Sixth angel

В свою комнату Сынмин возвращался поздним вечером, умудрившись заснуть в больничном крыле, когда Джемин закончил манипуляции и приказал ему немного отдохнуть и отлежаться, а сам покинул палату, чтобы не мешать. Кивнув головой, Фью улегся на мягкую подушку, закинув одну руку за голову - вторая болела, - и залипал в потолок, на котором маленькой паутинкой в разные стороны расползались трещинки. Сон сморил совсем неожиданно и быстро, словно Мин перед этим не спал несколько суток. Ему что-то снилось, но он не помнит что. В уплывающем наваждении, которое осталось после пробуждения, оставался только Бин, который и принес младшего в госпиталь. Сейчас хотелось поскорее оказаться среди товарищей, увидеть лидера и узнать, что с ним все хорошо, что он не заразился от укуса и сможет дальше воевать с ними. Хотелось убедиться, что тот не получил по шапке из-за наглого шкета, который осмелел и решил воспротивиться приказам генерала. Пока они не поговорят, мысли в каштановой голове продолжат жужжать мушками и не успокоятся. Парень почти бежал по пустым коридорам, чувствуя легкую боль в челюсти, куда прилетел удар от отца. Однако совсем не жалел, что сказал такие слова и смог, наконец, узреть другое его лицо. Вечно сдержанный и холодный мужчина спустил с цепи внутреннего монстра. Жестокого, изголодавшегося и до ужаса мощного, которого при всей своей силе не сможет остановить никакое препятствие. Почему Мунбель по-прежнему с ним? С этим чудовищем, который даже на первый взгляд кажется опасным. Неужели она ни разу не видела его истинную сущность? Или Намджун перед женой играет роль лучшего в мире мужа? Зачем ему это? Любит и оберегает? Мин никогда не поверит в то, что такой человек, как его отец сможет кого-то по-настоящему полюбить, не причиняя боли своими действиями. Не разрывая сердце и душу на куски острыми словами, которые режут хуже любого ножа. Внезапное приятное волнение охватило тело, стоило юноше остановиться около двери комнаты и немного перевести дыхание. Он представил, как отворит ее, а в комнате - отряд полным составом. Они бы разговаривали о чем-то неважном, но стоило младшему появиться перед ними, на лицах заиграли бы улыбки. Полились бы вопросы о его самочувствии, шутки об отсутствии мозгов и тяжелые хлопки по спине. И во всей этой куче друзей он бы увидел лидера. Тот стоял бы около своей кровати, скрестив руки на груди, и слегка улыбался. А в глазах застыла бы радость. Он бы подождал, когда ажиотаж утихнет, и тихонько подойдет к товарищу. Будет невинно улыбаться, приближаясь ближе, а потом хлопнет по каштановой макушке, назвав Фью идиотом, и приобнимет за шею, шепча на ухо «Я рад, что с тобой все в порядке». Шатен улыбнулся своим представлениям и схватился за ручку. Когда дверь в комнату открылась, лишь приглушенный свет с угловой кровати и подозрительный шепот встретили юношу. Замерев, тот шагнул внутрь - шепот сразу прекратился, а после луч фонарика телефона ударил в глаза, заставив зажмуриться и прикрыться рукой. Все ангелы и парочка людей из второго отряда сидели на полу вокруг кровати Югема, в то время как хозяин лежачего места, скрестив ноги, расположился на постели и прямо сейчас светил в глаза младшему. Что-то продолжал говорить, пытаясь высмотреть, кто появился на пороге их крепости, и весело засмеялся, узнав в незнакомце Сынмина. - Чем заняты? - закрывая за собой дверь и махая свободной рукой, Мин просил, чтобы Ю, наконец, отвел от него фонарик. Только после этого он смог спокойно дойти до всех, присаживаясь рядом с Ликсом, что сидел с краю, и немного расстроился, когда никто на