Пройдешь ли ты этот путь со мной?

Если мне и хотелось получить хоть какое-то подтверждение существования этого поцелуя, то я быстро перестала на это надеяться. Амрит решил не прощаться – у дома Чауханов я стояла совсем одна. Ну, я же совсем не разбираюсь в этих перемещениях. Может, он меня выкинул по пути, как из такси, а сам отправился к себе. Очень на него похоже, знаете ли. Этакий уход по-английски. Очень весело, учитывая, кто из нас двоих имеет отношение к Англии. Я привыкла думать о нем, как о заносчивом самовлюбленном богаче, но разве я не успела убедиться, что он неоднозначен? Когда он открылся мне в будущем, прямо и искренне сказав о своих чувствах и намерениях, это… разоружило. Я по-прежнему знаю о нем катастрофически мало (а он обо мне – слишком много), но, кажется, я начала ему доверять. Вот только проблема в том, что мы вернулись на несколько шагов назад, и мне снова придется пройти этот путь. Размышляя, я прошла по темной дорожке и тихонько зашла в дом. Хозяева наверняка уже спали, а отвечать на вопросы, где я хожу ночами, совсем не хотелось. Проходя мимо домашней библиотеки, я невольно поежилась. Бхуты все еще вызывали беспокойство, хоть и ни разу не объявлялись на протяжении дня. Они нередко поджидали меня ночью, поэтому темный огромный дом пугал. Благополучно добравшись до комнаты, я с большим облегчением сняла подаренное платье. Хорошо, что мне выделили комнату с большим шкафом: не думала, что мой гардероб здесь так сильно пополнится. Я с любовью провела рукой по расшитым тканям. Вот это первое сари, которое подарила Приянка, и я сразу почувствовала, насколько оно меня меняет: я выгляжу как местная, мне потрясающе идет. Этот фиолетовый комплект я унесла из владений Дубеев, и он так прекрасно сел, как будто его сшили под меня… Этот костюм я привезла из Лондона и даже ни разу не надела, оценив калькуттскую жару. Взгляд случайно упал на настенные часы, и я поморщилась: если не лягу спать сейчас же, то завтра об этом пожалею. По-быстрому запихав новое платье в шкаф, я легла в постель и почти сразу же провалилась в сон без сновидений.

***

В этот раз, на удивление, я спала хорошо и проснулась совсем отдохнувшей. Это очень воодушевляло, и я задумалась, как распланировать сегодняшний день. Начнем с того, что я отправлюсь к коллегам и продолжу работу. Можно сколько угодно притворяться больной, но это ничего не изменит: нужно двигать следствие вперед и оставаться в группе. Тут мне сразу вспомнилось новое задание Киллиана – слежку за Амритом – и сердце провалилось в пятки. Нужно придумать, что с этим делать, иначе не миновать беды. Амрит взбесился уже из-за того, что ребята пытались диктовать свои условия. Если к нему вторгнутся в жизнь… Ой, я даже не хочу думать, что он может устроить. Я опустила босые стопы на прохладный пол, любуясь солнечными зайчиками. Жара еще не окутала дом, и в комнате было комфортно. В открытое окно доносилось щебетание птиц, все вокруг выглядело подозрительно милым, как будто в диснеевском фильме. Я усмехнулась своим мыслям и начала собираться на работу. Пока я звонила Киллиану в отель, уточняя место сбора, завтракала, собиралась и ехала на такси, уже успело пройти больше часа. Киллиан и Лима были уже на месте, неторопливо потягивая горячий кофе. Лима тепло обняла меня, попутно расспрашивая, как я себя чувствую. Я была очень рада ее видеть: за все время расследования умная и заботливая девушка ни разу не вызвала