Обречена на выживание

Она стала его зависимостью. Как запретный плод, которого, он думал, никогда не получит. И теперь, дорвавшись до него, никак не мог насытиться. Адекватно ли это было? Конечно, нет. Всё шло наперекосяк. Это очевидно. И что, разве он перестал спать с Грейнджер? Вовсе нет. Он ложился с ней каждую ночь… и наблюдал за тем, как она спит. Он позволял всему этому случиться. Всему тому, от чего ему потом будет только больнее. А ещё Грейнджер, вероятно, убьёт его собственными руками, когда придёт в себя. Или её друзья возьмут эту роль на себя, когда узнают, что он сделал с Грейнджер. От этих мыслей у Драко начиналась мигрень. Он запрокинул голову, подставив лицо под струи воды в душе. Почему ему было необходимо так мучить себя? Оставалось всего несколько дней, подумал он, вытираясь, и стал одеваться. Андромеда сообщила, что Орден уже определился с датой и местом встречи. Скорее, сделки. Он доставит им Грейнджер, а они отпустят его. Выгодная сделка. Его свобода за Грейнджер. Но он чувствовал себя опустошённым. В последнее время Драко всё чаще и чаще задумывался о том, чтобы не явиться на встречу, хоть и понимал, что это полнейшее безумие. Грейнджер с этим так просто не смирится. Глупое и очень наивное желание, Драко и сам это прекрасно понимал. Что ему делать с Грейнджер? Навсегда остаться с ней в этой квартире и трахаться до потери сознания… или пока они не состарятся и не умрут? На самом деле вариантов не было. Кроме того, теперь он не сможет её защитить. Теперь всё по-другому. Он предатель. Разыскиваемый Пожиратель смерти в бегах. Рядом с ним она никогда не будет в безопасности всё то время, пока будет править Тёмный Лорд. С Орденом ей будет безопаснее. По крайней мере, он на это надеялся. План был составлен, и не стоило от него отклоняться только потому, что он пристрастился заниматься с Грейнджер сексом. По крайней мере, к такому выводу он пришёл, выйдя из ванной. Но он почти снова позабыл о своём решении, когда увидел, как она, подтянув к себе одну ногу, сидела за обеденным столом, а перед ней вместо завтрака лежала открытая книга. Вот что она делала постоянно, когда не спала: читала. Она подняла взгляд и улыбнулась. — Я уже подумала, что ты заснул в душе… — Он молча закатил глаза. — А твой чай из-за этого остынет. — Драко потянулся к чайнику, который всё ещё был горячим. — Надеюсь, ты не позволила ему слишком долго завариваться? — Я прекрасно знаю, что чёрный чай нельзя заваривать слишком долго. Но не понимаю, почему по утрам ты не пьёшь кофе. — Привычка, — коротко сказал он. Не то чтобы он не любил кофе, но чай неизменно должен стоять на столе за завтраком. — Грейнджер, — тихо произнёс он, намазывая джем на булочку. Гермиона по-прежнему склонялась над книгой. — М-м-м, — отозвалась она, не поднимая глаз. — Убери книгу и ешь нормально. Он терпеть такого не мог. — Сейчас такой увлекательный момент, — возразила она, поднимая на него взгляд. — Сможешь дочитать после завтрака. На сегодня нет грандиозных планов, у тебя для чтения весь оставшийся день. Она демонстративно закатила глаза и захлопнула книгу, после чего взяла чашку и отпила кофе. — У тебя отличный вкус на книги, — сообщила она, когда он откусил булочку. Драко пожал плечами. — Я просто люблю читать. — Это стало его хобби. Возможно, потому, что в детстве он часто чувствовал себя одиноко в огромном пустом особняке. Конечно, когда Блейз или кто-то ещё из друзей приходили поиграть, время пролетало незаметно. Или если его мать не была занята, Драко считал такой день отличным. Но бывали и другие дни, когда ему приходилось сидеть в одиночестве, не представляя, чем заняться. Тогда он начал читать. Захватывающие истории о легендарных героях, сражениях и войнах. О магических существах. Дальних странах и их