его появление не отреагировал. Стоило бы уже привыкнуть, что ожидание отличается от реальности, а мечты и представления не всегда сбываются, как мы хотим. - Страшилки рассказываем, - Джайро поднес фонарик к своему подбородку, создавая страшные тени своего лица, и наклонился ниже, смотря новенькому в глаза. Прямой, проницательный взор заглядывал точно в душу, переворачивая и скручивая внутри все органы и выбивая дыхание. - Как ты? Джемин подлатал тебя? - не отводя глаз, поинтересовался Ю, начиная чуть раскачиваться. Мин лишь кивнул, нервно сглатывая слюну, и стараясь улыбнуться так широко, насколько позволяла разбитая губа, а после махнул рукой, прося его продолжить свою историю. Когда старшие себя вели так, непроизвольно подтверждались слова Лукаса о том, что порошок в их компании - нормально. Он сложил руки на коленях, вытирая вспотевшие ладони о трико и бегая глазами по присутствующим: Югем, что прокашлялся и снова начал рассказывать, не особо заботясь о том, слушают его или нет; Лукас, что сидел, привалившись к стене и, видимо, находился тут только потому, что ему стало скучно; Сан, который расположил свою голову на коленях Уена и пытался привлечь внимание второго, тыкая в щеку парня. Недалеко от них сидел Чонин, что постоянно смотрел то на рассказчика, то на Бан Чана, который сидел рядом, переплетая их пальцы. Последний - Феликс, казалось, уже заскучал, что было заметно по его состоянию: он сидел, подперев щеку кулаком, и часто зевал. Вытирал выступившие после зевка слезы в уголках глаз и снова обращал все свое внимание на рассказчика. Однако нигде не было Чанбина, отчего к горлу начинал подползать ком, а в сердце забралось беспокойство. Из-за того, что не было Минхека, Фью начинал себя успокаивать, повторяя раз за разом, что лидеры обсуждают дела подальше от младших. Или они до сих пор не вернулись от генерала, поэтому оба отсутствуют в комнате. Именно поэтому шатен каждую минуту оглядывался на дверь, слыша за ней шаги, в надежде увидеть заходящего Даггера. Однако никто больше не приходил и не заглядывал. - Перестань, - слишком устало, даже не смотря на товарища, прошептал Феликс. Он также неотрывно сверлил взглядом Югема, который от страшилки уже успел перейти к смешным историям из жизни, смесь громче остальных. - Перестань крутиться, от тебя паникой за версту несет, - все-таки повернувшись к Мину, Лост подпер кулаком висок, смотря боком на парнишку. Точно в глаза, будто в самую душу, а сам не моргает. Точно в гляделки решил поиграть на ночь глядя. - Даг спит, - кивая на соседнюю кровать, скрытую тенью, оповестил юноша, будто залез в мысли новенького и прочитал все. - Спит? - удивленно вскрикнул Сынмин, даже не обратив внимания на хитрую улыбку Ликса, и выпрямился, пытаясь в темноте комнаты разглядеть силуэт спящего лидера на его кровати. Из-за резких движений, на шкета обратились все взгляды, а Феликс закатил глаза, не меняя своего положения. - Мы сами удивились, когда он вернулся, упал на кровать и сразу уснул, - вклинился в разговор Югем, не убирая фонарика от лица. Смотрел на шатена заинтересованно, а потом хитро улыбнулся своим мыслям. Словно снова что-то задумал и решал главный вопрос у себя в голове: воплотить план сейчас или потом? Однако не двигался с места, решаясь изначально убедиться. - А может он сдох, вы проверяли? - выпрямился Феликс, хрустя затекшей спиной и смотря на спящий силуэт Даггера. Чуть надул губы и, стуча по своей коленке, широко зевнул, прикрывая кулаком рот. На его слова кто-то усмехнулся, явно не собираясь проверять слова друга, а кто-то обреченно вздохнул, понимая, что