у меня ни раздражения, ни негатива. Пожалуй, даже Киллиан этим не сможет похвастаться. Да, Киллиан. Он спокойно ждал своей очереди, глядя на меня с теплом и беспокойством. Беспокойство, казалось, не покидало его ни на минуту, пока он находился в Калькутте, и я не могла за это винить. Я окинула его взглядом из-за плеча Лимы, любуясь, как солнце золотит его непослушные, слегка рыжеватые волосы. Мы обнялись всего на несколько секунд, чтобы не вызвать дискомфорт у Лимы. Работа есть работа, и все, что мы могли себе позволить – сделать объятья чуть более крепкими, чем положено коллегам. Это было симпатичное европейское кафе в центре города. Меню было привычным, персонал отлично говорил по-английски, а посетителей почти не было. Заказывая кофе, я понаблюдала за коллегами: их позы были расслабленные, и я невольно задумалась, что выбор заведения не был случайным: ребята наверняка устали от Индии и хотели хоть где-то урвать кусочек дома. — Итак, что мы имеем, - начал Киллиан, когда мы втроем сидели за круглым столиком. Резюме слегка затянулось, потому что я была вынуждена очень осторожно задавать наводящие вопросы, чтобы получить как можно больше информации. В целом, больших откровений не было: тело дипломата так и не найдено, ниточки, за которые нужно тянуть, чтобы размотать клубок, зацепить тоже пока не удалось. Зато мы почему-то дружно и уверенно подозреваем во всем Дубеев. А я не знаю, как ускорить расследование, не вызвав лишних подозрений. —Когда к нам присоединится Грант? – поинтересовалась я. —Может прилететь в любой день, - отозвался Киллиан, - он планировал сразу же после своего назначения, но по непонятной причине никак не купит билеты. Их просто нет. —Нет билетов? – Лима изумленно посмотрела на Киллиана. —Да, мы сами в шоке. Он мониторит их каждый день. Я задумалась. Как-то это все подозрительно. Явно не самое популярное туристическое направление, что случилось с рейсами? Как все билеты оказались раскупленными? —Амала, ты меня слышишь? – я вдруг внезапно осознала, что совсем выключилась из разговора. —А… да, прости, задумалась, - я виновато улыбнулась. —Я говорил о том, что нам пора определиться с планом на сегодня. Предлагаю все-таки покопаться в архиве, раз нам дали туда доступ, может быть, найдем что-то интересное. Обращайте внимание на все, что может быть связано с богатыми семьями: необычные орудия убийства, места преступления, фигурантов дела… В общем, нам нужно что-то накопать на Дубеев, чтобы с чего-то начинать. Я едва остановила себя от вопроса про архив. Нам дали туда доступ? Правда? —И еще. Нам нужно привести в порядок все записи по ходу расследования: Грант большой педант, он взбесится, если увидит беспорядок. Лима саркастически фыркнула. Я машинально одобрила предусмотрительность Киллиана. —Амала, займешься этим? Мы еще немного обсудили все дела и направились в архив. Я чувствовала, что что-то не так, но никак не могла ухватить не успевшую оформиться мысль. —Амала, - Киллиан ухватил меня за руку, чуть-чуть затормозив, – прости за то, что мне пришлось взять на себя командование группой. Ты знаешь, Грант не терпит самоуправства, это было его указанием. —Да… - я рассеянно посмотрела на Киллиана, сосредоточившись на морщинке, возникающей, когда он хмурился. Руководство группой волновало меня меньше всего. Я наконец осознала причину своего истинного беспокойства: будущее почему-то менялось, и я очень боялась, что что-то идет не так.

