Пройдешь ли ты этот путь со мной?

—Он испытывает мое терпение. Сердце ухнуло куда-то в пятки. Мысли проносились с лихорадочной быстротой: так, коллега, значит, опять Киллиан, он все-таки сюда приехал, так вот почему он так легко меня отпустил, он где-то все это время прятался, я его не заметила, но Амрит… Амрит опять… заметил… —Знаешь, что меня особенно раздражает? –спросил Дубей, внимательно наблюдая за моей реакцией, - что ты из-за него очень переживаешь. Из-за него, за него. Бежишь за ним, как только он творит очередную глупость. Защищаешь его, хотя он позволяет себе то, чего даже в твоей Англии бы не одобрили. Фразу про Англию он буквально выплюнул, всем своим видом показывая свое неодобрение. Я внезапно осознала, что он прав. Я очень переживала за Киллиана, потому что знала, на что способен Амрит. Однако Киллиан не знал, кому противостоит, и пока его не припугнут, он и не подумает остановиться. А еще он прав и в другом – я уже во второй раз едва не сбежала спасать Киллиана - и это в тот момент, когда я пообещала провести время с самим Амритом. —Я не знаю, что он тут делает, я понятия не имела, что он сюда приехал. Но сейчас меня это не интересует, я к нему не пойду. Сказала и сама удивилась, насколько твердо и естественно это прозвучало. Тревога-то никуда не делась. Клифаграми опасна для нас всех, но если меня всегда защищал либо Рита-Шива, либо сам Амрит, то Киллиана не защищает никто… Интересно, когда он приехал? —Я польщен, - Амрит довольно улыбнулся, однако я понимала: до конца он мне так и не поверил. – Что, даже не хочешь сбегать проверить, все ли с ним в порядке? Не натравил ли я на него местных жителей? Я почувствовала укол раздражения. Это ведь он со мной сейчас играется, выводит на эмоции. Похоже, он заметил Киллиана давно, но опять ждал момента, чтобы преподнести новость эффектно. —Я здесь, с тобой, и, как уже сказала, не планирую никуда уходить. К чему все эти игры? Кажется, он даже немного удивился. —Ну хорошо. Пусть сидит там всю ночь. Или пусть поищет путь обратно через лес. Веселая прогулочка будет, полагаю. В любом случае, думаю, ему понравился небольшой спектакль. Я едва начала обдумывать его фразу про «всю ночь» (мы что, всю ночь будем в храме сидеть?!), но последние слова меня определенно зацепили. —Спектакль? О чем ты? —О чем я? – Амрит внезапно приблизился вплотную, наклонившись надо мной и глядя на меня сверху вниз, - а что, ты уже забыла? Такой сладкий поцелуй, такая покорная Амала, полностью в моей власти… Уверен, у атташе был отличный обзор. Прямо как в партере. Он завис над моими губами, ухмыляясь мне прямо в лицо, приглашая потянуться за поцелуем, сдаться, но я уже разъярилась и едва сдержала себя, чтобы грубо не оттолкнуть его. —Так это был спектакль? Все лишь для того, чтобы позлить Киллиана?! Мне было обидно. Больно, что Киллиан все увидел и теперь точно сделал выводы, почему я сторонюсь его и хватаюсь за все дела, связанные с Амритом. Я даже точку в отношениях поставить не успела. Смелости не хватило. Но гораздо обиднее было то, что принятое за нежность и новый уровень отношений внимание оказалось глупой показухой! —Тсс, Амала. Не выпускай когти, - Амрит возвышался надо мной, не сокращая дистанцию, но и не уходя, -я ведь не сказал, что мне этого не хотелось. Он был настолько близко, что я едва дышала, не отводя от него взгляда. —Ты же никак не решишься сказать ему правду сама. Я просто наглядно показал ему, какие у тебя приоритеты. С этими словами он вернулся на место, оставив меня с обидным чувством незавершенности. Дубей умел потрясающе держать себя в руках и производить впечатление человека, владеющего ситуацией. Но я могла заглядывать чуть глубже и знала, что он злится. А злой Амрит всегда вызывал у меня тревогу и желание переключить его внимание на что-то другое. На