Решение пыльной загадки
19 февраля 2023 г., 18:17
Была в ней особая неприязнь к загадкам. К таинствам и всякого рода ребусам, которые перед твоим носом крутили своим ответом, скрытым за семью замками. Отчего не сказать ответ сразу? Отчего держать эту клокочущую интригу, которая твои силы испытывает? Ответ на эти вопросы тоже скрыт и не найти его, если не постараться.
А что же, если от поиска ответа зависят человеческие жизни? И тот, кто загадывает эти загадки, своему болезненному началу делает громадные поощрения в виде страха и брызг крови. Ведь в таком случае время на поиск ответа совсем иссякает, а иногда его и вовсе нет. Что же делать тогда?
Вовсе нет причин считать, что ситуация даже в таком случае безвыходная. Выход есть.
Просто ищите ответ быстрее.
Рейчел сделала глубокий вдох и принялась снова рассматривать дела, которые на её столе уже не оставили свободного места, а пыль вырисовывала вокруг папок чётко выраженные границы. Она знала каждую чернильную букву на странице, каждый знак препинания и каждый отступ между словами, но загадка так и оставалась неразгаданной.
Почему они? Почему шесть? Клара точно знала ответ. Она знала ответ, но если бы Рейчел тогда спросила её хоть о чём-то, то был бы малейший шанс спасти девочку, которая потеряла жизнь в Мирквудской округе. Девочку, с которой абсолютно несправедливо и жестоко расправились во имя неоправданной цели.
Теперь место на столе занимал ещё один лист бумаги. На нём хаотично были нарисованы чёрные точки. Их было ровно восемь: не больше и не меньше. Ещё одна загадка, которую Рейчел не переносила.
Листок этот был передан Билли по неведомой причине, а он ведь и подавно намеревался его выкинуть.
Клара дала ему это, потому что верила парню. А он слишком пренебрежительно относился к доверию, которым был удостоен.
Рейчел ненавидела загадки. А они стали частью её жизни в Хоукинсе и не собирались отпускать её и без того уставшее тело, в которое вцепились своими острыми когтями.
Она ненавидела загадки, но не заметила, как стала одной для всех, кто её окружает.
Рейчел вышла из дома около двенадцати часов дня и направилась на факультатив пешей дорогой. День был не самым жарким, и воздух отдавал прохладой после прошедшего ночью небольшого дождика. Девушка улыбнулась, вдохнув воздух, и усмехнулась от пролетевшей в голове мысли. Мысли совсем нехарактерной и едва ли важной, но связанной с чем-то отдалённым, а оттого прекрасным и отрезвляющим.
Почва местами была влажной и на подошву липли мокрый песок и земля, а поэтому ноги иногда заметно тяжелели. Это заставляло Рейчел стряхивать их, вытирая об асфальт, но после она снова ступала на тропу под деревьями и наслаждалась мягкостью и влажной травой, которая моментами цепляла ноги и оставляла там мокрые следы от летней росы.
На подходе к школе открывающийся вид начал греть холодное сердце, а на лице непроизвольно появилась улыбка. Блондинка, стоящая у машины, подёргивала костлявой ногой и листала небольшого размера книжку. Её вид всегда вызывал у Рейчел самую широкую улыбку и самые что ни на есть тёплые чувства. Было в этой несуразной и до предела худощавой девушке что-то такое, что согревало людей вокруг. Если бы можно было сравнить её с чем-то, то разве что с тем тёплым фонариком, который свисал с большой яблони в саду усатого дедушки из Берлингтона. Он грел всё вокруг, но делал это абсолютно непроизвольно, потому что это было его основной функцией, повлиять на которую был он не в состоянии. Ведь на деле он всего лишь фонарь на дереве.
Нора так же грела всех вокруг без явных намерений и умысла. Она делала это, потому что это было одной из её природных функций, на которые она не имела влияния. Глаза Элеоноры блестели всегда с особой яркостью, а в белоснежных волосах отражалось тёплое летнее солнце. Был у неё традиционный жест — положить голову на плечо. Она делала это в самых исключительных случаях, когда только лишь желала, чтобы человеку, на которого направлено это действие, стало лучше. Она будто бы старалась забрать часть боли и разделить её с тобой. Так и происходило. А её волосы, ах! Волосы Элеоноры пахли лавандой, запах которой успокаивал мысли и беспокойное сердце.
Беннет подняла на подругу серые глаза и сразу же широко улыбнулась, захлопнув книгу.
— Опаздываешь, бука, — громко сказала она.
— Едва ли можно меня винить в желании разделить пешую прогулку по такой прекрасной погоде. Чувствуешь, как свежо?
— Спрашиваешь ещё, — блондинка закинула книгу в машину и захлопнула дверь. — Я ждала такую погоду, кажется, всё лето. Сначала я всю зиму жду лето ради его тепла, потом лето приходит, и я умираю от жары, снова дожидаясь зимы. Но вот ради таких деньков стоит ждать этот сезон. Правда, именно это лето я переношу с каким-то особым трудом. Может, жара слишком напористая в этом году.
