Гарри Поттер и Святой Грааль

В Выручай-комнате повисла тишина, но это была не тишина покоя. Это была тишина вакуума перед тем, как в него ворвётся воздух. Невилл стоял у карты, вцепившись в край стола побелевшими пальцами. Красная пелена, обозначавшая магическую блокаду подземелий, исчезла. Но вместо того, чтобы почувствовать облегчение, он ощутил, как волоски на руках встали дыбом. Воздух в комнате изменился. Он стал… тоньше. Острее. Давление, которое месяцами давило на их плечи, прижимая к земле, исчезло мгновенно, и от этого резкого перепада у многих закружилась голова. — Они сделали это, — прошептала Джинни. — Они открыли дверь. В этот момент часть стены Выручай-комнаты, служившая выходом, растаяла. Из темноты коридора, поддерживая друг друга, вывалилась диверсионная группа. Артурия и Жанна выглядели так, словно прошли через мясорубку. Их доспехи были покрыты копотью и слизью, лица серые от истощения. Кирицугу шёл, перезаряжая свой пистолет, его движения были механическими, лишёнными жизни. Хассан тенью скользнул в угол. А в центре, паря в воздухе, плыла Мелюзина. На её руках, словно спящая принцесса, лежала Луна. Девочка была без сознания, но на её лице застыла слабая, умиротворённая улыбка. — Луна! — Невилл бросился к ним. — Не трогай, — холодный голос Мелюзины остановил его в шаге. Фея-рыцарь опустилась на пол, но не выпустила свою ношу. — Она спит. Она пропустила через себя слишком много чужой боли. Ей нужно время, чтобы вспомнить, где заканчивается мир и начинается она сама. Она бережно положила Луну на одну из свободных коек. Гарри, который всё это время был в штабе, координируя оборону, подошёл к ним. — Барьер пал? — спросил он, хотя и так знал ответ. Он чувствовал это кожей. Замок больше не был герметичным. Он дышал. И этот вдох был хриплым, болезненным. — Пал, — кивнул Кирицугу. — Но мы разбудили улей. И словно в подтверждение его слов, сам замок содрогнулся. Это было не землетрясение. Это был гул тысяч шагов. Грохот сотен дверей, открывающихся одновременно. Вой сигнальных чар, который прорезал ночную тишину, как сирена воздушной тревоги. Волдеморт почувствовал прорыв. И он отреагировал мгновенно. — Смотрите! — крикнул Дин Томас, указывая на зачарованное окно, которое показывало вид снаружи замка. Небо над Хогвартсом, до этого затянутое непроницаемым серым куполом изоляции, вдруг очистилось. И они увидели её. Звезду Грааля. Она висела прямо над Астрономической башней, и её свет был таким ярким, что, казалось, выжигал сетчатку. А вокруг замка, на холмах, в Запретном лесу, вернее, в том, что от него осталось, на дороге из Хогсмида, зажглись огни. Тысячи огней. Факелы. — Они идут, — тихо сказал Рон, вставая с койки и баюкая свою руку. — Все сразу. Это была уже не осада. Это был штурм. — Отправить сигнал! — скомандовал Гарри, и его голос перекрыл нарастающий гул паники. — Сейчас же! Всем союзникам! Всем, кто ещё жив! Хогвартс открыт! Джинни выхватила свою палочку и, подбежав к камину, бросила в него горсть летучего пороха особого состава — смесь, которую разработали близнецы специально для этого момента. — Морсморде Сперанца! — выкрикнула она, переиначивая заклинание Пожирателей. Из трубы Выручай-комнаты, пробивая крышу замка, в небо ударил столб золотого огня. Он взвился выше самой высокой башни и распустился в небе гигантским, сияющим Фениксом. Это был вызов. Крик о помощи. И объявление войны. Этот свет увидели все. Его увидел Аберфорт в «Кабаньей голове», протирая свой тесак. Его увидели Кэти и Сансон в руинах часовни. Его увидели рабы в лесу. И его увидел Том Реддл — тот, другой, — стоящий на балконе одной из башен вместе с Королевой Драко. — Началось, — сказал он, глядя на золотую птицу, разгоняющую тьму. — Красиво, — промурлыкала Королева, облизнув губы. — Надеюсь, они будут умирать так же ярко.

