Кровь демонов

Утренний лес был тих и спокоен. Солнечные лучи пробивались через густую листву, оставляя причудливый узор на стволах деревьев. Роса ещё не успела опасть с высокой зелёной травы. Не охотиться бы, а радоваться. Но испытание Братства никто не отменял. Чудовище, если оно и было, оставило бы за собой след. В той части леса, где мы вышли на охоту, было тихо, даже очень. Молчало всё, даже вездесущие птицы. Значит, тут есть кто-то, кто их спугнул. Ну, вот, пришло время, подумал я, продираясь сквозь кустарник. Просторное, светлое редколесье кончилось, и теперь я продирался через заросли и буреломы. Я порвал рукав рубахи, нацеплял колючек, а одежда уже не спасала от холода, который настойчиво лез под одежду. Хотелось есть. Я даже не обращал внимания на своего товарища, так увлекся поисками. Насколько я слышал, леса вокруг деревень Острога — место спокойное. Даже варвары не забредают из-за северных гор. Но все равно в лесу расслабляться не стоит. Да, от голода здесь не умрешь, особенно сейчас, летом. Но местные жители — волки и медведи — серьезная угроза даже для двух взрослых парней с копьями. А тут ещё это загадочное чудовище. Покидая постоялый двор утром, я перекинулся парой слов с посетителями, и узнал, что людей по ночам таскает тварь из потусторонья, не иначе как на шабаши. Якобы кто-то где-то в лесу слышал вой, а издавать его мог только «ну истый демон, клянусь Творцом и всеми сёстрами!» Здешние жители были так же суеверны, как и в моём родном герцогстве. Будь на нашем с Джошем месте угрюмые парни из Ордена Меча-и-Порядка, кого-нибудь уже прихватили бы на допрос с пристрастием. Я слухам не сильно поверил, но на всякий случай захватил с собой освящённый нож. Благословенная именем светлой богини Алессы сталь способна разрезать плоть нечестивых тварей. Об этом я тоже читал в своё время. Но вот знать бы, что мы ищем. Будь это гигантский медведь или кабан, можно было найти его логово, расставить ловушку или даже позвать кого-нибудь из города, чтоб сам пришёл с рогатиной и собак привёл. В борьбе с монстрами дело обстояло сложнее. Например, единорога рекомендовалось приманивать, приведя в лес девственницу. На василиска советовали натравить горностая. Рассказывали даже, что спящего мамонта можно поймать, подпилив ствол дерева, к которому он прислонился. Но тут — случай особенный. Никто не видел жуткую тварь, а кто видел — живым не ушёл. Свидетелей нет, следовательно, и знаний нет. Даже куда идти, не особо понятно. Может, сюда, где в овраге по левую сторону от тропы скопилась дождевая вода? Нет, путь перекрыт бурьяном, а жесткие и колючие кусты справа скрывают за собой откос, и неизвестно, что там внизу. Тогда обратно, где буйно разрослись черничные кусты. Хоть наемся. Вытирая рот, я вновь вышел на тропу с другой стороны черничных зарослей. Тропинка повела меня мимо толстенных стволов древних деревьев, под ногами хрустели опавшие высохшие ветки. Было уже темно, и я хватался за рукоятку ножа при каждом шорохе. В голову полезли байки о том, что лесные твари делают с теми, кто попадает им в лапы… При этих мыслях мне стало по-настоящему страшно. Но я продолжил идти, и вскоре деревья стали реже, а на тропинку упали лучи алого закатного солнца. Огромное, оно медленно опускалось за ломаную линию гор, окрашивая синее небо в багровый. Я невольно залюбовался, а, когда нашел силы отвести взгляд, увидел по левую руку от себя большую поросшую густой травой поляну. На дальнем конце высилась скала, часть хребта, уходившего все дальше на север. Порядком измотанный, нахватавший колючек на одежду Джош вывалился рядом. Копьё он держал в одной руке, второй опирался на ствол дерева. Правый сапог был испачкан в чём-то буро-зелёном, кажется, вляпался в болото. «Скажи, что мы уже пришли» — читалось в его глазах. И тут мы увидели его. Из-за деревьев, на стволах которых белели следы чьих-то когтей, выпрыгнул олень. Животное припадало на одну ногу, но всё ещё надеялось спастись. Тщетно. Затрещали ветки, и на поляне появилось, отряхивая с себя хвою и кусочки коры, существо, которое можно было описать только словом «чудовище». Громадное, больше взрослого человека в рост и в ширину, всё тело покрыто грязной всклокоченной шерстью, бурой с чёрным. Пасть, усеянная острыми зубами, могла принадлежать только хищнику. Чудище тяжко дышало, роняя слюну. Оно могло передвигаться подобно человеку, ибо нижние лапы у него были длинными и сильными, но за жертвой бросилось на всех четверых. Длинный прыжок — и бурое с чёрным пятно распласталось в воздухе, смазалось и снова обрело очертания над сбитым с ног оленем. Тело несчастного животного дёрнулось, когда чудовище вонзило в него свои длинные когти. Затрещала разрываемая плоть, захрустела кость. Чудовище жрало, отрывая куски плоти от тела своей жертвы, и проглатывало их не жуя. Я понял, что это идеальный момент для атаки. Тварь отвлеклась, она полностью поглощена едой и не ожидает нападения с тыла. Но мне внезапно стало страшно. Что, если крохотный нос этой твари чувствителен настолько, чтобы учуять нас? Что, если уродливые, похожие на грибные наросты, уши услышат нас до того, как мы подойдём? С трудом разжав сжавшиеся в кулак ладони, я взялся за рукоять меча. Она показалась мне ненадёжно и скользкой. Я обхватил её покрепче непослушными пальцами, сжал так крепко, словно от этого зависела моя жизнь. Да так оно и было. Ну, чего же ты ждёшь, Алекс? Всего один шаг отделяет тебя от заветной мечты. Ну, не один. И не маленький, надо заметить. Эта тварь… Мерзкая тварь, из-за которой пропадают люди! Оно сожрало немало народа, жителей города, который дал тебе приют. Отомсти за них. Ну же, ты смелый. Ты — Белый Грифон. Тварь почуяла что-то и подняла заляпанную кровью морду. Хищно клацнула клыками и повела головой из стороны в сторону. Она услышала! Кажется, Джош наступил на ветку. Вот зараза… Джош, поняв свою ошибку, прижался к стволу дерева, сжав своё копьё обеими руками. Спасибо, брат мой! Теперь у меня, то есть, у нас нет другого выбора, кроме как… - Вперёд! Мы выскочили на поляну одновременно. Тварь, уже собиравшаяся вернуться к еде, отреагировала слишком медленно. Сразу двое противников — это привело её в замешательство. Она зарычала, став на задние лапы подобно рассерженному медведю. И в грудь ей вошло острие копья — Джош ударил, собрав все силы и крикнув что-то для храбрости. Наконечник пробил плоть, но дальше не пошёл — ух, и толстое же чудовище! Монстр отступил назад, замахал лапами и вцепился в древко копья, сильно дёрнул. Джош не устоял, упал на колено. Роняя розовую слюну, чудовище махнуло когтями, готовясь располосовать моего товарища. Но тут вмешался я. Размашистый удар мечом — и снова трек плоти и алая кровь на траве. Я ударил прямо по лапе, уже протянутой к горлу Джоша. Клинок порвал шкуру и мясо, прошёл сквозь него как сквозь масло и перебил кость. В алую лужу на земле упала отрубленная кисть, и раненная тварь взвыла от боли. - Тесни её, Джош! — закричал я, поднимая щит. Вовремя. Чудовище, разъярённое раной, атаковало меня. От могучего удара уцелевшей лапой затрещало дерево. Я отступил на шаг: следующий удар чуть не сорвал щит с моей руки. Тварь била с нечеловеческой силой и скоростью. Я не знаю, успел бы я что-нибудь предпринять, не атакуй её снова Джош. Потеряв копьё, он решил прибегнуть к другим средствам. Сухо треснула тетива арбалета, и тварь словно натолкнулась на невидимую стену. Маленькие, налитые злобой красные глазки сошлись в кучку, монстр замер, из пасти у него потекла кровь. Прежде, чем Джош успел перезарядить арбалет, я нанёс удар, вложив в него всю силу, на какую был способен. Голова чудовища закувыркалась по земле, и я едва успел отступить, чтобы меня не окатило кровью из обрубка и без того короткой шеи. Поле боя осталось за нами. Не считая глубоких царапин на щите и ушиба на руке, я был в порядке. Я ликовал. Победа! Мой первый монстр. Я победил, я отомстил за погибших и спас остальных. Джош не стал сетовать по поводу сломанного копья. Он подошёл к телу монстра и вырезал болт из его загривка. - Не зря таскал с собой, — сказал мой товарищ, похлопав по прикладу арбалета. - Правильно сделал. Гордись, — ответил я, наклоняясь за пучком чистой травы. Глядя, как я дрожащими