себя, например. —Амрит, давай закроем эту тему и вернемся к тому, для чего мы здесь собрались, - твердо предложила я. —Ты меняешься, и за этим интересно наблюдать, - протянул он. – Раньше я бы не ожидал от тебя такой реакции. Это внушает мне некоторую надежду. —Надежду на что? –удивилась я. —На то, что мы с тобой все-таки пойдем одним путем. Амрит замолчал, а я уже начала привыкать к тому, что он ни о чем не говорит конкретно. Спрашивать нет смысла. Рано или поздно он мне сам все расскажет, если уж я действительно играю в его планах какую-то важную роль. —Так что… Ритуал? – не выдержала наконец я. —Какая ты нетерпеливая, - усмехнулся Амрит, - даже не хочешь со мной поболтать? Ну что ж, хорошо. Ритуал. Как я уже и говорил, мы с тобой обратимся к Темной матери. Заявим о себе, попробуем поговорить. Этого достаточно. —Как мы это сделаем? —Чтобы заявить о нас, а не каждом по отдельности, нам нужен плотный телесный контакт. Он сделал паузу, посмотрев на меня, слегка прищурившись. —Мы должны… взяться за руки? – предположила я. —Нет, это не плотный контакт, - скучающе протянул Амрит. – Нам нужно будет сесть спина к спине. Обнаженными. Что? Я в изумлении уставилась на него. Это что за ритуал такой? —Только не говори, что для тебя это проблема. Даже не поверю. Все твое тело сейчас трепещет от радости, - дерзко заявил Дубей. Да что он о себе думает? —Это не проблема, - уверенно парировала я. –Но зачем нам обнажаться полностью? —Амала, я же объяснил. Нужен плотный телесный контакт. Иначе ничего не выйдет. Как долго мы будем препираться? Я вздохнула. Конечно, это было проблемой, еще какой. Не потому, что я этого не хотела – Амрит был прав, сразу после его предложения меня кольнуло острым уколом возбуждения - а потому что я боялась потерять контроль. Он будет слишком близко, а мое тело слишком его хочет. Да только ли тело? Я прекрасно помню, чем закончился наш первый телесный контакт в храме. И как мне сидеть с ним спина к спине, когда я помню каждое мгновение? Да сам же Амрит буквально посмотрит порнофильм с нашим участием – благодаря этой дурацкой связи. Какой кошмар, боги. Что мне с этим делать? Но и думать тоже было некогда – я была под прицелом пристального взгляда. Собрав в кулак все свое самообладание, я уверенно кивнула. —Хорошо, раз так нужно. И, прежде чем я успею передумать и сбежать из храма куда подальше – теперь уже и лес не казался таким пугающим – я встала и развернулась к Амриту спиной, всем своим видом показывая, что я готова действовать. И все-таки медлила. —Можешь не стараться скрывать свои чувства, - услышала я голос прямо над ухом и буквально подпрыгнула от неожиданности, - они все равно очень сильные. Это нормально, я тебя понимаю. Мне показалось, или он даже перестал издеваться? Я аккуратно оглянулась через плечо и увидела, что Амрит уже сделал несколько шагов назад и методично расстегивает шервани. Я лихорадочно развернулась обратно, глубоко вдыхая. Так, Амала, возьми себя в руки. Что за смущение тинейджера? В конце концов, ты с ним сексом уже занималась. Подумаешь, он об этом еще не знает… но ты-то помнишь! Удивительно, но уговоры помогли – я действительно стала чувствовать себя спокойнее. С этим прекрасным выводом я и выскользнула из сари, оставшись в нижнем белье. Прежде чем избавиться и от него, я снова медленно обернулась, и внизу живота что-то екнуло: совершенно обнаженный Амрит стоял спиной ко мне и аккуратно складывал одежду. Я внезапно осознала, что одним шагом могу все изменить. Могу показать ему, что готова переступить через свою гордость и отдаться ему полностью – сердцем и телом. Могу сказать ему все, что накопилось на душе. Ведь я знала, что тоже небезразлична ему. Но будущее настолько изменилось, что мне было страшно. Что, если мы что-то испортили, и я ему нужна исключительно для каких-то