная бумага — были заперты. Когда Диппер ничего не ответил, Гидеон сказал: — Ладно. Устраивайся поудобнее и ничего не ломай. Иначе я добавлю порчу имущества в список правонарушений, в которых я могу обвинить тебя. Диппер выглядел готовым взорваться, когда дверь закрылась. Не лучший способ начать день. Но полицейский был доволен! Он напевал какую-то мелодию, разыскивая своего заместителя. После того как он уладит с ним кое-какие дела, он наконец-то сможет приступить к патрулированию.

***

Призрачный Глаз не был в восторге от происходящего, когда Гидеон ему все объяснил. — Ощущения немного… тревожные. Может, обсудить это со своим спонсором, как его там зовут, Брайаном? Просто чтобы успокоиться, босс. Гидеон усмехнулся. — Спасибо за беспокойство, Призрачный Глаз, но это не личное. Как я и сказал Дипперу, как только я вернусь с патрулирования, а он выспится, мы будем работать вместе, как клубника со сливками. И… его зовут Брайсен. — Просто будьте осторожны, босс. Диппер — умный парень. А с вашим прошлым это может быстро выйти боком и оказаться совершенно непродуктивным. — Я знаю. Вот почему я собираю пожертвования. И я хочу, чтобы ты присмотрел за пареньком до моего возвращения. Немного поспав и подкрепившись, он станет более сговорчивым, а не будет шипеть на меня, как кот. — Надеюсь, вы правы, босс. Гидеон тоже. В худшем случае Диппер продержится пару дней, а потом станет проблемой своей сестры. А пока, если Диппер не захочет сотрудничать, Гидеон позаботится о своем городе без него.

***

Гидеон закончил обход города, когда в христианских церквях Гравити Фолз закончились службы. Три года назад религиозные организации Гравити Фолз пришли к общему соглашению о том, что службы будут проводиться в разное время, чтобы обеспечить максимальную посещаемость. Однако церковь З’боракты, менее известного эльдрического бога двадцать пятого часа, по-прежнему с трудом привлекала прихожан. Гидеон, сев в один из пикапов вместо своего любимого крузера, поехал на дорогу Жимолости. Он нашел драгоценный байк Диппера там, где они его оставили. Мотоцикл был действительно прекрасен — идеальная смесь скорости и комфорта. Смещающаяся рама позволяла водителю сидеть прямо в длительных поездках и низко наклоняться, когда важна скорость. Мощный электрический двигатель мог разогнаться с нуля до шестидесяти за две секунды, оставаясь при этом тихим и экологичным, как во всех моделях последних пяти лет. Гидеон неодобрительно хмыкнул, проведя пальцем по грязному корпусу. — Ты слишком хорош для него. Ты был бы гораздо счастливее с несколькими своими друзьями в моей команде. Мотоцикл не сдвинулся с места, когда Гидеон попытался перекатить его к грузовику. — Собираешься сопротивляться, да? Гидеон вернулся к грузовику и достал два дрона-доставщика, предназначенных для подъема чего угодно: от строительных материалов, розничных товаров до слишком бурно веселящихся посетителей вечеринок. Он закрепил их под обоими колесами, и включил. Байк все еще был тяжелее, чем они могли бы поднять сами, но Гидеон все-таки, пусть и с большим трудом, смог затолкать мотоцикл в кузов. Диппер такого не заслуживал. Но если это сделает его более сговорчивым и уменьшит количество вопросов со стороны горожан, то оно того стоило. К тому же, он не может позволить себе купить ни одного байка для отдела, и уж точно не может позволить себе выплачивать компенсации. Заперев кузов, Гидеон осмотрелся. В лесу было тихо. Ничего необычного. Никаких признаков того, что могло привлечь Диппера в эту сторону ночью. — Он ездит на нем в город? Но зачем возвращаться, если он работает над заданием здесь? — Гидеон цокнул языком, ему ни капли не нравилась эта новая загадка. Не видя подсказок, парень вернулся к своему грузовику. Он открыл дверцу. Воздух потяжелел, как будто вот-вот разразится гроза. Адреналин в крови резко повысился. Волосы на шее затрепетали. Вместо того чтобы достать пистолет, он схватил тяжелый фонарь. Оружие все равно было бы бесполезно против одной из восьми вещей, которые обычно вызывали такую реакцию у местных. Он включил черный фонарь. При дневном свете это не было заметно, но фонарь мог осветить призраков. Ничего. Гидеон подождал еще минуту у своего грузовика. Никто из классической восьмерки не представлял особой угрозы, но были двое, которые появлялись ночью и могли быть опасны. С учетом того, что в городе все пошло наперекосяк, неудивительно, если бы из сверхъестественных были бы не в духе. Забравшись обратно в грузовик и заперев дверь, он сделал пометку на компьютере. Два его опытных офицера с соответствующим снаряжением проведут расследование сегодня. Диспетчерская служба объявит общее оповещение о возможной враждебности в этом районе. Жители Гравити Фолз охотно прислушивались к предупреждениям, особенно те, кто достаточно взрослый, чтобы помнить «темные времена». Грузовик снова ожил, и Гидеон поехал в сторону «Таинственной хижины».

