GET OUT

Следующая пятница должна была стать решающей в этом сезоне для лисов и воронов. Нил не сводил взгляд с календаря. Пройдут еще сутки, прежде чем Ваймак отвезет их в Замок Эвермор. Он знал, что не должен паниковать, но сердце не охотно подчинялось приказам. Еще одни сутки и все решится. Болезненные воспоминания вновь встревали перед глазами не к месту. Слишком много воды утекло с тех пор, но ничто не забыто. С удивлением Нил осознал, что испытывает вовсе не страх — адреналин бурлил в его крови из-за невыносимого азарта и жажды проявить себя. Все или ничего — победа, которую они должны увести из-под вороньего хвоста на глазах у всех снова. Каким же сладким и нестерпимым было это чувство — вновь унизить имя команды, которая так докучала им. Конечно, новенькие лисы не могли знать той боли, которую Нил пережил в стенах вороньего гнезда, но с начала недели каждый почувствовал нервы Джостена на своей шкуре. Каждый, кроме чертового Джека, который так и не научился прикусывать язык вовремя… — Поехавший, — безразлично бросил Миньярд. Нил оглянулся. Эндрю стоял с банкой пива в руках. Его скучающее выражение на лице разбавлялось чувственным взглядом, понять который Джостен не мог. Смесь пренебрежения и любопытства? — Не спится? — спросил Нил. Эндрю невозмутимо сделал глоток, не спуская с него глаз. До Джостена вдруг дошло, что за всей этой сумасшедшей подготовкой к игре он проводил с Эндрю меньше времени. Жажда близости притуплялась жаждой победы. Нил выкладывался по полной на стадионе и был слишком упрямый, чтобы обращаться за помощью к Эндрю, проводил больше времени в разборах тактики противника, чем в постели с ним. Впрочем, если бы Миньярд хотел — он бы давно взял Нила, забив на нервный срыв, который тому угрожал. Но Эндрю все эти дни оставался на удивление отстраненным — он наблюдал, но не сокращал дистанции, точно так, как делал это прямо сейчас. — Мы выиграем, — продолжил рассуждать Нил вслух, — меня беспокоит лишь цена вопроса. Подумав, он добавил: — Во втором тайме поставим Робин. Я должен убедиться, что она готова. — Рискнешь своей голубой мечтой? Не смотри так. Я в курсе, что ты дрочишь на победу над ними. — Рискну, — твердо сказал Нил, хотя не был до конца в этом уверен. Он знал, что Робин не подведет, но легче от этого не становилось. Заметив, что Миньярд двинулся в сторону спальни, Нил виновато покосился вслед. Он хотел было присоединиться к нему, но понимал, что не хочет прямо сейчас — Эндрю понимал это так же, потому и не спрашивал. Их игра в вопросы оставалась неотъемлемой частью жизни, хотя оба знали, что с каждой их близостью она утрачивает смысл. Однако Нил готов был отвечать согласием каждый раз в ожидании, когда услышит заветное «да» в ответ…