***

День в архиве получился очень долгим и нудным. Как выяснилось, того, что нас пустили на порог здания, совсем недостаточно: без ордера они не дали доступ к нужным залам, и мы не могли найти необходимую информацию. Ближе к концу дня, когда моя спина уже отваливалась от неудобного положения, Киллиан прислал мне сообщение. Лима всегда была рядом, и поговорить наедине у нас не получалось. "Амала, после работы едем ко мне в отель." Я медленно подняла на него глаза. Он сидел у противоположной стены, заваленный пыльными папками, и очень внимательно наблюдал за моей реакцией. У меня не было шанса отказаться, да и в сообщении я не видела вопросительного знака. Что же. Возможно, судьба сама мне подбрасывает шанс окончательно разобраться в отношениях с Лайтвудом. Я едва заметно кивнула, и он засиял счастливой улыбкой в ответ. Мой желудок словно сжала невидимая рука: Амала, что же ты делаешь? Мы провозились еще с полчаса и окончательно признали свое поражение. Коллеги обратили внимание на мелкие крупицы информации, которые, на мой взгляд, были абсолютно бесполезны. Увы, день прошел зря: мы прекрасно понимали, что нам нужен особый доступ в основные секции. В этот раз я не стала предлагать пробираться ночью. В конце концов, я уже знала, что мы там найдем. Осталось дождаться лучшего момента и аккуратно сообщить коллегам нужные факты. Если Лима и была удивлена тому, что меня не завезли домой, прежде чем ехать в отель, то виду не подала. Мне же было предельно неловко, словно школьнице-подростку. Лима наверняка понимает, какие отношения связывают нас с Киллианом. Какие? Черт, да я и сама не знаю, какие. Как выяснилось, Лима жила этажом ниже. Мы мило попрощались, дверь лифта захлопнулась, и Киллиан мгновенно нахально приобнял меня, держа руку явно ниже талии. Он стоял максимально близко и заговорил, едва мы успели доехать до нужного этажа. —Амала, ты даже не представляешь, что я планирую сейчас с тобой сделать. От его хриплого, внезапного ставшего на тон ниже голоса, по коже побежали мурашки. Тело все помнит. Тело помнит, какое удовольствие принесли ему те редкие моменты нашей с Киллианом близости. Но мой разум… Разум уже отчаянно протестовал. Всем своим рассудком я предвкушала завтрашний день и совсем не ожидала текущего исхода событий. Лифт тренькнул, и я уже приготовилась выйти, вот только двери не открылись. Я непонимающе уставилась на ухмыляющегося Киллиана, осознав все в одну секунду: двери не открылись, потому что он этого не захотел. И тут он буквально вихрем снес меня, утянув в бушующий агрессивный поцелуй. Я ничего не успела сообразить, лишь через пару секунд осознав, что невольно отвечаю ему. С ним было очень сложно бороться, и в этот конкретный момент я даже не была уверена, стоит ли это делать. Кошмар. Ситуация – просто кошмар! Однако эти мысли исчезли так же быстро, как и появились. Киллиан подхватил меня и все-таки ткнул в эту злополучную кнопку открытия дверей. Коридор, на наше счастье, был пуст, и Лайтвуд понес меня, не переставая целовать, будто я была совсем пушинкой. Не могу сказать, что мой мозг совсем отключился. Когда Киллиан буквально вваливался в дверь своего номера, открывая ее ногой, по моим извилинам словно стучал крохотный молоточек, напоминая, что я нахожусь далеко не в правильных объятьях. Мне было некомфортно, но Киллиан слишком хорошо знал, где задержать свои пальцы, чтобы я закатывала глаза от наслаждения. Мы были уже возле огромной кровати, когда он на мгновение отвернулся, дав мне возможность перевести дух. Но без внимания я была недолго: он повернулся обратно с каким-то куском ткани (я даже не успела разглядеть, что это), быстро завязывая мне глаза. —Киллиан, что… - я не смогла договорить, потому что он снова заткнул мне рот поцелуем. Он быстро освободил меня от легкого комбинезона, оставив лишь в нижнем белье. Его руки плавно гуляли по моему телу, но движения были властными, а моментами даже слегка агрессивными. Сегодня Киллиан отпустил себя, и это очень чувствовалось. Я не торопилась его раздевать, но это и так довольно сложно сделать, когда ты ничего не видишь. Впрочем, вскоре ладонями я ощутила обнаженное тело – Киллиан освободился от футболки. Когда и бюстгальтер улетел в неизвестном направлении, а я почувствовала на своей груди горячие губы, то невольно ахнула и вцепилась в плечи мужчины. Наслаждение начало накатывать волнами, и тут я вдруг… что-то почувствовала. Нет, не просто физическое удовольствие. Я почувствовала присутствие. Из-за завязанных глаз это чувство ощущалось особенно остро, словно если я сниму повязку, то увижу в комнате третьего человека. Который в придачу еще и смотрит на нас, не отводя взгляда. Я замерла в ужасе. Вожделение пропало, я почти сразу осознала, что происходит. Уверена, в гости к нам пожаловал не Рэйтан. А если это не Рэйтан, то… кажется, увиденное нашему наблюдателю совсем не понравится. Видимо, от стресса я слишком сильно впилась в плечи Киллиана, потому что губы быстро исчезли с моей груди, и он отстранился. —Что-то ты слишком распускаешь руки, Амала, - услышала я ехидное замечание, звук выдвигающегося ящика и… холодное прикосновение к своим запястьям. Это что, наручники? Тут я окончательно запаниковала. Последний шанс хоть как-то контролировать ситуацию утерян! Ощущение присутствия уже исчезло, но все мое наваждение слетело напрочь, я чувствовала себя неправильно. Я шла сюда поговорить и закончить отношения с Киллианом! Как мы дошли до такого?! В панике я задергалась и, кажется, начала кричать Киллиану, чтобы он меня отпустил. Не знаю. Собой я уже не владела. Наручники исчезли почти сразу, быстро была убрана и повязка с глаз. Киллиан в ужасе смотрел на то, как я плачу. Я действительно, черт возьми, начала реветь! Нормально общаться я была не в состоянии, поэтому я лишь в панике схватила комбинезон, почти на бегу влезла в него и босоножки и пулей вылетела из номера. Не знаю, что в этот момент делал Киллиан. Кажется, кричал «прости» и просил остановиться. Предполагаю, что худшей девушки у него не было.