— Или у тебя закончились тонкие футболки, — заметила Рейчел и оттянула край вещи на теле подруги.
— Решительно прошу отстать от моих футболок. Дело не в плотности ткани, а в особой жаре. В прошлом году, к слову, я носила те же футболки и ничего. Вполне себе сносно перенесла это время.
— Пойдём внутрь тогда, если тебе жарко. Посмотри-ка ещё на это, — Рейчел на ходу протянула ей белый лист бумаги, свёрнутый в три слоя.
— Смешанные чувства, — ответила Элеонора, разглядывая лист с восьмью точками. — Билли рассказал, что это?
— К сожалению, нет. Если Клара ему и сказала, то он, вероятно, пропустил это мимо ушей, но мне почему-то кажется, что она ничего не сказала. Думала, что мы разгадаем это сами. Не люблю я загадки, — пробурчала шатенка.
— А с чего ты вообще взяла, что у этого рисунка есть смысл? — сморщилась Нора. — Ты потратишь время на решение загадки, которой на самом деле нет. Как итог — упустишь время и на стол добавится ещё одно дело, связь которого с остальными ты не найдешь.
— Какие твои предложения?
— М, — блондинка задумалась и повертела листок в руке, рассматривая его с разных ракурсов. — Это дал тебе Билли. Я бы не доверяла ему так уж сильно, Рейч. Мы не знаем, правда ли это дала ему Клара или он пытается запутать тебя. Отвлекает от того, на что действительно нужно обратить внимание.
— Ты говоришь, как Стив. Отчего-то я не вижу в Билли то, что видите вы.
— А это вовсе неудивительно. Ты вообще редко видишь то, что видят все вокруг. Слушай, — она отдала лист обратно и распахнула дверь пятой аудитории. — я совсем ведь не говорю, что Билли плохой. Нет привычки делить на чёрное и белое. Однако стоит с осторожностью доверять таким людям, как он, учитывая все его и без того очевидные качества, которые лежат на поверхности.
Рейчел кинула рюкзак на стул и громко выдохнула.
— Но не доверяешь ты больше Стиву, а не Билли, так ведь? — склонила голову Нора, посмотрев на подругу с поднятой бровью.
— Совсем не так, — нахмурилась Хендерсон поначалу, но потом расслабила лицо и опустила глаза.
— Если бы вы только поговорили об этом, Рейчел, — начала Беннет, но прервалась, как только Рейчел снова подняла на неё взгляд.
— Я искренне верю, Элеонора, что он не должен мне объяснений, — серьёзно сказала Хендерсон, сложив руки друг на друга. — И так же верю, что сама не должна ему их. Это прошлое и оно останется там, покуда я так считаю.
— До чего же упрямая. Вы оба.
Рейчел в ответ лишь покачала головой и схватила листок с точками со стола, помахав им в руке.
— Подумай лучше об этом. Я не люблю загадки.
***
К обеду небо затянуло серыми тучками, которые клубились в одну большую, предвещающую дождь, массу. Свежий воздух сменился на слегка душноватый и влажный, а едва ли заметный ветерок начал прогулку меж листьев деревьев. Элеонора покинула школу минут двадцать назад и Рейчел теперь сидела в полном одиночестве, смотря на рисунок. Думается, на новом месте этот ребус должен решиться за два счёта, но он продолжал не поддаваться. Почему восемь точек, а не семь или, скажем, шесть? Нет же, их восемь. Восемь дурацких точек, расставленных в разных частях листа. А что, если это связано с последним убийством? Что-то, что не заметила Нэнси или Хоппер, когда нашли ту девочку. Эти точки могут быть расположением чего-то именно там, в Мирквудской округе. Рейчел схватила рюкзак и с бумажкой в руке рванула из пятой аудитории. — Как я сразу об этом не подумала? — бормотала она под нос. — Нужно было изначально проверить место убийства. Девушка вышла к главному выходу и огляделась. — Без машины будет долго, — сказала она и внезапно прищурилась, разглядев знакомую фигуру. — Вот, кто мне сегодня поможет. Билли, между тем, размеренно двигался к машине. Парень поправил волосы, взглянув в боковое зеркало, и уверенно себе улыбнулся, но улыбка пропала с лица, когда краем глаза он заприметил идущую к нему Рейчел. Харгроув закатил глаза и выпрямился, сложив руки в карманы. — Мне нужна твоя помощь, — громко заявила девушка, подходя к нему. — Я, кажется, ответил на все твои вопросы, Хендерсон. Так что ещё тебе от меня нужно? — спросил Билли, прищурившись. — По поводу рисунка. — Сказал же, что не знаю ничего. Рейчел, ты не пойми неправильно, но ты первый человек, который заставляет меня испытывать стресс только своим появлением. — А, — улыбнулась Хендерсон и обошла машину кругом. — вот теперь ты знаешь, что чувствуют по поводу тебя остальные. Поехали, мне нужно в Мирквудский лес, — она открыла пассажирскую дверь и встала возле неё, подняв брови. — Чего ты стоишь? — Не очень понимаю тебя. — А что непонятного? У меня в голове есть теория и мне нужно её проверить. Этот