религиозных целей? Что, если он использует меня и бросит? Я разглядывала его смуглую кожу, не в силах оторваться от выступающих мышц. Он был невероятно подтянут и мускулист: ни грамма лишнего жира. Взгляд пополз ниже. Я уговаривала себя успокоиться и отвернуться, но не успела: Амрит ровно так же, как и я, обернулся вполоборота. —Как не стыдно, Амала, ты мне дыру в спине прожжешь. Вспыхнув, я отвернулась обратно и услышала, как он опускается на покрывало. —Если тебе так хотелось посмотреть, могла сказать об этом прямо и не подглядывать. Я бы не отказал, - услышала я вальяжный голос из-за спины. Лучшее, что я могла сделать – это не реагировать. Я не знала, наблюдает он за мной или нет, а позволить себе обернуться еще раз я уже не могла. Со скоростью молнии выскочив из нижнего белья, я буквально-таки рухнула на покрывало, даже не пытаясь приблизиться к Амриту. Он подвинулся сам: совсем скоро я почувствовала прикосновение теплой кожи к своей спине. Не скрою – я ждала этого ощущения. —Волосы тоже стоит распустить. Дай себе свободу, - и прежде чем я успела что-либо сообразить, он поменял положение и сам снял заколку с моих волос. Они упали на спину непослушной копной, а он нежно провел по ним рукой, одновременно лаская мою шею. Я содрогнулась, и совсем не от холода или страха. Наверняка обратив внимание на произведенный эффект, Амрит начал мягко массировать мне шею, перекинув мои волосы на грудь. Это было так прекрасно, что я едва не мурлыкала, как кошка. —Ты сняла украшение, мой подарок. Хочешь, чтобы я подарил тебе новое? Разговаривать, не видя его, было неудобно, но оборачиваться я не смела. Чуткие пальцы продолжали поглаживать мою шею, мешая мне сосредоточиться на беседе. —Оно не подходило к сари… —Мне стоило догадаться, - тихо засмеялся Амрит, - что ж, в следующий раз я подарю тебе что-то, что будет подходить ко всему. Чтобы ты не захотела его снимать. Я едва не брякнула шутку про обручальное кольцо, но вовремя остановилась. С Амритом только такие шутки и шутить… Пальцы исчезли с шеи на мгновение, и вскоре я ощутила на том же месте мимолетное прикосновение губ. Он меня точно соблазняет. Больше вариантов нет. Так, может быть, мне пора вступить в игру… И в этот же момент Амрит вернулся в прежнее положение, прижавшись ко мне спиной. —Хорошо, теперь давай обсудим ритуал. Это было странно. Странно сидеть к нему настолько близко, ощущая, как кожа покрывается мурашками от холода закрытого помещения, а спина буквально-таки горит огнём от тесного контакта. Странно смотреть в темную стену, ограничиваясь лишь голосом. В конце концов, так странно разговаривать, не имея возможности посмотреть в глаза. Да и сидеть на твердом полу, пусть и на постеленном покрывале, было неудобно. Я поерзала, пытаясь найти более удобное положение. —Амала, - зашипел Амрит, - будь осторожнее, пожалуйста. Мне слишком нравится. Я замерла. И почему это я тогда должна быть аккуратнее? —Я так не смогу сосредоточиться. Мне и без того сложно просто сидеть рядом, когда за спиной ты, полностью обнаженная… Я лишь фыркнула, не обращая внимания на его замечания. —Так что, ритуал? Амрит полностью выпрямил спину. —Да. У нас с тобой сейчас общая задача – попытаться сосредоточиться и поговорить с Темной Матерью. Потратить на это столько времени, сколько потребуется. Вот и все. Я абсолютно не знала, как это делать, но почему-то его разъяснение не показалось мне странным. Что ж, попробую, просто попробую. —Хорошо, - тихо ответила я. И мы оба замолчали. Было настолько тихо, что я слышала каждый шорох старого здания, каждый порыв ветра на улице, и отвлекалась на все, что можно. Сосредоточиться оказалось гораздо более сложной задачей, чем я полагала. Вместо этого я думала о слегка пугающей обстановке, тревожилась о Киллиане, размышляла о том, настолько мы близки с