The Mermaids Pearl

***

      Юнги спускался на кухню через несколько часов после восхода солнца. Образ лица русалки, закрытого большим деревянным верхом, возникал в его сознании снова и снова.       Юнги каждый раз тошнило.       — Может, мне просто пойти и снять верх. — пробормотал он себе под нос, открывая кухонную дверь: — Что он вообще собирается делать? Иллюминатор закрыт… — Юнги остановился, широко распахнув глаза и озабоченно, когда заметил Тэхёна и Чонгука, стоящих рядом с сырой рыбой в руках.       Юнги даже не пожалел взгляда в сторону Тэхёна, глядя прямо в широко распахнутые глаза Чонгука.       — Капитан! Мы просто собирались сделать приманку… — начал Тэхён, прежде чем Чонгук в спешке оборвал его.       — Мы думали, что Хосок может быть голоден, — ответил Чонгук суровым глазам Юнги.       — Чонгук! — Тэхён пожурил. — Я же просил тебя не говорить капитану!       Глаза Юнги при этом сузились ещё агрессивнее.       — Хосок?       Чонгук кивнул.       — Русалка.       — Ты дал этой штуке имя?!       — Честно говоря, он уже пришёл с именем… — попытался исправить Тэхён.       — Я не разговариваю с тобой. — Юнги застонал, щипая себя за переносицу. — Так это вы двое стащили верх с русалки…       — С Хосока, — Тэхён снова поправил.       Юнги свирепо посмотрел на него.       — Клетка Хосока.       — И ты не надел её обратно, хён? — спросил Чонгук у Тэхёна.       Юнги тяжело выдохнул: — И как вы двое собираетесь пойти туда и покормить эту рыбу?       — Ну, технически он русалка капитана…       Юнги поднёс руку к мечу на бедре: — Ещё одно слово от тебя, Тэхён, и тебя скормят акулам на ужин.       Глаза Тэхёна расширились, когда он демонстративно поджал губы.       — Капитан, я не понимаю, что ты имеешь в виду под тем, как… — сказал Чонгук. — Мы бы просто спустились по лестнице.       Юнги вытащил связку ключей из кармана.       — Вы двое невероятны. Вам повезло, что вы оба всё ещё на борту моего корабля. — капитан застонал, повернувшись на каблуках: — Следуйте за мной, язычники.       — Быть милым с ним, кажется, работает, — щебетал Чонгук, когда они с Тэхёном сформировали группу позади Юнги. — Ему действительно нравится Тэхён-хён.       — Да, нравится! — согласился Тэхён с квадратной улыбкой.       — Что я говорил о разговорах? — напомнил Юнги, когда Тэхён снова застегнул молнию на губах. Юнги сузил взгляд за своим плечом, открывая дверь в подвал. — Что заставляет тебя так говорить?       Чонгук пожал плечами.       — Он не пытается напасть ни на одного из нас. Мы узнали, что ему двадцать семь.       Чонгук остановился.       — Ожерелье, которое ты порвал, похоже, говорит о возрасте русалки.       Юнги понял, что тогда он был русалкой-хёном, если это правда… Он покачал головой. Желая прогнать такую ​​ненужную мысль: — Откуда ты знаешь, что он просто не пел тебе и не очаровывал тебя? Русалки обманчивы.       Юнги повёл их вниз по скрипучим ступеням.       — Они не такие, как в сказках.       Чонгук на мгновение задумался: — Потому что мы спросили, как помочь его плавнику лучше, и принесли ему еды…       Юнги снова фыркнул.       — Вы идиоты. Он наш пленник. — напомнил Юнги, его сердце сильно и болезненно сжалось, когда он снова увидел закрытую ванну. Это зрелище напоминало о темноте, в которую он поместил русалку.       С большей поспешностью, чем необходимо, Юнги поспешил снять бочку, прежде чем сдвинуть верхнюю деревянную доску с бассейна русалки.       — Хосоки-хён! Мы вернулись с некоторыми… — воскликнул Тэхён, прежде чем его голос упал вместе с улыбкой… — Хосоки… хён…?       — Он в порядке? — спросил Чонгук, шагнув вперёд, но сильная рука Юнги остановила его от приближения.       Руки Юнги широко раскрылись.       — Назад! — закричал он, его сердце билось быстро и тяжело в ушах, когда он посмотрел вниз на неподвижную русалку. — Я не буду играть с тобой в эти игры, принцесса. У нас есть еда, просыпайся! — потребовал Юнги, его голос предал его и показал взволнованную трель.       — Что случилось с ним? — поспешно спросил Чонгук. — Он просто спит?       Взгляд Юнги переместился с русалки на большую деревянную доску, его сердце замерло, и он с трудом сдерживал себя: — Чёрт. Чёрт!       Юнги стиснул зубы: — Мы его задушили! Чёрт…       Юнги наклонился над ванной, вытягивая лицо русалки вверх и из воды, запустив руку в волосы Хосока, остатки жемчужин скатились по щекам русалки и мягко шлепнулись в воду.       Юнги почувствовал, как из него вышибло ветер, русалка была прекрасна.       — Хосок. — тогда прошептал Юнги, настойчиво, отчаянно: — Хосок, это твоё имя, не так ли? Давай, давай, открой эти глаза. Покажи мне этот синий. Я не причиню тебе вреда, перестань играть. Останови эту игру.       — Капитан, — выдохнул Чонгук. — Он…?       — Нет. — Юнги выругался, двигая рукой, чтобы обхватить Хосока за плечи, а другой рукой поднял голову Хосока, отчаянно и нежно: — Идите и позовите медика! Вы оба, сейчас же!       — Да, капитан! — поспешил сказать Тэхён, хватая Чонгука за руку и выталкивая их.       Юнги осматривал тело Хосока в поисках каких-либо ран, какой-либо борьбы.       — Чёрт… Чёрт… Чёрт… — резко вдохнул он, — Ты, чёртова рыба, не надо… ты мой единственный шанс, ты не можешь умереть, ты не можешь… чёрт! — Юнги пробормотал, тяжело дыша, когда снова посмотрел на лицо Хосока, его голос стал тише: — Ты слишком красив, чтобы умереть.       Когда Юнги по-прежнему молчал, он не мог остановить панику, загрязняющую его вены, и вытащил Хосока из воды так осторожно, как только мог. Вода холодила его кожу, когда он укладывал Хосока на деревянный пол.       — Хосок, давай. Ну давай же. — в отчаянии твердил Юнги.       — Мне нужно, чтобы ты проснулся ради меня, принцесса. Мне нужно, чтобы ты проснулся… проснулся… — снова умолял Юнги, кладя руку Хосоку на нос, чтобы проверить его дыхание, любое дыхание, что угодно…       Ничего.       — Принцесса.       Юнги выругался: — Ты не можешь этого сделать, ты слишком силён, чтобы вот так умереть. Ты слишком большая заноза в моей заднице, чтобы уйти вот так, давай, пожалуйста. Пожалуйста… — Юнги опустил подбородок Хосока, глубоко вдохнув, — Принцесса, проснись… — умолял он, прерывая себя, наклоняясь и соединяя их губы, вдыхая воздух в лёгкие Хосока…       Юнги был прерван тем, что когти русалки впились ему в плечи и оттолкнули от себя, его плавники ощетинились в защите.       — Ты должен был бросить меня в воду, — прошипел он Юнги.       Юнги откашлял свой воздух обратно в лёгкие.       — Какого хрена?!       Хосок выпрямился, насколько мог на суше, поддерживая себя руками.       — Океан — единственный способ исцелить русалку. Разве о нашей сухопутной рыбе не ходят легенды?       Юнги моргнул, не веря своим глазам.       — Ты… — он попытался выровнять тяжёлое дыхание, прошептав: — Ты жив…?       Хосок был слишком занят осмотром подвала с новой точки зрения, поиском нового пути к отступлению.       Юнги выдохнул, положив руку на лоб: — О, чёрт. Спасибо, чёрт возьми. — он остался лежать на земле, ошеломленный волной облегчения, обрушившейся на него. — Я думал, что я потерял тебя…       Хосок издал смешок.       — Ты думал, что потерял своё драгоценное сокровище.       Юнги поднял взгляд, на мгновение моргая на Хосока.       — Верно. — когда его сердцебиение достаточно стабилизировалось, он встал. — Если ты не попытаешься откусить мне голову, я снова опущу тебя в воду.       Хосок смотрел на Юнги своими глубокими голубыми глазами, изучая его.       — Я хочу увидеть солнце.       Юнги кивнул в сторону иллюминатора: — Ты видишь солнце.       Хосок снова ощетинился.       — В крошечной коробке?       — О… — Юнги слегка сдулся, — Точно. Ты не мог этого видеть… — он сделал паузу на мгновение, его голос звучал шепотом. — Я не буду тебя вот так отгораживать. С доской, я имею в виду.       — Надеюсь, твои драгоценные жемчужины того стоят, — сказал Хосок, неловко волоча своё тело по деревянному полу к своей коробке.       Юнги медленно подошёл сзади Хосока, медленно и осторожно потянулся, чтобы поднять русалку на руки.       — Не кусай меня.       Хосок крутанул головой, оскалив клыки, но медленно расслабился и позволил Юнги снова отнести себя к воде. Он просто хотел снова почувствовать это вокруг себя.       Юнги не отпускал Хосока, пока тот полностью не погрузился в воду, стараясь не уронить его в маленькую ванну.       — Мне не понадобятся эти жемчужины, когда я получу сокровище. Я верну их все тебе.       Хосок уставился на Юнги, прежде чем дёрнуть хвостом и засунуть его вместе с ним в воду.       — Я не скажу вам, где это. Я умру раньше.       — Ты не мог бы сказать мне, если бы я приблизил тебя к солнцу? — попытался Юнги.       Хосок зарычал: — Не пытайся торговаться за мои секреты.       Он поднялся из воды, чтобы немного нависнуть над Юнги.       — Думаешь, ты первый, кто пытается найти наше сокровище?       — Нет. — Юнги усмехнулся, наклоняясь вперёд, его нос почти касался носа Хосока. — Но я считаю, что я первый, кто выторговал у тебя сокровище, принцесса.       Хосок опустился в воду.       — Иди сюда, и я скажу тебе, — сказал он.       Юнги усмехнулся: — Что? Тебе так нравилось, что я сверху прижимаю тебя к земле, принцесса?       Голубые глаза Хосока вспыхнули в отражении воды.       — На этот раз ты меня так легко не уложишь.       Юнги ухмыльнулся: — И почему ты так в этом уверен, Хосок?       Хосок улыбнулся, его клыки были видны: — У нас ходят легенды о том, какая ты вкусная рыба.       — А я мог бы нарезать тебя и свернуть, как суши. — Юнги сузил глаза: — Как ты получил имя Хосок? Моя команда назвала тебя так?       — Это моё имя. — обиженно прошипел Хосок.       — У русалок нет имён. — Юнги возразил: — Это общеизвестный факт.       — Кто сказал? — спросил Хосок. — Сколько русалок ты встречал?       Юнги зарычал, низкий рокот вырвался из его горла: — Ты — заноза в моей заднице. Не говори ни с кем из команды, если они попытаются заговорить с тобой. Я устал иметь с этим дело.       — Как долго ты будешь держать меня здесь, человек? — спросил Хосок. — Ты никогда не получишь ответа.       — Никогда? — Юнги фыркнул, удивлённый и расстроенный: — Что ж, тогда я оставлю тебя здесь навсегда, принцесса.       Хосок погрузился под воду, издав горестный звук и отвернувшись от Юнги.       Юнги открыл рот, чтобы заговорить, что-то болезненно сжалось в его сердце, когда он заметил свет, отражающийся от чего-то блестящего там, где Хосок был под водой.       Но кто-то другой оборвал его: — Он жив! — Тэхён обрадовался, прежде чем резко и обвиняюще вдохнуть: — И ты заставил его плакать?!       Чонгук переводил взгляд с Юнги на бак, где прятался Хосок.       — Капитан!       Юнги перевёл взгляд с Хосока на команду и выдохнул: — Пошли, мы уходим.       — Подождите! — Чонгук закричал. — Можно я его покормлю? — спросил Чонгук, держа рыбу в руке.       Юнги сделал паузу, рассматривая рыбу на мгновение, прежде чем кивнуть.       — Иди, отдай ему.       Чонгук шагнул вперёд, остро осознавая взгляды Тэхёна и Юнги на него, когда он вглядывался в аквариум.       — Хён? — спросил он и поднял рыбу над водой: — Я принёс тебе ещё рыбки.       Медленно появился Хосок. Его руки встретились с руками Чонгука, когда он взял у него рыбу. Между ними прошло тихое, нежное мгновение, прежде чем Хосок кивнул и вернулся под воду.       — Капитан… — нерешительно начал Тэхён, — медик сказал, что она занята…       — Я знал, что не должен был посылать вас двоих. — Юнги фыркнул, наблюдая, как Чонгук отдаёт Хосоку рыбу, и повернулся, чтобы уйти.       — Подожди, капитан! — Тэхён последовал за Юнги. — А как же крышка?       Юнги покачал головой: — Пусть он увидит солнечный свет. Мне всё равно.

***

      Хосок провёл день, лежа на солнце прямо под иллюминатором. Не раз он пытался понять, как люди открыли его. Когда солнце село и тьма вернулась в его темницу, он пополз обратно к воде.       Хосок только заметил, что корабль некоторое время назад остановился, когда услышал знакомые шаги, спускающиеся по лестнице. Он скрыл свою улыбку под водой, когда Чонгук появился внизу лестницы.       — Привет, хён! — позвал Чонгук, поднося рыбу и предлагая её Хосоку. — Время ужина.       — Спасибо, — сказал Хосок, забирая рыбу у Чонгука и позволяя ей опуститься на дно его аквариума. Он посмотрел в любопытные глаза Чонгука. — Почему ты не боишься приближаться ко мне? — спросил он.       Чонгук пожал плечами.       — Мне кажется, я знаю, что ты не причинишь мне вреда.       Хосок посмотрел на Чонгука, прежде чем расслабиться, прислонившись к стенке бака.       — Почему корабль больше не движется?       — Мы достигли нашего порта, — объяснил Чонгук.       Хосок наклонил голову.       — Порт?       Чонгук кивнул.       — Это как город. Мы можем продать наше сокровище, а остальным нравится ходить в таверну. — он посмотрел на Хосока. — У вас есть города под водой?       Хосок кивнул.       — Мы называем их школами. Только у нас нет таверн. Это что?       Чонгук сел рядом с баков.       — Я не собираюсь на берег. Хочешь, я расскажу тебе о жизни на суше?       Хосок кивнул, глядя в искренние глаза Чонгука. Он просиял.       — Ты расскажешь мне о жизни под водой? — спросил он.

