Весенняя бабочка

      Скоро начнутся отборочные префектуры. Попасть на них, выиграть и отправиться на национальные — мечта любого игрока любого спортивного клуба. Огромный с несколькими площадками, высоким потолком и кучей болельщиков на трибунах. Хару с самого детства мечтала туда попасть. Она смотрела все волейбольные матчи по телевизору и представляла, что она будет ощущать, оказавшись там. Один раз она там побывала в качестве игрока основного состава женской волейбольной команды средней школы Китагавы Даичи. Она не испытала того восторга, что был в детстве. У нее была четкая цель выиграть все матчи и уйти с кубком для своей школы. Ей не было дела до болельщиков на трибунах, до других команд, да Томо и Ойкавы, которые пришли ее поддержать и даже нарисовали огромный плакат со словами поддержки. Ей просто нужна была победа.              Первый матч прошел идеально. Выиграли у какой-то школы со счетом 2:0. Лучшего начала просто быть не может. Проблемы начались на следующий день. Все расслабились и начали играть в полсилы. Одна Хару выкладывалась на все сто, но в одиночку у нее точно не получится заменить оставшихся пять игроков. Они сыграли три сета и проиграли со счетом 2:1. Отборочные закончились на втором этапе. Даже не на последнем, хотя так было бы еще хуже. И все из-за слишком легкой победы в первой игре.              Сказать, что Хару возненавидела всю команду, и себя в том числе, ничего не сказать. Она ненавидела абсолютно всех в команде из-за их беспечности и излишней самоуверенности. Себя ненавидела за то, что не смогла грамотно распределить силы и ее заменили в конце третьего сета, чтобы она отдохнула. Тренер поступила неправильно. Если бы Хару была на площадке, они бы выиграли и прошли бы дальше, а не проиграли бы так позорно.              Всю следующую неделю она тренировалась вдвое, а то и втрое больше обычного. Ей нужно стать сильнее, быстрее и выше, чтобы в следующий раз их команда не проиграла. Даже уговоры Ойкавы о важности здоровья не помогали. Ему то какое до нее дело? Он ведь в Томо влюблен, до Хару ему не должно быть никакого дела.              — Девочки, давайте после тренировки сходим в то новое кафе? Говорят, там очень вкусные пирожные продают, — предложила Мияхара после тренировки. Она третьегодка, капитан команды и всегда пыталась всех подбадривать, но при этом больше всех пропускала и отдыхала по самым разным, чаще глупым, причинам.              — Классная идея!              — Расслабимся в конце недели!              — Ага. После нашего проигрыша тренер с нас не слезает. Она хочет, чтобы мы на весенние национальные попали или что?              — Кочо-чан, ты с нами?              Хару вздрогнула. Как же ужасно звучала ее фамилия. Она решила проигнорировать, чтобы не продолжать разговор. Ей не интересны все эти походы в кафе и совместное времяпровождение. От этой команды ей нужна победа в отборочных и дорога на национальные, а не это глупое притворство и попытки выглядеть сплоченными. У всех ведь на лице написано, что Хару в их компании будет лишняя, но ее все равно позвали. Как мило и высокомерно.              — Оставьте ее. Она ведь никогда с нами не ходит. Зависает постоянно с Ойкава-саном. Наверно поэтому с нами никуда не ходит.              Пальцы сжались в кулаки на спортивной сумке. Ей послышалось? Она очень надеется, что это так. Причем здесь вообще Ойкава, и как эта сенпай вообще умудрилась связать его с Хару, если они общаются только иногда после тренировки и то, только о Томо.              — Наоми-чан, перестань. С чего ты это взяла? Кочо-чан живет с бабушкой и старшей сестрой, поэтому с нами никуда не ходит. Верно? — Мияхара попыталась сгладить углы, но это бесполезно. Если бы она назвала Хару по имени, то может у нее и получилось бы. Однако она сделала пропасть между ними еще больше, доломав тот мостик, который Хару пыталась построить с начала их совместной игры.       — Мияхара-сенпай, не нужно, — спокойно ответила Хару. Она повернулась к Наоми. — Что ты там говорила про Ойкава-сана?              — Что ты с ним встречаешься, поэтому не ходишь с нами никуда.              — Докажи.              