Laniakea

Взгляды, гуляющие по всюду. Где-то осуждающие, где-то высокомерные, а где-то вообще отсутствующие. Светло голубые волосы вызывали рьяный интерес всех в этом помещении, судя по не прекращающемуся шёпоту. Мина не ебёт эта требуха. Если люди обсуждают других людей значит их жизнь весьма скучна. Это правило Мальвина давно зарубил себе на носу. Он сидит в зале ожидания битый час, потому что часть претендентов отправили ожидать своей очереди. Гуку повезло в этом плане. Он прошёл одним из первых. Вероятно из-за поддельного резюме иностранца. Коренные корейцы остались на потом. Через каждые десять минут прибегает молоденький мальчик и забирает по три человека. И Юнги естественно не в одну ещё не попал. — А педики тоже принимаются? — кто то громко возмущается. Голос доносится из угла зала. Там стоит небольшая компашка качков бодибилдеров, ростом около ста восьмидесяти. Приехали… Сейчас бы на драку не нарваться, не хочется заработать хуёвую репутацию из-за стычки с каким то имбицилом. Мин старается ровно дышать и не вспыхнуть как спичка от огня, обводя глазами весь зал он натыкается на недоброжелателей. Главный представитель айкью как у хлебушка опирается на стену спиной и нагло, нахально пялит на Юнги. На его лице написано «ты мерзкий отброс». Видимо оценивать людей по внешнему, а не по внутреннему наполнению стало неким трендом. — Проблемы? — спрашивает Мин с агрессивным поддекстом, выпячивая нижнюю губу. Мистер «я жру протеин каждый день на завтрак» медленно отталкивается и вышагивает на встречу Юну. Дибильная стрижка под горшок вызывает у парня смешок, который он быстро подавляет. Народ начинает попутно гудеть и свистеть в знак скорее одобрения, однако были и недовольные возгласы. — Я то думал это у тебя проблемы с потенцией. — выплёвывает прям в лицо незнакомец, подойдя в плотную к Мину. Смотрит на него с высока. Оно и ясно. Разница в росте две башки, если не три. Расплываясь в грязной ухмылке он осматривает противника как экспонат в музеи, при этом цокая и качая головой, будто разочаровывается. — Советую отвалить пока по черепушке не получил. — на полном серьёзе, сквозь зубы говорит Юнги, напрягает скулы и хмурится. — Иначе что? — с вызовом оскаливается качок, срещивая руки на груди. Ежу понятно что всё это просто потасовка, и этот идиот стремится вывести Мина из себя, уколоть и в добавок по роже заехать. Дыши… Дыши… Вдох. Выдох… Внутри разливается дикое раздражение в перемешку с неконтролируемым гневом, и всё это впивается в Юнги иголками по бокам. — Так я и думал. — словно подтверждает бодибилдер, и неожиданно замахивается кулаком в прекрасное личико Мина. Голубоволосый не успевает опомнится, как ему заезжают прям по челюсти, после чего остаётся неприятное жжение у уголка губ. В этот момент у него что то сщёлкает и он с досадой поднимает голову, устремляясь на амбала. Осознание себя явно покидает Юнги и он сильно пинает того в солнечное сплетение. Элементарно. Одно из самых слабых человеческих мест это солнечное сплетение. Если ударить, то попадёшь в яблочко. Качкастый валится с ног, бешено задыхаясь и бормоча что то не связанное. Его дружки тут же сбегаются, окружая этих двоих. Веет активной агрессией, а это очень опасно. Но кто не рискует тот не пьёт шампанское. За свой базар нужно отвечать… Мин собирается залесть на главаря и набить ему морду, чтобы он потом собственные кишки в унитаз выблёвывал. Но злосчастному плану мешают его же приспешники, все троя накидываясь на Юна. Он решает преминить тяжёлую артиллерию. Она сработает. Абсалютно точно. С матерью же срабатывала. Юнги достаёт из-под пояса нож. Джадкомандо - высокоэффективный спиральный нож с тремя гранями, можно