Laniakea

Чонгук с трудом переваривает фразу сказанную на языке, ставшем почти родным ему. Не исключено что проверка предпологала какой либо осмотр, но никто разумеется не осведомил что необходимо оголятся. Он не то чтобы стеснялся себя или своего тела, просто раздеваться перед озабоченным критином точно не было желания. — Извините? — не громко спрашивает хриплым голосом Гук, позабыв про то что до этого они играли в уроки английского языка на выезде. — О, корейский сразу вспомнил! — с фальшивым удивлением усмехается Ким, прикладывая указательный палец к верхней губе, и показательно проходится по ней, что не остаётся без внимания пылких зелёных глаз. Наивность этого бармена действительно очаровывает, потому что либо он правда не догоняет либо прикидывается отсталым. Хотя если посмотреть то нет ничего плохого в том что он тянет время. Так только интереснее. — Should I repeat it? * — с важной миной произносит Техён, резко поднимаясь кресла и скидывая с одного плеча верхнюю одежду. Хоть и в помещении не тепло и даже не жарко. С другой стороны выебоны никто не отменял. — Так и будем демонстрировать свои навыки в ленгвистике или всё-таки вернёмся к насущному? — с раздражением говорит Чон, отшатываясь назад, ближе к стене. В его движениях чувствуется напряжение и сковонность. Пульс учищается, а сердцебиение отдаётся в каждом органе. И нет, это не влюблённость с бабочками в животе и трясущимися коленками. Это тревога, растущая в солнечном сплетении, и распрастраняющаяся на весь организм. Довольно давно она преданная подруга Чонгука, не покидающая его и по сей день. Порой он и вовсе не замечает когда она появляется, а когда исчезает. Она бесследна и разрушительна. — Предпочитаю перейти к сути. — соглашается прос, элегантно зацепляя кисть за карман брюк. — Раздевайся. — спокойно продолжает Ким, уверенно сокращая расстояние между ними. Гук и в первый раз понял. Не тупой. Однако вопреки всему в области груди разгорается паника и самообладание куда-то пропадает. Он теряет контроль, за что тут же мысленно даёт себе пощёчину, потому что другим людям нельзя видеть его страх и загнаность. Не поволительно. — Это обязательно? — спорит Чон, чувствуя своё сбившееся дыхание. — Не будь эгоистом. Я не могу уделять тебе столько времени. — рассматривая циферблат люксовых часов на руке, отвечает Техён и будто вампир вкушает и подпитывается растерянностью Джея. Тот лишь шумно выдыхает, вкладывая в этот выпад максимальное недовольство и протест, при этом всё-таки принимая условия ястреба. Чонгук через голову снимает чёрную футболку, немного скукожившись от низкой температуры. Расправив плечи он с вызовом смотрит на Кима с упрёком, мол без слов говорит: «валяй». Крепкая шея плавно переходит в точёные широкие плечи. Подтянутый живот с кубиками пресса в тандеме с изящной талией просто выносит проса из кабинета ногами вперёд. К тому же из-под чуть спущенных шорт виднеются хрупкие тазовые косточки. Он в невероятной физической форме, сравнимой с скульптурами греческих богов в музее. Тэ потребуется больше пяти минут чтобы изучить каждый сантиметр этого произведения искусства. Блять. Он буквально не в состоянии оторваться от бармена. Никогда ему не поподалось настолько совершенных людей. — Кхм… — подаёт голос Гук, отвлекая брюнета от исследования его натуры. Становится уже не комфортно от обвалакивающего и жаждущего взгляда, который хочет сожрать его. Техён возвращается на планету Земля, прерывая своё эстетическое удовольствие. Он заглядывает в юнешеское лицо с мраморно-белоснежной кожей и не может пошевелиться. Чон вдумчиво ожидает когда же его высочество выйдет из астрала и начнёт что то делать. Вся это мероприятие уже действует на нервы. Вроде бы он держится достаточно холодно и безразлично. Но внутри пожар, полностью поглощающий равнодушие. Сильные эмоции, которые Чонгук испытывает, как правило никуда не вылевает, просто подавляет. Это не правильно. Но когда он вообще делал правильные вещи в жизни? — Низ тоже. — звучит как гром среди ясного неба от Кима. Проскальзывает какая-то паршивая полуулыбочка как в дешёвом порно. Мерзость. — Если вы хотите там что то найти то не получится. За частую традиционные места для наколок преступных групп это: грудь, спина и голова. Я не прав? — выдаёт Джей, облизывая обветренные губы. Самая дебильная уловка, которую можно было придумать. Как так сын лидера, посути сам крутящийся в этих кругах, не знает где набивают татуировки зеки? Довольно иронично, с учётом того как он себя привозносит. Прос всдёргивает подбородок, что говорит о том что он предпологал сопративление от претендента. На вид мускулистый кролик не такой приземлённый как кажется. Наоборот он за гранью чего то поверхностного, он копает глубже, прослеживает все подводные течения. Ким пойдёт на поводу только из-за интереса к парню. Ну и можно подыграть, дабы понаблюдать за дальнейшим развитием событий. — Подними руки. — пропуская сказанное Гуком, просит Тэ, оказываясь над капной пушистых волос. Бармен выполняет приказ, вытягиваясь как струна, ощущая как каждый позвонок встаёт на своё место, а мышщы побаливают от натяжения. Гибкие извилистые вены по всей длине варьируют с выбивающемися бицепсами. Узкие ладони отливают синеватым оттенком. Ким также примечает мелкие шрамики, разбросанные в хаотичном рисунке. Маленькие богровые соски смотрятся мило вместе с коричневой родинкой на шее. Налюбовавшись идеально пропорциональным телом Техён восхищищаясь говорит: — Повернись спиной. Не успевая опомниться он уже лицезреет продольные мышцы и аккуратные лопатки, переходящие в поясницу и рельефные бёдра. Чон стоит в неведении и понятия не имеет что творит этот ебанат. По спине расползаются мурашки и возникает странное чувство, словно он хочет чтобы его коснулись. Плавно провели длинными музыкальными пальцами, вырисовывая узоры и очерчивая позвононочник, нежно спускаясь к ягодицам. Чонгук отбрасывает бесполезные мысли, ведущие в тупик. Ведь такой человек как Ким никогда не мог бы иметь что то общее с ним. Тэ подходит в плотную едва ли не утыкаясь носом в холодную шею, обводя контуры серебренной серёжки в виде длинного креста, и шепчет горячее: — It's on your conscience, baby.* … Невообразимое сумасшествие творится на арене. Все в диком мондраже предвкушают бой, предстоящий им позже. Чимин распологается на трибунах, свободно развалившись на сиденье и зрит за бегающими букашками внизу. Проверка проведена, в итоге которой выбыли два выродка, посчитавших что они умнее остальных. Просы в целом все на месте. Кроме Кима, хотя и это не мудренно. Он же впринципе никуда не торопится. Не моя забота… Не моя забота… Солгал. Он прекрасно ведал о состоянии Мина. Почему людям сложно говорить правду? Вероятно она по просту не удобна. А Джею не удобен приставучий Пак со своими расспросами. По какой то причине не очень благоприятный разговор подушатал его. Усталость накатила сама, а желание испариться так и напрашивается. Рядом слышится балаканье Хвана по телефону. Ему бы рот зашить и он был бы ещё милее чем на самом деле. Паганый язык всё портит. — Где Техён? Пора начинать. — спрашивает юрист, сидящий позади. Закатывая глаза Чимин оборачивается и с цоканьем отвечает: — Трахает кому нибудь мозги. Ли возмущённо выдыхает, будто рвётся что то высказать, но останавливает себя. Он всегда был типом, который не может выражать то что думает. Зависимость от чужого мнения не даёт такой возможности. Ну и страх осуждения со стороны общества. Скучно наверное жить таким людям. Никаких приключений. — Я как всегда единственный объект обсуждения? — восторженно восклицает младший Ким, грациозно вышагивая меж рядов. Просы синхронно поварачиваются на звезду этого вечера, и беззвучно его приветствуют. Техён игнорируя присутствующих присаживается около друга, традиционно скрестив ноги. — Лицо попроще сделай. А то неправильно поймут. — начинает нравоучения Тэ, поглядывая на профиль Мина. Да, он бы относился ко всему попроще, если бы не накручивал себя как шпагат на древесину. Хочется забить на ебаного дестрофика и агрессивного качка, но останавливает то что интерес растёт с каждой секундой, и это не просто влечение, это какие то задатки искренних чувст, живых настолько что живот скручивает от неозвученных переживаний. Лучшое решение сейчас это установить нормальный контакт с барменом, а потом подобраться к Юнги. Юнги… Так коротко, легко и как то по домашнему. Не режет слух и не выглядит возвышенно. Паку