Госпожа Цзинь

— Добро пожаловать на Пристань Лотоса. Пожалуй, официальная часть оказалась самой муторной и проблемной для них. Лу Линг не имела ничего против главы ордена Цзян: он был уважительным и добрым, но довольно немногословным. И, судя по тому, что она увидела, отношения отца и сына были напряжёнными. Закончив с официальной частью, они тут же оставили вещи в выделенных для них комнатах и побежали искать новые приключения. В Пристани Лотоса было весело. Люди там были намного приветливее, чем в Гусу Лань, а еда — это вообще отдельный разговор. После Гусу Лань, где почти вся еда была безвкусной, кухня ордена Цзян казалась просто восхитительной. Цансэ, Фэнмянь и Цзыюань даже устроили соревнование: кто сможет съесть самую острую пищу. На самом деле сначала участвовали все, но когда дело дошло до этих троих… специй там было столько, что от одного запаха жгло в горле и хотелось плакать. А Лу Линг с Вэй Чанцзэ ещё хотели жить. — Не могу поверить, что ты одолела меня… — всё ещё в шокированном состоянии бормотала себе под нос Цзыюань. — Слабаки! — Цансэ выглядела донельзя гордой своей победой. — Да вы учительнице и в подмётки не годитесь! — Баошань-саньжэнь любит острое? — удивлённо спросил Чанцзэ. — А вы как думаете, в кого я такая?! — весело рассмеялась Цансэ. Было странно думать, что такая легендарная женщина любит острое… Лу Линг представляла Баошань-саньжэнь холодной, отрешённой и безупречно праведной — почти как идеальный Лань. Она постоянно забывала, что именно эта женщина вырастила Цансэ, а значит, спокойной, уравновешенной и тихой она точно не была. — Как-нибудь я обязательно отведу вас познакомиться с ней. — Что…? — Лу Линг в шоке уставилась на подругу, не понимая смысла её слов. — Разве так можно? — озвучил её мысли Фэнмянь. — Нет, — спокойно ответила Цансэ. — Но кто меня остановит? Она ослепительно улыбнулась. Ну конечно. Это же Цансэ. Кто её остановит, если она что-то задумала? Даже Баошань-саньжэнь, вероятно, не сможет. Лу Линг уже жалела эту женщину. Их следующей целью стало лотосовое озеро. Это место было невероятно красивым, а семена лотоса… ммм. Девушка могла понять, почему они так нравились Вэй Ину. Чего она точно не ожидала — так это того, что Вэй Чанцзэ прыгнет в воду ловить гулей голыми руками. Они с Цансэ остались стоять с разинутыми ртами. Правда, Цансэ быстро взяла себя в руки и начала упрашивать Чанцзэ научить её так же охотиться. Цзыюань назвала это глупостью, но Линг видела, как загорелись её глаза — ей тоже понравилось это зрелище. Следующим развлечением стала охота на фазанов. Это оказалось ужасно увлекательно. Ещё веселее было наблюдать, как Цзян Фэнмянь учил Цзыюань. Линг и Чанцзэ обменивались красноречивыми взглядами, явно намекая на план по сводничеству, а Цансэ либо притворялась глупой, либо действительно ничего не понимала. Так в первый же день они оторвались по полной. Под конец они взяли алкоголь и собрались в комнате Цзян Фэнмяня, напиваясь и рассказывая разные истории из своего прошлого. Например, выяснилось, что Вэй Чанцзэ и Цзян Фэнмянь — дальние родственники. Когда-то давно сестра главы ордена Цзян вышла замуж за мужчину с фамилией Вэй, и с того дня он поклялся в верности ордену Юньмэн Цзян. С тех пор семья Вэй стала помощниками, названными братьями (или сёстрами), близкими друзьями будущих глав ордена. Их влияние было настолько велико, что если наследник семьи Вэй не признавал наследника ордена Цзян, то и главой тому не стать. Лу Линг поделилась своим детством — тем, как любила сбегать из дома в город, прятаться от слуг, посланных вернуть её обратно, и… разбрасываться деньгами. Да, буквально. Ей просто нравилось кидать в людей деньги. Услышав это, Цансэ начала неудержимо хохотать. Фэнмянь тоже улыбнулся, заметив, что за этим, должно быть, было забавно наблюдать. Цзыюань лишь закатила глаза, а Чанцзэ рассмеялся, облокотившись на сидящего рядом Фэнмяня. Цзыюань рассказывала, как в детстве терроризировала весь орден. И это, на самом деле, было правдой. Она была ужасно неугомонной: стоило на минуту отвлечься — и её уже не найти. Семье приходилось искать её по всей территории Мэйшань Юй. Однажды в три года она избила нескольких парней постарше. Когда её спросили почему, Цзыюань ответила: «Потому что могу». В итоге у её старшего брата чуть не случился нервный срыв, пока он три часа пытался объяснить, что нельзя бить людей только потому, что можешь. Лу Линг, вспомнив этот случай, не упустила возможности поддеть подругу, заметив, что та сделала это не «потому что могла», а потому что те издевались над младшим ребёнком. Цзыюань так разозлилась, что чуть не призвала Цзыдянь. К счастью, она была слишком пьяна, чтобы это сделать. Да и будь она трезва, вряд ли стала бы рассказывать подобные вещи — это могло бы её опозорить. Цансэ рассказала о своём обучении у Баошань-саньжэнь. К тому моменту она была уже изрядно пьяна, поэтому разобрать её речь было трудно. Из того, что удалось понять, Баошань-саньжэнь, несмотря на свою доброту и весёлый характер, была строгим учителем и не терпела нарушения правил. Каких именно — Лу Линг так и не узнала. Потому что, стоило Цансэ начать об этом рассказывать, как она тут же вырубилась. А за ней и остальные начали засыпать — кто где сидел.