руками вытираю кровь с клинка, Джош хмыкнул. - Штучки с мечом хороши на дуэлях. А на охоте ничто не заменит старый добрый арбалет. - Меч нужно уважать. Ты же рыцарь. - Стрелять тоже надо уметь. Эй, куда ты смотришь? Только сейчас я заметил, что скальная порода в одном месте выглядит как-то… не так. Подойдя поближе, я разглядел за ветвями двух росших рядом елей вход в пещеру! - Джош, это логово твари. Мы должны обыскать его. - Зачем? Тварь мертва. - А вдруг там есть что-то ценное? Что можно вернуть людям? Или там томятся пленники этого чудовища? А если там — его детёныши? Как ты думаешь, если они вырастут, не начнётся ли всё заново? В любом случае нужно идти. Джош покачал головой, но приладил новый болт к ложу своего арбалета. Знай я, что ждёт меня дальше, не сделал бы и шага вперёд.

***

Вглубь пещеры вёл коридор с неровными стенками и низким потолком. Я подумал, что тварь заползала в своё логово на животе. Может, она специально выбрала это место, чтобы чужим было тяжелее сюда забраться, а жертвам — сбежать. Коридор оказался неожиданно длинным, и нам пришлось вернуться. Джош отломал сухую ветку побольше, высек искру с помощью огнива (он и его таскал с собой) и у нас получился факел. Я взял его и двинулся вперёд, пригнувшись. Вторая рука сжимала меч. Внутри было холодно и тихо. Свет самодельного факела, неожиданно показавшийся тусклым, плясал на каменных стенах, бросая неровные тени. Мне снова стало не по себе. Мало было этого чудовища, так его детёныши, если они есть, могут атаковать прямо сейчас, и отобьёмся ли мы — это вопрос. Я помотал головой, отгоняя трусливые мысли. Я — Белый Грифон. Я не боюсь зла. Я готовился к этой охоте. Я вооружён и обучен. Любые неприятности мне по плечу! Люди верующие просят богов отвести от них зло. Я не из их числа. Полагаться надо в первую очередь на себя, а уж потом беспокоить бессмертных. Через некоторое время тоннель расширился. Даже потолок стал выше. Но, чтобы жизнь нам мёдом не казалось, навстречу пахнуло так, словно во всей Автархии разом прорвало канализацию. Запах снова навёл меня на мысль о логове, но она уже не казалась столь правдоподобной. Зачем сильному хищнику забиваться так глубоко? Человеку это расстояние не покажется большим, но для лёжки животное могло подобрать что-то поудобнее. В таких местах могут прятаться совсем другие существа. Словно подтверждая мою догадку, впереди послышался странный гул. Мы замерли. Джош поднял арбалет. Какое-то странное сияние, огоньки — малиновые, алые и жёлтые — заплясали на стенах и потолке. Шум превратился в пение, распался на голоса. Глухие и хриплые, словно говорил человек, сильно страдающий горлом. Мы с Джошем переглянулись. Отступать сейчас было бы неправильно. Следовало хотя бы посмотреть, что же мы нашли. А потом, если силы не равны, рвать в ближайшую деревню и поднимать мужиков… Я загасил факел и, превозмогая неизвестно откуда взявшуюся головную боль, осторожно выглянул из-за поворота. Мы были в логове твари, но не одной. Сияние резануло меня по глазам, и пришлось зажмуриться. На освещённых им стенах плясали, изгибаясь, длинные тени. Открыв глаза, я присмотрелся к тому, от чего они падали. Шесть фигур в балахонах стояли кругом, подняв руки и что-то громко и неразборчиво выкрикивая. Еще по три стояли у каждой стены, сложив руки на груди. На полу под их ногами сверкали причудливые символы, похожие на сплетающиеся друг с другом тела змей. Из-за постоянного мерцания эта вязь казалась то чёрной, то красной. Осторожно подавшись вперёд, я разглядел то, что находилось в центре круга. Это был человек. Он стоял на коленях, полуголый, покрытый теми же символами, что были на полу. Он, как и те, в балахонах, дёргался в странном ритме. По его обнажённому телу стекала кровь, и я понял: письмена на нём не нарисованы. А вырезаны. - Алекс, — голос Джоша раздался совершенно неожиданно, и я вздрогнул, обернулся. — Это же культисты! Я сглотнул. И кивнул. Взгляд сам собой возвращался в сторону фигур в балахонах. Шум, который донимал меня на подходе к этому месту, стал сильнее. Нет, не просто сильнее. Он был вокруг. Он словно переместился