Искорка истинного чувства

— …Это ведь Звездопад, — раздался голос. — Этого супергероя много лет не было видно. — И понятно почему, — засмеялись в ответ. — Но, похоже, он кому-то очень надоел… Искорка стояла в толпе, никем не узнанная, и смотрела на то, как на бледной коже Звездопада проступает испарина, как его скулы, не скрытые изящной маской, покрываются румянцем стыда. Его узнавали, рассматривали откровенно и даже фотографировали. Он был абсолютно обнажён. Колодки фиксировали его в откровенно приглашающей непристойной позе, а рядом на низком столике был целый арсенал игрушек, которыми приглашала воспользоваться лаконичная табличка: «Поиграй со мной». Искорка хотела доказать ему, что не мягкосердечная. Хотела наказать за собственное унижение, которое пережила когда-то на этом самом месте. Она с предвкушением ожидала, когда же он почувствует, что это такое — оказаться во власти толпы. Но пока что люди не спешили переступать черту и показывать свои сокровенные желания, демонстрировать, насколько им нравится унижать другого, торжествовать над кем-либо. Незаметным движением Искорка вытащила из сумки небольшой флакончик, встряхнула и распылила в воздух афродизиак. Нужно было подтолкнуть их мысли в правильном направлении. Сама она давно была возбуждена, ей нравилось смотреть. Но она не собиралась присоединяться к оргии, у неё был собственный план. Звездопад резко вскинул голову — он узнал сладковатый запах, растекающийся теперь над толпой. Глаза его расширились, словно он только что осознал масштаб предстоящего наказания и хотел попросить Искорку остановиться. Он, конечно, быстро нашёл её в толпе, но, поймав её взгляд, только глубоко вздохнул. Обречённость в его глазах возбудила её ещё сильнее. Его член отреагировал на растекающийся в крови возбудитель — если до того он лишь немного припух — всё-таки Звездопада возбуждали внимание и собственная беспомощность, таким уж извращённым существом он был, — то теперь афродизиак мгновенно превратил это в мощный стояк. — Да он же красавец, — вдруг вскрикнула одна из девушек. Она была в коротком платье, яркая и пышногрудая. Она первая вышла из толпы. Приблизившись, она сначала провела пальцами по щеке Звездопада, а затем потёрлась о него, точно примериваясь. — Я тебя? Ты меня? — шутливо спросила она. Глаза у неё уже были шальные, замутнённые жаждой секса. Звездопад не отвечал ей, даже старался на неё не смотреть. Он снова взглядом искал Искорку, но та уже отступила за спины других, наблюдая за ним, но больше не позволяя ему смотреть на себя. Девушка же обиделась из-за такого пренебрежения, сощурилась и отступила к столику, выбирая страпон. Игривое её настроение тут же поменялось. Афродизиак стёр всякие границы для неё, и очень скоро она определилась с выбором и, закрепив на себе сбрую, резко вошла в Звездопада, впившись в его бёдра выкрашенными в алый ногтями. Тот только коротко вскрикнул. Она выбрала резкий и быстрый темп, страпон, рассчитанный на то, чтобы удовлетворять и девушку тоже, завибрировал от тепла тела. Звездопад застонал, и что-то в его интонациях оказалось настолько привлекательным, что к нему двинулись и другие люди. Его начали трогать, кусать, его членом завладели сразу две девушки, какой-то мужчина схватил его за подбородок и вынудил целоваться с собой. Те же в толпе, кто был не настолько смел или не поддался афродизиаку, снимали оргию на смартфоны. Искорка, чувствуя невероятное возбуждение, отступила в сторону. С трудом одолев поднимающиеся изнутри тёмные желания, она поспешила уйти. Посмотреть на публичное унижение, на то, как исполняется её наказание, она может и в уютном тепле собственной квартиры. Там есть всё, что ей сейчас нужно: игрушки, комфортная постель, несколько больших экранов, где с разных ракурсов транслируется происходящее на площади… …Едва она вошла в собственную квартиру, сразу же сбросила уже начавшую мешать одежду и обнажённой вбежала в спальню. Экраны работали, и прямо сейчас она увидела, что Звездопада насилует крупный мужчина. От его мощных и быстрых толчков всё тело беспомощного бога этого мира сотрясалось. Впрочем, в этот же самый момент одна из девушек, мечтательно закрыв глаза, делала ему минет. Искорка хмыкнула и опустилась между подушек, тут же проводя пальцами по