рисунок, — она подняла его в руке, показав парню. — возможно, ключ к загадке Клары. Чтобы это понять, мне нужно туда, где убили девушку из класса литературы, а поскольку я сегодня пешком, то ты съездишь туда вместе со мной. Билли огляделся по сторонам и недовольно скривился. — Поправь меня, если я не прав, конечно, но сама идея ехать в такое место меня не особо привлекает. Какое мне дело до той девчонки? Да и в планы как-то, знаешь, не входило. У меня свидание, к твоему сведению. Не хочу нарушать назначенное время. — И не нарушишь, — девушка кинула рюкзак на заднее сидение автомобиля. — Это не отнимет много времени, но значительно сократит мои трудности в достижении леса. Билли, всего час, от силы два. Парень тяжело выдохнул и напряжённо закусил губу, косо посмотрев на Рейчел. Думается, времени у него и правда было не так много. Да и помогать совсем не в его природе, ведь морального удовольствия это ему совсем не доставляло. То ли дело, ядовитая ненависть и насмешки — вот где сладость и раздолье для души. Вот где возможность быть собой. Только отчего-то отказать ей было довольно сложно, а зелёные глаза действительно заставляли беспрекословно подчиняться. Как сказать ей нет? Теперь он, кажется, понимал Стива. — Ладно, садись, — кинул он ей. — Управимся и распрощаемся. Только без лишней болтовни и душевных разговоров. Не переношу лирику. Почти всю дорогу они ехали в полной тишине. Она, как он и просил, не задавала вопросов и не докучала ему разговорами, а Билли бегло поглядывал на время, сверяя с часами на руке. Вскоре он стал чаще останавливать свой взгляд на ней, рассматривая каждую деталь. Как держала сложенными руки и подёргивала ногой, а если проезжали они мимо деревьев, то она будто завороженная смотрела на них. Парень иногда корчился от мысли о деревьях и переводил взгляд обратно на дорогу. Вот уж он ещё голову не забивал подобного рода глупостями. Кусты эти и сорняки лесные интересовали его меньше всего. — На перекрёстке направо, — вдруг сказала она, вытянув шею. Билли вздохнул и перекинул пальцами по рулю. — Мы можем поговорить с тобой о чём-нибудь, если желаешь, — продолжила она, наклонив голову. — Или вопрос хочешь задать какой. Словом — что угодно. — Не желаю, — сухо ответил он, не отвлекаясь от дороги. Они помолчали ещё немного, разделяя тишину совместного пути, после чего вопрос один в голове парня таки успел назреть. Если не сейчас спросить, то когда уж? — Давай договоримся с тобой, Хендерсон, — внезапно сказал Харгроув. — Всё, что я скажу или спрошу, ты оставишь в строжайшем секрете, в противном случае не услышишь от меня ты ни слова. Рейчел согласно кивнула головой и сложила руки на груди. — Элеонора. — Нет шансов, — сразу же ответила она, и парень скривил губы. — Забыл обсудить ещё одно условие. Перед ответом лучше думать, потому как он не должен содержать в себе удар по моей гордости, иначе не сработаемся. Так вот, Элеонора. Почему так категорично? — Потому что она видит в тебе всё то неудачное, что, к сожалению, является правдой. — Не намерен меняться, — прошипел он. — Никто не просит. Да и, — Рейчел сделала небольшую паузу, отвернувшись на дорогу. — нет в её сердце уже для тебя места. Билли покачал головой и поднял подбородок в своей обычной гордой манере. — Забудь, что спрашивал. Девушка посмотрела на него и еле слышно усмехнулась, что он сразу же каким-то образом заметил и кинул на неё беглый взгляд. — Что? — серьёзно спросил он. — Вот уж не думала, что тебе может кто-то по-настоящему нравиться. Я прошу извинить за заведомо грубые слова, но ты ведь такой поверхностный и грубый. Едва ли ты видишь в девушке больше, чем тело и своего рода трофей. В моём понимании ты такой, и я уверена, что понимание большинства вряд ли порядком отличается от моего. Билли снова перекинул пальцами на руле, насупившись, и повернулся к ней. — На предупреждения об ударе по гордости решила внимания не обращать, да? — Ты хочешь, чтобы я о тебе песни воспевала и подбирала правильные обороты, дабы твоё хрупкое подобие сердца не разбить, или сказала правду, которую, как я полагаю, ты нечасто слышишь? Для первого у тебя есть Томми и Кэрол. А у меня хоть и нет намерения тебя обидеть, но и солгать желания не испытываю. Харгроув помолчал какое-то время, переваривая сказанные ему дерзости, и снова посмотрел на Хендерсон. — Я действительно не вижу ничего более, чем трофей и возможность позабавить себя, потешив самолюбие, — сказал вдруг он, привлекая её внимание. — В девушках. Но меня это вполне устраивает. А Нора другое. Она существует в моей голове лишь на уровне вопроса о том, свободна ли она, на уровне существования в моём мире, но