считать личным оружием австрийских спецназовцев, которые сперва положили много сил на подготовку, а потом и множество террористов для очищения нации. Орудие применяется гораздо реже, чем другие боевые ножи. Закрученное лезвие предназначается для лёгкого проникновения в тело и нанесения рваных ран, которые в большинстве случаев несовместимы с жизнью. То что нужно. Мин знает что это больно и неприятно, но он проходил данную процедуру, поэтому уже не страшно. — Отошли не медленно!!! — махаясь кричит Юнги, обозначая что он вооружён. Те никак не реагирует на заявление, и более того их явно не напрягает холодное оружие в руке Мина. В это время дверь в зал открывается и заходит не только тот мальчик. Рядом идёт Пак Чимин, один из четырёх главенствующих просов. Толпа взрывается приветствующими возгласами с гиканьем и улюлюканьем, некоторые даже в ноги падают. Мин же настолько сильно погряз в состоянии пассивной агрессии, что вероятно не замечает прибывших. Один из кампашки бодибилдеров налетает на Юна, но тот отталкивает его, пиная куда в бок. Совсем необдуманно он вонзает нож себе в плечо попутно истошно выкрикивая: — Я псих блять!!! Видите?! — прокручивает металл, чуть надавливая. Мин всадил его не особо глубоко, поэтому до летального исхода не дойдет, но восстанавливаться будет около месяца — Если я говорю отойти от меня это значит нужно сука отвалить!!! — ещё громче надрывается Юнги, наконец вытаскивая нож. Голова малость кружится от потери крови, которая стекает по всему предплечью, оставляя следы на кафельном полу. Качки стоят в немом шоке, не в состоянии вымолвить хоть слово. И не надо. Всё и так уже сказано. Мин срывается с места под рёв толпы, пытается бежать, но это больше похоже на хаотичное мотание. Ноги подкашиваются, а тело одалевает слабость. Еле как он доползает до выхода, хватаясь за дверь. Сбоку его проважает внимательный взгляд, но сейчас перефирийное зрение у Юнги резко перестало функционировать, поэтому он двигается дальше, игнорирую чью то заинтересованность. Тёмные пятна в глазах будто играют в пятнашки, переодически появляясь и исчезая. Мина трясёт от страха и по большей части от адреналина. Стук сердца отдаётся по всему телу. Позади него тянется дорожка крови, растекаясь в тонкие струки, образую неведомые узоры. … Шок. Удивление. Отторжение. Смесь эмоций, которые испытывает Чимин. После инцидента с голубоволосым парнем, привлёкшим внимание проса ещё до начала собеседования. Никогда он не видил людей вредящих себе так легко, будто иголкой укололся или концелярским ножечком резанулся. Запах свежей плоти и крови всё ещё гуляет по залу, заставляя дышать ртом. Металлический привкус всегда жутко раздражал Пака. У него нет боязни вида крови. Он боится её вкуса. Как бы глупо это не звучало. Наглотался за время работы в Hawk. Мерзкое ощущение. Такое вязкое и густое. В добавок словно ешь кусок металла. Фу. Мин потряхивает головой, выбрасывая тупые ассоциации. Куда он пошёл? Какой-то чудик? Реальный псих со справочкой? Мало вероятно. Скорее это лишь защитная маска, делающая его ебанутым. Ну или не ебанутым. Выглядил он вполне адекватным. Кто мог на столько вывести человека из себя чтобы тот нож к горлу подставил. Пак выяснит. Одно он знает точно. Этот молодой человек обязан здесь работать. Чимин выходит из душного пространства, обращаясь к охране с вопросом об местонахождении пострадавшего. Они указали на туалет на этом же этаже. Блять. Стал бы он ползти в уборную на другой уровень давно бы упал от летального исхода. Пак направляется прямо по коридору, дальше сворачивая на лево. Рядом виднеется туалетная комната, и к ней же тянется полоса из крови. Эта картина