Пройдешь ли ты этот путь со мной?

Вокруг меня были мертвые. Они бесконечно шелестели своими одинаковыми голосами – монотонно, заунывно, пугающе. Я в непонимании оглянулась по сторонам - они были повсюду, не подходили близко, но сомкнули кольцо плотно, не просочиться. Паника подкатывала к самому горлу. Хотелось кричать и бежать, желательно, одновременно. Голоса заполнили голову – не сосредоточиться, не отвлечься. Где я? Что я тут делаю? Как я здесь оказалась? Из-за мертвых разглядеть местность было сложно. Вокруг торчали серые скалы, под ногами серый песок – все темное, мрачное, мертвое. — Не подходите… - дрожащим голосом пискнула я в никуда. Но они и не планировали подходить. Кольцо не смыкалось, движения не было, был лишь гулкий шепот, который сводил с ума. Я схватилась за голову, зажала уши – что угодно, лишь бы не слышать их. — Замолчите! – крикнула я что было силы. И тут же я услышала другие голоса. Живые и подозрительно знакомые. — Я не мог уследить за всем сразу. Им просто невероятно повезло. Я замотала головой, пытаясь понять, откуда доносится голос. Мертвые вдруг стихли. — Именно в эту ночь. Они не могли знать. И все же это произошло. — Это произошло. Чувство страха внезапно притупилось, сменившись острым интересом, и я пошла на голоса, не заботясь об окружающих меня призраках. Не напрасно – они сразу расступились, давая мне дорогу, провожая пустыми взглядами. -Вернись… вернись… вернись… - доносилось мне вслед. Голоса не приближались. По правде говоря, я вообще перестала что-либо слышать, но почему-то была уверена в том, что иду в правильном направлении. — Помоги нам исправить это недоразумение, - послышалось совсем рядом. Вдруг я почувствовала сильную хватку на запястье, и свет окончательно померк. Почему-то было сложно открыть глаза. Ощущая этот мир лишь прикосновениями, я вдруг поняла, что чувствую мягкую ткань. Было тепло и уютно. Хватка сменилась мягким касанием. Усилием воли я заставила себя не открывать глаза и не выдавать себя. Мысли роились в голове. Так, кажется, я в своей же постели, никаких мертвых вокруг меня нет. Руку держит…Амрит? А это все было сном? Рука отпустила мое запястье, и я услышала, как с кровати кто-то встал. Я слегка приоткрыла глаза, глядя на него сквозь ресницы. Амрит едва слышно прошагал к двери и обернулся, взглянув на меня. Я поспешно закрыла глаза, смутно понимая, что почему-то не хочу показывать ему, что проснулась. Дверь тихо закрылась. Солнечный свет заливал комнату, в которой я осталась одна – видимо, утро было в самом разгаре. Сон не давал мне покоя. Я узнала голоса почти сразу: это был разговор Амрита и Рэйтана, и, учитывая моих мертвых сопровождающих, место было очень похоже на Тамас-Виталу. А если так, то было ли это сном?.. Подождав пару минут и осознав, что Амрит не возвращается, я решила все-таки выйти в коридор. Он ведь вполне мог разбудить меня, вылезая из кровати, верно? И совсем необязательно рассказывать ему о моих ночных кошмарах. Я замерла на пороге, услышав голос Амрита. Он говорил тихо, но я отчетливо его слышала: телефон был близко к комнате. А говорил он именно по телефону. — Я знаю. Томительное молчание, во время которого я переминалась с ноги на ногу, не зная, как поступить. — Я прекрасно это понимаю. Не надо на меня давить. Интересно, с кем он говорит? Это что-то серьезное, раз он связался даже из Лондона? А что, если он заметит, что я подслушиваю?.. — Я постараюсь поскорее. Я все понимаю не хуже тебя. Поверь, мы уже решаем проблему. Я насторожилась, и тут из-за моего неосторожного движения под моими ногами скрипнула половица. Амрит мгновенно обернулся, и – слава богам! – я быстро отреагировала, сделав уверенный шаг вперед. Как ни в чем не бывало. — Доброе утро, - улыбнулась ему я, якобы не сразу заметив, что он говорит по телефону. Амрит что-то буркнул трубку и повесил ее на место, окончательно сконцентрировав внимание на мне. — Доброе, - проникновенно ответил он и скользнул ко мне, обвивая мою талию. Я едва слышно выдохнула. Мы оба играли роли, которые по каким-то причинам были вынуждены скрывать друг от друга. — Ты сегодня рано. Как спалось? – прошептал он мне на самое ухо, не размыкая объятий. Я вдохнула запах его волос, почти зарывшись в них носом. Амрит был такой домашний, это невероятно обезоруживало. Я знала, что он не до конца со мной откровенен. Знала, что он может быть чрезвычайно опасен – по крайней мере, до момента, пока я не выясню, чем именно. И все же в этот момент мне хотелось верить, что он всего лишь заботливый мужчина, решивший поддержать свою девушку в непростом путешествии. — Кошмар приснился, - решилась я на небольшую провокацию. Мышцы под руками ощутимо напряглись и тут же вновь расслабились. Я невольно восхитилась его самообладанием. — Пойдем еще поваляемся? – предложил он, отстраняясь и утягивая меня обратно в комнату. Я не стала