Again and again

Когда Алёна только заговорила, Ира на несколько секунд задержала дыхание, уже в попытках пережить отказ, ведь Алёна никогда не посещала такие мероприятия, и в отличие от Иры, всегда была ограждена от работы Арсения. Но тут она соглашается, и Ира облегченно выдыхает. Сняв с себя куртку Антона, она возвращает её в машину и вместе с Алёной они направляются обратно в клуб. В клубе царит всё та же шумная атмосфера, да и плюс ко всему все уже прилично поддатые и куда более весёлые. Ира взяв Алёну за руку, пробирается сквозь толпу, и замечает на себе взгляды всей съемочной команды, особенно охреневшие взгляды Антона с Арсением. Ира весело улыбается и чувствует себя максимально расслабленно, и даже защищённо рядом с Алёной. К ним подходит сперва Антон, затем как-то незаметно присоединяется Арс. - Ну чего глаза вылупили? А что это вам можно вместе веселиться, а нам нет? - усмехается Ира, вильнув бровями. Да , эта парочка твикс однозначно сильно недоумевает, и сейчас посыпится тысяча и один вопрос "а почему?", "а как?", "а где?" , и видимо придётся постепенно раскрыть все карты. Вот тогда-то эти двое точно охренеют. - Так вы... знакомы? - Антон все же задает вслух наболевший еще с того момента, как Алёна рванула куда-то в закат за Кузнецовой, вопрос. Арсений то хотя бы частично в курсе всей ситуации, которая произошла в день того бессовестного проеба, а вот он лично ни малейшего понятия иметь не может, откуда, черт возьми, бывшая жена его... его Арса знает его девушку. И судя по тому, как Кузнецова держит ее за руку, пока тащит через толпу - нихрена не по одной спонтанной беседе где-то в директах. Нет, они, конечно, девочки, которые всегда более тактильны по своей природе, и он пока не может заподозрить ничего противоестественного, но пока ему уже достаточно просто факта их знакомства. - Солнце, ты же не против, если мы тут немного... покутим вместе с вами? - размораживает второго недоуменного суслика уже Алёна, щелкая пальцами перед носом собственного пока-еще-супруга. Тот, конечно, наверняка не в большом восторге от этой мысли - но, по сути, она теперь свободный человек, и может делать что хочет - и Попов тоже должен это прекрасно понимать. Да и вряд ли он будет ругаться с ней на эту тему при всех - и при Антоне, и при пока что задумчиво приглядывающихся издалека остальных членах импрокрю, которые, кажется, до сих пор не до конца понимают, кто она такая. Арсений, конечно, в курсе, но некое удивление на очевидно близкую тактильность, на резкий порыв Иры и уход Алёны за ней, присутствует. И пока он только наблюдает, вскинув бровь и подозрительно прищурив глаза. Затем переводит взгляд на куда более охуевшего Антона, и вспоминает, что совсем забыл ему рассказать о знакомстве Иры с Алёной, и вообще о том самом вечере после того самого секса на Ирином коврике. - Да, Шаст, я забыл тебе рассказать. После нашего..Кмм..Проёба, о котором, я думаю, уже все в курсе..Ира пошла в клуб, там они и познакомились, поговорили по душам и все дела..Ну вот как-то так. Дружба наших бывших, конечно, будет недоумением для многих, но всё же это факт..И да, если хотите, конечно, веселитесь, - всё же неуверенно улыбается Арсений, понимая, что это не лучшея идея, но и запрещать что либо Алёне он не собирается. - Нуууу вот и отлично, - улыбается Ира, - да успокойся ты уже, всё нормально ведь, - пару раз хлопнув по плечу Антона, произносит Ира, после чего вновь берёт Алёну за руку и подходит к барной стойке, - они знатно прихуели, - тихо смеётся Ира, заказывая себе излюбленный апероль, а Алёне.. - а ты что будешь? - Кир Рояль. - кивает Алёна, не глядя на бармена - тот самый, уже её собственный любимый коктейль, за которым они когда-то уже общались - только Ира тогда накидывалась, кажется, чем-то куда более крепким и выглядела несравнимо потрёпаннее и разбитее, чем сейчас. Сейчас она вообще, кажется, будто светится изнутри - так, пока приглушённо, едва заметно, но всё же она определённо расцветает после того разговора, что происходил несколько минут назад на улице - и при всём отстутствии какого-либо тщеславия со стороны Алёны, не принять на свой счёт это невозможно, и это... Безусловно греет душу, заставляя расплываться в мягкой улыбке, протягивая вперёд бокал для молчаливого тоста. - Так значит, вы с Шастом помирились? Ни в жизни не поверю, что это тебе Стас так зубы заговорил. Хотя сто процентов пытался. Бабки небось предлагал и небесами в алмазах сыпал, лишь бы сохранить гетеросексуальный статус Антона? - да, Шеминов - удивительный человек. Он ведь даже вживую ещё не пересекались ни разу - хотя сейчас она краем глаза видит его гладкую плешь на другом конце зала, пока - хотя, кажется, только пока - не обращающую на неё никакого внимания. И тем не менее, он умудряется даже заочно настроить против себя не то что эмоционального Арсения или пока что нестабильного Шаста, но даже её - такую, казалось бы, всепрощающую и всепонимающую. Ира чокается бокалами с Алёной, после чего отпивает из своего. Да, Ире действительно стало гораздо лучше, ведь теперь она не чувствует себя одинокой в этом шумном, заполненным селебрити, клубе. Теперь рядом Алёна, с которой они уладили свои вопросы, с которой просто хорошо и надёжно, с которой они продолжат своё неоднозначное общение. У Иры блестят глаза, но далеко не от алкоголя, кажется, даже Шастун её такой ни разу не видел за семь лет, и сейчас помимо шока от связи своей бывшей с Алёной, офигевает от того, какой Ира по-настоящему счастливой может быть на самом деле. - Ну да, помирились. Теперь мы чисто друзья, и да, ты права Стас пытался помирить, но не для отношений, а для их имитации. И вот тебе крест, я бы отказалась, даже было наплевать уже на деньги и прочие привилегии, но Антон..Искренне извинился за всё, мы поговорили, наверно, впервые вот так прямо и честно..