напоминает херургическое отделение в госпитале. Уже ближе слышаться тихие стоны и всхлипывания. Прос аккуратно дабы не спугнуть заходит внутрь, прикрывая дверь. Парень мучается у замараной раковины, пытаясь промыть ранение, но из этого выходит минимальный коиффицент полезного действия. Он больше сил тратит, которых кстати почти не осталось, судя по бледному лицу и позе, чем помогает себе. Всего скорее ему нравится себе вредить, а не помогать. Печально, но так знакомо. — Я думаю тут нужен медпункт. — осторожно начинает Пак без свойственного ему сарказма. Он как будто впервые так решительно настроен оказать поддержку чужому и вообще незнакомому человеку. Тот словно в вакууме ничего не слышит и не как не реагирует на Мина. Он просто продолжает тчетные попытки остановить кровь дрожащими руками. — Тебе нужна помощь.— мягко произносит Чимин, с опаской делая ещё шаг. Он заторможено поварачивает голову, впиваясь в проса не очень дружелюбным взглядом. В нём можно прочитать злость и отчаинение. — Слушай я не знаю кто ты, но я сейчас свалюсь на хуй, если не остановлю кровотечение, поэтому мне немного не до разговоров.— с придыханием выговаривает Юнги, потирая лоб ладонью, тем самым размазывая кровь по лицу. — Я предлагаю помощь. — настаивает Пак с озабоченным выражением. Не время выёбываться так что нужно принять предложение и дело с концом. Мин, судорожно, протягивает руку, делая напор воды сильнее и соглашаясь выдаёт: — Валяй. Чимину два раза повторять не надо, он подбегает и начинает суетиться. Юн особо не сопротивляется полностью доверевшись левому человеку. — Ты не против? — спрашивает Пак, держась за футболку. Вопрос с намёком на то что одежда будет порвана в благих целях. Мин медленно моргает ресницами, будто давая положительный ответ. Звук ткани, которую раздирают на лохмотья доносится да Мальвины, находящегося в полном безрассудстве. Почему он помогает? Очевидно не из-за того что является последователем матери Терезы или святой Девы Марии. Хотя выглядит как святоша в первом поколении. Если честно Юнги уже понадеялся что ударился головой и это обычные глюки, но живые прикосновения, тёплых рук доказывают реальность происходящего. Чимин полностью стягивает остатки футболки, которые уже сложно так назвать. Ощущение словно её взяли с остатков трупа. Почти правда. Потому что напротив стоит полутруп. Худощавое тело с бледной кожей дрожит как осиновый лист на ветру. Кожа обтягивает рёбра, ключицы сильно выступают, а тазовые кости и вовсе дают спадывать джинсам. На это больно смотреть. Не противно, нет. Наблюдая это действительно понимаешь через что он проходил. — Слушай внимантельно. Я обматаю плечо тканью чтобы остановить кровотечение. Я не ношу с собой аптечку, поэтому придётся пройти до медпункта. Понимаешь меня? — без нажима произносит Пак, закрепляя рану и паралельно всматриваясь в дистрофика, дабы услышать обратную связь. Двигаться трудно, как и говорить, а уж тем более соображать, однако Мин улавливает суть и кивает без каких либо комментариев. Чимин берёт его под грудки и по тихоньку тащит к выходу. Немного прохладно поэтому прос заботливо накидывает на голый торс Мина его же косуху. Вместе они с горем пополам вываливаются из уборной. Пак огоядывается по сторонам, чтобы не наткнуться на не дай бог на кого нибудь Хвана. — Как звать то? — выпаливает Юнги уже более уверенным голосом. — Пак Чимин. — с полуулыбкой отвечает он, крепче обхватывая раненого за талию. — Не буду говорить что приятно познакомиться, учитывая такие обстоятельства. — с иронией сетует Мин, не представившись в ответ и, прихрамывая наваливается на помощника, ибо ноги окончательно отказались сотрудничать. Чимин