в мою голову, в сознание, заполнил его целиком, вытеснив все остальное. Голос Джоша долетал до меня словно из-за стены. Я почти не слышал его. - Алекс, надо уходить! Алекс! — он яростно шептал, пытаясь оттащить меня подальше. А в следующий миг что-то ударило нас в спины и бросило вперёд. Я даже понять не успел, что происходит. Все пространство: и пещера, и тёмные фигуры, и полуголый человек — качнулись мне навстречу, а затем в глазах потемнело. Я хорошенько приложился лицом о каменный пол, что называется, до звезд в глазах. Из носа потекло тёплое и влажное. «Что это было?» — только и успел подумать я, прежде чем над головой раздался чей-то выкрик, больше похожий на змеиный шип. - Нарушители! Это шипел один из культистов, указывая на нас длинным, иссохшимся пальцем. Вторая рука сжимала изогнутый в виде полумесяца нож. - Братья и сестры, неверные вторглись в наше собрание! — завыл второй, и из-под обшлагов рукавов балахона появились его огромные кулаки. - Убить их! — прорычал низенький человечек, капюшон которого закрывал, казалось, всё лицо. Нас обступили кругом. Чёрные, полные злобы глаза, поблёскивая в причудливом свете магических огоньков, сошлись на нас. Пение становилось громче, набирало силу. Боль пронзила мою голову, словно меня резко ударили по затылку. Я качнулся, но устоял и принял стойку, сжав рукоять меча обеими руками. Джош последовал моему примеру, но даже так нас было двое против двенадцати. Двое молодых воинов против двенадцати вооружённых чем попало культистов. Искажённые фанатичной злостью лица приближались, кольцо сжималось. - Смотрите, на них рыцарские котты! - Охотники! Псы автарха! - Убить! — снова завыл тот, низенький. - Стойте! — прогремел голос первого, что заметил нас. Он расставил руки, сдерживая тех, кто был справа и слева от него. — Не надо их убивать. Пока. Есть кое-что получше. Пение все громче и протяжнее. С ним смешиваются стоны боли. Чьи? Того изрезанного бедняги или же мои собственные? Из носа закапала кровь. - Наши братья вот-вот закончат петь Песнь Призыва! И тогда откроются врата, и в наш мир вступит Госпожа! И мы преподнесём ей двух поклонников ложной веры. О, это будет славная жертва! - Госпожа будет довольна! - Она наградит нас! - Вперёд! Взять их! Шестеро стоявших кругом фигур и не двинулись, когда остальные культисты бросились на нас. Мы, встав спина к спине, ударили мечами, и два тела в балахонах оказались на земле. Но напор остальных это не охладило. Двое сразу бросились на Джоша, вынуждая его отступать, а один прыгнул на меня, раскинув руки. Я ткнул мечом и почувствовал, как тело повисает на клинке. И клинок тянет вниз! Культист поднял на меня взгляд. В его глазах не было ни страха, ни боли. Только какое-то радостное безумие. Он обхватил руками лезвие меча и подался вперёд, насаживаясь на него как жук на булавку. Бесполезный уже меч выскользнул их моих пальцев. Что-то ударило меня в плечо. Ещё один фанатик, брызжа слюной и ругаясь, вцепился в меня, видимо, надеясь повалить на землю. Я едва устоял, чтобы не упасть самому и не уронить Джоша, а затем перехватил нападающего за горло и от души врезал ему по зубам. А потом ещё раз. И ещё… Гул везде. В пространстве, в голове. Бьётся в ушах вместо крови, в груди — вместо сердца. Я не слышу даже как костяшки ударяют в залитое уже кровью лицо врага. Я слышу лишь мерные удары. И вопль человека, принесшего себя в жертву. Беднягу, что стоял на коленях, просто стёрло из реальности. На том месте, где он стоял, пространство разверзлось, открывая искрящий всеми цветами провал. Предсмертный крик бедолаги разнёсся по пещере и замер как застывшая на морозе вода. Я успел увидеть, как Джош отступает к выходу, фехтуя и держа своих противников на расстоянии. И как те шестеро, что стояли посередине, повернулись в мою сторону. Увидел, как их глаза загораются неестественным светом из иномирья. А потом я почувствовал, как меня хватает за шиворот и тянет назад неведомая сила. В тело словно впилась сотня маленьких иголок, когда оно прошло через портал. Вслед мне несся возмущённый вой, складывающийся в какое-то яростное проклятие.

