***
Карин Куросаки (13:21): ААААААА почему мой тупой брат сообщает мне потрясающие новости, когда я на работе, типа у меня через десять минут перерыв заканчивается, и я должна быть адекватным человеком ещё 3,5 часа и не выплёскивать свою радость на людей???? Тоширо (13:23): О? Карин Куросаки (13:23): У них было первое УЗИ!!! Карин Куросаки (13:23): С малышом всё хорошо, развивается нормально :D Карин Куросаки (13:24): И они теперь знают предполагаемую дату родов! Похоже, 28 апреля :DDD Карин Куросаки (13:24): Малыш может и передумать, лмао, хз как часто они реально рождаются в этот день, но ааааа!!! Я знала, что стану тётей, но наличие даты делает это таким реальным Тоширо (13:25): А, понятно, отличные новости! Тоширо (13:25): Ты, я смотрю, очень рада Карин Куросаки (13:26): Очень!! Я уже думаю о первом подарке малышу хаха Карин Куросаки (13:27): Как думаешь, плюшевый мишка — это слишком банально? Тоширо (13:28): Банально? Ну, большинство обычно дарят плюшевых мишек, но на то есть причина, да? Они мягкие, и дети привязываются к таким вещам Карин Куросаки (17:16): У меня перерыв кончился до того, как я успела ответить :( Карин Куросаки (17:17): И да, наверное? Ну то есть, плюшевый мишка — это логично, но его же все дарят, да? А я типа хочу впечатлить малыша Карин Куросаки (17:17): Когда я это написала, до меня дошло, что это звучит немного безумно, учитывая, что новорождённый даже видит толком не может, но ты понял, о чём я Тоширо (17:23): Не, я понимаю, о чём ты, это мило, а не безумно Тоширо (17:24): Может, поговори с семьёй, узнаешь, кто что дарит? Карин Куросаки (17:28): О, хорошая идея, тогда не будет повторов или типа того Карин Куросаки (17:29): Мы с сестрой как-то умудрились подарить нашему папе на день рождения абсолютно одинаковый дурацкий галстук Карин Куросаки (17:29): Видимо, он нам обоим показался прям «идеально для папы» :') Тоширо (17:33): Ничего себе, тогда определённо рекомендую согласовать с семьёй Карин Куросаки (17:34): «Согласовать» — ты всё ещё в рабочем режиме, да? Тоширо (17:36): Неудивительно, я всё ещё на работе Карин Куросаки (17:39): Я думала, в проекте передышка? Тоширо (17:45): Передышка есть, но это не единственная моя обязанность. Но должно быть не слишком поздно, просто доделываю пару писем Тоширо (17:46): К тому же ты знаешь, я никогда не ухожу ровно в 5, либо раньше, либо после 6 Карин Куросаки (17:47): Ааа, ок, значит, в пятницу всё в силе? Карин Куросаки (17:48): И да, сейчас застряла в набитой толпе, жду поезд, и я прям осознаю всю мудрость того, чтобы не уезжать между 5 и 6, но у меня просто не получается, вздыхаю Карин Куросаки (17:48): Может, мне просто начать зависать в твоём офисе часок хаха Тоширо (17:54): Да, в пятницу всё в силе Тоширо (17:54): И что делать? Я, между прочим, всё ещё должен работать Карин Куросаки (17:55): Справедливо, если ты не можешь меня развлекать, это, наверное, будет скучно Карин Куросаки (17:56): В общем! Похоже, у меня есть хороший шанс впихнуться в этот поезд, так что ещё пообщаемся хх***
— Ладно, а теперь запомни, — Карин начала зашнуровывать коньки, — ты обещал поймать меня, если я упаду. Тоширо присел рядом, чтобы надеть свои. — Не припомню, чтобы я вообще это обещал, но я постараюсь. На что Карин фыркнула: — Поручень, наверное, и то надёжнее тебя. — Я поймаю. Карин улыбнулась, завязывая второй конёк. — Звучит уверенно, но ты ещё не видел меня на льду. О, кстати, — она наклонилась вперёд, чтобы достать телефон из заднего кармана джинсов, — наверное, не лучшая идея держать его там, да? В передние не лезет, у тебя есть ключ от шкафчика? Тоширо снял уже надетый конёк и протянул руку. — Ага, могу сейчас отнести, если хочешь? Она отдала ему телефон с благодарностью и продолжила завязывать второй конёк. Шкафчики были совсем недалеко от скамеек, так что Тоширо вернулся через минуту-две и надел коньки гораздо быстрее Карин. — А когда ты говоришь, что катался несколько