И я поняла, что не могу по-другому поступить. Да и бонусом там идёт финансовая поддержка, - Ира игриво виляет бровями, после чего вновь отпивает из бокала, - а ты я смотрю наслышана про их Босса, - Ира взглядом указывает на Стаса, который также периодически подозрительно поглядывает на двух дам за барной стойкой. Наверняка ведь задаётся вопросом, какого чёрта Ира делает с какой-то там девушкой, вместо того чтобы находиться рядом с Шастуном. Но пошёл он, как бы, нахуй вместе со своей плешивой макушкой. Ира пришла на мероприятие, как он просил? Пришла. Ира осталась, находится в этом клубе? Находится. А обжиматься весь вечер с Шастуном её никто принудить не может - да и, судя по тем редким фотографиям и сторис, на которых они были вместе, было бы и неправдоподобно, с учётом, что Шаст даже в те времена, когда они ещё полноценно встречались, не особо рвался общаться с ней на людях, и тем более обниматься-целоваться-демонстрировать свои пылающие (нет) чувства. - А Шаст взрослеет на глазах. Приятно посмотреть. - она усмехается и отпивает из своего бокала, облизывая сладковатые от черносмородинового ликёра губы. - А Арс мне не верил, когда я ему говорила, что нужно просто подождать. Что мелкий прозреет, повзрослеет и всё поймёт. Ну и о Стасе я всегда догадывалась. В плане, что это именно он - источник внутренней гомофобии, которая всё это время давила на мозги и по сути его доламывала. Не в обиду, Ир, но ты сама вспомни, как он на него смотрел ещё с первых лет совместной работы. Всё к этому шло с самого начала, просто если бы не эта гнида, которая шептала ему в ухо "геи - плохо, семья - хорошо, дети - нужно, счастье - в бабах", то всё бы разрешилось куда раньше, и не только они, но и мы бы были счастливы куда раньше, и он бы не мучил тебя столько лет этой неопределённостью. Хотя... Может ему и нужно было это вызреть, выносить, как хорошее вино... Черт его знает. Ладно. За то, что всё хорошо, что хорошо кончается. - Да какие обиды, Алён..Я уже всё отпустила, да и сама поняла, что никогда не любила его вовсе. Я человек взаимный, и не смогла бы любить человека, который не пылает ко мне чувствами..Это была привычка, мы больше были как брат с сестрой, вот честное слово, - усмехается Ира, без капли обиды или злобы, - а сейчас я, наконец, свободна и готова к честным отношениям..Ну не прям сейчас. Но в перспективе, - двусмысленно улыбается Ира, глядя прямо в глаза Алёны, - а этот гад плешивый, как ты говоришь, не только Шасту в ухо шептал, но и мне..А всё ради своей выгоды и своего гетерошоу, посмотрев которое, можно понять, что нихуя там ничего не гетеро..Взять хотя бы этих двух, которые то и дело текут или со стояками друг на друга стоят, - хитро улыбается Ира, в очередной раз чокаясь с Алёной, - да..За то, что всё хорошо кончается, - и отпивает. Но тут она замечает, как к ним приближается Шеминов, прихватив с собой свою омерзительную неестественную улыбку. Блять, ну началось. Здрасти, приехали. - Девушки, я вам не помешаю?.. - максимально галантно произносит Стас, после чего устремляет свой внимательный прищур на Алёну, в голове предполагая кем бы она могла быть. Ведь поздоровалась-то она сперва с Арсением, подошла к нему и вручила что-то в руки. Интересно... - с Ирой я знаком, довольно-таки близко..А вы, мадам, вас я впервые вижу. Как вас зовут? - Так может вы всё-таки предполагаете, кто я, раз правильно обращаетесь "мадам", а не "мадмуазель"? - с совершенно не скрывающей... Ну нет, не открытое отвращение, конечно, но по крайней мере откровенную предвзятость, усмешкой парирует Алёна, ни капли не смущаясь определённой властности в креативнопродюсерском взгляде. Может быть, кто-то более хрупкий на её месте занервничал, начал бы переживать, можно ли здесь находиться без приглашения, не попросят ли её сейчас покинуть помещение, закрытое мероприятие, все дела... Но только не она. Будь она чуточку более дурно воспитана - она бы и плюнула в лицо данному персонажу без зазрения совести, но сейчас позволяет себе лишь нечто более утончённое, такое, совсем по грани незаметности, словно прощупывая внимательность самоуверенного мужчины, когда её рука скользит по барной стойке и накрывает ладонь Иры, максимально невинно, ненавязчиво, но в то же время очень недвусмысленно поглаживая большим пальцем тонкие венки на внутренней стороне запястья. - Алёна. Алёна Попова. Тут Стас просто охуевает на долю минуты, расстерянно хлопая глазами, оборачиваясь и глядя на Арса, затем снова на Алёну. Он никогда бы не мог подумать, что жена Арсения выглядит..Вот так. Как мужчина, как..Антон Шастун, блять?! И тут Стас куда более внимательно вглядывается в Алёну, даже несколько не этично рассматривая её с ног до головы. На это Ира недовольно качает головой, после чего смотрит на Алёну, которую, кажется, ничего не смущает. Также взгляд Шеминова цепляется за руку Алёны, а точнее её пальцы, обволакивающие запястья Иры. Что за херня тут происходит? Не уж-то Ира решила согласиться на жалкое подобие Шастуна в виде Алёны и перевелась в лесбиянки? Стас возвращает свой невозмутимый взгляд, после чего выпивает из бокала, который изначально красовался в его руке. - Хмм..Очень приятно, меня вы, вероятно, знаете. Я начальник вашего мужа, ну и, собственно, молодого человека Ирины, - нагло улыбается Стас, прекрасно зная, что и Алёна почти в разводе с Арсом, и Ира уже не девушка Шастуна, но всё же он позволяет себе использовать их статусы в настоящем времени, - а как поживает ваша с Арсением дочь? Наверняка, по папе скучает..Хоть и папе тут весьма весело, - усмехается Шеминов, глядя на то, как Арс весело смеётся, попивая своё вино рядом с Антоном. Что? Ей не показалось, Стас реально имеет смелость показать и ей свои зубы, и просто вот так, на ровном месте попытаться подъебать Арсения в лицо его бывшей жене? Ох, не на того ты напал, ох не на того... Прежде, чем говорить что-то подобное, стоило вспомнить, с кем эта женщина провела лучшие годы своей жизни. Хотя даже одного того недоуменного взгляда, которым он вначале скользит по ней, затем по Арсению, Шасту, и снова по ней уже достаточно для определенного морального удовлетворения - но коль он буквально жаждет продемонстрировать всю свою сучью натуру, в которой она и без этого, при всей своей обычной непредвзятости, не сомневалась, то флаг ему в руки. Ей определённо есть чем ему ответить, особенно после "молодого человека Ирины", которого он буквально в обязательном порядке вставляет после того, как взгляд вскользь, но всё же замечает её маленькую провокацию. Что ж, с внимательностью у него всё в порядке. - Папа уделяет Кьяре всё своё внимание, когда он свободен, поэтому скучать ей совершенно некогда. К тому же, ребёнку, по крайней мере, в моём субъективном понимании, всегда лучше видеть счастливых родителей, поэтому сейчас она точно счастлива куда больше, чем прежде. Думаю, она всю ближайшую неделю будет хвастаться новым колечком от "дяди Антона", после их сегодняшней чудесной прогулки. - Алёна совершенно невозмутимо, даже в какой-то мере победно усмехается, пока в воздухе буквально висит это "Раунд". - Надеюсь, вы не сломаете уж полностью ребёнку психику своими заявлениями о похождениях папочки с дядей Антоном, да и похоже не только с этими заявлениями.. - тут же отвечает Стас, на первый взгляд не показывая своё удивление на упоминание Антона в данном контексте. Успели уже все перезнакомиться, Арсений окончательно сдурел, всё ясно. Он всегда из этой четвёрки был самым, так сказать, не адекватным, выделяющимся, свободолюбивым и охуевшим..Поэтому ничего удивительного. Стас выпивает содержимое бокала до конца и не видит дальше смысла находиться в компании Иры и Алёны, поэтому тактично попрощавшись, он возвращается к своей жене, изредка окидывая взглядом Арсения и Антона. А Ира..