Сложная цель или не сбыточная мечта?

      Время было позднее, когда он привёл девушку в её квартиру. Вадим искренне беспокоился о ней из-за этой злосчастной травмы, а она лишь смотрела на него с неким сожалением, осознавая свою долю вины. В конце концов, Т/И могла избежать этого досадного происшествия, если бы была осторожнее. Они вошли в квартиру, и мужчина, не отпуская её, бережно придерживал за талию, чувствуя, как боль в колене ещё давала о себе знать. — Честно говоря, я уже начинаю жалеть, что купил тебе эти коньки, — его голос звучал строго, но с явными нотками сожаления. — Я и подумать не мог, что ты настолько одержима хоккеем и совершенно теряешь голову, забывая о всякой осторожности. — Ну, Вадим, хватит уже, пожалуйста, — девушка попыталась отмахнуться, чувствуя, как к горлу подступает раздражение. Ей совершенно не хотелось обсуждать это снова и снова, и она всячески стремилась поскорее закончить этот неприятный разговор. — Конечно, поняла. Только вот поздно немного. Факт остаётся фактом: твоё колено будет напоминать о себе ещё долго, — он упрямо повторил, не смягчая тон. — Да тут не так уж всё и серьёзно, Вадим. Просто побаливает немного, и всё, — ответила девушка, закатывая глаза, чувствуя, как внутри закипает досада. — А то, что Василий Геннадьевич выписал тебе обезболивающие на несколько дней, это, конечно, сущий пустяк, да? — Ну, он дал их, чтобы мне было полегче, вот и всё. Вадим… — девушке становилось всё более и более стыдно за свою беспечность, и ей отчаянно хотелось хоть как-то загладить свою вину.       Мужчина устало закатил глаза и отвёл взгляд в сторону. Для него эта ситуация действительно была серьёзной проблемой, ведь он волновался о её здоровье. — Ну, Вадим, ты же меня любишь, — её голос слегка дрогнул, словно она ступала на зыбкую почву.       Девушка протянула последнее слово, обвив руками шею мужчины и смотря на него самым невинным взглядом, на который только была способна. Мужчина удивлённо посмотрел в ответ, словно не понимая, куда она клонит. На его лице читалось явное недоумение. — И какое это имеет отношение к делу? — ровно спросил он, не двигаясь с места и смотря прямо в глаза Т/И, приподняв одну бровь в вопросительном жесте. — Я хочу сказать… — начала она немного неуверенно, опуская взгляд.       Лёгким, почти невесомым движением руки она прикоснулась к бордовому галстуку мужчины, поглаживая его кончиками пальцев. — Если любишь, то простишь. Думаю, я имею право на второй шанс.       Спустя несколько долгих, напряжённых секунд мужчина отвёл взгляд, тяжело выдыхая, словно сбрасывая с плеч невидимый груз. — Если только на второй, то да, — наконец ответил он, сдаваясь под напором её очарования. — Вот и прекрасно! — на лице девушки тут же расцвела лучезарная улыбка, а глаза радостно засверкали, словно маленькие звёздочки.       Девушка нежно чмокнула Вадима в щёку, чувствуя, как его напряжение постепенно отступает. — Поможешь мне дойти до дивана? — спросила она, всё ещё улыбаясь, словно маленькая девочка, вымолившая прощение. — Конечно, — ответил он, смягчаясь.       Буквально через минуту девушка уже удобно устроилась на диване. Казанцев, хоть и был рядом, по-прежнему выглядел немного сурово и отстранённо. Т/И остро чувствовала, что его гложет вина за произошедшее, словно он считал себя в какой-то мере ответственным за её травму. Девушке стало безумно жаль мужчину. Она совсем не хотела, чтобы кто-то винил себя из-за её глупой выходки. Поэтому, когда Вадим сказал, что пойдёт на кухню, чтобы заварить чай, девушка, не удержавшись, легонько ухватилась за рукав его пиджака, словно боясь, что он сейчас уйдёт и отдалится от неё. — Прости меня, правда, Вадим. Я просто не могу видеть тебя таким. Я, честно говоря, не должна подвергать себя такой опасности. Прости ещё раз… — с искренним, отчётливым сожалением прозвучал её голос.       Последнее предложение она произнесла, отведя взгляд в сторону, признавая свою вину. Мужчина лишь слегка улыбнулся в ответ и, наклонившись, нежно чмокнул её в лоб, словно прощая все её прегрешения.       Уже через пятнадцать минут они вместе сидели за столом, попивая ароматный чай и о чём-то оживлённо разговаривая. Им было хорошо вдвоём, несмотря на все неприятности, которые с ними случались. В эти моменты, казалось, все проблемы отступали на второй план. — Вадим, а ты не помнишь, во сколько я ушла к Василию Геннадьевичу? — задумчиво спросила она, внезапно прервав разговор. — По-моему, было 19:12, — ответил он, вспоминая. После этих слов девушка схватила телефон и быстро посмотрела на время. — Чёрт, уже 20:25, — в её голосе прозвучало лёгкое раздражение.       