И всё же мало

(У реки рядом с деревней) Да как так можно?! Я нанёс четыре удара мечом разящего стиля, а раковина только сейчас трещину дала! Этим стилем можно валуны в щебень превращать, а этим гадам, хоть бы что. Нет, так продолжаться не может. Пока я разбирался с одним из брюхоногих остальные начали их загонять в раковины, чтобы на месте их сжечь. В начале мы пришли к старейшине деревни и сказали, что по объявлению. Он собрал мужиков, ещё нескольких парней и свободных от дела женщин, чтобы мы все вместе пошли давить моллюсков. Давить не вышло. Половина улиток, как бы это было не смешно – сбежала. Причиной тому стало, что народу было мало, а моллюсков много. Вот пока окружали тех до кого достали остальные смылись по реке, где они на удивление перемещались в разы быстрее. Человек бы догнал, особенно если не один, но людей хватило только, чтобы взять половину в кольцо и на этом хорошо. Если всё так просто то, зачем тогда нужны объявления? С авантюристами проще. Они, то есть, мы знаем куда бить, как загнать, как организовать группу. Быстрее и эффективнее. Да и деньги на найм авантюристов выдаётся барином. Ответом на вопрос становиться вопрос – а почему нет? В кольцо их взять успели только, потому что мы с Иори не дали уйти склизконогим в реку. А дальше попытались отсечь им глаза на щупальцах, но неудачно. Разделились по два-три человека на улитку и долбим по ним чем можно. Самые сильные бьют остальные поджигают, но вторых не хватало на всех поэтому придётся повозиться чуть дольше. – Почему эти твари не могут спокойно сидеть у себя в ракушке?! Нет, к нам лезут! – громко заявил своё недовольство Иори, который не давал вылезти улитке из панциря ударами из серий ног и короткого меча. – Они прекрасно понимают, что ждать пока сломается панцирь не самая лучшая стратегия, – ответил я на риторический вопрос. На защиту Иори скажу, что брюхоногие реально очень активно пытаются вылезть из-под защиты для бегства по рядом лежащей реке, что текла за нашими спинами. – Лежи ты, гад! – кричал он дёргающемуся панцирю размером в сидящего человека в высоту и бил его ногой боясь повредить клинок. – Кому говорю не дёргайся, – ещё удар ногой, но посильнее. – Куда они денутся? Просто дождёмся огненной группы, – успокаивал я его. – Хьяя-ва-ва-ва, – завыла улитка, когда ей отрубили глаз лопатой. – А лёгкие сильные, – озвучил замеченное Иори. – Это не лёгкие. Они не так сильно развиты, как у хордовых. Это газы из желудка, так звук воспроизводят. Всё это время я испытывал порог прочности у раковины и найдя уязвимое место ударил туда воздушной стрелой. Раковина не выдержала, но и не пошла трещинами, как обычно это происходит у их меньших видов. Удар туда же ослабленным огненным копьём заставило гиганта резко и сильно дёрнуться, после чего тот перестал подавать признаки жизни. Иори посмотрел на меня удивлённо от того, что не подумал, что я могу использовать печати низкого уровня. Хотя, причина могла быть в другом. – Последи за ним, – указал я напарнику на дымящеюся раковину, владелец которой скорее всего уже не жилец. Один серебряный я уже заработал так что, можно чуть расслабиться, но я глубоко и надолго забил себе в голову, что нельзя недооценивать противника, пусть даже это улитки… большие такие улитки. Так что я весь на иголках от того, что не знаю противника достаточно хорошо. А, вообще, деньги лишними не будут. И поэтому почему бы не ударить колющим одним из мощнейших ударов средней тяжести? Дыхание резкое, движения чёткие и вложенные в них усилий должно быть больше чем обычно при бое, взгляд на пространство позади противника и удар прямо в центр раковины, что стояла перпендикулярно земле. Из жизненно важного там ничего нет, но план в другом. Я ведь рассказывал про меч? Так вот, он способен проводить заклинания по себе словно кусочек льда по раскалённой сковороде. «Жарко»! Из трещин вокруг раковины начал просачиваться светло-алый огонь, но та лишь крупица того, что несёт в себе заклинание. Улитка начала верещать, но не успела закончить, как из места ,где стояла крышка закрывающая раковину, когда её хозяин прячется в ней, пошли огненные струи, что своим рёвом перебили крик гигантской улитки. Я остановил заклинание, когда пошёл чёрный дым вместе с активными лилово-красными струями и пертрубиранцами. На меня покосились двое парней, что пытались повалить улитку. – Что стоим? За работу, – отвлёк я их от созерцания меня. Два серебряных уже считай в кармане. Как дела обстоят у команды может они заработали тоже? Только я задал себе этот вопрос как тут же. – Аа-а! Скиньте его с меня! Скиньте! – завопила упавшая Таня, когда на неё залезла улитка. Даже род в панике перепутала. Нужно помочь, я ведь и так у них в долгу. Когда я подбежал