клитору. Ей не требовались никакие сторонние приспособления — лёгкая стимуляция электричеством дарила ей всё, что нужно. Мужчина обильно кончил и отпустил истерзанные бёдра Звездопада. Его сперма потекла между ягодиц, и тут же нашлась женщина, вставшая на место удовлетворившегося насильника. Она втолкнула в Звездопада сразу три пальца и принялась трахать его. Искорка с удовлетворением убедилась, что её пленник не вынес происходящего и кончил, выгнувшись в кандалах. Девушка, что делала ему минет, удовлетворённо улыбнулась, вытирая влажно блестящие губы. Толпа вокруг подступила ближе, но камеры располагались так, что Искорка видела всё происходящее. Живое порно с беспомощным Звездопадом безумно нравилось ей. Возможно, в чём-то она начала понимать Ночную фурию. Вот ещё одна девушка вооружилась вибратором с фигурной головкой и принялась то проводить им по поджавшимся яичкам, то обводить вокруг уже изрядно растраханного ануса. Искорка посмотрела на соседний экран, чтобы увидеть, как Звездопад терзает собственные губы зубами, лишь бы не стонать и не вскрикивать. Но в этот момент ещё одна девушка начала дрочить ему ладонью, и он всё же не сдержался. — Тебе всё это нравится, испорченный создатель, — засмеялась Искорка. — Ты сам жаждешь, чтобы тебя использовали по полной. В подтверждение её слов тело Звездопада вновь выгнулось в оргазме. Он бессильно опустил голову. Искорка не заметила, когда девушку с вибратором заменил худощавый парень. Его член был меньше, чем у самого Звездопада, но он искупал это скоростью, с которой трахал его. В тот же миг какая-то из обезумевших из-за афродизиака девиц пристроилась так, чтобы получить больше. Она умело насадилась на член Звездопада и даже глаза закрыла от удовольствия. …Искорка сама испытала множество оргазмов, следя за тем, как Звездопада унижали и использовали снова и снова. Ей нравилось смотреть, что кто-то дотрагивался до него с ласковой мягкостью, а кто-то насиловал жёстко, просто удовлетворяя животный инстинкт. В какой-то момент она представила себя среди толпы. В каждом прикосновении, нежном ли, грубом — была она. Это она владела им бесконечно и безраздельно. Это был её, полностью её раб. С этими мыслями она достигла такой разрядки, что откинулась на подушки и забыла об экранах, отключившись едва ли не до самой ночи. *** …Сумрак кутал городские улицы, но площадь и сейчас оставалась хорошо освещённой. Звездопад удерживался только за счёт кандалов, совершенно обессиленный, он низко опустил голову, спутанные и всё ещё влажные прядки волос упали ему на лицо. Его спина и бёдра были изукрашены царапинами, синими цветками засосов и укусов. Кто-то из его недавних насильников оставил небольшой вибратор внутри, и тот продолжал работать, всё ещё мучая его. Искорка рассмотрела, что и в волосах застыли капельки спермы — Звездопад ведь пришёлся по вкусу не только женщинам. Искорка огляделась, но больше никому не хотелось опробовать истерзанное тело, тогда она приблизилась. Время перетекло за полночь, на площади совсем никого не осталось. Электрические кандалы послушались её мысленного приказа. Она поймала Звездопада, как будто не совсем сознававшего, что вообще происходит, не дав ему рухнуть на камни. — Пожалуйста… — прошептал тот, с трудом сфокусировавшись на её лице, — пожалуйста, позволь мне… вытереть себе память. — Стереть память? — Искорка тут же нахмурилась, и проснувшееся было в ней сочувствие сменилось яростью. — Мне приходится жить с такими воспоминаниями, а ты хочешь так легко отделаться? Что же это тогда будет за наказание, а? Может, стоит оставить тебя тут ещё на пару суток? Он дёрнулся, как от удара, неожиданно выпрямился, перестав опираться на неё. — Дай мне каплю силы, — попросил уже совсем другим тоном. В глазах его была отчаянная решимость. Искорка засомневалась, оглядела его пристально, будто могла узнать, что он задумал. — Пожалуйста, — опустился он на колени и посмотрел на неё. — Я не причиню тебе вреда. Мне нужна только капля, ты легко отберёшь всё назад. На этот раз Искорка решилась и ослабила блокирующий его способности ошейник. Звездопад тут же поднялся и поймал её лицо в ладони, всмотрелся ей в глаза. От темноты его зрачков невозможно было отвести взгляд. Боли, что накопилась в душе Искорки, будто бы