Тихий остров

Мы вышли из прохлады храма под палящие лучи поднявшегося солнца. Боковым зрением я уловил короткое движение сомкнувшихся кустов. «Только бы не собаки!» - молнией проскочила в голове мысль, и тут же прохладной змейкой спустилась вниз по позвоночнику. Мои глаза заскользили по округе в поисках чего-нибудь, чтоб отбиться. Хотя какие собаки? Дверь же закрыта, опасения беспочвенны. Однако иметь при себе что-то для защиты в любом случае не помешает, отметил я про себя. Клиника Кевина Раммери находилась на западной окраине городка. На довольно просторном участке, окружённом по периметру разросшимися клёнами, располагалось двухэтажное здание, похоже, некогда жёлтого цвета. В центре над основным зданием возвышалась надстройка в три окна по фасаду, вероятно, административные кабинеты. Мощёные плиткой дорожки уже порядком затянуло грунтом, на котором пышно зеленела трава. Казалось, что переполненные клумбы выплеснулись из отведённого им пространства мягкой зелёной волной, и замерли, разомлев на солнце. Скамейки со спинками, загнутыми вопросительным знаком, уже давно забыли о своём предназначении. Справа мрачно темнел старый парк. Толстобрюхие древеса раскинули свои многочисленные руки с растопыренными пальцами, будто бы стараясь то ли поймать, то ли просто обнять каждого, осмелившегося подойти ближе. Тьма, запутавшись в бесчисленных ветвях, так и не смогла выбраться и уйти вслед за ночью, и поэтому вынуждена тихо сидеть под раскидистыми кронами, скрывая где-то в глубинах своего сердца кошмарных монстров, порождённых трусливым человечьим воображением. По ту сторону входной двери оказался просторный холл с высоким потолком, ярко-салатовыми ещё не до конца облупившимися стенами. Стены, пол, потолок – покрывали белые линии различной толщины, бессистемно разбегающиеся во всех мыслимых направлениях, переплетающиеся между собой, разделяющиеся надвое, натрое, поглощающие и поглощаемые, образующие плетёные узлы и спирали, покрытые перпендикулярной неровной штриховкой. - Да, дизайнер сплоховал, - задумчиво протянул я, и немного сморщился от густого неприятного запаха, попавшего в горло. - Когда я приходил сюда в последний раз – этого рисунка ещё не было, - ответил Роберт. – Нужно иметь просто уйму свободного времени, чтобы изобразить такое… Лестница на второй этаж должна быть слева в конце коридора. Лестница вела не только на этаж выше, но и имела пролёт вниз, полностью затопленный скверно пахнущей жидкостью, на вид напоминавшей обычные нечистоты. Солнечный свет из окна коридора краем задевал вспененную серо-зелёную поверхность, лениво пропускающую сквозь себя редкие разжиревшие и до боли медлительные пузыри. - Пойдём, тут не на что смотреть. – Роберт силой потянул меня за собой. - А что там внизу? – поинтересовался я. - Подвал и морг, что там ещё может быть? Вообще-то тут небезопасно, - назидательно заявил учёный. – Так что давай осмотрим то, что ты хотел, и не будем отвлекаться на мелочи. Опасно? Я не придал этому значения, потому как посчитал, что Роберт всего-навсего желает быстрее закончить эту процедуру, всё же атмосфера была безрадостной. Скверный запах, хруст какой-то скорлупы под ногами, краска, лохмотьями свисающая с потолка, исчерченные полосами стены – всё это контрастировало с ярким умиротворяющим пейзажем за окном. И вопрос «почему я здесь, а не там?» навязчиво всплывал перед внутренним взором. И тут я не столько услышал, сколько почувствовал всей поверхностью тела, что этот самый хруст исходит не только от наших ног. Впереди обозначилось светлое пятно, мерно перемещавшееся в нашу сторону. По разочарованному вздоху Роберта я понял, что именно этой встречи он и хотел избежать. - Это Хизер. Медсестра Кевина, Хизер Стивенс, - объяснил он с нескрываемой досадой, открывая ближайшую дверь. – Давай спрячемся в этой комнате, может, она просто пройдёт мимо… Учёный втянул