Лост приближается ко второму состоянию биполярного расстройства. - Все-таки его куснули недавно. Вдруг вирус немного по-другому сработал. - Иди сам проверь, если такой смелый, - усмехнулся Чонин, повторяя позу Сана и ложась Чану на колени, вызывая тем самым улыбку Криса. - Нарушим его сон, он нам потом такие тренировки устроит, мама не горюй, - беря руку своего парня, брюнет начинает теребить его пальцы, а Чан зарывается тому в волосы, начиная массировать голову. - Тем более, пусть отоспится, пока у него появилась такая возможность и пока получается, - уже серьезно прошептал лисенок, начав смеяться, когда Крис стал рукой перебирать его локоны. Когда Югем кашлем снова привлек к себе внимание, Мин немного расслабился, что взгляды перестали его сверлить. Однако мысль, что Бину все-таки удалось заснуть, не давала покоя. По словам Джайро, тот достаточно давно не спал нормально, а сейчас он не просыпается от смеха ребят. Может, Джемин дал ему препараты для спокойного сна? Но, если и так, то почему только сейчас, а не раньше, когда лидер отказался спать? Или это атмосфера комнаты, которая за такое продолжительное время уже успела стать родной, подействовала так. Или... Предположений было немного, однако и на них находились те или иные противоречия: почему, как, зачем - вопросы крутились непрерывным роем. Сынмин подпер подбородок рукой, забыв на момент, что находится не один, и сжал зубы. Казалось, что резко все замолчали, хотя Джайро продолжал свои истории, а Лост тыкал в чужое плечо пальцем, пытаясь пробудить и обратить на себя внимание. - Пойдем, пройдемся, - Ликс, устав бестолково истреблять руку тычками, легко хлопнул друга по плечу, наконец вырывая того из новой порции размышлений, и поднялся с места, отряхивая спортивные штаны. Дождался, пока младший встанет следом, только потом пошел на выход. Никто на них не обратил внимания, продолжая смеяться над историями Югема. Коридоры, лишенные окон, освещались только люминесцентными лампами, которые иногда начинали мигать, а некоторые вообще не горели. Холод, что поселялся в стенах этих пролетов только по ночам, пробирал до костей, заставляя ежиться и покрываться мурашками. Чувствовался какой-то непонятный страх, когда ты идешь по этим пролетам один. Кажется, что кто-то неизвестный выскочит из угла и напугает до чертиков, оставив заикой до конца дней. Невольно Фью кинул взгляд на друга, подмечая в его позе напряжение: он сгорбился больше обычного и прижал локти к туловищу. Молчание немного затянулось - оба парня шли не спеша, засунув руки в карманы и смотря в пол. Проходили все дальше, вглубь пустого коридора. Ближе к неизвестности. - Тебе нравится Даг? - спросил в лоб Феликс, подняв глаза и смотря вперед. Кусал нижнюю губу, скорее по привычке, нежели из-за какого-нибудь волнения. Ждал ответа, начиная тереть замерзшие пальцы. - Видимо, да, - неуверенно, боясь своих же слов, прошептал Мин. Почему-то было страшно признаться и себе, и другим. Боялся выставить себя не в лучшем свете. Боялся быть обсмеянным и непонятым. А перед Лостом, из-за биполярки которого не угадаешь его дальнейшие действия, особенно. Фью не хотел вообще обсуждать это с кем-то, но невысказанные слова начинали душить и поглощать. -Видимо? - слегка улыбнулся оппонент, словно наталкивая на нужную мысль. Будто одной фразой пытался сказать, что это нормально: любить человека, и неважно, какого он пола. - Ты сам не можешь разобраться, я прав? В ответ Фью лишь активно закивал, снова утыкая глаза под ноги. Было немного стыдно поднимать взгляд и трусливо. До тех пор, пока сбоку не послышался смешок. Не