Again and again

После того самого корпоратива, в том самом модном светском клубе и казалось бы, после самого необычного секса в жизни, Ира постоянно думала об Алёне. И это было так...Странно. Жизнь Иры в самом прямом смысле слова поменялась на до и после. Ей показалось, что они даже вроде как определились со своими "отношениями", с чувствами и эмоциями по отношению друг к другу. И это, конечно, случилось не сразу... Не после того самого первого секса по пьяне, где Ире взбрендило в голову заявиться в самый вульгарный клуб Москвы после увиденного в собственной квартире. Всё перевернулось с ног на голову после второго такого особенного, чувственного, но в то же время полного страсти секса...Пиздец, какого осознанного. Это был не просто секс, а принятие того факта, что ей по-настоящему нравится женщина. И нравится...Достаточно сильно. Чёрт побери, ей вообще когда-нибудь кто-нибудь так сильно нравился? Она крепко задумалась об этом, после чего подумала о глупой аналогии с Антоном: первый секс с Антоном тоже был по пьяне и тоже в номере отеля. Ира даже не стала снова задумываться о том факте, что они и похожи сильно. Кузнецова резко сбросила все ненужные мысли и решила больше никогда не сранивать Алёну с Шастом. Даже в мыслях. Ну потому что...Это бысмысленно? А может, потому что именно эта схожесть внешности, стиля, нахлынувших эмоций и обстоятельств жутко напоминала ей её некогда счастливое прошлое? Но разве это справедливо по отношению к Алёне? Ведь внутри, в глубине своей, Алёна с Шастом совершенно разные люди и Ире понравилась Алёна именно этой несхожестью с Антоном...Этим трепетом, вниманием, искренней заинтересованностью, заботой и бесконечно ласковым взглядом, которым одаривала её Алёна, что в отеле, что в клубе. Те качества, что так рьяно и отчаянно Ира когда-то пыталась разглядеть в Шасте, которые оказались напрочь отсутствующими, Антон теперь в полной мере отдаёт Арсению, и это кажется таким...Естественным. Всё что происходит между Антоном и Арсом настолько естественно, что кажется, что так оно и было всегда, так оно и должно быть. Ведь невозможно представить живой человеческий организм без биения сердца или работы мозга. Так же теперь Антону кажется невозможной жизнь без Арса, без его мягких, плавных прикосновений, тихого бархатного тембра по ночам, словно арфой по сердцу произносящего: "Шаааст...". Блять, да даже если отбросить всю эту ебучую романтику, как сука, он жил без самого охуенного секса в своей жизни до Попова? Страшно представить, как будет жить без него, если Арс когда-нибудь решит свинтить от Шаста по каким-либо обоснованным причинам...Ну или хуй его знает, просто решит расстаться, ведь это Арсений. Больше всего Шаста пугает не отпускающая до конца обида на самого себя, после той самой ночи, где, похоже, Шаст переступил ту самую грань, которую Арс вряд ли смог бы простить кому-либо. Но простил Шасту. Снова. Всё. Сука. Простил. Шаст охуевает от одной мысли, что Арс буквально сожрал все свои обиды, ну или просто проглотил и давится этим бесконечным комом обид, что однажды, может просто тупо взорваться и обернуться чем-то непоправимым. И когда Шаст в последний раз настолько плотно рефлексировал по поводу отношений? Когда в последний раз так глубоко анализировал свою личную жизнь, прошлые ошибки, обиды партнера? Ведь раньше было так...