нравится, не смотря на то что он любитель изысков. Голубоволосому идёт эта простота и даже некоторая огрубевшесть. Она превлекает. — А сам то. Довольный как кот, налакавшийся сметаны. — насмехается Чимин, слегка хлопая того по коленке. — Зажал небось кого нибудь? — Не совсем, но тоже хорошо. — парирует Ким, покачиваясь на пластиковой сидушке. А он как всегда не упустит возможности удовлетворить себя и свои потребности. В любое время в любом месте. Вот же похотливое животное. — Скотина. — шутит Мин, толкая локтём в бок приятеля. Подобные обзывательства уже вошли в привычку и не считаются за оскорбления. Порой нецензурная брань наоборот воспринимается как хорошая новость или похвала. — Ну что бездельники, ещё долго будете греть задницы?! — громким басом отчитывает глава ястребов, ускоренным шагом двигаясь к основной массе. Арсенал состоящий из охраны и хуевой тучи оборудования были при нём впрочем как и прежде. На арене при виде старшего Кима началось волнение с разного рода звуками. Они жаждали и не терпели, изнемогали и очевидно давно готовились к выходу гвоздя программы. Минхо как ужаленный подскакивает с очередными нескончаемыми бумагами в папке, которая болталась под боком. А Хёнджин, обрывая телефонную беседу, откладывает аппарат в карман и вливается в происходящее. — Да здраствует Hawk!!! — выкрикивает Техён, поднимаясь с жёсткого сиденья и беря с собой в охабку Пака, ворчащего как пристарелый дед. Ястребы направляются к эпицентру, а точнее к своеобразной сцене, где будут оговариваться все формальности и итоги этого собеседования. В лицо бьют яркие прожекторные фонари, направленные на семейство Кимов. Младший морщится от надоедливых бликов, не дающих хоть что рассмотреть. Однако даже сквозь вырвиглазное освещение он смог поимать тень американца корейского происхождения. Очертания его фигуры во многом отличались от серого стада. Темболее после чудесной проверки, Техён рассмотрел даже больше чем надо. — Прошу внимания!!! Присутствующие здесь, прошли первое испытание на честность. Это достойно аплодисментов!!! — осматривая весь зал, обращается Тэджун. Толстые брови подняты, а морщины на переносицы сжаты из-за натянутой улыбки с сгнившеми зубами. — Сейчас вы построитесь по рядам! Порядок не важен. — продолжает глава, оттапыривая мизинец на микрофоне. — Не толпится!!! Броуновское движение по площади арены через некоторое время переходит в более менее порядочный рисунок. Около семи рядов вырастают перед трибунами. Они словно целое войско, восставшее против могущественного государства. И из них будут выбраны лишь тридцать человек в штаб Кима. Конкуренция не такая как раньше, она в разы больше чем когда либо. В один момент все затихают, создавая гробовую тишину. Просы сходят по ступенькам, клацкая маленькими каблучками туфель. Их встречают вроде бы молча, но при этом создавая немое воссторжение. — Не думайте что все попадёте ко мне. Я очень придирчив. — высокомерно уточняет младший Ким манерно жестикулируя руками, будто дирижёр перед оркестром. Хотя он и так являлся своеобразным дирижёром, также управляющим людьми, как музыканты инструментами. Он играл на их эмоциях, как на струнах гитары. Выбивал всю уверенность в себе, как на ударных. И в итоге растаптывал достоинство, словно сжигал старую укулеле. Ястребы делятся, распавшись по разным рядам. Прогулочным шагом, не спеша они оценивают каждого претендента, огладывая с головы до ног. Ничего особо приметного не выделяется. Но для Техёна одна сплошная неординарность стояла в пятом ряду с левого края. Было бы забавно ещё поиздеваться над грудой мышц с кроличьей мордашкой, поэтому он приближается к своей цели и останавливается прямо напротив. Тут ему сбежать некуда. Да и в этом нет нужды. — В первый поток идут — медленно говорит Тэ, специально не сводя взора с Джея — третий, седьмой — оттягивая момент, перечисляя — и пятый ряды. — наконец он заканчивает свой вердикт и с жгучим удовольствием видит ярую злость и гнев, замаскированные под полную безэмоциональность и непричастность, стрелявшие в него из изумительно красивого лица с острой линией челюсти. Но как говорится глаза — зеркало души. Кто то облегчённо вздыхает, а кто шикает в знак некой неудачи. Выбранные Кимом, всё