никак не в ведущей роли. Я ей ни слова не сказал тогда, Рейчел, ни слова. И говорить не собираюсь, но спросить тебя был обязан. Девушка хмыкнула и перекинула взгляд на лес, дёрнувшись. — Тут останови, — резко выкрикнула она и Билли затормозил, съехав на обочину. Рейчел схватила рюкзак и вышла из машины, пройдя несколько метров, но остановилась и развернулась к парню, заметив, что тот остался сидеть в машине. — Ты идёшь? Билли скривился и выпрямился, поправив волосы. — Не хочу туфли запачкать. — И отправишь меня одну в лес, где не так давно убили девушку? — А кто туда рвался, не напомнишь? Я протестовал. Рейчел покачала головой и продолжила движение, юркнув в чащу. Упрямая девчонка. Сначала говорит эту никому ненужную правду, задевая этим хрупкую гордость Билли, а потом хочет, чтобы он шёл за ней в лес. Самонадеянно и глупо полагаться на то, что он последует за ней. Может, разве для того, чтобы посмотреть на разочарование на её лице, ведь что можно найти в этом лесу, где побывали уже, кажется, все после того случая? Да, ради разочарования он бы с огромной радостью пошёл за ней в лес, потому что его больное начало насытилось бы этим вдоволь. Но рассуждения об этом он оставит на потом, потому как давно вышел из машины и поплёлся за ней. Она уверенно шла вперёд, оглядывая округу. Знала каждый закоулок Мирквуда ещё с детства, каждое деревце и кустик. Сейчас лес, правда, был запущен и не все тропы, имевшие в памяти место, остались проложенными, но даже без вытоптанных тропинок она знала дорогу. Билли продолжал молчаливо идти позади неё, обходя булыжники и влажную почву семью дорогами. Иногда останавливался и отряхивал штанину, которой успевал извозиться в грязи, но сразу же продолжал движение за Хендерсон. — Далеко ещё? — громко спросил он. — Не очень, — ответила она, поглядывая по сторонам. — Пришли почти. — А что мы ищем, напомни? Рейчел остановилась и поставила руки по бокам, озираясь. — Что-нибудь, что выделяется на фоне леса. Билли скривился и снова отряхнул штанину. — Ёмко. Вскоре они оказались на той самой поляне, где сначала была жестоко убита Лорелайл Грин, а затем найдена Нэнси Уилер с Джонатаном Байерсом при выполнении задания от редакции. Местами на деревьях продолжали висеть жёлтые ленты, ограждающие местность от гостей, но теперь же они были кое-где порваны, а потому напоминали не преграду, а её обрывки. Рейчел встала посреди поляны и начала оглядывать землю вокруг. — Тащиться в лес после дождя самая что ни на есть дурная затея, — бурчал Билли, топоча ногами по траве, чтобы снять налипшую грязь с подошвы. — У нас есть не более получаса, а потом мне нужно будет подготовиться к встрече. Ни минутой позже. Ни минутой, Хендерсон. Рейчел кивнула головой и махнула рукой, не отвлекаясь на него. Харгроув засунул руку в карман и вытащил оттуда пачку сигарет, достав одну. Постучал ей по фаланге пальца левой руки и положил между губ, закурив. Дым тлеющей сигареты заклубился над парнем, и глаза теперь уставились за блуждающей по поляне девушкой. — Ничего не понимаю, — говорила она под нос еле слышно. — Я тоже, — пробурчал парень, делая затяжку. Рейчел снова развернула рисунок Клары и стала внимательно его разглядывать, пытаясь понять суть. — Вот ещё, — вспомнил Билли. — мне рыжую забрать нужно от Уилеров. А это ещё минут десять, не меньше. То есть у тебя остаётся двадцать минут в запасе. Рейчел отвлеклась от листка и посмотрела на Билли, на секунду задумавшись о чём-то, но после пришла в себя и наклонила голову слегка вбок. — Почему ты с ней так? — спросила она тихим голосом. — Почему с кем так? — С Макс. Билли напряжённо вздохнул и взгляд его наполнился раздражением. Он смотрел так только тогда, когда готовился защищаться, а выстроенный ядовитый барьер выпускал острые шипы. — Не вижу предпосылок для иного. — Она ведь не желает тебе зла. Нет в ней ничего, что могло бы твоё хрупкое сердце разбить, так отчего такая реакция? — С чего ты решила, что я желаю? — спросил Билли, сделав к Рейчел несколько шагов. — В ней нет ничего этого, потому что хрупкое уже разбито и крушить больше нечего. Напрасно думаешь, что причины к этому лежат на поверхности, а если меня спросить, то ситуация сразу изменится, потому что я проникнусь твоими хорошими о ней словами. Моя реакция и отношение — устоявшаяся константа и нет ей смысла менять направление. На то она и константа, Рейчел, — Билли сделал затяжку и опустил руку с сигаретой вниз. — Вижу я в этом особое раздолье для души. Нам всем пришлось немало вытерпеть, и я думаю, что цена за это не такая уж и большая, если учитывать, что я плачу её и по сей день. Поэтому моя жестокость и грубое отношение — благодать и снисхождение ввиду отдалённо родственных связей, а не наказание. Могло быть хуже. — А, да? — вскинула бровями Хендерсон. — Я-то думала, что это химерическое превосходство и желание мстить всеми доступными способами, лишь бы не открывать никому свои настоящие чувства. — Ой, — закатил глаза Билли. — Хочешь поговорить о чувствах? Давно ли ты открывала свои чувства кому-либо? Харрингтону, к примеру? Девушка выпрямилась и насупилась, сложив руки на груди. — Я говорю о связях родственных. Стив не мой брат. — А Макс не моя сестра, — возмутился Билли и сбросил пепел с сигареты. — Ваши игры с Харрингтоном заметны всем, кроме, полагаю, вас самих. Зная его, он бы и рад всё рассказать, потому что сам, как открытая книга, но не ты, — Харгроув усмехнулся, оглядев девушку. — Нет, ты не открытая книга. А если и открытая, то с вырванными страницами и перечёркнутыми на них буквами. Ты хочешь, чтобы он помучался. Хочешь, чтобы понял свои ошибки, но ты их не простишь. Ты редко прощаешь ошибки. По мне, так это та же жестокость, про которую ты мне твердишь. — В корне не верно. У меня нет никакого желания кого-то мучать. — Я и не говорил ведь, что осуждаю это, — поднял брови Билли. — Я поощряю барьеры и выстроенные преграды. Мне дай волю — я настрою километры таких баррикад. В твоём же случае, причина таких строений лежит не на поверхности и о ней я могу только гадать, но скажи, Рейчел, в чём разница между нашей с тобой жестокостью? Парень покачал головой и кинул сигарету на землю, затушив. — Едва ли она есть. В его словах она видела часть правды. Где-то узнавала себя и становилось мерзко от того, что кто-то это заметил, а она нет. Её невидимые барьеры Билли видел отчетливо и ясно, а оттого волнение снова поглощало и кирпич за кирпичом выкладывало новый уровень. Однако трещина меньше не становилась. Возможно, стене осталось недолго, сколь не ставь ты кирпичей. — В наших с тобой разговорах ты не так строг к нему, но в жизни всё меняется, — заметила она, взглянув ему в глаза. — Строг? — усмехнулся парень. — В выбивании пространства под солнцем нет места строгости или прочей лирике. Мне важно занять удобное положение в этом паршивом городе, и Стив просто попадается мне на пути. По крайней мере, это было так вначале. Сейчас я уже вошёл во вкус и слишком приятен мне этот ядовитый тандем. Неужели не поддержишь меня в этом рвении? Рейчел убрала лист бумаги обратно в карман и выдохнула. — Я всегда была на его стороне. Была в прошлом и даже сейчас остаюсь на ней. Вряд ли это поменяется. Билли с улыбкой кивнул и одёрнул куртку. — Тогда, может, в нашей с тобой жестокости и есть различия.***
Дома у Хендерсонов было тихо и пусто. Клаудия проводила вечер с Карен Уилер, распивая настойку, пылившуюся в шкафу, а Дастина носило где-то по очередным холмам леса в поисках связи для приёмника. Изобретение претерпело значительные изменения, и мальчик просто жаждал проверить его на производительность, а Уилл торжественно сопровождал его при каждом перебеге с кочки на кочку. Рейчел достала из холодильника последнюю пачку пудинга и разместилась на стуле в комнате. Всё вернулось туда, откуда начиналось: она, стол, разбросанные дела и рисунок Клары. Неразгаданная загадка, которая давалась совсем непросто. К этому добавилось потраченное впустую время на полянке в Мирквуде. Теория не подтвердилась и на поле нет ничего, кроме разве что травы и деревьев по округе, а ещё примятых крокусов. А, может, Элеонора и права. Может, нет в этом рисунке никакого смысла, и Билли действительно водит их за нос. А, может, пустила по ложному следу их как раз-таки Клара. Это уже, к сожалению, не узнать. Загадки совсем наскучили ей, и Рейчел спустилась вниз, набрав на трубке телефона знакомый номер. Голос с другого конца приветливо отозвался, озаряя лицо Рейчел непроизвольной улыбкой. — Ты уже дома? — спросила Элеонора, зевая. — Да, теория моя потерпела крах, поэтому я снова чахну над папками с делами. — Что за теория? — спросила Элеонора и начала что-то активно жевать. — Всё по поводу того листа Клары. — Ах, вот оно что, — сказала Элеонора и перекрутилась на кровати. — Я думаю, что смысла в этом рисунке нет никакого. Нужно искать вам другую зацепку. Я не верю Билли и его действия пока не убеждали меня в обратном. — Знаю, — Рейчел плюхнулась на кровать с трубкой в руке, и просунула одну руку под подушку. — Не могу справиться с мыслью, что это должно что-то значить. Клара не была одной из тех людей, кто мог просто бессмыслицу какую-то передать. Я почти уверена, что рисунок имеет значение. Не хочешь завтра вместе подумать? — А, — закряхтела Нора. — без энтузиазма, но, если ты