мгновенно стало меньше. Она недоумённо моргнула, и в следующий момент поняла, что они стоят у позорных колодок на площади. Затянутый в чёрное Звездопад пристально смотрел на неё. Искорка не могла вспомнить, отчего подвергла его именно этому наказанию. Она была зла на него по-прежнему, но причин издеваться над ним публично больше не находила. Вся конструкция вызвала у неё лишь безразличное отвращение. — Наверное, нужно убрать за собой, — ударила она по колодкам направленным электрическим импульсом, разрушая их. Звездопад тихо отозвался: — Как пожелаешь, — и на площади не осталось ничего от постамента, столика с игрушками, кандалов. Никакого следа, только ровные ряды плитки. — Пора возвращаться домой, — кивнула на это Искорка и тут же заблокировала его ошейник. Она не спешила отвлекаться, увлекаться его возможностями, не решила ещё, можно ли хоть однажды позволить ему воспользоваться большей их частью. Звездопад, впрочем, вовсе с ней не спорил. Он покорно двинулся следом. *** …Иногда Звездопад так смотрел на неё, что она мгновенно выходила из себя. В ней просыпались странные тёмные желания, разбираться в причинах которых совсем не хотелось. Ничего не стоило мгновенно швырнуть Звездопада через всю комнату прямо на постель, воспользовавшись собственными способностями, приказать кандалам застегнуться на его запястьях и голенях. Всякий раз оказываясь распятым и беспомощным, Звездопад немедленно возбуждался, а она упивалась властью над ним. …Дома она не позволяла ему одеваться, лишь иногда украшала его звенящими цепочками или же заставляла надеть чулки. Ей нравилось следить за ним из-под опущенных ресниц, нравилось вести себя так, чтобы он чувствовал своё место. Она могла шлёпнуть его по ягодице, укусить в плечо, притянуть к себе, удерживая за член, а когда в нём рождалось от этого желание — оттолкнуть. На кровати же он и вовсе не мог спрятаться от её взгляда и всегда выглядел уязвимым и покорным. Медленно приблизившись, она сбрасывала одежду, рассматривала его беззастенчиво, распаляя себя, только после опускалась на его давно стоящий член, становясь величественной наездницей. Искорке нравилось безраздельно им владеть, сама мысль о том, что под ней тяжело дышит настоящий творец этого мира, невероятно возбуждала. Она всегда начинала медленно, находя угол, который ей приносил больше всего наслаждения. То ускоряя, то замедляя темп, она ласкала собственные соски, рассматривая лицо Звездопада. Ему нельзя было кончать. Едва Искорка чувствовала, что он близок к разрядке, как она направляла электрический импульс прямо к его члену. Ей это всегда дарило наслаждение, а для него импульс был достаточно болезненным, чтобы не позволить дойти до пика, и при этом не настолько сильным, чтобы член мгновенно опал. *** …В тот раз Искорка была особенно зла и потому хотела особенного же удовлетворения. У неё были причины сердиться, ведь число злодеев в городе не слишком уменьшилось. Несмотря на то, что Звездопад просил её дать ему воспользоваться способностями, чтобы что-то исправить, она не доверяла ему до конца. Не могла поверить, что он усилием мысли действительно сумеет справиться со всеми беспорядками, превратив их город в процветающее и мирное сообщество. Возможно, она боялась, что станет такому сообществу совсем не нужна?.. Искорка не собиралась об этом задумываться, но ей почти каждый день приходилось защищать невинных и сталкиваться с жаждущими унизить и изнасиловать её негодяями. Она едва отбилась от приспешников одного из них сегодня, потому, вернувшись домой, искрилась гневом и яростью. Звездопад встретил её у двери и даже успел робко спросить, что случилось, когда она швырнула в него электрошоковую волну, забрасывая на привычное место на постели. Ей нужен был секс, чтобы почувствовать себя снова сильной и единственной во всём этом мире, той, кто доминирует над божеством. — Сегодня ты мне за всё ответишь! — прошипела она, угрожающе приближаясь. Она сбросила костюм и поставила колено на постель прямо между широко разведённых ног Звездопада. Опасная, переполненная ненавистью и яростью, она, похоже, казалась ему привлекательнее обычного, потому что его член тут же принялся наливаться, приподнимаясь. Дохнув на головку, Искорка обхватила её пальцами и выпустила лёгкие импульсы