Born in Alice

— Вы же понимаете, что представляете опасность для жителей? — выгибает бровь высокий мужчина в униформе с нашивкой в виде магического посоха на груди. — Но мой сын защищался! — активно жестикулируя, возражает мужчина напротив. — Никого не волнует, чем он там занимался, он поджёг дом, чёрт возьми! — инспектор бьет кулаком по столу, заставляя поникшего Джисона подпрыгнуть на месте от резкого звука.  — Следите за своим языком в присутствии ребёнка!  — Так, давайте я вам ещё раз все объясню, — вздыхая, мужчина потирает переносицу. — Ваш сын — пиромаг, вы это осознаете?  — Да, но это не означает, что вы можете просто забрать его в эту вашу тюрягу.  — «Астериум» не тюрьма, господин Хан, а место, созданное специально для таких, как Джисон!  — Можете и дальше прикрываться этой вашей академией, он никуда не поедет.  — Вас, собственно, никто и не спрашивает, рано или поздно мальчишку бы всё равно забрали, так что советую собирать все самое необходимое.  — Я никуда не поеду, — пробубнил себе под нос Джи. Инспектор вновь устало вздохнул, садясь на корточки перед парнем. Он аккуратно взял его ладони в свои.  — Послушай, Джисон... Ты же не хочешь всю жизнь жить в страхе? Ты думаешь, никто не видит, как ты боишься своей силы? Я работаю инспектором уже 8 лет, и большинство детей с такими способностями, как у тебя, — мужчина замялся, — я имею в виду, с такими же сильными способностями, начинают именно с того, что боятся. Они так же, как и ты, навели не мало шума перед тем, как попасть в нашу академию, и, знаешь, где они сейчас?  В ответ были слышны лишь молчание и тихие всхлипы.  — Все эти дети приняли себя и живут счастливо, научившись пользоваться тем, что даровала им вселенная. Как только ты попадёшь в Академию Высшей Магии, тебя заселят в общежитие со всеми благами, пойми, это не тюрьма.  — Но...  — Может, все-таки попробуем? — растерянно шепчет отец, укладывая руку на плечо сына.  — А как же ты? А как же дом!? Мы же должны были строить новый... — А ты, что, думаешь, что старик не справится без твоей помощи?! — возмутился Субин. — Ты плохого обо мне мнения, сынок! Я за полгодика со всем управлюсь, когда приедешь в гости — будешь с открытым ртом сидеть!  Долгими уговорами инспектору все же удалось убедить мальчика поехать с ним. Признаться честно, сил для этого приложить пришлось немало. Большинство вещей сгорело в пожаре, потому Джисон собрал то, что успел купить после инцидента. Он собрал всё ещё час назад, а сейчас просто сидел, уставившись в пустоту, пытаясь максимально оттянуть время до отъезда, что у него выходило, пока мужчина в униформе не вошёл без стука с рассерженным «ты у меня не один, двигай булками». Возможно.. это к лучшему? С этой мыслью Хан вышел из комнаты, держа в руках маленькую сумку.  Расставание — вещь болезненная. Всегда и при любых обстоятельствах. Сегодня не исключение. Как бы сильно отец и сын ни пытались скрыть свои эмоции, лед тронулся и теперь родные — хоть и не по крови — люди крепко сжимают друг друга в объятиях.  — Будь осторожен, Джи. Знай, что всегда можешь вернуться.  Джисон кивнул, в последний раз оглядывая того, кто не позволил ему умереть и дарил любовь и ласку совершенно чужому человеку.

