Sixth angel

Три пары глаз смотрели на новоприбывшего и ждали, когда тот начнет объяснять. Взгляд у всех был ожидающий, положение тел напряженное, а нервы на пределе. Хонджун будто специально молчал, выжидая неизвестно чего. Точно хотел поиграть, растягивая время. Желал подразнить, непонятно зачем. Отвечал каждому непроницаемым взором, немного задерживаясь на Сынмине, словно давая этим незаметным движением некий намек, молчаливо говоря: «Это связано с тобой». Однако Фью его не замечал, нервно стуча пальцами по бедру. - Ты скажешь или нет? – вспылил Юнхо, всплескивая руками и сердито смотря на парня. Он никогда не отличался терпением, когда кто-то томит. В его глазах читается усталость, которую юноша пытается скрыть от лаборанта, но тот замечает ее и немного хмурится, ставя себе мысленно галочку узнать состояние Чона чуть позже. Кидает взгляд на маленький столик, на котором банка кофе, потом на кружку на столе хакера и в мыслях пытается угадать, какая эта порция по счету за сегодняшний день.– Иначе всех троих выгоню, - грозит, отводя взгляд от русовласого, и осматривает гостей, а Джун дергается, отвлекаясь от своих мыслей. Лаборант усмехнулся, в последний раз бросая взгляд на сына генерала. На момент обернулся, осматривая работающих и, взглянув на Чона, покрутил пальцем в воздухе, сразу же слегка прикасаясь к уху, в который был сунут беспроводной наушник. Тот же закатил глаза, поджимая губы, и покачал головой, давая понять, что другие ничего не слышат, а, значит, можно начать говорить. - Ты носитель иммунитета, - перешел к сути лаборант, серьезно смотря на младшего. Хон поймал сразу три разных взгляда: удивленный от Юнхо, непонимающий от Мина и равнодушный от Бина. Джун готов поспорить, что после дальнейших фактов, выражение лица Дага изменится. – Иммунитет, или по-другому антитела, дают тебе стопроцентный шанс не заразиться вирусом, и даже если вирус попадет в организм, прогрессировать он там не сможет, - пояснил, сжимая телефон в кармане медицинского халата, ожидая дальнейших реакций. Однако их не поступало – парни по-прежнему ждали развития. - Это не ответ на вопрос, - напомнил Даг, скрещивая руки на груди и опираясь бедром о стол. Джун закатил глаза. - Дай повыебываться, - и поиграл бровями, растягивая уголки губ в легкой улыбке. Чанбин обреченно покачал головой, коротко вздыхая. - Все итак знают, что ты умный, - заключил лидер под одобрительные кивки Юнхо, который снова закинул руки за голову и облокотился на спинку кресла. Не спеша крутился из стороны в сторону и неотрывно смотрел на Хона. - Не будь ты всезнайкой в своей области, тут бы не работал, - Фью неуверенно кивнул, находя в словах старшего логику. - Поэтому давай, не тяни кота за яйца. - Нудный, - вздохнул Джун и скрестил руки на груди, хрустнув шеей. Снова обвел друзей взглядом и уже без энтузиазма продолжил. - Намджун знает об иммунитете. Знает, что он есть у Фью, потому что видел результаты анализов, и также знает, что тот передается генетически, - сделал драматичный паузу, закусив щеку. - Поэтому, чтобы не подвергать себя опасности с заражением, ввел вирус в твою мать, предполагая, что она является носителем, - понизив голос до шепота, закончил лаборант. Резко накатила усталость, будто он не спал подряд несколько недель, а не суток. Ноги начали нещадно ныть, а глаза - щипать. - Но прогадал, и Мунбель начала обращаться, - договорил Юнхо, продолжающий сидеть в кресле и слегка крутиться в нем. - Ты прав только отчасти, - дернув подбородком и цокнув, Ким сунул руки в карманы халата, часто моргая. – В ее организме вирус повел себя немного иначе, нежели мы привыкли видеть, - парень заметил, как Бин склонил голову к плечу, заинтересовавшись, и слегка кивнул своим мыслям. – Она не начала обращалась, как думал генерал. Он тогда ее принес ко мне в кабинет, чтобы я взял кровь на анализ, и я зразу понял, что Мунбель начала гнить заживо, - юноша