***

Гравий удовлетворенно хрустел под шинами, когда Гидеон въехал на парковку Хижины Чудес. Пять других машин ждали возвращения своего владельца. Тонкий туман из туманообразователя на заднем дворе стелился по усаженной деревьями лужайке, придавая ловушке для туристов дополнительную таинственность. Он вдохнул хрустящий весенний воздух, наполненный ароматом елей, когда он вышел из грузовика и направился к кафе «Тайна». — Добро пожаловать в кафе «Тайна», где ваша еда имеет таинственное происхождение, — сказал Тристан, сидящий за кондитерским прилавком, скучающим и рассеянным тоном, который подростки освоили еще на заре человечества. — Вам нужно обновить этот слоган, пока кто-нибудь не позвонил в санитарную инспекцию. Тристан вскинул брови и повернул голову в сторону голоса. — Шериф! — Он убрал в карман свою видеоигру и выпрямился, как солдат. — Что привело вас сюда? — Успокойся, я здесь не для тебя, — Гидеон усмехнулся. — Где твои мама и папа? Мне нужно с ними поговорить. — Эм, они сейчас проводят экскурсию. Я могу Вам чем-нибудь помочь? Гидеон улыбнулся. Они воспитали его правильно — всегда стремится помочь. Двое других… они еще маленькие. Парень достал бумажник и осмотрел товары на витрине. — Можешь послать сообщение родителям. Пусть знают, что я здесь, хорошо? — Тристан медленно кивнул. — Окей, и еще дай мне… это… хрустящее нечто, пожалуйста. Вся еда тут была сделана вручную и выглядела так, словно вдохновлялся повар шедеврами с пинтереста. Хот-доги в форме мумий, печенье в форме монстров, круассаны в форме утконосов и многое другое. Это была диковинка, но туристам нравилось. — С вас три доллара. — Как я погляжу, цены не изменились… — пробормотал Гидеон себе под нос, протягивая деньги мальчику и бросая взгляд на выцветшую табличку «Возврата нет», висевшую на кассе. «Некоторые вещи в «Хижине» никогда не изменятся». Тристан отправил смс родителям после того, как упаковал и отдал заказ Гидеона. Он продолжал суетиться по кафе, занимаясь бессмысленной работой, которой занимаются люди, когда думают, что за ними наблюдает начальник. Гидеон смотрел, как ряд голов-декораций переместился от стойки до шкафа в углу, а через минуту вернулся обратно почти в том же порядке, в котором они были выставлены ранее. Гидеон не мог сдержать усмешки, наблюдая за нервным ерзаньем мальчика, поедающего хрустящее лакомство в виде Франкенштейна. Всегда было интересно наблюдать, как меняется поведение людей в присутствии его и его значка. «Или его вот-вот отругают за безделье. — Прежний Малыш Гидеон отмечал каждый ментальный и эмоциональный рычаг; рывок здесь, рывок там, пара слов и… — Нет. Это больше не я. — Гидеон вздохнул. — Призрачный Глаз прав, мне нужно поскорее поговорить с Брайсеном»… Прошло около пяти минут, прежде чем из хижины донесся шум. Небольшая группа из шести туристов сопровождала Суса в кафе: камеры щелкали, а зрители были очарованы его рассказами. Сюжеты были нелепыми, но в них все равно верили. Существовала явная разница между современным «Мистером Тайна» и ранними годами существования Хижины под руководством Стэнли Пайнса. Стэнли сделал обман и мошенничество своей целью, всегда стремясь выудить из каждого кармана лишний доллар или два. Сус же рассказывал свои небылицы от души, как верующий или как артист, заставляя людей радоваться. Это была бизнес-стратегия, которую Гидеон высоко ценил и использовал в первые дни своей работы в индустрии развлечений. — А здесь вы видите шерифа города, который обедает нашими изысканными и