Дух: связанные тьмой.

Ведутся переговоры. Важные для обеих стран. Елизавета чувствует себя не в своей тарелке. Но она помнит, что сама напросилась на своё присутствие при разговоре мужчин. Недалеко, на невысоком подмосте, стоит упитанный мужчина в опрятном наряде. Поёт. Музыканты сидят в дальнем углу, старательно наигрывая правильные ноты задуманной мелодии. Шумно. В голову бьёт. Усиливает неприятное чувство чужие, резкие голоса иностранных гостей. Те говорят с Валахийским Господарем на румынском. Но даже так Елизавета поняла их, если бы те говорили на своём родном наречии. В детстве она изучила достаточно языков. И турецкий как раз входил в арсенал её знаний. Ноги моройки уже начинают зудеть. Она не привыкла стоять так долго. Чтобы не упасть, приходиться сесть за принесённый предусмотрительной служанкой стул. Княгиня пытается вести себя подобающе: молча сидеть с гордо приподнятым подбородком в царственной манере, с долей высокомерия взирая на иностранцев. — Должно быть, выгляжу сейчас крайне нелепо. На каком-то моменте она не выдерживает. Наверное на том самом, где султан Мехмед лицемерно заявляет о том, что его солдатам можно доверять, как и ему самому. — Да неужели? Подаёт она голос., — Почему же тогда предыдущего монарха Валахии, покойного отца нынешнего, так несправедливо заточили в тюрьме? Она понимала, что должна была молчать., — Иза вас тогда семье моего мужа пришлось скрываться, боясь лишний раз высовываться наружу. Вы забрали его ребёнком к себе, где всячески издевались! Она медленно встала со стула и приблизилась к невозмутимому на вид султану, одаривая того презрительным взглядом., — Я знаю, как подло и мерзко вы с ним тогда поступили. И поверьте: мы этого вам не забудем. Какое-то недолгое время оба сверлили друг друга тяжёлым взглядом из-подлобья. Свита Мехмеда напряглась, как и её супруг. — Дорогая, сядь пожалуйста на место, — как можно мягче, чтобы не унизить в их глазах жену, говорит Владислав. Елизавета послушно возвращается. А султан, словно отогревшись от сильного мороза, наконец произносит в своё оправдание; — Дракулу второго тогда очень грамотно подставили. Но вашему покойному отцу, Дьёрду Батори, удалось собрать достаточно доказательств о его непричастности. И мы сразу же отпустили его, должен заметить, — сделав паузу, он позволил себе удовольствие понаблюдать за переменами на её лице — Соболезную, кстати.. Что насчёт вашего мужа: он входил в назначенное количество кровной дани. Договор об отборе был заключён ещё задолго до моего рождения. Мы имели полное право забрать его вместе с братом. А пережил он так называемые издевательства по собственной глупости: неподобающе вёл себя с прежним властелином. Да и драки устраивал между соратниками. Вам ли не знать его буйного норова? Турок задержал красноречивый взгляд на кривоватой переносице багровеющей от злости княгини. Тут уже не выдержал сам Господарь; — Довольно! По просторному залу разнёсся звук удара по деревянным подлокотникам., — Если вы приехали, чтобы унижать мою жену, то можете сейчас же возвращаться обратно к востоку! — Я нисколько не оскарблял её светлость. Напротив: это она повела себя не самым достойным образом, вмешавшись в важный разговор. Что лишний раз доказывает о её недостойном воспитании. Как и то, что местным женщинам не хватает дисциплины. А рыба, как мы знаем, гниёт с головы.. Ситуация накалялась. Мехмед не остался в долгу, пустив в ответ едкие факты. Со стороны оба взрослых мужчин выглядели, как не поделившие игрушку дети. А Раду стоял с несчастным выражением лица. Ему не нравилось происходящее: родной брат и его возлюбленный сейчас чуть ли не ругались, только делая вид, что беседа эта всё ещё ведётся на официальных тонах. Так прошло ещё немного времени. В течение