Амритом, особенно сейчас, и при этом вообще не двигаемся с места… О том, что я так и не поняла, что со мной происходит и почему мне никто не хочет это объяснять. —Амала, тебе нужно расслабиться. Навались на мою спину, в конце концов, - голос прозвучал довольно неожиданно. Да, наверное, он прав. Из страха слишком плотного контакта я изо всех сил пыталась держать спину прямо, чтобы не опираться на Амрита. Но когда я все же слегка расслабилась, поняла, что так гораздо проще – и ему, и мне. С Дубеем я чувствовала себя надежно. Без него я давно бы паниковала, находясь в этом жутком храме. А с ним…с ним не только не страшно. Нахождение с ним в храме наедине лишь будит самые сладкие воспоминания. Наверное, я снова покраснела, но, к счастью, он все равно меня не видел. Попытки сосредоточиться загнулись на корню, потому что теперь я начала в красках вспоминать нашу близость в храме. Я пыталась оградить себя от этих мыслей, но это все равно, что не думать о белом медведе: уж если нельзя, так точно только об этом думать и буду. Картинки в голове проносились одна за другой. Вот я стою на коленях перед ним, а он шепчет совершенно восхитительные вещи… Вот мы оба лежим, сплетаясь тесно, словно один человек. Вот он исследует все мои чувствительные зоны и каждый раз угадывает… Я даже окончательно перестала бороться с собой. И не заметила, что Амрит тоже напрягся. Но молчал. Кажется, я должна была сосредоточиться. А что он? Он, может, уже начал разговор с богиней? Внезапно мне захотелось плюнуть на весь этот ритуал, развернуться и склонить Амрита к разным непотребным вещам. Я даже начала раздумывать всерьез… —Я впечатлен. Черт. Этого стоило ожидать. —Признаю, тебе удалось меня отвлечь. Такое, черт возьми, отвлечет меня от чего угодно. Его голос звучал чертовски самоуверенно. Он был доволен. Он буквально торжествовал. Мне очень хотелось посмотреть на его самодовольное лицо. —Амрит, это… —Даже не смей придумывать глупые отговорки, - перебил меня Дубей, - твои мысли сильно расходятся с твоими словами. Но не торопись злиться. Просто… прочитай меня. По-моему, он просто ликует! С чего он так обрадовался? —Прочитай меня, - повторил Амрит. Мое восприятие настолько обострилось до предела, что, казалось, я даже осязала вибрацию его голоса. Я закрыла глаза и постаралась максимально сосредоточиться. Вспомнила, что обычно со мной происходит, когда я чувствую нашу связь. Сконцентрировалась на тех приятных мелких молниях, которые сопровождают наши прикосновения. На меня мощной волной нахлынуло его возбуждение, интерес и волнение. Пока я переваривала новые ощущения, он протянул руку назад и нащупал мою ладонь, полностью накрыв ее сверху. Чувства многократно усилились. Мне уже не нужно было сосредотачиваться, чтобы ощущать Амрита. Его эмоции воспринимались уже детальнее, в возбуждении стало проглядывать сдерживание, в интересе – неукротимая мощь, которая усиливалась с каждым мгновением, а волнение… волнение, будто бы, слилось с моим и стало одним целым. Я все еще сидела с закрытыми глазами, но уже не обращала на это внимания: меня перестала интересовать окружающая реальность. Этому меня никто не учил, но откуда-то я знала, что именно нужно делать. Я словно попыталась дотронуться до его интереса, который был самым сильным: он выглядел как мощная волна, как цунами, который еще далеко на горизонте, но движется быстро, с каждым мгновением увеличиваясь в размерах. И стоило мне только попытаться задуматься, что все это значит, как вдруг… Вокруг резко потемнело, словно все зажженные свечи погасли в один миг. Я не успела испугаться: происходящее в принципе меня не пугало, лишь вызывало жгучий интерес. Возможно, это был интерес Амрита, а может, и нет – понять было сложно, да и незачем. Я ничего не видела, зато отчетливо слышала голос. —Ты здесь. Это был не Амрит. У