только хмыкает и думает как можно испытывать симпатию к человеку, знакомому тебе пару минут. … Холод, пробирающий до костей. Запотевшие окна, покрывшиеся корочкой льда. Сидение с подогревом пятой точки к сожалению не прилагается. Очень жаль. Потому что Чонгук согревается только благодаря активному потиранию рук. Эффект всё равно не такой как от обогревателя. Он сидит в стареньком фольтсвагине. Модель машины не запомнил. Да и зачем. В отличие от своих сверстников Гук не зациклиловался на типичной мальчиковом увлечении. Машинки. Что они находили в этом? Груда метала весом в две тонны, с кучей механизмов и рычажков. Ну да. Действительно захватывающе. Ноги тресутся от низкой температуры, а лицо вообще уже не чувствуется. В особенности подбородок. Чон тянется к бордачку, пододвигаясь ближе, но не насовсем, потому что нагретое место терять не было желания. С несколькими попытками он всё же открывает его и забирает гигиеничку, которую оставил здесь по пути на собеседование. Мать приучила Чонгука всегда носить с собой бальзам. Всё детсво он проходил с обветренными губами. Так что лучший выход просто увлажнять их. Нивея со вкусом клубники. Подарок Джуна. Он очень внимательно относился к деталям. Даже к таким мелочным, как гигиеническая помада. Гук откручивает крышку и наносит гигиеничку мазками, при этом найдя своего рода зеркало в экране телефона. Завершив процедуру он кидает стик в карман, и натыкается на бумажку. Ряд цифр основное что написано. Чону сказали что он прошёл первый этап и чтоб был готов ко второму. Подраться? Да без проблем. Всё прошло довольно гладко. Только кое что напрягает. Точнее кое кто. Знакомые глаза хамелионы и графичные черты лица. Аполлон ты ли это? Определённо. Вторая встреча врятле может быть совпадением. Он сидел в жюри. Значит работал здесь. Сразу можно было догадаться. В казино он произвёл впечатление главы какой нибудь мафии. Тридцать минут назад Чонгук впадает в ступор, увидев напротив себя до жути знакомое лицо. Низкий голос и неплохое произношение. Парень из казино, предположительно друг розоволосой кокетки. Он медленно присаживается рядом с Теджуном и закидывает ногу на ногу, дополнительно скрестив руки за головой. Всё довольно бонально. Демонстрирует самоуверенность, чувство превосходства на другими. Часто ее называют позой всезнайки, человека, который вряд ли готов услышать мнение, отличное от своего. Закладывая руки за голову, закидывая ногу на ногу, человек может обозначать свою территорию, ее захват и удержание. Характерная поза для человека, занимающего высокую должность в крупной компании. Чон внимательно всматривается в физиономию греческого бога и как всегда поддаётся анализу. Один из самых эффективных методов это физиогномика — метод определения типа личности человека, его душевных качеств и возможно состояния здоровья, исходя из анализа внешних черт лица и его выражения. Заострённый подбородок говорит о том что он является сам себе хозяином и жутко не любит приказов в свой адрес. Для достижения целей использует исключительно собственные пути. Также обладатель прямого носа. Может похвастать твёрдостью характера, ясным умом, завидными организационными способностями. Эстетическое восприятие находится на высоте. Прямые брови выдают показывают его как человека смелого, прямого, во всем опирающегося на логику и не боящегося сказать правду в глаза. На этом положительные стороны заканчиваются, потому что его припухлые губы выдают его высокомерность, самолюбив ость и бесконечную гордыню. Постоянно бегающий взгляд во время беседы с начальником это очевидная не заинтересованность в данном диологе. Эгоизм можно проследить в простом жесте руки. Он