которого Босараб младший сдерживал желание соскочить с места и уйти, демонстративно хлопнув дверьми... Впрочем, он всё же сумел покинуть душное помещение. Когда отпросился на балкон, сославшись на нехватку свежего воздуха. Елизавета тоже после особо долго не задерживалась. Владислав отправил её к банкетному столу, стоящему в центре приёмной залы. Но та отказалась, сказав в оправдание, что у неё сейчас нет аппетита. Хотя в этот раз почему-то то было вовсе не так. Она решила воспользоваться возможностью поговорить с братом мужа. Остальным сказала, что направляется к себе в комнату. Её по прежнему сопровождали четверо стражей. Чьё количество хотябы на одного хотел увеличить Господарь, после того происшествия с Иваном. Но местная моройская администрация, отвечавшая за назначение и выдачу стражей, отказала ему в подобном. Ещё давно, как возникла и полностью сформировалась подобная структура, было дозволено максимальное количество стражей не превышавших числа четыре. В коридоре, пройдя недалёкое расстояние выхода из зала, они свернули на сторону балкона, который находился на втором этаже. Там то и находился сейчас Раду. Он стоял к ней спиной, облакачиваясь корпусом на металлические перила, когда та приблизилась к нему со спины; — Здравствуй Раду! С радостной улыбкой поприветствовала она его. Тот обернулся на неё. И смерив в ответ приветливым взглядом, кивнул на место рядом с собой. Ему тоже хотелось пообщаться с ней. — Как ты? Интересуется моройка., — Всё хорошо? Слышала, ты работаешь младшим чиновником при дворе султана. — Да. Но меня уже назначили на пост младшего визиря. —Поздравляю! А как личная жизнь? Нашёл кого-нибудь себе по.. Духу? На её губах расцвела лисья улыбка., — Небось, в местную госпожу влюблён. М? Улыбаясь в ответ, Раду молча покачал головой. Волосы его трепал дующий ветер. — Нашёл, — ответил незамедлительно. — Правда? Кто же она? — Боюсь, ты упадёшь в обморок, если узнаешь. А муж твой потом ругаться на меня будет, когда тоже разузнает. — О боже! Прошу, только не говори, что твоей избранницей стала какая-нибудь девушка из султанского гарема! — Не избранница.. Раду отводит взгляд, будто вампир от священного креста., — Избранник. Повисает неловкое молчание... Елизавета обескуражена. Разве такое и вправду бывает? Нет, она конечно слышала о подобной форме так называемой "любви". Но чтобы вживую знать и видеть её представителя - впервые. — Ну и кто же он? Слышится низкий, не особо радостной интонации голос старшего брата. Обернувшись, они видят в дверном проёму облокотившегося спиной на стенку Владислава. Тот слишком хорошо знал свою жену, чтобы после её ухода не найти причину выйти следом за ней. Ведь благодаря их связи он прекрасно знал, что та вовсе не собиралась сидеть сейчас в их общей спальне. Хоть утро ещё и не наступило. Раду мнётся, изъявляя своё явное нежелание отвечать на заданный вопрос... Но Владислав не намерен уходить без ответа. — Я не буду тебя осуждать, — говорит ему он — В любом случае. И Раду наивно верит. Но так ли наивно, если есть того осуждать за что, пусть и сам юноша не был в курсе тайного произошествия между самыми дорогими для него мужчинами? Владислав в мгновение ока меняется в лице. В его глазах витает неописуемая ярость. Он зол. И не на брата, как можно было бы подумать. — Ты не понимаешь!!! Кричит Господарь на изумлённого Пашу., — Он не лучшая тебе пара!!! И не только потому, что мужчина!!! — Если ты говоришь о его детях от наложниц и гарем, то я и без тебя всё это прекрасно понимаю, — Раду говорит спокойно в отличие от своего брата, хоть и с явным испугом во взгляде. Потомучто он не знал. Зато знала Елизавета. Которая чувствуя себя виновной, поспешила удалиться к себе, чтобы не распалять дальше и без того накалённую