меня не было никаких сомнений насчет того, кто со мной заговорил. —Ты нашла путь, дитя мое. Ты здесь. И ты с ним. Возможно, это самый важный день в моей жизни… —Великая Темная мать, - только и сумела промолвить я. Голова была пустая. Я забыла почти обо всем, ощущая лишь благоговейный страх. —Ты нашла его. Стало быть, время настало. Ты готова. Тишина, оглушительная тишина, темнота. Я ничего не вижу и слышу только ее. —Ты совершаешь непростительные ошибки. Ты проявляешь непозволительную дерзость. У тебя есть последний шанс. Пользуйся знаниями, которые выдали тебе авансом. Не потеряй время снова. Я чувствовала гнев – сильный, всепоглощающий, чистый, не перемешанный ни с одной другой эмоцией. Он разгорался, как пожар в сухую погоду. Он давал абсолютно очевидное осознание: моя судьба зависит от Темной матери. Я ее разочаровала. Она больше не говорила. Прошло еще пару мгновений, и вдруг моя голова взорвалась от оглушительного шума: словно вокруг меня одновременно говорила тысяча человек, и эта какофония звуков многократно усилилась. Голову будто сдавило железным обручем. Кажется, я кричала, а может, и нет. Я не знаю, как долго это продолжалось. Я снова начала осознавать реальность, когда нашла себя с крепко зажмуренными глазами и правой рукой, прижимающейся к виску. Шум исчез, как и головная боль. Я осторожно открыла глаза – вокруг, как ни в чем не бывало, горели свечи, обстановка совсем не изменилась. Я осознала, что несмотря ни на что, я так и не высвободила левую руку из-под ладони Амрита, ни на сантиметр не теряя тактильного контакта. Я буквально лежала на нем, абсолютно без сил. И только когда я сосредоточилась на ощущениях, постепенно возвращая под контроль все органы чувств, я поняла, что неестественно прямая спина Амрита сильно дрожит. Я попыталась позвать его – голос был слабый, но ответа я не получила. Меня окутало необъяснимое беспокойство, я откуда-то знала, что ему плохо, но времени на обдумывания не было. Я действовала быстро и по наитию: резко развернулась, на секунду теряя контакт, и прижалась к его спине уже грудью, обвивая его руками, словно беря под защиту. В ту самую секунду, когда я разворачивалась, он вдруг резко обмяк и почти рухнул на меня. Я крепко держала его, закрыв глаза и не говоря ни слова. Так прошло несколько секунд. Я цеплялась за него, словно от этого зависела вся моя жизнь, удерживала его в вертикальном положении. Он сам не прилагал для этого никаких усилий, его голова слегка свешивалась на грудь – я уже начала задумываться, в сознании ли он вообще. Но вот он медленно распрямился, беря свое тело под контроль. Мышцы под моими пальцами напряглись, голова поднялась. Он молчал. Молчала и я. В ушах все еще немножко звенело – отголоски того сумасшедшего шума, который едва не расколол меня на кусочки. Внимание было рассредоточено, я чувствовала себя странно. Но и только – ни боли, ни слабости. —Амала… - едва слышно проговорил Амрит. И затих. На меня вдруг нахлынул мощный коктейль необъяснимых чувств: непоколебимая решимость, облегчение и… желание. У меня не было времени прожить эти чувства, потому что Амрит вдруг ловко вывернулся из моих объятий и повернулся ко мне лицом, теперь уже сам прижимая меня к себе. Как он провернул это за пару секунд, я так и не поняла. Чувства усилились, и в глубине моего сознания я задумалась, что, возможно, это были совсем не мои чувства… И это было последней моей обдуманной мыслью. Он впился в мои губы поцелуем, в котором я отчетливо ощущала всепоглощающее вожделение. Наши чувства смешались, их уже невозможно было отделить друг от друга, и не разобрать, где чье. Я отвечала на поцелуй с тем же остервенением, пытаясь насытиться, но мне было мало. Настолько мало, что мне хотелось слиться с ним воедино. В голове пусто. Ни одной мысли. Он отрывается от моих губ, молча