Тихий остров

Я совершенно не выспался, поэтому с утра у меня плохо ворочался язык и мысли. Я сидел напротив Роберта, сонно ковыряясь вилкой в тарелке с яичницей и беконом. - Читал книгу? – догадался учёный. - Да, лёг уже в третьем часу, - ответил я. - Нашёл что-нибудь? – Роберт насмешливо взглянул мне в глаза. На его лице словно было написано «ну я же говорил!». - Нет, - признался я. – Сегодня верну книгу на место как и обещал. - Мог бы и не спешить, - Роберт собрал пустые тарелки в стопку. - А ты случайно не знаешь, где именно дочь священника нашла тот ключ, которым открыла дверь? – на всякий случай поинтересовался я, совершенно не надеясь на положительный ответ. - Знаю, - Роберт застыл со стопкой тарелок в руках. – Ключ висел на шнурке на шее у Иисуса. Меня бросило в жар, давление подскочило, сердце учащённо заколотилось. Ошмётки фактов, до этого хаотично перемещавшиеся по пустому пространству внутри моей головы, изменили свои траектории, направляясь в одно конкретное место. Я бросился в свою комнату и тут же вернулся назад с книгой. - Где же это? А, вот! – Я развернул открытую книгу к своему собеседнику. – Смотри! - Что тут? – Роберт приблизил лицо к посеревшим от времени страницам и приподнял очки. – Давай сам прочитай! Я ткнул пальцем в самое начало разворота. - «На шнурок для Иисуса, двадцать центов», - прочитал я, затем отвернул страницу назад, и в самом конце страницы прочёл неполную строчку: - «На шнурок для Марии», без суммы. Значит, шнурок не поменяли! Перевернули страницу, и забыли! Идем в храм. Я почти бегом выскочил из дому, прихватив книгу с собой. Роберт, оставив грязные тарелки на столе, поспешил следом. - Кто из ангелов кто? – поинтересовался я, когда мы оказались в храме. - Считается, что Мария слева, а Иисус справа, - пояснил учёный. - Значит, если ключ висел на шее у Марии, то он мог соскользнуть по груди, затем по крылу, и упасть где-то вот там, - я проследил вытянутой рукой весь путь воображаемого ключа сверху донизу, и подошел к месту, куда должен был приземлиться ключ после падения, и с удивлением обнаружил там вытертый в камне след по форме напоминавший кольцо. – Что это? - Это след от подсвечника, - предположил Роберт, - подсвечник раньше стоял как раз в этом месте, это его след, я проверял. - Проверял? – я не смог скрыть удивления. - Да, я так же предположил, что был второй ключ, так же проследил его путь, и понял, что он мог попасть в подсвечник, - продолжил Роберт. – Я рассказал об этом предположении Джереми Смиту, и он прямо загорелся идеей его оттуда достать. Мы вдвоём выкатили подсвечник наружу, развели костёр и выплавили воск. Но ключа не нашли. - Так священник тебе даже помог! – удивился я. - Да, он так умело рубил дрова для костра... Он работал топором как хирург скальпелем. Кажется, за всё время, пока выплавлялся воск, он так и не выпустил его из рук. – Конец фразы ученый задумчиво растянул, казалось, он вспомнил что-то важное, чему раньше не придавал значения. - Почему ты вообще решил, что есть второй ключ? – мне был интересен ход мыслей ученого по этому поводу. - НУ, знаешь, две фигуры, две головы, две шеи – два ключа. Двойственность. Вот и подумал, что должен быть и второй ключ. Я поделился своей догадкой со священником, тогда много разговоров было об этом ключе и несчастье с его дочерью. Мы ещё толком не понимали, к чему всё это приведёт. Я остался после службы и объяснил ему, что к чему. Джереми захотел проверить мою догадку, он настоял на том, чтобы я ему помог. Мы установили подсвечник под углом горловиной вниз и разожгли костер. Помню, как я разглядывал вытекающий воск в надежде обнаружить ключ, а Смит стоял надо мной с топором в руке. Его глаза отражали пляшущее пламя костра. Мне так казалось. Но сейчас я думаю, что в его глазах было безумие. Думаю, как только ключ выплыл бы из сосуда – Джереми тут же зарубил бы меня топором. Хотя нет – ему нужен был кто-то, кто поможет закатить подсвечник обратно. - А второй подсвечник? Из него тоже выплавляли воск? – я с нетерпением метнулся к сосуду у левой фигуры. – Ведь во время ремонта подсвечники могли поменять местами – наверняка их сдвигали! - Нет, второй не трогали, - ответил Роберт. – Я что-то не подумал, что их могли переставить. Может быть, я потому и остался жив, что Джереми надеялся на мою помощь со вторым подсвечником? Надо сказать, что тогда он не выглядел здоровым. Я постучал костяшками пальцев по подсвечнику, стоящему у фигуры Иисуса, затем заглянул внутрь: - Пусто! Воска практически нет! – Я сдвинул подсвечник в сторону – он оказался не таким уж и тяжёлым, как я себе представлял, под ним в камне выделялся точно такой же кольцеобразный след. - И он такой же подкопченный снизу, как и первый, - добавил Роберт. – Воск, несомненно, выплавили в ту же ночь. Но вот нашёл ли он ключ? - Судя по тому, что дверь так и не открыли – нет, не нашёл! – уверенно заявил я. - Какую дверь? – непонимающе переспросил учёный. Я достал из кармана монету и потёр ребром белую стену притвора – из-под слоя отшелушившейся краски выглянул маленький фрагмент художественной росписи. - Вот, смотри – тут тоже должна быть дверь! - Как ты об этом узнал? – недоверчиво поинтересовался мой спутник. - Ты же сам сказал о двойственности, - улыбнулся я. – на правой стене темы Ада, значит, слева будет Рай. Всё логично. - Только и всего? – слова Роберта прозвучали несколько разочарованно. - Вспомни кирку и выбитую нишу снаружи притвора. Тот, кто вырубал камень из цоколя, хотел попасть на такую же лестницу вниз, но не через дверь. Только отсутствие ключа от двери могло толкнуть человека на столь отчаянный и бесполезный труд, - объяснил я. - А где же ключ? Если бы он просто лежал в каком-то ящике стола – то думаю, Джереми его бы уже нашёл – ключ-то не маленький, - предположил Роберт. - Я подумаю над этим вопросом, - пообещал я. Я вынул витринное стекло и водрузил книгу на место. Затем столкнул подсвечник, и он плотно встал в своё вытертое в камне гнездо. - Слушай, а почему город больше не изменяется? – поинтересовался я. – Священник уже не хочет кормить свою дочь? - Он кормит её ночью. Возможно, ты не замечаешь, потому что спишь. А я ощущаю это каждую ночь, бывает, что и по два раза. - А почему Джереми сменил время? – Я знал, что должна быть причина, но не мог понять, в чём именно. - Думаю, причина в тебе. Он понял, что мы с тобой объединились, поэтому опасается, что мы сможем подстеречь его у храма и закрыть его там, ну или даже просто отобрать ключ силой, - пояснил Роберт. – Вот он и старается открывать дверь только ночью и ненадолго, чтобы мы не успели добраться до храма. - Звучит достаточно логично, - заключил я. – Прогуляемся к клинике?