Он будет скучать… 

ೋ❀❀ೋ═══ ❀ ═══ೋ❀❀ೋ

Как оказалось, путь до академии был долгим. В общей сложности, в пути Джисон провёл два дня. Разве у магов не должны быть телепорты.. порталы? Когда он вышел из машины, перед глазами парня будто ожила картинка из тех самых популярных открыток с пейзажами. Эта академия больше походила на огромный замок королевской семьи или вообще целого королевского рода! Хан никогда не видел таких сооружений. Разнообразные башни, тянущееся к небосводу, будто прорезали облака. Один бог знает, сколько в этой академии корпусов. Не успел Джисон разглядеть и один из них, как повернул голову и наткнулся на ещё один, не менее шикарный. Если главное здание находилось на возвышенности, и, глядя на него, создавалось впечатление, будто ты идёшь спасать принцессу от свирепого дракона, то смотря на второе, появляется ощущение таинственности. Почему-то Хан уверен, что именно в этом здании находится библиотека или архив.  Откуда ни возьмись появился темноволосый парень, с хитринкой в глазах поглядывая на Джисона. Он выглядел подозрительно, словно мог прямо сейчас достать бездонный мешок, затолкать в него бедного Джисона и скинуть в это непонятное светящееся озеро, на котором стоит основной корпус. И вообще.. как на озере стоит здание? Оно парит? Или там в воде что-то типо подставки? Ох уж эти маги…  — Привет всем зевакам! — как-то чересчур радостно восклицает незнакомец.  — Я тут один, — в недоумении произносит Хан. — О, и тебе привет, Хан Джисон.  — Какого... — Не сердись, я просто весёлый.  — А мне кажется, что просто глупый. — Ты своего старосту-то не обижай, огонёчек, кто ж тебя будет потом выгораживать после попоек? Кстати, я Ким Сынмин, — парень протягивает руку для пожатия.  Джисон осторожно отвечает на приветственный жест.  — Я Джисон. Хан Джисон.  — Я знаю, наслышан. Пойдём, расскажу тебе о правилах.  — В каком смысле наслышан? — спрашивает Хан, следуя за старостой. — Ты не знаешь? Вся академия в курсе того, что ты учудил у себя дома. Но ты не волнуйся, тут все не без греха, а ты вообще молодец, за отца заступился.  Джисон проглотил вставший в горле ком.  — Не вешай нос, огненный Сон, — подбадривает Сынмин. — Итак, смотри. Здание перед нами — это главный корпус, в нем происходят все торжества, приемы и прочая публичная лабуда. Завтра состоится посвящение первокурсников, поэтому ты должен будешь там присутствовать, ровно как и я, ведь я староста, так что не бойся, — подмигнул Ким. — Корпуса по левую и правую сторону от главного здания — учебные, в них располагаются классы теории, классы для практик, библиотеки, боевые залы и — самое главное — столовые. Расписание ты получишь за день до начала обучения. Следующие корпуса уже жилые. Слева мужское общежитие, справа, соответсвенно, женское. Прямо сейчас мы идём влево, заворачивай. Ах да, ничто в этом месте не лежит просто так, поэтому, если ты увидишь подозрительный камень или мутного человека, лучше пройди мимо. Даже камень может наслать проклятье, если вдруг ты ему не понравишься. — Как я могу не понравится камню?  — Ну... Например, пнешь его. И вот как ты ему потом объяснишь, что просто случайно толкнул беднягу, хотя он лежал и грелся на солнышке? Правильно, никак, это как наступить кошке на хвост, только они проклинать не умеют.  — Скажи честно… Ты что-то курил перед тем как прийти ко мне?  — Ты мне не веришь? Я могу познакомить тебя с человеком, который в прошлом году перешёл дорогу рубину и стал инвалидом в итоге. Но лучше тебе этого не видеть, то ещё зрелище. — По-моему, валяющийся на дороге рубин явно не смахивает на обычный булыжник без магии. — Верно мыслишь, но Дина всегда была немного глупенькой. Итак, мы пришли!  Да чтоб все общежития в мире были такими же шикарными, как это! Маги что, действительно такие богатые? Иначе каким образом им удаётся давать такие условия обычным студентам?  Огромный хол с резными каменными стенами, различными позолоченными украшениями, подсвечниками. Громоздкие картины с изображениями чьих-то лиц. Хрустальные люстры, окна со шторами из красного бархата. Пол выложен из чёрных и белых плиток, создающих впечатление огромной шахмотной доски, а поверх этого перфекционистского наслаждения красуется красный ковёр.  — Вижу, что тебе нравится то, что ты видишь, — ухмыляется Ким.  — Конечно нравится, это же великолепно! — Полностью с тобой согласен. Ну-с, идём в твою комнату? Заодно познакомишься со своим соседом, он должен быть на месте.  Как оказалось, комната Джисона располагается на третьем этаже. И какого же было его удивление, когда он зашёл в свою «комнату», а увидел помещение, больше похожее на зал.  — Э-э…  — Настораживает, не так ли? Как ты уже понял, условия здесь намного лучше, чем в обычных учебных заведениях, и вместо комнаты с двумя койками, тут что-то типо полноценных квартирок. Вон там, — Сынмин указывает рукой на дверь справа, — комната твоего соседа, а эта твоя. Джисон предпочёл сначала все же познакомиться с соседом. Потому, радостно улыбнувшись и сверкнув белизной зубов, Сынмин ворвался в чужую комнату без стука.  — Проснись и натягивай трусы, у тебя гость! Незнакомый парень спокойно сидел на.. двухспальной кровати!? И в недоумении уставившись на прибывших парней, кинул подушкой в форме черепа в Сынмина.  — Какого чё-ёрта, Мин? Ты внушаешь ему неверное первое впечатление обо мне! Когда это я без трусов ходил?! — тянет русоволосый.  — Наличие трусов не делает из тебя порядочного человека!   Подушка летит обратно в ее владельца.  — Сынмин, ты обкурился? — Почему вы все обвиняете меня в этом? Что я вам сделал?  — Так, все, замолчи, новенький скоро убежит отсюда, — парень встаёт с кровати, подходя к Джисону и протягивает свою руку. — Я — Со Чанбин, 1 курс, умбракинез и фазис.  — Умбраки... что? — не расслышал Хан.  — Умбракинез — это управления тенями. Я могу исчезать в тени, появляться из тени, управлять ее передвижением, создавать всякие штуки из тени и все в таком духе, а фазис — это способность проходить сквозь стены, предметы и людей.  — Ага, а ещё при неумелом использовании можно застрять в стене, или в том же человеке, провалиться к ядру земли и раствориться, — прыскает Сынмин.  — Завались, — закатывает глаза оскорбленный Чанбин. — Так, ладно, пошли ты посмотришь на свою комнату, а потом мы пойдём по магазинам, чтобы ты украсил своё гнёздышко по феншую.  — Стой, погоди, у меня нет с собой столько денег.  Со изогнул бровь. — Ты сумку свою проверял?  Теперь бровь изогнул Джисон. Открыв свой маленький багаж, Хан увидел пачки денег, которые лежали поверх тех вещей, что он с собой привёз. — Ч-что.. откуда?  — О, это все система «Астериум». Это начальный взнос, потом тебе придётся зарабатывать деньги своими навыками. — Вмешивается Сынмин. — В каком смысле? — Это что-то типо стипендии, все твои заслуги: хорошие оценки, помощь преподавателям, победа в бое и все в этом духе будет приносить тебе прибыль.  Позже Сынмин и Чанбин поведали Джисону о здешних правилах. Не сказать, что они были какими-то слишком строгими. «Общежитие закрываются ровно в одиннадцать, поэтому, если опоздаешь, то комендант подпалит твой зад с помощью своего дракона». Именно так и звучало первое правило. На вопрос «Каким образом, драконов же не существует?» Сынмин захохотал и указал пальцем на маленькое сооружение, больше похожее на будку для большой собаки, из которой высунулась белая вытянутая мордочка.  — Это Дайнерис, дракон директора, и, если ты не заметил, она следит за тобой с самого прибытия. У неё четыре крыла и она дышит электричеством, не советую дерзить ей, она крайне обидчива, шибанёт током — мало не покажется.  Все последующие правила касались исключительно дисциплины. В итоге Джисона все устроило. После прослушивания лекции от старосты, Джисон всерьёз задумался о своей комнате и решил, что было бы хорошо отправить половину имеющихся средств Субину, как вдруг Сынмин сразу же остановил его, сказав, что это запрещено правилами.  Личное пространство Чанбина полностью ему подходило. Чёрные шторы, постельное белье, подушки в форме милых черепов и искусственный скелет, украденный из кабинета биологии, в чёрной футболке. Это должно выглядеть устрашающе, но Джисон находил в этом свой шарм. Есть что-то в этой тёмной ауре Чанбина очаровательное.  Сам же Хан остановился на готическом стиле. Ему нравится подобное, но в таком случае нужно побольше света. Он купил несколько мотков светящейся гирлянды, ковёр в виде доски Уиджи, который одобрил Со, несколько ночников, подушки с изображением любимых аниме персонажей. Не совсем готика, но и не ангельское убежище. На обратном пути Чанбин с Джисоном пошли в магазин за ночным перекусом, а Сынмин удалился в связи с обязанностями старосты. Завтра действительно важный день. 

