Обречена на выживание

Драко самому не верилось, что он явился с пустыми руками… Ему нечего было сказать Тёмному Лорду. Если бы он не был настолько подавлен, то обезумел бы от страха. Вместо этого он как можно спокойнее сообщил о ситуации, ясно ощущая, насколько Тёмный Лорд им недоволен, и это «недоволен» было сказочным преуменьшением. Тёмный Лорд наблюдал за ним пристально, словно насквозь просвечивал одним лишь взглядом. И Драко сумел выдержать этот взгляд. Метания и прочие проявления слабости среди своих последователей повелитель не ценил, даже если многие считали иначе. Драко с уверенностью мог это сказать. С годами он научился угождать Тёмному Лорду. Вот только сегодня… сегодня он потерпел неудачу. Как в тот раз с Дамблдором. Да в пекло всё! В тот раз ему хотя бы удалось впустить Пожирателей в замок. Он впился ногтями в ладонь, чтобы немного снять напряжение. Лишь бы не показывать страха в присутствии господина. — Я не привык разочаровываться, — внезапно произнёс Тёмный Лорд, занимая своё кресло в центре зала, отчего стал выглядеть как правитель государства, кем, по сути, и был. — От тебя, Драко, я не ожидал такого, — почти ласково продолжил он. — Разве ты больше не хочешь услужить своему владыке и повелителю? «Чёрт бы побрал эту Грейнджер», — мысленно выругался Драко и почти с благоговением склонил голову. — Я могу только смиренно просить пощады. У него не было туза в рукаве — за это он ещё сильнее ненавидел Грейнджер. Он сразу ощутил боль, когда Тёмный Лорд навёл на него палочку. Драко никак не мог с ней совладать. Он упал на колени и так крепко сжал челюсть, что боялся, что та может треснуть. Когда боль утихла, он снова смог нормально дышать, продолжая стоять на коленях и опираясь руками о ледяной пол. — Я ожидал от тебя большего, Драко, — пренебрежительно произнёс Тёмный Лорд. — Гораздо большего. Возможно, я переоценил твои способности. Ни в коей мере. Он был одним из лучших в этой области. — Милорд, — послышался знакомый льстивый голос, и Драко лишь поднял взгляд: он всё ещё не мог двинуться с места. Северус по прежнему стоял рядом с Тёмным Лордом. До этого он не проронил ни слова. Ничего не произнёс. Ни полсловечка. Никоим образом не поддержал Драко. — Данные мисс Грейнджер ещё в Хогвартсе были исключительными. Её ментальные способности не идут ни в какое сравнение с возможностями Драко, — Неужели Снейп только что заявил, что Драко туповат для неё? — Я предполагаю, что ваши магические способности тоже… — Северус продолжил свою речь так, словно говорил о погоде. — Теперь же они ещё более значительны. — Это мы и так знали, — парировал Тёмный Лорд. — Поттерская грязнокровка и её острый как бритва ум — ничего нового. Конечно, о ней знали все. И все считали, что она сыграла значительную роль в том, что Орден так долго мог оставаться на плаву. — Думаю, что пытками мы от неё ничего не добьёмся. Все мы не раз становились свидетелями того, что в других случаях Драко добивается более чем приличных результатов в этой области. Тёмный Лорд фыркнул. Когда Драко понял, что сможет подняться, он так и сделал. Каждая мышца у него горела, но он ни разу не поморщился. — Что же ты предлагаешь? Северус, казалось, мимолётно поймал взгляд Драко. — Позвольте мне проверить её разум. Возможно, она ничего и не скрывает, а просто водит нас за нос. — Если окажется, что всё так и есть, то она для нас бесполезна, — пренебрежительно произнёс Тёмный Лорд, выглядя далеко не обрадованным. — И значит, к нам в руки попал очередной никчёмный член Ордена. И они ни на шаг не приблизились к Поттеру. — Не совсем бесполезна, — сказал Снейп, и взгляд Драко метнулся к бывшему учителю. — Гермиона Грейнджер была и остаётся самым близким человеком для Гарри Поттера. Даже если у неё нет полезной информации для его поимки, она всё ещё ценна для Ордена и, что более важно, для Гарри Поттера. Тёмного Лорда, казалось, заинтересовала эта мысль, и Драко почувствовал, как в нём всколыхнулась ненависть. Он прекрасно осознавал, что Снейп в данный момент делал. Он реализовывал идею Драко и преподносил её Тёмному Лорду как собственную. — Думаешь, Поттер настолько глуп, что попытается освободить её? — размышляя, произнёс Тёмный Лорд. — Я думаю, никто не знает этого наверняка. — Мог ли Поттер совершить такую глупость? Драко бы сказал, что да. Золотой мальчик всегда ставил благополучие других выше собственного. Именно так и поступал Святой Поттер. — Но даже если это не так, неплохо осознавать, что при необходимости мисс Грейнджер окажется на нашей стороне. Драко фыркнул, и оба волшебника посмотрели на него. — Северус, мне кажется, наш юный друг смотрит на ситуацию иначе. — Грязнокровка не глупа. И у неё есть свои принципы. Она никогда не предаст Поттера. Даже собственную жизнь она не ценит так высоко. — Собаки тоже верны своему хозяину. В конце концов, именно из его рук они и получают еду, — продолжил Снейп. — Давайте подождём и посмотрим, как долго устоят принципы мисс Грейнджер, если её жизнь будет зависеть от другой руки. Снейп загадочно улыбнулся, и Драко вовремя прикусил язык, чтобы не ляпнуть лишнего. Тёмный Лорд, казалось, обдумывал эту идею. — Пусть так. В случае с ней мы ничего не теряем, — произнёс Волдеморт. — Северус, проверь её