тока. Звездопад дёрнулся в путах, запрокидывая голову. — Искорка… — прошептал он, на что она тут же рыкнула: — Молчать! Он был полностью в её руках. Она могла немедленно вызвать у него разрядку, могла заставить его истекать от желания, запустив несколько игрушек разом. Все возможности разворачивались в её голове и манили опробовать одну фантазию за другой. Оседлав его бёдра, она ещё немного поиграла с его членом, добившись того, что тот налился кровью и сильно увеличился в размере. Почти мурлыча от предвкушения, она большой кошкой проскользила по телу Звездопада, прижав член к его животу. Острыми ноготками она зацепила кожу на мошонке, словно желая расцарапать, а добившись лёгкого стона, тут же нежно погладила. И поймала его взгляд. Зрачки его уже расширились, заняв почти всю радужку, взгляд был тёмным и предвкушающим, но выражение лица уже сейчас умоляло не мучить, а подарить что-то приятное. Эта смесь всегда воодушевляла Искорку. Она прикусила его сосок, пропустив между зубов крошечный импульс тока, и, услышав короткое шипение, облизала ареол и захватила губами другой. Словно обещая быть нежной и ласковой, она ждала, когда Звездопад доверится и откроется полностью, чтобы наказать его холодностью и отвержением. — Пожалуйста… — прошептал он. Искорка ценила его за это — ему не нужно было приказывать. Он начинал умолять сам, ровно в тот момент, когда она хотела услышать хрипловатый из-за сбившегося дыхания голос. Ей нравились эти уязвимые нотки, и потому она ждала, когда он повторит: — Пожалуйста… И только тогда она наконец оседлала его. Плотный и крупный член приносил ей немало наслаждения. Она впустила его в себя не сразу, подразнив достаточно, чтобы добиться ещё одного молящего стона. Затем она склонилась к лицу Звездопада и прикусила ему губу. Солоноватый привкус крови опьянил её, а непонимание, смешанное с возмущением в его глазах, только раздразнили. — Ты ещё помнишь, что это наказание? — она рассмеялась, заметив, как он удивлённо моргает. Конечно же, он забыл. Он наслаждался тем, что она ему дарила, совершенно забыв, как она на самом деле зла! И теперь Искорка начала отыгрываться по полной. Она сорвалась в резкие движения, словно бы Звездопад был седлом сибиана, и когда её скачка подтолкнула его слишком близко к оргазму, пропустила электрическую волну. Для неё самой это было что-то вроде яркой вибрации, которая мгновенно вознесла ввысь, для Звездопада же только болезненное напоминание, что раб не имеет права кончить прежде, чем его хозяйка полностью удовлетворится. Проследив его эмоции по лицу, Искорка запрокинула голову и закрыла глаза. Теперь она двигалась медленно, растягивая удовольствие, чувствуя, как оно льётся по венам, растекается жаром от живота и выше, захлёстывает её с головой. Она кончила, судорожно сжав Звездопада внутри себя, но тут же выпустила электрическую волну, чтобы он не последовал за нею. Отдышавшись, она, ставшая такой влажной, такой чувствительной, вовсе не остановилась. Ей нравилось падать в оргазмы снова и снова. Она едва расслабилась после того, что с ней случилось сегодня. — Двигайся, — приказала она Звездопаду, — давай же! Он послушно подался бёдрами, старательно угадывая, какой именно ритм ей нужен. Она же проследила пальцами его мышцы, с наслаждением ощущая толчки внутри себя. — Быстрее, — фыркнула мгновением позже. И Звездопаду пришлось подчиниться. Когда он заметно выдохся, она снова перехватила контроль, насаживаясь на него то быстро, то медленно, то почти выпускала его из себя, то принимала целиком, выбивая из него глухие стоны. Наконец Звездопад заговорил, и Искорка сосредоточилась на его губах, искусанных до крови: — Дай мне кончить, пожалуйста, я… я не могу больше, Искорка… Во всём её теле растекалось довольство. Она сбилась со счёта, сколько раз ей удалось кончить сегодня, но едва он сказал, про «я не могу больше», как в ней снова запылал прежний гнев. — Не можешь? — прорычала она. — У меня никто не спрашивал, могу ли я. Если тебя вздумали пытать и использовать, если твоё тело показалось кому-то привлекательным, остановиться в тот момент, когда тебе хочется, не получится! Сжав его внутри, непрерывно пропуская электрические импульсы, она принялась насаживаться резко и быстро, словно ярость придавала ей