противиться. Амрит утянул меня обратно в постель и почти сразу приник с мягким поцелуем, прижимаясь ко мне всем телом. Ко мне вновь вернулось знакомое чувство: чувство, словно кровь начинает бежать по венам быстрее, закипать, пуская мелкие молнии. Я позволила себе отключить голову на эту минуту – соблазн был слишком велик. Но он не знает Амалу Басу, если думает, что может этим отвлечь меня. — С кем ты разговаривал? — Что тебе снилось? Мы нервно хихикнули, когда вопросы повисли в воздухе одновременно. Впрочем, мы оба были к ним готовы. — Я разговаривал с отцом. В Калькутте осталось много дел, которые я не могу бросить просто так. Мы договаривались, что время от времени я буду на связи. Что ж, об этом я догадалась и без его подсказок. Он прекрасно понимает, что мне нужно больше информации, но намеренно ее не дал. Нужно быть хитрее. — Какие-то проблемы? – как можно более буднично протянула я, проводя ладонью по его щеке. Мы лежали слишком близко – грудь к груди – и были слишком тесно сплетены, чтобы он мог легко уйти от моего ответа. Амрит тихо засмеялся, перехватывая мою руку и переплетая наши пальцы. — Ты восхитительно играешь, моя дорогая, но я хорошо вижу, что ты горишь от нетерпения узнать, о чем мы разговаривали. — Горю я вовсе не от нетерпения, - я повиновалась минутному порыву изменить свою тактику и быстро перевернулась, подмяв его под себя. Оперлась ладонями по обе стороны, оставив до полного контакта лишь несколько сантиметров. То, что надо. Амрит сверкнул глазами, жадно глядя на то, как я возвышаюсь над ним. — Интересный способ вести переговоры, - низким голосом проговорил он, протянув ладонь к моей щеке. Я перехватила ее на ходу. — Переговоры – это как-то слишком формально для нашей ситуации, тебе не кажется? – усмехнулась я, удерживая его руку и направляя ее ниже – к ключице, еще ниже… — Маленькая бунтарка, - он совершенно неожиданно приподнялся, хватая меня за талию и меняя позицию. Я не успела ничего сообразить, как вдруг оказалась снизу. Недавно дремавшая связь вдруг заполнила все мое существо: я почувствовала гулкий стук его сердца и острое возбуждение, собиравшееся узлом в низу живота. Амрит зафиксировал мои руки сверху, удерживая их совсем легко. Легко, но властно – и мне совсем не хотелось высвобождаться. — А что тебе снилось-то? – выдохнул он вопрос мне прямо в губы, наклонившись совсем низко. Его прядь из челки мазнула меня по щеке. Остатком разума я отметила, что он не забыл о моей невинно брошенной фразе. Стало быть… стало… быть… Он вновь забрал весь мой воздух, жадно прижавшись к моим губам. — Призраки. Как в Тамас-Витале. Их было много, и они меня окружили. Амрит слегка отстранился, напряженно глядя мне в глаза, но не успел ничего ответить. — Госпожа Кхан! – послышался громкий изумленный голос сиделки. Видимо, Сьюзен тоже заметила пропажу и находку одновременно. Интересно, как бабушке удалось просочиться и мимо охраны больницы, и мимо сиделки, дежурившей в ее палате? Связь все еще работала вовсю, и я чувствовала эмоции Амрита: смятение, неодобрение… что-то еще, что мне не удавалось разобрать. Но больше всего я чувствовала дикий страх – свой собственный. Ночная картина стояла перед глазами. Мне уже давно нужно было определиться со своей позицией, и желательно, чтобы она подразумевала недоверие ко всему, что происходит со мной сейчас. — Это ведь она не тебе, правильно? – задумчиво, с ноткой тревоги в голосе поинтересовался Амрит. Я призвала все свои актерские способности, моля, чтобы дурацкая связь меня не выдала. — Не похоже… Мы синхронно вскочили с кровати, наспех переодеваясь, и вскоре услышали стук в дверь. На пороге стояла взволнованная Сьюзен. Увидев нас вдвоем – взъерошенных и полусонных –, женщина смутилась, но принесенная новость была сильнее смущения. — Госпожа Индира… она, в общем, здесь. Последующие пять минут были достаточно сумбурными. На шум прибежал разбуженный Киран, и мы дружно пытались выяснить, что произошло и что с этим всем делать. Сьюзен определенно чувствовала себя виноватой, я заламывала руки, боясь, что выдам свои ночные похождения, Киран разволновался не на шутку, ну а Амрит… Амрит был собран и, нахмурившись, больше слушал, чем говорил. К единому мнению мы так и не пришли, поэтому отправились наверх всей толпой. Единственное, о чем нам удалось договориться – не заваливаться к ней в комнату всем вместе. А бабушка взяла и всех удивила. В комнату мы зашли вдвоем со Сьюзен, и бабуля, лишь на мгновение сверкнув взглядом на меня, буднично заговорила. — Все в порядке, пусть остальные тоже заходят. Я же слышу, что они там. Мы переглянулись, и Сьюзен позвала парней в комнату. Если я и боялась ее неадекватной реакции на Дубея, то абсолютно зря. Бабушка сохраняла спокойствие и лишь слегка виновато улыбнулась нам всем, когда мы расположились на всех удобных поверхностях комнаты – стульев на такую