воспоминания, когда представится возможность. Снейп еле заметно кивнул. — А ты, Драко, будешь присматривать за ней. — Драко крепко сжал челюсть. — Теперь ты отвечаешь за её сохранность. Это ясно? — Да, милорд, — ответил он, и когда Тёмный Лорд указал ему на дверь, Драко развернулся и вышел. Он покинул огромный тёмный зал. И ему следовало уйти из этого крыла дома. Вместо этого он задержался у входа, рассержено меряя шагами коридор и игнорируя бормочущие портреты своих предков. Он и раньше не особо разговаривал с портретами, но с тех пор, как здесь поселился Тёмный Лорд, те почти полностью перестали общаться с людьми. Снейп нанёс ему удар в спину. Чёртов предатель. Вначале отверг его идею, а потом преподнёс её как свою собственную. Вот же чёрт! Когда дверь снова открылась, Драко обернулся и увидел Снейпа. — Гнусный предатель… — злобно зашипел Драко, на что Снейп никоим образом не отреагировал. — Не понимаю твоего недовольства. Разве не этого ты хотел? Драко зло фыркнул. — Но вы обставили всё так, словно это ваша идея. Когда говорили, что использовать Грейнджер в качестве приманки бессмысленно. Говорили… — Я только что спас твою жизнь, — перебил его Снейп, и Драко наигранно рассмеялся. — Мою жизнь? Неужели Тёмный Лорд убил бы меня из-за этого? — Вполне бы мог. Как и в будущем, если вдруг окажется, что и в качестве приманки Грейнджер бесполезна, а идея исходила от тебя. Так что держи рот на замке и не ставь под сомнение мои действия. Драко всегда и во всём сомневался. Без исключений. — Ложь, — произнёс он. Лицо Снейпа не дрогнуло. — Драко, ты до сих пор не понял, что я тебе не враг. — А вы до сих пор не поняли, что я уже не ребёнок, — прорычал Драко. — У меня нет времени спорить с тобой. И нет времени на эти детские подковёрные игры, — добавив это, Снейп развернулся и стал удаляться. Драко подавил желание пустить в него заклинанием. Он знал, что в поединке у него нет ни единого шанса против Снейпа. — Путь к темницам вниз по лестнице! — крикнул Драко, и Снейп обернулся. — Мне нет надобности идти в темницы. Драко нахмурился. — Тёмный Лорд сказал, что… Снейп снова перебил его: — Что я должен проверить воспоминания Грейнджер. Но не прямо сейчас. У меня есть более важные дела. Будь добр, позаботься о том, чтобы она дожила до того момента, когда я приду, и не оказалась продана в какой-нибудь бордель, как мисс Лавгуд. Сжав кулаки, Драко смотрел вслед удаляющемуся Снейпу, пока тот не покинул поместье, выйдя через центральный вход. Продана. Драко за это дорого заплатил и позаботился о том, чтобы всё выглядело так, как будто чокнутую продали в какой-нибудь лондонский бордель. Так закончили многие пленницы. В разных заведениях, где продают секс за сходную цену, или у некоторых волшебников, которые позволяют себе роскошь держать личных рабынь. Мерзко. Он поднялся на второй этаж. Несколько раз свернул, идя по коридору, пока не оказался в своих комнатах. Попав туда, он с досадой захлопнул дверь, пнул ботинки в угол и зашёл в спальню, чтобы достать бутылку. Судя по всему, эльфы уже заменили разбитый стакан. Драко наполнил новый и отпил из него так, что тот оказался наполовину пуст, после чего звучно поставил его на столик и рухнул навзничь на покрывало. Проведя рукой по лбу, он почувствовал, что его мышцы всё ещё подрагивали после Круциатуса, и попытался расслабиться, чтобы избавиться от тремора и чтобы снова взять собственные эмоции под контроль. Его вспышка гнева по отношению к Снейпу. И по поводу Грейнджер… Эта грязнокровка всё равно выведет его из себя. Без сомнений. Слишком многое стояло на кону. Когда ярость улеглась, он сделал несколько глубоких вздохов. — Хозяин… — через некоторое время послышался голос эльфа, и Драко раздражённо закатил глаза к потолку. — Что случилось? — эльфийка ничего не ответила, что заставило Драко немного приподняться. — Говори уже, или я сверну тебе шею. Что случилось? Эльфийка переминалась с ноги на ногу. — Мисс… — начала она, и у Драко мелькнула мысль, что Грейнджер умерла. Не зашёл ли он слишком далеко? Может, ему не следовало оставлять её в таком состоянии. Он не знал, смеяться ему или плакать. Но его почему-то забавляло, когда он представлял, что придётся сказать Снейпу о том, что Грейнджер умерла. Мерлиновы трусы, он просто начал сходить с ума, вот в чём дело. — Что с ней? — спросил он уже сдержаннее. — Она умерла? Эльфийка выглядела взволнованной, но покачала головой. — Нет, господин. — Фух, слава богам, он почувствовал облегчение. — С ней не всё в порядке. Но она не мертва, хозяин. Драко упал обратно на кровать. — Тогда чего же ты хочешь? Говори уже. — Либби подумала, не нужно ли принести мисс поесть. Хозяин запретил что-либо делать. Драко несколько мгновений смотрел в потолок. Он должен был что-то сказать. У него не было никаких чётких указаний на её счёт. — Нет. Никакой ей еды. — Но… Драко резко сел, и эльфийка испуганно отпрыгнула в сторону. — Я сказал, никакой еды. Ясно? — Да, хозяин. Как прикажет хозяин. — Выполняй свою задачу и незаметно следи за её камерой. Ты поняла? Эльф молча кивнула и тут же исчезла. Драко позволил себе снова упасть в мягкую постель. Он потёр ноющий лоб. Сон. Ему требовалось хорошенько выспаться. Разве это безумие не могло наконец закончиться?