жуткими деликатесами. Сус жестом указал на Гидеона. Тот подыграл ему и демонстративно съел остаток хрустящего пирога, при этом его язык заплясал от удовольствия, когда он говорил. — Ммм! Я заявляю, что это самое умопомрачительное пирожное, которое я когда-либо ел. Мне жаль того, кто этого не попробует. Группа возбужденно зашумела и обступила бедного Тристана у прилавка. Ему предстояло стереть со стекла немало отпечатков рук и подмести неизбежные крошки. Сус подошел к Гидеону с сердечной улыбкой. — Привет, спасибо за помощь, чувак, сэр. — Всегда рад помочь. Как прошла экскурсия? Сус кивнул. — Как и всегда хорошо. Хотя, возможно, пришло время поменять некоторые экспонаты. Старая обезьяна-русалка уже не привлекает туристов так, как раньше. Он пожал плечами, как будто был беспомощен понять этот новый мир. — Да, дети в наши дни настолько нечувствительны к мистике. Почти заставляет задуматься, не стоит ли нам достать несколько козырей, верно? Только не забудьте держать это в секрете. Не нужно повторения прошлого лета. — Да. Но ты должен признать, что первые десять минут было весело. Сус засмеялся. Гидеон вежливо хихикнул, но нет. Это было не смешно. Уборка заняла три дня, и на нее ушло немало сил. Бормотание и удивленные вздохи прервали смех Суса. — Папа… Нервный оклик Тристана заставил шерифа и мистера Тайна оглянуться на толпу. «О боже… Это немного больше, чем кружка». Все пирожные и товары на витрине висели в нескольких дюймах от своих подставок и тарелок. Фактически, все находилось в нескольких миллиметрах от земли. Это очень напоминало классическую левитацию призрака. Но семья Рамирес больше не нанимала призраков. Семь лет назад все закончилось не очень хорошо — налоговому управлению не понравилась идея, что мертвые люди получают зарплату. Он посмотрел на Суса. Недоумение мужчины исчезло через мгновение, когда он поправил свою феску. — Похоже, старина Джимми заглянул сюда, чтобы угоститься нашими вкусняшками. Все, пожалуйста, отойдите от витрины на минутку. Он тот еще неряха. Прямо как ты, сынок! — Спасибо, папа, — пробормотал Тристан, когда он и остальные члены группы сделали несколько шагов в сторону от парящих лакомств. Группа посмеивалась над смущением Тристана и фотографировала висящие в воздухе еду и тарелки. Гидеон наблюдал за происходящим. Он обращал особое внимание на то, как предметы образуют линию, и рядом начинают парить другие. «Это похоже на пузырь гравитационного искажения, плывущий по воздуху и собирающий по пути мусор». Само по себе это не было бы слишком необычным здесь, в конце концов, у них были буквально портальные туалеты. Но они не знали, чем это вызвано, а парящая витрина подтверждала правоту Диппера в том, что события становятся все серьезнее. У Гидеона свело живот. Он не хотел думать, что эти пузырьки, поднимающиеся со дна океана, предупреждение о чем-то большем, ожидающем в темных глубинах. Тарелки и другие предметы упали с неожиданным треском и грохотом. Несколько десертов пролились на тарелки, упали на прилавок и пол. Тристан вздохнул, плечи опустились. «Ага. Определенно, в его будущее добавился пункт «уборка». Гидеон и Сус вздохнули с облегчением. Главное, никто из туристов не телепортировался. — Похоже, мне придется еще раз поговорить со стариной Джимми о том, чтобы он следил за своими манерами! — весело объявил Сус. Тристан использовал отцовское обаяние, чтобы поднять цены на лакомства, покрытые эктоплазмой. Туристы наперебой стали протягивать ему деньги. «Идиоты, все они. Даже без