Вселенная и мы и ночь🌔

— Это странно, Вы не находите? Хонджун лежал на кушетке и смотрел в потолок. — Что конкретно? — Сонхва сидел рядом в кресле и что-то быстро печатал на планшете. — То, что я лежу, а Вы сидите.       Не отрываясь от планшета, Сонхва пожал плечами. — Хотите поменяться местами, или мне с Вами рядом прилечь?       Хонджун усмехнулся. Он имел в виду вовсе не это. Этот доктор Пак вообще не похож ни на одного врача, с которыми Ким общался ранее. Во-первых, он всё время будто бы не здесь. Но каким-то образом крайне внимателен к мелочам. Сперва Ким думал, что ему просто похуй, и он постоянно что-то пишет или читает и не слушает Хонджуна. Но стоило тому отклониться от темы или начать нести откровенную чушь, как Пак сразу это понимал. К концу первой недели их знакомства Хонджун понял, что Сонхва работает в режиме многозадачности и выполняет несколько дел одновременно в своей голове. Тело же занято вообще чем-то другим.       Во-вторых, Пак ни разу не задал стандартных вопросов, касающихся биографии. Родился, учился, женился. Его это словно не интересовало. Зато его искренне волновала перспектива. Он постоянно просил Хонджуна описать своё будущее. Завтрашний день, через год, через десятилетие, спустя век… — В каком смысле? — напрягся Хонджун. — В гипотетическом, — Сонхва оторвал взгляд от планшета и посмотрел на Кима, наверное, в первый раз за час. — Если бы Вы, к примеру, были бессмертны. Хотелось бы Вам заглянуть в будущее настолько далеко? — А разве только моё желание является основополагающим моментом в данном вопросе? — улыбнулся Ким. — Только оно и является, — спокойно ответил Сонхва, возвращая своё внимание чему-то крайне интересному в планшете. — То есть тот факт, что человек смертен, а зачастую ещё и внезапно смертен, для Вас не аргумент? — Нет. Но речь не обо мне, — Сонхва отложил планшет и потянулся, разминая плечи и шею.       Хонджун рассматривал его, не стесняясь. Впервые за последнее время он перестал замечать, как долго и нудно тянутся дни. Неделя пролетела для него мгновенно, и он подумал об этом только что. У него появился интерес, и этот интерес сейчас сидел перед Кимом и, прикрыв глаза, растягивал мышцы, заводя руки за голову.       Ким задумался о том, чего он хочет. У него в голове крутилась навязчивая идея проследить за этим доктором и узнать его тайны, какими бы они ни были. Тот странный случай в переулке не выходил у Хонджуна из головы. Но Пак никак не мог быть тем же самым человеком. У него даже голос был другим. Если бы не запах. Хонджун не мог ошибаться. Впрочем, был ещё вариант, что Пак скрывает брата. В любом случае, сев ему на хвост, можно было это выяснить. — О чём задумались, господин Ким?       Хонджун вздрогнул. Сонхва смотрел насмешливым взглядом, и Киму на секунду показалось, что тот знает его мысли. «Бред», — мелькнуло в голове. — Ни о чём. А о ком, — Хонджун смотрел в ответ не моргая. — О ком? — О Вас. — Очень интересно. Не поделитесь?       Насмешка пропала. Сонхва не пытался шутить, а, казалось, даже напрягся. — Отчего же нет. Конечно, поделюсь. Вы мне нравитесь. Я крайне заинтересован.       Ким скользнул взглядом по фигуре Пака, и тот, естественно, понял этот недвусмысленный посыл. — Секс? — Сонхва усмехнулся уголком рта. — Профессиональная этика не позволяет? — Хонджун не хотел говорить с вызовом, получилось само собой. — Её не существует. Это просто красивые слова, господин Ким. — Это значит да? — Это значит, что Вы усложните себе жизнь. Но если Вы пришли за этим, то Вам и карты в руки. Имейте ввиду. Вам следует сперва разобраться в себе. Через кого бы то ни было Вы свои проблемы не решите, — Сонхва откинулся в кресле, будто сбросив напряжение.       Хонджун последовал его примеру и отвернулся, снова гладя в потолок. — У меня нет проблем, доктор Пак, кроме того, что мне невыносимо скучно. — Вот мы и вытащили на свет то, что Вы и так прекрасно знали, — Сонхва тихо рассмеялся. — Обзаведитесь парочкой проблем, господин Ким. Жизнь заиграет новыми красками. — Новых красок не существует. Вы не хуже меня это знаете. Такой совет я мог бы дать сам себе бесплатно. — Я верну Вам деньги, если вопрос только в этом.       Этот доктор Пак определённо нравится Хонджуну. Он давно не чувствовал себя таким живым. Он забывает о холоде и жажде. И иногда ему даже кажется, что его мёртвое сердце трепещет. Фантомные боли на месте отсутствующего органа. Кажется, это так называют. — Нет уж, господин Пак. Я буду покупать ваше время, пока мне не надоест, и пока Вы его продаёте. Потому что я так хочу. — Справедливо, — пожал плечами Сонхва. — Захотите продать что-то ещё, я с удовольствием куплю это, — произнёс Хонджун, вставая. Он встретил взгляд Пака, и ему показалось, что глубоко на дне этих чёрных глаз мелькнуло холодное изумрудное пламя. Сонхва молча поднялся и проводил Хонджуна. Они пожали руки и разошлись.       По дороге домой Хонджун думал о том, что организовать слежку достаточно просто и этим нужно заняться немедленно.