опустил глаза в пол, приглушая голос и сжимая кулаки. Подвигал челюстью, глубоко вздыхая. – На тот момент гниль поразила ноги до щиколоток, но ползла выше: на икры. Анализ ничего не показал, кроме того, что клетки начинают умирать, но вирус в этом не участвовал, - он пожал плечами, не поднимая взгляда. – Я тогда задумался, из-за чего это могло происходить, но так ничего и не смог узнать, - усмехнулся слегка, словно одним этим смехом говорил «Какой я бесполезный». Сынмину, пытающемуся переварить новую информацию, казалось, что он скоро сойдет с ума. Проблем становилось все больше, вопросы нарастали, а ответов как не было, так и нет. Мозг начинал закипать, а дыхание учащалось. Он снова впал в состояние транса. Перед глазами проносились кадры из детства, где мама жива и здорова, но они резко сменились моментами с последней встречи. Мунбель с бледным лицом пытается улыбаться сыну, шоколадные глаза тухли с каждой минутой, а синие губы постоянно дрожат. Трясущиеся руки, казалось, с трудом держат книгу, а ноги скрыты одеялом. Только сейчас Мин понял, почему мама их не показывала – гниль распространилась выше. Громкий кашель в стороне вывел из оцепенения. Чанбин, приложив одну руку ко рту, другой просил дать попить. Юнхо, отчаянно вздыхая, достает из-под стола бутылку с водой и протягивает товарищу, после чего снова поворачивается к Хонджуну, который продолжает молчать. - А к Джемину обращался? – поинтересовался хакер, вновь опускаясь на спинку и скрещивая руки. – Может он чего знает. - Спрашивал, - Хон, наконец, поднял глаза, смотря на троих по очереди. – Он думал, что это была простая гангрена, постепенно и я начал так думать. - Джун, - откашлившись, Бин вытирает выступившие слезы и смотрит на лаборанта, который сжался. Словно уже догадался, о чем парень хочет спросить, и надеется, что его предположения ложны. Даг снова кашляет, делает еще один глоток и отдает бутылку назад Юнхо. - Вирус в организм Мунбель вводил генерал? Хонджун замолчал, громко сглатывая и чувствуя, как кожа покрывается мурашками. Не будь свет таким тусклым, это бы увидели все. Он глубоко вздыхает, уводя глаза и проводя ладонями по лицу. Пульс начинает учащаться, а все вокруг молчат. Им и не нужен был ответ: они его итак знали. - Нет, - наконец перестав дрожать, юноша снова смотрит на сержанта. - Это был я, - краем глаза он видит, как замер Фью, шире раскрывая глаза и не отрываясь взгляда от старшего. Не верил, несмотря на то, что признание прилетело точно в лоб. - Посему он не пошел к Джемину? - голос Дага был, на удивление, спокойным, однако внутри его бушевал тайфун. Злость вперемешку с гневом и желанием разрушить все в этой комнате снова. Посмотреть в бесстыжие глаза товарища и увидеть в них сожаление. А Джун сожалел. Стыд и безысходность легли тяжелым грузом на плечи, подкашивая ноги. - Я не знаю, - отчаянно закачал головой Хон, опуская глаза и моджимая губы. - Скорее всего, генерал знал, что тот ему откажет под любым предлогом. - Почему ты не отказал!? - крикнул Даг, ударив по столу кулаком, из-за чего Джун дернулся, не осмеливался поднять голову. Юнхо громко шикнул на сержанта, хлопнув его по руке и не отводя глаз от Хонджуна. - Я пытался, - сквозь стиснутые зубы прошептал юноша. - Правда, пытался, - словно в бреду повторяет эхом и кидает быстрый взгляд на Юнхо. Замечает, как крепкие пальцы сжимают плечи, а сам парень немного хмурится, кусая губы. - Он надавил на меня, - несмело поднимая глаза, Хон снова сглатывает вязкую слюну. - Чем? У тебя же никого нет, - Фью следил за их перепалкой, прижав руки к груди и не смея говорить ни слова. Бегает глазами с одного на другого, и ему становится жаль Джуна. Тот, казалось, готов выбежать из кабинета, однако продолжает стоять на месте, глубоко дыша, сжимая кулаки и двигая челюстью. - У меня семья в Японии вместе с остальными эвакуированными, - злобно прошипел лаборант, делая шаг ближе к