Хару была уверена, что после этого Наоми замолчит, и все просто забудут этот отвратный разговор. Но она продолжила с еще большим обвинением в голосе, будто Ойкава принадлежал только ей. Причины понятны: она была одной из тех, кто за ним постоянно бегает и дарит подарки. Однажды даже в любви призналась, но Ойкава ей отказал. Вот и ответ, почему сейчас Наоми так яро обвиняла Хару чуть ли не во всех смертных грехах.              — Про вас двоих слухи уже по всей школе ходят. «Серая мышка Кочо-чан встречается с Ойкава-сенпаем!» Не говори, будто не слышала. И даже не отрицай эти слухи. Все видели или слышали, что вы с ним вместе до дома ходите, хотя он живет в другой стороне. Еще и обнимает тебя постоянно и за руку держит…              Хару перестала пытаться понять, что хочет донести до нее Наоми. Она просто развернулась и вышла из клубной комнаты. Ей этот парад пустых обвинений изначально не был интересен, так зачем тратить на него драгоценное время? Дома ее ждет бабушка, сестра и вкусный ужин. Она не хочет еще дольше задерживаться в этом змеином клубке.              Перед самой дверью ее схватили и резко дернули на себя. Больше всего на свете она ненавидела прикосновения чужих людей. Хару резко отдернула руку и обернулась. В двух шагах от нее стояла Наоми. Она странно ухмылялась, будто задумала что-то.              — Ты не будешь отрицать? Значит слухи — правда? Вы с ним вместе?              — Тебе-то какое дело? Не лезь в мою жизнь, — ответила Хару, изо всех сил сдерживая гнев. Как же ее это уже все достало. — Если так интересно, спроси у Ойкавы-сана. Он точно тебе ответит, — с сарказмом протянула она.              Наоми вместо ответа ударила ее по лицу ладонью. Хару от неожиданности отшатнулась и схватилась за щеку. Это не было так больно, но достаточно неожиданно. Никто в комнате не ожидал, что кто-то опустится до такого поступка. Они может и делали вид, что Хару им не безразлична, но до открытой ненависти никогда не доходило. До этого дня. Наоми стала курком, а Хару запахом пороха. Она просто ничего не сделала в ответ на пощечину. Только холодно посмотрела на них двумя ледышками и ушла из клубной комнаты.              Со следующей недели медленно от Хару начали отворачиваться. Сначала Наоми перестала ей даже улыбаться. Ее примеру последовали остальные. И Хару осталась одна. Она была на позиции связующего, так что не обращала на это внимания в игре. Ее лицо как обычно ничего не выражало, но внутри она с каждым пасом, с каждой тренировкой, с каждым днем она ненавидела эту команду. Ей просто хотелось, чтобы третьегодки поскорее ушли и больше никогда не появлялись в этом спортзале.              — Наоми-сан! — крикнула Хару, держа в руках мяч. — Мияхара-сан сказала, чтобы мы потренировали прием. Кто первый будет подавать?              Наоми скептически на нее посмотрела, пожала плечами, но согласилась. Если бы это была инициатива Хару, она бы отказала, но это сказала капитан, значит нельзя отказываться. Она встала в позицию за сеткой и приготовилась принимать мяч. Первая подача была довольно слабой. Наоми никогда не принимала мяч у Хару, но, по словам других, знала, что подачи у Хару очень сильные. Может с ней что-то случилось?              Хару подбросила мяч, подпрыгнула и ударила. Через секунду он ударился о предплечья Наоми. Руки пронзила ужасная боль. Ноги подкосились, но удар коленями о пол показался ничем по сравнению с болью в правой руке. Хару подбежала к ней и стала осматривать ее руку.              — Наоми-сан, что случилось? Я вроде не сильно подавала…       Она взяла руку Наоми и слегка надавила чуть ниже локтя. Та не сдержалась и закричала от боли. Хару отпустила ее и сделала небольшой шаг назад. К ним тут же под бежали остальные, кто еще был в спортзале. Тренер начала осматривать и ощупывать руки Наоми, чтобы проверить наличие серьезных повреждений. Все старались понять, что произошло, но нужно было спешить, чтобы оказать пострадавшей необходимую помощь. Тренер отвела ее в медкабинет, сказав остальным заканчивать тренировку и прибираться. Хару с сочувствием смотрела им в след, потом пожала плечами и приступила к уборке спортзала. Остальные девочки обсуждали произошедшее и пытались понять, что такое произошло за эти пять минут, пока они отдыхали на улице.              Хару закончила быстрее всех и ушла. Ее определенно исключат за содеянное. Хирочи точно будет злиться. Ойкава в очередной раз будет упрекать ее за ее агрессию. Но она довольна тем, что сделала.       