раз... — Ну, не то чтобы много, но, наверное, есть небольшая практика? Карин закончила и поднялась со скамейки, направляясь к катку. Тоширо последовал за ней. — Блин, вот если ты сейчас начнёшь выкрутасы на льду выделывать... — Я не настолько хорош. — Хм, не знаю, мне кажется, ты просто хотел повыпендриваться. Тоширо первым вышел на лёд и встал сбоку от входа, одной рукой держась за бортик, другую протянув Карин. — Я выбрал каток, потому что это весело. Карин вышла к нему, слегка пошатываясь и крепко вцепившись в бортик. — Ну-ну. Так, и как это делается? Как правильно? Он взял её за свободную руку и мягко потянул подальше от входа, чтобы не мешать другим. — Так, во-первых, старайся держать ноги на ширине плеч. — Хорошо. Он слегка согнул колени, показывая на своём примере. — И согни немного колени, так легче держать равновесие, и лучше чувствуешь, где твой центр тяжести, так что меньше шансов упасть. Карин последовала инструкциям, всё ещё крепко держась за бортик. — Окей, а дальше? — А дальше ты просто как бы двигаешься вперёд. Я покажу. Тоширо развернулся так, чтобы они оба смотрели в одну сторону, и он оказался впереди. Он оттолкнулся левой ногой назад, проскользив вперёд на правой. Потом повторил с другой ноги. — Отталкиваешься одной назад и едешь вперёд на другой. Вес нужно переносить на ту ногу, которая едет вперёд. Карин склонила голову набок, наблюдая, как Тоширо проехал вперёд пару раз. — Блин, уже чувствую, что всё закончится моим лицом на льду, но ладно. Тоширо снова развернулся к ней лицом: — Я поймаю, всё будет нормально. Ты быстро схватишь, как только начнёшь, я уверен. Карин кивнула и поехала вперёд, неуверенно и всё ещё вцепившись в бортик, но всё же поехала. Она оттолкнулась другой ногой, на этот раз чуть увереннее. — О, смотри, у меня получается! Тоширо, который всё это время ехал задом наперёд, чтобы быть рядом, улыбнулся ей: — Я же говорил. Карин, почувствовав себя увереннее на ногах, вдруг заметила, как он катается. — Ты серьёзно едешь задом? Он пожал плечами. — Так я могу быть перед тобой на случай, если упадёшь. Она проехала ещё немного, шаги становились длиннее по мере того, как росла уверенность. — Приятно иметь тебя впереди как подстраховку и всё такое, но в конце концов ты же врежешься задом в кого-нибудь, нет? — А что, ты не можешь предупредить? Ты же смотришь в ту сторону. Карин рассмеялась от раздражения в его голосе. — Я немного занята собственными ногами! — Будет легче, если будешь смотреть вверх. Взгляд вниз сбивает равновесие. Карин остановилась и посмотрела на него. — Вот это уже имеет смысл, но не смотреть? Я сделаю что-нибудь тупое, типа собью ноги друг об друга. Тоширо удивлённо приподнял бровь. — То есть ты внезапно перестала чувствовать, где твои ноги? — Она нахмурилась в ответ, заставив его усмехнуться. — Я поймаю. Ты не упадёшь, равновесие будет лучше, если ты будешь смотреть на меня. А если начнёшь заваливаться, я поймаю. Она вздохнула и, подняв голову, начала двигаться вперёд, сначала медленно, снова привыкая к ритму. — Странное какое-то упражнение на доверие. — Хм. Я об этом не думал. — Ну да, потому что ты-то кататься умеешь. — Карин не отрывала от него взгляда, слегка набирая скорость. — Ты тоже умеешь! Ты прямо сейчас катаешься. — Наверное. Они продолжили кататься, Карин лишь в один момент чуть не упала, когда слишком быстро вошла в первый поворот, но Тоширо поймал её, как и обещал. Через какое-то время он переместился к ней сбоку, потому что ехать задом наперёд с той скоростью, которую набрала Карин, стало невозможно. Они нарезали круги весь оплаченный час, болтая и смеясь, пока сотрудник не объявил, что пора освобождать лёд. К концу часа Карин уже довольно быстро носилась по кругу и с трудом затормозила перед толпой людей. — Чёрт. Тоширо? Он глянул, в чём дело, и быстро разогнался, подъехав к ней спереди и обхватив руками, пытаясь своим весом замедлить её. Но инерция была слишком