Искорка истинного чувства

Искорка тщетно пыталась высвободить руки. Ей было тяжело дышать, волосы липли ко лбу, а от возбуждения стало настолько жарко, что и без того плотно прилегающий костюм приник к коже так сильно, что вызвал очень странное ощущение — будто сотни ладоней безнравственно и бездумно одновременно касались её всюду. Если бы ругательства из-за полоски скотча не превращались в глупое мычание, Искорка бы не пыталась молчать, о, она сыпала бы проклятьями, и уже не казался бы важным имидж «правильной» супергероини, защитницы невинных. Она проиграла Ночной фурии, попала в её ловушку — не заметила даже, когда та оказалась за спиной и защёлкнула у неё на шее проклятый блокирующий способности ошейник. Глупо подставилась — и теперь седло сибиана под ней непрерывно разгоняло волны возбуждения по всему телу. Ночная фурия была повёрнута на таких извращённых штучках. Она даже не связала Искорку, а воспользовалась кожаной сбруей для бондажа! Не хотелось представлять, как ужасающе порочно она сейчас выглядит со стороны. — Твои искорки больше тебе не помогут, — сказала Ночная фурия, когда включала сибиан. — А как только ты кончишь, наконец перестанешь доставлять мне проблемы. Эта чувствительная машинка настроена на твой оргазм. Ты сама активируешь взрывчатку, здорово, верно? Я неплохо это всё придумала. Взрывной оргазм, — и неприятно засмеялась. Искорка поспорила бы, но к тому моменту рот её уже залепил скотч. Теперь Ночной фурии рядом не было, но седло продолжало работать и даже как будто бы наращивало темп. По бёдрам Искорки прошла дрожь, она выгнулась, сжимая зубы, дёрнулась и вдруг поняла, что, кажется, ошейник застегнулся не так плотно, как Ночной фурии бы хотелось! Это был мизерный шанс на освобождение. Искорка резко дёрнула головой, отчего заныли связанные ноги. Мысль, что она может сбежать, настолько вдохновила её, даже подкатывающая неприятная волна, обещающая унизительный оргазм от нежеланной стимуляции, отступила. Ещё раз дёрнувшись, Искорка наконец услышала желанный звук — ошейник щёлкнул и свалился на каменный пол, глухо звякнув. Первым делом Искорка направленным электрическим импульсом уничтожила сибиан и расплавила застёжки ремней бондажа. Высвободив руки, она развязала лодыжки и растёрла их, возвращая в норму кровообращение. Можно было попробовать взять реванш, но едва она опустила босые ступни на холодный камень пола, сразу же решила, что с неё всё-таки хватит. Она выберется из этой чёртовой норы и отправится домой — отсыпаться. Искорка окружила себя электрическим полем, чтобы ни одна камера наблюдения не заметила, как она будет красться к выходу, и осторожно покинула помещение. Холодный мерцающий свет плодил на потолке, стенах и полу коридора тени. Ночная фурия любила подобное неуютное ощущение, от которого желудок скручивало в бесполезном спазме. В конце концов, тени ведь были для неё источником силы. Искорка передёрнулась, только вспомнив о том, как призрачные руки усаживали её на навсегда затихший сибиан. Это было отвратительно! Мотнув головой, чтобы в мысли не лезла всякая мерзость, Искорка с неудовольствием поняла, что её светлые волосы мокры от пота. Она отчаянно хотела оказаться в душе и наконец смыть с себя и это унизительное поражение, и всякие воспоминания о седле сибиана, бесцеремонном и неумолимом. К сожалению, возбуждение не улеглось, едва она покинула комнату, всё ещё бродило в крови, напоминая мучительной болью, что ей хочется получить разрядку. От этого она ненавидела Ночную фурию ещё сильнее. Навстречу вырулила пара громил. Ночная фурия не во всём полагалась исключительно на собственные способности. Заметив полуобнажённую Искорку, один из них тут же потянулся к рации, и пришлось вырубить обоих электрошоковой волной. Опустившись перед повалившимися телами на корточки, Искорка убедилась, что не перестаралась. Она всё же не хотела лишних жертв. Оба приспешника Ночной фурии едва заметно дышали, потому можно было продолжать путь… Однако до чуткого слуха Искорки донёсся приглушённый стон. Наверняка никто не услышал бы его — всё-таки чувства её были обострёнными, и это тут же заставило вспомнить, как она сама страдала. Когда она впервые в своей жизни потерпела поражение, ей пришлось провести в блокирующих способности колодках на площади несколько часов. И не сказать, что никто ею не воспользовался! Поднявшись, Искорка