Восхищенно смотрит на Алёну, понимая на сколько та сильная, мудрая и терпеливая..Ира бы вообще дала бы по морде, если б тронули её ребёнка. А ведь когда-то Ире казалось, что Стас друг "семьи", хороший парень и адекватный человек. Оказывается, Ира была слепа не только в плане своих отношений с Антоном, но и вообщем не понимала, где друг, а где просто выгодник. - Ну наконец свалил.. - фыркает Ира, после того, как Стас удаляется. Терпеливая то терпеливая, но всё же, прежде чем продолжить, Алёна изящным взмахом руки подзывает бармена, не дрогнув бровью заказывая вискарь. Чистый. Сразу шесть стопок, а дальше будет видно. Нет, Стас не выбивает её из колеи настолько, чтобы забухивать испорченное этой наглой тварью настроение. Но всё же само настроение он определённо меняет, и настрой возвышенно наслаждаться шампанским со сладким ягодным ликёром исчезает, как по щелчку пальцев. - Один вопрос. - она хмыкает, окидывает взглядом принесённый рядочек наполненных до краёв карамельной жидкостью стопок и, опять же, без капли сомнения опрокидывает в себя первую, занюхивая указательным пальцем, прижатым к носу и кивая Ире - мол, хочешь - присоединяйся, но не принуждая, на случай, если та сегодня не планировала употреблять крепкий алкоголь. - А как можно было столько лет не замечать, что он - конченый пидорас? Нет, я не люблю клеймить людей, Ир, наоборот - я оправдывала Шаста, пока он раз за разом поступал... С Арсом некрасиво. Не знаю, насколько ты там в курсе всех подробностей, но хуйню "твой молодой человек" творил знатную. Я оправдывала тебя, даже не зная тебя лично, когда произошла та... Ситуация с пригласительными. Я готова попытаться понять и оправдать всех и вся, но он, простите, блять, просто гнусный мудак без капли какой-то чести. Узколобый еблан, как только с ним Дарина живёт... Я бы не удивилась, если бы узнала, что секс у них был только для того, чтобы сделать ребёнка, потому что всё остальное - противоестественно. Ира тихо хихикает слушая Алёну, и тоже опрокидывает в себя стопку вискаря, вежливо предложенную Алёной. Ну а как иначе? Самое время накидаться и повеселиться, ну или хотя бы поговорить по душам. - Ну блин, не знаю даже..Как-то не заостряла на нём внимание..Кстати, жена у него хорошая очень, я весьма удивлена, что они вместе уже десять лет, если не больше..Святая женщина, по всей видимости, - пожимает плечами Ира, - да и я до последнего думала, что он заботится об Антоне, как о младшем брате, думает про его будущее..А он, стало быть, только свою задницу страхует. Ну и хер с ним. Ты мне лучше скажи, как можно было оправдать мой тот поступок с пригласительными? - неловко улыбается Ира, - я реально поступила как подросток, желая насолить Арсению..Блин, вот тупая. Я правда думала, что мы с Антоном поженимся, Арс просрётся, а я получу сатисфакцию во всех смыслах. А тут, получается, сатисфакция у меня произошла лишь после того как я, наконец, вышла из этих отношений и стала принадлежать самой себе..Ну почти. Ну я хотя бы теперь не вру себе. Между первой и второй, как говорится... Особенно, когда такой прекрасный вечер всеми силами пытался омрачить, кажется, чуть ли не единственный в ее жизни говнюк, которому при всем нечеловеческом желании они не смогла бы найти оправданий. Так что вторая стопка летит в пищевод практически сразу за первой, только ее Алёна занюхивает уже не своим пальцем, а... Ириным, подхватывая ее ладонь своей и приближаясь лицом так, словно готовится поцеловать во всех традициях идеального джентльмена. А вот так уже лучше... И чего Арс так переживал за явление ее лика в его рабочих кругах, вон, кажется, всем вообще плевать, кроме наконец угомонившегося Стаса на них вообще уже никто даже не косится периферическим зрением. - Ну слушай, я же в конце концов тоже женщина... - она как-то слегка... лукаво, что ли, усмехается уголком губ, даже не думая выпускать чужую ладонь, теперь уже без лишних взглядов задумчиво поглаживая тонкое, хрупкое запястье. - И я прекрасно понимаю, что такое - женская обида. Было бы даже странно, если бы зная, что эти два придурошных у тебя за спиной занимались всякими непотребствами, ты не попыталась как-то отомстить хотя бы одному из них. И Шасту было бы как-то глупо - вы же на тот момент воссоединились, к свадьбе, вон, готовились, а Арс, гнусный совратитель твоего порядочного воронежского мальчика - идеальная цель. Его, кстати, реально крепко тогда проняло, Серега меня из Питера вызванивал, пока мой блевал дальше чем видел, я уже через два часа в Сапсане сидела... Нет, я конечно по доброте душевной сначала понадеялась, что ты чисто случайно галочку поставила, но в целом даже так, намеренно - это... нормально. Ну расстроился, ну поблевал, порыдал, со всеми бывает. Вот если бы ты что-то в сеть вбросила про них, так, что потом не отмахаться - вот это было бы гадко, это реально бы всю карьеру обоим переломало. А это, можно сказать, действительно заслуженная сатисфакция. Так-то могли давно уже мозги не делать ни друг другу, ни нам, а сесть, поговорить еще после самой первой дрочки, да укатить в закат счастливыми. - В итоге-то всё равно укатили, - смеётся Ира, - пусть и не в закат пока, но главное, что вместе. Знаешь, я только теперь начинаю складывать пазл и понимать, что Антону понадобилось не то что два года, а семь лет, чтобы принять себя таким какой он есть, а я была просто каким-то доказательством гетеросексуальности в первую очередь для самого Антона..Пусть так, главное, что в итоге все со всем разобрались. - Ира также выпивает залпом ещё одну стопку, и занюхивает также пальцем, но тоже не своим, а Алёниным, крепко так вдыхая её тонкие длинные пальцы. Господи, хорошо что Шастун как обычно что-то проебал, и Алёне пришлось приехать сюда. У Иры прямо-таки груз с плеч спал, наконец всё встало на свои места, и теперь уж точно голова не болит за ту самую записку с номером - теперь не придётся винить себя и надеяться на очередную случайную встречу с Алёной..Ведь вот она - перед ней, во всей своей красе, и сейчас уже всё точно хорошо. Вот только другие вопросы предательски всплывают в голове, заставляя напрячься уже достаточно затуманенный алкоголем разум. Но об этом обо всём позже.. И Алёна даже не думает выпускать ее руку из своей - насколько же, черт возьми, им всё таки проще - никто на это реально не обращает никакого внимания, хотя если бы так же плечом к плечу с переплетенными пальцами сидели те же несчастные Арс с Шастом - косилась бы уже половина продакшна, а Стас лысел и седел на глазах. Хотя какая, в конце концов, разница... - Мне, знаешь, никогда это было не понять. Вот эти все стереотипно-гетеросексуальные убеждения... Нет, это не значит, что у меня в прошлом были какие-то стабильные и крепкие отношения с женщинами... - и возможно, сама того не зная, она сейчас отвечает на какой-то из немых Ириных вопросов, но это вообще не какая-то самоцель - лишь рассуждение вслух, подкрепленное разливающимся по кровеносному руслу алкоголем. - ...