Похуй что ли. Ну купил бы он Ирке цветов её любимых, каких-нибудь эстетичных, соответствующих её инстаграмной картинке, пригласил бы в какой-нибудь охуенный ресторан, заел бы ей все её обиды, рассказал бы о своей работе, поебался на отъебись и всё, дело с концом. И никогда бы, клянусь, блять, жигулёвским светлым, он бы не подумал, что что-то у неё там внутри осталось недосказанное, что осталось что-то непроработанное. Он просто наверно не понимал, что может серьезно обидеть или глубоко задеть. А может и не было у них с Ирой ничего глубокого и серьёзного, собственно. Хотя по всем факторам - она заслужила. И любви, и трепета, и глубокого осмысления, осознанной любви, чуткой привязанности, да даже нормального секса она заслуживала...Но Шаст просто тупо не мог дать этого всего ей. А сейчас так щедро и безвозмездно отдаёт всего себя Арсу, при этом наполняясь сам, не ощущая какой-то опустошенности или недолюбленности. О нет. Арс так сильно любит, так неприлично сильно, что аж ноги подкашиваются от одного ебучего пристального взгляда этих серо-голубых, бесконечно морских глаз. Арс смотрит в сердце и находит там ответы на все вопросы. Арсу похуй на всех, он видит только Шаста. И так ведь всегда и было на самом-то деле. Каким же Шаст был дураком...Ему ведь всё это время было похуй на все эти Мальдивы-худивы, Дубаи и прочие инстаграмные культовые точки. Ему ведь просто нужен был Арс и Питер. Или Арс и Москва. Да вообще неважно где. Ему просто нужен был Арс. Как бы это не было больно осознавать, но все они вчетвером просрали хуеву тучу времени не на тех людей. Хотя все они были где-то рядом и могли бы быть истинно счастливы, если бы немного поменялись...Местами. Интересно, конечно, складывается жизнь, словно действие её происходит в одном из прочтенных (да-да, Шаст не раз грешил этим) Антоном фанфиков, над которыми когда-то он ржал. Дрочил, но ржал. — Шаст...Эй...Ты спишь?... Снова это бархатистое мурчание возле уха, после которого как правило, следует невесомый поцелуй в мочку. Шаст что-то бурчит в ответ, не открывая глаз, после чего притягивает Арса на себя и глубоко вдыхает охуенный аромат его тела. Улыбается. Блять, как тут не улыбнуться? Каждое совместное утро у Шаста по-новому происходит осознание, что он спит с любовью всей своей жизни, и следом другое осознание, что он пиздец как долго ждал этого, а теперь получил. И даже редкий и столь желанный сон никак не стоит на одном месте с желанием обнять, понюхать, послушать, поцеловать Арса и окончательно проснуться. — Арс, давай всё бросим и куда-нибудь съебёмся? На первые несколько лет у меня деньги есть. Не зря же я столько жопу рвал, работал, не спал... - всё ещё с закрытыми глазами произносит Шаст. Арс мягко, даже нежно улыбается, будто смотрит на маленькое дитя, а не на своего любовника, партнера, мужчину...И тыльной стороной ладони едва касается обнаженного плеча Антона. Ну что ему ответить на этот невинный порыв быть вместе несмотря ни на что, оставив всё как есть? Но ведь они итак вместе. Да, в диких условиях, да, приходится пиздец как скрываться, изображать любовь с Ириной и поддерживать таинственный образ одинокого героя-любовника, Арсения...Но вместе же. Как бы не было тяжело. А бросаться на край света, куда-нибудь к океану, к красивому маленькому дому, где будут только они — круто, охуенно, но сколько они протянут? Быть вместе 24/7 , не работая или работая каким-то образом из дома, поедая друг другу мозги ложечкой, учитывая взаимную душность и тяжесть характеров — будет крайне невыносимо. Ведь это только на людях Антон такой легкий, невесомый, всегда довольный и позитивный розовый пони. Нет, он безусловно, гораздо оптимистичней и легче Арса, но и у него дохуя своих загонов и скелетов, о которых совсем недавно Арс мог открыто узнать воочию. И если Антон не совсем задумывается об их реальном совместном будущем, о совместном проживании, то Арс задумывается и где-то сталкивается с