злой, насмехающийся или издевательский, а какой-то понимающий и слегка грустный. Ли все также, не отрывая глаз от какой-то цели впереди, слабо улыбался одним уголком губ. Как-то тоскливо и отречено. Словно он все понимал. Словно пережил все эмоции, которые сейчас чувствует шкет. А Ликс понимал и очень хорошо. Он с первого взгляда влюбился в покойного Хенджина, стоило тому появиться в поле зрения. Тогда он вместе с Даггером ходил по штабу и изучал его: был новеньким и только-только вступал на военный путь. Только пришел на службу и был зачислен в отряд. Его белые волосы были собраны в хвост, а свободная толстовка висела на худом теле, придавая вид ангела, который спустился на грешную землю и встретился на пути. Он был таким нервным, постоянно опускал ниже рукава своей черной кофты и неловко улыбался на каждое слово лидера. Лост тогда удивился: на улице лето, а этот в одежде с длинными рукавами, которые даже не закатаны. Странный и до ужаса привлекательный. Джинни тогда бросил на него свой взгляд. Мимолетный, но и этого хватило, чтобы стать прикованным к золотым глазам надолго, если не навсегда. Только потом Феликс понял, что Джинни просто скрывал шрамы на предплечьях, и именно Ликс стал для него спасением. Он вспомнил их первое свидание в кафе недалеко от кампуса, когда им разрешили выйти. Помнит первый поцелуй под дождем в ярком свете фонаря. Помнит, как утопал в своих чувствах и человеке рядом, без возможности всплыть, хотя это было и не нужно. Он не хотел всплывать, - был готов утонуть в Джинни, если тот позволит это сделать. Для Феликса Хенджин являлся кислородом, потерять которого - значит, потерять частичку себя. Вспомнил момент, когда узнал, что его не стало. Тогда он начал задыхаться. - А как ты разобрался в себе? - вырывая парня из воспоминаний, Сынмин все-таки посмотрел на друга. Тот улыбнулся еще шире от новых кадров, которые начали пролетать пленкой и нахлынули словно цунами: подарок с отпуска - простая цепочка с маленькой подвеской в виде японского иероглифа «любовь», - но Ликс хранит и носит ее до сих пор - единственная вещь, которая напоминает о парне. Их переглядывания в столовой, в комнате. Прятки от других в комнате для инвентаря, в оружейной. А главное - шепот на ухо при каждой разлуке. Лост по-прежнему помнит, что говорил блондину в последний раз. «Будь осторожнее. Я тебя люблю» Но тот будто забыл об этом, выбежав в числе первых из укрытия, а Лост, у которого все время болело сердце, словно предупреждая о случившемся, с нетерпением ждал встречи, чтобы сказать, что они, наконец, свободны. Однако вместо ответной улыбки встретил труп возлюбленного, который нес на руках Чанбин. Тогда он понял, что все разрушено, мечты, ставшие грезами, раскололись о скалы реальности, в которой Хенджина не стало. Это происшествие толкнуло Ликса на решение остаться в штабе до конца. До своего конца: пока не умрет он, чтобы встретиться с Джинни, в надежде, что тот его дождется, прежде чем переродиться. - Мне было спокойно с ним, - вытаскивая руку из кармана и зачесывая пятерней волосы назад, Ли оставил кисть на шее. - Словно шторм, который бушует в сердце, успокаивался, стоило ему появиться в поле зрения. Я мог поделиться с ним чем угодно, зная, что он поддержит меня. Всегда волновался за Джинни, прям как ты сейчас переживаешь за Дага, - стрельнул глазами в шатена, заставив того слегка покраснеть и снова увести глаза в пол. - Я знал, что Бин его тоже любит, но он никогда не мешал нам. Я видел в его глазах, тогда еще жизнерадостных, что он искренне рад за нас. Но также видел, какую боль ему это приносит. - Он