оглядела коридор. В мерцающем свете она могла бы что-то упустить, но пришлось убедиться — никаких дополнительных дверей или люков тут не было. Даже вентиляционной шахты — и той не наблюдалось. Но мучительный стон послышался ещё раз. Искорка приникла грудью к стене, вслушавшись с особенным вниманием. Где-то за ней мерно гудела машина и… да! Там кто-то стонал. Вот ещё раз и ещё! Воображение Искорки мгновенно нарисовало такую же, как она сама, супергероиню, попавшую в лапы Ночной фурии. Наверняка распятую на каком-то чудовищном устройстве, сотрясающуюся от постоянной вибрации, от вторгающегося в неё дилдо. Пусть они были совсем не знакомы, разве не следовало спасти подругу по ремеслу?! Накопившийся в пальцах электрический заряд рождал едва слышный треск. Искорка ударила кулаком в стену, выпуская его, и каменное крошево на миг окутало её облаком, задержавшись в электрическом поле. Образовалась трещина, достаточная, чтобы Искорка могла пройти внутрь. В комнате, что оказалась за стеной, освещение было спокойным, даже чуть приглушённым. По углам залегли тени, и лишь на площадку в центре падал ровный круг света. На возвышении стояла отвратительная в своей грандиозности секс-машина. Искорка задохнулась от осознания, даже приложила ладонь к губам. Связанным и распятым на ней был светловолосый юноша, и дилдо, мерно жужжа, снова и снова врывался в него. Впрочем, этого было мало. Искорка широко распахнула глаза, обнаружив, что отдельные элементы чудовищного устройства прозрачные — чтобы можно было в подробностях рассмотреть оплетённый электродами набухший изнывающий член, соски, на которых были установлены виброприщепки. Даже в рот неизвестному страдальцу то и дело врывался силиконовый член. Глаза у юноши оказались завязаны, уши закрывали наушники, потому он до сих пор не понимал — кто-то прямо сейчас рассматривает его. Чуть позже Искорка заметила и ещё одну вещь, от которой почему-то тошнота подкатила к горлу. По полу змеился полупрозрачный шланг, уходящий к гигантскому контейнеру, почти доверху наполненному спермой. В этот самый момент юноша получил разряд тока, бессильно дёрнулся и кончил, и Искорка увидела, как происходит наполнение, а вслед за тем обратила внимание и на другие контейнеры, уже залитые доверху. Выстроившиеся у стены, они наполовину были прикрыты плёнкой. Да сколько же он тут находился?! Совершенно беспомощный, вынужденный бесконечно подставляться машине, которая… Возбуждение, до того бродящее в крови, вдруг напомнило о себе. Искорка бы никогда не призналась, что чужая уязвимость так её раздразнит. Почти не осознавая, что делает, она провела пальцами от пупка вниз — всё равно нижней части костюма она пока не раздобыла. Она даже погрузилась кончиками пальцев в себя, потёрла, находя чувствительную точку… Она была влажной, разгорячённой внутри. Естественная смазка подсказывала, как сильно ей нужна разрядка. Искорка оперлась плечами о стену, чуть расставив ноги. Лаская себя, она запрокинула голову и прикрыла глаза. Очередной приглушённый стон заставил её закусить губу. Вот-вот она могла достигнуть точки, но пик ускользал, и она только сильнее жаждала заполучить оргазм. Хватило бы одного взгляда на этого пленника! И тут вдруг очнулась! Да что с ней такое?! Этому незнакомцу нужно помочь, пока Ночная фурия буквально не затрахала его до смерти! Разве она сама не помнит, как это омерзительно — оказаться в такой ситуации на его месте? Приблизившись к секс-машине, Искорка заметила ошейник, что только убедило её — этот юноша такой же супергерой, как она. По сути — они на одной стороне и оба потерпели неудачу. В этом мире, где злодеи не упускали возможности унизить героев, она должна была быть лучше своей соперницы. Несколько направленных зарядов, и дилдо беспомощно выскочил прочь, машина зашипела и задымилась, останавливаясь. Искорка с невиданной прежде решительностью принялась распутывать ремни, стараясь не смотреть при этом на чужое тело слишком пристально. Кожа юноши блестела от пота, от её прикосновений по ней пробегали мурашки, но Искорка запретила себе думать о том, что прямо сейчас он в таком состоянии, которым легко воспользоваться для самоудовлетворения. Когда она выдернула юношу из неудобного ложа и силиконовый член наконец вырвался у него изо рта, оказалось, что он впрыскивал что-то прямиком в горло страдальцу. Закашлявшись, тот