***

До дома я добиралась как во сне. На автопилоте поймала такси и всю дорогу пялилась в одну точку. Когда машина затормозила возле особняка, меня уже немного отпустило, и вернулась способность здраво мыслить. Итак, что произошло? Я всего лишь испугалась, что ситуация абсолютно вышла из-под контроля, и не смогла выйти из нее адекватно. Сбежала, как последняя трусиха, вместо того, чтобы нормально поговорить. Впрочем, нет. В свое оправдание можно сказать, что серьезного разговора в любом бы случае не вышло: Киллиан не был настроен. Мне стоило понять это еще тогда, когда он прислал мне сообщение с предложением. Нужно было самой назначать встречу для разговора, и уж точно не в отеле, а на нейтральной территории. Я тяжело вздохнула, усевшись на скамеечку возле дома. На улице царила приятная прохлада, уже стемнело, в кустах стрекотали кузнечики. Тишина и спокойствие. Полная противоположность тому, что происходило в моей душе. Мне стало стыдно. Киллиан, наверное, сейчас сходит с ума. Сердце защемило. Он ведь во всем винит себя, думает, что испугал меня своей настойчивостью, а дело совсем не в этом… Киллиан мне не безразличен, и так страшно причинить ему боль. Вот только... Я рассеянно оглядела светящиеся окна дома. Очень надеюсь на то, что смогу пробраться в комнату, не столкнувшись с хозяйкой. Я совсем не настроена болтать. Чуть ли не на цыпочках я пробралась к лестнице и благополучно очутилась в комнате, не встретив никого по дороге. Часы показывали лишь девять вечера, но день меня так вымотал, что я, не раздумывая, сразу отправилась спать. Уже засыпая, я довольно ясно осознала: причина моих переживаний далеко не только в Киллиане. Я знаю, что нас видел Амрит, и меня это очень пугало.

