В темноте

11.04.2015

Илья рассержен, ему неприятно, в том числе и от ощущения жжение между лёгкими, будто бы там дыра или настоящее пламя, которое в этот раз уже не приятно согревает, а жжет настолько сильно, будто бы и правда чувствуется кожей. Злость и рвение постепенно испепеляет тело, как и разум. Ира позвонила ему буквально минуту назад и сообщила, что Антон в больнице с попыткой суицида. Он прекрасно знал, кто и как довёл его до этого, поэтому парень мчится со всех сил на третий этаж к Выграновскому. Эд вальяжно раскинул свои конечности на подоконнике и, вообще не стесняясь того, что он находится в школе, покуривал самокрутку. —Приветик, друг моего проказника,— не оборачиваясь, точно зная, кто к нему пришел, произнес Эд, выдыхая дым в форточку. Ненависть окончательно заполонила здравый рассудок, когда его глаза оказались напротив. Кулаки сжались, ноздри расширились сильнее обычного. Макаров хватает Эдуарда за грудки и впечатывает в стену так, что парень чуть ли не теряет равновесия, падая с подоконника. Ладони Ильи с силой давят в грудь соперника, ограничивая его возможности сбежать. —Ты хоть знаешь, что с ним сейчас, ублюдок?— Макар сжал челюсти, что на скулах выступили желваки. —Ну, раз ты тут, значит с моим малышом что-то случилось,—ухмыльнулся тот. В кровь проникает ярость, заставляя вены напряжённых рук пульсировать интенсивнее обычного. Он с размаху ударяет его в живот, от чего тот скручивается пополам и кашляет. —А тебе, я смотрю, пиздец весело,— Илья берёт его за волосы на загривке, заставляя поднять голову,— в курсе, что за изнасилование ты можешь в детскую колонию загреметь?— парень почти выплёвывает слова ему в лицо,— а за доведение до самоубийства тебе ещё накинут, уж поверь. Сумасшедший блеск в его глазах заставил Эда быстро-быстро заморгать, внутри что-то сжалось. —Я никого не доводил, этот придурок и так с нестабильной психикой,— шипит от боли Выграновский. Перед лицом парня с огромной скоростью мелькает кулак, заставляя глаза зажмуриться от неожиданности. Макаров бьёт куда-то в область щеки, из рта противника, будто в замедленной съёмке, брызгает кровь, вперемешку со слюной. —Ты, блять, думаешь, что я шучу? Если ты не хочешь такого исхода, то ты берёшь свои манатки и съёбываешь из этого города,— Илья предупредительно посмотрел на него, вновь сжимая кулаки. —Как я должен родителей-то уговорить? Я только в прошлом месяце переехал,— жалобно скулит Эд. —Не поверишь, мне поебать, хоть на коленях проси, но чтобы я тебя больше не видел. Илья отходит назад, смотрит прямо и долго, не тяжелым, но бесконечно усталым, каким-то вымученным, взглядом. Вдыхает глубоко воздух, пронзающий лёгкие насквозь. Словно сейчас он совершил что-то самое сложное в своей жизни. Выграновского трясет лишь от осознания того, что самым жалким бойцом из всех был здесь он. Макар мог тонким слоем размазать его по всему окружающему пространству и был бы прав. Пробуждаясь, перед глазами быстро пролетают моменты вчерашнего дня, из-за чего тело, а особенно рука, начало болеть. Ладони Иры неимоверно сильно вспотели, и даже телефон, что она напряжённо сжимала в руках, выпал из рук после того, как она увидела, что Антон очнулся. Она сгребла парня в охапку, насколько это позволяло его лежащее положение, тихо всхлипывая, гладила его по здоровой руке и целовала в макушку. Антон лишь быстро моргал, оглядывая помещение. Тумба, не говоря уже о подоконнике, была покрыта слоем пыли, никак не располагающим к уютным посиделкам. Грязное окно, колючее покрывало, криво покрашенная в белый цвет оконная рама, всё как подобает типичной городской больнице. —Антош, ты меня так напугал,—отстраняясь, шепчет девушка, едва сообладая со своими эмоциями. —Я...— в попытках пошевелиться, он понимает, что все гораздо серьезнее, чем могло быть—руку обжигает болью, будто на него только что вылили вёдро кипятка,— Прости меня, я не хотел,— шипит он и закусывает нижнюю губу. Кузнецова натянуто улыбается и гладит большим пальцем руку брата, переплетая с ним пальцы. Антону совестно от того, как заставил сестру нервничать. Настолько подавленной она не выглядела даже при смерти матери, а сейчас её лицо приобрело нездорово-бледный оттенок, а руки поразил тремор. Через несколько минут молчания в палату врывается запыхавшийся Илья с распахнутой курткой. —Ты— дебила кусок,— Антон через силу приподнимается, видя друга в проходе, тот мягко улыбнулся и увидел, как парень так же начинает улыбаться. И при виде этой улыбки, Макаров больше не в силах себя сдерживать. Парень налетает на него с объятиями, сжимая плечи и дыша куда-то в макушку. Волна эмоций: счастья, восторга, радости, облегчения наполнили всё существо Антона. Сердце билось так сильно, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Он искренне рад, что Ира и Илья здесь с ним, всегда поддерживали и, он уверен, будут продолжать поддерживать. Сжав челюсть, Шастун пытался сдерживать подступающие слёзы, но горячие капли всё равно упали на плечо Ильи, тут же впитываясь в ткань его кофты. —От меня не избавишься, не переживай,— язвительно улыбается Шастун, шмыгая носом. Макаров отстраняется и садится на стул рядом с Ирой, которая уже перестала переживать, увидев, как Антону стало лучше от одного вида лучшего друга. Они сидят, освещаемые тусклым светом настольной лампы, и говорят о последних новостях, жуя мандарины, которые были предназначены только Антону, но тот особо и не против. Дверь палаты медленно открывается и в комнате появляется статный мужчина в белом халате. Он перелистывает свой блокнот, широко улыбается присутствующим и поправляет съехавшие на нос очки. —Я рад, что Антону полегчало, но ему всё ещё требуется отдых, поэтому прошу вас, молодые люди,— мужчина обводит пальцем Иру и Илью,— покинуть помещение. Ира тяжело вздыхает, напоследок сжимая руку брата, и направляется к двери, минуя мужчину. —Я ещё завтра после уроков зайду, у меня для тебя сюрприз,— Макаров подмигивает и спешит к выходу, чтобы догнать Кузнецову. В коридоре всё ещё горит тусклый свет, несмотря на то, что уже давно подошло время ночной смены, слышны редкие переговоры персонала. Ира стучит каблуками, двигаясь к выходу, попутно накидывая куртку и точно зная, что Илья следует за ней. Выйдя на улицу, она облокачивается о перила. Макаров становится напротив неё, доставая из кармана ветровки электронную сигарету. —Илья,— её голос настолько резко проносится в ночной тишине, что парень дёргается,— ты ведь знаешь, почему он сделал это, правда?— Илья кивает, уже продумывая, как бы правильно ей ответить, не заставляя нервничать. Они смотрели в глаза друг другу. В голове тысяча и одна мысль, но ни одна не озвучена. Парень потёр переносицу, пытаясь избежать её взгляда, словно маленький мальчик.  —Мы ещё обязательно с ним поговорим по этому поводу, но, я думаю, что это всё издевательство в школе,— парень сложил руки на груди, будто пытался защититься от напора Кузнецовой. Он прекрасно понимал, что она ждёт конкретного ответа, но он просто не знал, как ей это сказать. Ира морщится от услышанного. Она подозревала, что это и послужило причиной его необдуманного поступка, но услышать подтверждение своих мыслей оказалось больнее, чем она думала. —Я могу тебя попросить о кое-чем?— осторожно спрашивает девушка. —Рискни,— улыбается Илья, пытаясь разбавить напряжённую атмосферу, хотя и понимал, что это бесполезно. —Я обязательно переведу его в другую школу,— продолжила она, нервно теребя пальцами край кармана куртки,—я была бы очень благодарна, если ты переведёшься вместе с ним. —Я обещаю сделать всё, что в моих силах,— Илья уверенно кивает. Парень был сильно напряжён, но он держал себя в руках, не подавая виду. Он на несколько секунд замирает, смотря на неё, будто время останавливается. Это чувство он называл «осознанием сделанного». —Пойдём домой, всё будет хорошо,— пряча сигарету обратно в карман и приобнимая девушку за плечи, они спускаются с лестницы. Илья осторожно прикрывает дверь, чтобы не разбудить родителей. Но неожиданно из кухни доносится голос матери и парень, вешая куртку на крючок, вздрагивает. —Сынок, это ты? —Да, мам,— заходя в комнату, отвечает парень и присаживается за кухонный стол. —Чего не предупредил, что так поздно вернёшься?— Ксения перемешивает овощи на сковороде, говоря будничным тоном, ведь сын не впервой задерживается без предупреждения. —Антон в больнице,— отрезает Макаров и сжимает переносицу, будто его поразила невыносимая головная боль. —Господи,— прикрывая рот от удивления и роняя деревянную ложку, которой она перемешивала ингредиенты, вскрикивает женщина,—Что случилось? Как он? —Я расскажу тебе завтра, сегодня сильно устал,— Илья встаёт из-за стола, задвигая стул, и собирается уходить,— А, кстати, мам,— придерживаясь за дверной косяк, резко вспоминает он и продолжает,—Можно я в другую школу переведусь? —С чего вдруг такие побуждения, сынок?— обеспокоено смотрит на него женщина,— Тебя обижают? Макар обводит мать скептическим взглядом и приподнимает одну бровь, мол «мам, ты меня видела? я сам кого хочешь обижу», и Ксения машет на него рукой. —Нет, Илюш, мы еле смогли подобрать для тебя школу относительно не далёкую от дома и снова искать подходящие варианты мы с отцом не намерены. «Илюшой» мама называла его в тех случаях, когда он сказал какой-то бред или натворил делов. Парень облокотился на стену, сверля женщину взглядом, намекая, что без согласия он отсюда не уйдет. —Андрей, иди сюда, смотри, что этот разгильдяй выдумал!— Ксения накидывает себе на плечо вафельное полотенце и раздражённо смотрит на сына, а Илья на этот жест лишь закатывает глаза, готовясь к предстоящей словесной «битве». —Чего разорались на ночь глядя?—Макаров старший появляется в кухне, минуя сына и одаривая его лишь мимолётным взглядом. —Повтори-ка тоже самое, что ты сказал мне, отцу,— женщина, закипая, пальцем показывает сначала на Илью, а потом на Андрея. —Я хочу перевестись в другую школу,— повторяет он, будто заученную фразу. —Нет и точка, даже слышать не хочу твои выдумки,— отец, пригрозив ему пальцем, собирается выйти из комнаты. —Это ради Антона, пожалуйста,— в пол оборота умоляет он Андрея. —Я ценю вашу дружбу, сынок, но друзья за тебя образование не получат, мы еле запихнули тебя в этот лицей, ты ж непутёвый у нас,— отец не всерьёз замахивается на него газетой. —Я буду Алёнку каждый день в садик водить и обратно забирать, прошу,— Макаров напора не сбавляет, сдаваться точно не в его привычках. —Нет, я сказал, разговор окончен,— отец отмахивается от него, ставя точку в данном споре, и Илья устремляет безнадежный взгляд в пол. —Андрюш, подожди, может, действительно что-то серьезное,—Макаров оживленно кивает головой, подтверждая её слова,— давай переведём всё таки, с кем он там без Антона дружить-то будет? Андрей тяжело вздыхает, разглядывая жену и сына. —Делайте, что хотите,— наконец-то выдаёт он и возвращается в спальню, дочитывать новости в газете,— Но твоё предложение насчет Алёны я принимаю!— доносится из комнаты и Илья широко улыбается маме.

12.04.2015

На следующий день Илья бежит к другу в больницу, пропустив назначенную тренировку по баскетболу. Он быстро поднимается на третий этаж, здоровается с девушкой на регистратуре, которая запомнила его с прошлого раза и стучит в нужную палату. После звонкого Антонового «Войдите», он распахивает дверь и радостно приземляется на стул для посетителей. —Здорова, как ты?— вежливо начинает он, а у самого аж нога дёргается от нетерпения рассказать другу хорошие новости. —Привет, спасибо, намного лучше уже—улыбается тот,— Ты чего такой заведённый? —Выбирай с какой новости начать: с хорошей или с очень хорошей?—наклоняется Илья, ставя локти на колени и кладя голову на ладони. —А плохих не будет?— друг отрицательно машет головой,— Ну, тогда с хорошей. —Я смог уговорить родителей и мы вместе переводимся в другую школу,— Антон только открывает рот, но парень продолжает, точно зная, что тот хочет сказать,— Не спрашивай как, я дьяволу душу продал: предложил Алёну в садик водить. Антон заливисто смеётся, зная, что Макаров и так в школу опаздывает, потому что никогда не высыпается, а тут ещё раньше нужно вставать, потому что детский сад в другую сторону от школы. Макар щурится и недовольно смотрит на друга. —Чё ржёшь, придурок, со мной будешь ходить,— Шастун вскидывает руки, мол «без б» и продолжает внимательно слушать Илью,— А теперь очень хорошая,— парень потирает ладошки, как настоящий дьявол,— Я пригрозил Выграновскому тюрьмой за совершенное, если он не свалит из Воронежа, и он сегодня, на моих глазах, вышел из кабинета директора с документами. Макаров победно улыбнулся, а улыбка с лица Антона медленно пропала, парень побледнел от недавних воспоминаний. Илья это изменение в нём заметил и он подбадривающе похлопал его по плечу, обращая на себя пустой взгляд. —Ты его больше никогда не увидишь, не переживай, я за это ручаюсь,— для Антона эти слова звучали так уверенно, что ему захотелось поверить другу. —Спасибо,— одними губами произносит он. —Ладно, я пойду, наверное,— Илья неловко чешет затылок,— Тебя во сколько завтра выписывают? —В десять утра. —Блина, не успею,—парень бегает по комнате глазами, продумывая план действий,— а, похуй, прогуляю уроки, всё равно я там не долго ещё проучусь. Антона смешит эта легкомысленность. Макар, отсалютовав ему, выходит из палаты.

