После войны

Сбор должен произойти в кабинете Макгонагалл рано утром, до уроков. Снейп, проведший ночь в состоянии, которое трудно назвать полноценным сном, подошел к дверям первым. Макгонагалл еще не было, но, как бывший глава Хогвартса, он имел некоторые привилегии, и вошел в кабинет, несмотря на отсутствие хозяйки. На портретах мирно посапывали его предшественники ― бывшие директора Хогвартса. Северус прошел мимо них, но взгляд его задержался на портрете Дамблдора. В послевоенные годы у него не было необходимости разговаривать с ним часто, они не общались с лета. Но сейчас профессор Снейп почувствовал, что ему что-то нужно. Совет? Поддержка? ― Дамблдор... Старик открыл глаза так, словно и не спал, а просто притворялся спящим. ― Доброе утро, Северус. ― Вы знаете, что случилось? ― Я молчу, когда меня не спрашивают, но прекрасно слышу все, что происходит в этом кабинете. Мне очень жаль, Северус, что осколок прошедшей войны попал именно в тебя. ― Я снова сотворил зло над той, которую люблю. ― Позволь заметить ― есть некоторая разница. В прошлый раз ты совершил зло, не зная, что оно направлено на ту, которую ты любишь. В этот раз ты просто ошибся. Ошибся, желая ее уберечь. ― Дамблдор, она не знала о том, что находится в опасности исключительно потому, что я испугался. Мне казалось: сейчас я расскажу ей все про Пожирателей, про то, что она обязательно их заинтересует, а она испугается, не захочет с этим связываться и оставит меня. Я не дал ей выбрать, оставил в опасности… ― Ты в первый раз почувствовал, что такое взаимная любовь. Конечно, ты боялся ее потерять. ― Это не оправдание. ― Это объяснение. Оправдывать может тот, кто судит. Я не сужу тебя. Просто вижу, что с тобой происходит. Северус, есть еще одна разница между тем, что случилось 20 лет назад, и тем, что происходит сегодня. На этот раз ты не потерял все. Ты еще можешь спасти ей жизнь. И, я вижу, сделаешь все для этого. У Лили не осталось возможности выжить и тебя простить. У Адрианы есть шанс. ― Я хочу спасти ее не для того, чтобы она отпустила мои грехи. Мне просто нужно, чтобы она была жива и счастлива. Если бы я мог относиться к этому так же несколько недель назад… ― Простить тебя ― это то, что будет нужно ей самой, чтобы суметь жить дальше. ― Она такая… хрупкая. Дамблдор, я так боюсь опоздать… ― Ты дорожишь ею, боишься за нее и поэтому тебе кажется, будто она не способна многое вынести. Но я думаю, раз она выбрала тебя, не так уж она и хрупка. В ней есть то, что она способна противопоставить тебе, твоему характеру, твоей выносливости и храбрости. Она определенно сильна, но ― в чем-то ином. ― Дамблдор… могу ли я попросить других сражаться за нее вместе со мной? Помогать мне исправлять мои ошибки? ― Каждый будет сражаться за что-то свое, Северус. Безусловно, ты можешь попросить. Я бы сказал ― ты должен. Должен предоставить им выбор: бороться со злом или остаться в тени. Северус молчал. С лестницы послышались шаги Макгонагалл и остальных. ― Будь сильным, мой друг, ― сказал Дамблдор, понижая голос, ― ты хорошо это умеешь. И удачи тебе. Дверь открылась. ― Прости, Северус, мы задержались, ― Минерва выглядела рассерженной, ― люди Роша не хотели пускать в Хогвартс «чужаков», как они выразились. Пришлось писать поручительство за каждого. ― Давайте начнем, ― сказал Северус, ― вы уже знаете, мне вчера пришло послание о том, что Адриана в поместье Руквудов. Но Пожиратель смерти Август Руквуд погиб в Азкабане. Мисс Грейнджер, вы что-то узнали о его семье? ― Он убил свою жену, когда узнал, что она считает маглорожденных равными себе. Отдал в приют собственного сына. Оставил завещание, по которому в случае его смерти все деньги его семьи, а там очень большая сумма, достаются Пожирателям смерти. Его сыну наследство достанется только в том случае, если он будет служить Волдеморту. Все это он рассказывал на допросах. Деньги и дом перешли в собственность Пожирателей сразу после того, как его