угощаешь. Рейчел беззвучно улыбнулась и отвлеклась на звук входной двери внизу. Звонок был прекращён, трубка отброшена на стол рядом, а тело ежесекундно поднято с кровати. Девушка услышала громкий топот, поднимающийся по лестнице, и отварившуюся дверь комнаты брата. Следом распахнулась дверь и её комнаты, а в проходе появился запыхавшийся Дастин с рюкзаком на плече и пачкой любимого печенья в руках. — Сегодня я ночую у Уилла, — заявил брат и ринулся вниз. — Мама в курсе? — спросила Рейчел, спускаясь за ним. — В курсе, в курсе. Я только что был у Уилеров. Мы с Уиллом придумали, как усовершенствовать приёмник, чтобы не приходилось ползти на холм. Хотим испробовать. — Подбросить тебя? — Не-а, Стив здесь, — кинул брат и выбежал на улицу. Рейчел встала в дверном проёме, сложив руки на груди. Гордо подняла подбородок и оглядела родную фигуру. Он стоял в традиционной позе, опершись на машину. Заметил её сразу же и не смог больше отвести глаз, как бы этого не хотел. Они не сказали друг другу ни слова, не выказали ни единой эмоции. Один одного наградили лишь молчаливым взглядом, и парень сел в машину, сорвавшись с места. Вот теперь всё по-старому.***
Температура на улице впервые опустилась ниже летних пределов. Двенадцать градусов ощущались, как ранняя осень. С каждым днём тепла становится всё меньше, а к августу Хоукинс и подавно начнут одолевать проливные дожди, которые заставят горожан не высовывать носы из тёплых жилищ. Пошёл уже третий час, как Рейчел сладко спала. Девушка уснула с листком в руках, развалившись на кровати. Не успела раздеться и даже укрыться толком возможности не выдалось, потому что сон этот произошёл спонтанно. А от этого кожа скоро покрылась мурашкам. Рейчел открыла сонные глаза и с трудом продрала их. — Что за чёрт, — пробубнила она под нос, взглянув на развивающийся на окне тюль. Оно было слегка приоткрыто и холодный ветерок наполнил комнату одолевающей кожу прохладой. Она и не помнила, как открывала окно. Привычки за собой такой не имела и вряд ли открыла бы. Рейчел задвинула окно на защёлку и потёрла плечи, снова нахмурившись. По полу тянуло. Тянуло сильно и морозило босые ноги. Если и могла она каким-то странным образом открыть окно у себя в комнате, то внизу его точно никто не открыл бы. Миссис Хендерсон не выносила холод, а потому окна на первом этаже никогда не имели свойства быть открытыми. Рейчел приоткрыла дверь комнаты и выглянула. Внизу абсолютно не горел свет, а сквозняк долетал даже до верха, охлаждая дом. Комната Дастина была распахнута так же, как он её и оставил. Матери по всем признакам не было дома, ведь если бы и была, то давно закрыла бы источники холода. Рейчел выпрямилась и сделала шаг за пределы комнаты. Девушка была не из смелых. Или из смелых, но точно не всегда, а в случаях исключительных и весьма необходимых. Не любила риски, потому что такие вещи всегда приносили ей парочку новых шрамов. Но делать было нечего и необходимость спуститься вниз взяла верх. Она наступала на пролёты лестницы аккуратно, стараясь не издавать лишнего звука. Осторожно спустилась на этаж ниже и оглядела комнату. Кухня и прихожая были поглощены в темноту, которая рассекалась светом уличного фонаря. Окна настежь распахнуты и мамины шторы хаотично развиваются под действием ветра. Наистраннейшая ситуация за последнее время. Рейчел ринулась к окну и спешно его закрыла. Проверила защёлки несколько раз и поправила тюль. Затем проверила входную дверь, убедившись, что всё закрыто, и развернулась, чтобы направиться к двери на задний двор, но остановилась. Остановилась, будто в землю вкопанная, и не могла пошевелиться несколько секунд. На столе стояла средних размеров коробка. Обычная картонная, без уникальных на ней знаков и маркировок. Не залепленная скотчем, а просто немного прикрытая. Откуда бы ей взяться ночью у Хендерсонов дома — загадка. Очередная и уже так ненавидимая Рейчел. Если она её здесь не оставляла, а матери и Дастина дома нет, то при каких обстоятельствах могла она появиться на обеденном столе? Девушка медленно подошла к столу и провела рукой по периметру коробка, совсем на миллиметр сдвинув его. Потом ногой почувствовала на полу что-то мокрое и тёплое, наступив в это, и тут же скривилась, приподняв ногу. Похоже было на что-то густое и странного запаха, как сироп или растаявшее мороженое, но совсем не это. Она провела рукой по ступне и поднесла её к лицу, сморщившись теперь ещё сильнее. Резко раскрыла коробку и отскочила прочь. Кожа сразу же побледнела, а в ушах от испуга зазвенело до потери слуха. Это стало первым предупреждением.***