13.04.2015

Утром следующего дня Илья пишет ему смс с извинениями и объяснениями, что родители пригрозили никуда его не переводить, если он ещё хоть раз прогуляет, ведь нужно отучиться последние дни достойно, чтобы тебя хоть запомнили. Макар делится с ним тем, что его вообще тяжело забыть и обещает заглянуть к нему вечером. Ира отпрашивается с первых двух пар и приходит к нему без пятнадцати десять. У Антона с собой только телефон, зарядное и вещи, которые привезла Кузнецова и в которые он переоделся из больничных халатов. Врач, разговаривавший с Ирой в коридоре, передаёт ей направление к психотерапевту, которого они должны посещать еженедельно в течение полугода. Антон облегченно переступает порог выхода из больницы и вдыхает свежий воздух. Именно сейчас приходит понимание всей глупости совершенного. Ира берет его под руку и шагает к автобусной остановке, боясь задеть столь важную, но болезненную для обоих тему. Дорога домой проходит в относительной тишине, они изредка обмениваются будничными разговорами о том, что сегодня будет на обед и какая хорошая погода за окном. Зайдя в квартиру, первым делом Антон видит вышедшего им навстречу Люка. Кот не упускает возможности получить немного ласки и трётся о ещё не разувшееся ноги Шастуна. Ира улыбается, смотря, как парень присаживается на корточки и чешет животное за ухом, и проскальзывает на кухню, чтобы успеть накормить брата до ухода в университет. Сняв верхнюю одежду и поставив обувь на коврик, он следует в комнату Кузнецовой. Его взгляд цепляется за открытую дверь в ванную и мозг самостоятельно накидывает ему моменты произошедшего несколько дней назад. От воспоминаний он морщится и спешит скрыться в кухне. —Макароны или гречка?— облокачиваясь бедром на столешницу, спрашивает Ира. —Макароны,— улыбается парень, будто ребенок, успевший уже где-то нашкодничать.

22.09.2017. Пятница

Когда Антон прошёл к дальним стеллажам, в поисках нужных ему сборников с информацией про адронный коллайдер, Илья присел на стул, ухмыльнулся, а потом продолжил рассматривать библиотеку. В скором времени ему надоели все эти заумные название и мельтешение огромного количества книг перед глазами, поэтому он отправился на поиски Шастуна. —Нахер тебе в такой прекрасный вечер эта докторская диссертация?— раздраженно шепчет парень, найдя друга, державшего в руках несколько книг и читавшего содержание ещё одной. —До докторской диссертации мне ещё далеко, а это просто проект по физике,— пожимает плечами Антон, и кладёт, державшую до этого в руках, книгу в отобранную стопку. —А не судьба информацию в интернете найти, умник?— Илья вертит своим стареньким Huawei перед его лицом, демонстрируя крайнее недовольство, что они теперь не успеют поиграть в, подаренный летом, на день рождение, Xbox. —Всё, не бубни, уходим,— закатывает глаза тот и вручает Илье парочку выбранных им книг. Макаров принимает ношу и облегченно выдыхает, ведь его организм, по правде, уже начал задыхаться в этом пристанище для книжных червей. Антон подходит к старой библиотекарше, говорит ей свою фамилию, класс и женщина записывает взятые им книги, предупреждая, чтобы парень вернул их не позже, чем через месяц. Антон это правило давно знает, поэтому он кладет все учебники в портфель, кивает и на прощание улыбается ей. Макар пробурчал скомканное: «До свидания», хотя надеялся, что они больше никогда не вернутся сюда, и ринулся догонять друга, спускаясь по лестнице. Мелкими шажками парни проходили по улицам города. Они решили пройтись пешком и заскочить по пути в табачку, чтобы на сэкономленные деньги с автобуса купить себе по новой пачке сигарет. Листва на деревьях меняет свой цвет с зеленого на самые разные оттенки желтого, который ассоциируется с золотом. Невозможно охватить все многообразие этих цветов: красная медь, желтая охра, коричневатая бронза, бледное и оранжеватое золото. Эти цвета всегда напоминают об осени. Макаров ловко перепрыгивает лужи, когда же Шастун напролом шагает через них, не боясь промочить ботинки. —Будешь?— Илья протягивает ему пачку с двумя последними сигаретами и Антон охотно принимает это предложение. Вставив тонкую сигарету между губ, Макаров поднёс огонёк зажигалки, делая мелкую затяжку, чтобы сигарета зажглась. После он передал огниво другу и тот повторил его действие, выпуская дым в холодный осенний вечер. —Слушай, там новая версия «Divinity: Original Sin» вышла, не хочешь на выходных заскочить, поиграем?— в предвкушение прикусил губу Илья. —Да, я не против,— парень кивнул в знак согласия,— Ты уже скачал? Чё там нового? —Ой, братан, сейчас расскажу,—Макаров хлопает его по плечу и тушит сигарету краем кроссовка. За долгими разговорами насчет нововведение в любимой игре парней, они не заметили, как добрались до подъезда Шастуна. Возле него, кстати, стоял незнакомый Антону фольксваген. Женщина лет сорока на вид и примерно такого же возраста мужчина разгружали огромные ящики и заносили их куда-то вверх на этажи. —С новосельем!— крикнул Илья, машà рукой, Антон смущенно попытался его заткнуть. Женщина мягко улыбнулась и продолжила помогать мужчине, который просто обвел парней взглядом, не выражаемым заинтересованности. —Ты придурок, Макаров, самый настоящий,— отвешивая подзатыльник, цедит Антон. Илья на его обвинения лишь пожал плечами, мол «ну, какой есть», и пожал другу руку на прощание. Шастун, минуя расставленные у подъезда коробки, поднялся на свой этаж. Увидев у соседней двери несколько чемоданов, он закатил глаза и тяжело выдохнул. Шелест клавиатуры, быстрые бегающие буквы по экрану и клики мышки заполнили пространство маленькой квартиры. Навстречу Антону вышел только вечно голодный и просящий ласки Люк. Шастун погладил кота, разулся, повесил куртку и заглянул в комнату. Ира сосредоточено писала что-то в компьютере, даже не услышав, как кто-то ещё появился в квартире. Сейчас она была настолько погружена в процесс, что не слышала порой своих мыслей, что уж говорить об окружении. Уставшие глаза стали бегать по экрану, а губы быстро читали написанное. Антон относительно тихо покашлял, но это всё равно заставило Кузнецову испугаться. —Твою мать, Антон!