некоторое время ни на что не реагировал вовсе. Искорка огляделась. Им нужно было бежать, и срочно. За всем этим не следовало забывать, где именно они находятся. — Искорка… — едва слышно проговорил юноша. Резко обернувшись к нему, она поймала его взгляд. В глазах у него прояснилось, хоть зрачок оставался слишком расширенным, а эрекция будто и не собиралась спадать. — Я не… это афродизиак, — пояснил он зачем-то, как будто она сама не могла догадаться, что именно с ним сотворила Ночная фурия. — Зови меня… Звездопад, — добавил он, тяжело вздохнув. — Надо выбираться отсюда, Звездопад, — Искорка метнулась в сторону и сдёрнула со стоящих в углу пустых контейнеров плёнку. — Укутайся хотя бы в это. Звездопад не стал с ней спорить, тут же набросив плёнку на плечи вроде плаща. Он был слишком слаб, и ноги едва его держали. К тому же этот ошейник она так и не сумела снять. Ей не хотелось чужих прикосновений, ещё меньше хотелось чувствовать чужое, почти обнажённое тело рядом. Её собственное слишком ярко на это реагировало, к тому же от Звездопада исходил столь яркий запах секса, что так и неудовлетворённая Искорка сжала зубы. Ей ужасно хотелось воспользоваться новым знакомым, раз уж его собственное возбуждение нисколько не спало. Пришлось напомнить себе — она всё-таки правильная, хорошая супергероиня. Она не может так просто воспользоваться чужой уязвимостью. Не имеет никакого морального права бросить Звездопада здесь, в логове мучившей его злодейки. — Идём скорее, — вздохнула она и забросила его руку себе на плечо. Несмотря на истощённый вид, Звездопад оказался тяжёлым, его тело оставалось поджарым и мускулистым. Может, он был пойман совсем недавно, а на этом уродливом памятнике бесконечному вожделению Ночная фурия замучила кого-то ещё? Вдруг она так развлекается время от времени просто со скуки? Как бы там ни было, Искорке пришлось нелегко. Она расширила проём в стене, чтобы им удалось протиснуться вдвоём, и поспешила к выходу как можно скорее, но внезапный резкий звук сирены оповестил, что о её — их? — бегстве узнали. — Бесполезно, — выдохнул Звездопад, когда Искорка метнулась в боковой коридор. — Здесь тупик. «Откуда ты знаешь?» — хотела она сказать, но прикусила язык. Может, он уже метался в поисках выхода? Может, он действительно знает? Она ощутила горчащую на языке беспомощность, уткнувшись в стену. Перехватив Звездопада поудобнее, Искорка метнулась назад, но тут же натолкнулась на нескольких приспешников Ночной фурии. Угрожающе надвигаясь на неё, они скалились, будто в предвкушении чего-то. Искорка сконцентрировалась изо всех сил и послала электрошоковую волну, но в тот же миг ощутила, как её обнажённые лодыжки оплетают теневые щупальца. Сбросить с себя тени она не могла, требовалось хотя бы несколько секунд, чтобы вновь набрать заряд электричества. Звездопад мельком посмотрел на неё, и во взгляде его была вина. Искорка предположила, что он винит себя. Возможно, без него она действительно сумела бы спастись. Ночная фурия внезапно вышагнула из-за угла и смерила их взглядом. Выглядела она возмущённой — но прекрасной. Большая грудь, лишь слегка прикрытая лифом костюма, затянутые в чёрное стройные ноги, алые губы. Маска скрывала лицо, но глаза сияли торжеством. Искорка представила себя, обнажённую наполовину, растрёпанную и взмокшую от принудительного секса. — До чего жалкое зрелище, — фыркнула Ночная фурия, словно согласившись прокомментировать её мысли. От Искорки не укрылось, насколько она недовольна. Похоже, Звездопад имел для неё особенное значение и простить его побег она так просто не могла. — Раз уж вы так спелись, я придумаю для вас подходящее наказание, — добавила Ночная фурия. Искорка уже хотела ударить как раз накопившимся электрическим разрядом, но теневые руки в тот же момент защёлкнули ошейник, лишая её возможности использовать способности. Тени в два счёта утащили их прочь. Искорка попыталась брыкаться, отбиваться от них, но они обладали лишь частичной материальностью, все её старания не приносили им никакого вреда. Ночная фурия же, заметив её сопротивление, на мгновение приблизилась. — Как же ты меня уже достала, — прошипела она и ударила Искорку по щеке, да так сильно, что перед глазами в один момент всё потемнело. …В следующий раз Искорка пришла в себя связанной. Широко разведённые ноги фиксировались у лодыжек