***

      Юнги сел в баре таверны, три порции рюмок спустя, и он, наконец, начал всё меньше и меньше чувствовать, как волны действуют на его нервы всё меньше и меньше.       Его мысли переместились к русалке…       Хосок.       Юнги сделал ещё один глоток, обвиняя алкоголь в своих мыслях, обвиняя алкоголь в том, как бешено билось его сердце при мысли о том, что он — хён Хосока. Его мысли переместились к тому, насколько тёплым был Хосок на его коже. Как хорош он был с маленькими жемчужинами, цепляющимися за его ресницы…       — А вот и знаменитый Мин Юнги, — прогрохотал голос Намджуна позади него, когда он усаживался на место рядом с Юнги, держа в руке большое пенящееся пиво. — Ты создаёшь хорошую репутацию на морях.       Юнги оживился от звука своего друга, лёгкой улыбки: — Ну, если это не морской ублюдок, Ким Намджун. Я полагаю, что репутация, о которой ты слышал, не что иное, как неприятности.       — У тебя когда-нибудь бывает что-нибудь хорошее? — Намджун улыбнулся ему. — Что привело тебя в порт, старый друг?       — Нужна еда для экипажа. Продам какое-нибудь сокровище. — Юнги пожал плечами: — Ищу ответы. Говоря… — Юнги вытащил из кармана одну из жемчужин, поместив её между собой и Намджуном, — сколько, по-твоему, это стоит?       Глаза Намджуна расширились.       — Это реальная вещь?       — Смогу ли я когда-нибудь носить с собой что-то ненастоящее? — возразил Юнги, обиженный.       — Чуть дальше в городе есть ювелир, — сказал Намджун. — Ты получишь за это много денег.       Юнги хмыкнул, возвращая жемчужину в карман.       — Не уверен, что продам.       — Ты дурак, пират, если не будешь, — сказал Намджун, делая глубокий глоток пива. — Ты всё ещё ищешь это сокровище русалки?       — Я остановлюсь, когда найду его. — Юнги ответил: — И я слышу сплетни в море, что ты, подлый ублюдок, тоже пытаешься найти сокровище русалки.       Намджун пожал плечами.       — Разве я настоящий пират, если я тоже не гонюсь за этим?       — Так сколько же ты поймал русалок, старый друг? — спросил Юнги, делая глоток из своего напитка.       Намджун усмехнулся.       — Ты правда веришь, что русалки существуют?       Юнги сузил глаза: — Так как же ты находишь сокровище?       — Чистая удача, — рассмеялся Намджун. — А как ещё мы найдем другие сокровища?       Юнги усмехнулся: — Ты чёртов дурак, ты понятия не имеешь, где даже поймать русалку, не так ли?       — А ты? — Намджун рассмеялся.       Юнги усмехнулся: — Хочешь знать. Пират никогда не делится своими секретами. — промычал он, допивая свой напиток. — Расскажи мне, что ты знаешь о русалках, старый друг.       — Я слышал историю о моряке, который однажды влюбился в русалку, — ответил Намджун. — Куча чуши. Как можно любить рыбу?       Юнги подумал о Хосоке, что-то искрящееся, тяжелое и тёплое одновременно разлилось по его венам.       — Да, — прошептал он, — чепуха.       Он снова повернулся к Намджуну: — Как моряк влюбился?       — Это какая-то история, которую один из островов рассказывают детям, чтобы они были добры к океану.       — И чем это кончится? — спросил Юнги, не в силах скрыть, насколько он был заинтригован этой историей.       — Чем заканчивается история любого местного острова? — спросил Намджун, отпивая ещё один глоток пива. — Долго и счастливо.       Юнги фыркнул: — Я выпью за это. Для таких пиратов, как мы, жизнь заканчивается только одним из двух способов: смертью или богатством.       Намджун чокнулся со стаканом Юнги.       — Приветствую вас.       — Я слышу, как два пирата поднимают бокалы без меня? — раздался новый и знакомый голос.       Юнги слегка кивнул с улыбкой и поднял свой бокал.       — Сокджин.       — Юнги. — Сокджин кивнул и сел на колени Намджуна. — О чём вы, два идиота, говорите здесь без меня. Я понятия не имел, что твой корабль бросил якорь здесь на ночь, Юнги.       Юнги покачал головой: — Всего на несколько часов. Мы уйдем к утру.       — Я только что узнал, что наш Мин Юнги верит в русалок, — рассмеялся Намджун, положив руки на бедра Сокджина.       — О, отвали. — Юнги закатил глаза.       Сокджин слегка ударил Намджуна по большой груди: — Ну, не так ли?! Они настоящие! Разве ты не помнишь, как я его видел?!       Внимание Юнги при этом оживилось.       — Ты раньше видел русалку?..       — Он созвал всю команду и сказал, что видел в воде русалку с розовым хвостом. Заставил всю команду покинуть свои посты, — закатил глаза Намджун.       — Розовый…       — И я это видел! — Сокджин возразил: — Никто мне не верит, потому что все были слишком медленными! Чимин был единственным, кто пришёл вовремя, но даже он едва успел разглядеть, как розовый хвост исчез в море!       — Скажи-ка. — Юнги наклонился ближе, не заботясь о том, насколько отчаявшимся он казался: — Расскажи мне больше об этой русалке с розовым хвостом.       Сокджин с любопытством посмотрел на Юнги, прежде чем ухмыльнуться: — Может быть, я расскажу~ А может быть, и нет~. — Он пожал плечами, откинувшись на плечо Намджуна. — Жизнь пирата может быть трудной, Мин Юнги. Возможно, мне понадобится какой-нибудь… стимул…       Юнги вытащил одну из жемчужин, практически стукнув ею о прилавок.       — Вот.       Глаза Сокджина загорелись.       — Это… — он задохнулся. — Слеза русалки?!       — Расскажи мне всё, что ты знаешь о слезах русалки, и она твоя. — пообещал Юнги, его глаза сузились и стали суровыми.       — Слёзы русалки? — повторил Намджун.       Широко распахнутые глаза Сокджина переместились с Юнги на Намджуна и обратно на Юнги.       — Они похожи на жемчуг. И они… но они немного чище, чем жемчуг. Они светят чуть ярче. — он посмотрел на слезу в руке Юнги. — Всё, что я видела в тот день, была русалка с тёмно-каштановыми волосами и розовым хвостом. Но я знаю предания, прочитал о них всё после того, как увидел одного из них.       — Тогда расскажи мне, что ты знаешь. Какие сказки разделяют предания?       — Это полная ерунда, — рассмеялся Намджун. — Это всего лишь детские сказки.       Сокджин резко толкнул Намджуна: — И всё же у этого пирата слеза русалки. — фыркнул он. — Рассказы все детские с островов, особенно с материка. Но знания из моря — это то, во что я предпочитаю верить. Море никогда не лжёт.       — Расскажи мне.       Сокджин закатил глаза: — Вы, пираты, так и не научились терпению. История моря начинается с того, что моряк влюбился в русалку…       — Этого мы уже знаем. Это с островов… — начал Юнги, но его снова перебил Сокджин.       — Дай мне закончить. — он поднял палец: — Сказка, которую ты знаешь, заканчивается долго и счастливо, но знания о море другие. Это начинается с моряка, который случайно ловит русалку. Моряк собирается убить русалку, когда прекрасное существо умоляет его не делать этого, умоляет пощадить его жизнь, а взамен отведёт моряка к сокровищу русалки.       Глаза Юнги загорелись.       — Сокровище.       — То самое дурацкое сокровище, за которым охотятся тупые пираты. — Сокджин закатил глаза: — Излишне говорить, что русалка была самым красивым существом, которое когда-либо видел моряк. Моряку не составило труда влюбиться в русалку.       Юнги кивнул, спрашивая, прежде чем он смог остановиться: — Русалка любила его в ответ?..       Сокджин мягко, грустно улыбнулся: — Больше всего в этом мире. Русалка была готова отдать всё ради моряка, потому что моряк относился к русалке как к королевской особе. И любил русалку, как никто другой.       — Я думаю, наш Юнги мог бы влюбиться только в русалку, — добавил Намджун.       — Отвали, тебя никто не спрашивал. — Юнги фыркнул, снова обращая внимание на Сокджина.       Сокджин вздохнул, закатив глаза, и продолжил: — В любом случае, русалка так любила моряка, что привела его прямо к сокровищу. — Сокджин покачал головой: — Под конец морского знания детали становятся размытыми, но как только моряк находит сокровище, становится очевидным, что моряк и русалка больше не могут быть вместе.       — Что случилось с русалкой…? — Юнги поймал себя на том, что спрашивает.       — Он умер.       Юнги удивлённо поднял бровь.       — Что? Но почему?       Сокджин пожал плечами: — Одни говорят, что это часть сокровищ, другие говорят, что команда убила его. Наиболее распространено то, что русалка была так убита горем, что не могла больше жить без своего моряка. — Сокджин вздохнул, прислонившись к Намджуну. — Это романтично, если подумать, не так ли, Джуни?       — Всё ещё звучит как детская сказка, — проворчал Намджун.       — У тебя нет вкуса, Джуни. Удивительно, почему я до сих пор в вашей команде. — Сокджин хмыкнул.       — Я могу придумать пару причин, почему ты остаёшься, — прошептал Намджун, обвивая Сокджина за талию.       Сокджин похлопал Намджуна по груди: — Кажется, у меня их две прямо здесь…       — До свидания. — Юнги собрался встать. — Продолжай в том же духе, увидимся в море.       Юнги позвал пиратов, его мысли крутились вокруг истории о русалке.       Русалка с розовым хвостом.