обычаях. Он с головой погружался в эти миры, и ему это нравилось. Книга, от которой не могла оторваться Грейнджер, рассказывала о путешествиях и открытиях алхимика шестнадцатого века. — Если она тебе так нравится, можешь оставить себе, — между делом сказал он. Она широко распахнула глаза, после чего довольно неубедительно рассмеялась. — Ты ведь это не серьёзно? Драко небрежно пожал плечами. — Почему нет? — Я не могу её принять. Он приподнял брови. — Это моя книга, если я хочу подарить её тебе, то совершенно спокойно могу это сделать. Что тут такого? Это же просто книга. Она даже не была особо ценной, и если её это порадует… Она улыбнулась. — Спасибо. Он раздражённо покачал головой. — Ладно. Ешь уже, Грейнджер. Не заставляй тебя кормить. Она оставалась ужасно худой, но выглядела уже значительно лучше. Теперь она не была настолько бледной. У неё исчезли круги под глазами. И в целом она выглядела более здоровой, но всё же не настолько, как до плена. Но за предстоящие пару дней вряд ли удастся добиться прогресса, подумал он, убирая со стола после завтрака. Даже если он станет кормить Грейнджер по часам. Драко опёрся на кухонный гарнитур. Скоро их дороги опять разойдутся. — Драко? — позвала она, и он повернулся. — Как думаешь, твоя тётя скоро выйдет на связь? Она говорила об Андромеде. — Это может случиться в любой момент. — Он каждую минуту был начеку. И, конечно, это случится ещё в уходящем году. — Я думаю… — размышляя, начала она, — нам следует кое о чём договориться. — Договориться? — раздражённо переспросил он. — Да, — коротко ответила она. — О том, что мы скажем Ордену. Что ты будешь говорить… Он перебил её, качая головой. — Я не собираюсь там ни о чём лгать. Грейнджер покраснела. — Я и не предлагала тебе… лгать. Просто… — она пыталась подобрать слова. У Драко бровь поползла вверх. — Преподнести всё красиво? — Ему показалось, что к этому она и клонила. Что было абсолютно бессмысленно. Дальше им в разные стороны. Он не останется в Ордене. — Я бы так это не назвала, — возразила она, прикрыв веки. — Тебе просто не обязательно рассказывать всё по порядку. — Он фыркнул. Ясно, что она хотела. — Значит, мне лучше начать с того, что я оградил тебя от Лестрейнджа. И спас? — Он подошёл, и она подняла на него взгляд. — Это… произвело бы хорошее впечатление. А ещё лучше, если бы он и вовсе опустил тот факт, что часами пытался проникнуть в её разум. И пытал её. — Ты считаешь, что в Ордене все такие глупые? — О нём знал каждый. — Моя репутация всем отлично известна. — Которая оказалась блефом? По крайней мере, ты сам так сказал. Он фыркнул и бросил на неё надменный взгляд. — Тогда, может быть, мне начать свою речь с того, чем мы здесь занимались? Она снова покраснела. — Драко, — пробормотала Гермиона. И он приподнял её подбородок, заставляя её посмотреть на него. — Я серьёзно, Грейнджер. — Расскажет ли она кому-нибудь об этом? Или будет молчать, храня всё, как грязную тайну? Уизел сразу же захочет его кастрировать. — Или ты вечно будешь это скрывать? — тихо спросил он. Для неё бы так было лучше. Она посмотрела на его губы, и он ухмыльнулся, после чего наклонился и поцеловал её. Последний раз, должно быть, в сотый раз пообещал он себе. Ещё один раз её поцеловать. Прикоснуться к ней. Быть с ней. Грейнджер ответила на поцелуй, и их языки встретились. Он крепче прижал её к себе. Она сводила его с ума. — Драко, — тяжело прошептала она, когда он прижал её к столу. Его пальцы зудели от желания прикоснуться к ней. Заставить её со стоном произносить его имя. Это было самое эротичное, что он слышал, то, что больше всего сводило его с ума. Он с лёгкостью снял с неё брюки и свитер и ловко избавился от её трусиков, после чего прижал её спиной к столу и развёл ей ноги. Она прикусила нижнюю губу, когда он