Пепел. Дела шпионские.

      Поутру я проснулся с мыслями о том что мне предстоит сделать. Речь шла не только о поисках Виктории, Анастасия и Майя ждут меня. Мы должны были бы уже вернутся, но этого не случилось. Поэтому сразу после того как проснуться я раздобыл у соседей ручку с листком бумаги, и принялся писать письмо. У меня не было времени на то чтобы всё красиво и чувственно описать, сейчас нужно было сделать лишь одну важную вещь — дать Майе и Анастасии знать что с нами случилось и почему мы не вернулись. На это ушло всего пара абзацев, каждая секунда была важна.       За дело мы с Ферином взялись рано поутру, мы вновь оседлали его верблюда и помчались в город. Письмо и марки обошлись мне в копеечку, денег мне откровенно не хватало. Максимум мне хватит на неделю пропитания и обратный билет. Хотя про обратный билет можно забыть, пока я Викторию не верну. В таком случае хватит на месяц.       — Готов к агитации и пропаганде? — спросил меня Ферин, когда я вернулся из здания почты.       — Готов. — уверенно ответил я.       — Давай сначала определимся с нашей, так сказать, пропагандистской линией. Что ты будешь говорить селянам? Как будешь перетягивать их на свою сторону?       — Кочевники напали на нас посреди ночи. Они похитили мою возлюбленную, ограбили её дом и пытались осквернить алтарь посвящённый её отцу. А ещё меня чуть не убили. — сказал я указав на шрам на лбу.       — Откуда ты знаешь про наши поминальные алтари?       — У меня невеста всё ещё оплакивает своего первого мужа.       — Так…погоди. Невеста? У Виктории не было мужа.       — А я не говорю про Викторию. У меня три девушки. Мы все под одной крышей живём.       — То есть Виктория знает о твоей невесте? — с подозрением спросил меня Ферин и прищурился.       — Да.       — И она знает что ты тащишь в постель тех двух девушек?       — Не просто знает. Она участвует. Но я скажу это тебе по секрету. Я ведь могу тебе доверить этот секрет?       — Мне в это трудно поверить. Она городская девушка до самых костей. Всех ухажёров из кочевников прогоняла от себя. Она бы не отдалась в гарем добровольно. Как ты её затащил туда?       — Да я сам не знаю. Как-то само собой получилось.       — Гарем сам собой получился... Ещё скажи что дети сами по себе рождаются. Поделись секретом, не обеднеешь ведь!       — Да не знаю я никакого секрета! Так получилось…и вообще мы о другом говорили.       — Ты прав. Но то что ты такой любвеобильный нам может потом помочь. Но это потом. Сейчас поговорим о том как ты будешь всё приукрашать. Для начала — ты не сын полковника, ты сын генерала.       — А это зачем менять?       — Статус очень важен. Генеральскому сыну открыты многие двери и иметь знакомство с ним — почётно. Получается, что они будут знакомы через одно рукопожатие аж с генералом.       — Так и быть, буду врать ради спасения Виктории.       — Не врать, а приукрашивать! Это очень важное отличие. Когда приукрашиваешь то опираешься на истину, а когда врёшь то опираться не на что.       — Понял.       — И Виктория теперь не твоя подруга, а невеста. И ты не просто к ней в гости пришёл, она тебя представила перед поминальным алтарём своего отца. Привела любимого человека в свой дом, и на вас напали в этот чуткий момент когда она обращалась к духу своего отца. На вас напали по сути во время проведения священного обряда, обряда представления.       В каком-то смысле Ферин предлагал мне немного переиначить события, его трактовка настолько сильно смешивала правду и вымысел, что мне самому приходилось прилагать значительные усилия чтобы разделить их. Я никогда не любил ложь, но сейчас другого выбора нет.       — Ты ведь на стекло разбитое наступил? Да? Так вот, ты не просто наступил на стекло. Ты отбивался от нападавших стоя на этом стекле.       — Это недалеко от правды на самом деле. — сказал я и взглянул на собственные забинтованные ноги. Я уже почти не чувствовал боли, раны практически затянулись. Мне повезло что осколки не впились глубже и не повредили сухожилия.       — Запомни кое-что. Народу нравится хорошая история. Народу также нравятся бравые парни, а если с бравым парнем случилась несправедливость то возникает желание сделать так чтобы справедливость восторжествовала. Никто не будет вставать на защиту жалкого слабака. Тебя максимум пожалеют. Если хочешь чтобы тебе помогли то нужно показать что ты достоин помощи.       — Достоин помощи… Интересная у вас этика и мораль.       — Пустыня не прощает ошибок. Пустыня не терпит слабаков.       — Хорошо. Я буду яростным. Я буду злым. Тут даже притворяться не надо.       — Молодец. Сразу видно как у тебя огонь во взгляде разгорается. Когда мы приедем в село, я тебя представлю жителям, а затем соберу всех взрослых мужчин в одном месте и ты им всё расскажешь.       — Хорошо, я сделаю всё на что способен.       — Уж постарайся.       — И где мы будем агитировать?       — На севере есть пара сёл. Я знаком с их старейшинами. Залезай на седло, нас ждёт долгий поход.       — Как долго мы туда будем скакать?       — Скачут лошади и фиры, наши тэки ходят. — сказал Ферин и почесал за ухом у своего верблюда, то есть “тэка”. Тэк в ответ довольно фыркнул и пару раз махнул своими ушами. Затем Ферин лихо оседлал его и протянул мне руку.       