***

Гул магических сирен, возвещавших о проникновении в замок, оборвался так же внезапно, как и начался. На смену ему пришла тишина — тяжёлая, ватная, давящая на уши. Голос Северуса Снейпа, усиленный заклинанием «Сонорус», просочился в каждый уголок замка. Он звучал не громко, но отчётливо, пробиваясь сквозь камень стен и защиту Выручай-комнаты. — Всем студентам и преподавателям немедленно собраться в Большом Зале. Любое промедление будет расценено как пособничество врагу и караться соответствующим образом. В штабе сопротивления переглянулись. — Он знает, — сказал Невилл, сжимая рукоять меча. — Он хочет выманить нас. Собрать всех в одном месте, чтобы устроить показательную казнь. — Или он хочет использовать студентов как живой щит, — предположила Джинни. Гарри шагнул вперёд. На нём была простая мантия, скрывающая шрамы и грязь подземелий. — Я пойду. — Мы идём с тобой, — тут же отозвалась Жанна, её рука уже лежала на мече. — Нет, — Гарри покачал головой. — Вы нужны здесь. Если это ловушка, вы — наш резерв. Со мной пойдут только Луна и те, кто может смешаться с толпой. Мы не должны раскрывать все карты сразу. Большой Зал не был похож на место, где когда-то праздновали победы и распределяли первокурсников. Столы факультетов были сдвинуты к стенам, освобождая огромное, холодное пространство в центре. Свечи под зачарованным потолком не горели. Единственный свет исходил от факелов, чадивших в руках Пожирателей Смерти, выстроившихся вдоль стен. Их тени плясали на камнях, длинные и уродливые. Амикус Кэрроу, с лицом, перекошенным от ярости (гибель сестры сделала его безумным), расхаживал перед преподавательским столом, поигрывая палочкой. Рядом с ним стояли Яксли и Долохов, их взгляды были цепкими и хищными. Северус Снейп стоял в центре возвышения, на месте, где когда-то стоял трон Дамблдора. Он был неподвижен, как статуя из чёрного мрамора. Его лицо ничего не выражало. Абсолютно ничего. Ни страха, ни торжества, ни гнева. Только ледяную пустоту. Но если бы кто-то мог заглянуть ему в глаза, пробиться сквозь щиты окклюменции, он увидел бы там ад. «Они близко», — шелестящий голос Семирамиды прозвучал прямо в его сознании. Она была где-то здесь, скрытая в тенях под сводами потолка, невидимая и смертоносная. — «Железные птицы магглов. Я чувствую их жар. У тебя нет времени на речи, Северус. Небо скоро упадёт». Снейп едва заметно сжал пальцы, спрятанные в широких рукавах мантии. Он не мог просто приказать эвакуацию. Пожиратели не подчинятся. Студенты не поверят. Ему нужно было разыграть спектакль. Последний акт в роли злодея, чтобы спасти тех, кто его ненавидит. Студенты входили в зал молчаливыми ручьями. Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй. Слизеринцы держались особняком, испуганные и растерянные. В глазах многих читался ужас. В глазах других — затаённая ненависть. Снейп ждал, пока последний студент войдёт в зал и двери с грохотом захлопнутся. — Известно, что Гарри Поттер проник в замок, — начал он, и его голос был тихим, вкрадчивым, опасным. — Он где-то здесь. Среди вас. Он начал медленно спускаться с возвышения, его чёрная мантия волочилась за ним, как крылья летучей мыши. — Некоторые из вас питают иллюзии, что он — герой. Что он пришёл спасти вас. Но он принёс с собой только войну. Если кто-то из вас знает о его местонахождении и молчит… вы разделите его участь. Он остановился перед группой гриффиндорцев, вглядываясь в их лица. Он искал. И молился, чтобы тот, кого он искал, оказался достаточно умным, чтобы сбежать, и достаточно глупым, чтобы выйти. — Ну? — спросил он. — Кто хочет стать первым мучеником? Тишина в зале стала звенящей. Студенты замерли, боясь даже дышать. Взгляды Пожирателей жадно шарили по толпе, выискивая жертву. И тогда движение нарушило статику. Один из студентов в толпе гриффиндорцев сделал шаг вперёд. Люди вокруг него ахнули и отшатнулись, словно от