***

      — Куда ты меня ведёшь, Тэ-тэ? — пропел Чимин, переплетя пальцы Тэхёна.       — Это секрет! — Тэхён усмехнулся через плечо, сжимая руку Чимина в своей, когда вёл их обоих на свой корабль: — На днях Чонгук поймал большую рыбу.       — О? — спросил Чимин, тяжело дыша алкоголем. — А насколько большой была рыба Чонгука?       — Большой большой. — воскликнул Тэхён, пряча их за деревянной стеной на доске, ожидая, пока ночной охранник пройдёт мимо, прежде чем повести Чимина к двери в подвал, икая: — Ты веришь в сказки, Минни?       — Тэ-тэ, твоя каюта с другой стороны, — ответил Чимин, потянув Тэхёна за руки.       Тэхён усмехнулся, открывая дверь и тихо закрывая её за ними.       — Мы идём туда дальше, не… — ещё одна икота, — Беспокойся об этом ребёнке. Прошло слишком много времени с тех пор, как я видел свою вторую половинку.       Он поцеловал Чимина в щёку, прежде чем повести их вниз по скрипучим ступеням.       Хосок и Чонгук оба молча смотрели, как Чимин и Тэхён вместе спускались по лестнице.       — Хён? — спросил Чонгук, заставив обоих мужчин замереть.       — Чонгукки! Хосоки-хён! — Тэхён помахал рукой, слегка покачиваясь, когда спрыгнул с последней ступеньки. — Вот! — он указал на Чимина: — Я привёл Минни!       — Например, из команды Намджуна? — спросил Чонгук, щурясь в темноте.       — Кто? — спросил Хосок.       Тэхён покачнулся к ванне, притягивая Чимина ближе: — Минни! Смотри! Русалка! — он указал на Хосока, споткнувшись и вовремя поймав себя на краю ванны. — Ого… — усмехнулся он.       — Хён! — закричал Чонгук, сильнее поддерживая Тэхёна. — Будь осторожен, у Хоби осталось совсем немного воды.       Чимин наклонился вперёд, заглядывая в бак.       — Ни за что, — выдохнул он, когда Хосок отшатнулся от него.       Тэхён протянул руку: — Нет, он милый! Видишь? Он не кусается! — Тэхён опустил руку в воду: — Хосоки-хён милый!       Чонгук притянул Тэхёна.       — Он сейчас выглядит испуганным.       Тэхён повернулся к Хосоку, приподняв бровь: — Что? Почему! — воскликнул он: — Это мой парень! Минни! Он не причинит тебе вреда, потому что я люблю его.       — Парень? — Хосок повторил слово.       Тэхён прижал руку ко рту и оглянулся на Чимина, затем на Хосока, прошептав: — Ты не знаешь, что такое бойфренд…?       — У русалок есть бойфренды? — спросил Чимин, пытаясь прошептать, но безуспешно.       — Я имею в виду, посмотри на него! — Тэхён указал: — Он не такой красивый, как ты, Минни, но он красивый! У него должен быть парень! — Тэхён повернулся к Чонгуку, икая: — Ты его парень, Чонгукки?       — Нет! — закричал Чонгук, его лицо стало ярко-красным. — Я просто тусовался с ним!       Чимин ударил Тэхёна в грудь.       — Не смейся над этим милым мальчиком, — упрекнул он, покачиваясь в такт Тэхёну.       — Что такое бойфренд? — спросил Хосок.       Тэхён наклонил голову, садясь на край ванны.       — Парень — это… — Он замолчал, нежно улыбаясь Чимину, — Тот, кого ты действительно сильно любишь. — сказал он, счастливо размахивая руками между собой и Чимином: — Тот, без кого ты не можешь представить свою жизнь. Тот, кто делает тебя счастливым.       — Как кто-то, кого ты должен найти! — вмешался Чимин, глядя на Тэхёна. — Кто-то, без кого твоя жизнь была бы другой.       — Без него иначе, — повторил Хосок.       — Вам двоим нельзя здесь находиться, — прервал Чонгук. — Капитан разозлится, если увидит вас здесь внизу.       — Капитана сейчас нет. — Тэхён пожал плечами, всё равно двигаясь, чтобы встать, быстро двигая сильными руками, чтобы поднять Чимина. Прижав его ближе к груди: — Но нам нужно идти. Я слишком долго скучал по своему парню… — он хихикнул через плечо.       — Парень носит тебя, Хосоки, — Чимин улыбнулся русалке, — Запомни это.       — Чонгуки, не позволяй никому заходить сегодня вечером в мои покои~ Спасибо~, — пропел Тэхён старую матросскую мелодию. После этого он тихо пел Чимину, тихий и нежный звук медленно затухал по мере того, как они поднимались по лестнице.       Чонгук молча повернулся к Хосоку.       — Ты не можешь сказать капитану, что Чимин был здесь, — сказал он Хосоку. — Хотя мне кажется, что ты мало разговариваешь с капитаном.       Хосок покачал головой и исчез под водой.       — Я так понимаю, это должно означать «спокойной ночи»? — Чонгук спросил воду. — Спокойной ночи, Хоби-хён, — сказал он, поглаживая ванну и возвращаясь на палубу.