Я уже почти привык к этому животному, и было похоже что животное привыкло ко мне. Я заметил что он смотрел на меня как-то иначе, без опасения и настороженности, и когда я уселся на седло, верблюд ещё раз довольно фыркнул.       — А ты ему нравишься. — подметил Ферин.       — Неужели?       — Считается что Тэки чувствуют лживых людей. Они им в лицо плюют.       — Я это запомню.       Ферин легко пощекотал своего Тэка по бокам после чего тот стал постепенно набирать скорость. Вскоре мы шли верхом на тэке по полупустым улицам города, обдуваемые лёгким ветерком. Жар нам мешал, но за эти сутки я успел привыкнуть к палящему солнцу и сухому воздуху. Капюшон не давал моей голове нагреться а свободная одежда позволяла ветру охлаждать моё тело. Тэк, был в не совсем своей стезе, ступая пальцами по асфальту. Потом Ферин часто выбирал дороги что шли через переулки, где была тень и земля была менее раскалённой. Когда мы вышли за пределы города, то тэк сразу стал чувствовать себя лучше. Его ход ускорился, дыхание стало ровней. Его ноги с пальцами были явно сделаны для горячего песка, а не раскалённых камней или асфальта.       Затем вдали стали виднеться дома, множество белых строений, к моему удивлению село окружало множество растений и кустов, будто оазис посреди пустыни. Хотя возможно это и был тот самый оазис. Когда мы подошли поближе, то догадка моя подтвердилась. В центре села меж двух камней было углубление и ступени что вели ниже в трещину в земле, а затем и в пещеру. Ферин остановил тэка у этого оазиса и принялся качать ручной насос, наполняя небольшой каменный резервуар.       — Милое местечко. — сказал я, оглядывая окрестности. Село было явно побогаче чем то в котором жила Виктория. Понятно почему — оазис был хорошей стоянкой для кочевников. Но сейчас торговля встала, торговые ряды опустели.       — Да. Здесь живут богато. И народ тут уважаемый среди городских жителей.       — Вижу торговля стоит. Тихо совсем.       — Правильно подметил. По этим уважаемым селянам эта смута ударила в первую очередь. Убедить их будет легче всего. Тем временем жители заметили прибытие незнакомцев. Первыми из домов вышли мужчины и стали пристально нас рассматривать.       — Человек? — задался вопросом один из стариков, подойдя ко мне поближе и щуря свои блеклые глаза. — Человек! И вправду человек! — громогласно заявил он и указал пальцем на небо.       — Тот самый? — спрашивала женщина, придерживая возле себя малолетних детей.       — Вот ведь…довелось их всё же в живую увидеть. — сказал её муж.       — Что же ему нужно здесь? — спросил другой мужчина.       — С ним Ферин, тот посланник… Видимо по поводу того нападения.       — Так и вправду человек тогда у них гостил? Так ещё и гепарда нашего украли!       — Слухи ходят что он, человек этот, сын какого-то важного офицера. Ценис. — произнёс один из стариков что глядел на меня издали. Но он был глухой и потому сказал это так громко что я всё хорошо расслышал.       — Сейчас я тебя представлю. Веди себя важно, всегда кланяйся вторым. Понял? — тихо сказал мне Ферин. Я в ответ кивнул. А затем широко раскинув руки взглянул на жителей и громко заговорил. — Дорогие хозяева! Мужи и жёны, сыновья и дочери! Сегодня я привёл к вашему порогу очень важного гостя! Джейка Цениса, сына генерала Хасана Цениса, покорителя Айрика!       — Генеральский сын? — жители зашептались между собой, несколько женщин тут же вернулись к себе домой. Они вернулись спустя полминуты быстро одевшись в праздничные наряды.       — Ну что же…поприветствуем важного гостя. — сказал один из стариков с широким шрамом через всё лицо. Он медленно подошёл ко мне опираясь на толстую трость, затем остановился в метрах пяти и поклонился.       Нужно было произвести впечатление и потому я решил использовать янычарский поклон. Правая нога была выставлена чуть вперёд, правая рука заведена за спину, а сам поклон совершался с отводом таза назад, попутно отводя левую руку в сторону с повёрнутой вниз открытой ладонью. Подняли голову я и дед почти синхронно. Он довольно улыбнулся и произнёс: “И в правду янычар. Давно я вашу породу не видал.”       — С кем имею честь говорить? — вежливо спросил я на хирском.       — Алауз Терин. Полковник пятого батальона, третьей дивизии морской пехоты. — довольно ответил старик. — Позвольте пригласить вас в свой дом.       — Я с радостью приму это приглашение. — сказал я, сделал несколько шагов и пожал старику руку. — Приятно с вами познакомится господин Терин.       Старик поправил свой балахон после чего жестом пригласил в свой дом, мы с Ферином последовали за ним, как и несколько других уважаемых селян. Стоило нам переступить порог его дома, как две дочери и жена Терина принялись готовить для нас еду, заваривать чай. Нас пригласили в гостинную, где мы с Ферином, Терин и другие мужчины сели на подушки в центре комнаты, сформировав такой мужской круг. Гости мы были нежданные и потому нам предложили закуску в виде мелко нарезанных кусочков вяленой баранины в перце вместе со сметаной и козлиным молоком. Жена Терина принесла их на позолоченном подносе, который положила на специальный низкий столик, что стоял перед нами. Другие мужчины покорно отползали на коленях в сторону, когда ей нужно было что-то добавить к столу. И мужчины не забывали делать небольшой поклон, каждый раз когда она делала это. Заметив это я решил последовать их примеру и когда жена Терина поставила на столик кувшин. Она улыбнулась. Эта женщина держала себя очень гордо, и напомнила мне чем-то Анастасию своим нравом. Было также крайне трудно не заметить обилие самых разных татуировок на её руках и теле. Они почти полностью скрыли под собой её розовую кожу.       — Позвольте спросить. Какими судьбами вы оказались в наших краях? — спросил Терин, пристально взглянув на меня.       — Моя невеста Виктория Рикли, решила что ей нужно посетить алтарь своего отца и представить меня ему.       — Рикли? Виктория Рикли? Гепард? Слухи не врали? — удивился один из соседей Терина.       — Слухи не врали. Она пожелала вернуться на родину пока была возможность, чтобы представить меня перед поминальным алтарём отца. — ответил я и попробовал мясо. Оно оказалось довольно вкусным.       — Она ведь последняя из своего рода. К чему спрашивать разрешения у покойного отца? Мёртвые не дадут ответа. — продолжал расспрашивать меня Терин       — Ей было это важно, мне хватило этого чтобы согласится на путешествие.       — Откуда вы держали путь?       — Из Фикке.       — Далеко же завела судьба от родных мест.       — Образование того стоит, поверьте. Фиккейский университет — путёвка в светлую жизнь для многих студентов. — сказал я уверенно, но по факту слегка слукавил. безработица никуда не делась, и далеко не все выпускники нашего курса сразу смогут найти работу.       — И отправилась она в дальние края, но душа всё равно тянула её обратно. — приговаривал Терин, мокая кусочек мяса в сметану. — Гепардья сентиментальность. Для них это естественно. Против крови не пойдёшь. Может быть она и впитала наши порядки с воспитанием. Но вот происхождение… С этим ничего не сделаешь. — добавила жена Терина когда подносила очередное угощение.       — Могу я узнать ваше имя? — вежливо спросил я у этой пожилой кошки.       — Белла. — ответила она и вновь увернулась. — Можете звать меня госпожа Белла.       — Благодарю вас госпожа Белла.       — Можете рассказать, что же случилось в тот день? В тот день что на вас напали… — спросил меня Терин и налил себе кружку молока из кувшина.       — На нас напали вечером, уже садилось солнце. Мы с Викторией в это время находились у поминального алтаря, она как раз представляла меня своему отцу. Тут я услышал грохот в прихожей, кочевники разбили окна камнями, ворвались внутрь. Мне пришлось сразиться с ними прямо там, ступая по стеклу.       — Ступая по стеклу? Слабо верится…       — Посмотри на мои ноги. В больнице пришлось швы накладывать. — сказал я и продемонстрировал повязки на ступне. — Вот ещё шрам на голове, я его получил когда отбивался. Вождь Аур Тейрик сразил меня ударом приклада. Я им разбил пару носов, но всё же они меня одолели.       Все присутствующие внимательно осмотрели мои раны, это их убедило в правдивости моих слов. Раньше они слушали меня с подозрением, теперь они мне верили. Я видел это в их глазах.       — Ты сражался с вождём? — удивлённо спросил один из соседей.       — Да. Он лично пришёл за Викторией. Более того, он прикрывался мирной торговлей чтобы проникнуть в село. Всё его племя участвовало в нападении, когда соседи узнали что случилось, то началась стрельба.       — Зачем вождю с гаремом похищать ещё одну девушку?       — Я знаю что он пытался добиться её, но получил отказ. Видимо он настолько боится за свой авторитет, что решил решить вопрос силой.       — Вломился в село во время торговли, похитил чужую невесту. Воистину, он либо глупец либо безумец! — произнёс Алауз Терин. — Он нарушил столько традиций… Если бы это совершил простой дурак то ситуация была бы менее серьёзной. Мы бы могли потребовать от племени правосудия. Но племя никогда не будет судить своего вождя.       — Если вождь на такое решился, если он посмел лично участвовать… Это можно трактовать как разрыв мирного договора. Если только другие племена не решатся вмешаться. — добавил один из соседей Терина.       — А чего хочет добиться наш гость? Чего хочет добиться Джейк Ценис? — сказал Терин и вновь взглянул на меня, но на этот раз он был серьёзнее. Он глядел в самую мою душу.       — Я ищу правосудия. И если я не получу его, то буду искать возмездия.       — Начальник полиции приезжий, после переворота у нас сменилось начальство. Этот кот мало что понимает в наших традициях и жизни, но он очень хочет удержаться за своё место. Сложно предугадать как он отреагирует.       — От него я буду требовать выполнения обязательств. Но слово одного меня, даже если я генеральский сын, мало что изменит. Но если на улицы выйдут жители сёл, если выйдет сразу несколько тысяч. То мы можем заставить его действовать. — сказал я уверенно.       — Смелости вам не занимать. Скажите, как вам закуска? — спросил Терин будто с подвохом.       — Замечательно. Ваша жена прекрасно готовит.       — Меня никогда ещё не хвалил генеральский сын. — радостно ответила Белла из кухни.       Она с дочерьми была занята готовкой обеда, но у неё был острый слух. Интересная черта для домохозяйки однако. Пока мы беседовали, с кухни также доносились и звуки суеты.       — А вы нравитесь моей жене. Это хороший знак. Видимо и ваша невеста увидела в вас что-то.       — Я люблю честный люд. Этот молодец вполне честен с вами, мужчинами. — донеслось с кухни. Услышав это мужчины слегка рассмеялись.       — Скажите, господин, если не секрет. Насколько далеко вы готовы пойти ради своей невесты? — аккуратно спросил Терин.       — На многое.       — Даже на убийство? — этот вопрос звучал как самый важный в моей жизни.       — Даже на убийство. — сказал я твёрдо и уверенно. Ведь это было правдой. — Мне уже приходилось убивать ради своих близких. Где-то пол года назад была схожая ситуация. В наш дом ворвались воры, угрожали нам оружием. Пришлось убить… Когда они тронули Анастасию у меня просто не осталось выбора.       — Анастасию? — удивлённо спрашивали меня мужчины.       — Моя другая невеста.       — У вас две невесты? Да быть не может.       — Да. Я живу в тремя женщинами. Виктория — гепард, Анастасия — шакал, Майя — лисица. Живём все вместе и неплохо уживаемся скажу я вам.       — Трудно в это поверить…       — Могу себе позволить! — гордо сказал я.       — Уважаемый Джейк Ценис берёт от жизни то что может взять. Кто мы такие чтобы его осуждать. — сказал Терин и слегка разрядил ситуацию.       После этого мы продолжили простые бытовые разговоры, через несколько минут обед был готов. Дочери Терина принесли огромный чан с супом с бараниной, овощами и специями. Он пах очень вкусно, у меня слюни потекли сразу как чан внесли в комнату. Специи приятно били по носу. Пустынные коты продолжали держать марку, смесь из перца и прочих трав там была ядрёной.       — Первая порция для нашего гостя. — сказала Белла и налила мне полную миску этого супа с помощью золочёного половника. Даже миска мне досталась расписная, как у главы семейства. Остальные гости довольствовались простыми белыми мисками.       — Вторая для нашего хозяина… — произнесла Белла наливая суп в миску своего мужа, с улыбкой на своём лице.       Терин и Белла на секунду взглянули друг на друга. Тут я увидел то к чему стоит стремится — семейное счастье, простое как две палки. В этой секунде… в этом взаимном взгляде было столько добра и уважения друг к другу, что мне оставалось лишь гадать как они вдвоём смогли достигнуть такой гармонии и завидовать. Но вот, заветная секунда прошла. Белла и Терин прервали взгляд и продолжилась застольная рутина.       — Что думаете по поводу нашего гостя? — как бы невзначай спросил Терин у своих соседей. Все на секунду притихли и переглянулись.       — Он выглядит как вполне достойный мужчина. И борется за правое дело. — сказал кот что сидел справа от меня.       — Выглядит честным. Это главное. — добавил старик что сидел слева от меня.       — Я бы поддержал его. Нужно показать кочевникам что за нарушение договора нужно нести ответственность. Народ из соседних деревень уже отказался девушек на улицу выпускать.       — Господин Ферин, — произнёс Терин и взглянул на него. — Что вы можете сделать для нашей общей борьбы за правое дело?       — Я свяжусь со своим племенем, если будет нужно мы проведём тех кто готов сражаться через пустыню до стоянок. Будем ловить Тейриков вместе.       — А какова выгода для вашего пельмени?       — Мы живём торговлей. Выходка Аура Тейрика ударила по нам, наши караваны не пускают в город. К тому же между племенами и так давно назревала вражда. В гареме у Аура есть несколько девушек что были украдены у нас несколько лет назад.       — Тейрики заполучили себе много врагов. — подметил старик что сидел слева от меня. — И чем больше у них врагов тем меньше шанс, что другие племена вступятся за них.       — Я расскажу всем что горожане идут войной лишь против Тейриков. Это должно помочь отвадить остальные племена.       — Хорошо. — сказал Терин и кивнул головой.       — Ваше слово будет многого стоить когда мы будем агитировать другие сёла. Вы поможете нам? — спросил я.       — Да. Я сделаю всё что в моих силах. К счастью в соседних сёлах у меня много родни, они уж точно выйдут нас поддержать. Вопрос в том куда нам потом выйти?       — Много думать над этим не нужно. Соберёмся все днём у стен штаба полиции. Комиссар вынужден будет выйти, да и весь город заметит толпу что собралась. Чем быстрее мы соберёмся, тем быстрее сможем выступить.       — Я сегодня свободен. Может займёмся делом сразу после обеда? — предложил Терин.       — На полный желудок очень приятно агитировать… — произнёс Ферин еле сдерживая смех. Спустя пару секунд остальные мужчины за столом тоже начали хохотать и лишь хозяин дома еле-еле сдерживал себя.       Видимо тут была спрятана какая-то шутка, но я её не понял. Оставалось лишь кивать да улыбаться, чтобы не выделятся из этого момента. Но как оказалось в той шутке была лишь часть шутки, стоило обеду закончиться как Терин принялся собираться в путь. Тем же самым занялись и его соседи. Буквально через полчаса после окончания обеда мы уже “ходили” верхом на тэках словно небольшой кавалерийский отряд. Отдохнувшие тэки неслись по пустыне грациозно. Казалось бы это достаточно тучные животные, но в родной среде они творили чудеса.       В течении дня мы обходили селение за селением. Терин обладал явным авторитетом среди сельских жителей, ведь стоило ему только появится как все мужчины что были в селе выходили на улицы.       — Дорогие соседи! — громогласно произнес Терин слезая со своего тэка. — Я обращаюсь к вам с важными вестями! — затем он сделал паузу чтобы убедится в том что его слушают. После чего продолжил. — Как вы все знаете, несколько дней назад на одно из окрестных селений напали кочевники, была стрельба. Но дело не закончилось одной лишь стрельбой! Были нарушены обряда гостеприимства! Была похищена девушка что была последним носителем своей фамилии! И хуже всего! Была похищена невеста генеральского сына!       