берёт из стакана ручку, а остальным даже не предлагает. Единоличник. Собственник и ревнивец в отношениях с человеком, который ему действительно дорог. Хотя судя по всему таковой ещё не встречался. Гука вырывает из размышлений дискуссия между ястребами. Обстановка была не особо радужной и распологающей. — Мне казалось я воспитал тебя подобающе, чтобы не было такого что бесстактно влезаешь в деловой разговор. — угрюмо говорит Ким, смотря из подлобья на гостя. Парня такая реакция посмешила, и сразу было понятно что он ненавидит подчинятся лидеру и не считается с его мнением. Такие отношения между боссом и подопечным во приоре не возможны. Всего скорее они родственники. Внук? Племянник? Сын. Абсолютно точно сын. Не так себе Чон представлял наследника Hawk. Он достаточно неоднозначная личность. И это ещё легко сказано. — Я не влез отец, а лишь задал вопрос по теме. — хищно оглядывая шатена, отвечает младший Ким. Тэджун на такое заявление явно возмущается внутри, поднимая брови, но сдерживает свой порыв. — Продолжим. — шумно выдыхая говорит лидер, сжимая ручку, так будто хочет сломать её попалам. Прос, промолчав просто хмыкает и вновь сканирует Чона, который изо всех сил старается не встретиться взглядом с этим дьяволом. — Вы нам подходите. Я напишу вам номер телефона, от него придёт смэска с информацией по второму этапу. — записывая цифры на маленьком стикере, сообщает глава. Чонгук кивает и мысленно ликует, ведь было не трудно понять что им заинтересовались с самого порога. Гук забирает бумажку, кинув её в карман куртки, чувствуя в это же время как младший Ким буквально пялится на него. Он переходит границы. Хотя нет. Уже перешёл. В туалете казино, когда тупо подкатывал или пытался познакомиться. — Я свободен? — безразлично спрашивает Чон, в готовности сбежать отсюда из-за одного типа. — Да, ждите сообщения. — выдаёт Тэджун, даже не поднимая головы. Претендент сразу подрывается с места и вылетает из кабинета, чуть ли не спатыкаясь об свои ноги. Всюду эти безумные глаза, исследующие его вдоль и поперек. Сзади слышится стук двери и частые шаги. Блять. Его тут конечно же не хватало. Чонгук ускоряется, но это становится бессмысленной тратой сил, потому что придурок за спиной довольно быстро переходит на бег, и в итоге настигает свою цель. — Куда летишь мускулистый кролик? — шагая на одном уровне с Чоном задаёт вопрос Ким, не отрываясь, вглядывается в профиль собеседника. Мускулистый кролик? Фантазии у этого клоуна хоть отбавляй. Можно над ним поиздеваться, начав разговаривать на английском. Должен вообще то отвалить и пойти по своим делам, иначе этот диалог начнёт действовать Гуку на нервы. — Check my name at the CV.* — равнодушно бросает Чонгук, ища глазами поворот в лифтовую. — Прекрати. Я знаю что ты кореец. — лыбясь во все тридцать два зуба утверждает прос и поварачивается лицом к Чону. — Stop it, I have already realized that you're an idiot.* — грубо выплёвывает Гук, смещаясь от Кима влево. — Ким Техён. — протягивает руку для пожатия брюнет, другой поправляя шевелюру. Ещё один жест самовлюблённых людей. Постоянные поглаживания себя. — I don't care. — без единой эмоции отвечает Чон, проигнорировав руку Кима, который явно ожидал другой реакции. Тем временем по близости виднеется лифтовая. Пока что единственное спасение от клеща, накрепко прицыпившегося за него. Чонгук замечает что кто-то выходит из кабины, поэтому это хороший шанс улизнуть от проклятого Ким Техёна. Группа дефтов двигается в их сторону, проходят мимо и уважительно кланяется. Но боже. Выглядит так будто они поклоняются, как язычники богу ветра. Чон целеустремлённо бежит в лифт и успевает заскочить. Двери