⊹⊱•••《 ✮ 》•••⊰⊹

— Здесь красиво.       Молодой хорошенький мальчишка задыхается от страсти. Он не знает, куда деть руки. В его огромных, широко распахнутых глазах отражается море городских огней. Пытаясь перевести дух, он откидывается на спинку сиденья Бугатти. Хонджун тяжело дышит ему в шею, ощущая довольно приятный и часто встречающийся аромат среди людей этого возраста. Жажда жизни. У этого мальчика ещё всё впереди, ведь ему даже нет восемнадцати. Кто вообще пускает в клубы несовершеннолетних? Хонджун привёз его на смотровую площадку за городом. Отсюда отличный вид на ночной Сеул. Море света и открытого воздуха. Романтика. Дети это любят. Хонджун слушает рваное биение чужого сердца. Словно котик урчит так громко и тепло… — Пойдём на воздух, — шепчет он и переплетает холодные пальцы с дрожащими пальцами юноши.       Тот смотрит на красивое лицо Хонджуна и кивает. Ким нравится ему. Своим напором и опасностью. Он взрослый, богатый и нежный. Не говорит пошлостей и не ведёт себя как мразь. Его прикосновения — электрический ток. Они выходят из машины. Ким ненавидит пачкать салон. Он прислоняется к капоту и протягивает руку. — Иди сюда, — зовёт он парня.       Мальчишке на секунду кажется, что у Хонджуна красные глаза. Возможно, это просто блики, отсветы неона далеко внизу, под ними. Хонджун притягивает к себе парня и прижимается к его спине, сцепляя руки у него на груди. Тот откидывает голову Хонджуну на плечо и закрывает глаза. Хонджун не любит, когда дёргаются, но ломать шею мальчику не хочет. Тот слишком слабый, и его сопротивление не будет значительным. Ким сильнее прижимается к нему, обвивая руками и ногами, и впивается в беззащитную шею, так любезно открытую перед ним. Парень дрожит и хватает ртом воздух. Его руки пытаются расцепить железную хватку Хонджуна, но это бесполезная затея. Его предсмертная агония больше похожа на дрожь оргазма. Его трясёт всем телом, и его огонь трепещет, угасая на ветру. Хонджун пьёт, закрыв глаза, и по его телу растекается тёплое и густое, словно мёд, желание жить.       Он размыкает объятия, и тело падает к его ногам с глухим звуком. Хонджун отряхивает руки. Сидя на капоте, он достаёт сигареты. Закуривает с наслаждением. Ему тепло и хорошо. В такие моменты он иногда чувствует себя счастливым. Шорох шин вырывает Кима из раздумий. Неподалёку, за деревьями, прямо у края смотровой площадки останавливается автомобиль и сразу гасит фары. Хонджун усмехается. Надо бы спихнуть тело с обрыва, пока его тут не застали. Он слышит хлопок двери и неспешные шаги. У Хонджуна отличное зрение. А в темноте он видит, словно кошка. Ему прекрасно видна высокая стройная фигура мужчины, вышедшего из автомобиля и открывающего багажник. Ким ощущает нечто странное. Ему неуютно и тревожно. И вовсе не потому, что незнакомец вытаскивает из багажника тело, перекидывает его через плечо и спокойно идет к обрыву. А потому, что ветер доносит до Хонджуна до боли знакомый запах. Доктор Пак сбрасывает тут слишком надоедливых пациентов? Какая прелесть. Хонджун встаёт с капота и толкает тело несчастного юноши ногой. Оно скатывается вниз с негромким шорохом, и на площадке остается лишь курящий рядом со своей машиной Ким Хонджун. Он смотрит в ту сторону, куда ушёл Пак, и не видит его. Его машина стоит там же. Значит, скоро вернётся. Чудесный аромат свежескошеной травы щекочет ноздри. — Привет, — голос низкий и немного хриплый, сексуальный, тёплый, даже горячий. Но это сто процентов не голос доктора Пака.       Хонджун оборачивается. Голос не его, а вот всё остальное… Абсолютно тот же самый человек, только глаза ярко зеленые, изумрудные и неестественные. И тот же самый аромат. — Следишь за мной? — тёплая хрипотца этого голоса нравится Хонджуну. Он улыбается: — С чего ты взял? — В прошлый раз ты пялился на меня в переулке возле клуба. Сегодня здесь. Какова вероятность случайности наших встреч? — человек с внешностью Пака улыбается одним уголком рта.       Хонджун пожимает плечами. Протягивает парню сигареты. Тот кивает и берёт одну, не отрывая взгляд от Кима. Хонджун чиркает зажигалкой. В её свете он внимательно разглядывает красивое, надменное лицо. — Как тебя зовут? — спрашивает Хонджун. — Сэён, — парень выдыхает дым Киму в лицо. — А тебя? —Хонджун, — Ким затягивается и наблюдает, как Сэён разглядывает его. —Ты меня преследуешь, Хонджун? — парень снова выдыхает дым и облизывает губы. — Я вижу тебя второй раз. Пока маловато для сталкера, — усмехается Ким. — Жаль.        Сэён смотрит откровенно и развратно. Хонджун едва не задыхается от этого взгляда. Впервые за несколько лет ему хочется секса. Сэён докуривает и, выбросив сигарету, уходит к своей машине. Хонджун набирает Ёсана и недолго говорит с ним по телефону. Слежка за Паком начнётся завтра с утра…

