Гремучая ртуть

      Суббота встретила Рейчел приятной солнечной погодой, от которой даже веяло теплом. Земля немного подсохла и была не такой влажной и зыбучей.       Дастина к этому моменту уже не было дома. Мальчишка спешно собрался утром и рванул к Майку вместе с Лукасом и их новой знакомой Макс, обещая вернуться к обеду, когда она и Стив собирались исследовать путь Дарта. Харрингтон должен был привезти приманку, а Рейчел разрешалось не делать в этот день ровным счетом ничего, потому что на ней был поиск того, куда ведет тоннель из их подвала.       Ребятам это казалось делом достаточно емким и затруднительным, а девушка понимала, как именно нужно искать и где, поэтому позволила себе поваляться в кровати, лениво потягиваясь.       Рейчел в сотый раз пробовала дозвониться Джонатану, но взявшая трубку миссис Байерс снова огорчила её, сообщив, что сына дома нет. Уехал он ещё пару дней назад вместе с Нэнси Уилер и до сих пор дома не появлялся. Джойс обещала сказать старшему Байерсу, чтобы тот перезвонил Рейчел по возвращении, но Рейчел понимала, что он не перезвонит, как не перезвонил и в прошлые разы.       Девушка раздраженно повесила трубку телефона и оперлась о стену комнаты. Почему нельзя просто набрать и сказать, как он и что происходит? Они не общались уже несколько дней и ей начинало казаться, что Джонатана и не существовало вовсе, а её не существовало для него. Друзья ведь так не поступают. Жизнь странно повернулась, добавив ей парочку новых и не совсем знакомых.       Она потерла перевязанную рану на руке и отправилась на кухню — готовить завтрак и сидеть в кресле, читая эту бесконечную книжонку из кармана её рюкзака. Правда, вскоре она уснула, а стрелки часов мгновенно понеслись в сторону середины дня.       Проснулась она от внезапного стука в дверь, судорожно открыв глаза. Засыпать днём было ее самой большой ошибкой, которую она не любила повторять, но почему-то, садясь в мягкое мамино кресло, она тотчас же проваливалась в царство морфея, и так мог пройти весь день.       Рейчел протерла глаза и взглянула на время.       — Дастин? — крикнула она в надежде, что брат уже дома, но никто не отозвался.       Хендерсон встала, плетясь к двери.       Девушка быстро открыла и увидела Стива, который стоял у машины с приоткрытым багажником. Он махнул ей рукой и продолжил копошиться, перебирая какие-то вещи. Она вздохнула, стукнув пальцами по дверному косяку, и захлопнула входную дверь за собой, выбежав к нему.       — Ты привёз всё, что нужно? — спросила она, подходя к машине.       — Три ведра, как ты и просила. Всё здесь, — ответил он, хлопнув по одному из вёдер, — Где малец?       — Не имею ни малейшего понятия, обещал быть дома к обеду. Он собирался к Майку, насколько помню.       — Хочешь заехать к Уилерам?       — А ты? — ответила она вопросом на вопрос, ухмыльнувшись.       — Всё шутишь, это хорошо.       — Расслабься, Стив, Нэнси скорее всего сейчас с Джонатаном, она в надежных руках, — девушка вздернула плечами и направилась к двери машины, открыв её, — Так мы едем?       — Разве не ждём Дастина? — спросил парень, поставив руки по бокам, — Я думал, он идёт с нами.       — У нас нет времени искать его. Дастин в курсе места, где мы собираемся в итоге. Он будет там, я уверена.       — Как скажешь, — он пожал плечами и тоже направился к машине, сев за руль.       — Только, — добавила Рейчел, — Давай не сильно затягивать. Я не очень хочу иметь с этим дело до ночи, и у меня были планы с Норой, так что наша с тобой вынужденная компания не должна продлиться долго.       Стив кивнул и надавил на газ, двинувшись прямо по шоссе.       Всю дорогу они молчали и не проронили ни слова. Рейчел смотрела в окно, наблюдая за проносящимися пейзажами осенней поры. Глаза жадно перебирали это пёстрое разнообразие деревьев за окном. Был тут и шарлаховый дуб, чьи острые листочки успели побагроветь. Иногда в их окрасе мелькал и закатный жёлтый, но только слегка, лишь скромными ржавыми лужицами.       Тут же было и множество видов сосен: от жёлтой и болотной до веймутовой. Огромные секвойядендроны, чья вершина проткнула облака насквозь, особенно интересно выглядели при нагрянувшем на город тумане. Тогда они будто пачкались в молочной дымке и виднелись слабыми тенями в лесу. Без обычного белого дуба, разумеется, не обойтись. Его листья имели обыкновение желтеть всего наполовину, отчего появлялся этот забавнейший двуликий градиент. Границы его были настолько ровные и симметричные, что сложно было представить, как природа вычертила такие идеальные барьеры.       Однако самым её любимым деревом оставался красный дуб. Его листья отличались какой-то отдельной красотой и уникальностью, а глубокий зеленый цвет их сочетался с оттенком глаз Рейчел.       Возможно, вопрос про название этого дерева застанет вас врасплох. Получил он такое имя из-за специфического процесса распускания листьев: сначала они имеют багровый оттенок, а только лишь затем зеленеют. Вот какое разнообразие у Хоукинского леса.       Стив же смотрел на дорогу, изредка кидая взгляд на девушку, которая нервно перебирала пальцами рук и дергала коленкой. Лесные пейзажи его мало интересовали. Однажды ты взрослеешь и перестаешь обращать внимание на то, как очарователен лес в своём осеннем сюртуке, как меняется тень от отбойника на дороге с заходом солнца, и как звучно хрустит под ногами мульча и опавшие жёлуди.       Раньше он знал этот лес лучше, чем кто-либо. Парочка каштанов недалеко от обочины стращали его поначалу своими замысловатыми плодами, а потом постепенно привлекли. Не прошло и недели, как старый обувной коробок в его комнате стал складом боеприпасов в виде каштанов разной формы и размера.       Он смотрел на Рейчел и понимал, что она это всё видит и сейчас. Девушка может насладиться этим природным несовершенством в полной его мере, а вот он уже не может. Не может или не хочет? На этот вопрос он отвечать не планировал.       Через двадцать с лишним минут они остановились у чащи леса, свернув на обочину дороги. Рейчел вышла из машины и оглянулась, торопливо двигая зрачками. Она нахмурила брови и поправила волосы, резко развернувшись к парню, который к тому времени достал два ведра с приманкой.       Он повернулся к ней и вопросительно кивнул головой.       — Я думаю, что нам налево. Несколько метров отсюда и начнём. По крайней мере, по моим расчетам это где-то в той стороне, — она указала рукой и почесала лоб, — Да, точно в той.       — В лесу холоднее, чем здесь. У меня всё ещё есть свободная куртка, — сказал Стив, заметив то, как девушка иногда вздрагивает, но его слова остались незамеченными, — Рейч?       — М? — повернулась она к нему, выпав из своих мыслей.       Он молча указал на куртку, которая лежала в машине.       — Ох, избавь меня, Харрингтон. Мы начнем двигаться и мне станет тепло.       Стив вздохнул и с грохотом закрыл багажник, взяв одно из вёдер в руки.