прочными кожаными браслетами, руки оказались едва ли не вывернуты из суставов. Она была подвешена в темноте и пустоте, и что-то с неприятным обещанием касалось клитора и ягодиц. Дёрнувшись, Искорка почувствовала, что не может высвободиться, но получилось отодвинуться от этого угрожающего ощущения. Тут же вспыхнул свет, и она увидела напротив всё такого же обнажённого Звездопада. Он низко опустил голову, так что не рассмотреть лица, но всё остальное Искорка видела без труда — и широко разведённые колени, и электрошоковое кольцо на члене, и связанные запястья… Они, похоже, повисли над пока ещё отключёнными дилдо. Разгадать намерения Ночной фурии Искорка не пыталась. — А вот наконец и вы, — раздался неприятный голос. Ночная фурия выступила в круг света, и за ней клубами тумана последовали тени. — Добро пожаловать на нашу вечеринку. Оцените комфорт, с которым я вас устроила. Если вы перестанете с такой настойчивостью тянуть за канаты, то приземлитесь прямиком на эти милые игрушки. Ах да, кажется, я забыла одну деталь… Тени взметнулись вверх, и горло Искорки тут же охватила верёвка. Она инстинктивно дёрнулась, и дышать сразу стало легче, вот только Звездопад напротив тут же забился, задыхаясь. Верёвка, проходя вверху через скрытые блоки, была у них одна на двоих. И как только одному становилось легче, второй терял всякую возможность дышать. Испугавшись за Звездопада, Искорка ослабила натяжение канатов, тут же ощутив, как начавший вибрировать дилдо проехался между ягодиц, а у клитора раскрылась вибробабочка, ощутимо раздражающая электротоком. Звездопад вскинул голову, глубоко вдыхая, и поймал её полный отчаяния взгляд. В его глазах была только вина. Ошейник на его шее тускло поблёскивал. Зацепившись за этот блик взглядом, Искорка упустила момент, и настойчиво вибрирующая головка дилдо погрузилась в неё, вызывая вскрик. Тело одновременно отвергало и жаждало этого вторжения, и Искорка сморгнула непрошенные слёзы. Звездопад тут же отреагировал, дёрнулся, отчего на миг пришло удушье, и тут Искорка смогла подняться над мучительной вибрацией. Вот только Звездопад напротив снова задыхался. «Лучше умереть, чем дать ей потешаться над нашим взаимным барахтаньем», — мелькнула у Искорки мысль, и она перестала сопротивляться. Дышать стало легче, пусть дилдо и погрузился в неё почти полностью, а вибробабочка принялась прогонять сквозь клитор разряд за разрядом. Кажется, она даже кончила, только это не принесло облегчения. Оргазм прокатился болью, и Искорка до крови прокусила губу, не желая вскрикивать на радость Ночной фурии. — Мне кажется, ты не понимаешь, кто именно перед тобой, — злодейка, конечно, наблюдала. Искорка едва сумела сфокусировать взгляд на её фигуре. Большая грудь едва помещалась в лифе, отчётливо вырисовывались крупные налитые соски — похоже, Ночную фурию возбуждал их вид. «Вот бы тебя саму распять вместе с твоими игрушками», — мимолётно подумала Искорка. Воображение нарисовало поверженную злодейку с разведёнными коленями, между которых мерно работала секс-машина. Искорка помотала головой, чтобы избавиться от видения. — Ты всё ещё его жалеешь, — продолжала Ночная фурия. Искорка сумела перевести взгляд на Звездопада. Всё её тело сотрясалось от разрядов и вибрации, машина продолжала насиловать её, но, кажется, она совершенно от этого отключилась, а безвольность кукол Ночную фурию не заводила. Звездопад же смотрел на неё, не мигая. По его напряжённым мускулам струился пот, и в отблесках света это было даже красиво. Искорка представила на миг, что это его член внутри, и лёгкая тень настоящего, а не вызванного вибрацией возбуждения прокатилась и тут же исчезла, оставив лишь мучающую боль. — Смотри на него! — взметнулась теневая рука, ударила Искорку по щеке, захватила её подбородок, заставив смотреть прямо Звездопаду в глаза. — Посмотри в лицо богу этого мира. Это его извращённая фантазия наделила нас способностями. Это он вселил нам желание сражаться друг с другом — и наказывать друг друга. Он следил за нами долгое время, пока не утомился, пока не захотел почувствовать на себе, что такое — быть униженным, распятым, быть использованным. А ты, — она засмеялась, — ты по-прежнему его защищаешь. Он — всему виной. Он альфа и омега этого извращённого мироздания. Он создатель — он придумал этот мир. — Что за… чушь… ты несёшь? — выдохнула Искорка. В голове