Пройдешь ли ты этот путь со мной?

Меня разбудил какой-то резкий звук. Наверняка раскат грома – дождь все еще стучал по крыше, гроза так и не закончилась. Я почувствовала, что у меня затекло тело от сна в неудобной позе, попыталась развернуться… и вспомнила, что сегодня я сплю не одна. В общем-то, об этом сложно было забыть: рука Амрита все еще по-хозяйски обвивала мою талию. Боясь разбудить, я повернула лишь голову в его сторону. Совершенно расслабленный, он наконец-то не внушал скрытой опасности – пожалуй, выглядел даже беззащитно. А еще почему-то почти все одеяло было на нем… Я перевела взгляд на себя – ну да, мне достался небольшой краешек, и то за счет того, что он сам же придавил его рукой. Меня почему-то очень позабавил этот импровизированный вечный бой супружеских пар за одеяло, и я беззвучно хихикнула. Он явно не привык спать с кем-то еще. Держу пари, всем его любовницам не было позволено оставаться до утра. Молния ярко осветила комнату, и мне снова стало неспокойно. Ночные грозы и вправду внушают страх. Сон совсем ушел, и чтобы отвлечься, я беззастенчиво начала разглядывать Амрита. Мне редко удавалось понаблюдать за ним вблизи: все наши поцелуи были неожиданные, слишком волнующие, я концентрировалась на чувствах, визуальная часть отходила на второй план. Сейчас у меня был карт-бланш. Да, он красив, с этим не поспоришь. Четкая линия подбородка, точеный нос, абсолютно правильные черты лица. Пушистые ресницы отбрасывали неясные тени. Удивительно, что при нашей первой встрече он мне не так уж и понравился – я слишком много значения придавала его роли в обществе, его дорогим нарядам, его статусу. Я зациклилась на зарождавшихся отношениях с Киллианом. И, возможно, всего этого не было бы, если бы Амрит сам не совершил первые – очень аккуратные! – шаги. И да, если бы он не появлялся на каждом шагу и не играл ключевую роль в происходящем, конечно же. Я вновь сосредоточилась на приятной тяжести его руки на моей талии и мысленно усмехнулась: о чем ты, Амала? Стоило хоть чуточку узнать его получше, как тебя потянуло к нему как магнитом. Это было неизбежно. Я не верю в судьбу, но, возможно, нам предначертано… И тут Амрит зашевелился и внезапно придвинулся ко мне еще ближе, а его рука сползла с талии, остановившись чуть ниже. Именно там, где она ощущалась особенно ярко. Меня бросило в жар, и я, не шевелясь и едва дыша, начала разглядывать его еще внимательнее, пытаясь найти признаки, что он не спит. Но нет – ничего не менялось, он по-прежнему ровно дышал, а его глаза были закрыты. Как он только еще не обжегся о мою воспламенившуюся кожу? Его прикосновение было, конечно, уже далеко не успокаивающим, я едва сдерживалась от того, чтобы не то сбросить его руку, не то взобраться на него сверху. Во втором случае пробуждение будет фееричным, не сомневаюсь. Даже не знаю, какие совместные дела мы тогда будем решать эти два дня. Я не выдержала и заерзала, пытаясь занять менее беспокоящее меня положение. Амрит ответил мгновенно – глубоко вздохнул и, не открывая глаз, почти уткнулся мне в шею. Это было уже слишком. Его дыхание обжигало, каждый выдох посылал тонну мурашек по моему телу. Я не могла заставить себя сделать хоть что-то: я почему-то жутко боялась его разбудить и оказаться в неловкой для обоих ситуации. Вот теперь мне уже точно больше не уснуть. Так, Амала, не глупи: просто чуточку отодвинься, он вряд ли проснется, и… И пока я думала, Амрит вдруг убрал руку и развернулся в другую сторону. Я молча уставилась в его спину, чувствуя горькую пустоту. Вдобавок почему-то обозлилась на себя – словно я должна была сделать что-то, чтобы… чтобы что? Расстроенная, я попыталась забраться под жалкий край одеяла, который все еще можно было отвоевать, и силой воли уговорила себя уснуть.