***

Проснулась я в смешанных чувствах. Утром ситуация казалась уже не такой драматичной, как накануне: все еще можно исправить, еще можно поговорить, как взрослые люди. Но не сегодня. Сегодня мне предстоит иная беседа. Но сначала работа. К счастью, еще вчера мы решили, что на сегодняшний день нам нужно разделиться: я должна упорядочить все записи расследования, Лима еще раз попытается свести воедино все улики, сопоставляя их с теми крупицами информации, которые мы вчера почерпнули в архиве, а Киллиан… он, кажется, будет выполнять какое-то специальное задание от Гранта. В конце концов, на связи с будущим начальником только он. Ну и чудно, предпочту, пожалуй, не выходить из дома и поработать прямо здесь – все документы я забрала еще вчера. К тому же я не знала точного времени, когда за мной заедет Шехар. Прежде чем углубиться в работу, я решила позвонить своему младшему брату. По моим подсчетам, Киран уже должен проснуться. Разговор вышел привычным: обсудили его успеваемость в школе и спортивные успехи. Но когда разговор зашел о бабуле, я забеспокоилась. —Амала, ей, кажется, хуже. Сиделка начинает думать, что не справляется, и намекает мне, что ей нужна дополнительная помощь… Я встревоженно поспрашивала брата, что изменилось в состоянии бабушки, но особых подробностей не было и у него. Вскоре мы распрощались, и я побрела к себе в комнату, полная невеселых мыслей. Я уже знала, что бабушка не сумасшедшая – в будущем мне это растолковали, но ее состояние все равно внушало беспокойство. Добрести до комнаты мне не удалось – на лестнице меня поймала Приянка и, охая, что вчера я осталась без ужина, потащила меня завтракать. В общем, за работу я принялась уже довольно поздно, и за монотонным, но кропотливым делом день пролетел быстро. Когда в окно упал оранжевый луч, я поняла, что до заката осталось немного времени, и встрепенулась, осознав, что пора собираться. Я взялась за ручки шкафа, когда в дверь постучали, и после моего разрешения в комнату вошла хозяйка. —Амала, прости, что отвлекаю тебя… А, так ты уже не работаешь! Слава богу, я уже думала, что ты заночуешь над своими бумагами. Тебя к телефону, твой коллега звонит, - бодро сообщила Приянка. С тяжелым сердцем я спустилась вниз и взяла трубку. Конечно, это был Киллиан. —Амала, прости меня за вчерашнее, - по голосу было слышно, как тяжело давались мужчине эти слова, - я совсем не хотел тебя испугать. Я должен был сначала спросить. Пожалуйста, прости. —И ты меня прости, Киллиан. Я отреагировала неадекватно. —Я лишь хотел сказать тебе… хорошо, что ты в порядке. Я себе места вчера не находил, даже почти решился позвонить, но побоялся всех разбудить. Ты… ты мне очень дорога, Амала. —Киллиан, я… —Можешь ничего не отвечать. Я готов подождать, когда ты оправишься, - голос Киллиана стал тверже, - а еще завтра у нас всех выходной. Дай мне знать, если решишь провести его со мной. Я закончила разговор какой-то банальностью, но настроение снова подпортилось. Мне пора абстрагироваться от происходящего с Киллианом и подумать, как я буду вести разговор с Амритом. Когда солнце почти село, я была уже полностью готова. Я изо всех сил попыталась сохранить баланс: выглядеть неотразимо, но при этом не так, словно у меня одна цель – затащить Амрита в постель. Я надела очень красивое, но довольно сдержанное сари, сделала легкий нюдовый макияж, и лишь одно осталось неизменным – украшение от Амрита, которое я даже не хотела снимать. И вдруг… я снова почувствовала присутствие. А следом увидела Рэйтана в обличье Рита-Шивы. Кажется, это первый раз, когда он приходит ко мне прямо в комнату. Не скрою – это пугает до чертиков! —Амала, прости за вторжение, но вопрос очень важный. Я уже приготовилась слушать нотации о том, что я снова слишком близко подбираюсь к Амриту, как вдруг он выдал нечто неожиданное. —Меня беспокоит твой коллега. Я бы на твоем месте посоветовал ему не лезть к тому, кто ему не по зубам. Я захлопала глазами и наконец поняла, что речь о Киллиане. —Киллиан? А что он?.. —Но ты же знаешь, что он делает, - прервал меня Рэйтан, - Дубеи опасны. Для него – вдвойне. На лестнице за дверью послышались торопливые шаги. Рэйтан обеспокоенно обернулся. —Мне пора. Пожалуйста, прими мои слова всерьез. И растаял в воздухе буквально перед тем, как в дверь постучались. —Амала, за тобой приехали… Лицо Приянки выражало большое удивление. А еще – гордость. Я невольно задумалась (кажется, не впервые), откуда Приянка знает даже слуг Дубеев. Или она просто радуется, что за мной здесь кто-то ухаживает? Раздумывать было некогда. Я едва сдержалась, чтобы не слететь по лестнице бегом.