***

Пробуждение оказалось не таким уж тяжёлым, как она ожидала. Всё же тренировки Мэйшань Юй давали о себе знать. — Доброе утро. Но вот после каких тренировок Цзян Фэнмянь выглядел таким свежим — Лу Линг понятия не имела. — Доброе… В горле ужасно пересохло, а голова всё же болела — пусть и не так сильно. Лу Линг с трудом заставила себя подняться, и тут заметила кое-что забавное. Во-первых, Чанцзэ и Цансэ лежали в обнимку. Но это было далеко не самое интересное. Цзыюань с недовольным лицом устроилась на коленях Фэнмяня и обнимала его за талию. Теперь понятно, почему у него такое хорошее настроение. — Да уж… действительно доброе утро, — тихо хихикнула девушка. Линг решила как можно скорее покинуть комнату: во-первых, привести себя в порядок, а во-вторых — избежать удара Цзыдянем за то, что стала свидетельницей «позора» третьей госпожи Юй.

***

Благополучно пережив утро, все теперь сидели за столом и обедали. Цансэ, как всегда, оживлённо болтала — даже слишком оживлённо, и это лучше всего выдавало, насколько она смущена после произошедшего. Цзыюань, напротив, стала заметно более раздражительной, пытаясь таким образом скрыть собственное смущение. В противовес им Фэнмянь был в явно хорошем расположении духа, а Чанцзэ, казалось, мыслями находился где-то очень далеко. Лу Линг решила прогуляться по пристани, оставив «влюблённых уток-мандаринок» разбираться со своими чувствами. Ей же нужно было решить, что делать дальше. Она медленно шла вдоль Пристани Лотоса. Среди учеников ордена Юньмэн Цзян она действительно выделялась своими золотыми одеждами. Было приятно наблюдать, как дети играют друг с другом. Лу Линг невольно улыбалась, глядя на них. У неё была слабость к детям. В прошлой жизни у многих её друзей были дети, и она часто за ними присматривала. Но, несмотря на это, своих детей Лу Линг никогда не хотела. Она знала себя — не была готова к материнству и, скорее всего, никогда не будет. Но сейчас у неё не было выбора. Ей придётся родить ребёнка. От этой мысли её накрыла волна тошноты. Она понимала, насколько это несправедливо по отношению к будущему ребёнку… но ничего не могла с собой поделать. Она не хотела этого. И всё же она никогда не позволит ему это почувствовать. Когда родится Цзысюань, ей придётся заняться его воспитанием, чтобы он не вырос таким же, как в оригинале. А его брак с Цзян Яньли… Что ж, помолвку она всё же заключит — чтобы защитить сына от планов его отца. Она не позволит использовать его в политических играх. Но если в будущем он сам не захочет жениться — она не станет настаивать. Это было одно. Но оставалось и другое. Смерть Цансэ и Чанцзэ… В оригинале так и не было известно, от чего они умерли. Просто однажды ушли на ночную охоту — и не вернулись. Лу Линг сомневалась, что это был несчастный случай. Их явно убили. Но кто? Учитывая, как Цансэ избегает разговоров о своём прошлом, вполне возможно, что всё связано с её настоящей семьёй… А ещё Мэн Яо и Цинь Су… Также стоило предупредить Цансэ о судьбе одного из её младших братьев. Судьба Сяо Синчэня должна измениться в этот раз. Как только она станет госпожой Цзинь, ей придётся переманить на свою сторону как можно больше людей. Ей нужны надёжные союзники, чтобы осуществить всё задуманное. И нельзя забывать о войне. Она устало вздохнула. Как же много работы… Весь день Лу Линг провела в городе: любовалась местными видами, покупала деликатесы и слушала чужие сплетни. Это стало для неё своеобразной отдушиной — и помогло немного привести мысли в порядок.

