Do you dream of me?

Глава 2

Хоб обнаружил себя в коридоре, обе стороны которого тонули во тьме. Позади него была стена, а спереди – грубая стальная решётка, как в тюремной камере. Хоб сразу осознал, что он во сне, осматриваясь. Он понял, что этот сон был навеян ему размышлениями о пленении его друга. Хоб всматривался в темноту камеры, ожидая увидеть того. Чёрный силуэт, которого секунду назад там ещё не было, шевельнулся, медленно оборачиваясь. В светло-зелёном неестественном освещении бледное лицо его друга казалось особенно потусторонним. - Признаюсь, поначалу ты даже напугал меня, Хоб Гэдлинг, - с упрёком произнёс тот, оценивающе глядя на Хоба. Хоб внимательно посмотрел на него, сузив глаза. Его друг снился ему слишком много раз и он был уверен, что ни разу тот ещё не был так похож на себя настоящего. Думая о том, что это связано с недавней встречей и обновлёнными воспоминаниями, Хоб ответил: - Рад видеть тебя, но подожди, это место... - Хоб сосредоточился, махнув рукой. Он всегда делал так в осознанных снах, меняя окружающую обстановку. Ничего не произошло и он нахмурился. Незнакомец слегка выгнул бровь, подходя ближе прямо сквозь решётку. - Не понимаю, - пробормотал Хоб, немного сбитый с толку. Ещё ни разу, осознав себя во сне, он не чувствовал невозможности что-то изменить. Хоб вздохнул и посмотрел на друга. - Ладно, не важно. И чем я тебя напугал? Незнакомец осмотрел помещение, в котором они находились. - Поначалу мне показалось, что кто-то снова использует заклинание призыва, - задумчиво посмотрев на него, спокойно сказал он, - но оказалось, что это ты взываешь ко мне в своём сне. Хоб, окончательно сбитый с толку, сделал неосознанный шаг назад, прислоняясь спиной к стене. Что-то подсказывало, что тот, кто стоял перед ним, не был вымышленной проекцией. Он был тем самым. Это никак не укладывалось в голове Хоба и он впервые за время их встреч не мог сразу подобрать слова. - Я… не призывал тебя, по крайней мере - не специально. Разве такое вообще возможно? Я просто, - Хоб тоже огляделся по сторонам, - много думал о том, о чём ты упомянул, вот мне и приснилось что-то такое. Так часто бывает, когда сильно сосредотачиваешься. - Ты думал о заточении, в котором я был? – в голосе было удивление, смешанное с недоверием. Это разозлило Хоба. - Конечно думал, чёрт возьми, - возмутился он, - или я должен был решить «а, мой самый давний друг пережил что-то ужасное, о чём даже не может говорить, но плевать, лучше подожду ещё сто лет и расскажу ему о новых трендах в соцсетях, если они всё ещё будут популярны или о…» - Я понял, - перебил его Незнакомец. - Просто не думал, что… - Что кому-то будет не плевать? – спросил Хоб, задетый. - О чём ты вообще слушал последние шестьсот лет? Люди переживают за своих близких. Мне очень жаль, что ты столкнулся с одними из худших представителей человеческого вида, но не стоит думать, что все люди одинаковые. И тем более не стоит думать, что мне всё равно. Хоб смотрел на него с вызовом, рассудив, что тот сам пришёл в его сон (хотя он и не понимал пока, как) и здесь он имеет полное право говорить правду так, как считает нужным. Незнакомец долго молчал, стоя неподвижно, как статуя и Хоб не мог ничего прочесть в его мерцающих в темноте глазах. - Всё было совсем не так, - вдруг сказал он очень устало, слегка мотнув головой в сторону. - Хочешь рассказать?.. - тихо предложил Хоб. Помещение вокруг них поблекло, смазалось и буквально растворялось на глазах. Незнакомец не ответил, только сделал шаг ближе, крепко схватив Хоба за предплечье. Хоб не успел ничего сказать, когда пространство сильнее поплыло, завертевшись, растекаясь пятном. Когда всё успокоилось, окружение изменилось. Оно было не очень чётким, рябило и расплывалось по краям. Незнакомец отпустил его и Хоб сделал несколько шагов назад, оглядываясь по сторонам. Помещение было большим, с каменными стенами и колоннами. В центре мрачной комнаты – ров, наполненный чёрной водой, почти идеально круглый, не считая узкого прохода. А в самом центре его – стеклянная сфера на цепях. Какой-то седой мужчина стоял напротив сферы, но совсем не замечал