Our Way

— Опять с ума меня сводить начинаешь? — с рыком ответил водитель и в один шаг оказался на кровати, нависая сверху. — Быстрее, пожалуйста, — заскулил Олли, почувствовав на себе вес чужого тела. Как же он скучал, как же хотел… сколько ночей было проведено в одиночестве, вспоминая о том, что происходило с этим мужчиной, и сжимая в ладони пульсирующий член. Сегодня он точно не сделает этого сам. — Я не намерен сдерживаться, — Томми снял с себя одежду и сжал пальцами ягодицы парня. — Аах… Боже, да… — тот начал извиваться на постели, подставляясь под ласки и стараясь возбудить старшего ещё сильнее. — Ты просто невыносимый, — Лалли сдёрнул с него боксеры и резко развёл его ноги в стороны. — Томми… пожалуйста… — постанывал Олли, подаваясь навстречу, — Быстрее… — Что быстрее? — дразнил он Матела, но тем временем уже выдавливал смазку на пальцы. — Трахни, — всхлипнул тот, не желая терпеть ни минуты. Это просто снесло Томми крышу. Борясь с сильнейшим желанием наплевать на всю подготовку и войти внутрь прямо так, он всё же вставил один палец, проводя по чувствительным стенкам. — Ты просто чертёнок. Мне ещё никто так башню не срывал, — приговаривал Лалли, добавляя второй палец и разводя их в стороны ножницами, — Никто так не просил меня и так не стонал от каждого моего движения. — Мне слишком… хорошо… — от перевозбуждения уже наворачивались слёзы. Олли старался податься навстречу и насадиться глубже, но Томми полностью контролировал процесс, от чего ему оставалось только тихо хныкать в подушку и шёпотом просить взять его. Ощущать длинные пальцы, по толщине явно заметно превосходящие его собственные, было до дрожи приятно. Всё тело тряслось, как в лихорадке, по коже бежали мурашки, хотя в душе всё ещё остаётся небольшая грусть о том, что Лалли скоро уедет, и о том, что они просто друзья, которые иногда могут себе позволить что-то большее. Олли будет скрывать свои чувства и стараться не выдавать себя — он был уверен, что признание испортит их отношения. Он не хотел терять эту близость с Томми. Лучше так, чем никак. Ведь именно горячая влажная головка, которая прямо сейчас растягивает его вход изнутри, заставляя прогибаться в пояснице, является причиной, почему он никогда не признается в чувствах первым. Потерять это чувство навсегда из-за невзаимности будет невыносимо. С губ уже слетали пока ещё негромкие, но такие сладкие стоны. И как же до одури приятно быть вжатым в кровать весом мускулистого и тёплого тела. — Как же долго я этого ждал, — несдержанно прошептал Матела. — Я тоже скучал по тебе, — сказал Лалли прямо на самое ушко, сжав бедро парня крепкой ладонью. Толчки внутри не прекращались, а только лишь ускорялись с каждой секундой, и младший просто не может сдерживать стоны. С этим мужчиной до сорвавшейся крыши хорошо. Он прикасается к его торсу и забывает о существовании остального мира, о том, что через полчаса ему нужно заново идти на работу, ведь перерыв не бесконечный, а Томми торопится доставить груз в другой город, и о том, что у него совсем немного шансов быть вместе с этим парнем. — Боже, ты доводишь меня до края, — рычал водитель, вбивая хрупкое тело в кровать. — Томми! — с громким всхлипом Олли излился себе на живот. Старший же сделал ещё несколько фрикций и кончил в презерватив. Отдышавшись и убрав всё лишнее с их тел, Томми лёг рядом на кровать и прижал себе Матела, который всё ещё трясся и тяжело вздыхал: — Тише, тише, ну что ты? Его крепкие объятия успокаивают. Сердцебиение приходило в норму, но от приятного тепла тело расслаблялось, и хотелось спать. — Томми, почему ты возвращаешься ко мне? — вдруг спросил Олли, стесняясь посмотреть в глаза старшему, — Почему ты не выберешь кого-то, кто ближе и доступнее? — Ни с кем не будет лучше, чем с тобой, — не раздумывая, ответил Лалли, поглядывая на часы. — Я не такой уж и опытный в этом деле, — Матела осторожно перебирал волоски на торсе парня, — И явно не лучше, чем какая-то шлюха с трассы. — Олли, ты и шлюха с трассы — это небо и земля, — возразил водитель, — Они может и опытнее, но ни с одной из них мне не будет так хорошо, как с тобой. — Почему? — младший отрицал взаимность их чувств. — Потому что ты действительно меня хочешь и полностью отдаёшься мне, — большая тёплая ладонь проскользнула от талии к бедру и тихонько сжала его, — Ты такой податливый, так сладко стонешь, и тебе действительно нужен именно я, а не кто угодно, лишь бы был. — И ради этого ты готов ехать за шестьсот километров? — Да, Олли, — уверенно сказал Лалли, — Шестьсот километров — херня для дальнобойщика. Да и мне по пути. — Обратно поедешь — заезжай переночевать, — приветливо пригласил его Матела. — Постараюсь. Томми посмотрел на время: — Мне пора ехать, а у тебя заканчивается перерыв. — Я не хочу, — он понимал, что палится, но нельзя вести себя иначе рядом с этим мужчиной. — Я тоже, но надо, — Лалли оставил лёгкий поцелуй в волосах Олли и встал с кровати, начиная одеваться.

***

— Приезжай, как только будет возможность, — всхлипнул Матела в плечо парня, стоя у кабины грузовика и крепко обнимая водителя. — Обязательно, — Томми вжимал его в своё тело. Отпускать совсем не хотелось, — Мне пора… — он сделал небольшую паузу, — … малыш. — Пока, — Олли сдержал слезу. — Пиши, звони, — Лалли открыл дверь и залез в кабину. Младший простоял на крыльце больницы, пока машина не скрылась за поворотом.

***

Алекси не упустил возможности подсмотреть в окно за своим напарником и его передругом-недопарнем. Он улыбнулся, увидев их крепкие объятия, но когда Олли забрался в кабину грузовика, улыбка сменилась на пошлую ухмылку. Парень ждал, когда машина начнёт покачиваться из стороны в сторону, но, видимо, водитель это учёл и знал, как сделать всё максимально незаметно для окружающих. Открыв окно, он также понял, что никаких непристойных звуков из грузовика не раздаётся — скрытные парни, однако. Разумеется, когда Матела вернулся в кабинет за две минуты до окончания перерыва, Алекс не упустил возможности его обо всём расспросить: — Ну что? Он снова тебя выебал? — Алекс, я щас умру, — Олли упал в кресло. Было видно, что ноги совсем его не держат. — От чего? — От всего, — он откинул голову, прикрывая глаза, — С одной стороны, от счастья, что провёл время с ним. С другой стороны, мне больно от того, что он уехал. — Ты не признался ему? — спросил Алекси, рассматривая засосы на шее парня. — Ни за что, — резко ответил Матела. — Так и будете этими… — он задумался, щёлкая пальцами, будто вспоминал слово, … friends with benefits? — Нас обоих всё устраивает. Алекс лишь пожал плечами и вышел из кабинета. Пора делать обход пациентов.