***

Дорога, как обычно, прошла в полном молчании. Владения Дубеев находились в малолюдном престижном районе Калькутты, вокруг особняка раскинулся огромный сад. Мы подъехали к ажурному забору, и я осознала, что из-за размера территории даже не вижу их соседей. Кто знает, может их и нет вовсе. Шехар молча открыл ворота, пропустил меня вперед, и я несмело двинулась по дорожке. Впрочем, и трех шагов не сделала, прежде чем увидела Амрита, сидевшего на скамейке под фруктовым деревом. Он переоделся в белый шервани и выглядел просто восхитительно. При виде меня он поднялся на ноги и одним жестом поманил меня к себе. Шехара уже и след простыл. Казалось, будто мы здесь одни на всей этой огромной территории. —Амрит?.. —Здравствуй, Амала, - вкрадчиво проговорил он, когда я подошла к нему достаточно близко, - посидим здесь или сразу пойдем в дом? Кажется, давая мне иллюзорную возможность выбора, он пытается усыпить мою бдительность? Я же, напротив, чувствовала себя в клетке с хищником. Прекрасной золотой клетке и невероятно притягательным хищником. —Мы можем все обсудить и здесь, - рискнула я. —О, нет. Неужели ты думаешь, что я пригласил тебя в гости и даже не проведу в наш дом? – спокойно ответил Амрит. В его голосе не было и тени намека. Я сконфузилась. Что ж, гостья так гостья. Амрит жестом указал на скамейку и сел сам. Я опустилась на самый край, сохраняя между нами некоторую дистанцию. —Ты прекрасно выглядишь, - проговорил Амрит. Он открыто разглядывал меня, развернувшись в вполоборота. Его комплименты были уместными и будничными, но я не могла реагировать на них спокойно: в груди начинал разгораться пожар. Я собрала силу воли в кулак и спокойно поблагодарила его, надеясь, что это выглядело естественно. Амрит улыбался. Я помнила о нашей связи, и… боги, он точно чувствует, что волнует меня. —У вас здесь очень красиво, - решилась я начать разговор. —Да, наши предки постарались. Деревьям здесь больше сотни лет. Здесь многое старше нас с тобой – подозреваю, что даже эта скамейка, - Амрит открыто улыбнулся, и мне стало чуть-чуть легче. Все-таки, с ним можно разговаривать как с нормальным человеком! Солнце уже почти село, сад постепенно опускался в темноту. Фонаря над скамейкой не было, и я старательно угадывала эмоции Амрита во мраке. —Здорово, когда прекрасно знаешь свою родословную, - отозвалась я. Амрит выпрямился. —Да, Амала, это прекрасно. Уверен, этого хочется и тебе. Я быстро осознала, что мы подбираемся к правильным темам, как вдруг послышались шаги на гравийной дорожке, и показалась пожилая женщина в одежде прислуги. —Господин Дубей, стол накрыт. Вас ожидать сейчас или позже? —Пойдем выпьем масалы, Амала, - мягко проговорил Амрит и кивнул женщине. Та быстро удалилась, а он поднялся и подал мне руку, - Или кофе? Или чай? Что там англичане любят? Снова эти намеки! —Я люблю масалу, - уверенно ответила я и, проигнорировав его руку, встала со скамейки. Но Дубей не двигался, поэтому замереть на месте пришлось и мне. —Ты напряжена, - это было не вопросом, а утверждением, - я это чувствую. Почему? Разве я не доброжелателен? Не уверена, что я вообще когда-то была расслабленной рядом с ним, но говорить это, пожалуй, не буду. —Я не знаю, чего от тебя ждать, - тихо ответила я. —Но разве так не интереснее? Непредсказуемость? Таинственность? Разве не это нравится вам, девушкам? Я снова не понимала, шутит он или говорит всерьез. В голосе не было издевки. На лице, насколько в темноте можно было увидеть, не было даже улыбки. —И если я сделаю так… совершенно неожиданно… - Амрит сократил между нам расстояние, встав почти вплотную, лицом к лицу, протянул ко мне руку и провел пальцами по моей щеке, - разве так не особенно приятно? Я стояла почти не двигаясь. —Или так… - Амрит убрал пальцы и поцеловал щеку в том же самом месте. Обжигающе сладким поцелуем. Я прерывисто дышала, не говоря ни слова. —Или так… - он обвил рукой