***

Пробуждение далось мне непросто. Амрита рядом, конечно же, уже не было, за окном бушевала буря – дождь даже не думал останавливаться, в доме было достаточно темно. И тихо. Я с удовлетворением отметила, что мне тепло и уютно, и неспроста: я почти закуталась в кокон из одеяла. Вспоминая о том, что всю ночь я довольствовалась скромным краешком, можно было сделать простой вывод: после пробуждения Амрит заботливо укутал меня. Это было мило. Мне очень нравилось открывать в нем те стороны, которые раньше были от меня скрыты. На завтрак в постель я, конечно, не рассчитывала, поэтому заставила себя все-таки выбраться из одеяла. На кухне Дубея не оказалось. В моей комнате – тоже. Я отправилась в душ и, приводя себя в порядок, задумалась, куда он мог уйти в такое ненастье. Червячок тревоги меня не оставлял: все-таки я в деревне с недружелюбными жителями, без друзей, одна в пустом доме… А что, если сюда заявится кто-то до того, как Амрит вернется? Силой воли я подавила свои страхи. Мне не нравилось, что я начала бояться здесь чуть ли не своей тени. Впрочем, испытывать свою храбрость мне потребовалось недолго: едва я закончила чистить зубы, как услышала звук открывающейся двери. Амрит вернулся с большим пакетом в руках, с его плаща-дождевика стекала вода. —Доброе утро, - с привычной усмешкой поприветствовал он меня, - тебя, оказывается, и пушечным выстрелом не разбудишь. Стоит ли говорить ему, что я не смогла нормально выспаться из-за чьих-то сонных выходок? —Где ты был? – невинно поинтересовалась я, глядя на пакет в его руках. —Раздобыл нам завтрак, - он прошел на кухню, и я устремилась вслед за ним, - дождь немного меняет наши планы. Увы, пока он не закончится, нам не приступить к нашим делам. —Может быть, тогда самое время обсудить, в чем заключается моя роль? Амрит достал из пакета множество продуктов и начал укладывать их в холодильник. —Я не буду рассказывать тебе все сразу. В этом нет смысла, лучше, если ты будешь осознавать шаг за шагом. —Но хотя бы в общих чертах? Чего ты от меня ждешь? – я нахмурилась. Чем больше он скрывал, тем больше мне казалось, что он ожидает от меня чего-то… неправильного. —Ну, например, жду, что ты будешь говорить о своих желаниях прямо, а не разглядывать меня ночами украдкой. Амрит откровенно ухмылялся. Меня с головой накрыло смущение, и я не смогла с ходу подобрать слова. —Не понимаю, о чем ты… —О, да? По-моему, все говорит само за себя. Ты легла со мной в постель. Позволяла трогать себя, разглядывала ночью вместо сна… Мне продолжить? —Нет! – пунцовая от смущения и злости, что он был прав, я не могла его больше слушать. – Вообще-то, ты сам меня позвал к себе! —А я и не отрицаю, - зевнул Амрит. – Мне понравилось. Можешь остаться со мной и в последующие ночи. Может быть, ты даже привыкнешь и перестанешь будить меня своим волнением, ну а если нет… даже лучше, если нет… —Замолчи! – почти прошипела я, закипая от злости. Амрит задорно рассмеялся, поворачиваясь ко мне спиной и зажигая огонь на плите. —Хорошо-хорошо. Я закрываю эту тему, если она тебе так некомфортна. —Я больше даже не приближусь к твоей кровати! – выпалила я, все еще возмущенная его прямолинейностью. —Да-а? – Амрит снова повернулся ко мне, широко улыбаясь. – Зачем же такие жертвы, Амала? Во имя твоей гордости? Нам же обоим понравилось. —Хватит мне заговаривать зубы, - отчетливо парировала я, - зачем я здесь, Амрит? Зачем я нужна тебе? —Боже, Амала, ты просто провоцируешь меня на неоднозначные ответы… Ладно, ладно! – замахал он руками, наткнувшись на мой свирепый взгляд. –Я согласен, пора обсудить