сил. Звездопад уронил голову, закрыв глаза, всё его тело заметно обмякло, точно он потерял сознание от ощущений. Ударив его по щеке — и добавив к прикосновению изрядную долю электричества, Искорка мгновенно привела его в чувство. — Хочешь кончить, да? — прошипела она. — Так сильно, что готов потерять сознание от желания? Я позволю тебе кончить. Она поднялась над ним, прижав ступнёй его истекающей смазкой член к животу. — Ты кончишь, да, но сначала почувствуешь на себе то, что нам приходилось испытывать каждый день, бог-извращенец! Электрическое поле вокруг неё послушно преобразовывало пространство, и вот уже Звездопад оказался пристёгнут к крюку в потолке, а его ноги удерживала широко расставленными специальная подпорка. Он почти не мог держать голову, дышал тяжело и часто, но Искорку это раззадоривало. Она ударила его ладонью по ягодицам несколько раз, оставляя яркие красные пятна. Ей хотелось одновременно и выпороть его, и изнасиловать его стеком. Но потом она обернулась к стеллажу, вспомнив про игрушку получше. Нажав скрытую кнопку, она подождала, когда из стены появится потайная полка. В идеальных порядке и чистоте там теперь хранились многочисленные игрушки. Она выбрала двухсторонний страпон и прошла к Звездопаду, остановившись перед его лицом. Увидев размеры игрушки, он чуть нахмурился, и на губах его, кажется, застыло очередное «пожалуйста». Трудно было предположить с точностью, о чём именно он вот так молил — он равно мог и пожелать предстоящего соития, и испугаться его, но Искорке было на самом деле безразлично. Она погрузила один из концов в себя, действуя откровенно и на грани пошлости — поставив одну ногу на кровать, она покачала страпон, вводя его глубже. Звездопад не мог отвести взгляда от того, как она делает это, как небольшая часть с вибратором проникает в неё. После Искорка закрепила ремни. Она не стала задумываться о смазке. После Ночной фурии Звездопад всегда готов был принять в себя. Он был растрахан настолько, что Искорка могла играть с ним сколько угодно и когда пожелает. А сегодня к тому же она была настолько эгоистичной и разозлённой, что не собиралась уделять внимание его комфорту. Резко притянув его к себе за бёдра, она вошла сразу и до конца, только рассмеявшись на болезненный вскрик. Трахая его быстрыми и жестокими движениями, она очень скоро заметила, что в боли Звездопад снова нашёл удовольствие. Его член, прежде заметно опавший, снова поднялся, и на головке выступила первая серебристая капля. Вспомнив, как Ночная фурия их ценила, Искорка выпустила разряд электричества, и тот ударил прямиком в простату Звездопада. Компульсивный оргазм не заставил себя ждать. Всё тело Звездопада содрогнулось. Удерживая его, Искорка наслаждалась тем, как он бьётся под ней, снова и снова направляя электроток через соединивший их страпон. Она сама кончила, сознавая, насколько прямо сейчас он в её власти. Беспрерывный оргазм всё не отпускал Звездопада. Даже когда у него закончилась вся сперма, спазмы продолжали сотрясать его, и Искорка удовлетворилась и остановилась только в тот момент, когда Звездопад полностью обмяк, потеряв сознание. Он обвис сломанной куклой на верёвочке, и даже колени его подломились. Искорка высвободила его движением мысли, подхватила, не позволив упасть. Пробудившаяся прежде жестокость схлынула, и с внезапной нежностью Искорка уложила Звездопада обратно на постель, помогая себе электрическим полем. Взяв с тумбочки упаковку влажных салфеток, она старательно убрала всякие следы их бурного соития. Она была полностью удовлетворена. *** Порой Искорка ловила себя на мысли, что в спокойные дни присутствие Звездопада не тяготит её. Помимо секса, извращённого и не очень, у них были и другие точки соприкосновения. Всё чаще она замечала его взгляды, понять которые до конца не могла. С одной стороны, она была с ним то мягкой, то жестокой. Ей казалось, что это приведёт его к ненависти, но он покорно сносил всё, что она предлагала. Иногда она задумывалась, что за этим кроется, и снова начинала злиться, сознавая, что, возможно, она просто не понимает, как многое при создании он задумывал, насколько она сама вкладывается в предусмотренный им сценарий. Он чувствовал вину и на самом деле был виноват. С другой же стороны… Искорка привязывалась