их присутствия, глядя на то, что было внутри. Хоб знал, что он увидит, но всё равно бросился к центру комнаты. Он только мельком взглянул на лицо старика, который не был ему знаком. Рука Хоба слегка дрожала, когда он опустил её на прохладную поверхность стеклянного шара. Расширившимися глазами он смотрел на заключённого в сфере друга. Болезненно худой и обнажённый он сидел в неудобной позе, не шевелясь, с ненавистью глядя на стоящего перед ним человека. Хоб хотел отвернуться, но не мог, в ужасе глядя на пленника. Он заставил себя опустить руку и сделать несколько шагов назад по влажному полу. С трудом Хоб обернулся и посмотрел на нынешнюю версию его Незнакомца. Он стоял неподвижно и напряжённо, не глядя в центр комнаты и выглядел ещё более больным, чем до этого. Хоб в несколько прыжков сократил расстояние до друга, вцепившись в его руку. - Не знаю, как ты это сделал, но прекрати это немедленно! Его Незнакомец махнул рукой и комната исчезла. Хоб потратил всего секунду на то, чтобы оценить новую обстановку. Было пасмурно. Они стояли на бескрайней зелёной поляне без деревьев. Хоб разжал пальцы и сделал шаг назад, запуская руку в волосы. - Чёрт возьми, не нужно было тебе снова оказываться там. Ты мог просто рассказать, - Хоб смотрел на неподвижную фигуру в чёрном. - Это было просто воспоминание. Решил, что лучше тебе самому увидеть место, в котором я провёл сто шесть лет. Это поможет тебе быть осторожнее. Хоб сделал несколько хаотичных шагов, обеими руками потирая лицо. - Сто… сколько? Твою мать… Незнакомец молча смотрел в пространство. Он стоял ровно, с опущенными руками. Взгляд его был почти пустым. - Мне так жаль, - сказал Хоб, приближаясь и обнимая неподвижного Незнакомца поверх рук того. – Я должен был узнать, что произошло, чёрт, я должен был что-то сделать. Хоб опустил голову, уткнувшись в плечо друга, бессвязно повторяя одно и то же. - Ты не смог бы, - так и не пошевелившись и не расслабившись, ответил тот очень устало. - Ты не можешь знать, - возразил Хоб. - Я бы что-то придумал. Незнакомец выскользнул из его объятий, опускаясь в траву. Хоб присел рядом и обнял его за плечи, продолжая говорить: - Я должен был начать искать тебя, когда ты не пришёл. Я такой идиот, я думал, что ты обиделся на меня. Я так жалею, что… - Не стоит, - Незнакомец накрыл своей рукой руку Хоба, обнимавшую его. – Ты ни в чём не виноват, Хоб Гэдлинг, но мне приятны твои слова. Хоб не понял, в какой момент пошёл дождь. – Я надеюсь, что такое никогда не повторится, но если что-то подобное всё же случится снова, я обещаю, что не оставлю это так, - сказал Хоб, глядя на то, какими красными и влажными стали голубые глаза его друга. - Ты не можешь обещать такое, - снисходительно ответил Незнакомец, не глядя на Хоба. - Но делаю. Я даже не представляю, что пришлось тебе пережить, думая, что ты совсем один и никому нет дела… Хоб задумался, были ли у его Незнакомца какие-то друзья или родственники, которые могли знать о том, что с ним происходило и заметить его исчезновение, или он действительно был таким одиноким, каким казался Хобу все эти столетия. Хоб плавно водил рукой по спине своего друга. Пальто промокло. Чёрные волосы Незнакомца прилипли к его лицу. Он выглядел, как мокрый чёрный кот – недовольный, грустный, но в то же время ужасно милый. Какое-то время они сидели молча, но потом Незнакомец тихо заговорил. Это явно давалось ему с трудом. Он говорил мало и очень уклончиво, так и не объяснив, кто он и почему его схватили. Назвал только имена своих пленителей, их ультиматумы и требования. Хоб не задавал вопросов, позволив ему самому решать. Он просто не отпускал его и слушал, а когда тот замолчал, они продолжили сидеть так какое-то время. - Ты не перестаёшь удивлять меня, Хоб Гэдлинг, – сказал Незнакомец, отстраняясь и вставая. Хоб поднялся следом и пожал плечами. - Спасибо, что рассказал. Не знаю, как ты попал в мой сон. Но если ты так умеешь – можешь делать это снова, если захочешь поговорить, – Хоб улыбнулся. - Кстати, как ты это сделал? - Мы продолжим этот разговор в другой раз. До свидания, друг мой. Последние слова Хоб расслышал с