призрачной мыслью-утопией, в которой осознает, что быть может та жизнь, которую они проживают сейчас и есть самая удобная версия для них? Может по-другому они бы и не смогли ужиться? Арс пиздец как не хочет углубляться в эти мысли, ведь Шаст неоднократно предлагает ему куда-нибудь съебаться или хотя бы переехать в Москву и жить уже нормально вместе человеческой совместной жизнью. Арс пока мастерски избегает всех этих тем, прекрасно понимая, что долго слоняться из Питера в Москву и обратно, ему вряд ли удастся. Но пока он может - пусть. Пока он избегает эти темы и ему за это не предъявляют - пусть. — Жопу ты мне чуть ночью не порвал, Мистер Календула, так что хотя бы твою пора бы уже и поберечь. Бери больше выходных и перестань ебашить. - утыкаясь подбородком в плечо Шаста, тихо произносит Арс. Чёрт, звучит опять как мурчание. И Шаст теперь борется с ленью и желанием перевернуться и лечь всем телом на Арса, в попытках зацеловать всё лицо. Пока лень побеждает в этой схватке. — Бля, серьёзно порвал или пиздаболишь, как обычно? А я, блять, говорил не торопись, успею вставить! Нет, ему надо глубоко и во всю длину.. - искренне возмущается Шаст. — Тшшш...Пиздаболю, успокойся. Разорался, блять. Истеричка, - тихо смеётся Арс, — у меня всё пучком, я к тому что ты правда сильно заебался. — Арс, скажи, а где ты посещал занятия, в которых вас обучали мастерски уходить от темы? Ты типа сейчас проебал идею о совместном побеге? — Шаст, ну ты серьёзно? Сколько тебе лет? Какой нахуй побег? Подумай только...Мы... Шаст перебивает Арса и распахнув глаза, переворачивается всем телом на него, ловко оказываясь сверху. — Хорошо, а когда ты уже переедешь ко мне? Не нравится, что я там жил с Ирой? Сниму другую. Не нравится маленькие хаты? Я сниму 200 квадратов. Не нравится в центре, я сниму в спальном районе. Арс я всё сделаю, только будь со мной. Я хочу тебя всегда, а не только когда получится, когда звёзды совпадут. Похуй, пусть мы днём и допоздна будем ебашить где-то, я хотя бы буду знать, что ночью могу прижаться к твоей заднице и послушать твое бурчание, что могу поцеловать, обнять, поговорить с тобой вживую. Я не могу больше так, правда... Кажется, мы столкнулись с проблемой. Глаза Арса полны расстерянности и недоумевания, больше конечно наигранного, потому что только что эту тему он быстренько разогнал в своей голове и она не стала для него неожиданностью. А что ответить? Правду? А она понравится Шасту? А чего вообще хочет сам Арс? А может всё будет нормально, если он переедет, а может он просто все проблемы последующие себе надумал? — Шаст, потом не хочешь поговорить на эту тему? Она как-будто бы серьезная, а мы лежим голые, у тебя дома в Воронеже. — Блять, Арс, - негодуя произносит Шаст, после чего на пару секунд прикусывает нижнюю губу, не отрывая взгляда от Арсения, — ты тупо не хочешь этого, вот и каждый раз сливаешься с темы. Для тебя никогда не будет подходящего момента. Если ты меня любишь, хочешь быть вместе, то я не вижу никаких преград, у меня есть возможности, я могу все организовать... — Шаст! У меня тоже есть возможности, я понимаю о чём ты, но у меня ребенок в Питере! — Как часто ты видишь Кьяру? Давай по-чесноку?! — Я не хочу ругаться, Шаст. Давай оставим эту тему. — Хорошо, Арс! Делай что хочешь! Пойду завтракать, нахуй, и дальше думать о том, как не буду видеть тебя неделями, а может, месяцами! Ведь мне должно быть похуй на этот факт, мы же просто ебёмся периодически и тебя это устраивает! Шаст резко встаёт с кровати, и до боли укусив нижнюю губу, начинает судорожно накидывать на себя что придёт под руку. — А, блять, то есть ты считаешь, что я