мутилось, постоянная вибрация едва позволяла ей хоть как-то мыслить. — Чушь?! — Ночная фурия взглянула на неё с пренебрежением. — Такая текущая от дилдо сучка, как ты, конечно, ничего не могла запомнить. А я помню, как он создал меня. Величайшую из злодеек этого мира. Величайшую — потому что он такой меня увидел. Он жаждал оказаться в руках доминатрикс, способной временно запретить ему использовать собственные способности. Звездопад отвёл взгляд. В его лице скользнуло что-то беспомощное и усталое. Искорка дёрнулась, привставая, чтобы вдохнуть, и его петля в ту же секунду затянулась. Да только он и барахтаться больше не стал. Как будто… Ночная фурия сейчас ни в чём не солгала? Ночная фурия отрывисто рассмеялась. — Что, тебе тяжело поверить? Ты была создана только для того, чтобы удовлетворять его похотливую фантазию. А я — чтобы унижать тебя, чтобы распинать тебя. Чтобы ты висела беспомощной бабочкой, нанизанной на иголку моих игрушек! Теневые руки заскользили по телу Искорки, срывая остатки костюма. Она затрепыхалась, и в тот же момент призрачные, но такие ощутимые пальцы растянули её анус, проникли и снова выскользнули, чтобы погрузиться глубже. Задушенно простонав, Искорка пожелала только полностью отключиться от происходящего. Но Ночная фурия снова приказала теням отвесить ей пощёчину, приводя в сознание. — Жалкий бог, — фыркнула она, — даже не понял, что дал мне силу, от которой я отказываться не собираюсь. Теперь он носит ошейник, не позволяющий ему меня ослушаться. Он не может сбежать, не может сотворить иную реальность, где я бы не заставляла его мучиться и кончать. Я играла с ним долгие годы и не позволю тебе отобрать у меня любимую игрушку. Искорка мотнула головой и словно выплюнула: — Да ты просто сумасшедшая. Теневые руки слились в подобие члена и заткнули ей рот. Она ощутила на языке крупную фигурную головку, и от унижения и ярости у неё потекли слёзы. — Она не сошла с ума, это чистая правда, — вдруг заговорил Звездопад. — Я создал и её… и тебя. Тени рассыпались по языку, Искорка закашлялась, стараясь выплюнуть их, даже само воспоминание о них. Она всё ещё цеплялась за предположение, что Ночная фурия лжёт. — Невозможно… доказать! — крикнула она. — Ты тщательно скрываешь свою личность, Илона, — продолжал он монотонно. — Впервые обнаружила в себе способности вовсе не в школьной драке, как рассказывала газетчикам. Нет, это было ночью, когда ты мастурбировала. Скромный электрошок позволил тебе достичь оргазма, и ты ещё долго развлекала себя так перед сном, не пытаясь придумать, что делать со способностью дальше, — он усмехнулся. А Искорка вся дрожала, и не только от непрекращающегося проникновения. Звездопад рассказывал такое, о чём не знал никто, совершенно никто. — Тебя возбуждает чужая беспомощность — такой я тебя создал. Эта причуда заставляет тебя бросаться на помощь, но на самом деле ты множество раз разыгрывала в собственной фантазии сцену, когда вместо спасения удовлетворяешь себя, своё тёмное и жадное нутро. Ты такая — благородная, но с оборотной стороной. Мне нравится твоя… вторая сторона. Искорка разозлённо сверкнула на него глазами. Ночная фурия расхохоталась, она слушала очень внимательно: — Надо же, так у нас много общего! Может, ты придумывал для нас счастливую сюжетную линию, а? Хотел посмотреть, как мы резвимся друг с другом? — изо рта её вырвался чудовищно длинный, сотканный из теней язык. Искорка содрогнулась от отвращения и сдавленно простонала, когда самый его кончик обвился на миг вокруг её соска. — Хочешь, я прямо сейчас покажу тебе, что могу с ней сделать ещё? — Чёртов извращенец! — закричала Искорка. Не в силах ничего сделать с Ночной фурией, вздумавшей облизать её едва ли не целиком, она могла повлиять только на Звездопада и, изо всех сил забарахтавшись, позволила ему опуститься на дилдо, задыхаясь. Ей вибрация доставляла боль, но Звездопад запрокинул голову и внезапно обильно кончил, как будто бы на самом деле ему нравилось это униженное и беспомощное положение. «Настоящая шлюха», — с некоторой брезгливостью заметила про себя Искорка. — А, моя шлюшка наконец снова вспомнила о собственном предназначении, — повторила её мысль Ночная фурия, отвлекаясь от Искорки. Тени поймали капли спермы, заключили их в подобие крошечных жемчужин, украсили этим странным ожерельем грудь злодейки. — Вот только мне