ораву тут не хватало. — Я не хотела, чтобы вы волновались, простите меня. Но мне там было очень плохо… - она замялась, и отвела взгляд. – Это было глупо, я согласна. Но ночью мне почему-то это показалось хорошей идеей, - она усмехнулась, и я нервно хихикнула вместе с ней. Разговор был неожиданным. Каждый думал, что полубезумная бабушка устроит новый концерт, будет буянить или же начнет плакать, и все закончится тем, что нам придется вызывать скорую и вкалывать ей успокоительное. Однако она выбрала лучшую тактику – всеми силами демонстрировала, что ей стало лучше, и что медицинская помощь ей совсем не требуется. Я физически ощущала, как напряженная обстановка постепенно сходит на нет. Киран очень быстро повеселел, Сьюзен, кажется, тоже поуспокоилась. Я устремила свой взгляд в окно, размышляя. И все-таки, как так вышло, что бабушка полностью контролирует себя? Еще несколько дней назад она перепугала Кирана и Сьюзен, практически не реагируя на них. Не играет же она какую-то странную роль специально? Да и ночью она не была безумной – чрезвычайно взволнованной, да, но не безумной. И если придерживаться версии, что на нее влияет Амрит… Почему тогда в полуметре от него, она абсолютно спокойна? Так много вопросов, и ни одного ответа. — Тогда я позвоню в клинику и предупрежу их? – услышала я робкий голос Сьюзен сквозь свои мысли. – Они сегодня там такой переполох устроили, я едва уговорила их не начинать поиски, пока не проверю дома… — Да, спасибо. Думаю, мы пока оставим лечение. Мы очень рады, что тебе стало лучше, - я придала голосу всю уверенность, какая у меня имелась. — Хорошо. Пойду приготовлю завтрак, - засуетилась сиделка. Я тяжело вздохнула и решила рискнуть. — Киран, Амрит… Не оставите нас? Хочу поговорить с бабушкой… о наших женских делах. Я почувствовала свинцовый страх Индиры. «Не нужно, ничего страшного, это нормально, что мы хотим просто поговорить, как бабушка и внучка…», - хотелось успокоить мне ее… Стоп. А это точно страх… бабушки?.. Перечить, конечно, мне никто не стал, и нас оставили одних. — Ба, я… - начала было я, но она остановила меня жестом, напряженно вглядываясь в закрытую дверь. Я прислушалась. Вскоре шум удалился. — Вот теперь говори. — Я хотела поговорить нормально. Не как ночью, наспех… — Амала, ты должна быть осторожнее. Я тебя уже предупредила. За тобой постоянно следят. Я поморщилась. — Ба, я ничего не понимаю. Почему ты настолько не доверяешь Дубеям? Я знаю, что наши семьи связаны, знаю, что вы тесно общались. Но что произошло? Вы сбежали из Индии… из-за них? Ее лицо потемнело. Она вцепилась в скатерть, которой был накрыт стол, так, что даже костяшки побелили. — Они очень опасны. Это очень, очень плохо, что они тебя нашли. Она вскочила с места и схватила меня за руки. — Я не знаю, как уберечь тебя, девочка моя. Просто не доверяй им. А еще лучше – не возвращайся в Калькутту. — Я не могу. У нас там не закончена работа. Она обреченно закрыла глаза. — Наши семьи были связаны. Связаны почти во всех сферах… связаны многими обязательствами. Одно обязательство я не могла выполнить. Нам пришлось сбежать. Они очень влиятельные, и я боялась, что рано или поздно нам все равно придется платить по счетам. А еще я видела, что они тебя нашли. В… — Видениях. Бабушка удивленно взглянула на меня. — Ты теперь веришь? — Теперь я тоже их вижу. На несколько секунд повисла гробовая тишина. — Стало быть, все идет так, как было предначертано… Я почувствовала, как внутри закипает раздражение. Сколько можно говорить загадками? — С самими Дубеями понятно. Я буду осторожной, буду, - повторила я, увидев ее взволнованное лицо. – Но что насчет перемещений в прошлое? Амрит ничего мне не рассказывает. Говорит, что это как-то связано с… Бабушка внезапно зажала мне рот рукой, и я в недоумении уставилась на нее. И тут уже услышала отчетливые шаги по лестнице. Когда дверь отворилась, мы уже сидели с самыми обычными выражениями лица, как ни в чем не бывало. — Завтрак почти готов. Спускайтесь, - в комнату заглянул Амрит, улыбаясь самой открытой улыбкой, какой только мог. — Да, да, пять минут – и мы будем, - засияла я ему в ответ, не двигаясь с места. Амрит помедлил и все так же улыбаясь пошел обратно. Дверь осталась открытой. — И все-таки… Бабушка опять сделала большие глаза, кивая на открытую дверь, и я почувствовала нарастающее раздражение. Да сколько можно-то? В два прыжка я оказалась у двери и закрыла ее обратно. — Теперь в порядке? — Амала, я ничего не знаю о твоих перемещениях во времени, и это пугает меня еще больше, - она все еще нервничала, и я видела, что она готова в любой момент сорваться с места. На меня нахлынуло разочарование. — Это не Дубеи, они не способны на такое. Вообще, на такое не способен ни один человек… - с этими словами бабушка все-таки встала и отправилась к двери, увлекая меня за собой. Это был самый необычный