этот вопрос. Он поставил передо мной тарелку – на этот раз это была привычная рисовая каша, и я невольно отметила, что даже такая важная персона, как Амрит, сейчас не придает еде большого значения. Следом на столе появились лепешки и масала – запах специй успокаивал и дарил ощущение домашнего уюта. Он сел напротив, задумчиво отхлебнул горячего напитка и перевел взгляд на меня. —Что ж. Не буду ходить вокруг да около, Амала. Мне нужна твоя помощь в ритуале. Не торопись с вопросами, дай мне закончить, - мягко предупредил он, заметив мою бурную реакцию. Я положила руки на горячую чашку, скрывая свое волнение. —Ритуал сложный, многоступенчатый, его важно выполнять этап за этапом четко в срок. Увы, я не могу тебе рассказать его полную суть, я не смог бы этого сделать, даже если бы захотел… Но обещаю тебе: в конце концов ты все обязательно поймешь. Амрит был серьезен, необычайно серьезен, он разговаривал со мной как с партнером, равной себе. Между бровей залегла морщинка, он невольно хмурился, словно переживал об исходе разговора. Я молчала, как он и просил, но в душе нарастала тревога. Все это сводится к одному – он просит от меня безрассудного доверия. —Ритуал посвящен Великой матери, - Амрит тем временем продолжал, - и он требует нашего присутствия. Твоего и моего. Он замолчал, я тоже выдержала паузу, предполагая, что он продолжит. —Что думаешь? – в конце концов спросил он. Я осознала, что свое согласие я дала еще тогда, когда решилась поехать с ним сюда. Странно было бы отказываться теперь. И все-таки… —В чем заключается суть ритуала? Мы будем во время него причинять…вред? Я очень надеялась, что мой голос не слишком дрожит. —Нет. Нет, Амала, он не требует жертвоприношений, нам не придется никого убивать, даже животных. Я едва подавила вздох облегчения. —Мы обратимся к Великой матери, заявим ей о своем существовании и наших намерениях. Проще говоря, мы с ней… пообщаемся. Мне не нравилось, что он объясняет мне все словно ребенку, упрощенно, но при этом решительно ничего не понимала. —Заявим о своем существовании? О чем ты? Ты потомок брахмана, ты напрямую связан с миром за пределами реальности, хочешь сказать, Она о тебе не знает? Это было странно. Странно говорить о Матери так, словно это какая-то знакомая из соседнего дома. Но не время подбирать слова. —Знает, - Амрит перестал есть и напряженно наблюдал за мной, - обо мне знает. Но она не знает о нас. —А что такое мы? – выпалила я, не подумав. В повисшей тишине отчетливо слышался грохот капель по крыше – кажется, дождь только усиливался. Погода устроила неплохой аккомпанемент нашему разговору. —Амала, ты когда-то задумывалась, откуда взялась эта связь между мной и тобой? Я смутилась. Действительно, о причинах я не думала, сначала я в нее просто не верила, а потом… ну, потом я просто с головой ушла в свои ощущения. Мое молчание выдало меня с головой. Амрит искренне улыбнулся – без тени ехидства! - и продолжил. —Да, она не возникла случайно. Так вышло, что мы оба близки к Великой матери, просто.. немного по-разному. Неважно, на словах это не объяснишь, ты все поймешь сама. —Хорошо, Амрит. У меня последний вопрос. Что мы будем делать в ходе ритуала? Видят боги, я пыталась быть максимально серьезной. Но Дубей все равно меня раскусил. —Ничего непотребного, дорогая Амала, хотя, возможно, это для тебя плохая новость, - он скрыл смешок, откусив лепешку, - шучу, шучу, - примирительно добавил он. – Это довольно тонкая материя. Для начала мы отправимся в храм, совершим пуджу – ничего нового для тебя. А затем мы просто проведем сессию полного молчания, в