трудом, уносимый каким-то мягким потоком. Мужчина открыл глаза и сел в кровати. Минуту он просто смотрел в центр комнаты, а потом потёр лицо рукой. - Что это, чёрт возьми, было? – прошептал он, откидываясь обратно на подушки. К чёрту сны, решил Хоб. К чёрту даже осознанные сны. То, что случилось с ним сегодня – выходило за рамки его знаний. Он был благодарен своему другу за некоторую долю откровенности и решил не расспрашивать его о том, кто он такой, но, проснувшись, не мог не задуматься. Когда-то давно он думал, что его друг – демон, но позже решил для себя, что он кто-то вроде неизвестного Хобу бога. О каких только богах люди не писали истории. Вполне возможно, что Незнакомец был кем-то из них или прототипом кого-то из них. Он определённо не был просто человеком с магическими способностями. На самом деле, Хоб старался реже думать об этом. Идея того, что он считает самым близким существом какое-то божество была слишком безумна даже для того, кто неожиданно стал бессмертным. Даже имя его друга Хоб хотел узнать в основном для того, чтобы перестать называть его Незнакомцем про себя. Конечно, ему было любопытно и первые встречи он часто спрашивал об этом, но потом просто привык, где-то глубоко внутри даже опасаясь узнать правду. Если его друг действительно окажется богом, то итак ощутимая разница между ними станет только более явной. Хоб помнил фамилию похитителей и потянулся к телефону. Он легко нашёл информацию о человеке, которого считали магом и который, по слухам, держал дьявола в своём подвале. Хоб был уверен, что дьяволом его друг не был. Хоб узнал и увидел много жуткого во сне, но всё равно был доволен. Он надеялся, что хоть немного помог Незнакомцу своей поддержкой и достаточно уверенно дал понять, что тот может обращаться к нему в любое время. Это внушало как надежду на то, что тому станет легче, так и на то, что их встреча может произойти снова намного раньше, чем через сто лет.

***

Со встречи во сне прошло несколько недель. После того случая Хобу ни разу не снились осознанные сновидения или сны о его друге. Все его сны были совершенно обычными и непримечательными, большую часть которых он даже не помнил. Хобу всё ещё было любопытно попасть в любой осознанный сон, просто чтобы понять, сможет ли он управлять им, как раньше, или после того случая с темницей он разучился это делать. Хоб сомневался, что можно «разучиться». В последние годы теория осознанных сновидений стала научной. Наталкиваясь на какую-то информацию об этом, он иногда думал, что ван Эден был бы доволен узнать, что спустя столько лет люди всерьёз изучают то, о чём он говорил ещё в начале двадцатого века. В пятницу Хоб засиделся за работой намного дольше обычного. Он готовил лекцию о шестнадцатом веке, больше предаваясь ностальгическим воспоминаниям, чем записывая. Он и сам не заметил, как заснул на диване в гостиной. Хоб обнаружил себя сидящим на деревянной скамье за длинным столом. Он сразу понял, что спит и огляделся. Вокруг было много людей, одетых в давно устаревшую одежду. Светило яркое летнее солнце. Люди веселились и выпивали, повсюду были столы и лавки с товарами. Хоб понял, что оказался на ярмарке, больше похожей на то, как её представляют в двадцать первом веке, чем на то, как на самом деле выглядели ярмарки прошлого. Атмосфера была приятной. Хоб вернул взгляд на стол и обнаружил, что его пальцы переплелись со знакомыми бледными пальцами его друга. Хоб, улыбаясь, поднял взгляд на своего Незнакомца, собираясь что-то сказать, но замер. Это снова определённо была не та версия, которую ожидал увидеть Хоб, но та, которую желал видеть больше. - Ты снова сделал это, Хоб Гэдлинг, - укоризненно сказал Незнакомец и перевёл взгляд на стол между ними. Хоб убрал руки, обхватывая пивную кружку, которой секунду назад перед ним не стояло. - Что? - небрежно спросил Хоб, глядя на пивную пену. Он почувствовал себя глупо. - Призвал меня в свой сон. Хоб поднял взгляд на друга. Тот сидел прямо, но выглядел не так напряжённо, как в их последнюю встречу. Незнакомец требовательно смотрел на Хоба, явно ожидая объяснений. - Послушай, я ничего такого не