Но я никогда не понимала, к чему все эти рамки. И это при том, что родилась я совсем не в Питере и не в Москве... в таком же маленьком ортодоксальном городе, как и Шаст... и Арс, в конце концов... Он же тоже не петербургский аристократ с рождения, он вполне себе омский парень, но, возможно, благодаря этому вольнодумству мы в свое время и нашли друг друга. Мы с ним никогда не говорили о прошлом друг друга, но я почти уверена, что до меня оно не было.... стопроцентно гетеросексуальным. Как и мне в целом всегда было плевать на то, что у человека в трусах, мне важен этот самый человек как личность. - Ох, а я, чтобы ты понимала, не то что бы не была вольнодумной, я думала нужно только с мужиками и всё. По-другому быть не может. У меня был яркий пример счастливой традиционной семейной жизни - мои родители, и они по-настоящему любили и любят друг друга. Получается, у меня даже не было времени и смысла копаться в себе и замечать что-то..А может, этого и не было никогда, пока я...Пока я не встретила тебя, как бы это не звучало стереотипно, - мягко улыбается Ира, понимая, что её рука автоматически каким-то образом оказывается на колене Алёны под барной стойкой, - но это правда..Я бы и подумать не могла, что я...Ммм..Как бы сказать, - тут Ира слегка прикусывает свою нижнюю губу, чуть сжимая колено Алёны своими пальцами, - что я могу захотеть женщину..Но я понимаю, что я хочу..Пиздец как. - на этом, пожалуй, всё. Ира точно уже не сдерживает своих пылающих взглядов в сторону Алёны, откровенно наблюдая как та облизывается после выпитой стопки и также провокационно смотрит на Иру. Чёрт возьми, оказывается, Ире никогда вот так, по-настоящему не хотелось Шастуна. Тому доказательство нынешнее состояние, или то, которое было в тот вечер в отеле, очевидно повествующее о том, что по-настоящему Ира хотела и хочет Алёну. Как-будто с помощью некой близости она получает некую заботу, защиту и надёжность от Алёны, вприбавок с охереть каким возбуждением, желанием, страстью..И все эти факторы в одной композиции одалевают Иру, и сейчас она окончательно понимает, что не сможет уже обойтись без Алёны, что ей необходимо её общение, даже может несколько тесное, чем просто выпивать за барной стойкой..Она хочет Алёну, по-всякому. - C мужиками не "нужно", с мужиками "можно", если тебе этого хочется. И если вы совпадаете в своих взглядах - на то, что вам хочется, на то, как вам обоим нужно, как обоим нравится... И судя по тому, какими вы вышли из ваших отношений - это точно не ваш случай. Если всё, что у вас с ним было - это, условно, с выключенным светом и под одеялом, то это, уж прости, не секс. Потому что, исходя из того, что было между ним и Арсом, судя по его рассказам, и тому, что... видела я... Это совсем не то, что вам действительно нравится. - Алёна сама не замечает, в какой момент разговор настолько круто меняет русло, но буквально только только они еще плевались ядом в Стаса, а уже сейчас она машинально облизывает липкие от терпко-карамельной жидкости губы, чувствуя, как во всем теле просыпается что-то... очень похожее на тот самый вечер, который они провели вдвоем в безымянной московской гостинице. Но если тогда они подходили к этому плавно, словно пытаясь разобраться в собственных эмоциях, ощущениях и желаниях, то сейчас, кажется, Ира стесняется даже меньше чем она сама - потому что в ее взгляде вызов, плотоядный, жесткий, а на устах - конкретное и прямое предложение к действию, подкрепленное чужой ладонью на ее колене. И, блять, сопротивляться этому нет ни малейшего желания - разве что кажется, что времени мучительно мало, да и обстановка не та, которая могла бы быть в идеальном раскладе - сейчас бы хотя бы тот самый пресловутый номер и целую ночь впереди... Но, кажется, теперь они смогут об этом всем говорить, обсуждать, договариваться, потому что сомнения в том, что Ире это нужно, исчезают с концами, а в том, что это нужно ей, она даже не сомневается. И сейчас ее ладонь перехватывает чужую за запястье раньше, чем мозг формулирует это желание, и Алёна спрыгивает с барного стула, кидая быстрый взгляд туда, в сторону воркующих о чем-то своем...их бывших. - Идем. Ире это нужно и настолько сильно, что , кажется, вокруг неё создаётся магнитное поле, заряжённое такой возбуждённой энергией, что её желание невозможно не заметить. Ира хитро улыбается уголками губ и также спрыгивает с барного стула, следуя за Алёной. Они направляются в туалет, благо пустующий, и Алёна забирает Иру в одну из кабинок, а ведь Ира даже не поняла, как они тут так резко оказались. И вообще, Ире никогда не доводилось целоваться в кабинке туалета, или заниматься прочими непотребностями..Они ведь за этим сюда пришли?..Или для того, чтобы продолжить свой увлекательный разговор? Вряд ли. Ира проявляет инициативу и припечатывает Алёну, к только что захлопнувшейся двери кабинки. После чего, буквально впивается в губы девушки - так сильно, так ненасытно и дерзко, что тут уже не остаётся никаких сомнений - Ира безумно хочет Алёну. Как жаль, что скорее всего на этих поцелуях всё и закончится, ведь у Алёны ребёнок, который , как оказалось, тоже в Москве, и она достаточно хорошая мать, чтобы вернуться к Кьяре хотя бы до полуночи. Ну а сейчас есть только Ира и Алёна, так жадно целующие друг друга, скользящие руками по телам друг друга, которые так и просят чего-то большего..Но пока это всё, что у них есть. Алёне чуточку менее непривычно всё происходящее - всё же их личная жизнь с Арсением была более бурной, чем у Иры с Антоном. И если у тех почти наверняка всё, что касается секса, с трудом выходило за пределы спальни, то Алёна в их ещё совсем молодые и зелёные годы успела поэкспериментировать - поэтому сейчас она вообще ни капли не смущается, затаскивая Иру в, к счастью, пока что пустующий туалет - с учётом, что тот не имеет полового разделения, вероятность встретить хотя бы кого-то стремилась приблизительно к ста процентам, и то, что в итоге там никого нет - это просто какое-то чудо. Или судьба? Ну или даже если не бросаться такими высокими словами, то, по крайней мере, знак. И да, черт возьми, ей тоже безумно хочется, чтобы всё это не ограничивалось одними лишь горячими поцелуями в крошечной туалетной кабинке, чтобы у них было куда больше времени и без толпы относительно знакомых, в основном по просмотру тв и ютуба, людей вокруг... Но она действительно не настолько отвратительная мать, её всё равно ждёт Кьяра, к которой ей придётся возвращаться... Но в этот раз это будет возвращение не в неизвестность, они будут поддерживать связь и смогут договориться о новой встрече... Но это - позже. А сейчас есть Ира. Ира, горячая, как алкоголь, плещущийся в её