***

Ночь опустилась на Пристань Лотоса. Девушки собрались в комнате Лу Линг, каждая занималась своим делом. Цзыюань читала какую-то заклинательскую книгу, Цансэ лежала на кровати, задумчиво глядя в потолок, а сама Лу Линг листала книгу, купленную сегодня на рынке. Это оказалась какая-то приторная мелодрама про любовь. Честно говоря, довольно скучная… Но в то же время она наглядно показывала, насколько люди похожи по своей сути — несмотря на разницу культур и эпох. Тишину внезапно нарушила Цансэ, задав не самый удобный вопрос: — А-Линг… ты ведь обручена, да? Так вот… на что это похоже — любить? Её нельзя было винить. Они никогда не рассказывали ей о женихе Лу Линг. — Я его не люблю, — вздохнула девушка. — Скорее… ненавижу. — Заслуженно, — холодно добавила Цзыюань, даже не пытаясь скрыть отвращение. — Ох… прости, я не хотела… — тут же засуетилась Цансэ. — Всё нормально, — перебила её Лу Линг. — Я сама тебе ничего не рассказывала. Так что не переживай. А что касается твоего вопроса… я не знаю. Я никогда не влюблялась. — Любить сложно, — неожиданно произнесла Цзыюань. — Никто не сможет объяснить, как понять, любишь ты или нет. Просто однажды ты это осознаёшь. — Думаю, я с ней согласна, — кивнула Лу Линг. — Просто наблюдай за собой. Когда ты рядом с этим человеком… если ты его любишь, тебе хорошо. Ты хочешь быть рядом и стараешься показать себя с лучшей стороны. — Матушка всегда робела рядом с отцом, — Цзыюань едва заметно улыбнулась. — Она по натуре вспыльчивая, но с ним становилась мягкой. Даже научилась готовить ради него. — Готовить…? — Нет! — тут же воскликнула Лу Линг. — Даже не думай приближаться к кухне, Цансэ! Ради Се Ляня, придумай что-нибудь другое! — Се Лянь? — удивлённо переспросила Цансэ. — Она права, — спокойно добавила Цзыюань, уже привыкшая к странным фразам Линг. — Лучше нарисуй что-нибудь. У тебя ведь хорошо получается. — Рисунок?.. — Цансэ смутилась. — Я не так уж хорошо рисую… — Ты прекрасно рисуешь, не недооценивай себя, — махнула рукой Лу Линг. — Хорошо, но… — вдруг её смущение исчезло, и она с хитрой улыбкой повернулась к Цзыюань. — А ты что подаришь? Лу Линг сидела, подперев щёку рукой, и с лёгкой улыбкой наблюдала за их спором. Она и сама не заметила, как снова ушла в свои мысли. Эти разговоры заставили её вновь задуматься о собственной свадьбе. Она не хотела об этом думать… Но всё же было обидно — выходить замуж за человека, который ей совершенно не симпатичен. Хотя дело было даже не в этом. Она уже давно не верила в настоящую любовь. Но всё равно… ей хотелось хотя бы взаимного уважения. — А ты что думаешь? — внезапно спросила Цансэ. Лу Линг моргнула, понимая, что совершенно не слушала их. — О чём? — О родственных душах! — оживлённо воскликнула Цансэ. — Наставница говорила, что у каждого человека она есть. Это ведь так романтично! — Глупости, — фыркнула Цзыюань, хотя по её взгляду было видно — тема её зацепила. — Родственные души… — тихо повторила Лу Линг, невольно улыбнувшись. Она вспомнила историю любви Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Если они действительно существуют…то, несмотря на моё вмешательство, они всё равно будут вместе. — Они точно существуют! — уверенно сказала Цансэ. — И откуда такая уверенность? — хмыкнула Цзыюань. — Потому что наставница может видеть нити судьбы, — с гордостью ответила она. — Нити судьбы? — Лу Линг удивлённо подняла взгляд. — Они правда существуют? — Конечно! — кивнула Цансэ. — Просто не все могут их видеть. Учительница пыталась нас научить… но ни у кого так и не получилось. — Вот как… — задумчиво протянула Лу Линг. — Интересно, с чем это связано… — Не знаю. Наставница говорила, что это как-то связано с душой. — С душой… — Говорю же — глупости! — А-Юань! — возмущённо вскрикнула Цансэ. — Не смей называть родственные души глупостью!