обстановку. Оставляя позади себя спорящих братьев... В коридоре она наткнулась на Мехмеда. Одарив его неприязненным взором, моройка поспешила скрыться с глаз долой. Тот в свою очередь, проводил её надменным взглядом. И в этом взгляде читалась явная угроза. Но та не оборачивалась, чтоб её заметить. — Да что между вами случилось?! Не выдержал в это время Раду, тоже повысив голос. — Половой акт. Принудительный. Про себя отвечает ему Владислав, плотно прикрывая веки. — Почему вы оба не как не можете уже прекратить грызться как кошка с собакой?! Продолжает возмущаться юноша., — Почему ты такой?! Зачем ты провоцируешь османов к объявлению войны?! Неужели тебе наплевать на наш народ?! Или ты просто не подумал?! — Я "не подумал"?! Не думаю о народе, говоришь?!! А ты хоть сам, всё эти годы, вспоминал о родной земле?!! Нет! Тебе было хорошо и там - на востоке!!. Меж их перекрикиванием встревает нагло вышедшей к ним на балкон Мехмед. Оба брата на какое-то время прекращают свой спор, молча уставившись на вопросительно взирающего в их сторону султана. — Что-то случилось? Спрашивает раздражающе спокойно Мехмед, с убранными руками за спину. Владислав проходит мимо него, тяжело стуча подошвой своих сапог. Слегка недоумённый турок устремляет взгляд на Раду; — Ничего не хочешь мне рассказать? Тот одаривает его недоверчивым; — Напротив - это ты мне расскажешь наконец, какая кошка пробежала между вами. Мехмед не сильно озадачен его неожиданной напористостью узнать правду. Султан знал в глубине души, что рано или поздно этот момент настанет. Но он всё равно решил отянуть время ещё ненадолго. — Ты не сможешь всё время бегать от правды! Восклицает Раду, следуя за идущем по ступенькам султаном., — Так или иначе тебе придётся мне об этом рассказать! Рано или поздно! Мехмед старательно игнорирует его до самой дороги на улицу... Где во внешнем дворе они свернули за угол здания, где и остались наедине. Без лишних ушей и любопытных глаз. — Поверь, тебе не понравится та правда, к которой ты так стремишься. — Мне не только правда нужна! В сердцах перебивает мужчину юноша., — Но и твоё доверие! Мехмед продолжает отмалчиваться... И его тайный любовник не выдерживает. — Я не могу так, — качает головой тот — Если ты мне не доверяешь, молчишь и.. Паша сделал паузу, пытаясь выдавить из себя следующие слова., — То я сейчас же уйду. От тебя и от державы, которой присегнул на верность.. От услышанного у Мехмеда замерло сердце. А Раду уже развернулся. И успел сделать несколько шагов. Но Мехмед нагнал его со спины. Юноша почувствовал как чьи-то родные ладони мягко опустились ему на плечи. Затем судорожно сжав, но не слишком сильно, притянули к себе. Чужой нос уткнулся ему в выпирающую ключицу. Те самые руки сомкнулись на талии. Раду не успел понять, нравится ли ему сейчас их близость, как партнёр зашептал ему что-то на ухо. Про ту самую "кошку". Потомучто он не хотел его потерять. Да: злиться и возможно ненавидеть Раду его будет всё равно. Но зато потом обязательно простит... Наверное... Дослушав не самую приятную историю для своих молодых ушей, Раду поспешил мягко убрать руки Мехмеда с себя. Тот не стал его задерживать. Настал перерыв. Гостей усадили за накрытый стол. Угощали национальными блюдами, в которые входили: *Чорба*, *Стуфат* (блюдо из рёбер и позвоночника барана), *Варзэ Кэлитэ* (тушёная капуста со свиными рёбрышками, так же уткой или колбасой), *Сармале* (мясной фарш завёрнутый в капустные или виноградные листья). За длинным и широким столом присутствовали ещё и сами хозяева замка. Правда на этот раз опетит был плохой даже у Владислава, который обычно заставлял побольше есть худенькую жену.. Хотя, теперь уж такую худенькую? Бросая мимолётные, разведывательные взгляды на обоих, Мехмед