ходе которой и обратимся к великой матери. Главное условие – наш тактильный контакт. Что ж, ничего особенного, как оказалось. И все-таки… —Что это за сессия? Я никогда не слышала о подобном обращении к богам в индуизме. Амрит сощурился. —Да, потому что… это нестандартный обряд. О нем мало кто знает, я бы сказал, почти никто. Он недоступен простому люду. Он в принципе доступен только единицам… Кстати, в моей библиотеке есть книга, затрагивающая эту тему. Если хочешь, я потом дам тебе почитать, красть нужды не будет, - поддел он меня. —Иногда мне кажется, что образование индолога здесь, в Калькутте, абсолютно бесполезно - скорее самой себе рассеянно сказала я. —Прости, но я даже не воспринимаю всерьез те знания, которые вам дают ничего не понимающие профессора в институтах. Хорошо, если самую базу дадут без ошибок. Я даже здесь не уверен, - с долей брезгливости сказал Амрит. Мне стало обидно, и я поспешила перевести тему. —Здесь есть храм? – вспомнила я. —Да, конечно, есть. Совсем небольшой, но очень древний. Эта деревня хранит большую историю… Здесь многое начиналось и многое заканчивалось. Мы не просто так оказались именно здесь, - Амрит заметил, что у меня закончилась масала, и подлил мне ее из небольшого чайника. Сам же отложил тарелку и посмотрел в окно. —Вот только погода… До храма нужно идти пешком. В такой дождь мы увязнем где-то на полпути. Я поежилась, представив, как мы вдвоем выбираемся из дома и шагаем непонятно куда. —Так что, Амала. Ты согласна? Я удивилась его вопросу – в мыслях-то я уже давно согласилась. Это было интересно, и я не видела ничего плохого: темная Мать и так появлялась в моих видениях, о чем Амрит даже не подозревает. Мы с ней уже разговаривали. Разговаривал с ней и он – во время многочисленных ритуалов, являющихся его прямой обязанностью. Если ему так нужно сделать это вдвоем… Что ж, вряд ли я сделаю хуже. —Да, я согласна, - коротко ответила я. Амрит поднялся и обошел меня кругом. Я уже давно обратила внимание, что он любит подходить ко мне со спины. Чувствует себя увереннее? Контролирует ситуацию? Демонстрирует власть? —Спасибо, - услышала я лишь тихий голос, а потом мягкий поцелуй в макушку. И обомлела. Что с ним? Совсем на него не похоже. Амрит вышел из кухни, а я продолжала сидеть за столом, невидяще глядя в окно. Я не знала, как себя вести. Он удивлял, вел себя противоречиво, сбивал меня с толку. И я снова думала о нем самом, но никак не о том, что он делает и какую роль играет в происходящем. Я все больше доверяюсь ему, а, между тем, моя главная версия – что он виновен в убийствах многих людей. Эта мысль сводит с ума. Небо за окном было непроглядно - тучи заволокли его так, словно день до сих пор не наступил. Я бросила взгляд на настенные часы – почти двенадцать. А что мы будем здесь делать, пока погода не наладится? Мне внезапно стало душно, я почувствовала, как стены на меня давят. Со мной иногда такое случается – осознание, что я не могу покинуть место, меня пугает. Боясь, что чувство может усилиться, я вышла из кухни и устремилась ко входу. Распахнув дверь, я с наслаждением вдохнула свежий воздух. Правда, наслаждение длилось всего пару секунд – дальше меня почти сдул ветер, обдав кучей мелких брызг. Я обхватила себя руками, но все еще стояла на пороге. Выглянула чуть дальше, решив проверить, нет ли возле дома сов – как тогда. Пустота, ничего необычного. Слава богу, сегодня, видимо, поблизости умирать некому. —Амала, что случилось? –Амрит подошел незаметно, с тревогой заглянул мне в глаза. —Все в порядке, - ответила я, закрывая дверь, - я