семейный завтрак на моей памяти. Все преувеличенно весело обсуждали какие-то несущественные вещи, на бабушку то и дело бросали обеспокоенные взгляды, словно ожидали, что она в любой момент забьется в каком-нибудь припадке и начнет бросаться посудой, например. Я задумчиво разглядывала всех, стараясь изредка вступать в разговор. Бабушка очевидно опасалась Амрита, но со стороны это выглядело как обычное смущение. — Я позвонила в клинику, предупредила их, - сообщила Сьюзен, разливая чай по чашкам. –Вряд ли они довольны ситуацией, но сказали, что все нормально, и попросили только спустя неделю приехать на повторный осмотр. Я кивнула и принюхалась – комнату залил божественный аромат. — Это что, масала? – удивленно спросила я. — Да, - засияла Сьюзен, - господин Амрит привез специи в подарок! Амрит улыбался профессионально-смущенной улыбкой, бабушка не выпускала чашку из рук с выражением блаженного удовольствия, Киран настороженно нюхал чай, прежде чем попробовать… ну а я лишь ругала себя, что не додумалась сама привезти родным хоть какие-то подарки. Ладно, у меня есть оправдание, я летела сюда незапланированно. И в панике. После завтрака все разошлись по комнатам, а я решила позвонить коллегам и сообщить, что, вероятно, скоро вернусь обратно. Памятуя о перепалке с Амритом, я набрала в номер Лимы, но в трубке раздавались лишь длинные гудки. Я не удивилась: мало ли где она может быть – возможно, ушла в душ, а, может, они и вовсе сейчас работают вне отеля. На удачу набрала Киллиану, и трубку схватили мгновенно. — Алло?! – голос в трубке был резкий и взволнованный. В считаные секунды я запаниковала: если уж Киллиан такой взвинченный, то дело точно плохо. — Киллиан, привет, это Амала… У вас все в порядке? — Амала… Привет, - голос превратился в усталый и даже немного обреченный. – Ничего не в порядке. У нас пропала Лима.

***

Такой меня и нашел Киран – запаниковавшей, отчаянно роящейся в телефонном справочнике в поисках номера авиакассы. Едва вытащив из меня нечто похожее «на работе проблемы», он мягко приобнял меня, уводя на кухню. Я бросила обеспокоенный взгляд в сторону нашей комнаты, где сидел Амрит. — Мне надо обратно в Индию, - выпалила я, едва Киран начал свои расспросы. По напряженному лицу брата я поняла, что обойтись без деталей не удастся. Он с размаху шлепнулся на стул напротив меня. — И чем ты им поможешь, Мала? - аккуратно поинтересовался он, выслушав мой сбивчивый рассказ. — Им очень сложно без знающего местный язык человека, - объяснила я, - а приставленный к нам помощник…кхм… отказался от работы с нами. — И что, во всем городе больше нет ни одного местного, владеющего английским и желающего подзаработать? Я нахмурилась. — Есть наверняка, но мы не можем в таком деле доверять кому попало. — Что случилось? – услышала за спиной я знакомый голос. — Лима пропала, - я дождалась, пока Амрит сядет, и повторила эту информацию уже для него. — Мисс Берг? – изумленно переспросил Дубей. Я внимательно наблюдала за его реакцией. Не скрою, подозревать его семейку во всех грехах уже вошло в мою привычку. Но удивление Амрита было слишком реалистичным, такое вряд ли сыграешь… Только если не Дубеи, то тогда кто? Может быть, Лима сама куда-то ушла и потеряла телефон? Да нет, ерунда, она слишком ответственная для этого. Тут же я вспомнила, как однажды у нас уже пропал член нашей группы. От этой мысли меня затошнило от страха. — Ты хочешь лететь в Калькутту? – услышала я вопрос словно сквозь вату в ушах, и лишь поспешно кивнула. Амрит переглянулся с Кираном, кивнул ему, словно о чем-то договорившись (когда они вообще успели найти общий язык?) и мягко потянул за собой, побуждая подняться со стула. Когда мы оказались в нашей комнате, я обессиленно опустилась на кровать. — Амрит, она ведь… жива? — Думаю, да, - глаза Дубея бегали по комнате, не возвращаясь ко мне, и это беспокоило меня только сильнее. — У тебя есть какие-то подозрения? – напрямую спросила я. — Не знаю. Зато есть опасения, что ваша группа опять залезла не в свое дело, - Амрит раздраженно скривился, - в Калькутте никого не трогают без причины. А вы многим встали поперек горла. Я почувствовала, что эмоции становится сдерживать все сложнее. Впрочем, это заметил и Амрит, подсаживаясь ко мне поближе. — Не переживай, шансы, что с ней все хорошо, большие. Может быть, она перешла дорогу кому-то из консервативных семей – со ее-то прогрессивными взглядами на поведение женщин, - кажется, он слегка усмехнулся. – Летим в Калькутту. Нам и так пора возвращаться. А я… - он потер переносицу и сощурился, - помогу тебе в поисках. Я удивленно посмотрела на него. Это был первый раз, когда Дубей был готов вмешаться в дела нашей группы. — Только потому, что она твоя подруга. И что это именно мисс Берг. Атташе бы от меня помощи не дождался, - пресек все мои комментарии Дубей, вновь цепляя маску отстраненности.