***

Время, проведённое на Пристани Лотоса, было по-настоящему прекрасным. И следующей их остановкой стал Мэйшань Юй. Цансэ не терпелось увидеть место, где выросли её подруги. — Боже мой, успокойся! — Цзыюань пыталась утихомирить Цансэ, которая болтала без остановки уже третий час подряд. — Ну уж нет! Это место, где вы выросли! Я хочу его увидеть! И твою семью тоже! Надеюсь, они намного приветливее тебя! — показав язык, заявила Цансэ. — Ты…! Фэнмянь и Чанцзэ ради собственной безопасности даже не пытались вмешиваться в спор девушек. — Они однажды точно убьют друг друга, — с совершенно спокойным лицом заметил Чанцзэ. — Будем надеяться, что нас не будет рядом, когда это произойдёт, — так же спокойно ответила Лу Линг. — А ведь они довольно похожи… и всё равно постоянно ссорятся. — Потому что похожи — потому и ссорятся, — хмыкнула Линг. Мэйшань Юй встретил их… громким криком второй госпожи Юй: — Наши девочки вернулись! Цзыюань и Лу Линг не успели даже сделать стратегическое отступление — их тут же захватили в крепкие объятия. — Мы так по вам скучали! Вторая госпожа Юй, как всегда, полностью игнорировала любые нормы этикета. Пока она буквально душила девушек в объятиях, первый господин Юй и первая госпожа Юй подошли к их гостям, чтобы поприветствовать их должным образом. — К сожалению, матушка не смогла поприветствовать вас лично, но обязательно присоединится к нам во время трапезы, — с лёгким поклоном произнёс Юй Вэйшэн. — Не стоит извиняться, мы понимаем, — ответил Фэнмянь, протягивая подарок. — Примите это в знак нашей признательности за ваше гостеприимство. Несмотря на свой весёлый и озорной характер, он всё же был наследником ордена Цзян и прекрасно знал правила этикета — особенно в чужом ордене. — Премного благодарен, наследник Цзян, — первый господин Юй поклонился, принимая подарок. Тем временем первая госпожа Юй уже вела непринуждённую беседу с остальными гостями. Когда вторая госпожа Юй наконец отпустила Цзыюань и Лу Линг и поприветствовала остальных, все направились в резиденцию Мэйшань Юй — показать гостям их комнаты.