— кинула на него злостный взгляд сестра, захлопывая крышку ноутбука. —Извини, я случайно,— улыбнулся ей Антон,— У нас новые соседи, видела?—Ира кивает, сгребая в кучу уже распечатанный материал,— Это они типо прямо за стеной жить будут? —Типо того,— улыбается и повторяет его слова Кузнецова. —Отлично, у нас стены из говна и палок слеплены, я же теперь их голоса двадцать четыре на семь слышать буду,— раздраженно вскидывая руки и закатывая глаза, парень шагает к своему шкафу. —Можешь не переодеваться, скоро выходим,— девушка устало потёрла переносицу, пытаясь привести уставший организм, а особенно глаза, в чувства. —Куда выходим?— ошарашенно смотрит на неё парень, хлопая густыми ресницами. —Ты опять забыл?— Антон виновато чешет затылок,— У тебя сегодня приём у Дмитрия Темуровича. Конечно. С прошлого сеанса прошло целых два месяца. Шастун хотел бы скорее забыть зачем он снова идет в это белое здание, пропахнувшие медикаментами. Парень быстро перекусывает бутербродами с чаем, хотя Ира и ругает его за его рацион питания, но Антон знает, что, если он сейчас нормально поест, то от воспоминаний и неприятного скручивания в животе его просто напросто вывернет прямо в кабинете у психолога. Последний раз, когда он был у Дмитрия, его кабинет сверкал, как начищенный медный пятак. Пока они ехали в автобусе, Антон невольно вспомнил свой первый приём у Позова после выписки из больницы.

15.04.2015

Безупречная белизна двери раздражала. После того, как пальцы коснулись и повернули позолоченную ручку на ней, лицо само скривилось от подспудного отвращения. Парень зашёл в довольно уютный кабинет, в котором стоял какой-то приятный аромат. За столом сидел на вид строгий мужчина, одетый в белый халат и такого же цвета медицинский головной убор. В руке он держал ручку, очевидно, записывая что-то, и подняв голову, он произнес: —Шастун, верно? Проходите, присаживайтесь. Антон осмотрел просторную комнату, залитую кислым, нарочито мягким светом. Края мебели, казалось, размывались от мягкости. Он сделал несколько шагов и опустился в одно из двух стоявших друг напротив друга кресел. Закинув ногу на ногу, он напряженно повёл плечами, и, вопреки привычке, к спинке кресла откидываться не стал. —Меня зовут Дмитрий Темурович,— откладывая бумаги, дружелюбно улыбнулся он. После нескольких сеансов Антон выучил его определённую тактику общения с суицидниками, хоть и неудачниками. На первом этапе психологической помощи целью психотерапевта является установление эмоционального контакта с пациентом и предоставление ему возможности выговориться. Дмитрий чуть склонил голову, изучая клиента пристальным взглядом. —Итак, что тебя беспокоит?— уперевшись локтями в колени, спросил он. Брови тут же приподнялись в непонимании. Шастун не ожидал такого прямого и слишком общего, широкого вопроса, но в то же время не знал, чего ожидал вообще. В какой-то момент мысль о визите к врачу просто-напросто показалась ему единственной оставшейся здравой во всей голове– и он слепо последовал за ней. А теперь, чувствуя на себе пристальный взгляд сощуренных глаз, впервые в жизни чувствовал себя уязвимым. Антон приоткрыл губы, но тут же снова плотно сжал их. —Не бойся говорить со мной,— ободряюще произнес мужчина,— даже больше скажу, тебе нужно говорить о том, что с тобой произошло. —Я не смогу произнести это вслух даже самому себе,—Антон нервно перебирает вспотевшими руками край кофты. —Хорошо, давай начнём с чего-то полегче,— Позов поправил очки, улыбаясь, будто намекая парню, что всё происходящее сейчас с ним—нормально. Всё началось с легкой беседы. Чем дольше они разговаривали, тем больше казалось, что они знакомы вечность. Дмитрий будто знал Антона с самого детства. Складывалось ощущение, что они с ним лучшие друзья, которые спустя много лет разлуки наконец воссоединились. Спустя несколько минут таких разговоров, Антон избавился от скованности и страха, с которыми он вошёл в этот кабинет. После психотерапевт может перейти к следующему этапу помощи — выяснению причин, которые послужили пациенту поводом для глубокого психологического кризиса. На этом этапе задача психотерапевта состоит в том, чтобы увести пациента от суицидальных мыслей, избавить его от ощущения безысходности, поднять его самооценку и убедить его в том, что все его психологические проблемы и тяжелое эмоциональное состояние — явление временное, и все трудности, с которыми он столкнулся, преодолимы, а его уход из жизни не решит проблем, но станет тяжелым ударом для родных и друзей. Дмитрий Темурович стал задавать более серьезные, трогающие душу вопросы и, соответственно, смотрел на реакцию Антона. Шастун старался отвечать максимально искренне, ведь понимал, что здесь ему хотят только помочь, но внутренний страх всё равно заставлял его увиливать от некоторых некомфортных вопросов, а иногда и прибегать ко лжи. Позов эти ответы глубоко анализировал и вранье в его словах легко замечал. Он читал парня, как открытую книгу. Их первый сеанс длился около часа и, выйдя из кабинета, Антон думал, что Дмитрий просто потратил своё время, ничего конкретного о его состоянии не узнав. Но Иру мужчина обнадёжил, что ситуация не критическая, хоть и требует долгой проработки. Последнее о чём подумал Антон, прощаясь с Дмитрием Темуровичем: «Спасибо, что хоть в психушку не отправили».