***

Амрит взял на себя всю суматоху с билетами. Я лишь наблюдала, как он висит на телефоне, напряженно размышляя. Он был более чем доволен моим решением вернуться –удовлетворенность была написана в каждой черте его лица. Это было вполне логично (в конце концов, он отчетливо дал мне понять, что в Калькутте его уже ждут дела), и все-таки паззл в моей голове не сходился. Все слишком удачно сложилось. Амрит начал активно обсуждать со мной скорое возвращение в Индию, и вдруг подвернулось событие, которое подстегнуло меня принять это решение. И это именно тогда, когда он по телефону обсуждал какие-то проблемы в семье. С другой стороны, ему ничто не мешало оставить меня здесь и уехать одному, если он столкнулся с какими-то срочностями. Или все-таки что-то мешало?.. И бабушка играет здесь не последнюю роль? — Самолет в 7 вечера. Прилетим поздней ночью по калькуттскому времени, зато это ближайший рейс, - Амрит повесил трубку и развернулся ко мне, сидящей на диванчике неподалеку. — Вы все-таки уезжаете, - услышала я грустный голос. Киран стоял в коридоре, оглядывая нас обоих. — Проделали такой путь, и все ради пары дней? Мое сердце защемило от стыда, и я крепко его обняла. — Прости, Киран, я сама не ожидала, что так выйдет… Обещаю, что мы постараемся закончить работу как можно скорее, и я вернусь к вам. Амрит, остававшийся в моем поле зрения, тут же нахмурился похлеще грозовой тучи, и я виновато осознала, что зашла на еще не исследованную территорию. — Приезжай лучше в Индию сам. Ты же никогда у нас не был? Неужели не интересно побывать на родине своей мамы? – вдруг буднично предложил Дубей. Я почувствовала неясную тревогу, когда Киран отстранился, недоверчиво глядя на Амрита. — Но у меня учеба… да и бабушка… — Киран, с бабушкой все будет в порядке, у нас же есть Сьюзен, - ринулась в бой я. Мне причиняло почти физическую боль осознание, что брат чувствует себя связанным по рукам и ногам, в то время как я спокойно оставила их, уехав в другую страну на неопределенный срок. – Да и она теперь знает, что делать, если самочувствие снова… ухудшится. У тебя же скоро каникулы? Дежавю, кошмарное дежавю. Вот только все снова не так, все сломалось. Грант уже в Индии, Кирана никто не сопроводит, но это еще полбеды… А вот безопасно ли будет там Кирану? Не пожалею ли я? Не дала ли мне судьба еще одного шанса, чтобы я не затягивала в эту трясину свою семью? Но было поздно. Брат с радостью согласился, а я лишь думала о том, как удержать его подальше от мутной Приянки. Остаток дня прошел в сборах. Напоследок мы заглянули к бабушке вместе, попрощаться, и та без единой лишней эмоции благословила нас в путь. Амрит же перед ней закрывался так, что я не чувствовала от него ровным счетом ничего. Впрочем, стоит признать, что наша связь в Лондоне почти не действовала. Мог ли на это влиять Амрит, или дело все-таки в священной индийской земле – мне оставалось лишь догадываться.

***

Дорога назад словно тянулась бесконечно. Я нервничала в ожидании посадки, а уже в самолете не могла дождаться, когда мы взлетим. Амрит, справлявшийся с моими переживаниями в поездке вперед, в этот раз держался более чем отстраненно: заговаривал нечасто, больше погружаясь в какие-то свои мысли. И очень часто хмурился. Оглядев его в очередной раз, я невольно отметила, что проблемы, похоже, не только у меня. Но лезть с расспросами мне совсем не хотелось: я была слишком испугана и сконцентрирована на своих переживаниях. А когда мы взлетели, лучший подарок, который мне мог преподнести измученный организм – это возможность уснуть. Засыпая, я почувствовала, как на мое колено легла тяжелая теплая рука, и с этим приятным осознанием и провалилась в сон без сновидений. — Может быть, поедем сразу ко мне, - спросил меня Амрит, когда мы уже ожидали багаж. Прилетели мы, как и предупреждал Дубей, глубокой ночью, и калькуттский аэропорт был достаточно пустынен. — К тебе? Зачем? Амрит ни на каплю не смутился. — Мне не хочется оставлять тебя одну сейчас. Ты можешь связаться с коллегами и от меня. — Нет, Амрит, - я решительно развернулась к нему. – Не стоит, правда. Мне будет комфортнее вернуться к Чауханам. Там, все-таки, мои вещи, там мне привычнее. — Они тебя ждут? Знают о твоем возвращении? Я замялась. Предупредить их я, конечно же, не подумала. Я и вовсе не позвонила им ни разу за всю поездку… — Нет, но у меня есть ключи. И я постараюсь их не беспокоить. Амрит помолчал. — Хорошо, как знаешь. Завтра утром созвонимся, и договоримся, что будем делать дальше. Я задумалась, о чем он говорит. О поисках Лимы, в которых он обещал помочь? О наших будущих взаимоотношениях? Он позвал меня к себе, но не уточнил, что имеет в виду под этим предложением – провести одну ночь после неудобного перелета или… начать жить вместе? Так или иначе, думать о таких вещах было совсем не время. Мы доехали