Мужчина вопросительно взглянул на девушку, не понимая причины её беспокойства. — Да, мне Василий Геннадьевич сказал, что нужно повторно вколоть обезболивающее через час после первого укола. — Ладно, не переживай. Где лежат обезболивающие? — В сумке, она рядом с дверью.       Через несколько секунд мужчина уже стоял с ампулой обезболивающего и шприцем в руках. — Колоть буду я, — решительно произнёс он, не допуская возражений. — Да ладно, Вадим, я сама справлюсь. Там же пустяк. — Пустяк — это царапина, а это очень хреновый исход, Т/И. Так, ладно, давай ногу и скажи, куда Фролов колол в прошлый раз, — его голос приобрёл привычную серьёзность, от которой у девушки мурашки побежали по коже.       Т/И сделала, как ей сказал Вадим, и послушно сообщила, что врач колол под коленную чашечку. Мужчина тщательно продезинфицировал место укола, стараясь не причинить ей лишней боли. Секунда, и игла вошла под кожу. Боль была ощутимой, но вполне терпимой. Лицо девушки лишь слегка исказилось, ведь Вадим Юрьевич сделал всё на удивление быстро и профессионально. — Всё, держи ватку, — сказал он, протягивая ей смоченный в спирте тампон.       Она послушно приложила ватный диск к месту прокола и опустила штанину. Мужчина, тем временем, утилизировал использованный шприц и пустую ампулу, стараясь сделать это как можно незаметнее, чтобы не акцентировать её внимание на неприятной процедуре. Через пару минут он вернулся в комнату, где Т/И, ссутулившись, сидела на диване, словно провинившаяся школьница. — Я надеюсь, ты больше не будешь так рисковать своим здоровьем из-за такой глупости, как хоккей? — мягко спросил он, стараясь не давить на неё. — Конечно, больше не буду, — тихо ответила она, чувствуя, как её щёки заливает краска стыда.       Ей было безумно стыдно за свою беспечность, и это гнетущее чувство не покидало её ни на минуту. Казанцев понимал, что Т/И, скорее всего, больше не совершит подобную ошибку, и знал, как сильно она сейчас переживает. Девушка молча смотрела на мужчину, не решаясь сказать ни слова. Ей казалось, что любое, даже самое искреннее извинение, будет звучать неуместно.       Слегка подвинувшись, Вадим взял руку девушки в свою, нежно сжав её пальцы. — Давай сделаем так: мы сейчас посмотрим какой-нибудь фильм и больше не будем возвращаться к этой теме, хорошо? — с особой мягкостью и теплотой обратился он к ней, стараясь развеять её мрачное настроение. — Хорошо, а что за фильм будем смотреть? — её глаза тут же оживились, словно лучики солнца пробились сквозь тучи. — Какой захочешь, такой и будем смотреть, — улыбаясь, проговорил мужчина, любуясь её преображением.       Прошло около получаса. Они, уютно устроившись на диване, смотрели какой-то душераздирающий ужастик. Мужчине, честно говоря, было совершенно неинтересно наблюдать за происходящим на экране. Всё его внимание было сосредоточено исключительно на девушке, на её мимике, на том, как она вздрагивает от неожиданных моментов. Когда фильм, наконец, закончился, Казанцев заметил, что Т/И мирно спит, привалившись к его плечу. Он аккуратно отложил ноутбук на стол, намереваясь осторожно переложить девушку на диван, чтобы она выспалась в более удобном положении, а после тихонько уехать к себе домой. Но стоило ему коснуться её, как она тут же открыла глаза. — Ты собирался уходить? — немного сонно спросила Т/И, с трудом разлепляя веки. — Ну, я хотел сначала переложить тебя на диван, чтобы ты спала всё же лёжа, а не сидя в полусогнутом состоянии. И да, собирался уехать домой. — А остаться совсем не хотел? — с надеждой в голосе спросила она. — Ну, ты спала, а что бы я делал тут один? — резонно заметил он. — Тоже верно, но я уже проснулась, хотя спала я и не так уж крепко.       Нежно убрав прядь волос с её лица, девушка перевела взгляд на Казанцева и слегка прикоснулась к его плечу, словно ища поддержки. Ей безумно хотелось, чтобы он остался рядом как можно дольше, чтобы чувствовать его тепло и защиту. — Может быть, останетесь со мной на ночь, а то мало ли что… — завлекающе проговорила она, переводя взгляд на его губы, словно приглашая к поцелую. — Какие у тебя всё же методы уговоров изящные, — он тепло улыбнулся девушке и приблизился к ней.       Их губы нежно соприкоснулись, словно два магнита, притягиваясь друг к другу. Вадим Юрьевич положил руки на её талию, чувствуя её тепло и податливость. Девушка, в свою очередь, подалась вперёд и зафиксировала руки на шее Казанцева, углубляя поцелуй. Между ними чувствовалось напряжение и трепетное волнение. Мужчина отстранился первым, разрывая сладостный контакт. — Я останусь, но только поспать, — твёрдо заявил он, стараясь сохранить самообладание. — Конечно, я большего и не предлагала, — с отчётливым сарказмом проговорила она, закатывая глаза.