лидеру. Заметил, что Юнхо выпрямился, собираясь встать между ними, но Ким нападать не собирался. Лишь подошел вплотную, наблюдая за бегающие взглядом старшего. Тот не знал этого, и как понял потом, не знает о Джуне вообще ничего. - Ты не помнишь свою семью, потому что вырос в детдоме, но у многих она есть. И ею дорожат, а если ты не знаешь, какого это, учись хотя бы на нас, - выплевывает слова будто яд, желая прожечь дыру в оппоненте. На удивленный взгляд Бина он не обращает внимание: злость затмила глаза. - Прости, - шепчет Бин, опуская веки. Не замечает, как ошарашенно смотрит на него друг. Хочется много чего сказать, но храбрости хватает только снова повторить слова извинений. Юнхо все-таки встает и за плечи аккуратно отводит юношу подальше. Заключает его лицо в свои большие ладони и заглядывает в глаза. Улыбается и оглаживает большим пальцем щеку. Что-то тихо говорит, а Хон легко улыбается и кивает. - Ты прости, - Джун устало трет глаза пальцами и широко зевает, прикрывая рот кулаком. Поднимает уголок губ на кивки Дага и переводит взгляд на молчащего Сынмина. Тот нахмурился, будто в его голове сотни вопросов в момент появились. - Что-то еще хочешь узнать? - спрашивает Хон, проводя пятерней по волосам и снова засовывать руки в карманы. - Что еще дают эти антитела? Из-за чего отец так хотел узнать носителя? – Мин почесал темечко и бросил осторожные взгляды в сторону лидера, а потом на лаборанта. Тот успокоился, а Даг поник. Фью не знал, какие мысли сейчас в его голове, но был готов поспорить, что он обдумывает ситуацию. - Благодаря крови носителя можно сделать вакцину, - пояснил Хонджун тем же тихим голосом и облизал пересохшие губы. – И поэтому я попрошу тебя сдать кровь в ближайшее время, - мимолетно ловя удивленный взгляд Чанбина, парень снова посмотрел на солдата. – Не знаю, сколько займет приготовление вакцины, но лучше не затягивать, пока появился шанс. Даг, продолжающий опираться бедром о компьютерный столдажн не заметил его взгляд и обвел кабинет взглядом, закусывая щеку. Нахмурился, пытаясь лучше вглядеться в хакера, который показался ему подозрительным, и, возможно, узнать, кто это. Тот сидел на своем месте, но в отличие от других, ничего не делал. Держал в руке мышку, а глаза были скошенны на собравшуюся группу. И Бин готов поспорить, что одно ухо у него было сейчас освобождено от наушника. - Ребят, - прошептал Даггер, не сводя взгляда с хакера. - Нам, кажется, пора, - все посмотрели на него, поднимая в удивлении брови. Чанбин лишь указал головой на тот самого юношу, а Юнхо сразу напрягся. - Он прав, парни, - Чон повернулся к компьютеру, закрыл вкладку с информацией на Намджуна, и зашел в какую-то программу. - Ребят, быстрее уходите! - крикнул, уже не заботясь о том, что их может кто-то еще услышать. Все трое кивнули, не задавая лишних вопросов, поблагодарили юношу и направились на выход из комнаты. - Хонджун, - окликнул Юнхо. Лаборант сразу обернулся, поднимая брови, молча спрашивая, что случилось. – Прости меня, - слегка улыбнулся. Улыбка была измученной и вышла кривой, но Хон знал, что она искренняя. - Чего? – юноша часто захлопал глазами. – За что ты просишь прощения? - Просто прости, - повторил хакер, не переставая улыбаться. – Потом ты все поймешь, - и слегка кивнул, давая понять, что разговор окончен. - Даг, - позвал он друга, - не забывай про договор. Не смей больше появляться тут. Однако остался без ответа, и, как только дверь закрылась за парнями, с тревожным предчувствием опасности снова повернулся к компьютеру. Закрыл лицо руками, прекрасно понимая, что генерал узнает об этом визите, но пойти против друга не мог. Лишь осадок в сердце заставил поставить то дебильное условие. Чтобы обезопасить его, Юнхо выдвинул это требование, потому что знал, что лучше сам попадет под удар, но пострадать лидеру не позволит. Синдром спасател - в этом они были похожи с Хонджуном. *** - Фью, - идя между лидером