ೋ❀❀ೋ═══ ❀ ═══ೋ❀❀ೋ

— Проснись и пой, маленький Феникс, настало время перерождаться! — радостно воскликнул Чанбин, резким движением раздвигая шторы в комнате соседа.  Джисон поморщился и накрыл одеялом голову. — Ещё пять минуточек.  — Две.  По истечении этого короткого срока Со просто стянул с друга то самое одеяло, слыша недовольное пыхтение от свернувшегося в клубочек парня.  Собрание состоялось ровно в 10, а Чанбин, как самый настоящий прилежный ученик (читать как оболтус, который получает хорошие оценки за подвешенный язык) поднялся и разбудил Джисона аж в 8 утра. Парни по очереди приняли душ и, собравшись, вышли из своих комнат, направляясь в основное здание. По дороге туда их встретил сонный Сынмин, явно не довольный ранним подъемом, а за ним, как за самой настоящей мамой-уткой, выстроившись в цепочку шагали такие же невыспавшиеся первокурсники.  — Доброе утро, утка Мо, — воспарял духом Чанбин.  — Не доброе утро, ошибка человечества.  — Вижу, ты сегодня не в духе? — подмечает Джисон.  На самом деле Хан не понимал, как ему все ещё удаётся сохранять спокойствие и свободно общаться с кем-то помимо тараканов в своей голове. Ещё вчера все его мысли были заняты запоминанием полученной информации, а сегодня он общается с этими парнями, словно они знакомы не первый год. Куда подевался тот самый несоциализированный, зашуганный подросток?  Осень была в самом разгаре. Виды открывались просто невообразимые. Джисон любил осень, потому что считал это время года самым атмосферным. Все те растения, что украшали территорию академии окрасились в оттенки красного и золотого, создавая поистине волшебную картину.  Он очень надеется, что в дальнейшем все его предубеждения просто исчезнут, как страшный сон, и у него наконец-то появятся друзья. Он перестанет бояться людей и самого себя.  Все шло просто замечательно до тех пор, пока он не шагнул за дверь основного корпуса.  Все взгляды моментально устремились на него, будто он самый разыскиваемый преступник этого мира. Руки мелко задрожали, а сам Хан пытался списать все на очередной приступ паранойи или тревожность. Проходя вглубь толпы, дышать становилось все тяжелее и тяжелее, места становилось все меньше и меньше, люди будто специально сдавливали его к центру. Учащенное дыхание Джисона не осталось незамеченным.  — Ты в порядке? — обеспокоено спросил Чанбин.  — Д-да, все нормально.  — Выглядишь хреново, что-то типо страха толпы?  К удивлению Джисона, друг попал прямо в точку.  — Да...  — Не кипишуй, смотри че могу!  После этих слов Чанбин поднял руки вверх, хмуря свои брови, ровно в этот момент вокруг Хана образовалось что-то похожее на защитный круг, который обычно изображают на земле солью, кровью или песком для сдерживания нечисти, только этот был из... темноты? Как только тёмный круг сомкнулся, все люди, сдавливающие Джисона будто отодвинулись.  — Ну вот, теперь никто кроме меня не сможет подойти к тебе ближе, чем на метр! — просиял Со.  Джисон был удивлён. Нет, он был по-настоящему шокирован! — Спасибо! Я обязательно отплачу тебе за то, что ты сделал!  — Можешь просто купить мне обед сегодня, — подмигнул парень.  Через 15 минут на балкончике этажом выше показался директор академии. Мужчина выглядел статно и полностью походил на тех самых волшебников из детских сказок. Длинная мантия, волочащаяся за ним по пятам, посох, больше похожий на обычную корягу с каким-то камнем на вершине, и незамысловатая шляпа фокусника.  — Приветствую вас, уважаемые студенты! Я — Астер Силент д’Аврор Эклипс, основатель этой волшебной академии. С сегодняшнего дня вы начинаете свой путь к познанию магического мира, его правил и законов. Вы становитесь полноценной частью целой системы, без которой не может существовать жизнь. Большинство из вас познали свою силу совсем недавно, и наша академия научит вас пользоваться ей. Все ваши занятия будут проходит в соответствии с вашими способностями и возрастом. Кто-то может находится на разных факультетах, но пары у вас могут быть совместными, так как та или иная дисциплина нужна для изучения обеих способностей. Если у вас останутся вопросы после сегодняшней встречи, вы всегда можете узнать ответ у 3 каменных сестёр, в самой высокой башне этого крыла. Ваше расписание висит во всех корпусах на каждом этаже, учебные пособия и прочие вещи раздадут вам на выходе. Так... Я что-то забыл? — мужчина оглядел свои руки. — Ох, как я мог выйти к вам в таком виде!? — Силент стукнул посохом по полу и вокруг него закружились звезды, после чего на месте той самой мантии и шляпы фокусника появился деловой костюм и заплетенные в длинную косу волосы. — Прошу прощения за такой казус. Итак, дамы и господа, сейчас я объявлю старост ваших групп. За всех первокурсников отвечает Ким Сынмин — кибертация и киберпатия. Этот молодой человек — важное звено среди наших кадров, также Сынмин входит в состав студенческого совета. Прошу сильно не нагружать его, у него и так дел по горло.  Макушка Сынмина показалась на том самом балкончике сразу после того, как его личность была оглашена. Уже второй год Ким стоит рядом с директором академии и в такие моменты он чувствует себя просто невообразимо. Куча склонившихся голов с интересом разглядывает его лицо и одежду. Все эти люди там, внизу, пытаются определить, к кому как относиться, кого уважать чуть больше, а кого меньше. Затем обьявили старост других факультетов, все проходило громко, как вдруг на объявлении последнего старосты все вдруг замолчали.  — Итак, последний и, наверное, самый важный кадр уже на протяжение 5 лет. Бан Кристофер Чан — некромантизм, чернокнижник. Глава студенческого совета и моя правая рука! Я назвал его старостой, но на самом деле, его должность более серьёзная. Он следит за порядком во всей академии и помогает составлять учебные планы для всех вас, цените его, он внёс огромный вклад в развитие магии, несмотря на то, как молод, — на балкон вышел парень среднего роста с безумно красивыми четкими чертами лица, выразительными губами и кудрявыми волосами черно-белого цвета. Немного напоминает далматинца. Он был одет во все чёрное. Чёрная водолазка и широкие классические брюки подчеркивали его подтянутое тело. Кажется, Джисон слышал, как девушка неподалёку от него сглотнула.  — На этом наша встреча подходит к концу, удачи во всех ваших начинаниях, мы надеемся на вас!  — Он, что, правда мертвых воскрешает? — прошептал Джисон.  — Некромантия — одна из самых сложнейших видов магии. Этот парень, насколько я знаю, уже на 5 курсе, но до этого года ему было запрещено заниматься воскрешением мертвых. Честно, не завидую ему, чтобы познать азы его стихии, ему требуется пять лет, а чтобы быть асом в том, что он делает, ему понадобится целых 10. Я бы столько учебы не осилил. — хихикает Чанбин.