умею. Не знаю, почему ты здесь, - Хоб рассеянно крутил кружку за ручку. - Не то, чтобы я не хотел тебя видеть, но подумал, что это обычный сон. Незнакомец небрежно окинул взглядом окружающую их обстановку. - Как долго это происходит? – задумчиво спросил он. - Что именно? – не совсем понял Хоб, проследив за взглядом друга. - Как давно я снюсь тебе, Хоб Гэдлинг? – вопрос звучал, как приказ и Хоб не мог соврать. - Больше ста лет, я думаю, - нехотя ответил Хоб, глядя на людей вдалеке, шумно спорящих о чём-то. Незнакомец молчал и Хоб понял, что от него ждут более развёрнутый ответ. Он снова поймал взгляд друга и спросил: - Что ты знаешь про осознанные сны? Хоб мог ожидать разной реакции, но чего он точно не ожидал, так это того, что его вопрос рассмешит Незнакомца. Его губы растянулись в улыбке, что, по мнению Хоба, в его случае вполне можно было определить, как смех. Но улыбка быстро сменилась надменным взглядом. Хоб не раз получал от него взгляд, в котором читалось что-то вроде «что за чушь ты только что произнёс?», но этот взгляд был особенно таким. - Я сделаю вид, что меня совсем не задела твоя реакция на мой вопрос, ладно? – махнул Хоб. Он не видел причин для этого. – Всё началось в 1916-м году, во время Первой мировой войны. Хоб рассказал про свой самый первый странный сон и увидел, как изменилось лицо его друга. Спустя мгновение Хоб понял, почему. - Это был тот год, когда этот идиот схватил тебя, - сказал Хоб. - Уверен, что это был тот самый день, - ответил тот, немного хмурясь, задумавшись. - Не похоже на совпадение. И те ощущения… чёрт, я не придал им значения, но этот сон был тревожным. Мне стоило ещё тогда задуматься о том, что что-то не так, – Хоб снова почувствовал злость на себя за своё бездействие, но его друг прервал его. - Что было дальше? Хоб рассказал о том, как сон повторился, но был ещё более расплывчатым, чем первый. Когда его рассказ дошёл до осознанных сновидений, он снова увидел это выражение лица, но проигнорировал его, продолжив. Он рассказал о ван Эдене и своих безуспешных попытках, стараясь игнорировать издевательский взгляд. Хоб ненадолго замолчал, а потом сказал: - Послушай, я вижу, как ты смотришь на меня и это раздражает. Ты можешь не верить мне, но спустя десять лет мне удалось контролировать свой сон. Это удивительно, но мне нет смысла врать тебе. - О, ничего удивительного, - сказал Незнакомец с лёгкой улыбкой, - я знаю, что люди думают, что могут контролировать свои сны. - Они не думают, они делают это! Я сам это испытал. Во времена ван Эдена это было чем-то почти из разряда мистики, но последние годы учёные доказали существование осознанного сна… Да прекрати ты так смотреть на меня! – рассмеялся Хоб, потерев лицо рукой. - Они думают, что могут, но это не совсем так. Поверь мне, – Незнакомец снисходительно улыбнулся. - Объясни, - почти так же требовательно попросил Хоб, как его друг ранее. - Позже. Я хочу дослушать тебя. Хоб рассказал о Второй мировой и о том, когда сны о Незнакомце изменились. Он не описывал их и не вдавался в подробности, просто перечислял факты. - И с тех пор ты часто снился мне. Так же, как и другие люди из моего прошлого. Иногда эти сны были осознанными, иногда нет. Я не думал, что это приведёт к чему-то подобному, - Хоб указал кружкой на своего друга, - пока ты не вломился в мой сон в темнице. Незнакомец улыбнулся, а потом очень серьёзно сказал: - Ты удивительный человек, Хоб Гэдлинг. Я должен буду разобраться, почему это случилось. - Случилось что? Все снятся друг другу, в этом нет ничего особенного. Хотя то, что теперь ты присутствуешь в моих снах лично, пожалуй, действительно необычно. Но я уж точно не тот, кто станет жаловаться, - Хоб улыбнулся и отпил из кружки. - Я никогда никому не снюсь, если не хочу этого, - высокомерно ответил тот. Хоб подавил желание закатить глаза. Будь он лет на четыреста моложе, он бы именно так и сделал. - Ладно, я рассказал. А теперь ты расскажешь мне почему ты не веришь в осознанные сны, - указал на него Хоб, - а заодно можешь упомянуть кто ты, чёрт возьми, такой. - Здесь ты говоришь со мной иначе, – слегка приподнял бровь