смотрит мне в глаза. В темноте они кажутся совсем темными, и только блики свечей пляшут в его зрачках, меняя его взгляд, превращая его в сверхъестественное создание. Мы соприкасаемся носами, шумно дышим, я чувствую тепло на губах. Концентрируюсь на пятнышке под глазом. Разглядываю. Тянусь, чтобы мягко его поцеловать. Он хватает меня за руки, прижимая их к своей груди. Фамильное кольцо больно врезается в кожу. Я не чувствую боли, совсем. Он берет меня за подбородок, вновь впиваясь поцелуем. Нам не насытиться, но мы не оставляем попыток. Рука плавно спускается от подбородка ниже, все дальше и дальше, пальцы рисуют на моем теле причудливые узоры, его руки везде. Я податливо откликаюсь на его ласки, не чувствуя ни капли смущения. Я полностью открыта для него. Так и должно быть. Я обхватываю его ногами сзади, вжимаясь в него еще крепче, беззастенчиво разглядывая его, давая волю своим рукам. Стыд исчезает совсем. Я забываю, что это такое. Он сильно прикусывает мою шею, затем снова, уже в другом месте. Мне должно быть больно, но я по-прежнему не ощущаю боли. Лишь возбуждение, перекрывающее все остальные чувства. Он опускает меня на спину – совсем не плавно, но крепко удерживая в своих руках. Его движения резкие, нетерпеливые, он возвышается надо мной, зависнув всего лишь на несколько секунд, разглядывает меня с наслаждением. Я смотрю на него снизу, пытаюсь разглядеть его выражение лица, но слишком темно, против света почти ничего не видно. Я прикрываю глаза. Видеть сейчас не так уж и важно. Он приближается мне, и я проскальзываю руками от его живота вниз. Мне не нужно дотрагиваться, чтобы осознать, насколько он возбужден, я знаю это наверняка. Но от первого же моего прикосновения он вздрагивает и буквально бросается на меня, накрывает всем телом, резко входит. Храм рассыпается на сотни осколков. Все крутится, как карусель, с бешеной скоростью, и единственное, что может удержать меня на этом головокружительном аттракционе – это Амрит, за которого я цепляюсь что было силы, впиваясь ногтями в спину, причиняя ему боль. Но ему не больно, я знаю. Он не нежен, не мягок, он торопится, пытается взять от меня максимум. Я тону в его ненасытности, слышу хриплые стоны, и вскоре понимаю, что эти стоны – мои. В храме гуляет эхо: я слышу Амрита, слышу себя, звуки отражаются от стен и улетают куда-то под потолок, кажется, будто храм вторит нам, благословляя происходящее. Амрит вдруг замирает внутри меня, и все вокруг тоже утихает: мне непросто отвлечься от приятного чувства наполненности, я с трудом открываю затуманенные глаза, взгляд фокусируется не сразу. Амрит смотрит на меня, словно видит меня впервые, ощупывает взглядом, но угол обзора совсем мал – он слишком близко, я выдыхаю воздух прямо в его губы. Мы не произнесли ни единого слова. Это был самый мощный зрительный контакт, который я когда-либо испытывала. Я пойму это позже, потому что сейчас я не в состоянии думать и анализировать. Именно в этот момент я ощутила кульминацию нашей связи. Я почувствовала все, что чувствовал он в этот момент. Я почти стала Амритом. Уверена, он ощутил то же самое. Желание обладать было таким сильным, что оно заполнило все тело. Ему было безразлично, что мы уже слились воедино, что ближе уже некуда. Оно толкало хватать еще сильнее, вжиматься еще крепче, почти плакать от напряжения. И когда мне казалось, что я вот-вот лопну от невозможности удовлетворить свое (или его?) желание, Амрит вновь задвигался. И после нескольких резких толчков меня накрыл сокрушительный оргазм. И если до этого я хотя бы могла отделять одни чувства от других, то теперь я полностью сконцентрировалась на этой волне, отдавшись ей сполна, забыв обо всем – о том, где я, кто со мной и как это вообще случилось. Кажется, я кричала. А, может быть, этот крик звенел лишь в моей голове.