собственной крови, такая открытая, такая желанная, и Алена ловко перехватывает инициативу, накрывая одной рукой Ирину спину и отталкиваясь второй от двери, впечатывая её в соседнюю стену, мягко амортизируя жестковатое движение собственной рукой. Язык скользит по чужим губам, ладони - по пояснице, бессовестно задирая лёгкую майку и сжимая в пальцах безумно нежную, в отличие от пока ещё более привычной мужской кожу. И где-то в глубине подсознания даже кажется, что это всё нереально - настолько рациональный разум отключил веру в продолжение того, что происходило тем вечером, вместе с потерянным Ирой номером её телефона. Ира в ответ углубляет поцелуй, бессовестно скользя языком в чужом рту, также прокрадываясь пальцами под Алёнину футболку. И , кажется, даже уже почти не слышит, как кто-то заходит в туалет - явно две девушки, бурно обсуждающие свою личную жизнь - и сейчас есть шанс быть каким-то образом услышанными, в конце концов, Ира стучит каблуками, вновь перехватывая инициативу и прислоняя Алёну к кабинке двери, но теперь уже куда более сдержанно, не грубо. Но почему присутствие других людей лишь возбуждает? Почему Ира поднимается пальцами выше и отстёгивает бюстгальтер Алёны, затем переставляет свои ладони на уже освободившуюся от ткани , грудь? Почему сдавливает чужую грудь в своих уже горячих ладонях?..Блять, как же Ире не хватало вот этого безумия, страсти, дикого возбуждения и абсолютного похуизма..Ведь в её жизни последние семь лет почти всегда были одни лишь запреты - нельзя выкладывать общие фото, нельзя обниматься и целоваться на людях, нельзя говорить о своих отношениях в соц сетях, нельзя уединяться на корпоративах. Ничего, блин, нельзя. А сейчас можно и ещё как..Но вот почему-то теперь Ире самой не хочется говорить кому-то об Алёне, и отнюдь не потому что она стесняется или ей неловко, что она теперь в неких отношениях с девушкой. А потому что, Алёна настолько охуенна, что её не хочется ни с кем делить, даже приоткрывать миру глаз на неё. И сейчас Алёна в её жарких объятиях, жадно целует её, уверенно трогает и так горячо дышит прямо в губы, что Ира, кажется, уже даже чувствует влажность где-то там внизу, а на губах дрожит всё та же дерзкая улыбка, наряду с неугасающим огоньком в глазах. Наверное это такой... момент удивительного понимания даже не друг друга, а даже чуточку большего круга людей между собой, которые даже об этом не подозревают - ведь Ира, в чью голову закрадываются эти собственнические мысли, сама об этом не догадываясь, практически полностью копирует мысли Арсения, который столько лет сберегал Алёну от чужих глаз, сохраняя это удивительное сокровище только для себя одного. Ведь Алёна прекрасно понимает Иру и ее порыв, практически вслух кричащий - "дорвалась". Только Ира дорывается до страсти, чувственности, горящих глаз и горячих прикосновений, а Алёна - до этой публичной свободы, когда можно не скрываться от чужих глаз, когда можно вот так в лицо усмехаться Шеминову, которого она видит первый раз в жизни за семь, восемь, сколько там уже прошло, лет их совместной с Арсом работы, можно рычать в чужие губы и без капли сомнения запускать ладонь под узкие брюки, туда, прямо к эпицентру влажного жара, совершенно наплевав на то, что за тончайшей стенкой их может слышать кто угодно - от Сережи или Паши до Вячеслава Зарлыкановича. Господи, так на всех похуй... И это так охуенно. И не просто похуй, это вызывает куда более сильное желание продолжить, не отрываться, зарываться пальцами в чужие светло-русые короткие пряди, после чего вновь возвращаться ладонями к груди, едва ли прикасаясь к чужим соскам, дразня, играя и не забывая страстно, безудержно целовать раскрасневшие губы. А когда уже рука Алёны оказываетая ТАМ, из губ Ирины вовсе вылетает тихий стон, который, вероятно, не останется незамеченным теми двумя девушками в туалете. А после них и вовсе в туалет заходят Арсений с Антоном, это очевидно , ведь их голоса не спутать с другими..И они о чём-то шепчутся, едва ли боясь что их могут услышать, ведь они не знают наверняка есть ли кто-нибудь ещё помимо них в туалете. И почему именно их шёпот так возбуждает?..Почему Ире даже хочется, чтобы их услышали? Но нет, эти двое, кажется, мельком целуются, в одной из кабинок, абсолютно не замечая чужих звуков, после чего покидают туалет. Блять, вот это, конечно, картина, заслуживающая оскара, жаль, что всё это останется здесь, в кабинках известного клуба..А тем временем, Ира не сдерживает своего пыла, и приподнимая футболку Алёны, наклоняется лицом к её небольшой, но красивой груди..И буквально сходу захватывает уже возбуждённый розоватый сосок своими губами. Другая же рука, тем временем, не сильно, но достаточно настойчиво сжимает свободную грудь Алёны. Блять, если бы только они знали... Хотя чем черт не шутит, возможно им ещё предстоит узнать, что не только на их улице сейчас праздник... А в том, что это праздник, Алёна больше практически не сомневается. Сейчас это точно не просто выпитый алкоголь - потому что алкоголь пился уже после абсолютно трезвых и серьёзных разговоров, расставляющих все точки над И. И пусть у них нет никаких твёрдых договорённостей о том, какие именно между ними взаимоотношения - но что-то точно есть, и это что-то имеет законное право развиваться и доставлять им обеим удовольствие. Моральное и физическое, любое, как будет угодно... Как в моменте здесь и сейчас, когда её ладонь погружается во влагу чужой, обжигающе горячей промежности, оглаживает пальцами клитор, то легко дразнит практически щекочащими сосредоточение нервных окончаний движениями, то уверенно, хоть и мягко, чтобы не причинить неприятных ощущений, зная на собственном опыте остроту чувствительности в этой области, массирует его, рвано, хоть и пока почти бесшумно выдыхая в ответ на прикосновение чужих губ к собственной груди - знает, что делает, черт возьми... Грудь никогда не была особо чувствительной зоной Алёны, её можно было трогать, мять сколько угодно, сжимать, вешать прищепки, да хоть прокалывать соски - болевой порог словно отключался полностью. Но почему-то именно на прикосновениях губ и языка чувствительность вдруг возвращалась, и Ира, будто, черт возьми, это знает, или у неё настолько развито шестое чувство в её отношении... А Ира действует интуитивно, понимая, как и что им обоим сейчас нужно..То втягивает в рот чужой сосок, то облизывает круговыми движениями, то слегка прикусывает, после чего проводит те же манипуляции с другой грудью. Из губ также невольно вырываются тихие стоны от наслаждения, которое приносит ей Алёна собственными пальцами, мягко, но уверенно оглаживающими Ирин клитор. Чёрт, и это всё происходит в кабинке туалета. На это, похоже, Ира даже не рассчитывала - так, думала на поцелуях всё и закончится, но тут невозможно удержаться, невозможно сдержать дикого желания коснуться везде и языком, и ладонями, одна из которых внезапно спускается к промежности Алёны, одолевая преграды в виде плотных джинс и нижнего кружевного белья. И там тоже, чёрт возьми, так горячо и влажно, что можно сойти с ума..