взвешивал каждый свой шаг. Анализировал каждое слово, которое собирался произнести. Переговоры прошли почти что ужасно. Стороны не смогли прийти к взаимовыгодному соглашению. Означало это только одно: будет война. Когда султан покидал своды фамильного замка со своей свитой, то у самого порога обернулся на провожавших его Елизавету и Владислава; — Хотел чтобы вы знали напоследок: я человек, который всегда старался искать в первую очередь мирное решение конфликта. Так же как и сейчас.. Надеюсь, своим решением вы не обречёте свою женщину на воспитание ребёнка безотцовщины, — он задержал взгляд на уровне талии княгини, через ткань платья которой уже начинал вырисовываться округлый живот — Здоровья и благополучия вашему ребёнку. Надеюсь что ему повезёт как и предыдущему: родиться девочкой. Раду бросил прощальный взгляд на застывшего брата. После чего последовал за остальными. К своему новому дому. *** Брат Ивана так и не объявился. Известно было лишь то, что тот остался жив. И его точное местонахождение не было даже известно бывшему стригою. Вилма продолжала навещать того, раз в месяц совершая недалёкое, но не менее трудное путешествие от замка в котором жила до башни, где удерживали парня. За последний год их отношения почти не изменились. Разве что перешли с "привет" и "пока", на приятельское общение. Дампирка выслушивала всё накопившееся, что слетало с его языка словно созревшие яблоки. Он же изредка интересовался её прошлым. Из которого, кроме былых и не совсем удачных миссий, поведать было нечего. Если раньше Иван почти всегда уходил глубоко в себя и не на кого не реагировал, то теперь, едва завидев подругу, заметно оживал. В глазах загорался какой-то неизведанный огонёк. Больдо продолжал сторожить его камеру. При их разговоре старался вести себя как можно тише, чтобы не отвлекать своим присутствием. В целом жизнь его была близка к почти что спокойной. И лишь перед сном, когда его сменял другой на посту, того одолевали тоскливые воспоминания об утраченном наставнике. Елизавета продолжала поддерживать общения с обоими дампирами. Всё норовила съездить к Киндией. Но муж, окутанный очередной пранойей о риске и опасности, запрещал. И то был не только страх перед бывшим стригоем. От этой жизни можно было ожидать чего угодно. И оба, как всегда, старались сопротивляться судьбе, которую до них пытались перехитрить и прежде... Владиславу пришлось часто выводить жену на свежий воздух, чтобы их ребёнок дышал свежим воздухом. Стражем он до конца не доверял, хоть у тех и было солидное резюме. И отпускать моройку за пределы замка боялся. Он не хотел, чтобы то что случилось однажды, повторилось во второй раз. Помимо досмотра за беременной женой и помощью семье Катарине, он не забывал вести и государственные дела. Так же, как и выполнять свою часть договора с Хуньяди. Через шесть месяцев после отъезда османских послов, в Валахийском княжестве родился новый наследник - Владислав Босараб четвёртый. Несмотря на то что их второму ребёнку "не повезло", мать была рада. Рада тому, что родился мальчик. И это не иза того, что теперь она являлась официально матерью самого наследника трона Валахии. Потомучто если бы родилась ещё одна девочка, то та наверняка стала заменой Илоны. Несмотря на то что воспоминания о их малышке до сих пор причиняли жгучую боль в груди, Елизавета не хотела её забывать. В 1462 году Елизавета родила ещё одного ребёнка - Михню. Сына. Маленькому Владиславу уже тогда было два года. И все эти спокойные дни Скендер не оставлял эту семью. Он следил за подрастающим детьми и их пока не стареющей матерью. Но продолжал жить в лесу. Эти три года были самыми счастливыми в их жизни. Раду и Мехмед постепенно возобновили отношения. Первый остался сражаться на стороне турков. За что от того отвернулся родной брат. Поскольку фактически, он стал предателем. Знахарка Вадома продолжала служить семье. Теперь лечила и принцев, как до этого их матушку, если те чем-то заболевали. Катарина продолжала любить Владислава. Но уже особо не на что не надеялась. Её родные уже давно перестали в чём либо нуждаться. *** Год 1463. 