Все женщины и мужчины коллективно ахнули от ужаса и тут же начали шептаться между собой, мол как до этого дошло, как же так случилось. Вот она - сила авторитета. Затем Терин принялся в ярчайших красках описывать вероломное нападение кочевников.       — Средь ночи, скрывая своё вероломство за торговлей, кочевники вошли в село наших соседей! И казалось бы, поначалу всё шло спокойно. Они расставили свои палатки, их приняли как дорогих гостей. — терин снова сделал паузу, а затем продолжил. — И тут! — крикнул он подняв руку над головой. — Усыпив внимание хозяев, Аур Тейрик со своими воинами подкрался к дому Виктории Рикли, девушки что была последней из своего рода, хозяйке очага, главе рода. И они ворвались в её дом! Разбили окна! — тут Терин сделал ещё одну паузу, а потом произнёс громогласно, чтобы все услышали. — Посмели осквернить поминальный алтарь её покойного отца! Жители вновь ахнули, но теперь помимо шока были слышны и разозлённые выкрики. Мужчины и старики принялись грозить кулаками этим кочевникам, подкрепляя свои высказывания действием.       — Да как они посмели!       — Варвары!       — Наказать!       — Но и этим дело не ограничилось, дорогие мои соседи! В тот день в доме Виктории гостил её жених, Джейк Ценис, сын генерала с Альты.       — С альты?       — Человек? Слухи не врали?       Селяне тут же начали перешёптываться между собой, но голос Терина не позволил им отвлечься.       — Джейк Ценис может быть не наших кровей, не нашей веры и не нашей культуры. Но я готов поручится, что слово “честь” для него не пустой звук! Когда на них напали он не побоялся встать на защиту своей невесты! Он бился с пятью кочевниками ступая голыми лапами по разбитому стеклу! Они бился с самим вождём! Он бился с Ауром Тейриком! Его одолели, но только лишь потому что бой шёл один против пяти.       — Да уж… Терин умеет хорошо приукрасить. У него этого не отнять. — подумал я, глядя на всё это выступление.       — И потому я прошу вас поддержать нас, выйти на площадь перед главным отделом городской полиции и потребовать от городской власти действий. А сами будьте на готове.       — Конечно мы выступим! Не дадим наших девушек воровать! — выкрикнул один из стариков.       — Да! — крикнули почти синхронно жители села.       — Вы будете защищать своих соседей?! — спросил Терин.       — Да!       — Вы будете бороться за спасение Виктории?!       — Да!       — Вы готовы биться за это?! Вы готовы биться за закон и справедливость?!       — Да! Да! Да! — громогласно ответила толпа селян.       После этого Терин подошёл к толпе селян и принялся всем жать руки и обнимать их. Будто жители села были продолжением его семьи, то же самое сделали и те мужчины что последовали за нами.       — И это всё? — удивился я, глядя на всё это.       — Терин очень уважаемый муж. Его дед перемирие с кочевниками организовал. Поэтому я тебя привёл к нему сразу. Если мы убедим его нам помочь, то поддержка остальных селян у нас в кармане.       — Умно…       — Не льстим мне. Это очевиднейшее решение. — Ферин задумался на несколько секунд, он будто в чём-то засомневался. — Слушай, с кочевниками будет всё намного сложнее. У меня нет авторитета в своём племени, потому тебе придётся самостоятельно завоёвывать авторитет. Просто словами это сделать будет трудно.       — Почему у тебя нет авторитета?       — Я женился на городской женщине и оставил позади обычаи предков. Это билет в один конец. Я не был изгнан, не пойми неправильно. Со мной ведут дела, но слово моё много не стоит. А с тебя как с генеральского сына будут очень много спрашивать. Тебе нужно будет соответствовать образу.       — Мне стоит постоянно ходить со злым лицом?       — Ты чужак вдвойне. Ты не кочевник и ты не хирец. Ты будешь в сложной ситуации. Генеральский сын, это персона требующая большого уважения. Но это уважение тебе придётся вырывать с боем. Тебя все будут проверять на прочность.       — Предлагаешь ходить как павлину и постоянно бахвалится?       — Этим дело не ограничится. Поверь мне. Придётся лезть в драку, обязательно придётся. Дело может даже дойти до поножовщины.       — Ты говоришь что мне придётся кого-то зарезать?       — Не обязательно. Но есть вероятность что придётся, но не факт что насмерть. Будь готов набить морду любому кто криво на тебя посмотрит. Ты не можешь позволить себе быть обывателем и избегать драки.       — Придётся — буду. Ради Виктории буду.       — Только при других кочевниках такое не ляпни случайно.       В течении следующих двух суток мы обошли все окрестные сёла и сумели собрать огромную толпу, которая в обозначенный час выдвинулась с окраин в центр города верхом на тэках. Улицы буквально заполонили эти сельские мужчины верхом на тэках, а следом за ними в повозках ехали женщины и дети.       Городская полиция переполошилась, никто из руководства не ожидал такой реакции населения. Полицейские тут же стали собирать отряды у главного отделения полиции. Полицейские встали стеной перед входом в здание, держась за дубинки и не понимая что происходит.       