***

Последняя тренировка натянула отношения между лисами до предела. Кевин Дэй срывался на каждого, у кого хватало ума сделать шаг в сторону от задуманной тактики. Нил срывался на Кевина, давая понять, что не ему командовать на поле, а Джек с язвительной ухмылочкой рассуждал вслух, что «мамочка» с «папой» скоро подерутся. В ответ на это, как бы невзначай, Миньярд забывал, как к нему обращаться: «Как ты там? Джереми? Джойс? А — Джон!». С ревом: «Мое имя Джек!» нападающий огрызнулся в сторону ворот, чем только развеселил Аарона — тот отсмеялся вместо брата, толкая выскочку плечом. Стянув шлем, Джостен дал волю нервам: — Заткнитесь — вы оба! Все сюда! Он дождался, когда команда соберется вокруг — все кроме Эндрю, который со скучающим видом остался стоять во вратарской зоне. — А твоему бойфренду отдельное приглашение надо? — скривился Джек. Он не уступал в росте Кевину, но побаивался Миньярда — не признавал это, но только стоя на расстоянии от него уверенно плевался в его сторону, зная, что Нил не заступится — это было бы слишком показательно, и Джостен попросту не поддавался на провокации. Проигнорировав его реплику, Нил ухватился пальцами за решетку его шлема и притянул к себе: — Твоя задача слушаться меня, а не Кевина, — прошипел он. — Да? И кто ты?! Чего ты стоишь?! — с вызовом бросил Джек, толкая Нила. Все напряглись, ожидая, что сейчас невозмутимость Джостена по отношению к Джеку даст трещину, но тот лишь смирил его холодным взглядом голубых глаз и сказал спокойно: — Ты сам ответишь на этот вопрос. — Затем он обвел взглядом остальных: — Сосредоточьтесь. На поле вы должны действовать слаженно, как одно целое — эта победа нужна каждому из вас, если вы хотите доказать, что чего-то стоите. Но пока я вижу только трусливых щенков, готовых подгадить друг другу. Запомните, вы не команда — вы стая, и будете биться друг за друга до тех пор, пока не сдохнете. А если кто-то решит, что готов сдаться сейчас, то ему здесь не место. Это экси — это командный спорт. Заметив, что Шина готовится что-то съязвить, Нил оборвал ее, взглянув холодно исподлобья: — Заткнись — мне срать на твое мнение, прибереги его для других. Разогнав всех, он рассредоточил их на позиции, указывая каждому свое место, и не стеснялся крепких слов, когда кто-то косячил. Тренировка закончилась на нервной ноте, вымотав всех. Провожая спины лисов взглядом, Нил скучал по Рене — ее ободряющего слова было бы достаточно, чтобы поселить в каждом надежду, а жар Дэн поднял бы командный дух до небес. Но времена изменились — новобранцы не привыкли к сантиментам, а Нил не привык быть мягким на поле. Он умел проявить свою жесткую сторону будучи капитаном, полагая, что ребята простят ему гнев ради победы. Стоя в душе под упругим потоком воды, он подумал, что мог бы сделать себе одолжение и расслабиться перед игрой, зная, что Эндрю его ждет. Но ограничился лишь сигаретой перед ночной тренировкой. А ночью на корте Миньярду уже было не до него — он выматывал Робин, так же как Кевин выматывал его. В конце концов они остались одни — друг на против друга с клюшками наперевес. Кевин, удовлетворившись ночной вылазкой, пошел в душ. Робин осталась наблюдать за ними с трибун, щадя силы для завтрашней игры. Нил улыбнулся, подступая к линии третьей четверти, и опустил ведро с мячами рядом с собой. — Как в былые времена. Повторим, Эндрю? В ответ Миньярд выпрямил руку с клюшкой, указывая на него, и холодно ответил: — Два. Действительно он пропустил только два мяча. Один из которых Нил выбил со всей дури, раз за разом пробивая блок. Этот мяч, пролетевший мимо Миньярда, был самой желанной победой, которую Джостен заслужил за долгие годы совместных тренировок. Эндрю прекрасно понимал, что Нил пробьет его защиту, а также догадывался, что тот, как обычно, не будет знать меры. Поэтому второй мяч он пропустил нарочно — вместо блока клюшкой резко ударил ей о ворота вместе с ударом снаряда. Огоньки позади вспыхнули красным. Нил стиснул зубы, не ожидая подобного предательства. — Хватит, — скомандовал Эндрю. — Завтра игра. На этом бой был окончен, и он направился к двери. Нил осознавал, что мышцы в руках ныли, но эта была недостаточная боль — его хватило бы еще на несколько ударов, но Эндрю решил все за него. Бесил Джостена не его поступок, а то, что вратарь знал его лучше, чем Нил сам знал свой предел. В раздевалке, стягивая мокрую джерси за шиворот, он сказал Эндрю, занявшего шкафчик рядом: — Больше не поддавайся мне. Эндрю вновь вернул ему тот странный взгляд с долей презрения и любопытства, но ничего не ответил. Безропотное поведение Миньярда сбивало Нила с толку, но он был слишком сосредоточен на предстоящей игре, чтобы гадать, какие демоны и на что подбивают Эндрю в его голове.