ещё ждут следующих указаний, из-под тишка посматривая на него. — Вперёд. — громогласно выдаёт прос, прибавляя скорость своей походке, во избежании давки. На удивление толпа плетётся довольно дисциплинированно друг за другом. Коридоры в достройке к ангару, где планируется состязание узкие, что препятствует тому, чтобы побыстрее добраться до места. Техён, как вождь ведёт всех мимо грязных коммуникаций, походящих на пыльные канализации. Была бы его воля милый кролик шёл бы рядом, максимум на расстоянии одного метра. Но излишняя настойчивость может спугнуть и ещё больше оттолкнуть, а это не самый лучший выход. Мизерный проходик к концу постепенно расширяется и перерастате из сырого подвала в обычное квадратное помещение, напоминавшее предбанник к самому тренировочному залу. Прос резко тормозит, поварачиваясь на сто восемьдесят градусов, доставая из кармана список первых, кто будет участвовать в бое. — Донхён, Джихо, ДжунУ, Сиу, Хёну, Сангхун, Гонхо, Тэмин, Шиндэ и Джей. — диктует он, делая акцент ударением на последнем. Названные выбиваются из скопления около входа и среди них в самом конце проталкивается желанный гость с угрюмой физиономией и бровями домиком. Тэ отворяет огромные стальные двери весом, по ощущениям в полторы тонны, не меньше. Ребята, как будто ступая в другое измерение с восхещением ахают при виде обычного оснащённого инвентарём спорт зала с высоким потолком. Здесь уже расположился лидер, оприходуя жим ногами. Он давно не увлекается качалкой. Просто любит повыёбываться. Яблочко от яблоньки. — Господин Ким, я вынужден прервать вас от приятного времяпрепровождения. — с претворной вежливостью излагает сын, становясь у шведских стенок. — Разделитесь по два. — приказывает Тэджун, отвлекаясь от изучения механизмов тренажёра и проходя к центру событий. Парни, не мешкаясь распределяются в пять пар. Хоть и не очень грамотно, потому что встречаются случаи не равных габаритов, начиная элементарно с роста. Вообщем это не важно. Если ты сильный соперник, тебе будет похуй на тупоголового грамилу, с которым придётся мериться способностями в бою. Шатен оказывается в дуэте с коротконогим лобастым простачком, прыгающим из стороны в сторону, как больной из психушки. Чон же никак не реагирует на вызывающее поведение, сохраняя энергию на действительно стоящие вещи. — Есть желающие стать первооткрывателями? — спрашивает глава, похаживая мимо участников с суровым лицом. Гук поднимает руку и без лишних слов показывает что готов поучаствовать в этом бредовом по его мнению недо боевике. Его напарник, а скорее неугомонная саранча, тоже не против покончить со всем. — Остальным разойтись. — с пренебрежением говорит Техён, дотошно прослеживая каждое действие бармена. Любопытно поглядеть на его старания. Может он и не зря умничал на первом собеседовании. Чонгук без доли страха выходит на периметр, более освещённый холодным светом. На низком старте он тщательно продумывает тактику до малейших деталей. Спереди левая нога, значит бить будет правой. Правша, судя по мазоли на среднем пальце правой руки. Защищает руками область живота и солнечного сплетения, держит голову в наклоне, закрывая доступ к подбородку. Значит слабые места. Сделает упор на зажиме ногами и ударами с локтя. Сильные ноги. Прыжками врятле будет пользоваться. Тежеловат. Вынослив, но до определенного момента. Стоит его сбить с толку, потеряет контроль и начнёт рандомно целиться в надежде попасть. Для начала нужно дать понять что он выигрывает и в погоне за победой он истратит последние попытки превзойти в раунде. Как раз таки в этот миг Чон поэтапно наступит на него, используя приёмы, которые быстро собьют дыхание и замедлят сокращение мышц. — Если не требуется разогрев, то можете не стеснятся. — с приглашением в интонации произносит старший Ким. Воздух наэлектризован, а напряжённость так и сочится ото всюду. Джей не торопится нападать, наблюдая за намерениями противника, одевшего капу. Впринципе это было очевидно. Боится получить по хлебалу. Первый несуразный выпад приходится по бедру. Достаточно бойко и даже агрессивно. Ладно. Поскачит ещё немного и успокоится. Гук для создания вида бурной деятельности в пол ноги уварачивается и шумно выдыхает, корчя рожецу типа «я уже заебался». Силач бамбула на это еле заметно расплывается в ликующем оскале, скрывая свой восторг за своими ершистыми прядями волос, свисающими слипшимися сосульками. Он уже истикает ручьями пота. И это не усталость. Боязнь. Ему страшно остаться в лузерах. Страшно что его одалеют. Потовыделение выдаёт все эмоции. Тэ следит за всей картиной с не потдельным интересом. Множество вопросов бегают в голове. И все они на прямую связаны с мускулистым кроликом. По очевидным причинам прос ждал большего от него, но ещё не вечер. Если в целом учитывать сущность этого человека, которую Ким не до конца раскрыл, то можно сделать вывод что он делает даже самые простые вещи с подтекстом. С ним необходимо научиться читать между строк. А сейчас особенно, потому что не понятно почему он так тормозит и будто вообще не горит желание продолжать спаринг. Тем временем Чонгук по тихоньку добавляет уверенности сопернику, нарочно свалившись на спину. Тот седлает его, хватая за грудки и пытаясь выбить мольбы о пощаде, хоть и сам как в лихорадке трясётся от малейшего касания. Странно. А выглядел так мрачно и грозно. На деле лишь оказался показушным мальчишкой с раздутым эго. Чон использует его же промах и неожиданно сталкивает их лбы чтобы дезориентировать и самую малость размыть реальность в его глазах. Трюк успешно срабатывает, судя по тому как тяжёлая туша словно мешок картошки оседает куда то в бок, а Гук зажимает толстую шею меж ног, отрезая какие либо пути уклонения. Но тот тоже не промах, потому что догадывается ущипнуть бармена под рёбрами, ослабив стальную хватку. Ну хоть на это смекалки хватило. Чонгук решает вернуться в вертикальное положение. Пока что это не бой, а детская драка в песочнице. Добавить бы перца. Идти напролом смысла не имеет, а вот отправить в небольшую отключку можно, но так не хочется. Нужно же устроить этим змеюкам шоу. И они его получат. Джей наносит апперкот — удар кулаком снизу вверх в челюсть противника. Один из самых действенных приёмов самообороны. На подобии боксёра он вполне эффективен, ведь он тут же отскакивает назад, сгибаясь пополам. — А он неплох. — указывая взглядом на Чона, отзывается Тэджун, выжидая реакцию сына. — Не впечатлил. — нагло врёт Техён, когда внутри наоборот в попытках подобрать эпитеты для его описания. Лежащий в нокауте паренёк через несколько секунд восстанавливается, вытирая кровь из-под носа. Живучая тварь. Гук разминает кисть, и обращая внимание на противника понимает что он будет вводить тяжёлую артиллерию. Тот со вселенской болью и праведным гневом шипит, показывая слюнявую капу с примесью кровью, а потом с храбростью льва подскакивает вперёд и метится Чонгуку куда то в скулу, но промазывает. Боже, серьёзно? А изначально ты показался даже сообразительным. Чон отклоняется влево, чем естественно неимоверно выводит из себя Майка Тайсона на минималках. Словно бык на красную тряпку он несётся, перехватывая поперёк тулова Джея, планирую его окончательно завалить, но и эта слишком явная уловка не работает. Обиссиленный сдавленный стон слышится от изнурённого соперника, который, судя по его выходкам, настолько ненавидит Чона, что готов отправить его в ад. Да он и сам не против. Надоело это притворство. Чтобы представить себя лучшим, ты должен уебать какого-то гнома, сбежавшего с Диснея, а только потом уважаемые депутатские морды подумают подходишь ли ты им вообще. Пора подойти к развязке и закончить спектакль, потому что навеявает скука и тоска. Такое ощущение будто они и в правду в театре сидят, тут ещё артистичного Пака не достаёт с щинячьми глазками. Он бы разбавил обстановку своим гейским голоском и саркастичными шуточками. Хотя он не меньшая головная боль. Гук смотрит в серый потолок с ровными квадратами и рассчитывает вишенку на торте. Удар коленом сбоку в прыжке. Идеально для этого случая. Помимо классического бокса он также практиковал боевые искусства. Одно из которых каратэ. Там существует много приёмов с прыжками. Единственный нюанс — это то что нужно абсолютно точно уметь прыгать и группироваться. Но у Чонгука проблем с вестибуляркой или же с координацией не было, поэтому всё шло как по маслу. В своё время Намджун отхватил нормально так синяков от несдающегося