велика: её ноги проскользнули между его, и тело оказалось почти в горизонтальном положении. Тоширо не удержал ни её, ни себя — ноги поехали назад, и он, всё ещё держа её, рухнул сверху. Он быстро подставил руку, чтобы её голова не ударилась об лёд, когда они упали. Карин застонала от того, что его вес придавил её, и рассмеялась, осознав комизм ситуации. — Ну, ты не смог удержать меня от падения, но хотя бы упал вместе со мной. Тоширо осторожно поднялся, потянув её за собой. — Честно говоря, я, по сути, и стал причиной твоего падения, так что правильно, что упал тоже. Карин рассмеялась, чуть снова не поскользнувшись. — Ну, либо падать стратегически, либо врезаться в кучу народа. Думаю, ты выбрал правильно. Он повёл её к бортику, и они спокойно направились к выходу с катка. — Если честно, я надеялся остановить тебя без падения, но физика была против. — Гравитация — та ещё стерва. — Карин вышла первой, ухмыляясь. Тоширо, смеясь, покинул каток и последовал за ней к скамейке. Когда коньки были сняты, Карин пошла сдавать их, а Тоширо достал их вещи из шкафчика. Они встретились на той же скамейке, чтобы собраться уходить. Карин надела ботинки, потом накинула куртку. — Держи телефон. — А, спасибо. — Карин отвлеклась от молнии. Она хотела убрать его в задний карман, но передумала и быстро разблокировала экран. — Подожди-подожди, дай-ка... Вот! Смотри! Мой будущий племянник или племянница! Он аккуратно взял у неё телефон, с лёгкой улыбкой на лице, отчасти из-за того, что видел восторг Карин вживую, а также из-за снимка УЗИ на экране. — Странно думать, что из такого крошечного существа вырастает целый взрослый человек. — Да, правда? — Карин ухмыльнулась, придвинувшись к нему, чтобы тоже видеть фото. — Хотя, справедливости ради, между этими двумя стадиями много времени. Тоширо улыбнулся в ответ, ещё секунду посмотрел на снимок и вернул телефон. — Они уже знают пол? — Не, ещё рано. — Карин убрала телефон в джинсы. — Думаю, брату и его жене всё равно, они просто тащатся от того, что вообще будет ребёнок, понимаешь? Они хотят целую толпу, потому что они оба ненормальные. Тоширо надел свою куртку. — А сколько это — целая толпа? — О, оба говорили, что хотят минимум троих. Зная их, в итоге будет четверо, может, даже пятеро? Не знаю. Мы, как все братья и сёстры, иногда цапаемся, но нам нравится знать, что мы друг у друга есть, понимаешь? А у невестки в детстве не было большой семьи, так что, думаю, они оба хотят большую семью, где у их детей всегда будет поддержка, что бы ни случилось. — Я понимаю. Думаю, мы с сестрой оба без друг друга не справились бы. Карин накинула рюкзак, чуть повозив плечами, чтобы устроить поудобнее. — Вот именно! Я понимаю аргументы в пользу одного ребёнка. Можно сосредоточиться только на нём и всё такое, но когда у тебя самой есть и брат, и сестра? У меня должно быть больше одного. Но, наверное, не больше трёх. Боже знает, в доме и так было шумно с нами троими. — Ты задумывалась об этом. — с улыбкой произнёс Тоширо. Они медленно пошли к выходу из ледового дворца. — Трудно не задумываться, когда ребёнок на подходе... А ты? Он пожал плечами. — Немного? Раньше я всегда думал об этом как о чём-то в будущем. — Мгм, понимаю. Они вышли на улицу и задержались у входа. Карин застегнула куртку до конца, теперь, когда они оказались на холоде. Тоширо заговорил первым: — Может, на сегодня хватит или...? Карин покачала головой. — Не, после катка жутко захотелось горячего шоколада. Если только ты не хочешь домой? — Нет, я не против ещё побыть. К тому же я, наверное, должен тебе горячий шоколад после того, как предложил покататься и в итоге придавил тебя. Она посмотрела на него и усмехнулась. — Не думаю, что твоего веса хватит, чтобы меня придавить. — Я всё равно крупнее тебя. Карин фыркнула. — На полдюйма. Плечи у тебя шире, может быть, но бёдра у меня шире. Ты меня не придавил. Не особо. Тоширо закатил глаза. — Как скажешь. В кафе? — Отлично!