к нему. Ей нравилось, что он ждал её появления. Нравились спокойные вечера с ним. Она не раз и не два ловила себя на мысли, что хочет оказаться обычной девушкой, просто Илоной, которая работает с восьми до пяти с часовым перерывом, вовремя возвращается домой и оказывается в объятиях любимого парня. Искорка прежде не мечтала об обыденности. Разобравшись со своими способностями, она целиком и полностью ушла в войну со злодеями. Воображать спокойные вечера, когда можно сидеть на диване и смотреть глупые романтические комедии, она не привыкла. Почему же со Звездопадом это не превращалось в унылую скуку?.. Искорка немало размышляла о том, как поступить дальше. Истязая Звездопада, она высвобождала застарелую боль, и та всё уменьшалась и уменьшалась. Но поверить Звездопаду до конца она не могла… пока не придумала одно решение. *** — Ты ведь любишь беспомощность и уязвимость, — сказала она как-то за завтраком, пристально глядя на Звездопада. В свете солнца, проникавшего через полуприкрытые жалюзи, он казался Искорке особенно привлекательным. Настолько, что она почти готова была дать ему шанс… Но только почти. — К чему ты клонишь? — уточнил он сразу и настороженно взглянул на неё. Искорка сощурилась. — Недавно нашла машину, очень похожую на ту, что сконструировала для тебя Ночная фурия… — она сделала глоток чая и преувеличенно беззаботно закончила: — Вполне рабочую. Хочешь попробовать? Звездопад подавился бутербродом и закашлялся. — Нет! — категорично заявил он. В глазах его качнулся ужас. — Нет, только не это. — Боишься? — Искорка кивнула своим мыслям, облокотилась на стол, подаваясь вперёд. — Но разве не будет лучше преодолеть свой страх? Я ведь буду рядом, — она облизнула губы. Звездопад судорожно вздохнул. Взгляд его не отрывался от её лица, точно он пытался проникнуть в её мысли. Искорка не сомневалась, что он мог бы, ослабь она хоть немного его ошейник. Вот только она не собиралась. — Будешь рядом? — переспросил Звездопад задумчиво. Искорка смотрела на него и размышляла, что на самом деле вложила в эти слова. Она действительно нашла машину, и в ней теперь боролись две стороны. Одна предлагала оставить там Звездопада на долгое время, наслаждаясь самой мыслью, что это его окончательно разрушит. Вторая же подсказывала, что это испытание может стать… началом чего-то нового и важного для них обоих. — Если ты будешь рядом, то… хорошо, — согласился вдруг Звездопад. Искорка улыбнулась, ей нравилась эта покорность. Возможно, она родилась от безысходности, а не от доверия, но ей было всё равно. *** Полуразрушенные здания, раньше принадлежавшие Ночной фурии, теперь были пусты. Погибла ли их хозяйка, до сих пор ли служила игрушкой своим бывшим приспешникам, Искорка не знала. Среди этих катакомб, полы которых покрывала каменная пыль и битое стекло, никого живого она больше не видела. Теперь они вместе со Звездопадом шагали тёмными коридорами, и звук от их движения множился, отскакивая от стен. Наконец они вошли в похожее на лабораторию помещение. Запустение почти не затронуло эту комнату, что, вероятно, могло удивить. Впрочем, Звездопад не обратил внимания на этот момент. Посреди действительно возвышалась машина, почти копия той, где Ночная фурия истязала его долгие годы. Он прилип к ней взглядом, застыл, как застывают в свете фар животные, забыл, казалось, как дышать. Искорка была много смелее его. Она приблизилась и ласково погладила блестящий металлический бок. Машина, откликаясь, негромко загудела — электрические импульсы мгновенно оживили её. Искорка напитала её энергией, как будто подключила к аккумулятору. — Займи своё место. Что почувствуешь? — предложила она беспечным тоном. Звездопад с опаской приблизился, но как бы ему ни было страшно, его с той же силой и притягивало к этому чудовищному изобретению. Он опустился на узкое неудобное ложе. — Тебе страшно? — тут же спросила Искорка. Пробежали ли мурашки у него по спине? — Нет, — ответил Звездопад, Искорка тут же потянулась к ремням и принялась защёлкивать их один за другим. — Эй-эй, что ты делаешь? — Ты правда подумал, что я вижу в тебе нечто большее, а не только извращённого раба? — заговорила она холодным тоном. Звездопад дёрнулся, но большая часть ремней уже была застёгнута и он не сумел бы