Ира ненавязчиво массирует влажный клитор Алёны, в ответ на её похожие действия..Но уже несколькими минутами позже, Ира спускается на корточки, стягивает с Алёны брюки вместе с нижним бельём буквально до колен. После чего смотрит на неё снизу вверх, ловя на себе несколько удивленный, но довольный взгляд. Получив некое одобрение своим действиям, Ира проходит языком по всей промежности, буквально слизав одним этим касанием языка солоноватую вагинальную слизь..И это оказывается, чертовски приятно, и Ира бы никогда не могла подумать, что ей понравится это..Понравится доставлять удовольствие женщине, следить за её реакцией, брать на себя такую инициативу, в таком, блять, непривычном месте, как кабинка туалета.. С губ срывается стон легкого недовольствия, когда руку...ну не то чтобы вырывают, скорее она сама собой выскальзывает из так и не стянутых с Иры брюк - но совсем ненадолго, потому что в следующее же мгновение она буквально захлебывается воздухом, осознавая, что она собирается делать, опускаясь перед ней на колени. Да, черт возьми, Ира не единственная, кто вообще не рассчитывал на то, что все закончится ТАК. Алёна точно так же сдержанно предполагала, что всё закончится на жарких поцелуях, возможно - чем-то вроде взаимного, немного неловкого петтинга, но чтобы так... Нет, она конечно не в курсе об уровне ее брезгливости, с учетом места, где они находятся, крайне далекого от околостерильной спальни после освежающего душа... Но привычка после чистюли-Арсения остается, и в ее взгляде, направленном сверху вниз на переливающуюся золотистыми оттенками макушку, сквозит искреннее недоумение - но ровно до того момента, пока язык не накрывает ее промежность, не проходится вдоль нее, окончательно добивая и без того сбитое дыхание и вынуждая на уровне подсознания вцепляться одной рукой в слегка жестковатые локоны, а второй зажимать рот самой себе - потому что в обычной жизни она никогда не бывала особо громкой любовницей, но сейчас шумный стон надрывно рвется из грудной клетки, угрожая вот вот спалить их подчистую. Ире сейчас абсолютно плевать, когда Алёна принимала душ и насколько сейчас стерильно то место, в котором они находятся..Вот настолько дикое возбуждение одурамнивает разум, настолько туманит и расплывает в сознании все нормы и правила гигиены, настолько сейчас плевать на всё..На неё действует то ли выпитый алкоголь, которого оказалось в этот вечер выпито гораздо меньше, чем в их прошлую встречу; то ли на Иру так действует сама Алёна, в которой она уже без остатка уверена, в которой, кажется, она окончательно растворилась. И сейчас, язык так плавно, но настойчиво скользит по промежности, что кажется, на данный момент правильней быть ничего не может. Ира периодически поглядывает на Алёну, и замечая за ней получение неподдельного удовольствия, каким-то магическим образом, совершенно удивительным для себя, ловит от этого своё собственное удовольствие..Теперь она понимает, почему Алёне было так приятно доставлять удовольствие Ире в тот вечер. Ира одной рукой прокрадывается к своей промежности, потому что уже точно понимает, что не может сдержаться, и что ей просто необходима манипуляция собственными пальцами, пока она очень тщательно и весьма профессионально для первого раза, вылизывает Алёнин клитор, то втягивая его в рот, то скользя по нему кончиком языка, то пробираясь языком во влагалище настолько, насколько это возможно..В общем, Ира производит всё то, что доставило бы удовольствие ей самой, будучи уверенной, что Алёне это принесёт не меньше наслаждения. И почему-то это действие со стороны Иры бессовестно заводит еще больше, сжимая и без того пульсирующие мышцы вокруг дразнящего ее языка и заставляя почти до крови прокусывать собственный указательный палец, чтобы не стонать в голос. Алёна как-то никогда не замечала за собой даже скромных ноток вуайеризма, хотя она прекрасно помнит, что когда-то, давным давно, еще по молодости, когда она искренне заводила Арсения, а не представляла собой живую куклу в его эротических фантазиях об Антоне, его действительно заводило, когда она ласкала себя с его членом во рту. Тогда она была еще... ну не совсем, конечно, юной и неопытной, но все же это вызывало легкое смущение и нотки определенного непонимания, что же в этом такого... Но сейчас, кажется, она понимает его целиком и полностью, потому что видеть, как человек реально ловит кайф от того, что практически безвозмездно ласкает тебя таким... грязным в подобных условиях образом, как хочет прочувствовать и усилить это удовольствие максимально - это действительно охуенно. Настолько охуенно, что даже со всей своей деликатной сдержанностью в вопросах принятия ласк, она буквально впивается пальцами в чужие волосы, тянет Иру ближе, еще ближе, хотя, казалось бы, уже просто некуда, и сама неконтролируемо пытается податься навстречу, подставляясь клитором под удивительно умелый язык, пока голова запрокидывается, с шумным стуком врезаясь затылком холодную кафельную плитку стены, разделяющей между собой кабинки. Ира видит..Видит и чувствует, как Алёне хорошо и это действительно доставляет самой Ире удовольствие. Если бы только не туалетная кабинка, они могли бы позволить себе куда больше и растянуть удовольствие на более длительный срок, возможно продолжить после нескольких оргазмов и просто бесконечно долго заниматься сексом всю ночь. Но сейчас..Сейчас Ира близка к оргазму, который вполне себе сильно может накрыть с головой, но на вторые, или даже, возможно, третьи раунды она прямо тут не готова, да и Алёне, наверняка, нужно возвращаться к дочери..Иначе, Ира бы просто заставила её поехать вместе с ней в её уже новую квартиру. Но на данный момент, абсолютно все мысли сконцентрированы на доставлении удовольствия Алёне с помощью умелого языка, не забывая ласкать и себя пальцами. Ведь эта охуенная картина, в виде горячой, раскрасневшей от языка Ира, пиздец какой влажной промежности Алёны, нереально возбуждает и Ира просто очень сильно хочет кончить, и еле растягивает время до оргазма, не совсем настойчиво массируя свой клитор. Пальцами свободной руки Ира проникает во влагалище Алёны..Сразу тремя..