***

Прошло уже три дня. Делать было абсолютно нечего. Большую часть времени Хару просто лежала на кровати и бессмысленно листала ленту новостей в телефоне. За это время в комнате ничего не поменялось. Все было серым и безжизненным. Только цветные носки и спортивная сумка напоминали о существовании в этой комнате человека. Хару так и не решилась хоть что-то сделать, чтобы ей стало немного комфортнее в чужом доме. Она просто лежала, иногда спускалась поесть и выходила на задний двор, чтобы немного потренироваться. Все, конечно же, под присмотром, чтобы она не переусердствовала.       Начались отборочные. К сожалению, Карасуно играют не в полном составе. Хару помотала головой. Нет, они в полном составе из двенадцати человек. Она больше не в команде. Она даже больше не в Карасуно. Хирочи наверняка забрал ее документы из школы и передал в какую-нибудь элитную академию в Токио или в Йокогаме, чтобы Хару точно не виделась с Томо. Ему всегда была ненавистна мысль, что его неидеальные дочери могут продолжать общение.              Хару наткнулась на пост с интервью. Она хотела уже пролистнуть, но на заставке был Ойкава. Странно, ведь обычно во время любых соревнований интервью берут у Ушиваки, ведь он в молодежной сборной Японии. Хотя сейчас она не хочет видеть ни одного, ни другого; вообще с людьми она контактировать не хочет и не будет.              На телефон приходит новое уведомление. Хару хотела его смахнуть, чтобы не занимало место на экране, но передумала. Это сообщение от Тендо. Первое за последние пару недель. Он спрашивает, почему Хару не было на игре. Что он забыл на игре Карасуно? Откуда он там взялся, если он постоянно на тренировках, а в последнее время у него вообще нет свободного времени; тренер Вашиджо начинает гонять свою команду на тренировках в три раза больше, чтобы в очередной раз пройти на национальные.              Хару не ответила. Любая ее ложь будет неправдоподобной. Пока она училась в Шираторизаве даже с температурой и несерьезными травмами приходила на тренировки. У нее должна быть сломана рука или нога, чтобы она точно не явилась в спортзал. А правда слишком правдива, чтобы ее рассказывать. Тендо ведь примчится в ее район, чтобы убедиться, что она, как минимум, жива; как максимум, не прикована к кровати и может самостоятельно ходить и выполнять базовые вещи. А потом начнет ее расспрашивать о том, как так получилось. Наверное, ей не стоило с ним мириться. Теперь в ее жизни еще один человек беспокоится за нее больше нужного. До этого ей и Ойкавы хватало.              Видео с интервью подошло к концу. Хару не узнала ничего нового. Зато желание прибить Дуракаву значительно возросло. Зачем в конце он передал ей привет и назвал «Чиби-чан», хотя она ниже него всего на десять сантиметров? Ему будто не хватает кучи донимающих его фанаток. Он ей тоже проблем добавить хочет. За последние три дня он написал ей больше пятидесяти сообщений с вопросами и жалобами, а теперь сам создает неудобства для себя. Хару эти сообщения так и не посмотрела. Она не хочет, чтобы эти сообщения отмечались прочитанными, ведь потом посыплются вопросы о том, почему она не отвечала так долго.              В комментариях под постом все негодуют, что это за «Чиби-чан». Версии идут от девушки до сестры. Но большая часть фанатов все же убеждена, что он обращался к своей девушке. Секретной девушке Ойкавы Тоору, которую он ото всех скрывает, чтобы не потерять популярность. Это так глупо, что Хару невольно рассмеялась. Она перевернулась на другой бок и продолжила читать комментарии. Если бы большая часть из них была бы правдой, Ива-чан уже давно бы прибил Дуракаву за такое. А сам Тоору раструбил бы всем о том, что у него есть девушка.              С очередным сообщением от Ойкавы, Хару выключила телефон, спрятала его под подушку и перевернулась на спину. Ей нужно взять себя в руки и начать хоть что- то делать. Если бы у нее был хотя бы шанс исправить свою жизнь, уговорить Хирочи дать ей последнюю попытку… Только вот для этого нужно найти лазейку в договоре, а эта очень важная бумажка сейчас спрятана между книг в ее комнате. Идти туда было бы также больно, как просто смотреть на дом бабушки. Лучше оградить себя от этого. Телефон под подушкой продолжал иногда вибрировать от уведомлений, но Хару продолжала их игнорировать. В животе заурчало, и она перевернулась на бок, спиной к стене. Лучше ей сейчас поспать, ведь до ужина еще далеко, а есть уже хочется. Она и так ест вдвое больше обычного, еще и регулярно, но организму этого недостаточно. Потому что половину любого приема пищи приходится смывать в унитаз, давясь рвотой и слезами.              