отчаянно надоело смотреть на вас. У меня есть идея получше. Раз ты с такой старательностью придумывал её, не откажешься пробыть с ней вечность-другую, верно?.. На несколько минут тени принесли облегчение, исчезла раздирающая вибрация, отпустили верёвки, Искорка оказалась на полу, свернулась в клубок, отдыхая. Её гнев на Звездопада внезапно затих, в глубине души не осталось ничего. И только одно её по-настоящему злило прямо сейчас — собственное ничтожное тело, истекающее смазкой и как будто бы желающее продолжения. «Такой ты меня создал? — обратилась она к Звездопаду мысленно. — Похотливой?» Но Ночная фурия не дала ей погрузиться в размышления о собственной омерзительности. Вздёрнув за ошейник, как котёнка, она встряхнула её и прошипела: — Не отключайся, слишком рано. Посмотри, что я для вас приготовила. Искорка повернула голову в нужную сторону, чтобы увидеть раскрытую, словно кокон выскользнувшей в мир чудовищных размеров бабочки, конструкцию. Поначалу Искорка не поняла, в чём тут смысл, Ночная фурия отпустила её, позволив болезненно упасть на колени, и занялась Звездопадом. Тот не сопротивлялся, слишком покорный для бога этого мира. Искорка следила за ними, а внутри снова разрасталась ярость. Из чувства собственной ничтожности, из отвращения к себе, из бродящей в крови неудовлетворённости она выковывала новый гнев, совершенно особенный. Ночная фурия усадила Звездопада в неестественную позу, заставив мучительно выгнуть спину. Она фиксировала его ремнями, несколько раз сильно ударив по ягодицам, а после, закрепляя его опавший член, пообещала: — Скоро ты снова будешь готов кончать, верно?.. Звездопад ничего ей не ответил, только простонал коротко, когда она ввела в него дилдо — пока ещё затихшее, но наверняка таящее вибрацию. В этот момент Ночная фурия переключилась на неё. Подняв, она подтолкнула её к кокону, и пусть Искорка попыталась сопротивляться, вскоре оказалась внутри. Губы Звездопада прижались к её губам, опалили разгорячённым частым дыханием, поневоле возбуждая. Искорка яростно зашипела, но ремни туго стянули их, и даже повернуть голову не получалось. Следующий ремень зафиксировал её так, что распалённые налитые соски соприкоснулись с такими же острыми и жаждущими сосками Звездопада. Так, чтобы поддразнивать, исподволь возбуждать присутствием — и не более того. Между ними замерло ещё одно приспособление. Его выступ вытянулся в сторону клитора Искорки, и она была уверена, что с другой стороны для Звездопада приспособление приготовило подходящее место для члена. Не хотелось даже думать, что произойдёт, когда устройство оживёт. Пальцы Ночной фурии грубо прошлись по её ягодицам, словно проверяя. Она даже вошла двумя пальцами в Искорку, заставив содрогнуться от невыносимого сочетания желания и отвращения, а потом вогнала в неё дилдо. Искорка заскулила от ощущения, а Ночная фурия, полюбовавшись на них, продемонстрировала изящную анальную пробку. — Кажется, чего-то не хватает… — протянула она, удерживая девайс так близко к лицу Искорки, что та не могла рассмотреть его как следует. — Надеюсь, размер подойдёт. — И вот уже пробка оказалась у Искорки внутри, тут же завибрировав, будто включилась от тепла живого тела. В тот же момент кокон начал медленно закрываться, пришли в движение дилдо и это странное устройство между ними. Прямо в клитор Искорки попал электрический заряд, и она опять не сдержала стона. — Ненавижу тебя… — прошептала Искорка. Звездопад посмотрел ей в глаза. У него были длинные ресницы, светлая радужка, и Искорка бы даже нашла его красивым, если бы не понимала сейчас с таким отчаянием, что это он — истинная причина ужасающего положения, в котором она оказалась. — Я создал тебя сильной. Ты сильнее Ночной фурии, — ответил он ей в губы. По позвоночнику прошла первая дрожь, тело охотно принимало то, с чем не в силах был смириться разум. «Сильнее… сильнее… сильнее… — отзывалось в голове вместе с усиливающейся вибрацией. — Ты сильнее…» Зачем он сказал это прямо сейчас? К чему было об этом вспоминать, когда Ночная фурия решила создать для них постоянно вибрирующую отвратительную гробницу? Она снова разозлилась, и весь этот гнев, что успел накопиться, всё раздражение от унижения, всё это вместе соткалось в ярость такой силы, что Искорка представила, как буквально взрывается от неё. В тот момент раздался тихий стон — Звездопад снова