***

Несмотря на то что Мэйшань Юй не входил в число пяти великих орденов, он всё же оставался одним из самых почитаемых. Существовали свидетельства, что орден был основан одновременно с великими кланами. Единственная причина, по которой он до сих пор не считался шестым великим орденом, заключалась в нежелании самой главы. Она откровенно не стремилась к дополнительной власти — и, соответственно, к дополнительным обязанностям. Поэтому, несмотря на действительно огромную силу, Мэйшань Юй почти не участвовал в политике и предпочитал держаться в стороне от дел мира заклинателей. В каком-то смысле этот орден был отрезан от остального мира. Для Цзыюань и Лу Линг, выросших здесь, и для Цансэ, воспитанной на горе под наставничеством Баошань-саньжэнь, в этом не было ничего странного. Они не придавали большого значения иерархии. Но для Фэнмяня и Чанцзэ всё это выглядело… необычно. Люди здесь совершенно не боялись их. Ученики спокойно подходили к ним за советом, не опасаясь даже вспышек гнева Цзыюань. А после того как она всё же начинала злиться, они лишь смеялись и убегали, игнорируя её возмущённые крики: — Бездельники! Ещё более удивительным оказалось отношение Цзыюань к своим слугам. Цзиньчжу и Иньчжу совершенно не боялись подшучивать над своей госпожой. Да, они сохраняли уважение, но при этом разговаривали с ней спокойно и даже холодновато — временами позволяя себе лёгкие насмешки. — Это действительно настолько странно? — спросила Лу Линг. Она знала, что это необычно, но не думала, что настолько. — На самом деле — да, — кивнул Фэнмянь. — Но я не считаю, что это плохо. В его глазах загорелся живой интерес. — Я хочу, чтобы в моём ордене было так же. — Вот и сделай, когда станешь главой, — хмыкнула Цзыюань. — Но я не знаю как… — на его лице появилась мягкая улыбка. Эту улыбку они все прекрасно знали. — Буду рад, если третья госпожа Юй мне поможет. — Б-бессовестный! — вспыхнула Цзыюань и, отвернувшись, быстро ушла. Фэнмянь лишь улыбнулся ей вслед, словно озаряя всё вокруг. — Не издевайтесь над нашей госпожой, — тихо засмеялись близняшки. — Не могу ничего поделать, — без тени раскаяния ответил он. — Она слишком милая, когда смущается. — Сделай ты уже ей предложение, — хмыкнула Лу Линг. — Да, — кивнул Фэнмянь. Но уже через мгновение его улыбка исчезла. — Как только я стану достаточно сильным… я обязательно это сделаю. В его глазах загорелась решимость. — Цзыюань не нужен слабый мужчина, — спокойно сказала Лу Линг. — Я знаю, — снова кивнул он. — Ещё несколько месяцев — и я смогу стать главой ордена. И только после этого сделаю ей предложение. — И это правильно, — ответила девушка. — Цзыюань симпатизирует тебе. Но ты должен показать, что тебе не нужна сила её семьи — что тебе нужна именно она. — Да. Фэнмянь кивнул ещё раз — уже увереннее.

***

На самом деле, было много вещей, которым Лу Линг научилась в Мэйшань Юй. Например — как угрожать человеку, не прибегая к прямым угрозам. Да, звучит странно… Но в этом ордене были, пожалуй, самые пассивно-агрессивные люди из всех, кого она встречала за обе свои жизни. И вот теперь ей приходилось сидеть с вежливой улыбкой, пока первый господин Юй мягко намекал Фэнмяню, что если тот посмеет обидеть его младшую сестру — его… кастрируют. Ради справедливости стоит отметить, что Фэнмянь держался достойно. Впрочем, ему придётся привыкнуть к подобному, если он действительно хочет взять Цзыюань в жёны. Она — младшая в семье. Её защищают, оберегают и балуют. Иногда…часто даже слишком. Как, например, сейчас. Цзыюань сидела молча, не обращая внимания на брата и, уж тем более, не жалея Фэнмяня. Она была гордой девушкой: если он не сможет справиться с её семьёй — значит, не сможет справиться и с ней. Цансэ тем временем оживлённо беседовала со второй госпожой Юй. Лу Линг вовсе не удивилась — их темпераменты были слишком похожи, чтобы они не нашли общий язык. Юй Маолин, как обычно, держалась тихо. И хотя ей явно не нравились манеры брата и сестры, она ничего не говорила — чтобы не потерять лицо. А Лу Линг и Вэй Чанцзэ… Сидели тихо. И изо всех сил старались не рассмеяться. — Это так забавно, — тихо прошептал Чанцзэ, чтобы услышала только она. — Я впервые вижу на его лице настолько фальшивую улыбку. — А я впервые вижу, чтобы шисюн действовал настолько прямо, — едва сдерживая смех, ответила Лу Линг. — Обычно он предпочитает более тонкие намёки. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошла глава ордена. И… настало время знакомства. Снова. Официально, сдержанно и немного скучно — но необходимо. Глава ордена и Фэнмянь вели спокойную беседу, и было видно, что он изо всех сил старается произвести хорошее впечатление. И, надо признать, у него это получалось. Лу Линг убедилась в этом, когда глава ордена позже пригласила её и Цзыюань на отдельный разговор. — Честно говоря, я боялась того дня, когда ты влюбишься, — сказала женщина. — Но, похоже… всё не так плохо. Разумеется, она не стала бы прямо говорить, что одобряет выбор. В конце концов, она — мать Цзыюань. А из всех её детей именно Цзыюань была больше всего на неё похожа. — Матушка! — вспыхнула Цзыюань, возмущённо глядя на неё. — Ну не злись, малышка Юй, — Юй Сяньцзянь рассмеялась. — Я была ещё более неловкой, когда влюбилась в твоего отца. — Хм, — Цзыюань привычно попыталась скрыть смущение за раздражением. — Разве моя дочь не милая, А-Линг? — с улыбкой спросила глава ордена. Лу Линг спокойно сидела рядом, попивая чай. — Мне уже давно не пять! — снова возмутилась Цзыюань. — Ты не можешь называть меня милой! — Конечно, милая, — без колебаний согласилась Лу Линг. — Лу Линг! Она, разумеется, проигнорировала возмущение третьей госпожи Юй. — Ха-ха… — глава ордена искренне рассмеялась. Некоторое время они сидели в тишине. Лу Линг пила чай, Цзыюань упрямо отводила взгляд, а глава ордена… Смотрела на них с мягкой, ностальгической улыбкой. В этом не было ничего нового. И Лу Линг, и Цзыюань давно привыкли к этому взгляду. Чем старше они становились — тем чаще он появлялся. Они обе знали, кого она видит, глядя на них. Лу Зэнзэн — мать Лу Линг — была для главы ордена не просто сестрой. Она была для неё семьёй. Сама Лу Линг «встретилась» с этой женщиной лишь однажды — если это вообще можно так назвать. Но этого оказалось достаточно, чтобы начать искренне ею восхищаться. О любви речи не шло — они почти не знали друг друга. Но в редкие дни, когда глава ордена делилась историями из прошлого, Лу Линг невольно задумывалась….Какой была бы её жизнь, если бы её воспитывала эта женщина? — Я поговорила со старейшинами, — голос главы ордена вырвал её из мыслей. — А? — сначала Лу Линг не поняла, о чём речь, но затем вспомнила. — Вы о тайной библиотеке? — Да. Цзыюань тут же резко повернулась к матери, не скрывая восторга. — И? — Они согласились, — женщина улыбнулась. — Вы можете пользоваться библиотекой. — Да! — не сдержалась Цзыюань. — Ха-ха, рада, что моя дочь так этому рада. Лу Линг тоже не стала скрывать широкой улыбки. Это действительно было прекрасной новостью.