༺》♡《༻

— Слушай, а как ты понял, что ты маг? — шепчет себе под нос Джисон, сидя на ковре в комнате Чанбина. — Я с детства боялся темноты, — начал Со. — Постоянно просил маму или папу оставаться в моей комнате по ночам или в тайне от родителей пробирался к ним в комнату и ложился рядом. Это не было самовнушением. Я на полном серьезе не мог спать, потому что видел фигуры в темноте, которые говорили со мной. Они пытались что-то рассказать, но я был маленьким и трусливым ребёнком, я закрывал уши подушкой, лишь бы не слышать этот ужасный шёпот. Мама терпела это все плоть до моих 9 лет, а отец сильно злился на меня, называя плаксивой девчонкой. Я же так не считал и отчаянно пытался доказать, что то, что вижу — не выдумка, а самая настоящая реальность, но кроме меня никто не видел ни фигур в темноте, ни всех тех монстров, что околачивались рядом с людьми на улице. В 11 лет в нашей семье произошла серьёзная ссора на почве моих видений, после которой папа решил, что я просто ребёнок с шизофренией. Он водил меня по врачам, которые разводили руками, не зная, что мне диагностировать, ведь я преуспевал в школе и вообще никак не отличался от своих сверстников в плане развития. Потом у меня начались сеансы с психологом, который подтвердил мою шизофрению.  — Подожди, в каком смысле подтвердил? Ты же не... — Да, у меня нет никакой шизофрении, вероятно, отец просто подкупил психолога, чтобы разобраться со всем и перестать думать о непутевом сыне. Меня пичкали лекарствами, пытаясь вызвать ремиссию. Всем было плевать, что мои видения, — на последнем слове Чанбин жестом показал кавычки, — не прекращались, а состояние ухудшалось. Под действием каких-то сильных антидепрессантов я лежал в своей комнате, уставившись в потолок. Мне было настолько плевать на все, что происходило вокруг меня, как вдруг я вновь услышал шёпот. И впервые в жизни послушал то, что мне говорят, а не стал убегать. Сказать, что я был шокирован, хотя все ещё находился в состоянии зомби с пробитой башкой, — ничего не сказать. Все эти человеческие и изувеченные фигуры в тени просили спасти их.  Джисон в изумлении смотрел на Чанбина.  — Я не понимал, что мне делать, и переспросил вслух, не послышалось ли мне. В ответ более громкое «Спаси нас». А затем я услышал голос прямо за моей спиной, который без устали твердил мне, что я молодец, что я поборол свой страх и теперь мне необходимо помочь тому, что является частью меня, чтобы познать свой разум.  — Это чертовски запутанно, неужели нельзя было сказать попроще? — Вот именно! Об этом я и думал все ночь после этого! В общем, тень рядом со мной объяснила мне, что я должен просто выставить руку и сказать слово «пара́микус». После этого все то, что мучало меня на протяжении 12 лет, исчезло. Вот так я и познал свою магию. Бояться не перестал, конечно, начал хвастаться этим в школе, чем распугал всех своих друзей и проблем от этого понабрался. Меня продолжали пичкать таблетками, хотя я перестал жаловаться на видения, но моему отцу было плевать, и вот, мне 17 лет, и я здесь, с тобой, — просиял Со.  — А как ты сейчас? Тебя не мучают последствия от приёма лекарств? — Думаю нет, но триггер у меня теперь на все, что связанно с психологами, врачами и подобной чушью.  А затем Джисон поведал соседу о своей истории. Сняв тяжелый груз со своих плечей собственными руками, рассказал все в мельчайших подробностях, вздрагивая при упоминании недавнего инцидента.  — Иди сюда, — подзывает Чанбин, хлопая по месту на кровати рядом с собой.  Джисон медленно поднимается с ковра и подползает к другу, как вдруг чувствует тепло чужих рук вокруг шеи и на затылке.  — Ты молодец, Феникс. Ты сильный человек.  Ответив Чанбину на объятия и уложив свою голову ему на плечо, Хан спросил:  — Почему ты называешь меня фениксом? — Потому что ты пиромаг, а ещё за тобой по пятам постоянно шатается тень феникса.