арестовали. ― Этот Руквуд небось с Волдемортом в одном котле варится, ― вставил Рон, ― ну и тварь! ― А сын? Что его сын? ― спросил Гарри. ― Ему 19 лет. Выходит, не так давно он вышел из приюта. С тех пор никаких данных о нем нет, в Министерстве их не собирали… ― Что? Почему? Почему за ним не следили? ― Артур Уизли был возмущен. ― Сын Пожирателя! ― Об этом следует поговорить с Рошем. Но позже, ― Северус презрительно выплюнул фамилию начальника Отдела расследований, ― а сейчас надо действовать. Мисс Грейнджер, а что-то о поместье Руквудов удалось узнать? ― Да. В деле есть адрес… ― Отлично! ― Северус боялся, что придется долго выяснять, где находится этот чертов дом. ― И что же, мы просто явимся туда? ― недоверчиво спросил Рон. ― Это все очень похоже на ловушку, Северус, ― подтвердила его сомнения Макгонагалл. ― С чего бы Руквуду-младшему помогать вам, профессор? ― размышляла Грейнджер. ― Не знаю, ― честно ответил Снейп, ― сначала он взялся за работу, явился в Хогвартс. Значит, предложение служить Пожирателям в обмен на наследство его устроило. Повисла пауза. ― А они прям все деньги должны ему отдать? ― недоверчиво вскинул брови Рон, ― прям после того, как уже подержали их в руках? Не очень по-пожирательски звучит… ― Думаешь, они передумали состоять в сделке с младшим Руквудом и решили захапать все себе? ― продолжил его мысль Поттер. ― Даже если так, эта теория все равно не объясняет, зачем Руквуду помогать спасать ту, которую он сам же похитил, ему же это ничего не даст, ― заговорил Лонгботтом. ― Ну, он, может, надеется, что срок скостят? ― Рон не унимался. ― Ага, только у него есть возможность вообще не садиться, если он не будет сообщать, где девушка, которую он украл, и помогать себя арестовать, ― возразила Гермиона. ― А что, если совесть проснулась? ― Слабая теория. Сын Пожирателя решил пойти по стопам отца, понаделал дел, а потом стал святошей? ― поднял брови Гарри. ― Ты сейчас пересказал биографию Драко Малфоя, ― усмехнулся Рон. Снейп решил прервать дискуссию и завить то, что должен: ― Проверить наши догадки мы можем только если отправимся туда. Повисла очередная пауза. Первой прервала молчание Макгонагалл: ― Северус, риски… ― Огромные, я знаю. Я прошу вас всех об огромном одолжении. У меня нет другого выхода. Жизнь Адрианы под угрозой из-за меня. И я обязан сделать все, чтобы спасти ее. Безопаснее было бы довести расследование до конца, точно знать, куда и зачем мы отправляемся. Но чем дольше мы ждем, тем меньше шансов, что она останется жива. Я еду в поместье сегодня же. Если кто-то из вас готов, отправляйтесь со мной. Я буду… благодарен. Еще несколько мгновений молчания. ― Я с вами, профессор. Конечно. Будет интересно узнать, каково сражаться на одной стороне, ― бодро заявил Гарри. ― Мы всегда сражались на одной стороне, Поттер, ― Северус не удержался и закатил глаза. ― Но во всех битвах вы участвовали как Пожиратель, ― мальчишка не унимался. ― Да, и все время прикрывал твою задницу, Поттер. Гарри рассмеялся, остальные тоже улыбнулись. С каких пор его сарказм их смешит, а не отталкивает? ― Если мы сегодня их прикончим, потом можно на всю жизнь расслабиться, так? Я в деле, ― поддержал Рон Уизли. ― И я согласна, но нам нужен план, как действовать на месте. Давайте рассчитаем все возможные стратегии, ― предложила Гермиона. ― Я сделаю все, что от меня зависит, и для вас, и для Адрианы, ― поддержал остальных Лонгботтом. ― Мы с Артуром не можем рисковать, у нас Тедди, ― робко произнесла Молли. ― Но я договорюсь с несколькими аврорами из министерства, которых тоже не устраивают методы Роша, ― поспешно добавил Артур, ― уверен, они будут готовы подстраховать вас на месте. ― А я отправляюсь с вами, ― последней высказалась Макгонагалл. ―Но на тебе Хогвартс, Минерва, ― засомневался Снейп. ― Да, и так я его защищаю. Северус почувствовал, что его отношение к каждому в этой комнате стало иным, словно проснулось тепло. Он совершенно не привык