и подчиненным, Хонджун взял за локоть мальца, не обращая внимания на недоуменный взгляд обоих. – Пошли со мной, сразу сдашь кровь, и я приступлю к работе... - Завтра, - отрезал Даг, отрывая руку лаборанта от Кима и вставая между ними. Взгляд твердый, не терпящий возражений и споров. Злости уже не осталось после недавней перепалки, однако какое-то скребущее чувство царапало душу. – У него из крови наркотик и алкоголь не весь вышел, - прямо сказал, никак не отреагировав на округлившиеся глаза лабораторного техника. - Да твою мать, Даг, - взревел русовласый, сжимая и разжимая кулаки. – Вы заебали со своей наркотой. Кто предоставил? Опять Лукас? – скрипя зубами, чуть ли снова не кидаясь на друга, спросил Хон. - Обезбол, который ты дал для меня, - ловко обманул Даггер, беря Сынмина за локоть, видя, как тот начинает почему-то шататься и, намереваясь быстрее его увести. Хонджун громко вдохнул и также громко выдохнул, потирая глаза. Казалось, что он сейчас закричит от усталости и безысходности, разрезая тишину пустых пролетов. Однако тот оторвал руки от лица, с бешенством смотря на лидера ангелов и, сглотнув слюну, поправил волосы. - Завтра с утра в мой кабинет, - строго, указывая пальцем в младшего, парень в последний раз выдохнул и удалился, продолжая ругать лидера, обвиняя в его безалаберности. С трудом переставляя ноги, будто метамфетамин до сих пор давал одурманивающий эффект, Фью, поддерживаемый Чанбином, направлялся в комнату. Казалось, что стены в коридорах начинали сужаться, и, в конце концов, расплющат их, оставив лишь кровавые следы. Передергивало от таких видений до дрожи в руках. Перед глазами все плывет и двоится. Взгляд не удается ни на чем сфокусировать. Голова кружится, и дыхание становится тяжелым, судорожным, а к горлу подкатывает тошнота. Веки резко тяжелеют, а ноги становятся ватными, подкашиваясь. Лишь сильные руки главного не дали свалиться на холодный бетонный пол. Мин слышит неразборчивое бормотание старшего, чувствует, как тот бережно, пытаясь сильно не трясти, подхватывает парня на руки и продолжает путь быстрее. У Сынмина мысли зыбучие, странные – пески, в чистом виде. Он чувствует себя ребенком в большой игре взрослых, ничего не понимая и не зная, что делать. Снова хочет вернуться в детство, чтобы не знать проблем, ни переживать за жизнь свою и друзей. Хочется проснуться утром и обнаружить себя учеником средней школы, бежать на уроки и слушать нудную математику. Закрыв глаза, юноша крепче обхватывает шею Бина и прижимается щекой к крепкой груди. Тот идет осторожно, держа младшего словно сокровище. Он легкий, словно совсем ничего не весит и брюнет ловит себя на мысли, что готов таскать Фью на руках всю жизнь, если придется. Слегка поднимает уголки губ, опуская взгляд на мальчишку. Тот заснул, продолжая тяжело дышать. Его ресницы чуть подрагивали, и руки сильнее сжимаются за шеей. В комнату Даг заходит, буквально, с ноги – руки заняты, а дверь нужно было открыть. В помещении были лишь Чонин с Крисом, развалившиеся на кровати и о чем-то болтающие. Бан Чана лидер сразу отправил за Джемином, а сам аккуратно стал укладывать младшего, стараясь не разбудить. Он волновался, а незнание того, из-за чего Сынмину стало плохо, только усиливало волнение. На вопросы Ай Эна он только пожимал плечами. Джемин примчался быстро. Влетает в спальню, а за спиной развивается халат, словно плащ супергероя. За ним бежит Крис, который перепуган не меньше. Медбрат осматривает больного под пристальные взгляды солдат и шепотом просит всех успокоиться и не нагнетать. - Просто скакнуло давление, - складывая тонометр в сумку, заключает юноша после непродолжительных манипуляций и поворачивается к троице, которая устроилась на соседней кровати. – Переволновался, скорее всего, - пожал плечами, выстраивая логическую цепочку у себя в голове. - После того, как проснется, напоите его сладким чаем и пусть отдыхает. Получив