закрывается, но их останавливает рука с длиными красивыми пальцами как у пиониста. Ким силой раздвигает их, и не спеша шагает вперёд. Гук находится в небольшом замешательстве, ведь честно он не думал что сынок лидера окажется таким назойливым. Он насколько можно вжимается в холодные стены лифта, лишь бы прос не лез. Хотя сегодня удача вероятно не на его стороне. Как только лифт спускается вниз, Ким резко подаётся к Чонгуку, зажимая его между своими же руками, поставив их по обе стороны от плеч своей жертвы. — Не советую бегать от меня. Нам в любом случае придется сотрудничать. — без доли шутки говорит он, более детально рассматривая лицо и шею Чона. — Stope it, I have already realized that you're a touchy.* Сейчас Чонгук перебирает бумажку в руках, и думает о бредовости всего что он сейчас делает. А Ким Техён напрягает больше всего. Так и застрелится можно если Гука определят к нему. Юн как то подозрительно долго отсутствует. Собеседование должно уже идти к завершению или закончится. Но худощавой фигуры Мина что то не видно. Он сидит с кислой миной, высматривая за окном напарника. Ключи от машины есть, но бензин не хочется тратить, тем более в чужой машине. Мороз, но терпимо. На удивление на горизонте появляются два силуэта, один из которых точно принадлежит Юнги. Только нельзя сказать что идёт. Его тащат. Что могло стрястись за грёбаный час? Чон поспешно вылезает из автомобиля, накидывая глубокий капишон на голову. Джентльмены удачи приближаются, и Гуку удаётся в лице своеобразной вешалки Мина узнать ещё одно знакомство в казино. Как же его зовут? В памяти на лица всё же больше плюсов, чем знать всех поимённо. Имя этого товарища забылось сразу через две секунды после встречи. Возможно он дружок Кима. А внешность реально обманчива. Из двух просов по поведению, розоволосой является более вменяемым и не приставучим собеседником. Даже не верится что они близки, с учётом их протевоположности характеров. Чон не верит в родство душ и подобную чушь. Полюсно разные люди врятле могут сосуществовать вместе. Если и могут то с огромным усилием. Разные миры, взгляды, принципы, убеждения и мировоззрение — всё это важнейшие аспекты как в дружбе, так и в отношениях. Расходясь вы хотябы в двух, приходится тяжко. На планете существуют люди, которым с дества втирали об истинной любви. Что рано или поздно вас сведёт судьба. Но они проживают целую жизнь, и к ним никто не приходит и они никого не ищут. Выходит вся эта чепуха не закрепляется какими либо аргументами кроме — «вырастишь и поймёшь». Человеческая расса такая наивная и глупая. Каким идотом надо быть, чтобы сидеть и ждать у моря погоды. Гук предпочитает жить и не думать о будущем. Наоборот и по сей день он живёт прошлым. Что за десять последние лет действительно утомляет. — Что стряслось? — чуть ошарашенно спрашивает Чонгук, бегая глазами по Юнги. Ножевое ранение, сделанное собственно ручно, так как со стороны такой угол удара не возможно было бы совершить. Крови потеряно около полутора литра. Головокружение и предобморочное состояние. Нужна капельница для восстановления, а лучше больница чтоб зашили рану. — Не знаю что произошло, но я нашёл его в туалете, почти без сознания. — наконец разъясняет ситуацию спаситель с замучившимся выражением лица. — Сади в машину — коротко говорит Чон, открывая заднюю дверь Фольксвагена. Вместе они заталкивают Мина, укладывая по всему периметру. Гук хлопает дверью и собирается по коням. Время на счету. Тормозить нельзя. Естественно голубоволосый ему не друг, да и знакомы они два дня, но оставить его умирать на гололёдице, истекающим кровью, Чон не может себе позволить. Тут он вспоминает что находится не