***

Где я? Что произошло? Я умер? Я еще не открыл глаза, но чувствую, что вокруг тепло, но воздух сухой настолько, что в горле начинает першить. Стоп! Я чувствую, что происходит вокруг, У меня есть глаза и горло, значит, я жив. Может, я умираю? Может, мне это всё кажется? Или я всё же попал в Геенну? Или это на небесах климат плохой? А потом я открыл глаза. Когда я был ребёнком, путешествие между мирами я представлял себе иначе. Казалось, что это нечто волшебное и доброе. Что там, за гранью, не иное, чуждое человеку измерение, а подобие нашего мира, только бесконечное светлое, открытое каждому и исключительно хорошее… Но сейчас, оказавшись в мрачном месте под низким багровым небом, изрезанном ломаной линией гор вдали, я понял — это оно. Это и есть перемещение в иной мир. О том, что я был жив, сообщило покалывание во всем теле, быстро, впрочем, сошедшее на нет. Потом пришла боль в ушибленном плече. Будет синяк, подумал я, озираясь вокруг. Я находился на большой площадке, выложенной огромными чёрными плитами. Она уходила в разные стороны, и конца ей я не видел. Несмотря на то, что крыши сверху не было, вокруг стояли светильники из металла. Роль свечей выполняли черепа животных и людей, светившиеся изнутри. Видимо, они были хорошо закреплены, так что порывы ветра, принесшие откуда-то красный сухой песок, едва их поколебали. Мрачное небо без солнца, холодная земля и промозглый ветер. По всем приметам похоже на ад. Я опустил взгляд, когда что-то попало под ноги. Культист, с которым я схватился перед тем, как попасть сюда, был мёртв. Видимо, во время борьбы я сломал ему шею. Стоп. Культисты. Портал! Я попал в портал, который они открыли на своём чудовищном собрании! Неужели сила этого колдовства была такой великой? Я обернулся, но портала не увидел. Зато увидел высокую лестницу, поднимавшуюся вверх, под небо, по стене огромной ступенчатой пирамиды. Вокруг этого строения тоже горели светильники. Колонны, изрезанные изображениями различных чудовищ, держали на себе навес, под которым клубилась тьма. Я осмотрел себя. Вроде цел, только порвана куртка на правом плече. Из оружия при мне был только освящённый кинжал. Что же, пока сойдёт и он. Если я хочу отсюда выбраться, то надо что-то предпринять. И я направился к пирамиде, держа руку на рукояти кинжала. У основания лестницы стояла согбенная нескладная фигура. И она показалась мне демоном из книг. Самым натуральным. Она была выше меня на голову, имела длинные передние конечности, резко контрастировавшие с толстыми и короткими задними. Тело существа было покрыто чешуёй. Единственный глаз посередине лба уставился на меня. И немедля его обладатель бросился в атаку! Этого мне ещё не хватало! Пережить охоту и схватку с поклонниками Тёмных Сил, чтобы потом пасть от лап этого урода? Ну уж нет! Увернуться я успел лишь чудом — когти демона процарапали мою куртку и вспороли кожу. Хорошенькое начало! Груди стало горячо, на живот потекло липкое, рубаха пристала к телу. Демон же, затормозив после прыжка, развернулся в мою сторону. Хвост — длинный стрелочный змей — хлестнул по земле и бокам твари. Не надо быть знатоком бестиариев, чтобы понять, что она разозлена. Зарычав, демон прыгнул снова. Я видел, как растопыренные когти летят прямо в меня. Длинные и, право слово, острые. Меня пробьёт как бумагу иголкой. Я прыгнул навстречу, пригибаясь к земле как можно ниже. Успех! Демон не смог зацепить меня когтями, лишь его хвост подобно