просто решила оценить обстановку. —И как обстановка? — Не понравилась. Амрит засмеялся. —Я думаю, самое время зажечь камин. Я нашел спички. И вправду, я обратила внимание на камин еще вчера, но благополучно забыла о нем, воспринимая его объектом интерьера. Амрит, тем временем, уже справился с этой задачей, и темный дом озарился мягким теплым светом. —Электричество все еще не дали? – поинтересовалась я, не в силах оторвать глаз от яркого огня. —Утром не было, - Амрит поигрался с выключателем, - да и сейчас нет. Я нахмурилась, он пожал плечами. —Здесь все восстанавливают не быстро. Перебои наверняка возникли из-за грозы, и пока не закончится сильный дождь, ничего исправлять не станут. Что ж, придется с этим смириться. Я подошла поближе к камину и устроилась на мягком ковре возле него. Рядом с огнем было спокойнее. Рядом с Амритом я этим похвастаться не могу… Он, впрочем, вскоре последовал моему примеру и опустился на ковер рядом со мной. Поленья тихо потрескивали в огне. Я не отводила взгляда от пламени, явственно ощущая Амрита рядом. Он не прикасался ко мне, но я отлично чувствовала его состояние – спокойствие, наслаждение, легкое желание. Последнее обнадеживало, сколько я бы ни сопротивлялась сама с собой. —Ты очень молчалива. Удивительно, но мне не хватает твоих возражений, - тихо отметил Амрит. Я его не видела, но знала, что он улыбается. —Я хочу с тобой поговорить, - внезапно выпалила я, - откровенно. Без недосказанности. —Ух ты, - в голосе Амрита сквозила заинтересованность. – Что ж, я согласен, но на моих условиях. Вопросы будут касаться только тебя и меня, никакой работы. И задавать мы их будем по очереди. Хитро, но справедливо – и я согласилась. —Тогда я начинаю, - я развернулась к нему в пол-оборота, чтобы лучше видеть его реакцию. –Расскажи о Джиоти. Кто она? Лицо Амрита мгновенно приняло самодовольное выражение, и мне до жути захотелось его чем-то треснуть. —И вот мы снова здесь. Хорошо, - он склонил голову немного набок. – Джиоти – девушка из привилегированной семьи, которой много лет назад было обещано выйти за меня замуж. То, как он это произнес… абсолютно буднично, спокойно, словно в этих словах не было никакой важной информации. Словно я спросила, что мы будем есть на обед. Меня захлестнула буря смешанных эмоций. Обида, гнев, ревность, разочарование – я даже не знала, что из них преобладало. Это было неприятно, и я наверняка не смогла от него это скрыть. Замуж? Так вот кто она, невеста? Она приехала к нему сейчас, чтобы подготовиться к свадьбе? Что все это значит? В какие игры он играет со мной? Больше всего мне хотелось выбежать из этого дома и оказаться где-то далеко-далеко… Может быть, даже в объятиях Киллиана, который точно меня не оттолкнет. И в этот же момент мою руку накрыла ладонь Амрита. —Так ты расстроилась? Ну уж нет. Последнее, что я допущу – демонстрацию своей ревности напоказ! —Нет, просто удивилась, -ровным голосом ответила я, выпрямляясь и стряхивая его руку. Черт, он опять приблизился слишком быстро. —Ну раз нет, тогда моя очередь. Ты уже поставила точку в отношениях с атташе? И он смеет меня об этом спрашивать?! —Почему тебя волнует этот вопрос? – сквозь зубы процедила я. —Ха, вопрос на вопрос - мы так не договаривались. Мотивы мы не обсуждаем. Просто задаем вопросы и отвечаем на них, - парировал Дубей, ни на секунду не отводя от меня взгляда. В его глазах отражался огонь, и взгляд выглядел каким-то… сверхъестественным. Я стремительно теряла контроль над ситуацией. —Да… нет… не совсем, - промямлила я, - я не уверена. Может быть, я все-таки соглашусь на