меня в комнату и запер дверь на щеколду. Небольшое стекло в двери позволяло следить за происходящим в коридоре, но Роберт знаками призывал меня встать у стены таким образом, чтобы невозможно было заметить из коридора. Я по примеру Роберта вжался спиной в стену у самой двери, вслушиваясь в приближающиеся шаги. Передо мной была пустая комната в два широких окна на восток, единственным украшением которой являлась больничная каталка с присохшей к ней сверху массой пыльно-коричневого цвета, накрытой разляпистым куском ткани, вероятно, когда-то считавшимся простынёй. Та часть коричневой массы, что не поместилась под простынь, с двумя круглыми углублениями и одним треугольным напомнили мне… Звук шагов стих прямо у двери, и после небольшой паузы опять возобновился. Я не удержался, и осторожно взглянул сквозь дверное стекло. Женская фигура со спины в измазанном медицинском халате, медицинская шапочка на голове примерно в том же состоянии, усталые обречённые движения плохо подчиняющихся ног, безвольно висящие вдоль тела руки… Из-под двери напротив резво выкатилась небольшая картофелина и замерла, шевеля длинными усами. Конечно, это был жук, но жуков такого размера я видел впервые. Хизер замерла, словно наткнувшись на невидимую стену. Жук, закончив сканировать пространство, двинулся дальше. Молнией сверкнуло серебро, на месте жука торчал внушительных размеров кухонный топорик с отверстием на приподнятом крае. Половинки жука ещё по инерции гребли под себя лапками, кружась на месте. Хизер опёрлась на левую руку, и с усилием вырвала застрявший в полу топор. Меня поразил не столько сам этот мгновенный выпад, и даже не столько его феноменальная точность, сколько её возможность определить положение жука по издаваемому им звуку, ведь она не могла видеть насекомое даже таких размеров, находясь к нему спиной? Вероятно, Хизер как-то почувствовала мой взгляд, и опершись обеими руками о пол, медленно повернула голову в мою сторону. У меня перехватило дыхание, и я моментально присел, надеясь, что она всё же меня не заметила. Некогда белая шапочка на голове, тканевая медицинская маска снизу, а между ними… Между ними не было ничего. Грязно-белое полотно. Такое ощущение, что это манекен, вместо головы которого установили воздушный шарик цвета слоновой кости. Однако этот манекен как оказалось превосходно орудует увесистым кухонным топориком для разделки мяса. Я умоляюще смотрел на Роберта снизу вверх. Он выглядел вполне спокойным, но держал вытянутый палец у рта, призывая к молчанию. Уши сдавило тишиной, время, журчащее прежде весёлой весенней струйкой, загустело до состояния августовского мёда. Кажется, я даже не дышал. Затем неторопливые удаляющиеся шаги утащили за собой и моё напряжение. - Что это было? – осмелился спросить я шепотом, когда звук шагов стих совершенно. - Я же говорил – это медсестра Хизер Стивенс. Я надеялся избежать этой встречи, но не вышло, - ответил Роберт. - А что с ней случилось? Ей можно как-то помочь? – не унимался я. - Я не знаю, - обречённо выдохнул Роберт. – Могу только сказать, что вряд ли она осознаёт себя человеком. Она не выходит за пределы здания, и не нападает на людей, насколько мне известно. Однако ничего гарантировать не могу. Мне захотелось покинуть это место, найти что-то важное здесь – как я мог верить в такую чушь? Если бы тут что-то было, хоть малейший намёк на разгадку – сам доктор Раммери или его медсестра – обязательно бы использовали этот шанс, речь же шла и об их жизнях, в конце концов. Но просто взять и уйти теперь не получится – Хизер отправилась в сторону лестницы и уже наверняка спустилась на первый этаж. Может быть, получится покинуть здание через окно? Второй этаж – не так уж и высоко, чтобы спрыгнуть. Я подошёл к окну и взглянул вниз. - Не глупи, поднимемся в кабинет доктора, раз уж пришли. – Учёный, кажется, только что прочитал мои мысли.