хлысту стегнул меня по спине. Я не успел вновь встать на ноги, как раздался звук глухого удара. Демон влетел мордой прямо в стену пирамиды, но, перегруппировавшись, смог зацепиться на ней за счёт когтей. Он спрыгнул прямо передо мной и ударил снова, метя лапой мне в голову. Подведи меня реакция — и я мог бы стать одним из светильников в этом жутком мире. Но я успел присесть под размашистый удар, а навстречу второй лапе выкинул освящённый нож. Раздались скрежет и вой. Хлынула кровь, на этот раз не моя. Демон отскочил, совсем по-человечески зажимая глубокую рану, от которой повалил пар. Ага! Ты привык брать нахрапом, а теперь отступаешь, получив отпор! Я ударил ещё раз, вновь подрезав твари лапу. А затем выбросил руку вперёд. Скорость удара у меня натренирована, не всякий поспеет. Тем более ревущий от боли тощий урод. Глаз демона лопнул. Нож вошёл в его череп по рукоять, и я не сразу смог его вытащить. Весь клинок был покрыт липкой дрянью, видимо, заменявшей демону кровь. Тварь рухнула наземь и больше не шевелилась. Я перевёл дух. Что же будет дальше? А дальше я услышал цокот каблуков. И голос: — Ты победил. Браво, мальчик. К голосу прибавились аплодисменты. Похлопав, невидимка заговорила снова: — Но это был низший демон. Ниже не бывает. Не загордись. Звук этого голоса разносился над равниной и, что странно, ему вторило эхо. Он был приятен, как музыка, как перезвон серебряных колокольчиков. Тело поверженного мной демона исчезло в тёмном дыму, и, когда он рассеялся, я разглядел тонкую фигуру. Фигуру женскую. Ей, несомненно, и принадлежал голос. Женщина была высокой — выше средней жительницы нашего королевства. И в разы красивее. У неё были пышные, подобные львиной гриве, волосы алого цвета. Алого настолько, что напоминали заледеневшую кровь. Таким же алым горели глаза на её открытом тонком лице. Полные губы были плотно сжаты, тонкие брови — сведены к переносице. Как будто она пришла не на место битвы с демоном, а в класс к непослушным школярам! Тело женщины, совершенное и изящное, прикрывали доспехи, точно повторявшие его изгибы. Ни малейшей скованности в движениях они не давали. Эти пластины она носила словно вторую кожу. А по икрам, защищённым высокими ботфортами, хлестал длинный стреловидный хвост. Ещё один демон! — Опусти свой смешной ножик, — голос женщины переливался всеми оттенками эмоций, но лицо её оставалось невозмутимым и недвижным, словно маска. — Меня им ты даже не поцарапаешь. — Он освящен, — на всякий случай предупредил я. Хвост хлестнул по пряжкам ботфорт, раздался дребезжащий звук, который вполне можно было охарактеризовать как раздражённый. — Ты даже не успеешь им до меня достать. Ничего ты не понимаешь. — Я понимаю, что ты — демон. Этого достаточно. — Умница, — фырканье довольной кошки. — Жаль, наша беседа продлится недолго. Демонесса взмахнула рукой, и в её тонких и длинных пальцах появился длинный хлыст. — Такой, как ты, пригодился бы мне в моей армии, но вы, молодые рыцари, слишком много упрямитесь. Вы ещё однобоко смотрите на мир. Легче будет просто убить тебя и забрать твою жизненную силу, — произнесла она, поглаживая рукоятку хлыста. Она замахнулась. Пространство вокруг внезапно качнулось. Что это? Видимо, я теряю сознание. Но нет, я всё ещё видел тёмный мир, плиты, черепа-светильники, демонессу, которая так не нанесла удар. В следующий миг она издала вой. Пространство покачнулось и взорвалось множеством осколков. Я упал во тьму.