официальные отношения с ним. Последняя фраза, конечно же, была вызвана желанием мести. Амрит явно это понял, однако веселиться перестал. Обстановка становилась слегка напряженной. —Что-то мне не нравится наш разговор, -призналась я, посчитав это лучшим выходом из ситуации, - мне некомфортно. —Что ж, мы можем не продолжать, - абсолютно спокойно ответил Амрит. – Это была твоя идея, напомню. Я думал, мы поговорим о чем-то более интересном. —О чем? —Дай мне руку, - вместо этого попросил Амрит. Я недоверчиво посмотрела на него, однако ладонь все же протянула. Где-то мы это уже проходили… Амрит слегка подвинулся, так, что оказался ровно напротив меня. Мы оба сидели по-турецки, и наши колени почти соприкасались. Когда он взял меня за руку, глядя мне в глаза, я почувствовала знакомое ощущение разряда молнии, пускающего ток по моим венам. Температура тела словно повысилась в одно мгновение. Не выдержав, я отвела глаза. —Ты же чувствуешь это так же, как и я. Неужели тебе не интересно, какой у этой энергии предел? Я внезапно залилась краской, вспомнив в красках и картинках, как мы уже искали эти пределы. Если это можно так назвать. Нашли мы их или нет, не знаю, но оргазм был ошеломительный… —Вау. Я перевела взгляд обратно на Амрита – он выглядел удивленным и… впечатленным? —Что это сейчас было? Мне понравилось. —Эта связь когда-нибудь сведет меня с ума, - почти прошептала я. —Абсолютно согласен, - ответил он, беря меня за вторую руку. Ощущения усилились, и я смогла себя немного отпустить, наслаждаясь ими. Еще немного, и этих касаний мне будет недостаточно. Амрит словно услышал меня, придвинувшись ко мне вплотную, вытянув ноги за мою спину. Мы буквально впечатались друг в друга, и я слышала, как учащенно стучит его сердце. Он тяжело вздохнул и потянулся к моим губам. Этот поцелуй был очень медленным и тягучим. Он снова вел, я лишь отвечала, чувствуя, как в голове не осталось ни единой мысли. Были лишь только он, его мягкие губы и восхитительное наслаждение от обычных прикосновений. Когда он отстранился, опершись щекой о мою щеку, я вдруг вспомнила все. Вспомнила Джиоти и его обещанную свадьбу… —Я так не могу. Я отстранилась и встала с ковра, сбрасывая с себя наваждение. Амрит выглядел крайне недовольным, но молчал. —Я пойду к себе, попробую поспать. —Амала, это так некрасиво с твоей стороны. Я даже остановилась, возмущенно оглядываясь на него. —Я прекрасно почувствовал твою ревность, и да, она мне даже польстила. Но что за глупости ты творишь? —Глупости? – прошипела я. – А ты? Разве это нормально – пытаться соблазнить другую девушку, когда сам на пороге свадьбы? —Но кто сказал тебе, что я планирую жениться? Я же сказал – ей много лет назад было обещано выйти за меня замуж. Но с тех пор многое поменялось. Я не женюсь на ней. Я открыла рот, не нашлась что сказать, закрыла обратно. Черт, какая же я дура… —А вот то, что ты так жадно отвечаешь на мои ласки, когда говоришь мне, что еще не решила, рвать ли со своим атташе – это ай-ай-ай, Амала. И такое я точно не потерплю. Я не знаю, как он это делает. Как я оказалась виноватой за пару минут? Хорошо, что я не вижу его лица. —Тогда я скажу тебе правду. Я действительно еще не порвала с ним. Но я точно не планирую к нему возвращаться. И, гордая собой, что смогла выйти из этой перепалки если не победителем, то хотя бы на равных, я ушла в свою комнату. Холодная пустая постель совсем не привлекала. Но делать нечего – раз уж ушла красиво, придется идти до конца. И, абсолютно разбитая и расстроенная, я натянула одеяло до самого носа и все-таки умудрилась уснуть.