гаджетов, которые запудривают людям мозги, эти туристы съедают все без вопросов». Впрочем, это облегчало работу и ему, и Сусу. Сус повернулся к Гидеону с нервной усмешкой. — Рад, что ты был здесь, чувак, сэр. Могло бы стать немного серьезнее, если бы кто-то исчез. Диппер сказал, что это было невеселое время. Гидеон кивнул. — В точности мои чувства. — Напомни мне сказать ему, что заклинание Единорога, похоже, не помогает. Уже в третий раз с тех пор, как мы его установили, что-то начинает летать. Гидеон нахмурился. — Заклинание Единорога? Я думал, это для… Сус пожал плечами. — Диппер думал, что оно может сработать и тут. — Очевидно, нет. — Он нахмурился еще сильнее. — Кстати, об этом придурке… Сус напрягся. — Я говорил с ним прошлой ночью. Он сказал, что его что-то отвлекло в лесу. С тех пор от него ничего не слышно. Неужели… что-то случилось? — прошептал он. Судя по выражению лица он ждал наихудших новостей. За свою относительно короткую карьеру Гидеону приходилось сообщать десятерым людям самые плохие новости. К счастью, сейчас был не тот случай. Он махнул рукой. «Друзья Диппера слишком хороши для него». — Нет, с ним все в порядке. Я подобрал его сегодня рано утром возле леса. Держал его в безопасности в участке, чтобы он немного поспал. Сус расслабился. — О, хорошо. Я думал, ты собирался сказать мне, что он снова телепортировался, и ты нашел его изуродованный труп. Не хотелось бы объяснять это Мэйбл… или кому бы то ни было… — Кстати о его сестре. В этой истории есть еще кое-что. Гидеон изложил Сусу сокращенную версию событий: Мэйбл обвинила Диппера во лжи и попросила Гидеона о помощи до ее приезда; признание Диппера в том, что проблемы становятся все серьезнее, и как они вместе работают над решением проблемы до приезда Мэйбл. После очередного уточнения Гидеон спросил у подавленного человека-загадки: — Вы с Мелоди не замечали, чтобы он вел себя страннее, чем обычно, скрывал что-нибудь от вас? — Ну, не знаю, что он скрывает от меня, если он что-то скрывает. Но если не считать его попыток не спать, он выглядит как обычный, слегка одержимый Диппер. Я помню, как он забывал обо всем, кроме исследований, во время того последнего инцидента с вампирами. Он сам стал похож на одного из них через три дня. Сус снова захихикал, вечно веселый, добродушный парень. Гидеон неодобрительно покачал головой. «Пайнсу нужна серьезная терапия и лекарства от ОКР или что-то в этом роде». — Ну, дай мне знать, если вспомнишь что-нибудь о Диппере. Он останется в участке со мной, пока Мэйбл не приедет за ним. Поэтому я зашел, чтобы собрать некоторые его вещи. Сделать участок более уютным, так сказать. Сус потер шею. — Ну, я не знаю, чувак, сэр. Он, наверное, рассердится, если мы позволим тебе копаться в его вещах. Ты уверен, что не можешь оставить его с нами? Мы о нем хорошо позаботимся. — Не сомневаюсь. Но присмотр за таким скользким типом, как он, будет мешать вашим делам. Я же могу держать его под замком без проблем. К тому же, это всего на день или два. «Похоже, Мэйбл торопится». — Ну, думаю, это не так уж плохо. Кроме того, если Мэйбл приезжает, было бы неплохо прибраться в гостевой. — Сус наклонился и помахал рукой перед своим носом. — У Диппера там вонючие носки. Не думаю, что он стирал их с тех пор, как приехал сюда. Мелоди закидает его фруктами, если он еще один день будет ходить в той же одежде. Гидеон внутренне содрогнулся, не сомневаясь в этом утверждении, но думать об этом он не хотел. После того, как ему однажды пришлось испытать на себе