***

Когда Гермиона пришла в себя, она лежала на холодном полу и даже не могла пошевелиться. Она снова почувствовала во рту странный привкус. Кровь. Первый глубокий вдох она сделала лёжа на животе, потому что не могла подняться. И было такое ощущение, словно у неё переломаны рёбра. Этот симптом она хорошо знала. Именно так ощущаешь себя после Круциатуса. Вначале она смогла пошевелить лишь пальцами, и ей потребовалось целых десять минут на то, чтобы сесть и переползти к своему матрасу. Она свернулась калачиком и каким-то образом смогла пережить дрожь и судороги мышц в течение следующих нескольких часов. Гермиона почти не спала, ожидая, что Малфой снова появится. Больной ублюдок, который пытал её до потери сознания. Разве он не мог просто положить всему этому конец? Покончить со всем? Разве он не понимал, что она ни за что не предаст своих друзей? Она была убеждена, что он вот-вот объявится, но он не пришёл. И никто не пришёл. Даже еды не принесли. Но Гермиона и не подумала бы на это жаловаться. Единственное, что она слышала, — крики других заключённых, когда их пытали или уводили, а ещё шаги Пожирателей смерти, совершавших обход. Но к её камере никто не приближался. Даже на следующий день не появился ни Малфой, ни кто-то из эльфов, и ей снова не принесли еды. Возможно, это была новая тактика Малфоя. Может быть, он хотел сделать её сговорчивей. Морить её голодом, пока она не сдастся. Она закрыла глаза и снова свернулась калачиком. Она не собиралась сдаваться. Если он решил морить её голодом, то пусть так. Она сжала и разжала пальцы и попыталась согреть их собственным дыханием. Те были ледяными, и Гермиона подумала, что, возможно, это Круциатус так повлиял на кровообращение. Она пыталась вспомнить, читала ли что-то об этом, но ничего не приходило в голову. Так, словно… в её памяти появились пробелы. Это ещё сильнее встревожило её. Она попыталась себя успокоить, что всё это вызвано её нынешним состоянием, а не тем, что её разум понёс непоправимые повреждения. Возможно, она просто замёрзла, потому что в подземельях стоял собачий холод. Гермиона обхватила себя руками и закрыла глаза. Ей хотелось поспать, но было чертовски холодно, и она ужасно себя чувствовала. То ли от Круциатуса, то ли от голода, она уже не могла разобрать. Как человек может стать таким? Как Малфой стал таким? Услышав шаги, она еле подняла голову, явно ожидая увидеть Малфоя, но это был не он. Гермиона почувствовала, как напряглась всем телом, когда поняла, что на неё устремлён взгляд тёмно-карих глаз. Что говорила Луна? У него тёмная аура. Гермиона едва осмеливалась дышать. Она почувствовала, как внутри неё зародился ужас. — Где же твоя светловолосая подружка? — спросил он так, словно интересовался погодой. Гермиона поджала губы и увидела, как мужчина склонил голову немного набок. — Не можешь говорить? Она мгновение колебалась. — Её забрали. Я не знаю куда. Он сильнее наклонил голову. — Очень жаль. Он пугал её. В нем действительно было что-то жуткое. Так, как и говорила Луна. — Мы собирались поразвлечься с твоей подругой. Гермиона с трудом сглотнула. — Мы? — Я с друзьями. То, что её теперь нет, портит наши планы. Гермиона приподнялась, опираясь на стену, когда Рабастан Лестрейндж отпер дверь камеры. Страх леденил душу. В данный момент она мечтала, чтобы появился чёртов Малфой.