мою талию, прижав к себе, а вторую руку запустил мне в волосы, - что же ты молчишь, моя дорогая Амала? Я глубоко вздохнула – боже, снова эти шоколад и вишня, они сводят меня с ума - и все так же, не говоря ни слова, положила ладонь ему на шею. В тот же момент Амрит накрыл мои губы жадным поцелуем, на который я ответила почти мгновенно. И вновь голова совершенно опустела, все мои действия были побуждены лишь инстинктами. От каждого его прикосновения меня пронзали мелкие молнии, а между тем руки его гуляли по моему телу совершенно свободно. Он наслаждался поцелуем, он наслаждался каждым тактильным контактом, и я чувствовала это. А еще понимала, что наши ощущения стали единым целым. Амрит отстранился раньше, чем мне того хотелось. И только в этот момент я поняла, что мне был необходим глоток воздуха. Он взял меня за руку и молча повел в сторону дома. Произносить слова вслух не было смысла. Мы оба прекрасно чувствовали, что происходит с каждым из нас. Глаза отвыкли от света, и я невольно щурилась, заходя в небольшую комнату. Она выглядела как мини-гостиная: большой диван, кофейный столик, уютные пуфики на мягком белоснежном ковре. На столике уже было выставлено небольшое угощение. Чудесный дорогой сервиз, превосходный запах масалы и местные сладости. Все очень утонченно и аристократично – в общем, именно так я представляла трапезы богатых семей. Амрит налил нам масалы и расположился напротив меня, мягко улыбаясь. —Что ж, теперь можем и поговорить. Я сделала глоток напитка, наслаждаясь оттенками вкуса специй. —Что ты хочешь обсудить первым? Джиоти? – он снова ехидно ухмыльнулся. – Или твой другой особо важный вопрос? Нет, Амала, теперь ты должна подумать мозгом, а не каким-то другим местом! —Амрит, пару дней назад я проснулась с ощущением, что вернулась в прошлое, прекрасно помня события будущего. Ты знаешь, с чем это может быть связано? По-моему, я молодец. Хватит ходить вокруг да около, пора задавать вопросы прямо. Улыбка исчезла, Амрит выглядел серьезным. —Какие-то события уже повторялись? Я нахмурилась. Интересно, что я уже второй раз слышу этот вопрос после того, как я затрагиваю эту тему. —Нет, не повторялись. События меняются, и это меня тоже беспокоит. —Мне нужно больше информации, Амала. Что было в будущем? Кажется, я снова покраснела. Так, Амала, в будущем было много всего, не только секс с Дубеем в храме! И не только его майтхуна с этой дурацкой Яшви! И… Я прервала свои мысли, заметив знакомую ухмылку на лице Амрита. Черт, он же все чувствует, черт!.. —В будущем ты сказал, где искать тело дипломата. И в этом месте его действительно нашли, - фух, мне удалось выкрутиться. Лицо Амрита изменилось, на нем появилась тень незримой угрозы. —И что же, ты даже не попробовала отправить коллег туда, проверить? – в его голосе сквозил холод. —Нет, я… —А зря. Зря, Амала, - перебил меня Амрит, - могла бы и подсказать этому мужлану. Ах, да, у вас не было времени нормально поговорить, не так ли? Я похолодела от ужаса. Нет никаких сомнений, о чем он говорит… —У вас было занятие поинтереснее. Понимаю. Я все еще думаю, что у тебя плохой вкус. Но пора определяться, дорогая мисс Кхан. Глаза Амрита метали молнии, не нужна была и связь, чтобы осознать, что он очень зол. —Пять минут назад ты трепетала в моих руках, готовая на все, но это было авансом. Я даже не посмотрю на тебя, если ты продолжишь свои попытки усидеть на двух стульях. И помощи от меня не жди: я не вижу смысла помогать тем, кто пытается обернуть полученные знания против меня же. Он говорил так, словно я что-то ему уже обещала. Словно мы были уже в отношениях. Но ведь это не так! Однако я совсем не хотела ему об этом напоминать. —Впрочем, если ты хочешь с ним поговорить, то можешь это сделать очень скоро. Амрит сделал жест рукой куда-то за мою спину, и я обернулась. В комнату зашел Шехар и еще двое незнакомых мне мужчин. Они удерживали разъяренного Киллиана.