***

Я даже не сразу поняла, что меня разбудило. Мягкое касание щеки, мимолетное, очень нежное. Я медленно открыла глаза, и… Прямо передо мной был Амрит. Очень близко – можно было разглядеть каждую черточку его лица. Полусонная, я соображала медленно: так, кажется, он стоит на коленях перед моей кроватью. И это его прикосновение меня разбудило. Да, точно оно. —Просыпайся, Амала, - почти прошептал он, - дождь закончился. Я настолько удивилась этой сцене, что даже не нашлась, что ответить. Он был очень заботлив и мягок, и это пробуждение вышло таким… нежным, что у меня опять не получалось найти связь между реальностью и его противоречивым поведением. Он не уходил. Разглядывал меня, словно диковинную зверушку, был спокоен и сосредоточен. Даже руку не убрал – лишь слегка отвел ее от моего лица, облокотившись на кровать. Я сонно улыбнулась, не говоря ни слова. Мне очень хотелось прижаться к его ладони щекой, потереться о нее, словно кошка, но я не позволяла себе – все еще была настороже, все еще ждала едкого укола. Он наверняка, как и всегда, обо всем догадался. Улыбнулся в ответ, мазнул кончиками пальцев по моему носу и поднялся на ноги. —Просыпайся, - повторил он. – Нам пора собираться и выдвигаться в путь. Он покинул комнату, а я начала натягивать на себя одежду. Интересно, а сколько сейчас времени? Мы что, отправимся в путь под конец дня? Когда я вышла из комнаты, Амрит был уже готов к выходу. Я бросила взгляд на часы- восемь вечера. Ситуация казалась… странной. —Мы выдвигаемся в ночь? – недоуменно спросила я. – Ты говорил, что дорога не близкая. —Да, но мы и так потеряли много времени. Я не могу задерживаться здесь надолго, да, думаю, и тебе этого не очень хочется. Не переживай, до полной темноты мы доберемся в храм, - ответил Амрит, беря в руки тканевую сумку. Мне жутко хотелось парировать, что меня ровно так же интересует и обратный путь, но Дубей явно не был настроен на долгие расспросы. Что ж, надеюсь, он знает, что делает. Выйдя на улицу, я с большим наслаждением вдохнула ни с чем не сравнимый воздух после дождя. Так здорово было покинуть дом, ставший уже довольно тесной клеткой. Небо совсем очистилось, листва на деревьях стала ярче, дождь смыл с нее пыль. Пока Амрит запирал дверь, я огляделась по сторонам. Улица была пустынной. Домов на ней, к слову, было тоже немного – кажется, мы находились на окраине деревни. Вдалеке виднелась широкая дорога, на которой кипела жизнь, но мы были в стороне от нее. —Иди за мной, - сказал Амрит и направился в противоположном от скопления людей направлении. Перед выходом я накинула на плечи шелковый платок, думая, что после дождя будет прохладно, но фатально ошиблась: заходящее солнце все еще припекало, и влага начала испаряться – было невероятно душно. Было так же душно и когда я сняла платок, и когда заколола распущенные волосы. Одежда неприятно липла к коже. Мы завернули к дому на окраине, внутрь зашел Амрит в одиночку – как выяснилось, за подношениями, которые были приготовлены местными жителями специально для него - и отправились в путь. Дорога была скучной. Мы почти не разговаривали, было тяжело: большая часть пути была в гору, влажность добивала окончательно. Мы прошли через открытую местность, зашли в лес, где было чуть легче – густые ветки не пропускали солнце, там было прохладнее. Спустя еще с полчаса по моим ощущениям, мы наконец взобрались на холм, с которого был виден храм. Храм был совсем небольшой, словно часовня, не слишком богатый внешне, зато очень красиво выделявшийся на фоне заката. Вид был чудесный, однако я так же отметила, что скоро окончательно стемнеет. И в темноте мне совсем не хочется заходить обратно в лес. Даже с Амритом. Даже с кучей провожатых. Слишком свежи были ассоциации с Клифаграми и лесом. —Здесь аккуратнее, - услышала я голос Амрита. И тогда я обратила внимание, насколько крутым был