Терин вышел из толпы и встал перед полицейскими. Поставил руки на пояс и гордо заявил: “Я пришёл сюда, чтобы сделать заявление от имени сельских жителей!” Полицейские принялись переглядываться. Они все сами были местными, жителями города, лишь несколько офицеров были выходцами из других районов Хира. Ситуация была напряжённой, но толпа вела себя спокойно, здесь собралась не бунтующая молодёжь, а целые семьи что желали увидеть действий со стороны правительства.       — Мы желаем видеть комиссара! Мы желаем знать что он собирается делать с похищениями! — громко заявил Терин и топнул лапой.       — Да! Комиссар! Выходи! — прокричала толпа так громко что не услышать у комиссара не было шансов.       Один из местных офицеров полиции зашёл в здание и через несколько минут вышел оттуда, но без комиссара. Он подошёл к Терину и они стали переговариваться. Затем Терин взглянул на меня и Ферина и подозвал к себе жестом. Мы подошли.       — Комиссар будет с вами говорить. Но не в присутствии толпы. — тихо сказал офицер чтобы не услышали посторонние.       — Народ будет недоволен, если им сейчас приказать расходится. — заявил Терин. — Если их разозлить, то может начаться погром.       — Вы напугали комиссара, он думает что вы сейчас будете штурмовать отделение. Он пытается связаться с гвардией, но я ему отключил радио.       — Попахивает саботажем. — сказал Ферин.       — Я спасаю его от его же глупости. Он не знает местной специфики. Он мохнатый кот, ему не понять наших обычаев. Последнее что нам нужно, так это вмешательство армии. Достался нам такой начальничек. Северянин, что с него взять то?       — Под ним чин шатается. — пришёл к выводу Ферин.       — Не просто шатается, а разваливается. Его ведь сюда сослали как наказание. В наших краях карьеры не сделаешь.       — Значит есть чем давить на него. — заявил Терин. — Пусть он самоустраняется от решения вопроса и даст нам со всем разобраться.       — Какой у вас план? — уточнил офицер. — Мои парни готовы действовать, но будут кидаться на амбразуру почём зря.       — План есть. Скоро вы о нём узнаете.       — Похоже что вы знакомы. — подметил я, глядя на продуктивный разговор.       — Конечно! Это же мой шурин! — заявил Терин.       Как всё сразу встало на свои места! Сразу стало понятно почему Терин совсем не боялся выводить такую толпу на площадь перед отделением полиции. Очень удобно когда у уважаемых лиц есть уважаемые родственники в полиции на командующих должностях.       — Приятно видеть достойных мужей на таких должностях. — подыграл я.       — Майкл, проведёшь нас к комиссару? Я успокою народ и сделаю так, что всё пройдёт спокойно.       — Проведу. Только сначала толпу успокой. А то они нервничать начинают, как и мои подчинённые. — сказал шурин Майкл.       Терин кивнул, сделал несколько шагов назад и поднял руку вверх. Толпа притихла. Все ждали что же он скажет.       — Комиссар не выходит! Так я сам пойду в его кабинет и в лицо ему всё выскажу что мы думаем! — громко сказал он и растопырил пальцы с когтями.       Терин умело играл на чувствах селян и поддерживал образ, борца за правое дело. Как оказалось всё у него было взято под контроль с самого начала. Но мне это только к лучшему, такие влиятельные знакомые мне и нужны как никогда.       Майкл повёл нас внутрь здания полиции, внутри ситуация была более напряжённой чем снаружи. Полицейские на всякий случай вскрыли оружейную комнату и вооружились дробовиками и винтовками. Снаружи этого не было видно, но полиция была готова ко всему и неразбериха с неуверенностью были лишь фасадом.       — Успокойтесь. Стрельбы не будет. — сказал Майкл и жестом приказал опустить оружие. — Возвращайте всё на место.       — Ох…столько бумажной работы добавилось. — проворчал один из полицейских, принявшись разряжать свой дробовик.       Тем временем Майкл провёл нас на второй этаж и постучался в кабинет комиссара. Оттуда доносилось жужжание какого-то механизма.       — Комиссар Эйтель. К вам важный посетитель, даже несколько. Это глава протестующих.       — Что? Что он здесь делает?       — У него есть очень важная информация для вас. Он знает как успокоить толпу. Несколько секунд комиссар не отвечал, затем снова раздалось жужжание, и спустя несколько секунд металлический грохот и крик: “Да чтоб под землю провалился имбецил что устанавливал эту систему! Ничерта не работает!” Лишь после этого комиссар решился убрать толстый засов что запирал дверь и впустил нас внутрь. Комиссар оказался белым котом с неказисто подстриженным мехом. Он был не в своей тарелке это уж точно. По нему было видно что он изнывал от местной жары и не было ему спасения. Мех его оказался от природы густым, обычно это было бы преимуществом и красивой чертой. Но не здесь.       — Кто это? — спросил Эйтель глядя на всех нас. — Что тут человек забыл? — прошептал он задержав взгляд на мне.       — Человек имеет прямое отношение к происходящему сэр.       — В каком смысле?       — Вы читали мой отчёт? — произнёс Майкл, но затем его взгляд остановился на запечатанной папке что лежала на столе комиссара. — Не читали…       — Чёртова жара, я даже думать не могу. Повезло же мне, имея барса деда получить назначение в чёртову пустыню. — жаловался Эйтель поправляя воротник своего мундира.       