Our Way

По дороге домой парни купили мороженое и решили посидеть в парке у небольшого пруда. Погода была солнечная, на улице достаточно тепло. В пруду плавали утки и жадно клевали хлеб, который им подкидывали прохожие. Где-то на макушках деревьев пели птицы, а со спины приятно обдувает прохладный ветерок. Томми, как только предложил Олли встречаться, сразу понял, что им нужно поговорить и обсудить кое-что важное. В первые несколько дней отношений, пока он в больнице, он не решался начать этот разговор, но сейчас тихая и умиротворённая обстановка к этому отлично располагает. Людей в парке не было, лишь изредка кто-то пройдёт мимо по своим делам. Лалли решился начать: — Олли, — позвал он парня. Тот повернул на него голову и внимательно посмотрел ему в глаза, — Давай поговорим? Это очень важно. — Да, конечно, давай, — сразу согласился Матела, устраиваясь поудобнее на скамейке, — Что-то случилось? — Нет, но может, — вздохнул Томми. Тяжело и неловко, — Поэтому и хочу обсудить, чтобы не произошло ничего неприятного. — Я слушаю тебя, — насторожился младший. — В общем, я думаю, ты понимаешь, что как только закончится больничный, я снова выйду на работу? — Ну да, конечно, — Олли прекрасно понимал, что его парень скучает по дороге, рейсам и грузовику. — Меня может не быть дома неделю, а может даже и больше, — Лалли постепенно подводил его к сути разговора, — И я всё-таки пока ещё планирую жить в Оулу. Мы не так давно вместе. — Да, я это всё понимаю, — Матела не услышал какой-то новой информации, он предполагал, что всё именно так и будет, — Я тоже так думал. А что такое? — Я очень надеюсь, что у нас не будет конфликтов на почве необоснованной ревности из-за того, что меня долго нет дома, — тяжело вздохнув, проговорил Томми. Ему было трудно вытаскивать из себя каждый звук. — Нет-нет, что ты, — Олли еле заметно улыбнулся, — Я же тебе говорил, что я не ревнивый. — Малыш, я очень люблю тебя, правда, — сказал Лалли. Ему с большим усердием дались эти слова, он не привык говорить о своих чувствах, — Но я не смогу бросить работу ради отношений. — Любимый, я всё понимаю, — младший взял его за руку, — Я знаю, что ты любишь свою работу, и я абсолютно не против. Я буду терпеливо ждать твоего приезда. Будем созваниваться и переписываться. — Я понимаю, что ты не такой, — Томми сглотнул ком в горле, — Но, пожалуйста, не звони мне со скандалами, когда я в дороге. Я начну переживать и опять куда-нибудь улечу, — он опустил голову. — Я не собирался, правда, — Матела погладил его по щеке, — Я обещаю, что не буду просить тебя выбирать между работой и отношениями. А в отпуск я могу поехать с тобой. — Я не могу поверить, что такие парни, как ты, существуют, — он нежно притянул возлюбленного к себе. — Я чувствую то же самое, — Олли втянул воздух у шеи парня. — У нас с тобой всё будет хорошо, — Томми провёл ладонью по его волосам. — Я люблю тебя, — Матела закрыл глаза, наслаждаясь объятиями любимого человека. Около получаса парни просидели в парке в обнимку, почти ни о чём не говоря. Они просто обнимали друг друга в тишине, слушая шум листьев и ветра и купаясь в царящей между ними нежности.

***

Вернувшись домой, они решили, что полностью посвятят этот день друг другу. Вдвоём, в маленькой уютной квартирке, и весь мир может подождать, не так ведь? Олли приготовил обед и сварил кофе, а Томми старался снова привыкнуть делать всё правой рукой. — Так странно, — рассмеялся он, держа ложку в руке, — Непривычно. — Смотри не урони, — хихикнул в ответ Матела, — Привыкай. — А ведь некоторые заново ходить и говорить учатся, — размышлял старший, принимаясь за еду, — Это, наверное, ещё непривычней. — Не будем о плохом, — медбрат за несколько лет работы в больнице повидал разных пациентов, и люди, теряющие память, речь или способность двигаться, всегда вызывали у него самую сильную жалость. — Я скучал по домашней еде, — после небольшой паузы сказал Томми, — Особенно по твоей. Ты так вкусно готовишь. — Спасибо, — смущённо улыбнулся Олли, — Ты не думал, чем займёмся сегодня? — Посидим дома и просто побудем вдвоём, потому что скоро я уйду в рейс, — ответил Лалли. — Ты не торопишься? — испугался младший, ведь период восстановления ещё не закончился. — Всё в порядке со мной, — отмахнулся тот, — Хочу на работу, не могу уже. А потом к родителям заеду ненадолго. — Хорошо, — согласился Матела. Он обещал не противиться уездам старшего и терпеливо его ждать.