утвердительные кивки от всех троих, Джемин удалился, на выходе столкнувшись с Минхеком, который его чуть не снес. - Живо, к генералу, - вместо приветствия проговорил парень, тяжело дыша. – Прибьет, если опоздаем сейчас. Оставив Сынмина на парней, Даг еще раз взглянул на младшего, что мирно спал, и выбежал из комнаты вслед за другом. *** Пробуждение для Фью было тяжелым: раскалывалась голова, подташнивало и жутко хотелось пить. Он слышит копошение сбоку и с трудом фокусирует взгляд на людях, что сидят рядом. Немного успокаивается, стоит увидеть Чонина и Криса, обеспокоенно смотрящие на Фью. Тот выдает слабую улыбку, пытаясь показать, что все в порядке, но при первой же попытке сесть, голова снова закружилась. - Лежи, - мягко прозвучал Ай Эн, давя на плечи шатена. – Ты здорово всех напугал, - смачивая тряпку в воде, юноша кладет ее на лоб Мина, который тяжело вздыхает, чувствуя жар по всему телу, граничащий с ознобом. - Где Даггер? – хрипит сухим горлом, разлепляя слипшиеся губы. - Они с Хеком у генерала. Скоро должны вернуться, - слегка хлопая младшего по плечу, брюнет пересаживается на кровать лидера, продолжая наблюдать за Сынмином. *** - Мне жаль, что я обрываю ваш отдых, - начал Намджун, когда лидеры встали перед его столом. Оба смотрели непонимающе, но ожидали дальнейших указаний. Чувствовали, что что-то тут нечисто, но говорить против никто не смел. – Хонджун сообщил, что нашел способ изобрести вакцину, поэтому ваша задача привести в штаб подопытного. Чанбин поджал губы, понимая, что эта вакцина поможет и ему. Вот только стать тем, на ком опробуют ее, он не может. Не признается, пока она готова не будет: реакцию генерала угадать было нельзя. Однако хотелось подговорить судьбу, дескать, дай мне шанс первым прыгнуть в зыбучую неизвестность. Уверен, что Фью поможет смягчить падение, и осветит темноту вокруг. Уверен, что Сынмин не бросит на произвол судьбы, поможет выпутаться из зыбучих песков и, наконец, внести ясность. Дай шанс на дальнейшее счастливое будущее. - Берете по три человека с отряда, - продолжил блондин, не отрывая взгляд от парней. Видит напряженность Даггера, его скованность, которой раньше не было никогда, но причин не знает. Догадывается, но точно сказать не может. Поджимает губы, пытаясь угадать, но все тщетно. Хонджун не имел право говорить. Хонджун не сказал. - Новичков оставляете в штабе. Отправляетесь сегодня же. На сборы полчаса, свободны, - и хлопнул рукой по бумагам, стопкой собрынным перед собой. Лидеры переглянулись, поклонились и покинули кабинет. *** Чуть ли не с пинка открывая дверь, брюнет обводит взглядом комнату, ища нужных людей. Натыкается на одного лисенка, что также сидит на его кровати - Криса уже не было - и Фью, что подскочил, хватаясь за виски от резко ударившей боли. Черные глаза сразу потеплели, стоило увидеть младшего в таком состоянии. Он не судил об этом рвущем чувстве, как о любви, скорее, вина. Ведь именно Бин прошлой ночью заставил Сынмина вдохнуть порошок, смешав его с алкоголем в дальнейшем. Однако не понимал, почему не прочь прямо сейчас затоптать эти эмоции, прижать младшего к собственной груди и прошептать на ухо тихое и банальное «прости». Не понимал, почему был готов прямо сейчас вернуться к генералу и отказаться от задания, лишь бы остаться с мелким. Чанбин не судил об этом рвущем чувстве, как о любви, он лишь знал, что стал зависимым от него. Серьезно зависимым, трудно контролируемо. Остро. - Что сказал генерал? – видя замешательство главного, Чонин отрезвил его, замечая, как брюнет трясет головой, прогоняя ненужные сейчас мысли. - Во-первых, - начал он, подходя к Яну, - ты остаешься в штабе, присматриваешь за Фью. Головой отвечаешь, - дождался согласного кивка и продолжил. – Где Ю и Люк? - В спортзал вроде ушли, - пожимая плечами, начал вспоминать Чонин, не до конца понимая, что происходит и к чему спешка. Выплевывая мат, Бин подрывается с