один, поднимая голову и устремляясь на дружка Кима. — Я помню тебя. — неожиданно выдаёт Пак, засунув руки в карманы светлого пуховика. Чонгук пропускает сказаное, и без каких либо любезностей произносит: — Нам пора. Водитель садится за руль и даже не погревшись отъезжает от базы Hawk. Мин Юнги становится всё более странным персонажем в сложившейся картине. … Тихо и спокойно. Умиротворённое место, где Ким любит быть наедине и уходить в себя. Кладбище оказывается прекрасным местом. Здесь похоронены тысячи людей с несбывшимися мечтами и неосуществившимися целями. Одинакие заросшие могилки, на которые никто не приходит. А может приходить и не кому. Такое тоже бывает. Одно из самых грустных вещей в мире это то что тебя могут все знать, любить, уважать и обажать. Но глубоко внутри никто не смыслит о том что у тебя на душе. К примеру Мерлин Монро была американская киноактрисой, секс-символом 1950-х годов, певицой и моделью. Стала одним из наиболее культовых образов американского кинематографа и всей мировой культуры. Но при этом всём, умерла в глубоком одиночестве. Дерьмо по типу известности не имеет значения, если ты проводишь свои последние секунды в абсолютной пустоте, как душевной, так физической. Надгробная плитка сильно потрескалась, а отец этакая сволочь, что даже поменять её не может. Техён наклоняется к поверхности и стряхивает снег голой ладонью. Сечас ему без разницы мокрые ли у него брюки на коленях или онимевают ли пальцы рук от холодной температуры. Человек, понимающий его намного больше чем другие, лежит в промёрзлой почве. Как то у Кима всплывает в голове фраза, которую он кинул отцу в очередную ссору после кончины матери: — Она единственная кто понимал мою боль. Печально, но зато правда. Парень ловит себя на мысли, что жалостью к себе ситуацию не исправить, поэтому поднимается в полный рост и выдавив улыбку словно впервые, осматривает кладбище. Оно большое. Половина населения Кореи здесь «тусуются». Множество неизвестных могил, без каких либо опозновательных знаков. Одна из таких распологается справа от Тэ. Нет ничего, кроме нелепо сделанного крестика из сосновых веток. Какой мразью должен быть человек, чтобы его так похоронили. Без скорби, сожаления и почестей. У проса в голове, с момента выезда из Hawk, крутится как будто на репите диалог с мускулистым кроликом… Навероятная схожесть с милым грызуном и тело где нет не единого намёка на жир, дали будущему дефту такое прозвище. Кима немного расстраивает и разжигает одновременно то, что парень отмораживается и не желает идти на контакт. Но это ничего. Дело времени. Никто ещё не смог устоять перед Ким Техёном. Ему необходимо увидеть резюме мальчишки своими глазами. По возрасту он выглядит максимум на двадцать два, а на простого тихоню из среднестатистической семьи не смахивает. У него хороший корейский, хотя есть пусанский акцент. Кто его знает, может Чимин с ним в детском саду в соседний горшок ходил. Второй оттуда же, позже Богом перетащил в Сеул всю семью из-за работы. Тэ достаёт телефон, намереваясь звякнуть отцу. Годовщина смерти матери для него мало чего значала. Что было довольно странно для людей, проживших в браке около тридцати лет. Он мстит? Или просто не договаривает… Как у фашистского партизана ни хрена не узнаешь, Тэджун лишь даст подсказку, а дальше сам долумывай. Насочиняй всякую чушь и верь в неё. Длиные гудки не перестают издаваться, пока в трубке не слышится усталый голос лилера ястребов: — Слушаю. Ким, ожидая холодную м грубую интонацию, чуть теряется и обдумывает как подобраться к теме разговора, которая его дико интересует. — Привет. Не хочешь съездить к матери? Ей одиноко, я итак тут бываю раз в