Гремучая ртуть

      Книга звонко упала на пол, и девушка закатила глаза, наклонившись за ней, чтобы поднять.       — Угадай что? — дверца шкафчика резко захлопнулась перед лицом Рейчел, заставив её слегка дернуться, — Сегодня показывала школу новому ученику.       — Новому ученику? В Хоукинс кто-то приехал? — спросила Рейчел, открыв дверцу снова.       — Ага, семья Харгроув. Билли и Максин, если верно помню имя девчонки.       — Почему ты так воодушевлена? — спрашивает Хендерсон, усмехаясь.       — Как не радоваться, — отвечает Элеонора, — Новые люди, новые эмоции. Немного растормошат наш улей, ты ведь тоже ощущаешь легкую стагнацию?       — Ничего я не ощущаю, — засмеялась Рейчел, — Это всё приходит и уходит, предпочитаю не зацикливаться.       — И очень зря, Билли просто очаровательной наружности молодой человек.       — Пусть так, — она закрыла дверь шкафчика и развернулась к подруге, — Успеешь до факультатива?       — Само собой, я проведу ещё небольшую экскурсию на следующей перемене и на этом закончу.       — Слишком много у нас с тобой школьных активностей, не находишь? — Рейчел опять засмеялась, заставив улыбнуться и Элеонору.       — Не так я себе это представляла сначала, буду честной. Мы, кстати, как? Домой тоже со мной поедешь?       — Ты знаешь, нет, у меня есть небольшие дела после школы. Мамино поручение, всё такое. В общем, ничего веселого. Сама доберусь, — кивнула Рейчел и улыбнулась девушке.       — Идёт, тогда я побегу, урок. До трех.       — До трех, — она махнула Норе рукой и тяжело вздохнула, вспомнив, сколько работы её ждёт после школы.       О новых учениках Рейчел, к слову, не слышала. Имена Билли и Максин на слуху не вертелись и ассоциаций в голове не вызывали, а виной этому была слишком рассеянная концентрация и внимание. Куда важнее было узнать, как дела у Джонатана и Нэнси с их расследованием, что нового они узнали и каковы дальнейшие планы. Однако ребят она не видела уже достаточно давно, хотя оба приезжали в школу и ходили на уроки, но пересечься так и не выдалось возможным.       Дороги её пересекались только со Стивом, с которым у неё совпадало большинство предметов, но они не общались. Потому что они не друзья и люди не меняются. На этом Рейчел стояла до последнего.       Школьный день пролетел быстро. После окончания факультатива Рейчел попрощалась с Норой, обнявшись, и направилась к кирпичному зданию, у которого уже стояла машина Стива с сидящим в ней парнем, ожидающим свою новую спутницу на сегодня.       Она подошла и села в автомобиль, кинув рюкзак на заднее сиденье и сложив руки на коленях.       Стив добродушно усмехнулся и молча тронулся с места, направившись домой к Хендерсонам.       Дастин находился у Майка, мать ещё не вернулась с Далтона, куда первый отправил её на поиски животного, поэтому дом был полностью пуст и можно было спокойно заняться уборкой помещения внизу.       Рейчел принесла всё необходимое для уборки, пока Стив возился со стеной.       — Поверить не могу, что мы это делаем, — заявила она, убирая разбитую банку с пола.       — Что мы делаем это вместе или что мы делаем это в принципе? — спросил Стив.       — Полагаю, что оба варианта. Хотя, не самый плохой исход, замечу, — она кивнула головой и улыбнулась, — Я могла делать это всё сама.       — Эта штука прорыла огромной тоннель, надо же, — парень оглядывал дырку в стене, присев на корточки, — Как думаешь, куда он ведет?       — Да черт его знает, — ответила девушка, — Тут везде по периметру дома. Думаю, что куда-то, где можно вырыть путь наружу.       — Лес?       — Может и лес, а может и поля какие-нибудь. Кто ж знает.       — Как же мы его отыщем, Рейч? Это как искать иголку в стоге сена. Здесь столько лесов, оно может быть где угодно.       — Ну, — начала девушка, опершись на метёлку, — Дарт хищник, насколько понимаю. А, значит, его можно попробовать приманить. То, куда ведет этот тоннель, найти не сложно, если такой целью задаться. А дальше дело наше простое.       — Куда мы его приманим? — спросил Стив, не поворачиваясь к Рейчел.       — Нужно заброшенное место, где-нибудь далеко отсюда. Желательно, чтобы без людей и строений поблизости. Знаю одно такое местечко, на самом деле.       — Ты про старый автобус? — он повернулся к ней.       — Да, — она удивленно вздернула бровями, — Именно про него. Там машины какие-то стоят ещё. Видимо, металлолом. Но никого нет уже давно, да и про мусор этот все забыли.       — Звучит хорошо, — он согласился и снова отвернулся к отверстию, заделывая его.       Они помолчали несколько минут, занимаясь каждый своим делом. Рейчел собирала стекло и с грохотом бросала его в жестяное ведро. Стив латал дыру в стене, складывая кирпич на кирпич.       — Вы больше не общаетесь с Джонатаном? — нарушил их молчание Харрингтон.       — Что? — Рейчел развернулась к нему, — С чего ты взял?       — Просто давно не видел вас вместе, — объяснил Стив, пожав плечами.       — Как и я вас с Нэнси, — заметила Рейчел, отвернувшись.       Стив сложил губы и медленно покачал головой.       — Мы с Нэнси больше не вместе.       — Как так? Проблемы в раю? — усмехнулась девушка.       — Полагаю, что это никогда не было раем.       Она развернулась к нему и посмотрела в глаза, заметив, кажется, какое-то еле заметное глазу сожаление и горечь. Это заставило её немного смягчиться.       — Иногда расставание отнюдь не самое плохое решение. Знаешь, когда я первый раз разошлась в пути с человеком, то мне казалось, будто это что-то действительно серьезное и выбивающее из-под ног землю. А потом оказалось, что под ногами земли давно нет, и чувства эти совсем не то, что заставляет сердце трепетать. Важно разделять это и находить ядро той любви, которую ты сеешь. Если его нет, значит, и отсутствие любви на лицо.       — Это казалось правильным.       — И это тоже не любовь ведь, Стив. Однако не мне об этом тебе говорить. Ты сам во всём разберешься. Все разбираются.       — А по поводу Джонатана, — продолжила она, — Мы давно не виделись, да, но это не повлияло на нашу дружбу. Он такой же мой друг, каким и был, — ответила она на вопрос, который Стив задал в начале разговора.       — Мне жаль, что я вёл себя так, как раньше, Рейч. Не должен был.       — Это не те вещи, которые решаются словами о том, что тебе жаль, — её тон был мягкий и понимающий, но в то же время не исключал строгость и прямоту, — Прощение, как по мне, самая странная форма человеческого взаимодействия — от этого не становится легче, болеть не перестает, и рана не затягивается, а иногда даже совсем наоборот. Становится ещё больнее от мысли, что человек после всего того, что он сделал, решил попросить у тебя прощение и счёл, что этого будет достаточно; будто изменит что-то. Эти слова очень переоценены.       — Тем более, — продолжила девушка, — Тебе просить у меня прощение не за что. Однако не буду отрицать, мне приносит радость тот факт, что ты осознаешь губительность таких слов.       — Осознаю.       — Это замечательно. Мало верю в то, что люди могут поменяться, уж не пойми неправильно.       — Поменяться — нет, — заметил Стив, — Стать собой — да. Я начинаю думать, что перенимать поведение Томми на себя было плохой идеей.       — Всегда плохая идея не быть собой. Но ответственность за слова, сказанные тобой, лежат не на Томми, Стив.       — Я понимаю, — прервал её парень, — Понимаю. Я просто не хочу, чтобы у тебя сохранялась ко мне неприязнь. Её мне хватает от других.       — Неприязнь? — спросила Рейчел, но резко дёрнула рукой, вскрикнув.       Стив подскочил к ней, хоть и не до конца понимал, что случилось.       — Порядок, порядок, я слегка порезалась. Зацепилась за разбитую стекляшку, — ответила девушка, держась за порез в области предплечья. Сквозь пальцы выступила кровь и капнула на пол, — Надо же так.       — Сейчас схожу за спиртом и повязкой, — бросил ей парень и поднялся наверх. Взяв в машине всё необходимое, он вернулся к Рейчел и стал перед ней, смачивая кусок ваты щиплющей жидкостью.       — Можно? — спросил он, указав пальцем на руку.       Она кивнула и протянула её, отпустив пальцы. Рана была небольшая, но достаточно глубокая: крови было на удивление много и края отличались своей неаккуратностью.       Парень взял её руку, едва касаясь, и придавил порез ваткой. Она зажмурилась и отвернулась в другу сторону.       — Больно?       — Само собой, ты надавил так, будто там царапина, а не порез.       Одной рукой он держал её ладонь, повернув тыльной стороной к полу, а другой рукой прижимал ватку к ране.       Её дыхание постепенно успокоилось, и она снова повернула голову, посмотрев на рану. Взгляд непроизвольно привлекло лицо Стива, которого она так близко никогда не видела. Точнее, давно не видела. Он стоял сейчас, кажется, ближе, чем когда-либо люди могли стоять рядом с ней, и она слышала его спокойное дыхание, которое ощущалось на руке легким холодком.       Парень был сосредоточен на её предплечье, не отрывая от него взгляд. Иногда приподнимал ватку и перекладывал её в новое положение, а ладонь девушки всё ещё держал в руке. Он практически не касался неё, но она всё равно чувствовала легкое прикосновение его большого пальца к середине её ладони и остальных четырех с другой стороны.       — У меня никогда не было к тебе неприязни, — сказала она тихо, заставив его поднять на неё взгляд, — Это было, возможно, непониманием и отказом принимать твои слова, которые иногда задевали меня или людей, которых я люблю, но не неприязнью. Никогда не было неприязни.       Стив слегка кивнул, не отрывая от неё взгляд. Незаметно для себя он медленно водил большим пальцем по её ладони, осматривая при этом каждый сантиметр лица, которое тоже слишком давно не видел близко. Видел он теперь её глаза, наполненные темно-зеленым цветом, слышал теплое дыхание и мог лицезреть губы, которыми она иногда непроизвольно шевелила. От этого почему-то хотелось взять её ладонь и куда крепче сжать в своей, чтобы она почувствовала его; почувствовала, что он здесь. Но он не шевельнулся и быстро прогнал эти дурные, по его мнению, мысли прочь. Они не друзья, не друзья. Это следует помнить.       — Вы всё уже сделали? — прервал их звонкий голос спустившегося вниз Дастина и заставил Стива резко отпустить её ладонь, а девушку в мгновение секунды отстраниться от него на их обычное расстояние.       — Что с твоей рукой? — Дастин указал на рану сестры.       — Производственная травма, — ответил Стив, — Рейчел весьма внимательна и не заметила огромный кусок стекла, торчащий из ведра, об который и располосовала руку. Жить будешь? Сколько пальцев? — он улыбнулся и показал ей четыре пальца.       — Три, если за неправильный ответ мне полагается покой и тишина, — ответила она и аккуратно забрала руку, придерживая ватку, — Я перевяжу дома сама. На сегодня мы закончили, думаю. Осталось вынести мусор и всё будет по-старому. Этим займется тот, кто всё это заварил, вперед, — она указала Дастину жестом на ведро и поднялась наверх.       Стив усмехнулся и тоже поплелся вверх по лестнице, похлопав мальчишку по спине.       Дастин устало цокнул и нехотя взял ведро с мусором.