***

В Мэйшань Юй очень любили цветы. Их можно было встретить повсюду — редкие, необычные, порой даже причудливые. Сама Лу Линг, как и Цзыюань, не слишком увлекалась цветами. А вот первая госпожа Юй… наоборот, обожала их. Цансэ была в полном восторге, когда впервые увидела сад, принадлежавший главе ордена Юй. Это был сад яблонь. Когда деревья цвели, зрелище становилось по-настоящему волшебным. Этот сад построил господин Юй — в подарок жене на пятую годовщину свадьбы. Лу Линг смутно помнила, что встречалась с ним в детстве. Судя по этим воспоминаниям, он был мягким человеком — чем-то напоминал Фэнмяня. Но утверждать наверняка она не могла. Господин Юй погиб, когда ей и Цзыюань было не больше трёх лет. В то время она сама ещё пыталась свыкнуться с тем, что оказалась в другом мире. Как бы то ни было, она любила приходить в этот сад, когда хотела успокоиться и привести мысли в порядок. Но сегодня даже это не помогало. Сейчас как раз было время цветения, и место выглядело особенно романтичным. Поразмыслив, что ей там делать нечего, Лу Линг пожелала подругам удачи — и ушла помогать первому господину Юй с документами. — Шисюн! Она без стука открыла дверь — и, как и ожидала, увидела мужчину, буквально утопающего в бумагах. — О! Линг-мэй! Иди сюда! Он поманил её рукой, и, стоило ей подойти, тут же передал часть документов. Лу Линг спокойно устроилась на диване и принялась за работу — для неё это уже давно стало привычной рутиной. Работы действительно было много, так что они молча погрузились в разбор бумаг. Перерыв они сделали только спустя несколько часов. — Близится день твоей свадьбы, — голос шисюна прозвучал холоднее обычного. Было ясно: он недоволен. — Да… — Если он хотя бы подумает о том, чтобы навредить тебе… — Не переживай, шисюн, — серьёзно ответила Лу Линг. — Ты будешь первым, кому я скажу, если меня кто-то обидит. — Хм… — мужчина тяжело вздохнул. — Вы слишком быстро растёте. — Не говори как старик, — рассмеялась девушка. — Ты всего на шесть лет старше нас. — Вот именно — на целых шесть! — И вообще, тебе самому пора думать о свадьбе, — хмыкнула Лу Линг. — Скоро ты станешь главой ордена Мэйшань Юй. Тебе нужна спутница жизни, чтобы хоть немного облегчить тебе работу. Мы ведь не всегда будем рядом. — Сейчас ты говоришь как старая тётушка, — вздохнул он. — У меня и так нет времени на подбор кандидаток… — Тогда доверь это шицзе — второй госпоже Юй, — махнула рукой Лу Линг. — Среди всех нас у неё больше всего связей. — Да… — он на мгновение задумался, затем отложил кисть и серьёзно посмотрел на неё. — Лу Линг, ты ведь понимаешь… сейчас неспокойно. — Да, — она кивнула. — Орден Цишань Вэнь становится всё наглее. Мама опасается, что если так продолжится, нам придётся вмешаться. Лу Линг промолчала. — Тебе будет непросто, — мужчина устало прикрыл лицо рукой. — Ланьлин Цзинь ближе всех к Цишань Вэнь. Твой будущий муж может втянуть тебя в это. Будь осторожна. — Спасибо за беспокойство, — она слабо усмехнулась. — Но тебе правда не стоит волноваться. Она подняла на него взгляд. — У меня есть план. — Хм… — на лице первого господина Юй появилась лёгкая ухмылка. — Надеюсь, ты посвятишь меня в него, когда начнёшь действовать. — Несомненно, — Лу Линг улыбнулась. Моему дорогому будущему мужу лучше забыть о титуле верховного заклинателя. Я точно не позволю повториться тому, что произошло в оригинале.