22.09.2017

Ожидая своей очереди, Шастун спокойно переписывался с Ильёй в социальной сети «ВКонтакте». До сих пор единственным человеком, который переживал, приходя каждый раз в психологическое отделение, оставалась Ира. Даже сейчас она нервно дёргала ногой и кусала губы. —Ира, перестань,— шепчет ей на ухо Антон, кладя руку на колено, тем самым останавливая её движения,— Я уже говорил, что чувствую себя лучше, как морально, так и физически, поэтому хватит нервничать. —А ещё ты говорил, что часто врёшь,— саркастично улыбается девушка. —Бесишь,— закатывает глаза парень и продолжает залипать в телефон, быстро отвечая на десятки сообщений, отправленные Ильей за время их с Кузнецовой короткого диалога. Через несколько минут Антон зашёл в знакомый кабинет. Дмитрий Темурович, подвигая ему чашку чая, осторожно подошёл и сел во второе кресло. —Ну, как ты, Антош, рассказывай,— в ожидании мужчина хлопнул ладонями по коленям. Их встреча прошла, как обыденные посиделки старых друзей. Они пили чай и, в основном, разговаривали об успехах Антона в школе и его времяпрепровождении с Ирой и Ильёй. Иногда Позов касался темы, произошедшей с ним в 9 классе, но Шастун спокойно отвечал, что отпустил. На самом же деле сердце каждый раз больно сжималось от предательства, а мозг думал, что бы было, если бы Выграновский не оказался мудаком и у них бы всё получилось. —Хочешь поговорить об этом ещё раз?— Дмитрий сжал губы в тонкую нитку. —Я думаю, что мы достаточно проработали, чтобы это меня не тревожило,— отклоняясь на спинку кресла и часто моргая, отвечает Шастун. —Тебя не мучает усталость или головные боли?— Антон отрицательно машет головой,— А как обстоят твои дела с рационом питания? —Я нормально ем, Дмитрий Темурович, приблизительно две тысячи калорий в день,— такой точный ответ Позова не устроил, мужчина недовольно наморщил нос. —Ты считаешь съеденные калории, Антон? —Нет, я просто так прикинул, я ем по три-четыре раза в день, правда,— машинально кивает своим словам Шастун. —Ты пьёшь снотворное, которое я тебе прописывал или твой режим восстановился?— вопросительно вскинул бровь мужчина. —Скажете тоже, на носу экзамены, я только в сборниках и копаюсь,— устало жмурится парень. —Усердие это хорошо, но не забывай про отдых,— подчеркнул Позов,— Какие эмоции ты сейчас чаще всего испытываешь? —Усталость, радость, заинтересованность и...— Антон загибал пальцы на каждый свой ответ—...триумф, потому что я всегда выигрываю Илью в «Mortal Kombat». Дмитрий улыбается и захлопывает папку с личным делом парня, откидывая её на рабочий стол. —Думаю, сегодняшний сеанс подошёл к концу,— он удовлетворительно хлопает в ладоши,— Твой прогресс меня радует, но нам ещё нужно поработать, до встречи, Антош. —До свидания, Дмитрий Темурович,—Антон пожимает мужчине руку и выходит в коридор, где его ждёт всё также взволнованная Ира.

25.09.2017. Понедельник.

До начала занятий оставалось не так много времени, как казалось на первый взгляд. Дети уже не шатались по кабинетам, а покорно ждали начало уроков. Илья и Антон стояли напротив своей двери, ведущей в класс, и о чём-то непринужденно общались. Макаров рассказывал о том, как уже ждёт окончания их каторги, чтобы поскорее спуститься на первый этаж в спортзал, играть в баскетбол. Ему уже не терпится набраться сил и ловкости, чтобы посоревноваться с другими командами. А Антон всё успокоится не мог— рассказывал про химию. Учительница пообещала, что на этом уроке будет очень интересное и увлекательное занятие, а какое не сказала. И когда до урока оставалось всего ничего, то коридоры практически опустели. Парни продолжали общаться до момента, когда по помещению раздалось раздражающее постукивание маленькими каблучками лакированных туфель. Илья взглянул за спину Антону, поэтому тот поспешил посмотреть через плечо и понять, на что так уставился его друг. Идущий не спешил, будто времени до звонка было вагон и маленькая тележка. Он осматривал каждого— пожирал глазами, из них искрились молнии, бушевал шторм. Брюки тёмного цвета и кожаный ремень, того же оттенка, что и его классическая, мужская барсетка. А эта белая рубашка, с одной расстёгнутой пуговицей— смотрелось завораживающе. Белая ткань приятно гладила тело, будто вторая кожа облегала его. Так сразу захотелось ещё расстегнуть одну пуговичку, а затем и следующую. Создавалось впечатление, что под одеждой таинственный незнакомец прячет свою истинную красоту. В нём была какая-то искра. Искра, отталкивающая людей. Парень поправлял подушечками пальцев чёлку и улыбался тем, кого видел. Девочки закусывали губы за его спиной или томно, громко вздыхали. В профиль, его нос с кнопкой смотрелся очень гармонично, можно даже сказать, что нос— и являлся изюминкой лица, если не считать родинок на щеках. «Интересно, а его живот тоже усыпан родинками?»— мысль пробежала, как строка с новостями. Макаров смотрит на того парня, потом на Антона, потом снова на него, ещё раз переводит взгляд на Шастуна и выдаёт следующее с удивлённым лицом: —Ну ты и дрыщ,— Шастун толкает его в плечо, а тот хохочет во всё горло, обнимая свой живот. Ну, конечно, его рубашка была будто на вырост и смотрелась на нём, как на вешалке. Закатанные рукава открывали вид на тонкие запястья, на руках, как и во всём теле— не было достаточного мышечного веса, чтобы так красоваться. Тут любой проходящий мимо будет смотреться с Антоном, как Геркулес. —По сравнению с тобой, я вообще палка,— ещё один небольшой толчок для профилактики и снова смотрит на незнакомого парня. Тот дошёл до Антона и такое чувство, будто брюнет ненароком замедлил свой шаг. Он будто вчитывался в глаза напротив, изучал, проникал в самое сердце. Еле заметно качнул головой и отвернулся. Хотелось, чтобы он ещё раз так посмотрел, Антону понравилось мимолётное внимание незнакомца, который направлялся в их кабинет. Мысли прервались звонком на урок. Антон с Ильёй заходят в кабинет, быстрыми шагами доходя до своей последней парты. Но пройдя мимо новенького, он уловил едва ощутимый запах жасмина. Его это будоражило и заинтересовало, что же представляет собой этот человек. А вот от Антона всегда пахло сигаретами и иногда мятной жвачкой, поэтому