как-то сказал, что вы улететь хотели за границу после войны, - пиная воздух кедом, Мин почесал щеку, не уверенный до конца, стоило ли говорить это и какую реакцию следует ожидать. Однако со стороны Феликса снова послышался смех. - Хотели, планировали, но судьба оказалась не на нашей стороне, - улыбка, что до этого украшала милое лицо, пропала, а вместе нее серьезный взгляд и снова безжалостное терзание губ. - Мне очень жаль, что Бин до сих пор винит себя, - Лост снова сунул руку в карман. - Он думает, что если бы в тот день не отбился от всех, смог бы спасти Хенджина. Но, как по мне, все было предрешено изначально, - легко пожал плечами, поджимая губы. - Смерть с самого начала ходит за нами по пятам. Но, если высшие силы позволят, мы встретимся с ним еще раз, - парень поднял глаза к потолку, словно смотря на небо и улыбнулся. - А ты? - А я давно его простил. Их обоих, - пояснил сразу Феликс, снова опуская голову и смотря в карие глаза младшего. - Парни тебе рассказывали по любому, что у меня проблемы с головой. Именно из-за этого кажется, что я все еще на него злюсь, но это не так, и Даг это прекрасно знает, поэтому и прикрывает меня постоянно перед Хеком. - И что в таком случае делать мне? - смотря на старшего, будто ища в нем поддержки и помощи, спросил Ким. - Чанбин в этом плане сухарь, - начал юноша, кивнув головой. - Поэтому первого шага ты от него никогда не дождешься, но и тебе торопиться не стоит. Сам понимаешь, что за время сейчас. Дождись подходящего... - Если оно наступит, - усмехнулся Сынмин на манер друга. - Сам же сказал, что смерть за нами по пятам ходит. - Тогда вперед, если терять нечего, - посмеялся Феликс, стреляя глазами в товарища и морща нос. - Я могу тебе еще сказать, что Даг очень хорошо с твоей мамой общается. Еще с первого дня, как мы все познакомились. Поговори с ней по этому поводу, думаю, она даст тебе действенные советы, - Мин резко остановился, расширяя глаза и открывая рот. В этой всей суете он совсем забыл заглянуть к матери, проверить ее и узнать здоровье. Вероятно, он обижается на легкомысленность сына, а, возможно, злится. - Че застыл? - Забыл к маме забежать сегодня, - шатен почесал макушку, стыдливо улыбаясь на смешок товарища. Тот похлопал его по плечу, убедив, что возможность будет еще завтра, а после пошел дальше, снова засовывая руку в карман. - А у вас звания есть? - из интереса, чтобы разбавить грустную атмосферу, спросил Фью, не зная, что поднял еще одну больную тему. - Звания? - Феликс задумался, надувая губы, и заговорил после небольшой паузы. - Вы с Лисой рядовые. Хек - капитан, Даг - сержант, а все остальные лейтенанты. - Сержант? - брови Мина взлетели вверх, услышав информацию, и он неосознанно повысил голос, который эхом разнесся в пустых стенах. - Он же возглавляет отряд. - Да, ты прав, - снова грустно усмехнулся друг, облизав губы. - Раньше Бин стоял наравне с Хонсе, но после ситуации в КНДР его понизили, - его улыбка слегка померкла, однако оставалась на лице. Фью предположил, что так он скрывает всю свою боль. Заученной гримасой показывает окружению, что все хорошо. - Мы все помним тот день, спроси у любого, - кинул взгляд на оппонента и тут же отвел. - После окончания войны был парад, в котором Намджун выступал, как главнокомандующий, - усмехнулся, словно от шутки, и продолжил. - Вызвал к себе на сцену Дага. Мы-то все думали, чтобы награду какую-нибудь выдать или похвалить перед народом, но также удивились, почему Хека не вызвали тоже, - он вытянул указательный палец, нахмурив брови, но тут же вернулся в прежнее состояние. - Какие мы были наивные