прокажённого, но не от страха перед ним, а от страха за него. Образовался коридор. Гарри Поттер снял капюшон мантии. Он был грязен, на его щеке алел свежий порез, а очки были треснуты. Но он стоял прямо, и в его глазах горел тот самый огонь, который когда-то заставлял Волдеморта чувствовать неуверенность. — Кажется, несмотря на ваши безупречные защитные меры, у вас проблемы с безопасностью, директор, — громко произнёс он. По залу пронёсся вздох. Словно сам воздух вздрогнул. Снейп смотрел на него сверху вниз. Ни один мускул на его лице не дрогнул, но внутри всё сжалось в тугой узел. «Идиот. Самоуверенный, благородный идиот. Ты пришёл умереть, но не от моей руки». — Как мило, — протянул Снейп, и его голос был пропитан ядом. — Гарри Поттер. Мальчик, Который Выжил… чтобы снова прийти туда, где ему не рады. Пожиратели Смерти зашевелились. Амикус Кэрроу облизнул губы, его палочка дёрнулась. — Я убью его! — взвизгнул он. — Я принесу его голову Лорду! — Стоять! — рявкнул Снейп, не оборачиваясь. Его аура власти была такова, что Кэрроу замер, хоть и зарычал от бессильной злобы. — Он мой. Лорд обещал его мне. Гарри сделал ещё один шаг вперёд. — Скажите им! — крикнул он, и его голос, усиленный акустикой зала, ударил по барабанным перепонкам. — Скажите им, как это было! Как вы смотрели в глаза человеку, который дал вам второй шанс! Который верил вам, когда никто другой не верил! Снейп сузил глаза. Каждое слово было ударом кнута. Не потому, что это была правда, а потому, что он не мог её опровергнуть. Он должен был носить это клеймо. — Скажите им, как вы убили его! — заорал Гарри. — Он был слаб! — выплюнул Снейп, и это была часть роли. — Слабость в этом мире карается смертью! — Вы лжёте! — голос раздался не от Гарри. Из толпы преподавателей выступила Минерва МакГонагалл. Её губы были сжаты в тонкую линию, а палочка в руке не дрожала. — Вы лжёте, Северус, — повторила она тише, но страшнее. — И вы не смеете осквернять это место своим присутствием. Снейп медленно поднял палочку. Это было сигналом. «Две минуты, Мастер», — прошелестел голос Семирамиды в его голове. — «Я вижу их. Они заходят на боевой курс. «Вулканы». Они несут смерть». Снейп знал, что должен делать. Он должен был спровоцировать атаку. Заставить их сражаться, чтобы в хаосе битвы вытолкнуть их из-под прицела. — Вы хотите встать на пути у порядка, Минерва? — спросил он холодно. — Вы, как и Дамблдор, готовы пожертвовать этими детьми ради своих сентиментальных иллюзий? — Я защищаю их от вас! — крикнула она. И ударила. Это было не просто заклинание. Это был шквал огня. МакГонагалл была не просто учителем. Она была мастером боевой трансфигурации. Факелы на стенах сорвались со своих мест и превратились в огненных змей, которые бросились на Снейпа. Снейп взмахнул палочкой. Он не поставил щит. Он перенаправил удар. Огненные змеи, повинуясь движению его руки, обогнули его и врезались… в группу Пожирателей Смерти, стоящих позади. Амикус Кэрроу взвыл, когда магический огонь охватил его мантию. — Промах, профессор, — холодно бросил Снейп, но его глаза на долю секунды встретились с глазами Минервы. В этот момент пол под их ногами едва заметно дрогнул. Стаканы на столах звякнули. Это была не магия. Где-то очень высоко, за пределами зачарованного потолка, который показывал лишь чёрную пустоту, нарастал гул. Низкий, вибрирующий, чуждый этому миру. Звук турбин, разрывающих воздух. Звук приближающегося рока. Дуэль превратилась в ураган. Минерва МакГонагалл была страшна в своём гневе. Её палочка двигалась так быстро, что казалась размытым пятном. Каменные плиты пола вырывались из своих гнёзд и превращались в големов, которые бросались на Снейпа. К ней присоединились Флитвик и Стебль. Заклинания летели со всех сторон. Снейп был один против троих лучших дуэлянтов школы. И он не нападал. Он танцевал на краю лезвия. «Щит!» — мысленно приказал он