***

Они наконец получили разрешение посетить библиотеку, и, разумеется, ни Лу Линг, ни Цзыюань не собирались упускать такой шанс. После того как Цзыюань попрощалась с остальными и те разошлись спать, она направилась в кабинет Юй Вэйшэна. Лу Линг ждала её там. — О, ты закончила! — весело сказала Лу Линг. — Да… — Цзыюань бросила взгляд на огромное количество бумаг и тяжело выдохнула. — А вы, похоже, даже близко нет. Лу Линг лишь фыркнула: — Это никогда не заканчивается. — Где дагэ? — спросила Цзыюань. — Вышел за чаем, — с лёгкой улыбкой ответила Лу Линг. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Юй Вэйшэнг. — О, ты уже здесь, — устало произнёс он, снимая верхнюю накидку и откладывая её в сторону. — Тогда идём. Девушки переглянулись и молча кивнули. Вместе они вышли из кабинета. Тайная секция библиотеки находилась за запечатанным талисманом — он пропускал только определённых людей. И с этого дня они тоже входили в их число. Юй Вэйшэн коснулся талисмана, и печать мягко отозвалась духовной энергией, позволяя им пройти. — Вот и всё, — сказал он, отступая в сторону. — Делайте что хотите… но, пожалуйста, не сжигайте и не затапливайте это место. Он махнул рукой и, не дожидаясь ответа, ушёл, оставив девушек одних. Лу Линг и Цзыюань переглянулись. И, не сговариваясь, разошлись в разные стороны между бесконечных рядов книг. Тишина здесь была особенной. Глубокой. Почти… живой. Лу Линг пришла в библиотеку с одной-единственной целью — добраться до книг клана Лу. Когда её мать вышла замуж за её «отца», она прекрасно понимала, что не сможет доверить семейные знания ни ему, ни остальным членам клана Лу — тем самым людям, что вынудили её на этот брак. Поэтому она перенесла всю библиотеку в Мэйшань Юй и запечатала её особым заклинанием. Только те, кто был связан с ней кровью, могли читать эти книги. В этот список входили лишь двое: Лу Линг… и глава ордена Юй. Конечно, Юй Сяньцзянь и Лу Зэнзэн не были родными сёстрами. Но они провели обряд, сделавший их сёстрами по оружию — и эта связь оказалась не слабее кровной. Секция клана Лу была огромной. Но, к сожалению, у Лу Линг не было столько времени, чтобы изучить всё. А вынести книги за пределы библиотеки она не могла. Поэтому она шла вдоль полок, внимательно осматривая корешки — в поисках того, что могло бы ей пригодиться. И вдруг… Её взгляд зацепился за одну книгу. «Пособие для попаданцев». Не раздумывая, она взяла её и открыла. Начала читать. История клана Лу, как оказалось, начиналась с весьма… необычной пары. Они оба попали в этот мир — погибнув в своём прежнем, разбившись в день собственной свадьбы. Переродившись, они снова нашли друг друга. И, создали небольшой клан Лу — чтобы защитить свою новую семью. Когда у них родились дети, выяснилось нечто странное:один из них помнил свою прошлую жизнь, но эта особенность передавалась не всем.Иногда она исчезала на поколения — а затем возвращалась.Даже внуки дети без воспоминаний могли внезапно родиться с ними.До Лу Зэнзэн такие дети не появлялись уже четыре поколения. … «Ты хочешь быть моей дочерью?» Лу Линг закрыла глаза. Она помнила этот голос. Мягкий. Тёплый. Лу Зэнзэн умерла вскоре после её рождения. И Лу Линг долгое время задавалась вопросом…не стала ли она причиной этого? Конечно, винить ребёнка в смерти матери — глупо. Но в их случае…всё было не так просто. Тогда она ответила: — Да. Она хотела быть её дочерью. И Лу Зэнзэн улыбнулась. … Интересно. Знала ли она, что это решение её погубит?