похвастаться приятным запахом он не мог. Сергей Борисович разворачивается на пятках и, оголяя ряд белых зубов, с прищуром смотрит то на парня, то на класс. —Я думаю, вы уже догадались, что у нас новенький,— небольшая часть класса закивала, а остальная, что включала практически всех девочек, не могли оторвать взгляд от прикрытых век, от дрожащих тёмных ресниц. Незнакомец был выше классного руководителя, но всё равно смотрелся нежно, будто самый хрупкий цветок. До момента, как он захотел приоткрыть глаза и томно осмотреть всех людей. Он не останавливал внимание на определённом человека, был похож на дикого зверя, который пристально ищет себе добычу,— знакомьтесь, это— Арсений Попов,— тот самый Арсений вздёрнул нос до потолка, даря всем свои глаза цвета хрусталя и морской пены. Одноклассницы наматывали локон на палец, улыбались в ответ, старались выглядеть ярче остальных, чтобы он заметил их,— с этого дня— Арсений ваш новый одноклассник. Если тебе есть, что про себя рассказать, то можешь это сделать прямо сейчас. —Остальное не столь важно, Сергей Борисович,— бархатный голос раздался по стенам класса, что все остальные, которые особо не интересовались новеньким— просто поплыли по партам, как лужи. Его манера речи была чрезмерно нарциссической. Каждым своим предложением эта особа хотела подчеркнуть свою важность, не теряя возможности принизить самооценку собеседника. —Присаживайся на любое свободное место,— хмыкнул Сергей. Внимание метнулось на одинокую свободную вторую парту. Несколько из девиц огорчились, уже готовясь пинками выгонять своих соседей. Но, не торопясь доставать принадлежности к уроку, он решил посмотреть за спину, где его дожидались, прожигающие в нём дыру, глаза Антона. Сердца обоих пропустили лёгкий кульбит, и что Шастун, и что Попов, поспешили отвести взгляд, сделав вид, что ничего не произошло. «Блять, эти новенькие меня доведут»— Антон открывает тетрадку и записывает новую тему, которая была выведена каллиграфическим почерком на доске. —Кстати,— хлопнул в ладоши Борисович,— напоминаю вам ещё раз, что ЕГЭ не за горами, пора уже знать кем вы хотите стать,— он даёт небольшую паузу и поворачивается к доске,— так вот, продолжим. В 19 веке... А и вправду, кем хочет стать Антон? Парень откидывается на спинку стула, не слушая учителя, начиная мечтать. Ну уж точно не лётчиком или космонавтом... Нужно подумать об этом на досуге, а сейчас— вперёд за знаниями и на разглядывание затылка Попова. Ему кажется, что его волосы парик— не могут настоящие быть настолько красивыми. Наверное, на ощупь они очень мягкие и пахнут как весенние розы... Нет, жасмином... —Антон, ты слушаешь о чём я говорю или думаешь над будущей профессией?— обратил взор на Антона учитель. Кто-то тихо хихикнул, поэтому Шастун чуть покраснел и смущённо спрятал своё лицо за руками. —Извините...— Сергей продолжил вести урок, как ни в чем не бывало, а парень попытался отвлечься и сконцентрироваться на предмете... —Как я вам и обещала, что-то необычное и интересное,— Алла Николаевна мельком глянула на нового ученика. Арсений улыбнулся уголком губ, опуская взгляд на свои руки,— однако мне потребуются смельчаки, те, кто уверен в себе и в своих знаниях в предмете, потому что это будет на оценку,— она открыла свой блокнот с шуршащими страницами, и, вздохнув, улыбнулась,— викторина по химии! Одноклассники заулюлюкали от интереса, но идти не решались. Кроме вечно поднятой руки Антона, больше никто не хотел предложить свою кандидатуру. Оценку хорошую получить хочется, а тут и самому становится волнительно. Это даже повод показать новенькому, что тот не промах и доказать самому себе, что он вчера не зря просидел над химией весь день. —Выходи,— Антон подскочил, и уже стоя лицом к классу, оглядел всех, останавливаясь на Арсении. Он смотрит на того с вызовом и чуть улыбается. Попов хмыкнул, пробежав глазами по телу Шастуна снизу-вверх, затем так же уверенно поднимает руку,—Ого! Ну, давай, покажешь, на что способен,— удивлённо захлопала глазами учительница. Арсений встал рядом с Антоном, губы парня растянулись в презрительной насмешке. Он сунул руки в карманы джинс, расслабленно покачиваясь на месте. Антон облизнул пересохшие губы, толком не обращая внимания на нового одноклассника. Попов замер в недоумении, внимательней разглядывая соперника. Никогда в жизни он ещё не встречал настолько недалёких и поверхностных людей. Ума юноши напротив, казалось, даже не хватило на то, чтобы по достоинству оценить его величие и неприкосновенность. —Ставлю сотку, что выиграет Шаст,— Макаров хлопает по плечу одноклассника, который сидел впереди. Тот соглашается достаточно быстро, и они пожимают друг другу руки, в качестве пари. Учительница обходит каждого участника за спиной. Её дряхлые, сухие пальцы хватают белый мел, пытаясь выцарапать на доске их имена. —И так, правила таковы: я буду задавать вопросы, кто раньше говорит ответ— 1 балл. Чтобы выиграть, нужно набрать 10 баллов. Победитель получает пятёрку, а проигравший тройку. Всё довольно легко и понятно, вы готовы?— они оба закивали, но Антон кивнул так, что аж наклонился всем корпусом вперёд, будто кланяется. Попов лишь кинул насмешливый взгляд и прыснул в кулак. Алла продолжила,— тогда начинаем. Первый вопрос— самый лёгкий металл? Антон открывает рот, но Арсений будто на автомате выдаёт чёткий и сформулированный ответ. —Литий,— учительница ставит палочку на доске возле имени «Арсений». Шастун переводит взгляд на Илью, который тоже, по сей видимости, в шоке от происходящего, друг лишь в недоумении пожимает плечами. —Мельчайшая химически неделимая частица... —А... —Атом!— чуть громче выдает Попов, хватаясь пальцами за переднюю парту, и оборачивается, становясь спиной к классу. Арсений любит шоу, и с каждым его уверенным ответом он лишь разогревает публику, так ещё как! Алла Николаевна снова ставит чёрточку над именем и продолжает задавать следующие вопросы. Антону казалось, что выиграть Попова будет тяжелее, чем он думал... —...Что-ж, со счётом 10:2 побеждает Арсений Попов!