Что я забыл в Конохе, или перерождение бедного ублюдка.

      На экране высветились имена двух первых участников: Киба Инузука против Хона Доку.       «А они времени не теряют», — подумал Саске, вновь схватившись за плечо, в очередной раз стрельнувшее внезапной болью.       Краем глаза Учиха заметил, как губы Хенитьюса дрогнули в улыбке. Никто даже не обратил на это внимания, тем более, что лицо красноволосого генина быстро вернулось к безразличию. Но Саске не мог этого пропустить. Он слишком долго наблюдал за этим ублюдком, чтобы не заметить любые изменения на том. Ему не могло показаться.       «Он никогда не интересовался мальчишкой из клана Инузука», — размышлял обладатель шарингана. — «Значит, эту ухмылку вызвал парень из деревни, скрытой в тумане. Хон Доку. Неужели успел что-то разузнать об этом генине? Выглядит не сильно потрепанным — скорее всего, в башне он уже как минимум несколько дней. По одежде сложно сказать, какими видами боя он владеет. Хотя… На его руке. Это же какуте? Носит женские побрякушки… Отравитель? Нет. Он не на много старше нас, вряд ли изготавливает яды самостоятельно, но ничего не мешает ему использовать их. Все зависит от того, какое количество ядовитых веществ он уже успел потратить в лесу. Однако генины из деревни скрытого тумана, которые встретились мне, имели способности, явно превышающие генинов нашей деревни, так что лучше не буду судить его преждевременно».       Саске видел, как Киба застыл в изумлении, в то время как его соперник на своё участие в первом поединке никак не отреагировал. Остальные генины смотрели на «счастливчиков»: кто-то с сочувствием, кто-то с интересом или безразличием.       — Итак, те, чьи имена появились, подойдите, — сказал экзаменатор, равнодушно наблюдая за толпой, и продолжил, когда его указание было выполнено. — Вы выбраны для первого поединка, Киба Инузука и Хон Доку. Есть возражения?       — Я дерусь! — заявил Киба, явно не желая показаться слабаком.       Хон фыркнул, надевая на лицо маску, любезно зачарованную его Великим и Могучим младшим братцем, чтобы лишние запахи не отвлекали от битвы, а собственные же яды не могли отравить, что было очень маловероятно при его устойчивости к ядовитым веществам, которую он долго и тщательно развивал. Юноша кивнул, показывая, что готов к бою.       В воздухе висело напряжение вперемешку с предвкушением битвы. Наставники обратили свой взгляд на противников. Альберу краем глаза заметил, как сенсей из деревни, скрытой в звуке, прищурился, внимательно наблюдая то за Саске, то за Хоном. Внутренний голос почти кричал о том, что этот человек опасен, но Кроссман тактично его проигнорировал, не имея возможности что-то предпринять.       Хон взглядом изучал противника. Как он уже отметил для себя ранее, этот генин с собакой был наиболее эффективен в ближнем бою, в то время как он сам предпочитал держать дистанцию. Здесь у Кибы было преимущество, так как в помещении не было возможности где-то спрятаться. С другой стороны, в ближнем бою будет куда легче отравить нападающего: одно ранение, и по венам мальчишки уже разбегается парализующее вещество.       — Ладно, начнём первый поединок. Все, кроме участников боя, освободите площадку и займите место на балконе.       Все начали расходиться, и, пока было время, Какаши подошёл к своим ученикам, а если быть точнее, к Саске. Насколько бы гениальным ни был потомок клана Учиха, он всё ещё оставался ребёнком, за которого Хатаке, к своему несчастью, несёт ответственность.       — Саске, не используй свой шаринган в поединке, — тихо, так, чтобы помимо них никто не услышал, сказал мужчина.       — Так вы знаете о нём, — сначала удивился, а затем самодовольно ухмыльнулся Учиха.       — Если печать у тебя на шее выйдет из-под контроля, твоя жизнь будет под угрозой.       — Я знаю, — согласился со словами сенсея мальчик. Он прекрасно понимал, на какой риск идёт, но не собирался давать заднюю.       — К твоему сведению, если до этого дойдёт, я вмешаюсь и остановлю поединок. Пошли, займём места.       С этими словами Какаши как ни в чём не бывало направился к балкону, куда уже пошли остальные члены его команды.       «Остановит?» — ужаснулся Саске, смотря в спину учителю. Ему не нравилось такое положение дел. — «Эта штука как-то связана с моей чакрой».       Саске уже пробовал использовать чакру в лесу Смерти, однако острая боль тут же пронзала пострадавшее плечо, не позволяя выполнить даже простые техники. Раздумывая над этим обстоятельством, Учиха направился вслед за своим сенсеем. Для себя он уже решил, что в поединке не будет пользоваться чакрой.       Все заняли свои места. Генины из деревни, скрытой в песке, внимательно наблюдали за соперниками, как и «звуковики»; Шикамару же этот поединок был в крайней степени не интересен, а вот Раон, наоборот, был заинтересован в победе своего Хёна. Мальчишка свесился с перил балкона, не падая разве что благодаря чакре.       Кейл пристроился неподалёку. Он незаметно подал знак своей команде и детям. Альберу был введён в курс дела чуть раньше, поэтому оставалось только посвятить в план остальных.       — Если кому-то из вас в качестве соперника попадётся Наруто Удзумаки или Саске Учиха, обязательно проиграйте, — сказал Кейл, делая вид, что обращается к Чхве Хану и Розалин, убедившись, что Он и Раон тоже их слышат.       — <Слабый Человек, меня это тоже касается? > — уточнил Раон, вновь удивляя Кейла своим взрослым голосом.       — Да, это касается всех, в том числе и меня тоже.       — А почему, если не секрет? Это как-то связано с тем, что Наруто — «главный герой» этого мира? — уточнила Розалин.       — Именно, — кивнул Кейл. — С Саске похожая история. Он — недо-друг «главного героя», поэтому тоже должен пройти этот этап. Тем более, что он интересен Орочимару. Постарайтесь не привлекать лишнего внимания.       — Ты тоже, Кейл-ним, — напомнил Чхве Хан, зная, как его друг любит забывать про самого себя. — Пообещай, что сдашься до того, как начнешь плевать кровью.       — Разумеется, — согласился Хенитьюс. — Я и не планирую сражаться всерьёз. Я остался только чтобы поддержать вас, разве это не очевидно.       Слова красноволосого юноши явно всех приободрили. В глазах каждого читалась одна мысль: «Я не могу не оправдать его ожиданий».       — Если вы готовы, пусть начнётся бой, — сказал экзаменатор и дал сигнал к началу поединка.       Все взгляды устремились к арене, где двое генинов изучали друг друга взглядом.       — Ну, давай, нападай! — закричал вдруг Киба, спуская на пол своего щенка, который тут же оскалился и зарычал на неприятеля. — Покажи, на что ты способен!       Хон ничего не ответил, смиряя взглядом обоих противников. Пройдя множество боёв, он знал, что недооценивать соперника ни в коем случае нельзя. Любой слабак может победить, если ты ослабишь бдительность. Животное на поле боя — знак, что оно тоже несёт в себе угрозу. Впрочем, вместо непосредственно участника возмутился Наруто:       — Эй! А разве так можно? Драться с собакой?!       — Да, — как-то скучающе и чуть устало ответил экзаменатор. — Животные, как и насекомые, тоже считаются оружием. Давайте уже начнём.       — Подражание зверю. Техника четырёх лап, — озвучил название своей техники Киба и бросился в атаку.       «Значит, он усиливает свою скорость и ловкость с помощью техники и перенимает некоторые повадки собаки», — сделал вывод Хон, уклоняясь от удара, направленного в живот. — «Быстрый. Поймать его издалека будет сложно. Сначала нужно ввести в тело паралич. Через рану быстрее всего».       — А ты ловкий, — прокомментировал Киба. — Сумел увернуться от моей атаки.       Доку не стал ему отвечать, на ощупь вытаскивая метательную иглу с привязанным к ней мешочком из тончайшей ткани с парализующим веществом внутри.       «Этот парень достаточно болтлив. Мне будет куда легче, если он вдохнёт как можно больше яда. Плохо, что я не могу узнать, насколько хорошо у него обоняние. Впрочем, судя по всему, он ещё не сталкивался с отравителями. Достаточно молодой, значит, на экзамене в первый раз. Неопытный».       Ловкий бросок, и игла просвистела прямо над ухом Инузуки, задевая мешочком его щёку. Тонкая ткань лопнула, и из мешочка разлетелся белый, почти незаметный глазу порошок. Хон частенько пользовался такими безделушками: выглядят безобидно, и никто не подумает, что ему совсем не нужно даже ранить противника, чтобы нанести урон, что резкий вдох от неожиданности вполне может стать последним, и это не говоря о слизистых глаз, рта, носа, да в принципе любой открытый участок кожи может стать уязвимым местом при сражении с отравителем. Однако он не стал использовать что-то кроме парализующих веществ, не желая наносить противнику непоправимые увечья. Это было бы лишним.       Щенок тоже пока что не атаковал, дожидаясь указаний хозяина.       Мальчик с татуировками в виде клыков на щеках слегка потёр ушибленное место, самодовольно ухмыляясь.       — Это всё, на что ты способен? Ха-ха, я быстро разделаюсь с тобой, — воскликнул Киба. — Акамару.       Мальчик снова побежал на своего противника, и щенок последовал за хозяином, заходя с другой стороны. Из сумки на бедре он выхватил два небольших шарика фиолетового цвета и бросил их в пол рядом с противником.       Бомбы разорвались, создавая вокруг Хона дым. Очевидно, Киба рассчитывал дезориентировать противника, однако сделал хуже себе. Откуда ему было знать, что человек перед ним перевернёт его же приём против него самого, откуда ему было знать, что его противнику не обязательно использовать зрение, чтобы ориентироваться в пространстве, и откуда ему было знать, что нуна этого парня специализируется на тумане, а потому Хон провёл не одну тренировку в разного вида туманах и дымах и в куда более сложных условиях.       «Дымовые бомбы? Неплохо. Больше яда использовать не стоит, будет неприятно, если у парня парализует жизненно важные органы. Мне остаётся только потянуть время».       Хон услышал тихие звуки позади себя и обернулся, отражая удар, направленный в лицо, потом с другой стороны, потом в живот… Мальчик не видел своего противника, но чувствовал его присутствие.       Однако это быстро надоело. Хону не особо хотелось ближайшие минут пять отбиваться от невидимых атак, поэтому он подпрыгнул вверх и чуть вбок, оглядываясь по сторонам. Мальчик держал в голове мысль, что щенок мог ожидать его за пределами «слепой зоны», страхуя Инузуку.       Кейл наблюдал за боем со стороны, расслабленно облокотившись на перила, хотя хорошо знающие его люди видели в этой позе некоторую нервозность. Хенитьюс анализировал действия своего ребёнка. Его поражало то, насколько быстро двигались оба генина, однако из того, что он видел, Хон атаковал всего один раз чем-то вроде иглы, почти сразу переходя в защиту. С расстояния было сложно понять, в чём заключался замысел мальчика, однако он определённо удался, если судить по лёгкому кивку головы.       — Кажется, хён использовал одно из своих новых оружий, — между тем вслух рассуждал Раон, окончательно усевшись на пол, свесив ноги сквозь решетки в перилах, весело ими болтая. — Даже немного обидно, что пришлось использовать его на этом слабаке.       — Новое оружие? — уточнил Кейл. Юный дракон много чего рассказывал ему, но про оружие обычно не говорил.       — Ага, — с улыбкой кивнул мальчик, так по-детски болтая ножкой. И не подумаешь, что ему уже двадцать лет. — Думаю, пяти минут будет предостаточно.       Кейл удовлетворённо кивнул, чувствуя гордость за своего ребёнка, между тем отмечая, что беспокоится о мальчике даже будучи уверенным в его победе. Старое, до этого странное, непонятное и от того немного пугающее чувство сейчас возвращалось приятной ностальгией.       — Почему он всё время убегает?! — между тем возмутился пристроившийся неподалёку Наруто, недовольный такой странной битвой.       — Он тянет время, ждёт, пока у его противника закончатся силы, — спокойно пояснил Какаши, тоже внимательно следя за битвой.       «Прошло около пяти минут», — подумал Хон, уворачиваясь от очередной атаки, краем глаза ища вновь пропавшего из виду Акамару. — «Кажется, он стал медленнее, чем раньше. Должно быть, уже подействовало.»       «Чёрт! Что происходит? Тело очень тяжёлое. Неужели это какая-то техника?» — думал Киба, с явным усилием двигая частями тела.       Прошло ещё не больше половины минуты, и Киба рухнул на пол, не в силах больше пошевелиться. Хон остановился, больше не атакуя, видя, как щенок, всё ещё скаля на него зубы, всё же бежит к хозяину.       Судья подошёл ближе, чтобы посмотреть, что случилось.       — Киба Инузука не в состоянии продолжать бой. Победу одержал Хон Доку, — объявил мужчина, жестом подзывая медиков.       — Он надышался парализующего вещества, — спокойно прокомментировал Хон, обращаясь к медикам. — Для его жизни не представляет никакой угрозы.       Судья кивнул, после чего победитель покинул площадку, больше не оборачиваясь на противника. На балконе его встретил Раон, сразу бросившийся ему на шею.       — Ты был очень крут, хён, — радостно заявил дракончик. — Здорово ты уделал того ублюдка!       — Раон, — тут же осадил Кейл.       — Не надо меня обнимать, на одежде могут ещё оставаться частички яда, ты же знаешь, — покачал головой Хон, всё же улыбаясь самыми уголками губ, почти как его родитель.       — Ты очень хорошо постарался, — похвалил Кейл. — Со стороны было почти незаметно, что ты использовал яд. Если не знать, куда смотреть, то увидеть очень сложно.       — Тебе понравилось, как я сражался? — победитель просиял и улыбнулся ярче.       Хон чувствовал себя немного странно. Ему, безусловно, было бы приятно услышать эти слова от Кейла, но какая-то часть его сознания всё ещё не могла поверить, что это он. Да, он говорил на языке Роана, но в нём словно что-то было не так. Наверное, он успел подзабыть, какого это — находится рядом с их Человеком.       — Конечно, я горжусь тобой, — кивнул Хенитьюс, краем глаза замечая, как Раон хмурит брови.       «Хм-м… От того мальчишки в оранжевом костюме ощущается что-то странное. Было бы интересно изучить его поближе, а может быть даже провести пару тестов…» — подумал Раон и тут же оборвал себя. — «Нет, нуна запретила мне изучать людей без их согласия, да и Человек этого явно не одобрит. Внутри этого мальчика спрятано что-то очень мощное. Мне определённо хочется узнать об этом больше».       Прошло какое-то время, прежде чем табло снова засветилось. Благодаря намёку Хона помещение тщательно проветрили, а его самого отправили переодеваться. Было бы крайне неприятно, если бы предыдущий поединок как-то повлиял на следующий.       Во время этого незапланированного перерыва Какаши внимательно наблюдал за тем, как общается команда Кейла Альберу с командой из деревни, скрытой в тумане. Мужчина знал, что приёмный сын Кроссмана обычно предпочитал оставаться в тени, и не общался с кем-то кроме своей команды и ещё парочки генинов из их потока. Было удивительно, как быстро он сблизился с этими детьми, да и те, будучи жителями достаточно обособленной и закрытой деревни, на удивление легко шли на контакт с незнакомым мальчиком.       В голове копирующего ниндзя проскользнуло сравнение Кейла с юным Альберу, который так же легко располагал к себе людей, однако, в отличие от Кроссмана, в данной ситуации расположение было взаимным.       И всё же Какаши решил, что это не его дело. Раз хотят, пусть общаются. Главное, чтобы это не вредило деревне.       И вот, все застыли в ожидании. На экране высветилось два имени: Саске Учиха против Ёрой Акадо.