18 Июня. Румыния - Тырговиште. Фамильный замок Дракулы: Всё было тихо и спокойно. Очередной день: Елизавета завтракала с сыновьями. Владислав в это время вёл бой с Османским войском, на переправе. Она переживала, но знала, что любимый как всегда вернётся с победой. Годовалый Михня как всегда вредничал, отказываясь доедать надоевшую кашу. Вёл себя довольно агрессивно, как подметила его мать: яро размахивал ручками и возмущённо пинался ножками, восклицая ротиком что-то боевое. — Весь в своего отца. Нежно улыбаясь, смотрела на того моройка, подперев рукой щеку. Михня был ещё слишком маленьким, чтобы есть с ней за одним столом. Поэтому сидел сейчас на мягком диванчике, и принимал пищу с рук пожилой Вадомы. Которой уже не в первый раз люто хотелось назвать несносное дитя каким-нибудь этаким словом. А Владислав в свои два уже мог не только держать ложку в руках, но и самостоятельно взбираться на стул и дотягиваться до поверхности стола. А стол у них в в обеденном зале был не сильно высокий. Явно недовольный тем, что его оставили в стороне, Михня резко вскочил с места и пополз к матери и братику, желая присоединиться. Княгиню сначало обуревало умиление, она прикрыла рот ладошкой от восторга. Потом она почувствовала волнение: несмышлённый ребёнок мог травмироваться. Она быстро бросилась на пол к Михне и осторожно подхватила его на руки. Частицы каши, которыми была заляпана одежда шаловливого мальчугана, перешла ей на платье цвета бирюзы, чей подол тянулся свободными сборками к низу. Она снова была беременна. Уже второй раз подряд. Что даже муж, с которым она виделась два месяца назад, пошутил что скоро перестанет с ней заниматься любовью. И сразу после был готов огрести. Но Елизавета лишь звонко расхохоталась. Несвойственно "особе голубых кровей". Именно эта черта нравилась ему в ней: она всегда смеялась, не сдерживаясь. Была живой, хоть это и считалось в какой-то мере не приличным... Вынырнув из ностальгически-приятных воспоминаний, она прижала сопротивляющегося сына к груди покрепче. Тот для приличия сначала недовольно посопел. Потом всё же затих и попытался обвить маму маленькими ручками, прижимаясь к ней в ответ. Он был похож на отца как и характером, так и внешностью: каштановые волосы, кафейные глаза. А вот Владислав был настолько тихим и непривередливым, что все очень удивлялись. На мать поведением он тоже не походил. Зато волосы его были чёрными, как оперение ворона, а глаза, точь в точь как у неё. — Интересно, а каким же будешь ты? Подошедшая служанка забрала с её рук Михню. — Или какой.. Она положила ладони на пока ещё плоский живот. Как бы пыталась тем обнять того, кого пока не могла видеть и слышать. И чувствовать. Но возможно через полгода она заметит характерные толчки. Она думала, что этот день будет таким же, как и придыдущие. В зал вбежал запыхавшийся страж дампир. Присутствующие одарили того вопросительным взглядом. На что получили весьма торопливый и ясный ответ; — Турецкое войско на подходе к столице.! Сбивчево затараторил тот, операясь на дрожащие колени., — Наш государь потерпел поражение в битве с Мехмелом завоевателем!. Некогда объяснять!. Просто быстро бросайте всё и следуйте за мной!. Моройка пошатнулась. И приложив похолодевшую руку ко лбу, взволнованно спросила; — Как.? Он.. Он жив?!. Дампир интенсивно закивал, помогая пожилой знахарке подняться с дивана. Затем не медля не секунды, немного грубо