— захлопала вместе со всеми в ладоши учительница, кидая тетрадку на стол. Кабинет разрывался бурными овациями от удивления— да чтобы круглого(почти) отличника поставил новенький в первый же день его прихода? Это нонсенс. Антон присаживается на своё место, где недовольно протягивал однокласснику сотку Илья. —Я же учил...—не веря своим глазам и ушам, горбится над тетрадкой парень, зарывая свою пятерню в волосы. Арсений самодовольно и немного с издёвкой поглядывает через плечо на своего "соперника", напоследок он бросил на него презрительный взгляд, будто с высоты, и мягко присаживается на своё место. В его глазах отчётливо сверкнула насмешка и подленная жалость. Шастун не ожидал, что его так размажут по стенке, позорно выиграв всего два раунда. Он смог ответить на каких-то два жалких балла. Да и с учётом того, как Попов отвечал, это считалось за издевательство. Первый день из пяти закончился весьма спокойно. Сегодня было чуть меньше уроков, чем в обычные дни— и за это нужно сказать спасибо руссичке, которая уехала на две недели на курсы повышения квалификации. Макаров, как и рассказывал ещё в начале дня, собирается остаться после всех занятий на баскетбол. Так и сделав, он послал своего друга домой, отлёживаться на мягкой кровати, хотя Илья не против заниматься этим спортом, ему в кайф. Благословив того на хорошую тренировку, Антон перекинул одну лямку рюкзака на плечо, сам того не понимая, что его брелок, висящий на змейке, попадает кому-то по щеке. И всё равно сумка висит на плече не очень удобно, поэтому пришлось ещё раз поправить, зарядив снова по носу сзади стоявшему. —Может хватит уже?!— выкрикивает на весь холл Арсений, хватаясь за нос,— это ты мне за химию так мстишь?!— Антон отскакивает, будто обжёгся, и оглядывает его всего с ног до головы. Брюнету кажется, что на месте боли окажутся красные следы, которые придется скрывать за слоем пудрой или поскорее приложить лёд. —Я случайно...—Попов задевает его плечо своим, тем самым скидывая рюкзак на пол с глухим звуком. Арсений смотрит на него с прищуром и небольшим недоверием. Не успев договорить, голубоглазый шипит на него, из-за чего внутри Антона всё сжалось: —За случайно бьют отчаянно! Смирись уже, что теперь не ты гений класса! Выскочка...— добавляет уже чуть тише, будто себе под нос. Испытывая к собеседнику отвращение, граничащее с жалостью, он резко открывает дверь выхода из школы, и, так же быстро проскочив мимо Шастуна, выбегает наружу. Сказать, что Антон знатно офигел от такого порыва, это ничего не сказать. Парень остановился на месте и глядел в одну точку. Он оборачивается, замечая, что Макаров, который ещё не успел войти в зал и лицезрел это шоу своими глазами, тоже прихуел. Антон, будто читал в глазах Ильи:«Какие же новенькие нынче пошли. Его что, в шёлковые ткани укутывали и на подушки укладывали спать?». Шастун смиренно пожал плечами, выходя из школы. Надеть сегодня уже осеннюю куртку было правильным решением, на улице хоть и яркое солнце без облаков (что бывает очень редко)— нихера не тепло. Попахивало уже началом октября. —Ты меня преследуешь?— не оборачиваясь на него проговорил Арсений, поправляя на себе куртку. Вот уже как несколько минут Антон идёт за Арсением по пятам, не изменяя маршрут. Это напрягало, ведь иногда бывало такое, что за его длинный язык приходилось отвечать. Некоторые даже грозились оторвать этот орган, но кроме как постоянных издёвок, подколов и иногда ударов по лицу— до большего никогда не доходило. Ну однажды было... Но это сейчас не имеет значения, Антон не выглядит как человек, который может ударить кого-то. Его друг Макаров, с которым они не расстаются, может прописать фингал под глазом, а вот Шастун— нет. —Нахуй ты мне всрался,—борзо ответил Антон, а Попов фыркнул, замедляя шаг. Он немного успокоился, не стал бы человек после такого бить. Выдыхаем, не нервничаем. Брюнет поворачивает за угол дома, где через секунду заворачивает и зеленоглазый. Арсений снова пыхтит— чем-то недоволен. Антон не удивлен, он за этот день минимум всегда раздраженный. Смирившись с тем, что Шастун оставлять его в покое не собирается, Попов лишь изредка кидает на него оценивающий взгляд и снова идёт. Антон облокачивается на стенку, складывая руки в замок, наблюдая как Арсений вводит пин-код от подъезда, глядя тому в глаза. Они оба ничего не понимают и от этого становится ещё смешнее, поэтому Антон тихо смеётся, а по телу Арсения пробежались мурашки. Или всё-таки бить будет? Дверь с щелчком открывается и Попов влетает в подъезд, не дожидаясь, когда Шастун войдёт за ним. Светловолосый забегает и через мгновение парни идут наверх по лестничным пролётам. Молчание затягивалось, хотя мысли были одни и те же— какого чёрта? Что Антон, что Арсений без понятия, почему они идут в одном направлении, находятся в одном доме, и, похоже, идут на один этаж. На пятый этаж они доходят за минуту и тогда Арсений поворачивается к нему лицом, останавливая того за плечи. Шастун цепенеет, от того, насколько сильно его пальцы вонзились в кожу. На секундочку, через куртку! —Я конечно всё прекрасно понимаю, что обворожил тебя своей красотой,— хитро улыбается,— но провожать меня до самой двери не стоит. —Ты, блять, еблан?— риторический вопрос,— Я тут живу!— он выскальзывает из хватки и подходит к своей двери, вставляет свой ключ в замочную скважину,— квартира номер 54,— зачем-то вслух проговорил Антон. —Ты не поверишь,— Арсений подбегает к соседней двери, которая была на расстоянии двух метров,— квартира 53. Мы соседи,— поправляет на себе рубашку и из переднего кармана штанов вынимает свой ключ. Попов оборачивается на него, демонстрируя ему ключ от входной двери. Взгляд Антона невольно перемещается к его глазам. На секунду парень перестал дышать, открыв рот. Кончики пальцев онемели и начали слегка покалывать, внутри все начинало разгораться, будто в него запихнули подожжённую спичку страха. Такие же холодно голубые, как и у него . —Хорошего дня, Антох,— Шастун не понял, что Арсений уже закрыл за собой дверь, а он стоял и пялился в неё пока переваривал полученную информацию. Арсений, который так вальяжно пришёл в качестве новенького, что бесил его всю химию, так ещё устроил непонятную сцену при выходе из школы— оказался соседом за стенкой? Или же: тот самый Попов, который покорил своим взглядом сердца девочек и заколдовал учителя по химии такими глубоки познаниями— оказался его новым соседом, так ещё и за стенкой? Провернув замок, он оказывается в своей квартире, привалившись спиной к стене. Сердце ударилось так сильно, что Шастун почувствовал, как вот-вот упадет. Дыхание перехватило, а тело онемело от страха. Он попытался сделать вдох, но вышло только что-то наподобие хрипа. Ещё одна попытка вдохнуть. У него началась паническая атака. Антон напрочь забыл все, чему его учил в подобных ситуациях Дмитрий Темурович. Вспотевшие ладони прижались к холодной стене, пытаясь нащупать что-нибудь спасительное, чтобы не упасть. Антон приглушённо слышит голос Арсения, который, скорее всего, общался с мамой: —Ма-ам, а ты уже познакомилась с новыми соседями?