ввёл в неё два пальца. Гермиона ахнула и прогнулась в спине. Он будет скучать по этому. Возможно, даже сильнее, чем по собственной свободе. Намного сильнее, подумал он, доводя её до оргазма. Эрекция ощутимо пульсировала, когда он стянул штаны и трусы. Драко накрыл её губы поцелуем, погружаясь в знакомое тепло её тела. И они оба задышали чаще. Стол предательски поскрипывал, сдвигаясь по полу, когда он ритмично входил в неё. — Драко… — протяжно, со стоном произнесла она, немного приподнимаясь к нему и цепляясь за ворот рубашки. Тянула его к себе. Он услышал, как отскочило несколько пуговиц. Они покатились по полу. Гермиона пыталась прижаться к нему сильнее. Она станет его падением, он всегда это знал. Не прекращая ритмичных движений, он стянул вниз её лифчик и расстегнул его. Прижал её к столу поцелуем и переключился на шею. Её пальцы запутались в его волосах. Потянули за них. Они лишь глубже закапывали себя. Они оба просто сумасшедшие. Они, как в приступе бешенства, неистово двигались навстречу друг другу, когда она кончила. Он впился ей в бедро, крепче прижимая к себе, вошёл в неё и тоже кончил. Пока он восстанавливал дыхание, она обняла его. Её пальцы скользили по его плечам и спине, когда волны оргазма покидали его тело. Он был ошеломлён. Драко поднял голову, чтобы посмотреть на неё. Её карие глаза всё ещё были тёмными и полными возбуждения. Пот бисеринками блестел на её лице, шее и на груди. Её губы припухли и покраснели. — Драко, — нежно прошептала она, и что-то в его груди болезненно сжалось. Но прежде чем она успела ещё что-нибудь сказать, он снова поцеловал её. Нежно и трепетно. Он сможет её отпустить. Нет, он должен будет это сделать. Ради них обоих. Даже если она потом возненавидит его за такое решение. И, как тревожное предзнаменование, раздался стук в окно. Драко поднял голову и узнал птицу Андромеды.

***

Она нервничала, хотя всё шло по плану. Должно быть, в сотый раз она обошла спальню, чтобы посмотреть, не забыла ли что-нибудь из своих вещей. Её вещей… Она чуть не рассмеялась. Это была одежда, которую ей купила Нарцисса. Но в комнате ничего не было. Она снова задвинула пустой ящик потёртого комода и подняла взгляд, когда в дверном проёме появился Драко. — Ты готова? Была ли она готова? Она и сама понятия не имела. Гермиона нервничала от волнения, что наконец вернётся в Орден и увидит своих друзей. Но ещё её сковывал страх, когда она думала о том, что Орден сделает с Малфоем. Но она сможет им всё объяснить. Она будет на его стороне. — Думаю, да, — кивнула она. И даже если это было не так, сейчас не время для сомнений. Место встречи было назначено. Время — обговорено. — Тогда пойдём, — сказал он. Она снова кивнула и проводила его взглядом, потом взяла тёплую мантию с кровати и оделась. Гермиона схватила маленькую сумочку, в которой уменьшенными лежали все её вещи. Когда она вошла в гостиную, Драко уже был одет. Сумки у него не было. — А где твои вещи? — У Либби, — коротко ответил он, протягивая ей руку. Она колебалась. Но лишь мгновение, прежде чем обхватить его ладонь. И в следующий момент Гермиона почувствовала, что её скрутило в аппарацию. Она бы упала, если бы Драко не удержал её. Она огляделась по сторонам. Похоже, они оказались на широкой поляне, покрытой снегом. Ночное небо было чистым и усыпанным звёздами. Чуть дальше она увидела дом. Где это они были? Это точно не одно из убежищ Ордена. Возможно, дом Тонкс? — Мы там, где нужно? — спросила она, и Малфой отпустил её руку. — Конечно же, Грейнджер. — Почему он вдруг так холодно с ней заговорил? Она уже собиралась спросить, что происходит, когда знакомый голос окликнул её: — Гермиона! Она оглянулась и тут же увидела Рона и Гарри, которые бросились к ней с крыльца дома. Она засмеялась и побежала им