***

Я открыла глаза в полном недоумении. Реальность обрушилась на меня в ту же минуту. Я все еще лежала на алом покрывале, тесно прижавшись к сползшему в сторону Амриту. Он обвивал меня руками, не позволяя отстраниться от себя даже на сантиметр. Я повернула к нему голову. Я помнила абсолютно все. И все-таки… не могу сказать, что произошедшее было обдуманным шагом. Я просто отключила голову и поддалась своему естеству. Стало быть, мой разум все это время лишь препятствовал неизбежному. Но теперь я не могла отключить свои мысли, и они ворвались в мою голову с бешеной скоростью. Например, я даже не подозревала, что настолько в нем нуждаюсь. Я никогда не думала об этом в таком ключе. Хотела ли я его? Да. Мечтала ли о повторении нашей близости? Мечтала, да. Но чтобы настолько? Чтобы словно до состояния аффекта? Словно я была не я? Это было сокрушительным поражением разума в борьбе с чувствами. Это сводило с ума. И радовало до чертиков. Амрит, заметив, что я обратила на него внимание, начал плавно поглаживать меня. Это уже не возбуждало так сильно – лишь показывало его заботу и нежность. Я улыбнулась, все еще не в силах сказать что-либо. Он вернул мне эту улыбку. Мы провели еще несколько минут в объятьях друг друга, прежде чем Амрит потянул меня наверх. —Я представлял это сотни раз, и все равно не смог представить даже половины этого удовольствия. Я зарделась, хоть и прекрасно понимала, что откровенные слова – это такая ерунда после того, что с нами произошло. Тем более мне-то было с чем сравнить. И этот секс… что ж, он явно превосходил наш первый раз. Тогда, в прошлом. Я так и не нашлась, что ответить, но он не заострил на этом внимание – поддержал меня, поднял с пола нашу одежду. Мы помогли друг другу одеться, наконец, замерев друг напротив друга. —Нам пора? – прошептала я. —Наше дело сделано. Мы можем идти. Не уверен, правда, что хочу этого, - он игриво улыбнулся, дотрагиваясь до каймы на моем топе, мягко проводя пальцем вдоль нее вниз, к самому декольте. Я шумно втянула воздух. —Я хочу уйти отсюда, - призналась я, - но только с тобой. Казалось, все мои уверенность и открытость закончились, и я чувствовала себя беззащитной. И все-таки, я доверяла ему полностью. Теперь точно. Амрит быстро собрал вещи, взял меня за руку и вывел на улицу. Как только мы открыли дверь, в глаза ударил яркий свет. Я остановилась в изумлении. —Почему так светло? —Уже утро, Амала, - ответил Амрит, с усилием закрывая дверь и увлекая меня за собой на дорожку. – Ты очнулась спустя… некоторое время. —Я что, уснула?! – мне было предельно неловко. Как это, черт возьми, могло произойти? Я думала, я отключилась буквально на пару минут. —Нет, Амала, ты не уснула, - терпеливо ответил Амрит, переплетая наши пальцы. – Ты наверняка поняла, что из-за нашей связи все происходящее было… не совсем обычным. Он хмыкнул, довольно улыбаясь, зажмурившись на секунду. Меня укололо наслаждением. —Высвобождение энергии было таким мощным, что накрыло нас обоих. Ты сразу же погрузилась… как бы это объяснить. Это как медитация. Ты погрузилась в себя. —А ты? – поинтересовалась я, начиная понимать. —И я тоже. Просто вернулся в реальность раньше тебя. Он немного помолчал, быстро шагая. —Но мне очень понравилось. Это превзошло все мои ожидания, Амала. Он проницательно смотрел на меня, поглаживая мою ладонь большим пальцем. И явно ждал моей реакции. —Мне тоже, - призналась я. – Это очевидно. Ты ведь чувствовал