уникальный гнев Мелоди, он почти пожалел Диппера. В Хижине пропал ребенок. Он тогда так и не смог понять, какие маты заменяло безобидное «яблоко» в ее тираде, когда выяснилось, что мальчик ушел со своей матерью. Он потом сам провел воспитательную беседу с офицером наедине и установил четкий протокол для предотвращения будущих подобных инцидентов. — В любом случае, если вы покажете мне его комнату, я возьму несколько вещей и вернусь к вам. Сус заколебался, но, похоже, вспомнил, что говорит с шерифом, и попросил Тристана справиться тут в одиночку. Он повел Гидеона в гостевую на втором этаже, не замолкая всю дорогу. Сус неловко застыл у двери, пока Гидеон осматривал помещение. Это была прекрасная комната, со вкусом украшенная местными товарами. Постельное белье, мебель и произведения искусства. Над кроватью висела классическая картина с изображением снежного человека. Тяжелые шторы не пропускали свет. Слабый запах сирени был едва различим под тяжелым ароматом кофе и вонью грязной одежды на полу. В основном, комната была опрятной. Кровать была наскоро заправлена. Небольшая куча одежды в углу. Два полных вещевых мешка стояли не разобранными перед комодом, как будто Диппер не собирался оставаться здесь надолго. Больше всего Гидеону бросилось в глаза то, что комната подверглась переделке. Мебель была бездумно отодвинута в сторону, картина прислонена к стене у окна. Самая большая часть стены была покрыта липкими записками, распечатками новостей, фотографиями и разноцветными нитками, соединяющими все. «Как банально. Я думал, в наши дни все пользуются компьютерами». — О, надеюсь, Диппер не повредил стены. Mi amore ненавидит это. Говорит, что после стены уже никогда не будут прежними. Гидеон присмотрелся. — Не волнуйся, похоже, все стены в норме. Никаких дюбелей. «По крайней мере, он подумал, прежде чем переделывать все с концами». Он постучал по стене. — Не возражаете, если я возьму все это с собой в участок, чтобы поработать, пока ваша любимая жена не увидела беспорядок? Сус кивнул после секундного колебания. Гидеону нравилось, что Рамиресы уважали вещи Диппера, но его беспокоило, что они не знали о доске с расследованием. Это еще больше подтверждало утверждение Мэйбл о том, что Диппер что-то скрывает. — Я позабочусь обо всем, если вы хотите убедиться, что с вашим гостем все в порядке, — сказал Гидеон Сусу, начав фотографировать доски, чтобы воссоздать их в участке. Сус кивнул и ушел. Гидеон снял части досок, как будто это были улики, и разложил их в соответствующие кучи. Самая большая и самая запутанная доска была явно посвящена текущей проблеме Гравити Фолз. Две другие были неразборчивы. Они были зашифрованы, без временных меток и картинок. Что-то в них было зловещее. — Возможно, это как-то связано с его интересом к моим полицейским записям. Гидеон собрал доски и взял один из двух вещевых мешков, стоявших на полу. Он проверил в ванной туалетные принадлежности, засунул их в боковой карман сумки, а затем отнес все вниз. Он коротко попрощался с семьей, собравшейся на кухне, вышел за дверь и бросил вещи на заднее сиденье грузовика. «Хорошо. Утренний обход закончен. Байк Диппера, его наработки и вещи собраны. Пора возвращаться и будить Спящую Красавицу». Не успел он завести грузовик, как его наручные часы пискнули и воспроизвели полученное сообщение. — Шериф, — сказала робкая голова Октавирела, — вы нужны в лагере. Выезжая с гравийной парковки, шериф почувствовал себя так, словно снова оказался на дороге Жимолости во время бури.