Незнакомец. - Это всё ещё мой сон, так что не вижу никаких проблем, – подмигнул ему Хоб. Незнакомец ещё какое-то время смотрел на него изучающим взглядом, а потом произнёс: - Я не отрицаю осознанные сны. Некоторые сны вдохновляют людей, некоторые – учат или утешают. Кошмары помогают преодолевать свои страхи. Осознанные сны созданы для тех же целей. Некоторым людям это помогает пережить их проблемы, разобраться в себе, стать решительней. Но человек не полностью контролирует свой сон и не может призвать его по желанию. Такие сны приходят, когда это нужно и позволяют то, что допустимо. - Созданы? Кем, богом? – нахмурился Хоб, всё ещё немного сомневаясь. Он подумал о том, что современные учёные могут ошибаться, а прав окажется ван Эден, утверждая, что контролировать это невозможно. - Мной, - ужасно самодовольно ответил Незнакомец, казалось, получая удовольствие от выражения лица Хоба, поперхнувшегося пивом. Хоб глотнул и посмотрел на него, прищурившись. Незнакомец подвигался, усаживаясь настолько величественно, насколько возможно на деревянной ярмарочной скамье. - У меня много имён. Я – Правитель Царства снов, Сон из Бесконечных. Повелитель кошмаров, Песочный человек. Я не буду перечислять их все, - представился его друг голосом, ещё более глубоким и властным, чем обычно, - но ты можешь звать меня Морфей. Хоб так и не пошевелился, глядя на своего друга. На друга, который оказался не совсем богом, но кем-то очень близким к тому, возможно, даже более значимым. - Приятно познакомиться, Морфей, - впервые за сотни лет попробовал назвать его по имени Хоб и улыбнулся. У него в голове зарождалось бесконечное множество вопросов о нём, о мире, о других подобных сущностях, в существовании которых Хоб не сомневался. Вместо этого он спросил со смешком: - Надеюсь, мне теперь не нужно звать тебя Ваше Величество или что-то вроде того? Морфей окинул его снисходительным взглядом. - Морфей - это имя для близкого круга. Этого будет достаточно. - Ладно, я постараюсь уложить это в своей голове и сделать вид, что ты сейчас не перевернул всё моё представление о мире, – Хоб снова отпил из кружки, которая наполнялась сама собой. – У меня много вопросов, но для начала… зачем Сон понадобился Бёрджессам? - Им нужен был не я, а моя сестра. - Понятно, у тебя есть сестра, – кивнул Хоб. - И она?... - Смерть. Хоб сглотнул. - Это ей ты обязан тем, что всё ещё жив, – улыбнулся Морфей. - О, что ж… Мне жаль, что я оскорбил твою сестру шестьсот лет назад. Надеюсь, мне удастся не злить её в будущем. Вопросы в голове Хоба множились и он не знал, что важнее узнать первым. Впервые за всю его жизнь он мог узнать настоящую причину, почему Морфей и его сестра сделали его бессмертным, но вместо этого он расспрашивал Морфея о его Царстве, о снах, о других членах его семьи. О последних его друг говорил неохотно и вскользь, но легко рассказывал обо всём, что происходило в Царстве снов. Морфей помрачнел тогда, когда рассказывал о вреде, нанесённом его миру во время его пленения. Хоб не знал, сколько прошло времени, но он был уверен, что так долго они не разговаривали ещё ни разу. Особенно так много ещё ни разу не говорил его друг. Он спокойно отвечал почти на все вопросы и Хоб понял, что ему самому нравилось рассказывать об управляемом им Царстве. Почти так, как нравилось говорить Хобу все эти годы о событиях в своём мире. Его друг выглядел самодовольно, но улыбался чаще, чем раньше. На его лице почти не осталось следов той болезненности, которую Хоб заметил в первую встречу в этом столетии. Эта встреча напоминала Хобу как и все их встречи раз в сто лет, так и его собственные сны о Незнакомце и содержала лучшее из этих событий. Внезапно Морфей напрягся и сосредоточенно посмотрел куда-то мимо Хоба. - Мне нужно идти, – сказал он. – Просыпайся, Хоб Гэдлинг. Хоб проснулся в неудобной позе на диване гостиной. За окном светило яркое солнце. Мужчина сел и потянулся, разминая затёкшие конечности. Он улыбался, пока принимал душ, улыбался, пока пил кофе и собирался на работу. Это утро было одним из самых приятных и удивительных за сотни лет, даже несмотря на неудобный диван.