***

      Юнги вернулся на корабль, мягкий лунный свет струился по тёмному порту, пока он шёл по скрипучей доске обратно на свой корабль.       Ночью море всегда было спокойнее.       Юнги вздохнул, стоя на палубе и глядя на дверь в подвал.       История моря начинается с того, что моряк влюбляется в русалку.       Юнги фыркнул, отводя взгляд вверх, к звёздам.       — Так вот как они получили сокровище, а? — пробормотал он, ухмыляясь про себя над тем, как темный океан мерцал звёздами на небе: — Однако в знаниях моря никогда не упоминалось о пиратах… не так ли?       Юнги открыл дверь в подвал, медленно спускаясь вниз.       — Принцесса…? — прошептал он в тёмную, залитую лунным светом комнату.       Капитан прошёл дальше в комнату, заметив русалку, погруженную под воду. Он откашлялся: — Принцесса…       Ответа не последовало.       Юнги фыркнул, недоверчиво усмехнувшись, и закатил глаза: — Ну же, я знаю, что ты не спишь. Солнце едва село.       Наконец-то показались глаза Хосока, серебристые от отражения лунного света на дне резервуара.       Юнги немного помолчал, дыша с благоговением.       — Ты действительно красавчик, не так ли?..       Он говорил тихим шепотом.       Хосок выпустил пузырек мимо губ и всплыл на поверхность.       — Что ты хочешь? — его голос стал ясным, как только он появился на поверхности.       Глаза Юнги расширились.       — Что…? Ты только что что-то сказал через мыльный пузырь?..       Хосок ответил молчаливым кивком.       Юнги ухмыльнулся, возбуждённо и быстро наклоняясь: — Это ещё одна тайна моря? Скажи что-нибудь ещё, принцесса.       Хосок позволил ещё одному пузырю сорваться с губ.       — Нет.       Глаза Юнги заблестели ещё больше.       — Невероятно… правда. — он откашлялся, собираясь с мыслями. — Ну же, принцесса. Я хочу с тобой поговорить. Над водой.       Хосок уставился на него, его глаза мерцали, прежде чем медленно покачать головой.       Юнги недоуменно поднял бровь: — Почему бы и нет?       Хосок внимательно наблюдал за Юнги. На поверхность всплыл ещё один пузырь.       — Я боюсь тебя.       Юнги моргнул, потрясенный: — Ты… — он покачал головой, не понимая, потянулся рукой к резервуару, чтобы вернуть взгляд Хосока к себе, — Что?       Хосок отшатнулся, пытаясь отойти подальше от Юнги, но не смог найти больше места в маленьком аквариуме, чтобы спрятаться.       Юнги замер, затаив дыхание.       — Я… прости. — он быстро отдёрнул руку. Теперь знакомый рывок в груди, тяжесть в животе снова ударила по его венам. — Я не пытаюсь тебя напугать. — предложил он тихо, шепотом: — Я обещаю. Я не хочу причинять тебе боль.       Хосок медленно вернулся туда, где был до того, как Юнги протянул руку.       — Но тебе нужен мой секрет, — возразил Хосок через очередной пузырь.       — Да. — Юнги мягко согласился: — И ты хочешь вернуться домой.       Хосок медленно поднялся из воды, капли падали с его волос и стекали по груди. Он поравнялся с Юнги, глядя человеку прямо в глаза.       — В конце твоего пути мне не вернуться домой.       Брови Юнги нахмурены.       — Что это значит? Принцесса, уверяю тебя, пиратское слово, что вы благополучно вернётесь домой, если поможете мне. Вы имеете мою честь.       — Твоя честь для меня ничего не стоит, — нахмурился Хосок. — Прямо как наше сокровище.       — У меня такое чувство, что ты намекаешь мне, но не совсем так, — сказал Юнги, пытаясь понять Хосока, — что для тебя сокровище?       Хосок медленно моргнул.       — В этом суть русалки. Это то, какими мы становимся и как мы заканчиваем.       Юнги улыбнулся, его глаза загорелись.       — Подсказка. — прошептал он, потянувшись вперёд, чтобы обхватить щёки Хосока ладонями: — Вот ключ! Ты не просто хорошенький, ты ещё и умный! — воскликнул он: — Скажи мне, принцесса, что это значит?       Хосок зашипел и оттолкнул руки Юнги от себя. Он посмотрел на него.       — Ты пахнешь по-другому.       Юнги усмехнулся: — Да? Тебе это нравится?       Он наклонился ближе.       — Подойди ближе, и я утащу тебя под воду, — пригрозил Хосок.       Юнги поднял руки перед собой: — Ладно, ладно. Я пошёл пить в таверну, когда корабль пришвартовался. Я пахну алкоголем, принцесса.       — Алкоголь? — повторил Хосок.       Юнги кивнул.       — Это особый напиток, который мы, сухопутные рыбы, пьём, после которого жизнь становится менее похожей на дерьмо. Хочешь попробовать глоток?       — У тебя есть алкоголь? — спросил Хосок, раздражённый собственной интригой.       Юнги кивнул, собираясь встать и подойти к одной из бочек, разбросанных по подвалу.       — Я пират, я не отправляюсь в плавание, если алкоголя не хватит на ночь. — заговорил он, сняв крышку, потянувшись за чашкой и зачерпнув жидкость: — Сколько тебе лет, красавица?       Хосок указал на своё отремонтированное ожерелье из ракушек.       — Столько.       — А, точно. — Юнги кивнул, садясь сбоку от ванны Хосока. — Дети что-то упоминали о двадцати семи, верно? — он сделал паузу, колеблясь, когда заметил только что натянутое ожерелье. — Гм… — тихо начал он, — извини за… это. Не знал, что это так важно.       — Сухопутные рыбы никогда не знают, что важно, а что нет, — ответил Хосок, с любопытством разглядывая чашку в руке Юнги.       — Если тебе нужны… какие-нибудь новые ракушки или что-то в этом роде. Я могу принести тебе немного. — Юнги пожал плечами, мягко вручая чашку Хосоку. — И просто для информации, я твой хён.       — Тэ-тэ и Чонгуки рассказали мне, что такое хён, — сказал Хосок, нюхая чашку. — У нас нет хёнов под водой.       Юнги кивнул: — Ну, на суше можно. И я твой единственный хён, помни это. — он толкнул стакан. — Давай, попробуй. Маленький глоток, принцесса, маленький глоток.       Хосок медленно поднёс алкоголь к губам, сделал один глоток, прежде чем закашляться от ожога в горле, от удивления уронив чашку в воду.       — Это отвратительно, — прохрипел Хосок, погружаясь в знакомую воду, чтобы прополоскать рот. Хосок отшатнулся, когда вода почувствовала слабый привкус пролитого напитка.       Глаза Юнги расширились, и он тут же принялся за дело.       — Чёрт, я не думал, что ты уронишь его — сюда… — хмыкнул он, опустив руки в воду, чтобы поднять Хосока из залитой алкоголем воды, — Я держу тебя.       — Отпусти меня! — закричал Хосок, хлопая хвостом и неловко извиваясь в руках Юнги.       Юнги не пошевелился в его хватке, вместо этого усмехнувшись: — Ты бы предпочел, чтобы я отпустил тебя обратно в грязную воду? Или тебе нужен новый маленький бассейн, принцесса?       Хосок замер, его плавники недовольно сжались.       — Эй, — быстро начал Юнги успокаивающе, — у меня в комнате есть ванна, она большая. Мы нальём тебе новой воды. Хорошо? Или ты предпочитаешь, чтобы я положил тебя на дрова, а я налил пресной воды в твой маленький домик?       — В твоей комнате есть солнце? — тихо спросил Хосок.       Юнги улыбнулся, как-то нежное: — Ага.       Он прошептал, представляя, как солнце будет ловить хвост Хосока, его голубые глаза мерцают: — Самое большое окно на корабле находится в моих покоях, прямо рядом с ванной, принцесса.       Плавники Хосока всё ещё были плоскими, когда он пробормотал: — Ладно.       Юнги торжествующе мычал, ведя их вверх по лестнице: — Почему ты так любишь солнце? Под водой нет солнца, не так ли?       — Тепло, — ответил Хосок, но его прервал вид главной палубы — моря. Он извивался в руках Юнги, его когти отчаянно впивались в Юнги, когда он испустил жалкий крик и потянулся к воде.       Юнги зашипел от боли, прижимая Хосока крепче, ближе: — Давай, принцесса.       Он говорил сквозь стиснутые зубы, поднимаясь по второму лестничному пролету, боль от того, что Хосок царапает его кожу, почему-то не шла ни в какое сравнение с резким и смертельным рывком в его сердце, вызванным криками русалки.       — Когда мы найдем сокровище. — пообещал Юнги, уводя их от моря по длинному коридору. — Ты пойдешь домой, когда мы найдём сокровище. Обещаю. Я обещаю.       Хосок издал новый крик, гораздо более громкий и более пронзительный для ушей Юнги, чем раньше, когда море исчезло из его поля зрения. Он переместил одну руку, чтобы ухватиться за стену, его когти вонзились в неё и оставили след из царапин, когда Юнги услышал отчетливый звук падающих на землю жемчужин.       Какая-то часть Юнги наслаждалась звуком падающих жемчужин, часть его хотела, чтобы жемчужины падали ещё больше, но…       Но была и другая его часть. Растущая часть, которая не чувствовала ничего, кроме отвращения к звуку.       Юнги переместил Хосока на руки, пытаясь осторожно убрать его руку со стены.       — Стой, принцесса, ты покалечишься. Всё в порядке, я… — Юнги был в отчаянии, — Хён здесь. — прошептал он.       Хосок становился всё более и более тихим, пока Юнги шёл по коридору, его энергия, казалось, иссякала. Он перекинул верхнюю часть тела через плечо Юнги, глядя на дверь, из которой они вышли, и тихонько скулил.       Юнги успокаивающе шепнул Хосоку, качая головой, пытаясь открыть дверь в свои покои: — Всё в порядке, хёни здесь. Сокровище, принцесса. Сокровище, а затем ты можешь пойти домой. Обещаю. — Юнги тихо пропел Хосоку на ухо, крепко удерживая его: — Больше никаких слёз, я не хочу от тебя больше жемчуга сегодня вечером.       Тогда Хосок угрожающе зарычал на Юнги. Его плавники начали покалывать.       Юнги снова зашипел: — Ты… — он застонал, бросившись в свою комнату, где была большая ванна, большое окно, позволяющее лунному свету освещать их мир, когда Юнги практически швырнул Хосока в ванну, потирая руки, — Ты уколол меня!       Хосок зашипел на него и полностью сосредоточил своё внимание на окне, заползая по нему и опираясь руками на подоконник. Он смотрел на залитый лунным светом океан. Он никогда не видел его сверху таким. Он издал ещё один низкий жалобный крик, крик всем русалкам, которые могли быть поблизости, чтобы услышать.       Юнги выдохнул, он ненавидел звук плача русалок больше всего на свете, и он обнаружил, когда двинулся за ведром воды из большой бочки, медленно наливая воду в ванну: — Прости. — прошептал он, едва слышно из-за криков русалки.       Хосок снова посмотрел на Юнги, в его глазах смешались эмоции.       — Тебе не жаль.       Юнги повернулся, беря ещё одно ведро с водой.       — Я не должен был поднимать тебя вот так на палубу. Я не… я не знал, что ты будешь так скучать по нему. — он налил в ванну ещё одно ведро воды, медленно: — Извини.       Хосок снова обратил внимание на море.       — Это мой дом.       — Мой тоже. — прокомментировал Юнги: — Просто мой дом находится над ним, а твой — под ним. — он налил последнее ведро, полностью наполнив ванну. — Мы не такие разные, как ты думаешь.       Хосок, наконец, оторвал взгляд от окна и нырнул в ванну, вытянув хвост за её край.       — Почему тебе так сильно нужны наши сокровища?       Юнги пожал плечами: — Я пират. — он прислонился к краю ванны. — У меня никогда не было денег, я всегда в бегах. Но такое сокровище могло бы помочь мне прокормить мою команду.       Он тоже посмотрел в окно, его голос был тихим: — Нам больше не придётся воровать с таким сокровищем. Не пришлось бы подвергать мою команду опасности. Мы наконец-то… наконец -то будем жить, а не выживать в этом мире.       Хосок изучал Юнги.       — А что, если бы для того, чтобы найти сокровище, нужно было кого-то убить? — спросил он. — Ты всё ещё хочешь этого?       Юнги промычал: — Зависит от ситуации, наверное. Если бы это означало, что моя команда сможет жить в безопасности и им не придётся беспокоиться о еде до конца жизни, — мягко улыбнулся он Хосоку, — ну, я бы сказал, что это хорошая сделка. Не так ли, принцесса?       — Что, если тебе придётся меня убить? — спросил Хосок, медленно моргая.       Юнги был застигнут врасплох вопросом, его бровь поднялась: — Почему… мы должны убить тебя? В этом нет необходимости, так что давай даже не будем об этом, хорошо? Мы отвезём тебя домой после этого сокровища, конец истории. Ты не умрёшь.       Хосок глубоко вдохнул, погружаясь в воду немного глубже.             Сокровище, которое они ищут             никогда не будет найден слабым.       Хосок процитировал слова по памяти. Старая сказка передавалась молодым русалкам.             Проплыть мимо оболочки дышащего воздухом             сразу за волнами океана.       Глаза Хосока нашли глаза Юнги, глядя в его карие.       Юнги наклонился ближе к ванне, повторяя слова Хосока: — Сокровища, которые они ищут… — прошептал он, — слабые никогда не найдут… Хосок, я слаб? Я сильный, да? Вот, — Юнги опустил руку в ванну, напрягая украшенный бицепс, — мне нужно стать сильнее или этого достаточно?       Глаза Хосока сверкнули.       — Это не твоё тело должно быть сильным, человек.       Юнги усмехнулся, медленно вытаскивая руку из воды.       — Это разум? — фыркнул он, уверенно кивая: — Ну, это проверено. Нельзя просто проснуться и стать капитаном пиратской команды.       — Вам придётся делать сложные вещи. Сокровище не для слабовольных людей. — ответил Хосок.       — Я был сиротой, которого воспитывали нищие, пока не попал на корабль и не стал капитаном. — сказал Юнги: — Я бы не торопился называть себя слабовольным человеком.       — Что такое нищий? — спросил Хосок.       Юнги поднял бровь.       — Нищий? Я уверен, что они у вас есть под водой. Они были бы рыбой на дне пищевой пирамиды. Никому нет дела до нищих, им нет места в обществе. Раньше мне приходилось просить, воровать, лгать и жульничать, чтобы иметь достаточно еды, чтобы выжить. — Юн слегка улыбнулся Хосоку: — Вот почему я теперь такой хороший пират.       — Ты так и не научился охотиться? — спросил Хосок, вопросительно глядя на Юнги.       Юнги усмехнулся: — Принцесса, мы, двуногие рыбы, не охотимся. Здесь есть гораздо более свирепый и смертоносный зверь, который правит нашим миром. Это называется капитализм. И именно поэтому те маленькие жемчужины, о которых ты плачешь, так дорого стоят. Мы используем золото, жемчуг, серебро, драгоценные камни в обмен на еду, кров, безопасность. Это не похоже на море, красавица.       Хосок растерянно посмотрел на Юнги.       — Даже гуппи-русалки умеют охотиться, капитан.       Юнги заинтригованно улыбнулся.       — Гуппи?       Хосок кивнул.       — Маленькие. Два твоих друга напоминают мне о них.       Юнги промычал, думая о Чонгуке и Тэхёне: — Они никогда не вырастут из своей гуппи-фазы. Я слишком мягок с ними.       Он усмехнулся, снова глядя на Хосока.       — Юнги.       Хосок склонил голову набок при новом слове.       — Юнги?       — Это моё имя. Мин Юнги. — кивнул Юнги: — Тебе не обязательно называть меня капитаном. Просто Юнги в порядке, или… — он пожал плечами, отводя взгляд, — Юнги-хён. Если хочешь.       — Я думал, тебя зовут капитан, — признался Хосок, слегка погружаясь в воду от смущения.       Юнги усмехнулся: — Нет, принцесса. Капитан — моё звание. Это значит, что я управляю этим кораблём. Я владею этим кораблём и всеми на нём.       — Даже мной? — спросил Хосок.       Юнги сделал паузу, снова застигнутый врасплох.       — Я… ну, да. — он откашлялся. — Ты не моя команда, но ты под моим присмотром. Под моей опекой.       — Я могу позаботиться о себе, — пробормотал Хосок в воду.       Юнги мягко улыбнулся, посмеиваясь, нежный звук сливался с нежным качанием воды.       — Я верю тебе. И я тоже это видел, ты сильная русалочка. Но это не значит, что ты не можешь позволить кому-то ещё присматривать за вами.       Хосок скрутил хвост, опуская его вместе с собой в воду, и отвёл взгляд от Юнги, его губы слегка надулись.       Юнги наблюдал за Хосоком, прошло мгновение, прежде чем он тихо спросил: — Ты когда-то был гуппи, не так ли?       — Все в какой-то момент становятся гуппи, — ответил Хосок.       — Значит ли это, что у тебя была семья? — любопытно спросил Юнги.       — У меня есть школа, — пояснил Хосок.       Юнги поднял бровь.       — Группа рыб, с которыми ты плаваешь?       Хосок кивнул.       — Но их хвосты выглядят по-другому, — объяснил он, взглянув на свой розовый хвост.       — Ты единственная русалка с розовым хвостом?       Хосок кивнул.       — Говорят, это выделяет меня слишком сильно. Наша добыча может видеть, как я приближаюсь.       Брови Юнги нахмурены.       — Подожди, боюсь, я не понимаю. Если твоя жертва увидит, как ты приближаешься, разве это не подвергает опасности всю школу? Какого цвета их хвосты?       Хосок посмотрел на Юнги.       — У них синие хвосты.       Медленно, но верно Юнги начал собирать пазл. Его голос был тихим шепотом: — Ты поэтому путешествуешь так близко к поверхности?       Хосок кивнул.       — Они думали, что я странно загораю. Они сказали, что однажды я попаду в воздушную сеть. — он погрузился в воду, спрятав половину лица и продолжив остальные слова пузырем: — Думаю, они были правы.       Юнги не мог этого объяснить, но он почувствовал, как к горлу подступает ком, ему не хотелось ничего, кроме как…       — Хосок, — попытался он, умоляя, — Могу я… присоединиться к тебе?       Хосок нахмурил брови, но подвинулся в воде, чтобы освободить место.       — Твоя чешуя высыхает?       Юнги усмехнулся: — Принцесса, у меня нет чешуи. Я просто… — он глубоко вздохнул, — я просто хочу… эм, обнять тебя? Если это нормально? Мы можем попробовать, я просто… — он запнулся на своих словах, — я не выношу тебя таким грустным.       — Обнять меня? — спросил Хосок. — Это поможет мне не грустить?       — Может быть. — прошептал Юнги: — Стоит попробовать.       Он протянул руку, нежно обхватив щёку Хосока своей ладонью.       — Ты ищешь мои жабры? — спросил Хосок, глядя на Юнги.       Юнги покачал головой: — Нет.       Он прошептал, тихонько посмеиваясь: — Я… на самом деле не знаю, что делаю. Но сейчас мне кажется преступлением оставить тебя одного.       Хосок моргнул, глядя на Юнги.       — Иногда русалки цепляются друг за друга своими хвостами. Это так?       Юнги кивнул: — Именно так. Сначала я просто нежно обниму тебя, а потом, если тебе это не понравится, я уйду. Обещаю. Пиратское слово.       — Ладно, — согласился Хосок, удивив даже себя.       Юнги улыбался, ком в горле всё ещё стоял, в сердце кипела горечь, а в глазах Хосока было грустное выражение, но он до сих пор улыбался. Для Хосока.       — Ты соглашаешься не только потому, что боишься меня… верно?       — Было бы глупо лезть со мной в воду добровольно, если бы ты не был честен, — пожал плечами Хосок.       Юнги усмехнулся, поднимаясь и медленно присоединяясь к Хосоку в ванне.       — Туше, но я думаю, что смогу снова удержать тебя, даже в воде. — он ухмыльнулся: — Ты всё равно перестал бороться со мной в первый раз. Я почти уверен, что тебе понравилось, принцесса. — дразнил он, медленно и осторожно двигаясь, чтобы устроиться рядом с Хосоком, его голова была над водой, руки обвились вокруг талии Хосока, усаживая его на грудь Юнги. — Всё в порядке? — прошептал он.       — Люди странные, — заметил Хосок, обвивая хвостом ноги Юнги. — Тепло.       Юнги усмехнулся, восприняв это как знак притянуть Хосока ближе, крепко обнимая. Разительный контраст с тем, как он раньше держал Хосока.       — Я знаю, ты мне не веришь, — начал Юнги мягко, нежно, — Но здесь ты в безопасности. Обещаю.       Хосок издал небольшой стон и снова взглянул на окно. Сейчас он был слишком низко, чтобы видеть море.       Юнги заметил, откидывая волосы Хосока назад: — Что делает твоя школа, чтобы успокоить тебя, принцесса? Как другие русалки заставляют тебя чувствовать себя в безопасности?       — Мы общаемся в воде, — объяснил Хосок. Он вскрикнул, на этот раз тише, мелодию, похожую на зов кита.       Юнги внимательно слушал, закрыв глаза, мыча и успокаивающе водя рукой вверх-вниз по спине Хосока.       — Вы поете друг другу?       Хосок кивнул.       Юнги глубоко вздохнул, смаргивая давление, которое начало нарастать в его глазах при звуке грустного плача Хосока.       — Почему бы мне не спеть тебе матросскую песенку? Вы когда-нибудь слышали песню двуногой рыбы?       — Нет, — признался Хосок. — Ты первая двуногая рыба, которую я встретил.       — Ну, разве это не жалость и не благословение. — поддразнил он, глубоко вздохнув, прежде чем напевать мягкую мелодию, напевая себе под нос старую матросскую мелодию. Ту, которую он слышал в детстве и которая выросла вместе с ним у моря.       Юнги пел Хосоку под залитым лунным светом окном, в тишине воды, в тепле его рук.       Когда он закончил, он сделал паузу на мгновение, прежде чем спросить тихим, нежным голосом: — Что ты думаешь, принцесса? Это сработало?       — От этого у тебя в груди урчало, — заметил Хосок с легким смешком на губах.       Юнги усмехнулся: — Обычно это случается, когда человек мычит, красотка.       Хосок наклонился вперёд, ему стало любопытно: — Каково это иметь ноги? — спросил он, изгибая собственный хвост, чтобы лучше рассмотреть две ноги Юнги.       Юнги снова промычал: — У меня такое чувство, что ты не в первый раз задаешься этим вопросом, — начал он, — За всё время, что я бродил по морям, я никогда не слышал, чтобы русалка так любила солнце. — усмехнулся он.       — Что это должно означать? — спросил Хосок, с любопытством прикасаясь к коленям Юнги.       — Ничего такого. — Юнги покачал головой: — Просто немного лучше тебя понимаю. — он улыбнулся, согнув колено и заставив Хосока подпрыгнуть. — Ноги великолепны, если честно. Ты можешь ходить, бегать, прыгать, танцевать…       — Танцевать? — спросил Хосок.       Юнги кивнул: — Та песня, которую я тебе пел? Люди используют свои ноги и… ну… — он запнулся: — Как мне объяснить танец … это просто одна из тех вещей, вроде искусства, ты двигаешь своим телом под звук так, как хочешь. Так, как это приятно.       Хосок хмыкнул и оглядел комнату. Он осторожно вытащил своё тело из ванны и поднял его.       — Это что? — спросил Хосок, указывая на кровать в другом конце комнаты.       