до дома Чауханов на такси, Амрит настоял на том, чтобы сначала отвезли меня, хотя и поместье Дубеев находилось на другой стороне города. Наблюдая за пустынными улицами в окно, я невольно осознала, что чувствую себя по-настоящему дома. Индия тянула меня к себе, и я не могла игнорировать этот зов. В доме не светилось ни одно окно. Когда такси уехало, вокруг воцарилась плотная темнота. Было тихо, даже ночные кузнечики молчали. Я открыла дверь и направилась в свою комнату, стараясь тащить свой чемодан максимально беззвучно. Справившись со своей миссией и с облегчением развалившись на кровати, я задумалась. Сна ни в одном глазу, зато тревоги – хоть отбавляй. Может быть, Киллиан меня простит, если я позвоню ему среди ночи? В отеле ли он? Может быть, они ищут Лиму… Решившись, я спустилась вниз к телефону, мысленно радуясь, что комната хозяев далеко – разбудить не должна. Один гудок, другой, третий… — Алло! Голос не сонный. — Киллиан, привет, - полушепотом проговорила я. – Я вернулась и не могу уснуть. Есть ли какие-то новости? — Амала! – в голосе Лайтвуда сквозили радостные нотки. – Ты большая молодец, что не стала ждать до утра. Скажи мне, если я подъеду через 15 минут, ты сможешь выйти? — Выйти? Да… Да, конечно, смогу! А куда мы поедем? — Тссс… Я тебе все расскажу. Но лично. Выходи из дома через 15 минут. Будет здорово, если не привлечешь внимание хозяев. Все, что мне оставалось – согласиться и начать переживать еще больше. Время ожидания я потратила с пользой – сходила в душ и постаралась привести себя в порядок. Зеркало показывало неутешительную картину: круги под глазами, в уголках залегли морщинки – первый признак накопившейся усталости. Скользнув глазами по сари, я облачилась в комфортные джинсы и футболку, почувствовав себя обычной девочкой Амалой из Лондона. И это чувство было таким… успокаивающим. Чувство из жизни, где нет места мистике и ритуальным убийствам, а только работе, посиделкам с подругами и велосипедным прогулкам по вечерам. Киллиан меня уже ждал. Едва я показалась из дома, он выскочил из машины навстречу и крепко сжал меня в объятьях, приподнимая над землей. — Киллиан, тише, - задушено проговорила я ему куда-то в плечо, отчаянно улыбаясь. Мне была безумно приятна такая встреча. — Я так рад, что ты здесь и с тобой все в порядке, - он слегка отстранился и оглядел меня. – Поехали. Уже в машине, при свете, я про себя отметила, что Киллиан тоже очень устал. Обычно собранный и подтянутый военный, в этот раз он был слегка неряшливо растрепан, а на лице были следы бессонной ночи. Я вздохнула. — Киллиан, вам что-то удалось узнать про Лиму? – не выдержала я, когда мы выехали на главную магистраль города. — Да, не переживай, Лима уже с нами, - слабо улыбнулся Киллиан. — С вами? – облегчение накрыло меня с головой. – Она уже в отеле? Где она, черт возьми, была?! — Тише, тише, Амала, - Киллиан положил мне ладонь на колено, но тут же ее убрал, словно опомнившись, - ты скоро все узнаешь. Мы едем к ней. Точнее, к ней и Гранту. Я нервно усмехнулась, осознав, что он оставил их вдвоем. — Слава богу! Я чуть с ума не сошла. — Поверь, мы тоже, - помрачнел Лайтвуд, вдруг сворачивая в совсем другом направлении. – Мы не в отель, - перехватил он мой взгляд. — Не в отель… А куда? — Мы сняли квартиру. Решили, что жить в отеле больше небезопасно – Лиму похитили неподалеку от него, они знали, где ее искать. — Все-таки похитили… Меня затрясло. Мои надежды, что Лима сама куда-то уезжала, рассыпались в прах. — Да. Дело серьезное, - Киллиан на секунду повернулся ко мне, но потом снова вернул внимание на дорогу. Я обратила внимание, что он чаще обычного смотрит в зеркала заднего вида. – Поэтому я очень переживал за тебя. Отрезана от группы, очень уязвима… Но зато с Дубеем – с ним-то точно бы не тронули, предоставили бы это право ему самому. Я ошарашенно уставилась на Лайтвуда. — Ты знал?.. — Конечно, я знал. Какое-то время мы ехали молча. — Грант убедил меня, что Дубей тебя не тронет. Что можно отпустить тебя без присмотра. Мол, в Лондоне у него кишка тонка, - смешно передразнил он нового руководителя. – Вот только он этого Дубея лично не знает. Ты даже не представляешь, сколько раз я был на грани того, чтобы все бросить и лететь в Лондон! Грант, видимо, именно поэтому решил, что действовать надо именно сейчас… Чтобы я по рукам и ногам был связан… Киллиан распалялся, а я не знала, что ответить. Картинка потихоньку складывалась. Видимо, в наше отсутствие мои коллеги перешли к активным действиям… Что они делают? Я уже совсем отошла от дел… — Ладно, приедем к ним – все обсудим, - примиряюще сказал Киллиан. –Главное, чтобы все в сборе и в порядке. Как бабушка? Остаток дороги мы обсуждали бабушку, Кирана, Лондон и разные менее существенные темы. Киллиан выглядел счастливым – как мама, встречающая детей после незапланированной