к ней вокруг неё и улиткибыли мужикипытавшиеся столкнуть последнею толкая своим телом, но успехов в этом так и не добились улитка хорошо держалась и не давала возможности её опрокинуть за счёт большой площади контакта с землёй. Как Таня угодила под гигантскую улитку загадка. В этот раз использовать разящий нельзя. Велик шанс задеть Таню. Он скажем так, не для командной работы резкие размашистые удары, необходимость в большом пространстве, практическая невозможность отменить удар, скудное количество защитных приёмов. В строю таким не посражаешься. Вместо этого пойду на хитрость, если так можно сказать. «Дурман». Подчиняет волю животного, на котором использовано заклинание. Действует и на людей, но только на слабовольных, которых и так можно заставить делать, что надо другими методами, да и на тех не держится более двух минут в среднем. Когда я использовал его я заставил улитку раскрыться полностью и нанёс удар по шее или тому, что там вместо неё. Главное перебил нервные соединения окологлоточного узла с остальными четыремя. На удивление, гиганты не сильно отличаются по внутреннему устройству от своих меньших братьев. После моих махинаций тело обмякло и я скинул его воздушным толчком, чтобы не прилагать усилия по оттаскиванию тела. Вместо этого я помог встать Тане, что теперь была в слизи. От её былой сине-бело-зелёной одежды осталось нечто похожее на мокрые тряпки. Сама она не пострадала, как и одежда, но вид у неё не очень. – Уу-ва-ва, – заплакала Таня похожим образом как улитки, – спасибо, спасибо тебе Эттэ! Спасибо, сделаю, что хочешь! Всю жизнь буду благодарна! Ну что за детский лепет. Совсем от страха не понимает, что говорит. Ещё эти попытки обнять меня. Я отпрянул от неё из-за слизи, но её это ничуть не смутило. – Отстань женщина, потом разберёмся, – пытался я остановить склизкую Таню. – Ааа-а, – закричала боевой клич она, – я вам покажу! Я вам такое сейчас устрою! – кричала она в сторону брюхоногих. После того, как она кричала «осушение» направляя руки к одному из моллюсков, тот начал верещать и источать пар из раковины. Когда Таня закончила от улитки осталось нечто засохшее и напоминало белый изюм. Не знай я, что это улитка я бы не сказал, что это она, так сильно она изменилась. Тем временем Иори уже разделался с одной из улиток пробив той раковину сверху камнем, а затем сердце клинком и приступил к другой. Оставшихся шестерых улиток мы завалили совместными усилиями. Что мы имеем по итогу. За помощь в уничтожении улиток нам полагается три серебряных, но за каждого отдельно убитого гада полагается ещё по одному серебряному. Я ликвидировал четырёх, Иори двух, а Таня одного. Итого: мы получили десять серебряных монет. Это откровенно мало, но не мне жаловаться. Поле «битвы» напомнило мне Термскую резню. Это было во времена великой инквизиции, когда народ одной области решил отделиться от государства, а король тогда решил, что пятнадцать тысяч казнённых утихомирит их пыл. Как итог куча крови, кишок и ультра-насилия. Пришли войска захватили всё в кольцо, взяли всё под жёсткий контроль и позже подтянулись инквизиторы, которые буквально ходили с вёдрами горючего масла и поджигали всё и вся. Те времена, в принципе, славились излишними репрессиями, но даже это было слишком для жителей того времени. Как итог всё скатилось к гражданской войне, затем просто к войне, а дальше первая мировая война, после которой мир долго востанавливался. Мы получили свои честно заработанные деньги и пошли отмываться в общественные бани. Там мы с Иори и начали разговор про будущие действия. – Что думаешь насчёт дальнейших шагов? – спросил я обливаясь водой из таза. – Выполнять квесты, спасать принцесс и, конечно же, разбогатеть, – озвучил свои мечты он, – А вообще, меня больше интересует то, как ты мечом управляешься. Мне кажется, когда ты нанёс тот колющий удар я увидел огонь раньше заклинания. Научишь? – То, что ты увидел это побочный эффект от использования этого стиля. Разящий – довольно сложный стиль фехтования и обучаться ему первым делом не стоит. Поломает всю технику и эффективность не та. Также у него есть условия использования. Тебе сначала бы изучить простейший, а затем можно на зеркальный переходить. – Откуда столько знаешь про стили фехтования меча, если жил на отшибе? – Я их и основал. – Врёшь, – не поверил Иори. – Не умею врать, – признался я, что совершенно не способен нормально врать. – Ладно, допустим я тебе верю, – облился Иори. – Сколько, вообще, ты знаешь стилей? – Та-ак, дай вспомнить, простейший, зеркальный и северный придуманы не мной, но ими я владею на высоком уровне. Разящий, громовой, ветреный и водный придумал я. Есть ещё горный, но он больше на две шашки рассчитан, – рассказал я про стили