места и вылетает из комнаты, на ходу доставая телефон и набирая номер одного из парней. Бесящие долгие гудки в ожидании ответа, которого так и не последовало. Оставалось двадцать минут, когда Даггер влетел в зал, обнаруживая там веселящихся ребят: Югема, Лукаса, Сана, Феликса и Джисона. Между собой проводят соревнования: кто больше подтянется на перекладине. Смеются, дразня и подстрекая друг друга и совершенно не знают, что они нужны страшим. - Нахер вам телефоны, если вы трубки не берете?! - крикнул лидер, подбегая к парням. – Бегом в комнаты, у нас задание. Зуб даю, и Хек ищет вас, - сердито смотря на каждого, брюнет подталкивает их к выходу. - Что случилось? – Ю, пытаясь подстроиться под шаг главного, вытирал пот с лица. - Поимка подопытного. Ты и Лукас едете со мной, осталось мало времени. Поторопимся, - и не сбавляет шага, несется вперед. *** Переодеваясь и собирая вещи в рюкзак, Со параллельно отвечал на вопросы парней и ловил взволнованные взгляды Сынмина. Замечал несколько раз, что тот хотел встать и, видимо, попроситься с ними, но поджимал губы, опускал глаза и оставался на месте. Сжимался, словно боялся остаться один. А тот боялся, и очень сильно. Теперь, когда Мунбель не стало, ребята из отряда заменили семью. Терять дорогих людей сложно – Мин это уже понял, поэтому и переживал за парней. Он верил, что все будет хорошо, и ребята вернутся, но боялся ошибиться. Думал, что лучше бы пошел вместе со всеми, зато рядом с лидером, в поле его зрения. Дождавшись, когда все выйдут, Чанбин оставил свою сумку и повернулся к младшему, смотря прямо в глаза, слегка улыбаясь уголками губ. - Фью, - подойдя ближе, поднял парня за плечи, не отводя взгляда. – Я вернусь, ты веришь мне? – скованный кивок шатена растянул улыбку шире. Смотря со всей нежностью, на которую был способен, брюнет огладил его щеку и, приблизившись к чужому лицу, дотронулся до его губ своими, снова ощущая трепет чужих уст и горячее дыхание. Чанбин не целовал, как в последний раз, это было бы невыносимо для них обоих. Даже такое вялое касание давалось ему с большим трудом, ведь осознание того, что рано или поздно придется оторваться, приносило намного больше боли, чем от укуса упыря. Сынмин тоже не предпринимал попыток сжать его губы своими сильнее, - наверняка не хотел даже думать о том, что этот поцелуй у них может быть последним. Поцелуй никто не углублял, прекрасно понимая, что времени все меньше, и как бы ни хотелось растянуть момент, оба знали, что нельзя. Дальше будет сложнее, потому что хотелось обтянуть его прутьями, нитями, и к себе привязать, чтобы уйти не удалось. Подобраться к его уху вплотную, тихонько назвать самым близким, а потом умолять остаться таким навсегда. - Сутки, - с трудом отстраняясь от манящих губ, Бин провел языком по своим, замечая взгляд младшего. – Я вернусь, и мы нормально поговорим, хорошо? Сынмин смущенно улыбнулся, и, прикусив губу, уверенно кивнул, вызвав своими красными щеками новую улыбку лидера, который, бросив последний нежный взгляд, выбежал из комнаты, специально не прощаясь. Потому что нельзя, чтобы невысказанные слова так и остались висеть в воздухе. Около машины его уже ждут парни, обсуждающие приказ. Серьезный Минхек, поджав губы, смотрит на смеющихся Югема с Джисоном, как на идиотов. А во взгляде нескрываемо читается «Как я с ними дружу?», «Почему я их еще не убил?» и «Господи, избавь меня от этого». Однако, видя подбегающего Чанбина, он, кажется, облегченно выдыхает и говорит всем рассаживаться по местам. Будь в коридорах окна, Сынмин бы провожал машину, опираясь на подоконник. Однако окон не было, как и желания видеть джип, который выезжает за территорию штаба, увозя того, кто сейчас просто необходим рядом. Того, кто сделал первый шаг, вопреки словам Феликса. Если только в ночь, о которой Мин ничего не помнит, не произошло что-то, что подтолкнуло его. К сожалению, ответ будет лишь через сутки.