Юнги надулся, когда Хосок оставил его руки, двигаясь, чтобы проследить за взглядом русалки: — Это? Это моя кровать, я иду туда спать, когда солнце садится.       — Ты не плаваешь? — завороженно спросил Хосок.       Юнги усмехнулся: — Принцесса, мы не плаваем по суше. Это не то, что в воде.       Хосок уже тащил хвост к следующей вещи, которая попалась ему на глаза, вытягивая ящики комода Юнги. Он поднял одну из своих белых рубашек.       — Это для твоей безопасности?       Юнги покачал головой, совершенно очарованный любопытством русалки.       — Это моя рубашка, как сейчас на мне. Мы носим такие вещи, чтобы прикрыть своё тело. В каком-то смысле это защищает нас. — Юнги пожал плечами: — От солнца или чего-то ещё.       Глаза Хосока расширились.       — Солнце может навредить людям?       — Ты когда-нибудь слышал о солнечных ожогах, принцесса? — спросил Юнги: — Это место, где твоя кожа краснеет от слишком долгого пребывания на солнце.       Хосок нахмурил брови.       — Но я не смогу плавать, если надену это для защиты, — надулся он на рубашку.       Юнги потянулся за рубашкой.       — Вот, примерь. — он работал над расстегиванием рубашки, просовывая рукава через руки Хосока. — Она может быть тебе великовата.       Рубашка свисала с худого тела Хосока, как только Юнги полностью застегнул её. Хосок улыбнулся Юнги.       — Я похож на человека? — спросил он, прижимая плавники к коже.       Юнги улыбнулся, что-то странное и тёплое застучало в его груди при виде Хосока в его рубашке. Намёк на что-то собственническое.       — Ты выглядишь как принцесса, которая может сойти за человека. Красотка.       Хосок снова устроился на хвосте, обвивая его вокруг тела, чтобы ему было удобно сидеть.       — Вот, — сказал Хосок, снимая один из серебряных браслетов со своего запястья и протягивая его Юнги. — Это защитит тебя под водой.       Глаза Юнги расширились.       — Что…? Ты уверен, что хочешь отдать это мне? Разве тебе не нужна эта, принцесса?       Хосок поднял запястья и позвякивал своей коллекцией браслетов и украшений, украшавших его руки.       — У меня много.       Юнги восхитился браслетом, который болтался на его большом запястье: — Есть ли браслет, который приведёт меня к тебе под водой? После того, как мы найдем сокровище…?       Лицо Хосока поникло.       — Нет, — просто ответил он и начал пробираться обратно к ванне.       Юнги раскрыл объятия для Хосока, приглашая: — Правда…? Ты уверен? Может быть, есть особая жемчужина или что-то, что будет светиться ярче, чем ближе я буду к тебе? Или раковину, которая ведёт к тебе, когда я бросаю её в океан?       — Нет, — сказал Хосок, перебрасывая своё тело через край ванны, шлёпая по земле, когда снова усаживался в воду.       Капитан нахмурился, когда Хосок плюхнулся обратно в воду, а не в объятия Юнги, капитан воспринял это как сигнал уйти, вздохнув, когда он встал и выбрался из ванны.       — Я должен дать тебе отдохнуть, я достаточно нагрузил тебя сегодня, принцесса.       Хосок вытянулся, полностью наполнив ванну, как только Юнги ушёл. Он наблюдал за ним своими глубокими голубыми глазами.       — Тебе нужно идти туда, так как солнце уже зашло? — спросил Хосок, указывая на кровать.       — Ага. — Юнги расстегнул промокшую рубашку. — Сначала нужно снять эту мокрую одежду.       Хосок погрузился в воду, наблюдая за Юнги только своими глазами, видимыми над краем ванны.       Юнги усмехнулся, заметив блуждающие глаза Хосока, когда он стягивал мокрые штаны.       — Любопытно, да?       Хосок спрятался за край ванны, словно думал, что Юнги его не видит. Он смотрел на голые ноги Юнги, замечая, где каждая мышца поднималась и опускалась, когда он двигался.       — Нет.       Юнги кивнул, убедившись, что напряг все мышцы, которые только мог, и повернулся так, чтобы Хосок мог видеть татуировку, нарисованную на его коже сзади, когда он натягивал пару новых и сухих штанов.       — Хочешь потрогать?       Хосок застенчиво кивнул.       Юнги улыбнулся, возвращаясь к ванне и нежно беря руку русалки в свою.       — К чему ты хочешь прикоснуться, принцесса? — спросил он, водя мокрой рукой Хосока к своей обнаженной груди.       — Повернись, — скомандовал Хосок, поднимаясь из ванны побольше.       Юнги в замешательстве приподнял бровь, собираясь развернуться, а затем: — Хочешь потрогать татуировки на спине хёна?       Хосок осторожно провел когтем по чернилам на коже Юнги.       — Вот эти, — сказал он, прежде чем опустить руку и нежно сжать одну из ягодиц Юнги. — И это.       Юнги удивленно взвизгнул: — Чёрт. Верно, я и забыл, что у тебя его тоже нет. — пробормотал он про себя. — У каждого человека есть один из них.       Хосок провёл рукой по ягодице Юнги, исследуя её, прежде чем опустить руки ещё ниже, касаясь задней части бёдер Юнги. Он продолжал двигаться к передней части бёдер Юнги.       — Почему у тебя нет такого же спереди? — спросил Хосок, поднимая руки вверх и с любопытством проводя ладонями по промежности Юнги.       Юнги нежно взял запястье Хосока в свою руку и повернулся: — Ты такой невинный, хорошенькая русалочка. — усмехнулся он, обрадованный, когда поднёс руку Хосока к своей промежности прямо над своим растущим членом. — У людей другая генетика, чем у русалок. А у твоего капитана член спереди, большой.       Хосок наклонил голову, исследуя больше.       — Для чего он?       Юнги пожал плечами, пытаясь не застонать: — Секс. Мы используем его, чтобы делать детей, но ваш капитан любит использовать его для удовольствия.       Юнги тяжело выдохнул.       — Дети? — воскликнул Хосок, внезапно убирая руку. — Как гуппи?       Юнги кивнул, стараясь больше не тянуться за рукой Хосока и не возвращать её к своей промежности.       — Прямо как гуппи, принцесса. Но тебе не нужно беспокоиться о гуппи со мной, хён не собирается приносить в этот мир детей или гуппи. — успокаивал он, прежде чем: — Как… — сдвинув брови, — Как русалки делают это?       — Мы вылупляемся из яиц, — Хосок моргнул, с подозрением отмечая явное возбуждение, которое сейчас образовалось в штанах Юнги там, где была его рука.       Юнги заметил опасения Хосока, его неуверенность, и не прошло и секунды, как он попятился от ванны, потянувшись за рубашкой, чтобы прикрыть грудь: — А, яйца. — прокомментировал он, прочищая горло и желая, чтобы его разум успокоился. — Ну, мы можем поговорить об этом утром, хорошо? Тебе нужно немного отдохнуть, принцесса. — сказал он, двигаясь, чтобы устроиться в своей постели.       Хосок снова наблюдал за Юнги из-за края ванны, его серебристые глаза не мигали.       — Ты собираешься спать сейчас?       Юнги кивнул, странное чувство заполнило его грудь. Кровать казалась больше, чем обычно: — Да, и тебе тоже следует. Завтра у нас будет долгий день, чтобы выяснить ту подсказку, которую ты мне дал. Так что отдыхай, красавица.       Хосок начал скручивать хвост в воде.       — Проплыть мимо оболочки дышащего воздухом, — повторил он снова, — сразу за океанской волной.       Юнги выдохнул: — Спи, принцесса. Завтра. — Он тихо сказал, встречаясь с голубыми глазами Хосока, домом моря: — Спокойной ночи.       Хосок не ответил, просто исчез под водой.       Юнги понял, когда засыпал, что странное чувство в его груди было не чем иным, как отсутствием Хосока в его руках, когда он засыпал, увлекаемый океанским течением, с пустыми объятиями.