***

      Ребята двигались по полностью застеленной желтыми листьями чаще леса. Под ногами лежали заброшенные железнодорожные пути, давно вросшие в землю и обвитые плющом.       В лесу стоял запах подгнивающей листвы и влажной почвы, вперемешку с мульчей. Рейчел обожала этот запах. Ей казалось, что только лес Хоукинса пахнет этой свободой и влажностью, хоть и умирающей сейчас, но таковой по праву своему. В детстве ей нравилось приходить сюда и ковырять желтоватый лишайник на деревьях, заглядывать в обветшалые и опустелые стволы, когда-то сваленные либо рукой человека, либо погодой, либо временем, которое они исчерпали. А ведь тогда стоял всё тот же запах, что и сейчас. Это чувство былого времени и неизменности внушало ей некое спокойствие и размеренность.       Лес жил своей жизнью и за столько лет он сбросил множество листьев, после чего отрастил их заново. Поменял местами кусочки камней, в некоторых даже появились отверстия из-за эрозии, а ей всё разница не заметна была. Невежественно говорить, что лес не изменился с того времени. Ещё как изменился. Просто люди недостаточно внимательны, чтобы вещи такие примечать.       Она хаотично кидала кусочки мяса на листву и землю, прислушиваясь при этом к каждому новому звуку и шороху, которым делился с ней лес. Ветер колыхал листья на стволах, унося некоторые так далеко от родного дома, что даже обидно было за этот листик. Всю жизнь он рос на этом дереве, и в один из дней приходит ветер и уносит его в другую часть леса, где на земле лежат такие же переселенцы. Вот интересная вещь.       Она усмехнулась и на лице заиграла оживленная улыбка.       — Дастин влюблён в эту девчонку, — начал парень, устав от разъедающей его тишины, — Знаешь, рыжую.       — Макс? — спросила Рейчел, повернувшись к нему.       — Да-да, Макс, — щёлкнул он пальцами.       — Наслышана, — усмехнулась девушка, — Дастин сам рассказал тебе?       — Да, представляешь, — ответил парень, почесав затылок, — Мы ехали смотреть на его питомца нового, и он вдруг начал рассказывать мне, что есть одна девчонка, которая в сердце его засела и настойчиво там поселилась. Я сказал, что не стоит влюбляться так быстро.       — Почему же? А как же совершать ошибки, если не так? — возмутилась Рейчел.       — Это слишком болезненные ошибки, Рейч, тебе не кажется? — парировал Стив.       — Ошибки не могут быть не болезненными. Как же иначе? Я считаю, что нужно влюбляться, если сердце того хочет. По крайней мере, я бы сделала так.       Харрингтон томно улыбнулся и покачал головой, снова повернувшись вперёд.       Железная дорога тянулась, кажется, вплоть до бесконечности.       Рейчел иногда цепляла ногами рельсы, которые практически утонули в земле под давлением времени. Её мысли опять унесли сознание куда-то далеко из Хоукинса и либо ты думаешь о чём-то великом, либо смотришь себе под ноги. Героиня выбрала первое, поэтому спотыкаться о железные пластины ей было весьма свойственно. Стив каждый раз пытался схватить её руку, когда Рейчел теряла равновесие, но она лишь протягивала ладонь в отрицательном жесте и продолжала идти дальше.       Настигшая развилка казалась до боли знакомой, будто здесь девушка уже была и не раз. Она огляделась, нахмурив брови, и через несколько секунд удивлённо их вскинула.       — Помнишь то дерево? — вдруг сказала она посреди пути.       Парень посмотрел на неё и отвёл взгляд в сторону, куда была протянута её рука с указательным пальцем.       — Там мы часто проводили время в детстве, помнишь?       В ведре оставалось совсем немного мяса, и она аккуратно поставила его на землю, сняв кислотно-желтые перчатки. Стив повторил те же действия и направился за ней к одиноко стоящему стволу, который был полностью покрыт зеленовато-желтым лишайником.       — Вот. Неужели оно? — девушка подошла к дереву и обошла его вокруг, — Надо же, даже инициалы сохранились.       Она провела рукой по месту на стволе, где словно маленьким ножичком были выцарапаны буквы R&S. Неровно и коряво, но сохраняя суть.       — Не верится, что столько времени уже прошло. С того момента я здесь и не была совсем.       — Поверить не могу, что это всё ещё здесь. Как давно это было? — спросил Стив, опершись на дерево, — Лет так семь назад?       — И не вспомнить то сразу, — задумалась Рейчел и сложила руки на груди, — восемь лет назад, определённо восемь. Дастину было всего три года, подумать только.       — Почему это всё стёрлось из памяти так легко? — Очередной вопрос Стива. Он слегка наклонил голову в бок, уткнувшись в кору зубчатого дуба.       — Это не важно, — сухо ответила девушка, — Точнее, они не стёрлись, а просто отложились куда-то далеко, на самую забытую полку. Перестали быть важным. Я думаю, что воспоминания никогда не стираются до конца. Они, возможно, забываются, скрываются за чем-то более значимым, а появляются только тогда, когда ты начинаешь осознавать их ценность для себя. Тем более, это не то, что всплывает в голове, когда я смотрю на эту резьбу.       — И что же всплывает тогда?       — Скоротечность времени, — её взгляд был серьёзным и вдумчивым, но яркая ухмылка вскоре пробилась сквозь эти неумолимые эмоции сосредоточенности, — Ты вырос таким придурком, кто бы знал.       Стив засмеялся и потер переносицу, немного зажмурившись.       — Я подавал к этому надежды, согласись.       — О да, большие.       Она уставилась на него своим гордым взглядом вперемешку с этой добродушной улыбкой. Взгляд плавно перешёл во что-то более спокойное и мягкое, слегка удивлённое и уверенное. Кончик носа её немного покраснел от спускающегося на землю холода, а глаза начали блестеть, отражая в себе осеннее солнце золотого часа.       — Вот это то, о чём я и говорил, — вдруг громко заявил Стив и ткнул пальцем в предплечье девушки, которое покрылось рябью из мурашек, — Я предлагал взять куртку, предлагал же.       — Мы стоим, поэтому мне холодно. Будет движение — будет тепло, — ответила она, легко стукнув его по протянутой руке, — Да это и не холод даже, а так, легкий морозец от ветра.       Парень укоризненно посмотрел на неё и снял с себя куртку, чем вызвал её негодование. Она отрицательно выставила руки и попятилась назад, натянуто улыбаясь.       — Не буду я ничего надевать, давай просто пойдём и всё, вот увидишь, — сказала девушка и развернулась спиной, сделав шаг вперёд, но Стив аккуратно схватил её за локоть и притянул к себе. В мгновение секунды он закинул руки за её спиной и накинул куртку, слегка стянув края спереди, чтобы прикрыть её.       Теперь их позиция была весьма компрометирующей и со стороны выглядела довольно двусмысленно. Рейчел стояла на рискованном расстоянии к нему, гордо подняв одну бровь. Дыхание почему-то участилось, и она замечала его мечущийся взгляд от её губ к глазам и обратно.       — Почему ты всегда приводишь к ситуациям, когда я оказываюсь к тебе так близко? — спросила она немного раздраженным тоном.       Стив усмехнулся и закатил глаза.       — Потому что ты никогда меня не слушаешь и мне приходится насильно притягивать тебя к себе, чтобы донести информацию. Что случится, если ты наденешь мою куртку?       — А что случится, если не надену? — отвечает она всё также напряженно.       — Замёрзнешь, вот что случится.       — Ты такой же, каким был в младших классах, Харрингтон. Ничуть не изменился, — сощурилась она и теперь наклонила голову слегка вбок.       — Будто ты поменялась, — заметил Стив и улыбнулся, — Я до сих пор помню, как ты назвала меня дурнем в пятом классе и бросила в меня скрепкой.       — Ты ведь им и остался, — она вырвалась из рук Стива и медленно двинулась в сторону рельс.       — И вот это ты называешь «нет неприязни»? — усмехнулся парень, идя вслед за девушкой, — С детства меня невзлюбила.       — Я? — она удивлённо спросила, переходя на смех, — Вот это самый настоящий вздор, молодой человек. Я в начальной школе и себя то не до конца осознавала. А ты, к слову, бросал в меня каштаны.       — Пытался обратить внимание, — он вскинул одной рукой и поднял ведро с земли.       — Мы были детьми, Стив, — она развернулась к нему и остановилась, поправив куртку, — Глупыми, наивными, немного странными.       — И что изменилось с того времени? — он подошел к девушке и снова поставил ведро на землю, в упор посмотрев на неё, — Что изменилось между нами? Если мы были друзьями тогда, то куда это делось сейчас?       — Это не одно и то же, Стив, далеко не одно и то же. Прошло столько лет.       — Почему? Что мешает нам снова стать друзьями?       — Мы не сможем быть друзьями.       — А кем ты хочешь, чтобы мы были?       Рейчел хотела было продолжить разговор, но его последний вопрос ввел её в ступор. Они погрузились в молчание, такое привычное им и удушающее. Только оно восстанавливало былое расстояние между ними, которое Стив так упорно пытался сократить. Крепость стойко выдерживала осаду и надёжно держала оборону, скрывая ту самую трещину. Она опустила глаза, которые были полны какого-то чуждого ей сейчас сожаления.        — Говоря о скоротечности времени — нам, думаю, пора, если мы не хотим застрять тут вместе на всю ночь, — сказала Рейчел, подняв на парня свои большие глаза.       Голос её содержал в себе легкий стыд и оттого стал на полтона тише. Брови сбились в кучу, а губы сжались в тонкую линию.       — Да, мы этого точно не хотим, — сухо ответил Стив, легонько хлопнув её по плечу.