схватил княгиню за тонкое запястье, почти что насильно волоча за собой. Её ноги словно примёрзли к полу. — Куда мы идём?. Растерянно озираясь по сторонам, пробормотала она. — Нас уже ждут на заднем выходе! Ответил ей страж не оборачиваясь., — Мы сядем в закрытую телегу и покинем столицу, как не особо важный груз. На время где-нибудь затаимся. Потом попытаемся пересечь границу между Валахией к Венгрии. Там вам должны помочь и предоставить надёжное убежище.. Он всё что-то говорил и говорил... Елизавета его совсем не слушала. Все её мысли сейчас были только об одном: что это должен был быть обычный день. Они покинули замок, выйдя через задний выход. Там их ждала приготовленная телега. В которой уже сидели Вилма и Иван. Которого всё же выпустили из под стражи. По идее в телеге должны были ехать только члены правящей семьи. Но Вилма была тяжело больна. А Иван - представлял собой особую ценность. Которую было просто нельзя оставлять в подарок османскому завоевателю. Впрочем, перспектива ехать с женщинами и детьми в закрытой телеге того не особо радовала. — Я не беззащитный! Возмутился он, сморщив ровной формы нос., — Могу и не только за себя постоять. Можете выпустить - некого без надобности кусать не буду. — А нам то как раз не помешало бы, — ответил ему Больдо, усаживаясь рядом с кучером — Только зубки теперь обломаешь! Дерзко усмехнувшись, парень сцепил спереди руки. Вилма закатила глаза. Дети, чувствуя назревающую беду, посильнее прижались к матери. Та в свою очередь крепко обняла их. Сначала послышался удар кнута. Но лошадь сопротивлялась. Животное тоже было напугано и от присутствия дампиров ёрничала только больше. Но всё же послушалась. И стуча копытами, понеслась галопом к секретному выезду из города. На ту самую тропу, где четыре года назад Больдо потерял своего наставника. Где Вилма получила непоправимую травму... Телега ехала по лесу и днём и ночью. Останавливаться было категорично нельзя. Нужно было как можно скорее достичь границы Венгрии. А сам лес, словно понимая и принимая их отчаянное состояние, не молчал: во всю выл гуляющим ветром, скрепел качающимеся ветвями. Этот шум мог заглушить стучащие копыта возной лошади и стук колёс. И даже хищники не выявляли себя. О чём позаботился Скендер, едва учуяв знакомую кровь. Стригой стоял в своём обсалютно чёрном костюме посреди деревьев. Те маскировали его. Он сливался со стволами. Его не видели. Зато он видел. *** Столицу покинуть удалось. Но не страну. Османы уже окупировали все входы и выходы. Страж прибежал поздно, но не настолько, чтобы тем удалось захватить в свой плен жену и детей своего поверженного врага. С которыми могли сделать неведомо что. Они скрывались в далёкой от столице деревушки, которая распологалась недалеко от города Тыргу-Жиу. Рядом распологалась река Жиу. Всем, включая княгине и маленьким принцам, пришлось вести более обеднённый образ жизни. На еду денег едва хватало. Приходилось воровать. Чем занимались не только охранявшие их стражи. Остальные жители замка разъехались по разным городам. Кто-то успел до прихода Фатиха скрыться, кто-то нет. А сам султан уже захватил власть во всей Валахии, посадив на место Господаря своего фаворита - Мирчу Босараба. Который взял с него обещание, что тот когда обнаружит укрытие семьи его брата, оставит всех в живых. Не только османские, но и валахийские солдаты ежедневно прочёсывали окрестности ближних городов. Позже перешли на дальние. С того дня не одному граждану, будь тот обычным крестьянином иль знатным господином, не было покоя от восточных захватчиков. Начались тёмные времена. Матьяшу было отправлено письмо от имени самой Елизаветы, в котором она задавала тому вопрос о состоянии своего мужа. Ответ пришёл не так скоро, как моройка того ожидала...