***

Несколько дней спустя Хоб лежал с ноутбуком на диване в гостиной, листая новости, когда услышал какой-то шум за окном. Он поднял взгляд. Источником шума была птица, пытающаяся уместиться на узком внешнем подоконнике. Хоб какое-то время с интересом смотрел на большого чёрного ворона. Ворон, наконец, усевшись удобнее, посмотрел прямо на Хоба. Сам не зная, зачем, Хоб лениво махнул птице и улыбнулся, а птица почти сразу улетела. Хоб не придал этому никакого значения, вернувшись к своему занятию. Ещё через несколько дней он снова увидел ворона за своим окном и задумался, была ли эта птица той же самой или на подоконнике есть что-то, что внезапно заинтересовало нескольких. Он даже открыл окно и выглянул, но ничего особенного не обнаружил. Когда ещё спустя неделю птица снова появилась за его окном, Хоб перестал считать это совпадением. Он видел видео людей, которые умудрялись подружиться с дикими животными - от птиц до осьминогов. Он осторожно приблизился к окну, открывая его. Птица, сидевшая на ветке дерева, прямо напротив, не шевельнулась. Хоб покопался на барной стойке, разделяющей кухню и гостиную и обнаружил пачку печенья. Достав крекер, Хоб махнул им птице и осторожно положил на подоконник с внутренней стороны. Ему было любопытно, сработает ли это. Он сделал несколько шагов назад, вернувшись к готовке, от которой его отвлёк ворон. Ворон «клюнул» на приманку. Когда Хоб посмотрел на подоконник в следующий раз – птица держала в лапе половину печенья. - Ну привет, дружок, – тихо сказал Хоб, помешивая суп. Птица уставилась на него. - Принести ещё? Птица, разумеется, не ответила, но и не растерялась. С поразительной наглостью она впорхнула в комнату, опускаясь на барную стойку и засовывая клюв в пакет с печеньем. - Чувствуй себя, как дома, - фыркнул Хоб. Он наполнил супом тарелку и осторожно приблизился к барной стойке. Он любил обедать за ней, игнорируя маленький стол. Птица не испугалась его общества, глядя поочерёдно то на Хоба, то на очередное печенье в своей лапе. - Интересно, почему ты ходишь за мной уже вторую неделю? – спросил Хоб птицу задумчиво. - Я уверен, что это был ты. С тобой всё в порядке? Хоб разглядывал своего нового знакомого, но никаких видимых повреждений не заметил. Ворон всё это время наблюдал за ним, то и дело наклоняя голову набок, когда Хоб говорил. Хоб подумал, что тому нравилось слушать его, даже не понимая. - Если хочешь, можешь заходить в гости время от времени, у меня много этого, – Хоб указал ложкой на пачку печенья, уже заметно опустевшую. - Но только не по средам. В среду у меня нет лекций и я обычно устраиваю уборку и вечер кино. Хотя, может, тебе и понравится. Ворон внимательно наблюдал за Хобом, пока он ел. А Хоб, в свою очередь, смотрел, как свет красиво ложится на чёрные гладкие перья. Непрошенная мысль пришла Хобу в голову и он улыбнулся. - Знаешь, ты мне напоминаешь кое-кого, - сказал Хоб со смешком. – Большую часть времени он тоже сидит весь такой красивый, всегда только в чёрном и молча смотрит, пока я говорю и ем. Хоб продолжал улыбаться и мог бы поклясться, что птица покачала головой почти по-человечески. - Что? Не обижайся, я назвал тебя хорошеньким. Хоб задумался о том, позволит ли птица погладить себя. Он вполне ожидал, что острый клюв вопьётся ему в палец за попытку, но всё равно протянул руку. В конце концов, ранения заживали на Хобе удивительно быстро. Но птица не клюнула его, вместо этого раскрыв крыло и проведя им по руке Хоба. - Ты можешь назвать меня сумасшедшим, но мне кажется, что у меня только что было рукопожатие с птицей, – сказал Хоб больше себе, чем его новому другу. – Меня зовут Хоб, если что, но не думаю, что тебе это пригодится. Мужчина доел и отнёс тарелку в посудомоечную машину. Когда он обернулся, ворона уже не было. Он оглядел комнату внимательным взглядом, но, так и не обнаружив присутствия птицы, закрыл окно.