И они настолько легко проскальзывают внутрь, что Ира заходит ими сразу глубоко и интенсивными движениями трахает Алёну. Ира достаточно шумно дышит, потому как до её собственной кульминации осталось совсем чуть-чуть. Взгляд же сосредоточен на Алёне, которая сейчас больше всего на свете возбуждает Иру своей реакцией на её действия. И черт возьми, как же всё это грязно, и как же всё это охуенно... Нет, определенно, если бы у нее была возможность выбирать, и ее бы не ограничивало во времени незримое присутствие Кьяры, которую она вообще предупреждала, что уедет совсем ненадолго - она бы точно выбрала ночь долгого и вкусного секса где-нибудь... да плевать где - у Иры, в гостинице, похуй, и даже плевать, что ей, вроде бы, такое уже не по статусу и не по возрасту. Хотя что там по возрасту - Арсу, вон, вообще сорокет, а у него только начинаются эти кроличьи загулы... Но тем не менее, выбирать здесь и сейчас ей не приходится, но те условия, в которых они оказываются, на удивление добавляют остроты ощущениям по всем фронтам. И холод жесткого кафеля, к которому прижимается ее спина, и звук шагов за тончайшей дверью, вынуждающий ее кусать пальцы до крови, лишь бы не стонать в голос, и пальцы Иры, которые без всяких прелюдий проскальзывают и размашисто трахают ее лоно, и то, как умело - видимо, все же, на опыте собственной анатомии, четко надавливая куда нужно, пока язык ритмично ласкает клитор... Блять, у нее ведь никогда не было особо низкого порога чувствительности, не бревно конечно - но всё же и не тот случай, когда между членом без презерватива и с ним ощущаешь гигантскую разницу... Но сейчас, кажется, ей реально не нужно много времени, чтобы кончить, потому что одно усиливает другое, другое - третье, и достаточно одного мысленного щелчка... В роли которого выступает довольно шумный хлопок входной двери, и у Алёны, кажется, даже закатываются глаза - настолько тяжело в этот момент сдержать надрывный полустон-полувскрик, с которым она до боли стискивает каштановые волосы в пальцах, насаживаясь на чужие пальцы до основания и судорожно сжимаясь на них ритмичными толчками мышц. И этот шумный хлопок двери отдаётся сигналом не только для Алёны, но и для Иры, потому как ей просто было необходимо знать, что вот сейчас точно всё...И этот "сигнал" совпадает с достижением пика самой Алёны, на которую всё также плотоядно смотрит всё это время Ира, не отрываясь языком от её клитора, и не вытаскивая с её влагалища своих пальцев..И тут Алёна из-зо всяких сил пытается сдержать свой крик, свидетельствующий о её оргазме, и именно благодаря этим закатанным глазам, искусанным пальцам и тяжелому дыханию девушки, Ира также достигает пика удовольствия проникнув в себя пальцами и найдя ту самую точку, от которой у неё бесповоротно сносит крышу. Ира сильно прикусывает собственную губу, практически до крови, после чего наконец падает задницей на холодную плитку, пытаясь выравнить сбившееся дыхание и успокоить собственные эмоции. Наконец придя в себя, Кузнецова поднимается на ноги и притягивает Алёну к себе за талию, прислоняясь собственным лбом к её лбу. Взгляд удовлетворенно-счастливый направлен в шоколадные глаза напротив. Сейчас кажется невозможным найти нужные слова, Ира просто смотрит на Алёну и пытается своим говорящим взглядом донести до неё, что ей хорошо с ней и она не хочет упускать возможности как можно чаще видеться и быть рядом. Зря только Ира поднимается - уж лучше бы она сама сползла вниз, на пол, потому что от настолько оглушительного оргазма коленки бессовестно подкашиваются, вызывая непреодолимое желание принять горизонтальное положение, а лучше сразу вырубиться, и похуй, даже если это будет в общественном туалете. Ну что поделать, даже здесь, в вопросах секса Алёна всегда отличалась типично мужским подходом - никогда после собственного оргазма ее не тянуло ни на поболтать, ни на подумать о высоком - распластался и вырубился, и сейчас ей мучительно сложно собрать себя в кучу хотя бы до той степени, чтобы держать равновесие стоя, пока восстанавливается дыхание, пока копятся силы на то, чтобы наклониться и хотя бы натянуть на себя обратно нижнее белье вместе с брюками, которое по-прежнему покоится где-то в районе того самого кафельного пола. - Это... пиздец, Ир... - до сих пор замутненный пеленой наслаждения взгляд вместе с расслабленной улыбкой встречается с практически аналогичным взглядом девушки, и она без зазрения совести тянется вперед, почти невинно, на фоне всего, что происходило до этого, прижимаясь к соленым от ее собственной смазки губам. - Если бы не... если бы чуть больше времени было... обещаю, как только появится время вырваться... Или ты приезжай, если хочешь... - слова всё еще путаются, язык липнет к нёбу и нещадно заплетается, а мозг вообще наглухо забывает о том, что тот самый хлопок двери означал, что кто-то заходил внутрь, и, судя по всему, по-прежнему никуда обратно не выходил. В голове вообще царит какая-то ватная сладкая эйфория, посреди которой катаются шарики перекатиполя. И Ира отвечает на этот поцелуй таким же нежным, ненавязчивым, успокаивающим. Улыбаясь уголками губ, Ира ласково обхватывает ладонями горячие и раскрасневшие щёки Алёны, касаясь своим носом её носа, и всё также тепло смотрит в её глаза...Которые сейчас переполнены той самой эйфорией - одной на двоих. Сейчас невозможно сильно не хочется отпускать Алёну из своих объятий, провожать к машине и прощаться, зная, что совсем скоро она уедет обратно в Питер. Хочется раствориться в этом моменте чуть подольше, не спешить, отправиться, в конце концов, в свою квартиру вместе с Алёной, завалиться на кровать..И делать всё что угодно..Только не прощаться. - Эй..Ты чего? Всё нормально. Мне очень хорошо, ты - нереальная. Мы обязательно спишемся о нашей следующей встрече, и я хочу провести с тобой весь день..А не только вечер или ночь, как эти два раза, - усмехается Ира, после чего незатейливо целует Алёну в носик, затем оборачивается в сторону двери кабинки, прекрасно понимая, что скорее всего вошедший в туалет всё ещё находится тут..Чёрт и что же делать? Да плевать. Ира не хочет больше чего-либо бояться, стесняться и притуплять свои истинные желания, поэтому уверенно схватив Алёну за руку, она выходит из кабинки туалета и видит практически перед собой...Серёжу Матвиенко? Вот так встреча.. А Серёжа просто охреневает от увиденной картины, точнее от двух не малознакомых дам, вышедших из, сука, одной кабинки туалета. "Явно не вместе ссать ходили туда" проносится в голове у Матвиенко, на что его глаза ещё больше округляются, не скрывая удивления от увиденного. Ведь они не просто вышли из кабинки туалета, они вышли совершенно взмыленными, растрепанными, с раскрасневшими губами и...Довольными? Удовлетворенными? Ёб твою за ногу, остановите планету - Серёжа сойдёт. Нет, от Алёны, конечно, Серёжа более менее подобное ещё ожидал - учитывая тот факт, что Арсений никогда бы не женился и не состоял так долго в браке с совершенно заурядной и обычной девушкой - но Ира..Вот блять. Серёжа, возможно, даже от Стаса, резко влюбившегося в Арсения, не так сильно охуел бы, как от Иры, явно состоящей в каких-то интимных отношениях с Алёной..