***

То, что он увидел внутри, походило на сюжет из страшной сказки. Только в сказки он давно не верил. И то, что случилось здесь, случилось на самом деле. Наверное, до этого пещера была освещена — под ногами Экзекутора попадались медные светильники, опрокинутые и искорёженные неведомой силой. На полу и стенах чернели пятна масла. Он шёл вперёд, держа в поднятой руке фонарь, а меч вынув из ножен. Свет дрожащего огонька выхватывал из кромешной тьмы всё новые и новые детали жуткой картины. Чёрные пятна были не единственными «украшениями» внутреннего пространства пещеры. Пол и стены были щедро обрызганы, словно из кропильницы, кровью. Среди чёрно-алых пятен скорчились изувеченные тела в чёрных балахонах. На одеждах, превратившихся в лохмотья ещё можно было разглядеть какие-то рисунки. «Культисты» — определил он, проведя фонарём над телами. Иссушенные лица, посеревшая кожа — при жизни эти люди впустили в себя слишком много тьмы. Видимо, они уже начали мутировать. Неясно, чего они хотели, проводя свой ритуал. Понятно было только одно: что-то пошло не так. Он знал о случаях, когда тёмные сущности обращались против тех, кто их призвал. Но что за демон мог сотворить такое? Двое культистов были зарублены мечом, ещё один лежал, залитый кровью из глубокой колотой раны в груди. Остальные выглядели так, словно неведомая сила высосала из них жизнь. Экзекутор наклонился над телом, с которого был сорван капюшон. Молодая девушка, длинные каштановые волосы спутаны, закрывая лицо. «Вот и пропавшая дочь сэра Брюнна» — подумал он. Посреди пещеры темнело огромное пятно. Видимо, это и был центр ритуала. Возможно, здесь находился портал, из которого явилось нечто. Явилось и устроило бойню. Или всё-таки не смогло? Здоровая тварь, труп которой лежал у входа, не была призванной из иномирья. Все признаки указывали на то, что это был мутант. Причём развившийся из человека. Внутри пещеры что-то скрежетнуло. Экзекутор поднял меч, готовясь отразить нападение. Но его не последовало. Странный звук повторился. Он шёл откуда-то из темноты, от дальней стены пещеры. Экзекутор двинулся туда, держа оружие наготове. Чёрные как агат глаза всматривались во тьму, а губы неслышно шептали литанию. «Кругом тьма, но свет Его укажет мне путь. Зло вокруг, но Он сильней. Бог мой, дай мне сил, укрепи сердце моё, дай силы рукам моим. Да не убоюсь я зла». Скрежет повторился снова. Это был чей-то затухающий кашель. Кашлял человек в заляпанном бурым балахоне. Он скорчился в углу, прижав к груди какой-то массивный предмет, словно пытаясь закрыть его собой. Лицо несчастного было перекошено болью. Экзекутор опустился на корточки и посмотрел внимательнее. Предмет, который сектант закрывал собой, оказался книгой в чёрном переплёте. Увидев незнакомца, культист замолк и испуганно вытаращил глаза. — Кто ты? — спросил он сипло. — О, я вижу. Ты неверный. Пёс патриарха… Он закашлялся, роняя алые капли с иссушенных губ. — До тебя тут уже были двое… Их пожрала Госпожа. Как и нас всех. Она жестока… Но мудра. Её тайн. Вам… Не постичь. Глаза культиста закрылись, голова безвольно опала. Руки, крепко державшие фолиант, ослабли и разжались. Экзекутор наклонился и вытащил книгу из рук умершего. «Скорее всего, эти двое были охотниками, которым повезло прикончить этого монстра, что лежит у входа. Очевидно, тварь охраняла пещеру, пока они тут собирались. Охотников мастерство не спасло — их принесли в жертву. А дочь хозяина цеха оказалась не пропавшей, а сбежавшей». Он взвесил в руке книгу и посмотрел на обложку. На чёрной поверхности проступали алые буквы — «Meit». «Надо будет доложить комтуру» — подумал он.