себе, блокируя Оглушающее заклятие Флитвика и рикошетя его в Долохова, который пытался прицелиться в спину Гарри. Долохов рухнул как подкошенный. «Отражение!» — взмах чёрного плаща, и лианы профессора Стебль, нацеленные ему в горло, метнулись в сторону, оплетая и сжимая Амикуса Кэрроу, который уже открыл рот для «Авады». — Сражайся! — кричала Минерва, и в её голосе звенели слёзы ярости. — Сражайся или умри, предатель! «Десять секунд, Северус!» — голос Семирамиды в его голове звучал как набат. — «Люки открыты. Бомбы пошли. Уводи их! Сейчас!» Снейп встретился взглядом с Гарри. Мальчик стоял, сжимая палочку, полный ненависти. Он видел перед собой убийцу Дамблдора. Он не видел человека, который прямо сейчас закрывал его собой от авиаудара. — Вы меня разочаровали, — холодно бросил Снейп. Он сделал резкий взмах палочкой. Это выглядело как мощная атака. Студенты вскрикнули, закрывая головы руками. Но вместо взрыва заклинание ударило в огромное витражное окно за спиной преподавателей. Стекло с оглушительным звоном разлетелось на тысячи цветных осколков, впуская в зал ледяной ночной ветер и рёв турбин. Снейп крутанулся на месте, превращаясь в вихрь чёрного дыма. Он подхватил оглушённого Кэрроу и Яксли (который пытался встать) — не чтобы спасти их, а чтобы убрать из зала, лишить их возможности атаковать студентов в момент хаоса. — Трус! — закричал Гарри, бросаясь вперёд. — ТРУС! Чёрный дым вылетел в разбитое окно, растворяясь в ночном небе. — Он ушёл! — раздались радостные возгласы. Гриффиндорцы начали обниматься. Полумна улыбалась, но её глаза были тревожно устремлены вверх. — Тишина! — голос МакГонагалл, усиленный магией, перекрыл шум. Она не праздновала. Она смотрела на разбитое окно, и её палочка всё ещё дрожала. — Что-то не так… И в этот момент радость умерла. Гул, который до этого был фоном, стал оглушительным. Он давил на уши, вибрировал в зубах, заставлял пыль сыпаться с древних балок. Это был звук, которого не должно было быть в Хогвартсе. Звук технологии. Звук войны магглов. Гермиона и Рон вбежали в зал через боковую дверь. Гермиона, услышав этот звук, побелела. Она знала, что это. — Это не магия! — закричала она, и её голос сорвался на визг. — Это бомбардировщики! Гарри поднял голову. Зачарованный потолок Большого Зала, который всегда показывал небо снаружи, был чёрен. Но теперь в этой черноте двигались тени. Огромные, треугольные силуэты, закрывающие звёзды. Железные птицы, несущие смерть. — Что?.. — начал Невилл. Ответ пришёл с небес. Днище ведущего самолёта раскрылось. Чёрные капли отделились от него и с вой сиреной устремились вниз. Это были не заклинания. Их нельзя было отбить «Протего». Их нельзя было остановить волей. Это была физика. Тонны тротила и стали, падающие со скоростью гравитации. Магия древнего замка, рассчитанная на осады средневековья, на великанов и драконов, замерла в недоумении перед этой новой, грубой угрозой. — ЛОЖИСЬ!!! — Гарри, повинуясь инстинкту, который был быстрее мысли, толкнул Гермиону и Рона на пол и накрыл их собой. А потом мир исчез в белой вспышке. Удар был такой силы, что казалось, сама земля раскололась пополам. Грохот ударил по барабанным перепонкам, лишая слуха. Древние камни Хогвартса, простоявшие тысячу лет, вздрогнули и застонали. Взрывная волна выбила остатки стёкол, швырнула тяжёлые дубовые столы как щепки. Пыль, вековая пыль замка, взвилась в воздух плотной стеной, забивая лёгкие. Когда первый шок прошёл, и звон в ушах сменился криками раненых и испуганных детей, Гарри поднял голову. Он был покрыт серой пылью, очки были сбиты набок. — Рон? Гермиона? — прохрипел он. Они шевелились под ним, живые. Гарри посмотрел наверх. Часть стены Большого Зала исчезла. Сквозь огромный, дымящийся пролом было видно небо, расчерченное белыми инверсионными следами. И вторую волну самолётов, заходящих на цель. Магия кончилась. Началась война на уничтожение.