спуск по направлению к храму. Амрит заметил мое секундное замешательство и по-джентльменски протянул мне руку. Я, не задумываясь, вложила свою ладонь. Мы не отпускали руки вплоть до порога храма, хотя спуск закончился многим раньше. Я не акцентировала на этом свое внимание. Просто держаться за его сильную руку было приятно. Вот и все. Когда мы достигли точки назначения, Амрит остановился на пороге. —Ты выглядишь встревоженной. Все хорошо? Да, конечно, я волновалась, но неужели это настолько заметно? Впрочем, может быть, он почувствовал - я все еще не поняла границы нашей связи. —Да, но мне и вправду тревожно, - призналась я. —Доверься мне, Амала, - он вдруг положил ладонь мне на щеку, и глупое тело сразу затрепетало от малейшего прикосновения. – Пока ты со мной, тебе ничего не угрожает. И прежде чем я успела о чем-то подумать, он мягко накрыл мои губы своими. Поцелуй был неожиданным – ничего, казалось, не предвещало – но свою задачу выполнил на ура: мне стало намного спокойнее. А когда его рука обвила мою талию, прижав еще ближе, я и вовсе почувствовала себя под надежной защитой. А еще поцелуй был очень долгий. Или я потеряла счет времени?.. Когда мы все-таки оторвались друг от друга, то отчетливо ощущалось, что взволнована теперь уже не только я. Вблизи было очень заметно, что храм совсем старый. Даже страшно представить, когда он был построен, его внешний вид не внушал доверия, и одна бы я ни за что в жизни не согласилась зайти внутрь. Однако Амрит не колебался и не без усилия открыл тяжелую дверь. Я с опаской заглянула внутрь – полумрак, ничего не видно. Дубей шагнул вперед первым, по пути перехватывая мою руку вновь. На этот раз – уже не спрашивая и не предлагая. Двери Амрит за собой закрыл, и мы словно оказались в темной пещере. Я невольно сжала его ладонь чуть крепче. Здесь стоял тяжелый запах, всегда сопутствующий помещениям, в которых редко бывают люди. Но к нему примешивался привычный, почти выветрившийся аромат благовоний, который намекал на то, что храм не заброшенный. Интересно, как часто здесь бывают посетители? Амрит, по всей видимости, был здесь далеко не впервые – он сразу же достал спички и начал зажигать свечи. Много света они не давали, но из-за своего рассредоточения все-таки играли роль освещения. Мне, наконец, удалось оглядеть помещение целиком. Зал оказался совсем небольшим – в разы меньше калькуттского, здесь едва ли бы разместилось больше десяти человек. В глаза бросалась и простота, я бы сказала, даже бедность убранства. Пока Амрит занимался свечами, я неуверенно направилась к мурти Кали. Фигура богини сильно контрастировала с помещением: она была очень большая и талантливо выплавленная. Настоящее произведение искусства. И наверняка очень, очень старая – как и этот храм. Повисшая тишина заставила меня обернуться: Амрит уже закончил и наблюдал за мной. —Ты очень гармонично смотришься в храме. Я отметил это еще в первый раз, когда увидел тебя в этой обстановке, - голос Амрита звучал очень проникновенно. Я смутилась: что отвечать на такой необычный комплимент? Дубей ответа и не ждал – поднял сумку, кивнул на нее. Мы вместе разложили подношения перед статуей богини, зажгли благовония. Я невольно осознала, что делаю все слишком медленно: меня пугало то, что предстоит дальше. Пугало и манило одновременно. Амрит наверняка чувствовал себя полноправным хозяином ситуации – так, собственно говоря, и было. Закончив с подношениями, он расстелил неподалеку плотное алое покрывало. Я в очередной раз поежилась от ассоциаций. —Присядем? – предложил Амрит. Я кивнула и аккуратно расположилась на ткани. —Теперь ты расскажешь мне о деталях? – спросила я, наблюдая, как он садится напротив меня. —Расскажу, конечно. Только у меня тоже есть к тебе вопрос, - улыбнулся Дубей. – Скажи, пожалуйста, чего добивается твой коллега, следивший за нами всю дорогу до храма?