— кричит Попов из другой комнаты. Ира протирала творог через сито в миску, куда позже добавила ванильный сахар с солью и, перемешав творожную массу, немного отошла от столешницы, услышав тяжелое дыхание из коридора. —Антош, это ты?— вытирая испачканные руки о мамин старый фартук, спросила она,— Всё в порядке? —Да... да, мне просто нужно в туалет,— нервно протараторил парень. Страх заставить Кузнецову переживать за его психическое состояние быстро перекрыл все остальные эмоции и Антон не заметил, как уже оказался за закрытой дверью в ванной, скатываясь спиной по холодной плитке на пол. Трясущиеся руки, слезы на глазах и пустота в них, без каких либо эмоций на лице. Глаза Арсения заставили расковырять те самые шрамы, которые только недавно начали покрываться корочкой, а теперь снова закровоточили. Сознание подкидывало ему воспоминания о голубых глазах Выграновского, а потом резко перескакивали от одной мысли к другой, рисуя тот самый вечер, барную стойку и, пустившие под откос всю его жизнь, фотографии. Антон поднялся на трясущихся ногах и вытер рукавом свитера выступившие слёзы. Парень смотрел в зеркало, мёртвой хваткой вцепившись в раковину. Хватая коробочку с лезвием для бритвы, он достал одно, с апатией разглядывая острие. Сейчас ему лишь хотелось переключиться на другую боль. Легче чувствовать её с каждым последующим движением, чем попробовать контролировать собственные мысли. Антон расстегнул ремень и приспустил штаны до бёдер, открывая вид на множество белых и выпуклых линий. Парень зажмурился, надавливая на лезвия. Оно с лёгкостью проткнуло нежную кожу, оставляя глубокий и кровавый порез. Резкая боль волной прошла по всему телу, по спине пробежали мурашки. На пол и джинсы стала капать бордовая жидкость, лишь тогда Шастун пришёл в себя и засуетился в поисках медицинских средств. Окровавленное лезвие падает в раковину, пачкая её мелкими, но ярко алыми пятнами. Антон достает перекись и бинт из навесного шкафчика, которые он самостоятельно положил туда уже давно. Выливая жидкость на несколько глубоких порезов, он прикусывает ладонь, пытаясь не издать ни единого звука. Перекись сразу же вступает в реакцию и вокруг повреждений образовывается белая пена. Антон быстро перебинтовывает бедро, туго завязывает и надевает джинсы обратно. Вымыв лезвие, положив его обратно и спрятав все улики с места совершенного преступления, он умывается холодной водой и выходит из ванной. Когда Антон вошёл в кухню, то Ира уже бросила, ранее замешанное, тесто на муку и начала раскатывать его, формируя толстую колбаску, чтобы позже нарезать её на несколько кружочков, которые в конце превратятся во вкуснейшие сырники. —Приветик. Как дела в школе?— девушка кидает на него взгляд через плечо и улыбается. —В целом, нормально,— Антон осторожно садится на стул, чтобы Ира ничего не заподозрила,— Сергей Борисович сегодня затронул тему ЕГЭ. —И на кого ты собрался поступать?— облизывая, испачканный в сладкой творожной массе, палец, спрашивает Кузнецова. —Я не знаю,— сухо пожимает плечами парень. —Ну, чем тебе больше всего нравится заниматься?— Ира взяла пакет муки и, набрав горсть, посыпала ею на доску. —Читать и гулять с Ильёй,— устало зажмурился Антон. —Давай зайдем по другому,— девушка похлопала ладонями, стряхивая лишнюю муку,— Что тебе нравится читать? —Детективы просто обожаю, особенно, когда конкретно описывают установления причины смерти, тогда больше деталей о преступнике можно узнать,— мечтательно прикусывает губу Антон и ухмыляется. —Ты можешь быть частным детективом,— оперевшись руками о столешницу, повернулась к нему сестра, Шастун на это предложение прыснул в кулак,— Какой ты привереда, хорошо, хм-м…— девушка прикладывает палец к губе и задумчиво постукивает ним,— как тебе тогда работа судмедэксперта? Антон щурится и облизывает пересохшие губы, раздумывая об её варианте. Через какое-то время его глаза загораются заинтересованными зелёными огоньками и Ира улыбается, радуясь, что смогла ему помочь. —Ты гений,— парень щелкает пальцами и указывает на Кузнецову—Сейчас посмотрим какие экзамены нужно сдавать,— Антон достает телефон из переднего кармана джинс и вбивает запрос в Google-e—так, математика, русский язык, биология и...— парень запинается, разглядывая последний предмет и тихо произнося себе под нос: «блять»—…химия, чёртова химия, в которой я не шарю и по которой я сегодня получил тройку!— откидывая телефон на стол, Шастун возмущенно размахивает руками. —За что тройка-то, ты же вчера весь день учил,— обеспокоено спросила девушка, ставя греться сковородку на плиту. —Да этот новенький, Арсений,— Антон нарочно коверкает его имя голосом—он наш сосед, кстати,— Ира протягивает заинтересованное «ммм»— Так вот, химичка решила нам викторину устроить и этот гусь, возомнивший себя царем всей планеты, перебивал и отвечал быстрее меня. —Получается, он в твоей химии нормально разбирается?— вопросительно вскидывает бровь Ира, смотря на парня полуоборотом. —Получается так, а что? —Может, тебе стоит обратиться к нему за помощью?— предложила девушка, выкладывая будущие сырники на сковороду. —Никогда в жизни, кто угодно, только не этот напыщенный индюк,— Антон, раздраженно сдвигая брови, встаёт из-за стола. Парень забирает свой мобильник и мчится в комнату, прыгая на кровать, которая со скрипом продавливается от веса, и раскидывая на ней свои конечности.