поздней прогулки: вроде и готова убить за то, что заставили ее волноваться, но все же радостная, что дети целы и невредимы. Вот только взгляды, полные нежности, которые Киллиан дарил меня раз от раза, были совсем не похожи на заботу мамы. Ехали мы долго. Я уже давно потеряла ориентир, а мы все ехали и ехали. Когда мы, наконец, добрались, я поняла, что мы в каком-то густо населенном районе на окраине. Что ж, весьма продуманно: здесь точно всем безразлично, что за чужаки заселились в тот или иной дом. Ребята арендовали небольшой старый особняк. В окнах горел свет – нас ждали. Едва мы закрыли за собой дверь, как на меня накинулась с объятьями Лима. Я с такой же радостью обняла ее в ответ, вложив в этот жест все свое облегчение. За спиной Лимы стоял пока не знакомый мне молодой мужчина – высокий, темные волосы со светлыми прядками, слегка самоуверенное выражение лица. — Амала, - с улыбкой я протянула руку новому руководителю. — Габриэль, - с едва заметной усмешкой ответил он. –Я рад наконец-то познакомиться с вами, Амала. Что ж, все в сборе? Устроим небольшой совет? Дом оказался очень уютным, хоть и небольшим. Две спальных и гостиная, да еще летняя веранда – вот и все жилые помещения. Мы расположились в гостиной, и Киллиан откуда-то вытащил бутылку виски. — Надеюсь, вы не против. После всех событий мне точно надо выпить. Все шумно согласились. Мужчины притащили пуфики, и мы плюхнулись вокруг небольшого чайного столика. Я оглядела коллег – все уставшие, не выспавшиеся, напряженные. Киллиан разлил виски по стаканам, щедро плеснув и нам с Лимой. — Наверное, сначала нам надо ввести Амалу в курс дела, - проговорил Грант, потирая стакан, но еще не делая первый глоток. – А потом и ей самой, надеюсь, будет, чем поделиться. Начало мне уже не понравилось – слишком уж явным был намек на Амрита, но я скрыла свои эмоции. Я давно ступила на тонкий лед, и теперь нужно все мастерство, чтобы не провалиться в воду. — Вчера мы сделали обыск в главном храме, - начал рассказ Киллиан, - Габриэль еще в Лондоне позаботился, чтобы нам сделали ордер. Не так, как с архивом тогда, - усмехнулся он, и тут же снова посерьезнел. — Нам, конечно, хотелось обыскать дом Дубеев, - продолжил уже Грант, - но получить ордер на такое было бы гораздо сложнее. У нас нет оснований для прямых обвинений. Да и они, судя по словам Киллиана, не самые… простые ребята. Я переводила взгляд то на того, то на другого. Хорошо, что я узнаю об этом только сейчас: в Лондоне я бы с ума сошла от беспокойства! — В общем, в храм нас пустили. Мы пошли туда ночью, чтобы не слишком волновать людей, - продолжал Грант. — Там никого не было? – быстро вклинилась с вопросом я. — Никого. Ну, там была служительница, но она знала, что на время обыска нужно покинуть помещение. — В общем, мы нашли там вещи Роуза, - быстро закончил Киллиан. Я глотнула виски, крепко зажмурилась на мгновение, а потом осмотрела коллег. Все они внимательно наблюдали за моей реакцией. Лима и Киллиан смотрели понимающе, Грант – испытующе. — О господи… неужели его прямо там… — Скорее всего, да, - сухо ответил Грант. – Мы это и так подозревали. Нашли только джемпер, и они, - он кивнул на Киллиана с Лимой, - его опознали. — И что теперь? Меня лихорадило. Конечно, я подозревала и сама, но одно дело догадываться, другое – получить почти вещественное подтверждение. Конечно, одежда еще ничего не доказывает. Как она оказалась там? Мы можем построить теорию, но доказательств все еще нет. И все же. Доступ к храму есть только у Дубеев. Если в убийствах замешаны не они, то кто-то, действующий с их согласия. — Пока ничего, - нехотя отозвался Грант. –Мы забрали вещдок, начали думать, на кого будет эффективнее надавить. Нужен кто-то, кто отвечает за храм головой – соответственно, и за происходящее в нем. Решили назавтра отправиться в местную полицию. — Ну, мы еще походили по храму, сделали пару фото и уехали обратно в отель, - вновь перехватил инициативу Киллиан. – Вот. А днем пропала Лима. — Ладно, теперь моя очередь, - заговорила Лима. Мужчины вновь наполнили свои стаканы. Я бездумно поболтала непрозрачной жидкостью. Киллиан со вздохом развалился на пуфике, поглядывая за мной из-под полуопущенных ресниц. -На самом деле, все вышло как-то странно. Меня украли, как мешок с картошкой, среди белого дня, в парке неподалеку от отеля. Представляешь, вокруг даже были какие-то люди, и никто и слова не сказал! – подруга эмоционально замахала руками, всем видом показывая свое возмущение. Грант со смехом отставил стакан подальше от нее. Я невольно задумалась, в каких отношениях они сейчас – все так же ссорятся? Или, может, нашли общий язык? — Какой-то пакет на голову надели, схватили – их много было, человека три точно – и запихали в машину. Там, видимо, хлороформом отравили, дальше я уже отключилась и ничего не помнила. Пришла в себя