Заснуть не получается из-за стука в дверь. Хару вздрагивает; до сих пор не привыкла, что перед тем, как зайти в комнату люди могут стучать. Она медленно села на кровати и протерла глаза, заставляя себя сделать вид, будто с ней все как обычно. «Подавлена из-за отстранения от занятий», — сказала она Цукишиме-сан, чтобы она не так сильно волновалась за практически чужую девочку.              — Войдите, — равнодушно сказала Хару.              В комнату зашел Цукишима. Кто же еще может зайти к ней с недовольным вздохом? Он положил на стол несколько тетрадок и листов и посмотрел на Хару.              — Твои задания: в тетрадях конспекты, на листах тесты. Как сделаешь, вернешь все мне, чтобы я сдал учителю. Я ложусь спать в двенадцать.              — Спасибо, что предупредил, принцесса. Постараюсь сделать до полуночи, пока твои тетрадки не превратятся в тыквы, — с сарказмом ответила Хару и встала с кровати. Она немного пошатнулась, но упрямо подошла к столу и просмотрела тесты.              — Как принцесса ведешь себя только ты, — раздраженно бросил Цуки и направился к двери. — Через двадцать минут будет готов ужин.              Он вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Хару вздохнула, взяла со стола автоматический карандаш и начала решать тесты. Два по английскому, один по математике, один по истории и один по литературе. Часа должно хватить. Ночь она потратит на переписывание конспектов.              У нее никогда не было проблем с уроками, благодаря кучи репетиров, которых нанимал Хирочи для нее, однако сейчас ей было трудно сосредоточиться. Голова опять раскалывалась, взгляд не мог сфокусироваться. Вода не помогала, а обезболивающее она сегодня уже принимала. Почему возвращаться к нормальному существованию так сложно? Организм будто находится в еще большем стрессе, чем до этого. Уж лучше Хару тогда умерла на уроке, чем сейчас мучалась.              Оставив второй тест по английскому, она допила бутылку воды, кинула ее в переполненное мусорное ведро и вышла из комнаты. Ей нужно поесть, иначе она умрет. Или она умрет позже из-за того, что поела.              На ужин был рис с жареной курицей, суп мисо и маринованный дайкон. Ничего из этого Хару не хотела есть, но заставила себя впихнуть в себя все, чтобы в очередной раз сделать вид, будто она идет на поправку. Ей остается только надеяться, что сегодня все будет хорошо. Под тяжелым взглядом Цуки она поблагодарила его маму за еду и вернулась в комнату. У нее впереди долгая ночь для выполнения заданий.              К половине десятого она закончила делать тесты. Она потратила на них два часа. Намного больше обычного. Впереди еще переписывание конспектов. На телефон пришло уведомление. Сообщение от Цукишимы. Он находится в соседней комнате, зачем пишет? Хару отложила стопку тестов на край стола и взяла в руки телефон. Ее глаза закатились, как только она прочитала сообщение. Язвительное, в духе Цуки. «Заканчивай скорее, я тебе свои тетради не на всегда отдал.»

Чат

Цукишима: Заканчивай скорее, я тебе свои тетради не на всегда отдал Или ты собираешься мне вернуть их в 00:01?

Хару:

Обязательно.

А в соседнюю комнату уже сложно ходить? Принцесса важная.

Цукишима: Я занят с домашкой Не хочу тратить время на личное общение с тобой Надо сделать задания за те дни, когда мы на играх будем

Хару:

Задания наперед дали?

Цукишима: Такеда-сенсей попросил, чтобы время для тренировок освободить

Хару:

А ты попросил для меня? Большое тебе спасибо (◠‿◠)

Цукишима: Такеда-сенсей настоял Не думай, что мне очень важно твое образование Хару вздохнула, выключила экран и отложила телефон в сторону. Счет вроде уже перевалил за сто, но она не уверена. Из-за всех проблем она перестала считать. Новое уведомление привлекло ее внимание. «113/98». Чертов Цукишима. Зато теперь известен счет. И Хару отстает. Отстает на пятнадцать очков. Хуже расклада просто не существует. Как она позволила этому зазнайке выигрывать? Вот закончит с конспектами, вернется в форму и наверстает эти очки, еще и новых наберет. Если утром у нее получится встать вовремя и появятся силы на хоть какие-то действия.