Поздно ночью в его доме зазвонил телефон. Парень резко раскрыл глаза и потёр переносицу. Покосился на трубку, висевшую на стене, которая не собиралась прекращать звонить, и с трудом поднял тело с дивана, на котором уснул за бездумным просмотром телевизора. Стив медленно подошёл к трубке и снял её, опершись на ближайшую стену. На другом конце — разбитый родной голос, который взбодрил его в то же мгновение. Голос, который заставлял трезветь и возвращал чистоту разуму. Голос, который смог бы заставить его ехать куда угодно, ежели возникнет необходимость. А потому куртка была схвачена, и машина отправилась в знакомом направлении. Он заметил её ещё на подъезде к придомовой территории. Девушка сидела на ступенях снаружи и постукивала ногой, на которой не было обуви. Одна рука была отведена вперёд, а другая сжимала плечо. Она поднялась сразу же, как увидела его, остановившего машину. — Цела? — спросил он, подходя к ней, и брови парня вдруг поднялись вверх от удивления. С руки её капала густая кровь. Одежда местами испачкана ровно в это же, а босые ноги так же выпачканы кровью. Его губы тряслись в попытке что-то сказать, но всё, что он мог, это лишь судорожно оглядывать девушку. — Это не моя, — сказала она, опустив руки вниз. — Она не моя, Стив. Спустя мгновение Харрингтон тоже стоял над коробком в кухне Хендерсонов. Оглядывал прохудившийся угол, с которого капала жидкость с характерным для неё запахом, и покусывал губу, раздумывая над тем, что видел перед собой. Затем открыл её и прикрыл рот рукой, скривившись от увиденного. В коробке меж тем — мёртвая туша. Не человеческая, но от сего факта не легче. Кто-то прислал это Рейчел с надеждой, что предупреждение будет понято, но оно только заставляло задаваться вопросами. Загадка содержимого таинственного коробка была разгадана, но тут же напрашивалась новая — кто и зачем? Стив потёр лицо руками и развернулся к девушке, которая стояла поодаль от него в углу комнаты. — Давно это здесь? — Я не знаю, — ответила она, покачав головой. — Часа три, может, три с половиной. — Этого не было, когда я забирал Дастина, верно? Рейчел отрицательно покачала головой и прикрыла глаза. — Послушай, я знаю не больше, чем ты. Нашла его вечером, когда спустилась закрывать окна. Кто-то был дома, внутри. Кто-то заходил сюда, открыл все окна. Кто-то был и в моей спальне, но ничего со мной не сделал. Ничего не забрал и не трогал. Только оставил коробку и будто испарился. Слушать это ему было невыносимо. Невыносимо, потому что в голове возникали представления о возможном исходе, и от этого становилось плохо. Видеть её окровавленные руки и бледную кожу было мучительно и больно, но иметь возможность быть рядом Стив ценил сейчас больше, чем что-либо. — Рейч, — подошёл он и взял девушку за запястья, не касаясь выпачканных участков. — это нужно немедленно смыть. Вымыть начисто и с мылом. Сменить одежду и успокоиться тоже необходимо. Я вынесу это отсюда, а ты смоешь кровь с рук, мы договорились? Хендерсон ничего не ответила, водя глазами по его груди, но смотрела будто куда-то сквозь. — Рейчел, — тише сказал он, притянув её за запястья ближе к себе, и наклонился к лицу. — Рейчел, мы договорились? Она перевела на него свой взгляд и кивнула, после чего руки парня нехотя всё же отпустили тонкие запястья, и она направилась наверх.***
— Внизу чисто, — сказал парень, зайдя в комнату к Рейчел. — Коробку вынес, а кровь с пола и стула вытер. Думаю, нигде не осталось. Но помещение лучше проветрить, потому что запах остался. — Я не понимаю, как не услышала, — продолжала она, стоя у стола. Рейчел держала руки сложенными на груди и настойчиво кусала губы, бегая глазами. — Я не понимаю, как не услышала. Я слышу каждый шорох в доме, знаю каждый звук, а открытие входной двери или окна точно бы услышала. Окна можно открыть только изнутри, а поэтому, чтобы попасть внутрь, нужно было пройти через дверь. И входная, и задняя дверь были замкнуты. Ключ у меня, мамы и Дастина. Дастин у Уилла, мама до сих пор у миссис Уилер, а я спала и дом точно не отмыкала. Подняться ко мне можно по лестнице, которая скрипит, если ты не знаешь, куда нужно наступить, и скрип этот я слышу всегда. Даже сейчас, — она развернулась к парню. — Я слышала, как ты поднимался, потому что ты не знаешь, в каком месте они не скрипят. Но даже если бы я и не услышала ничего из этого, то открытие окна в моей комнате я услышала бы абсолютно точно. Если только, — сказала она и остановилась, сощурившись. — Если только что? — спросил Стив, нахмурившись. Рейчел взглянула на окно и снова развернулась к Харрингтону. — Если только не зажать его правый угол. Окно моё тоже издаёт скрип, но только в том случае, если просто раздвинуть его. Если