навстречу. Они втроём обнялись. — О, Гермиона, — услышала она рыдания Рона и сжала их ещё крепче. — Мы так за тебя переживали, — смеясь и плача, проговорил Гарри. — Со мной всё хорошо. — Она немного отстранилась от них, чтобы рассмотреть. — Действительно, — добавила она. — Со мной действительно всё хорошо. Она оглянулась и посмотрела на Драко, который всё ещё стоял там же, где они появились. Он не сдвинулся ни на шаг. — Ты! — закричал Рональд, отходя от Гермионы и направляясь к Малфою. — Ты, мерзкая скотина! — распалялся Рон. Гермиона окликнула его, но это не помогло. — Прекрати! — потребовала она, когда он схватил Малфоя за воротник. Малфой только холодно улыбнулся Рону. — Я бы не стал этого делать, Уизел. Гермиона перехватила руку Рона. — Рональд, перестань. Он спас мне жизнь. — Прислушайся к своей подруге, — издевательски произнёс Малфой, и Рон зарычал от ярости. — Я бы сейчас так хотел… — Ты ничего не сделаешь, Рональд, — произнёс знакомый низкий голос. Гермиона оглянулась. Она узнала Кингсли, Римуса, Билла и тётю Драко — Андромеду Тонкс, которая пугающе походила на свою сестру, Беллатрису. По спине Гермионы пробежала дрожь при одном только воспоминании о ней. — Мы придерживаемся соглашения, — объяснил Кингсли. — Отпусти его. Немедленно. Рон, казалось, колебался, но затем всё же отпустил Малфоя, после чего отступил от него на шаг. — Повезло тебе, Пожиратель. Сделав несколько шагов, Андромеда по-матерински обняла Драко. — Драко, дорогой мой, — заботливо произнесла она, и Драко лишь едва шевельнулся, немного приподняв руку, обнимая её в ответ. — Мне так жаль, — прошептала Андромеда, но Гермиона отчётливо это услышала. Она опрёделенно говорила о смерти сестры. У Гермионы потяжелело на душе. Кингсли внимательно посмотрел на Гермиону. — С тобой всё нормально? Она кивнула. — Я выполнил все условия сделки, — вмешался Драко, и Гермиона нахмурилась. — Теперь выполните свою часть. Кингсли прошел мимо Гермионы, вытащил лист пергамента и передал его Драко. Он внимательно прочитал его, кивнул и положил в карман. — Отлично. Как всё будет проходить? — Сейчас отправимся в другое место. Мы с Римусом зафиксируем твои показания. Ты их подпишешь, а затем в нужный момент воспользуешься портключом, который я достал, — монотонно проговорил Кингсли. — Как вы хотите получить показания? — почти скучающе спросил Драко. — Либо воспоминания, либо Веритасерум. Он пожал плечами. — Тогда я лучше приму зелье. О чём они говорили? Почему в каком-то другом месте? Что не так с этим домом? — Может быть, ты ещё передумаешь? — вмешалась Андромеда. Драко покачал головой. — Нет. Я считаю это правильным решением. Она кивнула и ещё раз обняла Драко. Правильное решение? О чём они говорили? — Андромеда, — мягко произнёс Римус. — Не могли бы вы проводить Гермиону? Чтобы её осмотрел целитель. Она кивнула и шагнула к Гермионе, которая, в свою очередь, не сдвинулась с места. — Нет… — Гермиона… — начал Рон, и она яростно замотала головой: — Мне ничего не требуется. Я в порядке. Драко обо всём позаботился. Андромеда подошла к ней и нежно обняла за плечи, разворачивая её к дому. — Я в этом ни капли не сомневаюсь. Тем не менее нам всё равно нужно туда пойти. Хорошо? — Гермиона снова отвернулась, чтобы не спускать глаз с Драко. — Но что… что происходит прямо сейчас? — Римус и Кингсли объяснят это позже, когда они вернутся. Когда они вернутся? А что же будет с Драко? Когда он вернётся? Рон негромко бубнил, идя рядом с ними, а следом шёл Гарри. — Грёбаный Пожиратель. — Рон, — пробормотал Гарри. — Я бы не позволил этому подонку уйти… Уйти? Зачем ему уходить? — Куда они пошли? Когда Драко вернётся? — услышала она собственный вопрос, прежде чем успела его обдумать. — Когда он вернётся? — передразнил её Рон, зло рассмеявшись. — Зачем же