год. — взолнованно изрикает Техён, перекатываясь с ноги на ноги, потому что зима уже становится не выносимой. Молчание на другой стороне затягивается, и Ким уже не надеятся услышать ответ, но удручённый вздох предшествует речи отца и он говорит: — Передавай привет. Всё что он смог вымолвить, прежде чем сбросить вызов. Слабак. Терпеть не может слабоков. Но сам чёртов трус, который не хочет бороться со своими страхами. Ким покидает кладбище, на прощание с сожалением взглянув на могилу Сохён. … Вечерний Сеул светится издалека. Высотки и мосты усыпаны цветными огнями. Техён несётся по пустой трассе, в салоне играет лёгкий джаз, а печка греет машину. Разговор с отцом изначально не задался, поэтому Ким решил не донимать его с просьбой о резюме того бармена. Есть же обходные пути. Например Ли Минхо. Самый надёжный вариант. Он приспособленец, выживет в любых условиях. Что скажешь то и сделает. Прос начинает копаться в небольшом сенсорном мониторе, расположенном снизу от системы кондиционеров. Тэ заходит в контакты, и пролистывая к букве Л находит юриста. Он ещё может быть на базе, порой бывает засиживается до поздна. Огромный архив с документами стал его постоянным местом прибывания. Техён дозванивается довольно быстро. У Минхо нет с этим проблем. Даёт обратную связь моментально. — Ли, есть задание. Ты сейчас ещё в Hawk? — сосредоточенно смотря на дорогу, выясняет Ким. — Да, уже собираюсь домой. Что то случилось? — сонным голосом отвечает секретарь вопросом на вопрос. Судя по интонации он явно запарился сидеть до поздна. К тому же пол второго ночи. Но Тэ позарез нужно сегодня выяснить всё про корейца американского происхождения. — Придётся задержаться. Я буду через двадцать минут. Жди в архиве. — настойчиво приказывает Техён, включая поворотник. Мин соглашается, обозначив свой ответ хмыканием. Прос, услышав всё что ему нужно, сбрасывает трубку и расслаблено откидывается на спинку мягкого сидения. … Глаза слипаются, но мысль, о толстенной пачке бумаг, лежащей рядом не даёт прикрыть веки. Ли снимает очки и протирает глаза, закидывая голову назад. Работа, работа и ещё раз работа. Такое ощущение что в логове ястребов большую часть занимают блядские бумажки, нежели сами сотрудники. Договоры, заявления и отчёты. Стандартный набор для Минхо. Сиди, да разбирай. Он уже намеревался отдохнуть в тёплой кровати дома, но его грёзы порушил младший Ким с каким то срочным делом. Что такого может быть срочного, что оно не подождёт до завтра? Ли застрял здесь как минимум ещё на час. Снаружи слышится приглушённый стук каблуков, очевидно принадлежащий сыну лидера. Между тем секретарь приводит себя в порядок, разглаживая воротник, и закручивая рукава на бежевой рубашке. Стальные двери оповещают своим грохотом о появлении человека, которому вероятно не хочется спать в два часа ночи. Техён подходит ближе с невозмутимым лицом, хотя от него не веет сильной энергией и желанием копаться в бумажках. — Ты был сегодня на собеседовании у одного парня, он один из первых прошёл очередь. Весь в чёрном и пирсинг в губе. Я хочу глянуть его резюме. — сразу переходя к делу, говорит ястреб, поднимая взгляд на высокие стеллажи, как в библиотеки. — Ты про корейца из Америки? — уточняет Ли, залезая в ящик и нащупывает что то рукой. Прос кивает в ответ и садится на кресло, стоящее напротив стола. Минхо перебирает белые папки, и в середине находит кое что интересное для Кима. Юрист передаёт ему резюме и выжидающе наблюдает за происходящим. Тэ открывает и документ, и сперва изучает его с горящими глазами и лёгкой ухмылкой на лице. Он возвращается в начало, перелистывая титульную страницу и с придыханием выдаёт: — Джей Кей значит.