же прижать рукой раму справа, то скрип пропадёт. Об этом знаю только я и, получается, теперь ты, но, полагаю, что есть и третий знаток. — Ты уверена, что ничего не пропало? — кивнул Стив в сторону стола. — Уверена абсолютно. Вокруг документов границы пыли, потому что я их не двигаю совсем. Всё лежит там же, где и лежало. Стив, — перебила она собирающегося сказать что-то парня, остановив. — Я знаю, что этого мало, но спасибо. Что приехал и помог. Я не думала, что ты и трубку то возьмёшь. Парень кивнул головой и усмехнулся. — Признаться, я удивился, что ты позвонила именно мне. — Кому ещё я могла позвонить? — непонимающе спросила Рейчел, и Стив сжал губы в ответ. Вопрос такой поставил его в самый конечный тупик. И не от количества вариантов ответа на него, потому что их как раз было предостаточно, а потому как она эти возможные ответы, кажется, в упор не видела. — Джонатану, — осторожно сказал Стив. — Элеоноре, в крайнем же случае Нэнси. Теперь его ответы опешили её. А ведь действительно, вероятнее всего был бы звонок Джонатану или Элеоноре. Они первые, о ком девушка обычно думала в моменты такого сокрушающего стресса, но, получается, не этой ночью? Этой ночью испуганное и отчаявшееся сознание приказало набрать именно ему. Не предложило других вариантов и даже думать запретило. А ведь Джонатан и Элеонора так же сорвались бы к ней, не раздумывая ни секунды, но позвонила она всё равно Стиву. — Хей, — сказал он на полтона тише, взяв её за руку, и притянул чуть ближе. — Я ведь не противлюсь этому. Хорошо, что позвонила. Я ни секунды не стал бы думать о таком и приехал бы даже в случае, если от моего сердца совсем ничего не осталось бы. Я рад, что ты позвонила мне. Его ладони обхватили её лицо, поглаживая большими пальцами горячую кожу. Стив убрал непослушную прядь волос за ухо, проведя по шее, а на ключицах его рука соскользнула прочь с тела. Парень прижал её к себе, и она глубоко вздохнула, глотнув уже такой, кажется, родной запах мужского одеколона. Бешено рвущееся наружу сердце постепенно успокоилось и дыхание выровнялось под его тёплыми руками. Стив положил левую щёку на макушку Рейчел и невольно нахмурился. — Это тот рисунок? — спросил он, смотря на стол девушки. Рейчел отодвинулась и повернулась к документам. — Да, то, что Клара дала Билли. Я думала сначала, что это расположение предметов в определённом месте, но нет. — Похоже на координаты, — усмехнулся парень и встретил серьёзный взгляд девушки. — Что ты сказал? — Ну, — сглотнул он. — координаты, знаешь. Я в детстве такие рисовал, ты вряд ли помнишь уже, — Стив взял рисунок в руки и развернул к ней. — Рисуешь точки на листе, а каждая из них соответствует определённой точке на карте. Так получается зашифрованная карта. Можно что угодно здесь заключать, в точках этих. Рейчел выхватила рисунок и снова вгляделась в него. Как можно было не подумать об этом? — Стив, — сказала она, садясь за стол. — В комоде за дверью, третий ящик снизу, лежит карта Хоукинса. Возьми её и иди сюда. Парень последовал указаниям и достал из выдвинутого ящика свёрнутую втрое карту. Он развернул её и разложил на полу. — Держи, — Рейчел передала ему фломастер и взяла охапку дел со стола. — Так, первое дело, его отложим пока. Второе — молодая пара. Мужчина был найден на западе Хоукинса, слева от Мирквудского шоссе, отмечай. Женщина чуть поодаль, через триста пятьдесят метров, — парень нашёл точку и отметил фломастером. — Далее девушка в пригороде Хоукинса, рядом с аллеей. Мальчик — Мирквудская поляна около заброшенной шахты. Лорелайл — округа Мирквуда левее пятидесятого шоссе, далее чуть вниз мимо устья и налево. Да, вот эта поляна. Что выходит? Парень развернул карту и Рейчел бегло оглядела рисунок и карту, сравнивая. — Вот, что Клара рисовала. Она хотела дать нам координаты всех мест. Смотри, если сравнить её рисунок с тем, что ты отметил, то изображения идентичные. Даже масштаб соблюдён. Остальные три точки с рисунка можно поставить, опираясь на него. Одна из этих точек принадлежит Барб, но её тело так и не нашли. Я полагаю, что она просто на другой стороне в этой же точке. Какой из трёх — не знаю. — А что с Кларой? Рейчел замолчала и раскрыла дело девушки. — Клара умерла в госпитале, но его нет на точке. Вот, кто не подлежит счёту. Он не считает её, но почему. Я не знаю. — Ты говоришь, что одна из трёх точек принадлежит Барб, а что с другими двумя? — Две другие ещё не произошли. Он планировал восемь смертей. Осталось две. Почему Клара не подлежала счёту и от чего отделяли их две не произошедшие точки? Загадки становились всё ожесточённее, а пыльный кукловод сделал свой ход. Пора дать ответ.