этому подонку возвращаться? Что с тобой не так, Миона? — Что с ней не так? Драко спас её. — Этот трус сбегает. Он уезжает из страны. Что ж, хорёк неплохо устроился. Это сообщение поразило её, как молния. Он собирался уйти? Просто взять и уйти… без неё… Он не собирался остаться здесь?.. — Драко, — крикнула она, освобождаясь от рук Андромеды, и метнулась в сторону. Кингсли, Римус и Билл посмотрели на неё. Рон кричал ей вслед, но она проигнорировала его. Ему никто не разрешал уходить. — Отпусти меня! — закричала она на Рона, когда тот прикоснулся к ней, и он сразу же отшатнулся от неё, словно обжёгся. — Ты что, рехнулась? Была ли она сумасшедшей? Она, конечно, нет. Но все они — точно, раз решили отпустить Драко. — Что происходит? — напряжённо спросила она, остановившись перед Драко. В его взгляде был холод. Даже лёд. — Как ты думаешь, на что это похоже? — Он отталкивал её от себя. Это было очевидно и вызвало у неё панику. — Ты… ты сказал, что мы отправимся сюда. Мы отправимся в Орден и… — Нет, Грейнджер, — перебил он её. — Я сказал, что доставлю тебя в Орден. Это было как пощёчина. Она замотала головой. — Нет, — всхлипнула она. Так они не договаривались. Ему никто не разрешал оставлять её одну. Она ему этого не позволяла. — Грейнджер, беги к своему Уизелу и святому Поттеру. Валяй. — Гермиона, — мягко сказал Римус, опустив руку ей на плечо. — Иди… Она снова потрясла головой. Снова сбросила руку. — Нет. Мы так не договаривались, — она схватила Малфоя за руку. — Ты либо остаёшься здесь, либо я иду с тобой. Она не останется здесь без него. Ни за что. — Гермиона, — громко сказал Рон, всё ещё стоявший в нескольких футах от них. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? Это же Малфой! Пожиратель смерти. Предатель! — Идёмте, — нетерпеливо произнёс Малфой, глядя на двух других волшебников и освобождаясь от рук Гермионы. Но Гермиона снова бросилась вперёд и снова вцепилась в его руку. — Нет. Ты… ты не можешь оставить меня одну. Ты не можешь уйти. Ему придётся остаться. Всё было так просто. Она вздрогнула, когда заметила, как Кингсли крепче сжал палочку. Малфой освободился от её рук и встряхнул её за плечи. — Прекрати, Грейнджер. Не устраивай драмы. Она всхлипывала. Драмы? — Ты говорил… — Я ничего не говорил, — возразил он. — Теперь сама контролируй свою жизнь. Она расплакалась. Он ещё раз потряс её, в этот раз мягче. — Ты слышишь? Разберись с этим дерьмом и выживи на войне. И если, когда у тебя прояснится рассудок, ты всё ещё будешь считать, что я тебе нужен, то ты сможешь меня найти. Она искала фальшь в его словах. Искала подтверждений, что это просто жестокая шутка с его стороны. Но в его словах не было фальши. Совсем. — Ты действительно веришь, что это поможет? — так тихо прошептал он, что вряд ли кто-то ещё мог их услышать, если только Кингсли. — Пожиратель смерти и грязнокровка? — Её сердце болезненно сжалось. — Я тебе говорил, чем это обернётся для меня. Смерть или Азкабан, если Тёмный Лорд проиграет. Когда он отпустил её, она скользнула на землю. Гермиона обхватила себя руками и зарыдала, и ей было всё равно, насколько жалкой она выглядела. — Выживи в этой войне, Грейнджер. Слышишь? Пусть всё это не будет напрасным, — сказал Малфой, а потом снова развернулся к Кингсли. — Мы можем наконец идти? Разве время не ограничено? Они удалялись. Гермиона продолжала рыдать на снегу, когда услышала, как они аппарировали. Как же так? Почему он так поступил с ней? Было ли всё это просто игрой? Его миссией как можно больнее ей навредить? Почему он так жестоко поступил? Она почувствовала, как её спины кто-то коснулся. — Дорогая, — обеспокоенно произнесла Андромеда Тонкс. — Милая, пойдём. Пойдём в дом. Для чего? Всё это не имело значения. Он предал её. Он оставил её одну. Совсем одну.