тогда, - Лост сухо посмеялся, опуская голову, качая ею и проводя языков по зубам. - Какого же было наше удивление, когда генерал перед всеми сорвал погоны с военного кителя Чанбина. Представь, в каком шоке стояли все, - Феликс сжал зубы и кулаки в карманах, будто собирался прямо сейчас рвануть к Намджуну и начистить тому лицо. - Он опозорил и опустил его перед всей Кореей. А я был в этом виноват. - Я так не думаю, - пытался перебить Сынмин, но Ликс будто его не слушал. - Намджун тогда сказал, что Бин снимается с поста капитана за то, что не уследил за своими солдатами. Кажется, что это глупость, но для генерала этого было достаточно, - казалось, будто Ли говорил сам с собой, словно книгу листая свои воспоминания, и вновь переживая прошлое. Оно приносило боль - Фью видел, как глаза Лоста потемнели, спина сгорбилась больше, а губы превратились в оскал. - Но если Даг больше не капитан, почему он продолжает возглавлять отряд? - Феликс часто захлопал глазами, будто только что проснулся и не понимал, что он тут делает и как оказался. Однако сориентировался быстро, стер все эмоции с лица и тут же ответил. - Мы все попросили, - почесав нос, юноша оставил руку болтаться вдоль тела. - В тот же день, после того, как сорвал погоны Даггера, Джун оповестил, что лидером отряда «Ангел» становится Югем, а мы продолжали стоять в шоке, не в силах что-то ответить, - Ликс расширил глаза, начиная немного улыбаться, будто в прошлом его забавляла эта ситуация. Однако Фью знал, что это не так. Тот очень переживает, что тогда, что сейчас. - Ю тогда первым из нас очнулся и возразил, сказав, что отказывается. Он кричал на Намджуна, заявляя, что кроме Даггера никто не сможет вести отряд. Спустя время мы все присоединились к бунту. Под нашим напором и взглядом камер, он принял наше решение и оставил Бина во главе, но звезд не вернул... - Ликс, - резкий возглас, который в пустоте коридора показался криком, заставил парней отвлечься от разговора. БэмБэм, выйдя из-за угла, направлялся к ребятам, махая рукой. Улыбался, словно только что увидел давних друзей, а те с нахмуренными бровями смотрели в ответ. - Ты чего тут забыл? - скрещивая руки на груди, Ли усмехнулся, начав притопывать ногой. - Генерал Ким задержал, - невинно чеша затылок, юноша посмеялся. - Я, наверное, отвлек вас. Пойду к себе. Феликс смотрел вслед удаляющемуся товарищу, чуть сузив глаза и не меняя позы. Снова начал кусать губы, будто о чем-то раздумывал в своем собственном мире. Казалось, любое движение или помеха извне может обернуться серьезными последствиями. - Не нравится он мне, - начиная уже кусать щеки, Ликс оперся рукой о плечо Фью, продолжая размышлять вслух. - Мы впервые встретились в концлагере, куда нас поместили после военных действий. Он сразу мне показался мутным каким-то: мы ничего о нем не узнали тогда, и не знаем сейчас. Всегда отмалчивался, переводил тему или вообще отвечать отказывался. Не знаю, что он собой представляет, но я ему никогда не доверял, особенно после того, как он настучал генералу о моем проколе в КНДР, - теперь парень начал теребить сережку. - Также возникает вопрос: почему его пустили в штаб, если доступ есть только у нас? И что он так долго делал у генерала? - Может, не будем этим сейчас забивать голову? Нам всем стоит хорошенько отдохнуть, - предложил Фью, смотря на старшего и пытаясь не думать о новоприбывшем. - Ладно, - вздохнул тот. - Ты прав, подумаем об этом, когда он сотворит что-то плохое, - убрав руку с плеча друга и похлопав ею по его спине Мина, Феликс хрустнул спиной. Камня в свой огород Сымин не заметил. - Возвращаемся.