попутно натирая купленным мылом берёзовую мачалку. – А не многовато? – Я бы сказал, что и этого мало. На что, только не извернёшься лишь бы выиграть бой. – А сколько людей ты убил? – прошептал он чуть наклонившись ко мне. – Я слышу как бьётся твоё сердце и шумит кровь в венах. Тебе не нужно наклоняться, чтобы что-то сказать, – уведомил я его. – Убитых людей мной сто пятьдесят два, – приоткрыл я завесу тайны. После принятия водных процедур мы отправились в гостиницу, где собирались встретиться с Таней, что решила задержаться в банях. – Чего желаете? – спросила меня женщина у стойки возле входа. – Привет, Лиза, – поприветствовал её Иори. – Всё ждёшь мужа с работы? – А как же, – житейски погрустнела она. – Шляется непонятно, где и постоянно приходит довольный. Что с ним, так и не поняла. Слушай, не надо мне тут зубы заговаривать, вон гость пришёл. – Он со мной. Слышала про народного мстителя? Так вот знаю я кое, что...ай-яй-яй! Ты что творишь? – отдёрнул я, говоруна немного ударив током. – Тот кто любит сплетничать, о том и сплетничают. Мысль уловил? – Не понял о чём ты, но больше не буду. – Мне нужна комната, – обратился я к Елизаветте, – по возможности, ближе к их. – Хорошо, двадцать пять медных неделя. Если сразу на месяц семьдесят. – Насколько мы останемся в этом городе? – обратился я к своему товарищу. – Не знаю, – задумался он, – наверное, около двух месяцев точно. Я повернулся к женщине и не успел спросить как она отрезала. – Больше скидку не дам. – Ладно, мне на месяц. И, где комната? – спросил я, доставая деньги. – Третий этаж, справа от комнаты этих родственничков, – указала взглядом на Иори. – Мы не родственники! – возразил он. – А какая разница? Вместе пришли, вместе спите, вместе грызётесь. – У вас одна кровать? – обратился я к Иори. – Да, экономим на всём, – объяснился он. – Привет, мальчики, – поприветствовала нас через чур довольная Таня, – что стоим идём праздновать. – Извини за вопрос. Праздновать, что? – обратился я к ней. Повода для праздника нет, так, что она задумала? – Как что? У нас новый член команды и мы должны тебя, как следует поприветствовать, – сказала она, звякнув стеклом в тканевом пакете. – Ты, что там в пакете прячешь? – А? Вино, вот на рынке купила. Качественное, продавец посоветовал. – Дура! У нас и так денег почти нет, а ты ещё и вино покупаешь! – начал яростно отчитывать Таню Иори. – Не кричи на меня! Мне нужен отдых от всего этого! – Какой отдых?! Ты прозябала у себя в храме, иногда выходя на контакт с фанатиками и принимая дары. Тебе работа нужна, а не отдых! – Вот они снова начали ссору, – выдохнула она, глядя на пару. – Сколько ты потратила? – вырвал я её из потока взаимных оскорблений спустя пару секунд. – Мм? Семь серебряных, но вино того стоило, – попыталась она меня заверить. У меня осталось только эти жалкие три серебряных, а если останусь ночевать здесь останется ещё меньше. Ну почему!? Почему я связался с этой парочкой?! – Слушай сюда. Ты сейчас же идёшь к продавцу и возвращаешь деньги и товар обратно. Ты меня поняла? – сказал Иори с очень озлобленным видом. – Нет, вино не отдам оно моё, – возразила она. – Ах вон оно как. Ты ведь говорила, что праздновать будем вместе. И к тому же деньги не твои. – Вино не верну! – визгнула она хватаясь за бутыль. Мне это надоело. – Э? – вопросила Таня, – Куда делось? – начала она оглядываться в поисках заветной бутыли косясь на Иори, но так и не найдя у него «своей» вещи. Я её спёр прямо у неё под глазами кратковременно использовав громовой стиль. Эти стили подходят не только под фехтование, но и под разные задачи. Например, как эта. Когда она подняла на меня взгляд я уже поднимался по лестнице прихватив ключ от комнаты. – Верни обратно! – прокричала она на меня и попыталась побежать за мной, но Иори её сдержал, взяв в захват вокруг талии. Я развернулся почти у вершины лестничного пролёта и посмотрел ей прямо в лицо. – Если хочешь стать моей подстилкой поднимись на две ступени, если хочешь отстранить своё эго останься на месте. – Что? О чём ты? – непонимающе спросила она меня, освободившись от хватки Иори. – Что отделяет приятное времяпровождение за бокалом алкоголя от алкоголизма? – задал я ей вопрос. – Мера? – предложила она ответ. – Неверно, – слегка помотал я головой. – Одна тонкая линия, даже не шаг, а линия. – И что ты хочешь этим сказать? – Знай, что вредит, но приносит пользу. А что даёт один только вред. Мысль простая, но доходит далеко не до всех. К сожалению. – То есть, вино не вернёшь? – Конечно. Я его вылью, – сказал я совершенно обычнейшим образом. – Только попробуй! – рванула она ко мне, после двух секунд осознания моих слов. – Стоять, женщина! Так мы и начали бегать по зданию, а после по крышам города.