***

Ближе к полуночи, после просмотра очередного сериала без особой смысловой нагрузки, парни стали готовиться ко сну. Олли пошёл в душ, а Томми тем временем решил позвонить маме. — Сынок, как ты себя чувствуешь? Первым делом маму интересовало здоровье и состояние сына. — Всё отлично, не волнуйся. Сегодня сняли гипс, через неделю выхожу с больничного. — Я так рада за тебя! Надо будет врачам купить подарок обязательно. — Обязательно куплю. Томми замялся, ведь именно сейчас самый подходящий момент, чтобы рассказать маме про Олли. Волнительно, но он уверен, что она будет рада. — Кстати, как там тот мальчик, про которого ты рассказывал? Мама заговорила об этом первая, и теперь парню даже не придётся придумывать, как подвести её к такой новости. — Всё хорошо, но… мам… Он сделал небольшую паузу, набирая больше воздуха в лёгкие. — Что такое, сынуль? — Мне нужно тебе кое-что рассказать. — Я слушаю тебя. Что случилось? — Понимаешь, Олли всё это время был со мной. Он попросил врачей перевести меня в Хельсинки, где врачи лучше. Томми говорил медленно, останавливаясь после каждой фразы. Он безумно волновался. — Он был рядом и ухаживал за мной. И я не выдержал. — Что такое? — Я признался ему во всём. Я сказал, что люблю его. — А он тебе что ответил? Мама очень переживала за сына и за его отношения, ведь его личная жизнь всё никак не складывалась столько лет. — Он согласился, мам. Это взаимно. Он — мой парень. Мы вместе. Томми чуть не взвизгнул от счастья, сказав эту фразу. Всё же он до сих пор не может поверить в то, что теперь Олли рядом. — Я так рада за вас, сынок! Берегите друг друга. — Я буду изо всех сил стараться ради этих отношений. — Приезжай как-нибудь с ним. Ей тоже хотелось увидеть этого прекрасного молодого человека, у которого получилось свести с ума её сына, и поближе с ним познакомиться. — Посмотрим, как у него с работой будет. Если что, привезу вас с папой в Хельсинки. — Ближе к делу договоримся. — Ладно, мамуль, пока, мы спать сейчас будем собираться. — Спокойной ночи! Целую тебя. Олли привет передавай. — Спокойной ночи! Хорошо. Как только Томми положил трубку, Матела вышел из ванной: — С кем разговаривал? — С мамой, — ответил Лалли, — Привет тебе передавала и приглашала в гости. — Ты ей всё рассказал? — парень опустил голову, прикрывая лицо мокрыми кудрями. — Да. А ты своей? — Ещё нет, — он на несколько секунд замолчал, — Как она отреагировала? — Она рада за нас, — улыбнулся Томми, — Хочет поближе познакомиться, просит приехать вдвоём. — Как-нибудь может быть, — задумался парень, — Ей тоже привет передавай, кстати. — Передам, — старший поднялся с кровати и, прихватив полотенце, двинулся в сторону ванной, — Я быстро. Олли кивнул и лёг на кровать. Ещё совсем недавно он лежал на этой кровати и задыхался от страха и боли в груди. Сейчас же его переполняет счастье. Радость, любовь и страсть. Он слишком давно не ощущал Томми в себе. Тело невыносимо изнывало без любимых сильных рук. Он надеялся, что сейчас Лалли уже достаточно хорошо себя чувствует для того, чтобы со всей своей настойчивостью взять его. Ещё примерно пару минут Матела лежал на кровати и смотрел в потолок, после чего резко поднялся, снял с себя боксеры и ушёл на кухню.