Тут я заметил, что комиссар одет совсем не по местному. На нём был классический мундир из плотного сукна, плотные штаны и ботинки с обвязками. Почему он не переоделся?       — Переоденьтесь. Вам же тяжело. — сказал я глядя на него.       — Я не спрашивал твоего мнения…человек… И каким боком ты причастен к той толпе?       — Мою невесту похитили. На нас напали прямо в её доме.       — Невесту? Ты притащил свою невесту сюда с самой альты?       — Нет. Её зовут Виктория Рикли. Она здесь родилась.       — Виктория? Рикли? Погоди… похитили? Рикли…Рикли… — комиссар мотал головой будто пытался поймать мысль что вот-вот покинет его. — Гепард? Похитили гепарда? Ох блять…       — Вы в курсе кто он? — сказал Терин указав на меня.       — Видно что это человек. — ответил Эйтель.       — Меня зовут Джейк Ценис. Фамилия ни о чём не говорит? — намекнул я.       — Что? Ценис?       — Генеральский сын.       Несколько секунд Эйтель просто глядел на меня вытаращенными глазами, его рот замер, а сознание, видимо с трудом воспринимало реальность. Он зашатался, и опёрся на собственный стол одной рукой.       — Товарищ комиссар поплыл… — сказал Ферин, глядя на него.       — Пиздец…генеральскую невесту…похитили… Хана мне, а не повышение… хоть вешайся. — произнеся это комиссар окончательно потерял равновесие, и рухнул на пол захватив с собой попутно и радиостанцию что стояла у него на столе. Его тело рухнуло как мешок картошки.       — Он всегда такой припадочный? — задался вопросом Терин, не совсем понимая что делать дальше.       — При мне такого не было. — сказал Майкл и подошёл к Эйтелю, чтобы проверить его. — Он перегрелся. Помогите мне положить его на диван.       Мы все вместе взяли Эйтеля за руки и ноги и один резким движением уложили на диван. Майкл быстро снял с него мундир и принялся махать им как веером, охлаждая его тело. Я осмотрелся вокруг, увидел чашку с выгравированным именем “Эйтель” набрал туда воды и поставил на стол, вдруг понадобится.       Терин воспользовался моментом и выглянул в окно, топла увидела его и заликовала. Он помахал им рукой и вновь скрылся из виду толпы.       — Нам нужно привести его в сознание как можно быстрее. Народ начинает волноваться.       — Сейчас. Я нашатырный спирт достану… — сказал Майкл и сходил за аптечкой что лежала в соседнем помещении. Дурно пахнущая смесь очень сильно вдарила по нюху кота, тот громко проматерился и поднял голову.       — Господи…что за ужас. Чего вы с меня мундир стянули?       — Вы словили солнечный удар, вы перегрелись. Не вставайте. — приговаривал Майкл удерживая своего начальника на диване.       — Да чтоб вся эта пустыня под землю провалилась… — комиссар быстро понял, что у него нет сил и рухнул обратно на диван, тяжело дыша и обливаясь потом.       — Однако проблемы всё ещё нужно решать. — добавил Майкл.       — Была похищена последняя представительница своего рода, была похищена невеста уважаемого гостя с альты! Были нарушены давние договоры и осквернены алтари! — резко заявил Терин. — Народ требует действий.       — Что ты предлагаешь мне сделать? Вызвать армию? Это конец моей карьеры! И даже с армией не факт что мы найдём кочевников. Пилоты, один табун кочевников от другого с воздуха отличить не смогут.       — Вы не знаете местной специфики. Нужно заключить союз с одним из племён…       — Союз? Ты сума сошёл? У меня нет полномочий на такие вещи! Вы даже не государство чтобы с вами что-то заключать!       — Надо уметь приспособляться…       — За такое “приспособление” меня сразу же отправят за решётку.       — Мои подчинённые готовы действовать. Нам просто нужно чтобы вы смотрели в другую сторону.       — Ты что, меня на должностное преступление подбиваешь? — прокричал Эйтель и схватил Майкла за галстук, подтянув его к своему лицу. — На пост мой позарился?       — Нет. Я предлагаю решение ваших проблем. — сказал Майкл и силой убрал руку комиссара с гластука. — Выбора у вас не много. И я сделаю всё так чтобы вы не оказались под ударом.       — Нам нужно чтобы вы выделили помощь в борьбе с Ауром Тейриком и его племенем. Нам нужен как минимум отряд. — заявил Терин.       — И что вы собрались делать? Воевать отрядом с целым племенем? Это безумие…       — У Тейрика много врагов. Кочевники потеряли торговые связи с городом из-за его выходки. Многие племена встанут на нашу сторону, если их вновь пустят в город. — добавил Ферин.       Мысли с трудом давались Эйтелю, он беспомощно валялся на диване и глотал ртом воздух. Я поднёс ему стакан воды, он тут же опустошил его.       — Если мы вернём Викторию с вашей помощью, то я забуду о произошедшем. — сказал я, глядя на комиссара.       — Ты мне угрожаешь? — прорычал Эйтель в ответ.       — Да. У меня есть друзья в полиции. Комиссар Фикке Арик Марш — мой друг, к тому же я сын Хасана Цениса. Если в посольстве узнают о том что произошло, то будет скандал.       — Ты выродок…и невеста твоя выродок. Раз под человека легла… Если раньше поведение Эйтеля меня раздражало, то теперь он меня выбесил. Кровь забегала по венами, а в голове появилась столь знакомая боль в районе виска. Я не чувствовал ни страха и волнения. Руки делали всё сами. Оскорбление Виктории я ему не прощу.       — Смотри на меня. — твёрдо сказал я и ткнул его в лоб пальцем.       Эйтель медленно открыл глаза, посмотрел на меня непонимающе, после чего я тут же вдарил ему в нос кулаком со всей дури что у меня в голове скопилась.       — Блять! Что это было!? — взвыл Эйтель от удара.       Майкл тут же схватил меня и прижал к стене. Он был достаточно хорошо сложен для своего почётного возраста, но годы перекладывания бумажек не делали его сильнее. Потому я достаточно легко оттолкнул его в сторону.       — Что ты творишь, щенок! — возмутился Майкл.       — Пока эта блохастая скотина ноет и валяется на диване мою невесту могут прямо сейчас насиловать! Я могу сделать так чтобы вы все слетели с должностей! — заорал я что есть мочи и ткнул Майклу пальцем в грудь. — Я буду делать всё что в моих силах чтобы вернуть её! И лучше вам не вставлять мне палки в колёса и не вставать на пути!       — Ты только что врезал комиссару полиции.       — Это не комиссар, а чмо позорное. Ты сам это знаешь. Он вас терпеть не может, и земли ваши тоже. От него ничего хорошего не дождёшься, ни я, ни вы.       — Я тебя обязан бросить за решётку прямо сейчас. — прорычал Майкл.       — Дорогой шурин, я готов поручится за него. — сказал Терин, положив ладонь на плечо Майкла. — Представь что твою невесту бы украли таким образом. Парнишка дерзкий…но он прав. Глянь на этого идиота, — сказал терин, указав на комиссара. — Он нам ничем не поможет. Только хуже сделает.       — Я не могу его сместить.       — Но он даже обязанности свои исполнять не может. Он хотя бы один приказ подписал?       — Нет…уже неделю он ничего не делал.       — Так отправь его в госпиталь. Пусть он там “лечится”, главное чтобы нам он не мешал.       — Вы что, меня сместить хотите? Майкл, ты отстранён! Лейтенант! Лейтенант! — закричал что есть сил Эйтель.       В кабинет забежал молодой лейтенант, приезжий пёс, одетый в робу он с удивлением наблюдал на картину. Множество посторонних лиц находилось в кабинете комиссара, а сам он лежал на диване с разбитым носом.       — Арестуйте Старшего Лейтенанта! Я отстраняю его от должности за коррупционные связи и начинаю в его отношении служебное расследование!       Лейтенант долго смотрел на меня, на Комиссара на Майка и Терина, и по какой-то причине не стремился тут же исполнить приказ.       — Комиссар бредит из-за жары. Не слушай его. Вызови медиков.       — Откуда кровь? — задался вопросом лейтенант. По его лицу было видно — он всё понимал, понимал что комиссар не бредит, что происходят вещи незаконные, но необходимые.       — Комиссар упал и ударился об косяк.       — Под трибунал пойдёшь! — крикнул комиссар лейтенанту.       — Хорошо, я сейчас вызову скорую помощь.       Она прибыла достаточно быстро, комиссара тащили до машины четверо санитаров. Он пинался и кусался, обвиняя всех в предательстве. Ферин воспользовался этим, объявил что Эйтель лишился разума из-за непривычной жары и теперь родичь будет управлять местной полицией. После чего сказал народу возвращаться по домам. Толпу эти новости устроили и достаточно быстро все разошлись кто куда.       Майкл тем временем не сидел без дела, он собрал отряд из двадцати добровольцев и “отправил их в неоплачиваемый отпуск” и приказал готовить личное оружие. Также был пущен слух, что набираются добровольцы. Этот тайный призыв будет понятен местным жителям.       — Наша часть плана выполнена. — подытожил Терин. — Теперь дело за тобой.       — Я сделаю всё что требуется. — ответил Ферин после чего пожал руку Терина.       — Весь город надеется на это.       Мы уже собирались уходить, но тут Майкл окликнул меня.       — Парень, стой.       — Вам что-то нужно? — спросил я и обернулся.       — Молодая кровь кипит в жилах. Я понимаю. Ты себя за решётку чуть не отправил.       Не глупи, между храбростью и глупостью есть грань. Мёртвый ты своей невесте не поможешь. Среди кочевников у тебя будет лишь Ферин, а он лишь простой кочевник. Тебя никто не защитит.       — Хорошо. Я запомню.       — Отлично. Удачи тебе с кочевниками.       Мы с Ферином покинули участок. Только в этот момент я осознал произошедшее. Я вмазал комиссару полиции! Это же охренеть можно! Меня охватило странное чувство, будто последние несколько часов надо мной взял контроль кто-то со стороны и только сейчас меня…настоящего меня пустили за руль. Адреналин потёк по венам, руки затряслись.       — Я вмазал комиссару… — прошептал я, трогая собственный кулак.       — Ты не просто ему вмазал. Ты его сместил. Устроил небольшой такой дворцовый переворот. — Ферин нахмурился и взглянул на меня будто заново оценивая. — Ты всегда такой дерзкий, или ты просто прикидываешься?       — Я сам не особо понимаю. Стоило ему оскорбить Викторию как я оказался будто в театре, я лишь смотрел, руки сами всё делали. Да и не только руки.       — Такой настрой впечатлит кочевников. Но над твоим образом ещё предстоит поработать. — сказал Ферин и повёл меня за собой.       — Куда мы идём?       — На рынок. Важной шишке полагается серьёзное оружие. Как минимум тебе нужно будет обзавестись хорошим кинжалом, да пистолетом побольше. И одежду купить по приличнее.       — Пистолет действительно необходим?       — Необходим. без него тебя не будут уважать. Так что расчехляй кошелёк…       — С деньгами туго. — сказал я и прикоснулся к похудевшему кошельку.       — Займы дам, потом вернёшь.       Похоже что придётся вооружаться… Ох не того я ожидал когда прилетал сюда. Но ситуация вынуждает… Я запустил маховик судьбы, и отступать некуда…