к поддержке. Но эти люди вели себя так, будто они его друзья, хотя он ни с кем из них не общался просто так, без дела. После войны он нигде не бывал и ни с кем не виделся. Адриана была первой, с кем он сблизился. И вот теперь они… Вдох. Выдох. Пора действовать. ― Итак, стратегия. Мисс Грейнджер, вам явно есть что сказать. Грейнджер кивнула и затараторила: ― Как только мы доберемся до места, нужно сразу действовать. Даже если это ловушка ― они не знают, когда точно мы придем. Спонтанность даст нам преимущество. Окажемся возле дома – сразу все вместе проникаем внутрь. Вспоминайте все, что знаете, о том, как снимать защитные чары с жилищ волшебников. Чем быстрее мы попадем внутрь, тем лучше. Внутри нам нужно разделиться. Двое ищут Адриану и занимаются ее спасением, остальные сражаются с пожирателями. Если их действительно только трое, все закончится очень быстро. Если больше ―действуем по ситуации. ― Интересно, что в аврорате планируют служить Поттер с Уизли, а стратегию боя продумываете вы, ― не удержался от сарказма Снейп. Около часа они обсуждали все возможные и невозможные варианты развития событий на месте. Артур Уизли отправился в Министерство, чтобы договориться с аврорами и прислать их на помощь. Наконец все было готово. Макгонагалл знала деревню, в которой располагается поместье Руквудов. Они вышли на улицу, сели на метлы и полетели за ней. По пути Северус вспоминал последнюю встречу с Адрианой. Какие неприятные слова он ей тогда сказал. Как удивленно и обиженно она на него смотрела ― и была совершенно права. Мерлин, если бы он знал, что последует за этой встречей… *** Холод пробирал и заставлял дрожать. То ли ее тело слабело, то ли погода здесь, в этом неизвестном ей месте, становилась хуже. Адриана лежала на полу, ожидая своего конца, с горькой иронией вспоминая, что еще день назад в ней жила какая-то идиотская надежда справиться со всем этим и дождаться помощи. Зачем этот странный мальчик тайком от остальных взялся ее подкармливать ― она не знала. Если он хотел помочь, это не очень-то имело смысл. Теперь она не сомневалась: ее тело угасает под действием проклятия. Вчера она перестала чувствовать свои ступни. Боль была везде в теле ― и вдруг прекратилась в ступнях. Адриана не смогла пошевелить ими. Потрогала ― и стало жутко, будто это чужая часть тела. Точно так же, постепенно боль ушла из кистей рук. Затем из ног до колен. Из бедер. Она отлично понимала: еще несколько часов ― и останется только голова. А затем все. Адриана дрожала, понимая, что совсем скоро перестанет чувствовать хоть что-либо. И ждала этого мгновения. Кажется, и руки, и ноги целиком больше не принадлежат ей. Боль в голове стала сильнее. Еще немного. Немного ― и все кончится… Вдруг Адриана услышала страшный шум наверху. Звук был такой, будто разваливались стены. Что это? Что происходит? Пошевелиться, привстать, она уже не могла. Впрочем, чего она боится? Может ли что-то сделать ее положение еще хуже? Она услышала несколько незнакомых голосов и топот ног на лестнице. ― Она тут! Боже, это что, голос Невилла? Или это предсмертные галлюцинации? Ох, она даже не может поднять голову. ― Адриана! А это точно голос Северуса. ― Алохомора! Открылась дверь. Кто-то подлетел к ней, схватил ее руку. Впрочем, это она скорее увидела, чем почувствовала. «Северус…» Она сказала это или только подумала? Она может сказать хоть что-то или рот уже не слушается ее? ― Это все? Мы победили? Мы битый час обсуждали стратегии, чтобы просто оглушить их за две минуты? ― звучал с лестницы незнакомый голос. ― Рон, чшшш! ― женский голос. ― Профессор, что с ней? ― снова Невилл. ― Я не знаю. Срочно. Срочно в Мунго! ― Она может не справиться с трансгрессией, Северус! ― голос профессора Макгонагалл доносился словно сквозь вату. ― Адриана, ты меня слышишь? Адриана? Адриана чувствовала, что намного проще позволить глазам закрыться. Темнота, долгожданная темнота, оказалась соблазнительнее жизни.