восемнадцатилетнего юнца. Он легко словно перина подпрыгивает вверх и вперёд, подгибая левую ногу. От противника доносится истиричный взвизг, потому что Чон берёт его за шевелюру у самых корней чуть оттягивая, дабы лицезреть поражение на его морде, и наносит восходящий удар целясь прямо в висок. Тот ферично падает как конь без задних ног, погружаясь в полу кому. Другие участники прибывают в безмолвном шоке, уставившись на измотанного Гука, который с презрением стреляет в них молниями. Младший Ким не показывает своего воссторга и гордости, проделывая в бармене дыру. Но ни о чем постороннем думать сложно, ведь этот чёртов ниндзя паразительно подходит Hawk. Он сильнее всего вместе взятого штаба проса. Не побоявшись слов, можно сказать что Техёну и его одного будет достаточно. Если честно от него проку как он сам доказал куда больше, чем от мелочных дефтов. Джей отходит, бросая на судей многозначительный взгляд, мол «просмотр закончен?». Глава, озадачившись дальнейшими действиями, наблюдая результат боя, сообщает: — Добро пожаловать в Hawk!!! … Последняя ручка с синей пастой перестаёт писать, а нервы уже сдают и Минхо едва ли сдерживается чтобы не сломать пластиковый корпус. С последними событиями не соскучишься, однако он всё же сидит в клаустрофобичной будке и заполняет документы. Мероприятие подошло к концу, к счастью завершившись довольно благополучно и не затянуто. Свет на арене почти выключен, чтобы не тратить лишнюю электрнергию. Всё таки счета оформлять потом юристу. Мозги больше не варят, да и внешние факторы не дают дописать последний пункт. Как же раздражали эти два высокомерных ублюдка. Вечно нужно устроить цирк, потому что все должны танцевать перед ними с бубном. По мнению Ли данные отборы и кастинги были полнейшим идиотизмом и просто глупым капризом любимого сыночка лидера ястребов. Ведь они проходили так часто и не несли никако смысловой нагрузки, учитывая то что в скором времени Ким наперекор всему увольнял свой штаб к чёртовой матери. Какая жалость. Потрахал каждого и не один не понравился. Озабоченный идиот. — Чего такой понурый? — участливо интересуется Тэджун, на парах влетающий в кабинет и спешно проходящий к единственному столу. — Что то случилось? — отвечает вопросом на вопросом Минхо, отбрасывая подробности своего состояния. Тем более во взаимоотношениях с боссом не обязательно было реагировать на вопросы личного характера. Да и чаще всего он говорил это только ради поддержания разговора, на самом же деле ему всё равно на тревоги своих сотрудников. Ну или же он мог иногда обеспокоиться, но тчательно скрывал это. — Ты помнишь Джей Кея? Он прошёл первое собеседование. — спрашивает Ким, присаживаясь на стол рядом с просом. — В общих чертах, но да. Помню. — соглашается Минхо, снимая очки. — Приглядывай за ним. — серьёзным тоном наставляет глава, надавливая рукой на стол, что то аж скрипит. Юрист недоумённо, но с пониманием глядит на ястреба, пытаясь подавить любопытство, разрастающееся не минутам, а по секундам. — Слежка? — переиначивает он, отодвигаясь на деревянном стуле, создавая неприятный звук. — Да, в более лояльной версии. Ты можешь делать это ненавязчиво, но не упаская важного. — утверждает Тэджун, гипнотизируя того вдумчивым взглядом. — Это как то связано с семьёй Чон? — невзначай догадывается Ли, вставая с жёсткого предмета мебели. Последние года два лидер как будто помешен на загадочной семейке Адамс. Определённо они имеют общее прошлое. Но ключевое слово прошлое. Почему он сейчас так усердно пытается выйти на них? — Хватаешь на лету. — подчёркивает Ким, кивая головой. — Если честно пока не знаю, но есть подозрения. Минхо как то запамятывал, однако лидер не первый кому интересна персона Джея. Техён тоже приходил к нему с похожими запросами. Правда речи про отслеживание там не шло, хотя такое ощущение что скоро придётся работать на два лагеря. — Ваш сын недавно просил его резюме. — упоминает он, складывая бумаги аккуратными стопками. — Зачем? — с раздражением говорит глава. — Без понятия. Он должен знать? — уточняет на всякий случай прос, закончив стучать папками. Тэджун с еле заметной угрозой и даже предупреждением в глазах, громко вдыхает и чётко приказывает: — Нет. Ни кто не должен.