высвободиться. — Разве я не говорила раньше? Я тебя ненавижу! — она приблизилась к его лицу и закрыла ему нос, вынуждая открыть рот. Едва он попытался сделать вдох, как, повинуясь мысленному приказу Искорки, машина выдвинула силиконовый фаллос, наполненный афродизиаком, и вставила Звездопаду в рот, впрыскивая жидкость прямо в горло. — Ты останешься здесь навечно, идиот! Электрическим импульсом она заставила ткань его костюма изорваться в клочья. Машина пришла в движение, электрошок поразил соски Звездопада, заработал дилдо, врываясь в него, щупы охватили член, принявшись стимулировать его беспрерывно. Искорка рассмеялась. Снова приблизившись, она подняла шлем с тёмным стеклом и надела ему на голову, лишая возможности видеть и слышать. Звездопад беспомощно задёргался, кожа его покрылась испариной, он замычал, то ли умоляя, то ли протестуя, но Искорка не могла отпустить его прямо сейчас. Она смотрела на то, как дилдо наращивает темп, а по члену пробегает искра электрического импульса, и ждала, когда же Звездопад поймёт — она действительно намерена его оставить вот так! И в этот самый миг он несдержанно кончил. Его член почти сразу начал набирать крепость снова, и Искорка позволила электрическому полю приподнять себя над землёй. Прежде она, увидев беспомощность и уязвимость, укорила себя за желание немедленно дойти до пика, теперь она мастурбировала с наслаждением, кончив не раз и не два. Она не обязана была оставаться плохой или хорошей. У неё были желания, которые ей так хотелось реализовывать, и она более не видела причин запрещать их себе. Разве она станет после этого такой, как Ночная фурия? Ну конечно же, нет. В дурмане похоти Искорка провела всю ночь, слушая сдавленные стоны, видя, как Звездопад снова и снова сдаётся оргазмам. Наконец она устала от этого, и в душе её не осталось ни капли былой злости. Поправив костюм, Искорка электрическим импульсом отключила машину и уничтожила все её внутренние цепи, превращая в безжизненный кусок металлолома. Она приблизилась и коснулась всё ещё подрагивающей спины Звездопада, провела ладонями по ней вверх, потянула шлем. Они встретились взглядами. — Теперь ты всё искупил, — сказала она как можно более ровным тоном, хотя вид его измученного лица внезапно тронул её сердце. — Я… солгала, чтобы напугать тебя. В моей душе не осталось никакой ненависти. Она расщёлкнула ремни и позволила ему встать. Некоторое время Звездопад пошатывался, опираясь на её плечи, потом глубоко вздохнул. Он и теперь казался ей уязвимым, но не будил дурных чувств и тёмных желаний. Искорка закрыла глаза и представила, что ошейник, столь долго сдерживавший его, разлетается на куски. Неприятное дребезжание металлических кусочков заставило её снова открыть глаза. Звездопад изумлённо смотрел на неё, не в силах найти слов. — Да, ты полностью свободен теперь, — подтвердила она. — И мне никак не остановить тебя, если ты пожелаешь расквитаться. Но я даю нам обоим возможность… начать новую жизнь. Хочешь?.. Звездопад поймал её подбородок пальцами и поцеловал. Его губы ещё таили привкус афродизиака, и потому поцелуй возбуждал и будоражил. Он был нежным и полным обещаний. Искорка давно ни с кем не целовалась вот так! — Хочу открыть тебе тайну, — заговорил наконец Звездопад. — Когда я… когда придумывал весь этот мир… в тебя я вложил мечты об… идеальной девушке. О той, которой у меня в моём, некогда единственно реальном мире не было, не могло быть. Я хотел, чтобы ты была многогранной, способной и на немыслимую жёсткость, и на сочувствие. Я хотел… чтобы ты была живой. Вспомни Ночную фурию, она ведь была только лишь… картонным персонажем, второсортной злодейкой. Да, я наделил её этими чертами, чтобы сыграть со своими тайными желаниями. И я расплатился за это. Но ты… ты всегда была живой. — И что же это всё должно значить? — Искорка усмехнулась. — Хочешь сказать, что теперь в придуманном мире мы — двое живых? — Хочу сказать, что не могу с тобой расстаться. Если прогонишь, то я… я, конечно, уйду. Но позволь мне остаться. Я сотворю ещё один ошейник, если тебе нужен только раб, — заверил её Звездопад. Искорка смотрела на него, на то, как он запоздало вспоминает о своей наготе и тут же оказывается одетым в чёрный костюм, на то, как он касается припухших губ… — Мне не