меня, как и я тебя? —Да. Черт, да, и это просто потрясающе, - с чувством воскликнул он. – Надеюсь, теперь у тебя не осталось сомнений по поводу нас. Я молчала. Я знала, что он заговорит об этом. Все произошло слишком неожиданно и слишком быстро. Я хотела все обдумать, прежде чем делать какие-либо выводы. Он искоса поглядывал на меня, но продолжать этот разговор не стал. Вскоре меня накрыло осознание, и я выпалила с волнением: —Амрит… Где Киллиан? Тревога увеличивалась с каждым мгновением, мне было стыдно, что я вспомнила о друге далеко не сразу. Амрит недовольно нахмурился, но язвить не стал. Видимо, понимал, что этот вопрос рано или поздно последует. —Все с ним нормально. Его еще вчера увел Рэйтан. Я об этом попросил. —Увел Рэйтан?.. – удивилась я, но вскоре поняла, что это был самый логичный исход. Он с самого начала следил, чтобы лишние люди не мешались на нашем пути. —Уверен, он уже в Калькутте. Иначе бежал бы где-нибудь рядом и раскрыл бы себя, как и всегда, - довольно пренебрежительно закончил Амрит. Он не был настроен продолжать разговор, а я не решилась настаивать. В конце концов, мне было важно знать, что друг в безопасности. С остальным мы разберемся позже. Амрит же начал расспрашивать, удалось ли мне найти связь с Темной матерью и как это произошло. Я рассказала ему все в подробностях, в надежде, что он поможет мне расшифровать хоть что-то. Но он почти не комментировал, лишь уточнял подробности, особенно заострив внимание на том, что я почувствовала разочарование Темной матери. За разговорами мы быстро добрались до деревни, и, как оказалось, там уже ждал Шехар, приехавший забрать нас. Мы быстро побросали вещи и отправились в путь. При Шехаре разговор не ладился. Мне очень хотелось расспросить Амрита обо всем, узнать, соприкоснулся ли с богиней он сам, что он услышал от нее… Но Дубей молчал, а мне самой было некомфортно затевать разговор при посторонних. Кроме того, я вдруг почувствовала смертельную усталость. Пообещав себе, что я расспрошу обо всем потом, по возвращении, я незаметно для себя уснула.

***

Амрит мягко разбудил меня, когда мы уже подъехали к дому Чауханов. —Тебе пора. Увидимся совсем скоро. Я знаю, у тебя много вопросов, - он не дал мне и слова сказать, мягко приложив большой палец к моим губам, - не поверишь, у меня к тебе тоже. Но сейчас тебе нужно отдохнуть. Он убрал прядь волос с моего лица, мягко скользнул по моим губам своими, оставляя чувство мимолетного поцелуя, и отпустил меня. В смятении, все еще не отошедшая от глубокого сна, я лишь бросила ему тихое «пока» и вышла из машины. Дома меня уже ждали. Я успела как раз к обеду – в воздухе витали восхитительные ароматы, мой живот тут же заурчал. —Ах, Амала, как здорово, что ты наконец вернулась! Мы даже соскучились, - хозяйка, как и всегда, светилась от счастья. —Вот только вчера звонил твой брат, просил, чтобы ты ему перезвонила, как вернешься, - немного обеспокоенно сообщила Приянка. Я испугалась. Обычно Киран ведет себя очень независимо, и, если он попросил перезвонить ему срочно… что-то случилось. Я бросилась к телефону, спешно набирая номер. Один гудок, другой, третий… Кажется, сердце почти выпрыгнуло из грудной клетки, прежде чем я услышала знакомый голос. —Алло? —Киран, это я, Амала. У вас все хорошо? Что-то случилось? В трубке на пару секунд повисла тишина. —Не очень хорошо, Амала. Бабушке стало намного хуже. Сиделка сказала, что тебе нужно срочно ехать обратно в Лондон.