не сдержался, на ресницах его на миг сверкнули слёзы. И Искорка не сумела сдержать оргазм, так её возбудила его абсолютная беспомощность. Её электричество, как будто бы надёжно запертое ошейником, вырвалось из-под контроля. Ошейник разлетелся осколками, а следом за ним разрушился и кокон со всеми устройствами разом. Искорка выпрыгнула, не взглянув даже в сторону Звездопада. Окутанная чистой яростью, плащом из молний, обнажённая, Искорка смотрела только на Ночную фурию. Та привычно призвала тени, отшатнувшись в сторону, но Искорка сияла — была самим светом, и тени скукожились — они не могли ей противостоять. Швырнув в Ночную фурию шоковую волну, она рассмеялась, осознав вдруг, что означало это самое «сильнее». — Соскучилась? — рыкнула она на Ночную фурию, распростёршуюся на полу. — Кажется, теперь моя очередь играть! Несколько разрядов электричества заставили Ночную фурию дрожать в судорогах, потом её тело обмякло — она потеряла сознание. Искорка глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Ей казалось, что она готова разнести здесь всё в щепки. На запястье внезапно опустилась чужая ладонь. Искорка повернула голову и встретилась взглядом со Звездопадом. Обнажённый, как и она, он смотрел на неё очень печально. — Прости, — вырвалось у него одно только слово. — Простить?! — Искорка выдернула руку из его пальцев, схватила его за подбородок. — За этот извращённый мир?! Думаешь, одного слова достаточно, чтобы я улыбнулась и сказала, что не ненавижу тебя? Ублюдок! — Ночная фурия сполна доказала мне, что я был не прав, — откликнулся он тихо, вовсе не вырываясь. — Годы я провёл в той машине, не способный умереть в мире собственных фантазий, вышедшем из-под контроля. Время превратилось в череду бесконечного насилия, — Искорка почти посочувствовала ему, но заметила, как его опавший было член вновь наливается, приподнимаясь. Мысли о пережитом всё ещё будоражили его? — Тебе нравилось. Той твоей извращённой части, с которой ты, похоже, лепил и Ночную фурию, — отстранилась она. — Тебе нравилось то, как она с тобой обращалась. — Моё тело привыкло, — пожал он плечами. Обхватил себя руками, отворачиваясь. — Ты вправе злиться на меня. Но… пожалуйста, я… действительно понял, насколько… Дай мне шанс всё исправить! — Дать тебе шанс? — Искорка покосилась на него. — То есть? — Освободи меня, чтобы я мог повлиять на этот мир и сделать его лучше, — объяснил Звездопад. Искорка подцепила его ошейник пальцами, подтаскивая его к себе, но на гладком и плотном металлическом кольце не нашлось застёжки, как у того, что был на ней самой. И короткий удар электричества нисколько тут не помог. — Я не знаю, как с этим справиться, — признала она. — Нужно спросить у Ночной фурии. И я не доверяю тебе. Звездопад тяжело вздохнул и опустился перед ней на колени. Искорка смотрела на его покорно опущенную голову и чувствовала, как желает схватить его за волосы, притянуть к животу, приказать ему… Она сглотнула, ясно представив, как он мог бы сейчас коснуться её языком. Звездопад посмотрел на неё и очень тихо предложил: — Я стану твоим рабом, если ты освободишь меня. Ночная фурия застонала, и Искорка тут же метнулась к ней. Она заметила прежде верёвку у стены и теперь в два счёта связала злодейку. — Она не сможет призвать тени, — заметил Звездопад, уже поднявшийся на ноги. — Ты пропустила сквозь неё достаточно мощный заряд, чтобы её способности временно отключились. Я так задумывал… ты побеждала бы всегда, если бы не была столь мягкосердечной. Искорка сжала кулаки и развернулась к нему. — Мягкосердечной, значит?! Ночная фурия полностью пришла в себя и подняла голову. На лице её возникла усмешка. — Кажется, моей шлюшке что-то от меня всё ещё нужно, да?.. Искорка ударила её по щеке. — Как управлять его ошейником? — спросила она раздражённо. — Я тебе не скажу, — отозвалась Ночная фурия. — Забирай его таким. По законам его мира появится кто-то на моём месте, и снова ты окажешься униженной и наказанной. Так забавно. Искорка оглядела помещение, где они находились. Несмотря на то, что кокон, призванный стать их общей гробницей, переполненной вожделения и похоти, развалился на части, на стенах оказалось немало интересных устройств. Искорка направилась туда, ощущая, как яростный взгляд Ночной фурии прожигает ей спину. Вернулась она не с пустыми руками. Рванув вниз лиф костюма Ночной