⊹⊱•••《 ✮ 》•••⊰⊹

      Когда Хонджун был молод, он любил играть. Человеческие чувства его живо интересовали. Ему хотелось быть в бурлящем потоке эмоционального накала, и он бывал излишне драматичен. Многие ему подобные заводили себе пару. Обращали и оставались рядом вечно. Хонджун когда-то тоже подумывал об этом. Но так и не смог встретить человека, который завладел бы его вниманием надолго. О вечности и речи не шло. Одиночество не тяготило Кима. А последние несколько лет он вообще не ощущал ничего, кроме жажды крови, своей единственной потребности, залога своего существования. И вот сегодня он проснулся в шикарной холодной постели один, и у него скрутило живот от возбуждения. Ему приснился странный сон, в котором его страстно целовал Сонхва, и Ким никак не мог увидеть цвет его глаз, потому что они были закрыты. Хонджун всегда шёл на поводу у своих желаний. Тот факт, что он в принципе что-то захотел, уже служил обоснованием для перехода мыслеформы в физическую плоскость. Моральные аспекты и прочая ересь Хонджуна не волновали. Более того, ему это и в голову бы не пришло. Волноваться о подобном. Он встал с утра с хреновым настроением и крепким стояком и отправился в душ. Дрочить на образ Пака — дело гиблое. Хонджуну всё равно этого не хватит. А значит, надо собираться и ехать на приём. Иной физической плоскости для осуществления фантазии пока не предвиделось.