Сука, с бывшей женой мужика, который отшил у неё её же жениха! Что происходит? Серёжа без понятия, но услышав странные шептания и звуки в кабинке, чисто из любопытства, что уж скрывать, не сразу вышел из туалета, но сейчас, кажется, сильно жалеет об этом. Потому как , к такому жизнь его точно не готовила. Об этих двух пидорасах ещё как-то можно догадаться, учитывая, что каждый третий всегда приписывал им роман. Но вот от бывших этих двух пидорасов Серёжа никак не ожидал романа. И теперь они стоят перед ним, держась за руки, походу, вообще уже окончательно охренев, потому как Ира притягивает к себе Алёну за плечо и мягко целует в щёку, затем снова смотрит на Серёжу и виляет бровями. Серёжа чуть хмурит брови, но удивление всё ещё не сходит с его лица. - Я так понимаю, вы все уже окончательно охренели? - усмехается Серёжа, - Поз, если ты в какой-то из кабинок отсасываешь Паше Воле - выходи. Меня уже ничто в этой жизни не удивит.. - явно стебётся Матвиенко, но где-то в глубине души чувствует, что готов даже к такому раскладу событий. Но слава Богам, Позов не выходит и даже не ничего не отвечает, потому что скорее всего тусуется с Катей, где-то там за общим столиком с Косицынами. И, похоже, Бог смилостивился над ними, потому что Матвиенко - это, пожалуй, самый безобидный из всех, кого сейчас можно было встретить в этом туалете, вызывая совершенно разное и непредсказуемое количество еще более непредсказуемых в своей сути вопросов. Нет, в общем-то любой из четверки уже был бы прекрасным вариантом, с учетом, что сейчас здесь присутствует огромное количество куда менее знакомых лично им обеим, но в целом знакомых с Ирой людей. Но всё же пока шокировать так... ну пусть не Арсения, но пока не до конца стабилизировавшуюся психику Шаста, который наверняка еще не готов к таким срывам покровов... было бы не самым лучшим решением. Лучшим, чем, скажем, психику Вячеслава Зарлыкановича, но определенно худшим, чем Димину или Сережину, так что Алёна даже выдыхает с облегчением, прежде чем недоуменно вздернуть бровь, когда Ира сама тянется к ней и демонстративно чмокает в щеку прямо на глазах у Матвиенко. Серьезно? Нет, оправдания здесь, наверное, сейчас звучали бы довольно глупо, разве что вариация на то, как они друг другу по очереди волосы держали, пока алкоголь обратную дорогу искал... Но после этого процесса обычно не выходят настолько удовлетворенными жизнью... И все равно подобной открытости - мол, на, Сереж, смотри, ты все правильно понял - она от Иры никак не может ожидать, и невольно ухмыляется, одобрительно притягивая себе ее за талию в ответ. - Ну смотри, Сереж. Мы могли обижаться, злиться, строить козни и планы жестокой мести... Но нашли гораздо более разумное решение для сатисфакции. Правда, Ир? - она легко поворачивает голову и с той самой кошачьей ухмылкой вопросительно кивает Кузнецовой, прежде чем перевести взгляд обратно на Матвиенко. - И не пизди, мужики все одинаковые, такое тебе явно должно нравиться больше, чем эти два великовозрастных оболтуса с их кроличьими игрищами. Серёжа скрещивает руки на груди, внимательно внимая словам Алёны, демонстративно прищурив глаза. Ну, очевидно, лесбийские утехи, с продолжением втроём вместе с мужчиной - предел мечтаний большинства мужчин, и Серёжа тому не исключение, возможно, даже, он бы пригласил к себе двух дам для десерта, но эти дамы однозначно не входят в число тех, с кем бы стал трахаться Матвиенко. Как минимум, это бывшие его друзей и коллег. Как максимум...Блять, какого хуя он об этом думает вообще? Серёжа смешно машет головой своим мыслям, после чего тихо выдыхает. - Ну да, это, конечно, лучше, чем по-крысинному высылать пригласительные определенным неравнодушным лицам, - усмехается Серёжа, радуясь, что наконец-таки он смог съязвить Ире и напомнить ей о той дурости, которую она себе позволила, - ну а так, я бы вас пригласил для продолжения банкета, но боюсь, дамочки, я не в вашем вкусе, а вы автоматически исключены из моего по пацанским соображениям..Так что, сестрички-крольчихи, позвольте покинуть вас, возможно вы желаете продолжить.. - хитро улыбается Серёжа на то, как Алёна держит за талию Иру, и действительно удаляется из туалета, в желании переосмыслить увиденное. И Алёна невольно смеется ему вслед, прикидывая в голове эту картину, где они втроем с Матвиенко уезжают в закат, доламывая и без того пошатнувшийся мир не только ее бывшего супруга и его молодого ушастого любовника, но и креативного продюсера всея Руси. А чего уж там мелочиться, можно уже вообще всей компанией собраться, и там уж... Как там говорил Шаст? Берешь коробочку с винтиками, гаечками и трясешь? Гаечки с гаечками точно не сильно расстроятся, а половина болтиков уже и так между собой трется, вторая уж, как-нибудь, подстроится... - Скажи честно, ты бы согласилась хоть при каких-то жизненных условиях потрахаться с Матвиенко? Ну чисто чтобы я не перечисляла "а за лям, а за два?" - прямо в свою ладонь, которую никак не может отлепить от лица в качестве фейспалма ржет Алёна, кое-как все же убирая эту самую руку и начиная поправлять макияж, потекший со всеми их... внезапными эмоциональными порывами к последним херам. Кажется, зря она не имеет типично бабской привычки таскать с собой кучу косметики - потому что опухшие красные губы и розоватые пятна где-то возле уха жалобно скулят по несуществующему в сумке тональнику и матовой светлой помаде. Да, кажется, Шаст бы точно в конец прихуел и смотрел в одну точку уже до конца жизни, узнав о тройничке их бывших вместе с Серёжей. Хотя Шасту, да что там, Арсу, ещё предстоит достаточно сильно охренеть от информации, что Ира с Алёной..Спят? Дружат и спят по дружбе? Встречаются?..Блять, в каких они вообще отношениях? Эта мысль внезапно проскальзывает в голове Иры в очередной раз, но сейчас явно не та обстановка, чтобы спрашивать или как-то подвести разговор к этой теме. Может, когда-нибудь потом? Отчего в сердце такое ощущение, что Ира никогда не осмелится поинтересоваться у Алёны о статусе их отношений, и это вроде как странно, потому что спрашивать: "мы встречаемся?" звучит, как минимум, нелепо. А с другой стороны, если бы это был парень она бы всё итак поняла без вопросов. Но тут девушка и она без понятия в каких они сейчас отношениях. Может, для Алёны это просто временные утехи во время их коротких встреч? Но почему у Иры складывается ощущение, что это не совсем так? Ладно, рано или поздно всё итак выяснится само собой. А пока, Ира отмахивается всячески от мыслей о сексе с Матвиенко и смеётся в плечо Алёне. После этого нереального приключения в кабинке туалета, девушки удаляются вслед за Матвиенко, и Ира вынужденно прощается с Алёной на улице, возле машины. Напоследок, она оборачивается вокруг, и не заметив ни души, оставляет на губах Поповой лёгкий, нежный, но достаточно уверенный поцелуй, шепнув на ухо, что она будет ждать их следуюшей встречи.