на каком-то чердаке, вся перепаниковалась, но обращались со мной хорошо. И вода была, и еда, даже туалет был. — Бедная моя, как же ты натерпелась, наверное, - я придвинулась к подруге поближе, обнимая ее и чувствуя, как алкоголь уже ударил в голову. –Как ты от них выбралась? — Если честно, я и сама не поняла, что случилось. Они меня сами выпустили. — Что? – я отстранилась в изумлении. — Вот и я о чем. Вскоре пришел ко мне какой-то индус, запихал в рот кляп, связал, сказал, что сейчас меня обратно в город повезут. Опять с мешком на голове. Я за это время уже почти с жизнью попрощалась, но оказалось, и правда – просто в город привезли. Даже в район нужный. Развязали, выкинули из машины, уехали. Я даже номер запомнить успела. — В голове не укладывается… Что это за ерунда? Может, они тебя с кем-то перепутали? — Не похоже. Не знаю, - Лима пожала плечами. — Мы пробили номер, - отозвался Грант, делая солидный глоток виски. – Ничего. Тачка краденая. Всё как всегда. — Вернулась Лима к вечеру, - продолжил рассказ Киллиан, и я услышала в его голосе какие-то новые нотки, - а мы за это время чуть, бл., с ума не сошли. В общем, как только вернулась, собрали вещи, арендовали тачку и дали деру из этого отеля. Подальше. Вот, нашли квартиру. — Господи, какой кошмар, - меня трясло, и я не могла понять, стресс это, усталость или алкоголь. – А как ты оказался в отеле, когда я до тебя дозвонилась? — Мы придержали мой номер, чтобы не потерять с тобой связь. В общем, как я дождался твоего звонка – выселился из отеля окончательно. — Амала, а что Дубей? – проницательно спросил Грант. Я обратила внимание, что, несмотря на количество выпитого, он все еще сохранял абсолютно трезвый рассудок, чего я не могла сказать о себе. — Я не знаю, - абсолютно честно ответила я, - да, он ездил со мной. Я пыталась спросить его о делах, но он уходит от ответа. Дела семьи со мной он обсуждать не готов и прямо мне об этом говорит. — И каково это – встречаться с человеком, который ничего о себе не рассказывает? – неожиданно зло усмехнулся руководитель. Пока я ошарашенно подыскивала едкий ответ, вспылила Лима. — Что ты опять устраиваешь? Это твое дело? — Все это дело – мое! – прогремел он в ответ. – Все, что касается этих Дубеев, касается и меня! Я доверяю тебе, пока, - развернулся он ко мне, - но мне нужны доказательства, что ты на нашей стороне. Лима не дала мне и слова вставить. — Не смей обвинять Амалу, она такая же жертва, как и мы! Подруга, видимо, все-таки переборщила с алкоголем, потому что вдруг расплакалась и бросила из комнаты вон. Я дернулась побежать за ней, но меня удержал Киллиан, а за Лимой отправился Габриэль. — Дело не в тебе, Амала, они просто нашли очередной повод, пусть разберутся между собой, - примиряюще проговорил Киллиан, когда мы остались одни. — Если мне здесь не рады, то я лучше пойду, - жестко ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Нет! – он схватил меня за руку и резко дернул к себе, так, что я упала со своего пуфика прямо на него. Я уже почти начала возмущаться, как вдруг поняла, что совсем не хочу этого делать. От него пахло виски и очень знакомым парфюмом. Я прикрыла глаза, наслаждаясь этим мимолетным контактом. — Во-первых, я тебя никуда не отпущу. После всех этих событий я никого из вас от себя далеко не отпущу, - тихо промурлыкал он мне прямо на ухо, обхватывая меня за талию. Я не видела его лица, но знала, что он улыбается. — А во-вторых? — А во-вторых… Я не буду лезть в твои отношения с Дубеем. Но мы все волнуемся, очень волнуемся, Амала. Не позволяй ему себя использовать. — Прости меня, - я вдруг почувствовала, что плачу. – Все нормально, все нормально, - затараторила я, когда испуганный Киллиан начал вытирать мои слезы, - я просто пьяная, и мне сложно контролировать эмоции. Я так запуталась, Киллиан… и я влюбилась в него. Лицо Лайтвуда перекосила гримаса боли, но он быстро взял себя в руки. — Я так и понял. Все нормально. Просто… прежде чем доверять ему, убедись, что он этого заслуживает. Я закивала, не зная, что сказать в ответ. — Пойдем, я покажу тебе комнату, в которой ты сегодня сможешь переночевать? – он помог мне подняться, не выпуская мою руку. Он привел меня в одну из спален и помог мне расправить постель. Неподалеку была комната, где ругались Габриэль и Лима – судя по звукам, доносящимся из-за закрытой двери. — Где ты будешь спать сам? – тихо спросила я, чувствуя, как усталость накрывает меня с головой. — Пока пойду в гостиную, - как-то неуверенно ответил Лайтвуд, и меня осенило. — Грант с Лимой явно спят в раздельных комнатах. Эта была твоей? — Да, здесь в принципе только три комнаты, где можно спать. Но мы разберемся. Он погасил свет, направляясь к двери. — Спокойной ночи, Амала. — Стой, Киллиан, - я решилась на это быстрее, чем успела обдумать. –Мне страшно. Останься со мной, пожалуйста.