фурии, она пристроила на сосках электрозажимы, грубо закрепила вибратор-бабочку внизу и одновременно запустила все устройства. Ночная фурия изогнулась, тщетно стараясь избежать настойчивой вибрации, отрывисто простонала. — Всё… равно… не скажу… тебе, — выдохнула она, словно пробираясь от слова к слову. — Ты скажешь мне всё, — в голосе Искорки была чистая угроза. Электрический разряд прошил тело Ночной фурии, вызвав у неё самопроизвольный оргазм. Она вскрикнула, и тут её нагнала следующая шоковая волна. Искорка была неумолимой. Электричество в её пальцах принялось терзать тело Ночной фурии, заставляя ту содрогаться в бесконечности смешанного с болью удовольствия. Очень скоро Ночная фурия попросила: — Нет… не надо больше, пожалуйста… Остановись! — Как им управлять?! — повторила Искорка. Теперь Ночная фурия смотрела ей в глаза. — Подойди, — прошептала она хрипло. Искорка приблизилась, и лихорадочно горячий шёпот опалил её ухо: — Для начала проведи пальцами по металлу. Чтобы управлять им, ты должна синхронизироваться с ним, тогда сможешь приказывать ему мысленно — ослаблять контроль или снова полностью блокировать способности Звездопада. Тебе не нужно снимать эту игрушку, ты ведь желаешь заполучить личного бога в рабство? Искорка коротко глянула на Звездопада. Тот стоял, отвернувшись от них. Взгляд Искорки задержался на упругих ягодицах, и она снова вспомнила, как Звездопад опускается перед ней на колени. «…стану твоим рабом». Гнев в ней перерождался во что-то новое, пока ещё непонятное. Снова сосредоточившись на Ночной фурии, Искорка отступила и приблизилась к Звездопаду. Она провела пальцами по металлическому телу ошейника, и внезапно тот на миг засветился. Сразу после этого она сумела почувствовать его — инородный, но такой понятный, он словно поселился в её разуме. — Отпусти меня, ты отомстила, ты всё забрала! — поняла, что случилось, Ночная фурия. — Ну же, отпусти! — Отпустить? — качнула головой Искорка. — Не помню, чтобы ты когда-нибудь соглашалась кого-то отпустить. Нет, ты останешься здесь, вот такой! И снова запустила игрушки. Ночная фурия, до того чудом удерживавшаяся у стены, рухнула на четвереньки, больно ударившись подбородком и тонко застонав. Связанная и беспомощная, она не могла ни поменять позы, ни пошевелиться толком. — Она ведь всё равно освободится, только позже, — Звездопад удивлённо посмотрел на Искорку. — Как только шок от твоих способностей пройдёт. Искорка ослабила его ошейник. Не слишком, но, как ей показалось, достаточно, чтобы он мог использовать часть собственных сил. — Нет, не освободится, если ты не позволишь, — качнула она головой. — Заблокируй её способности навсегда. Звездопад только теперь осознал, что способности немного вернулись к нему. Он протянул к Ночной фурии ладонь, и на её шее немедленно появился цельный, без какой-либо застёжки ошейник, удивительно напоминающий тот, что был на нём самом. Между коленями мгновенно возник серебристо блестящий шест, не позволяющий сдвинуть их. Пошлая поза будто приглашала воспользоваться Ночной фурией. — Вот и всё, — сказал Звездопад тихо. — Интересно, кто первый найдёт тебя? — Искорка приблизилась, наклонилась и с притворной лаской погладила Ночную фурию по щеке. — Полиция? Твои любимые громилы? Кто первый использует тебя?.. — Она шлёпнула её по ягодицам, и Ночная фурия только застонала в ответ. — Может, мне самой тобой заняться? — воображение нарисовало сразу несколько привлекательных вариантов. — Уйдём? — спросил вдруг Звездопад, и Искорка осознала, что на ней прежний фиолетовый костюм, а волосы сами собой улеглись золотистой волной. Она оглянулась — Звездопад был затянут в чёрное, россыпь то вспыхивающих, то пропадающих звёзд украшала эластичную ткань. Извиняясь перед ней, он с лёгкостью создавал такие мелочи теперь. Устыдившись на мгновение, что она хотела сейчас воспользоваться беспомощностью Ночной фурии, Искорка согласилась: — Уйдём, — и тут же внутри вспыхнула утихшая было ярость. Это Звездопад в конечном счёте был повинен в том, что Искорку будоражила чужая уязвимость так сильно! — Помнишь ещё, ты теперь — мой раб? И тут же мысленно замкнула ошейник. Звездопад инстинктивно схватился за него, будто тот начал его душить. — Твой раб, — согласился он. В его глазах крылось странное чувство, но Искорку оно не заботило. Она всё ещё ненавидела его всем сердцем.