просто хочу ебаться с тобой и всё? - теперь уже искренне охуевает Арс. Его губы буквально дрожат, а глаза наполняются влагой, которую он искренне пытается сдержать, — То есть от тебя мне нужен только секс? — Блять, а как мне объяснить по-другому отсутствие твоего желания жить вместе? Я что так многого прошу? Ты, что, из Африки переезжаешь? Москва, блять, в которой ты итак дохуя времени проводишь, а переехать никак не можешь. Доебался до этого сраного Питера, приезжаешь ко мне, когда задница просит члена или тебе нужны тематические вечера, где ты можешь выебать меня. Я по-другому, блять, не могу объяснить! Арс охуевает настолько, что уже даже не может что-либо возразить. Сидит, плотно укутавшись в одеяло, и всё так же расстерянно, но только уже с долей какого-то разочарования, смотрит на Шаста. Как же так? Совсем недавно Шаст не мог им надышаться, клялся в верности и надёжности, умолял любить и не переставать это делать, готов был умолять даже о взгляде, а теперь так цинично и жестко рассуждает о том, что Арсу вообще поебать на него и что Арсу нужен только секс. Сейчас перед ним снова не Шаст или это, блять, сон? Неужели Шаст в очередной раз сомневается в любви Арсения? Неужели Арс не доказал Шасту свою любовь, неужели её вообще нужно каждый раз доказывать? Арс собирает всю волю в кулак, глотает обиду от услышенного - он ведь не маленький ребёнок! - и медленными, неуверенными шагами подходит к Шасту. Его ладонь мягко ложится на ладонь Шаста, пальцы плавно спускаются к его пальцам, сплетаясь воедино. Взгляд грустный, но все ещё до боли влюблённый, направлен на Шаста, который находится сейчас так близко. — Я клянусь тебе...Я люблю тебя. Пожалуйста, - Арс громко сглатывает, - поверь мне. Я хочу...Я буду с тобой. Я уже с тобой. Я весь твой. Посмотри на меня. Разве на мне есть хоть одно свободное место, которое бы не кричало о том, что я твой? Каждая часть меня бесконечно растворена в тебе. Я не обманываю тебя, Шаст. Я чист перед тобой. Прости меня, если я тебя обидел, если тебе больно от моих поступков...Я не хотел... — Арс, какой же я дебил... - Шаст тяжело вздыхает, после чего укутывает Арса в объятия. — Я снова проебался Арс. Я снова беспочвенно наезжаю на тебя. Я снова пытаюсь надавить, добиться своего. Это тоже своего рода насилие. Вот что мне не живётся-то спокойно, а? Прости меня. Я правда не хочу тебя заставлять что-либо делать. Живи там, где тебе удобно. Я не сомневаюсь в твоей любви...И, блять, я сейчас нёс какую-то ересь. У меня это...Сперва говорю, потом думаю. Блядство... Шаст как можно сильнее стискиват Арса в объятиях, до тех пор пока не ощущает полное расслабление Арса и постепенно спадающее напряжение. Но спадает ли оно на самом деле, или Арс снова мастерски изображает облегчение? Хуёвый актёр. Они, безусловно, рано или поздно вернутся к этой теме с переездом, плавно перетекающей к неуверенности и сомнениям Шаста. Арс, конечно, в очередной раз всё замял, загладил, как обычно, недоговорил, и теперь остаётся только надеяться, что это не будет чревато очередными неприятными последствиями. А сейчас парни старательно изображают охотное желание позавтракать блинчиками и яичницей Майи с послевкусием обиды и непонимания. Теперь уже маленький кусочек блина не получается проглотить и он застревает твердым камнем в горле, прямо-таки как та пицца, приготовленная Алёной в тот день в Питере, когда они с Арсом расставили, наконец, все точки над i. Почему эти состояния так сильно похожи? Почему так же хуёво на душе? Почему хочется блевать и кричать, а не улыбаться и кушать? Внезапно на мобильный Арса поступает смс от Алёны: "Привет, а ты где? :) "