нужен раб, — вырвалось у неё. — Но нужен ты. — Этот мир придётся переделать, — добавил Звездопад. — Ты поможешь мне в этом? — Конечно, — улыбнулась Искорка, подавая ему руку. Они вместе покинули здание, и сразу вслед за этим пространство преобразилось, исказилось и выгнулось, обращаясь внезапно в современный и яркий парк, по дорожкам которого так приятно гулять и детям, и взрослым. *** Серебристый песок должен был оставаться холодным, но не был, способности Звездопада никак не помещались в воображении Искорки. Он всегда был способен удивить её и предложить что-то неизведанное. Оседлав его бёдра, она расслабилась, откинувшись на его руки. Собственные ладони она удерживала на его плечах, касаясь кожи с мягкой нежностью. Звездопад склонил голову, чтобы поймать её сосок губами, и в тот же миг она приподнялась на нём и опустилась снова, чуть сжав его член внутри себя. Двигаться здесь было легче, Искорка чувствовала, что может испытать десяток оргазмов подряд, но сперва ей хотелось качаться на волнах нежности, постанывая всякий раз, когда Звездопад целовал её или сжимал ладонями её ягодицы. Она чуть ускорила темп, наклонилась вперёд, изменяя угол, поймала губы губами и вторглась в его рот языком. Над ними испещрённой блёстками звёзд чернотой расстилался космос, было так легко представить, что они борются в поцелуе за один на двоих вздох. Искорка поднялась сильнее прежнего, и в ней осталась только головка его набухшего напряжённого члена. Она замерла вот так, покусывая губу, дразня и себя, и Звездопада, и вдруг ахнула — неуловимое неспешное движение Луны наконец позволило ей увидеть удивительное зрелище — восход Земли. Замечтавшись, Искорка даже вскрикнула, когда Звездопад, удерживая её за талию, резко двинулся вперёд, врываясь чередой глубоких и плавных толчков. Она запрокинула голову и рассмеялась, представив, что звёздный космос кутает их, двух неугомонных любовников. — Не торопись, — вырвалось у неё, и Звездопад покорился, а она снова выбрала плавную нежность, медленное и размеренное движение. Изредка она пускала между ними электрический импульс, чтобы удовольствие накатывало всё сильнее, всё ярче. Звездопад опустил ладонь ей на затылок, вплетая пальцы в мягкие светлые волосы. Они тягуче поцеловались, и тут он подмял её под себя, уронил в тот самый серебристый песок, который должен был быть холодным, неприятным и жёстким, но оказался мягким и нежным, возбуждающе прохладным. Вскрикнув, Искорка скрестила лодыжки за спиной Звездопада, открываясь ему полно и всецело. Он подхватил её, полагаясь на собственные способности, поднял их обоих над поверхностью, и теперь у Искорки не осталось никакой опоры. Только Звездопад — внутри неё, только его руки, обнимавшие её с нежностью, его губы, исследующие её шею и выступающие ключицы. Они парили в невесомости, и можно было представить, что постелью им служат звёзды, а восходящая Земля стала причудливым украшением для их неутомимого и восхищающего до дрожи секса. Снова не сдержав стона, Искорка направила под кожей тысячи ласково покусывающих импульсов, она была так близка к пику, и ей хотелось, чтобы они кончили со Звездопадом вместе. Он тихонько рыкнул ей на ухо, разгадав её желание, вторгся в неё более быстрым и глубоким движением, позволил ей почувствовать его поцелуй не только на губах, но и на каждом соске, на клиторе, он одновременно мог быть всюду, его язык мог касаться её там, где она больше всего мечтала, даже в тот самый момент, когда он входил в неё снова, снова и снова… Искорка кончила, выгибаясь в его руках, но на этом они не оставили друг друга, соединённые, словно стали одним организмом, они продолжали парить. С трудом приоткрыв глаза, утомлённая Искорка спросила: — Останемся здесь, или перенесёшь нас обратно? — Разве какая-то спальня на Земле сравнится с этой постелью? — усмехнулся он, и они оказались на роскошной кровати с балдахином, а вокруг по-прежнему была Луна, чернота и россыпь звёзд, образ поднимающейся Земли, затянутой дымкой облаков. Искорке было хорошо и спокойно, она тихо вздохнула и позволила себе соскользнуть в сон. Мир изменялся, исподволь и постепенно. Что-то и в ней самой менялось, но она была рада этому, счастлива. Звездопад поцеловал её в губы и прошептал что-то, прежде чем тоже уснул.