***

Если бы ей пришлось выбирать пословицу, которую она ненавидит больше всего, это, без сомнения, была бы: «кровь гуще воды». Ей было плевать, течёт ли в её венах та же кровь, что и в венах этого мужчины. Она не собиралась прощать его — ни в этой жизни, ни в следующих. Сейчас Лу Линг должна была вернуться в свой клан, оставив своих друзей из-за эгоистичной прихоти её отца. Цзыюань была в бешенстве. Цансэ — грустила. А мальчики молча сочувствовали ей. — Это обязательно? — тихо спросил кто-то. — Думаешь, у меня есть другой выбор? — ответила Лу Линг. Возможно, её слова звучали резко, но ей было всё равно. Внутри кипела обида. Она знала, что рано или поздно ей придётся выйти за него замуж. Но не ожидала, что всё произойдёт так внезапно. — Я надеюсь увидеть вас на свадебной церемонии. — Я надену белое, — спокойно сказала Цзыюань. — Хм, — Лу Линг хмыкнула, и на её лице появилась лёгкая улыбка. — Это неплохая идея. — М-м-м… — глаза Цансэ радостно сверкнули. — Я тоже так думаю! — Хм, — Фэнмянь улыбнулся. — Отличная идея. А ты как думаешь, Чанцзэ-гэ? — Хм, — Чанцзэ тихо хмыкнул. — Если что, скажем, что нам просто очень понравились одежды Гусу Лань. — Ха-ха-ха! Лу Линг больше не смогла сдержаться и рассмеялась. Ей было хорошо. Тепло. Она была искренне счастлива, зная, что эти люди переживают за неё. Но даже так… Она понимала: это всё равно должно было случиться рано или поздно. Она не сможет вечно избегать этой свадьбы.

***

Возвращение в клан Лу ощущалось странно. В этом не было ничего удивительного — Лу Линг не появлялась здесь уже как минимум два года. Конечно, после первого года обучения в Гусу Лань она ненадолго заезжала домой, но это были всего несколько часов. С тех пор прошло слишком много времени. Она не удивилась, узнав, что её отец в ярости. В конце концов, он приложил немало усилий, чтобы заключить этот брак — и теперь его планы едва не разрушились из-за того, что она почти лишила своего жениха достоинства. Однако, к сожалению, помолвка всё же не была расторгнута. И ей предстояло вскоре выйти замуж. Более того, ей пришлось лично встретиться с госпожой Цзинь, матерью Цзинь Гуаншаня — и что-то внутри подсказывало, что ничего хорошего из этого не выйдет.

***

Вопреки ожиданиям, всё прошло не так плохо. Госпожа Цзинь лишь спокойно объяснила ей будущие обязанности и добавила, что будет лучше, если она начнёт заниматься ими ещё до свадьбы. Смотря на эту женщину, Лу Линг почувствовала, как внутри всё сжимается. Она не хотела такого будущего. Взгляд госпожи Цзинь был пустым и усталым — в нём читалось то, что женщина уже давно выгорела изнутри. И именно этого будущего Лу Линг боялась больше всего. Она не хотела стать такой же. Всё, что от неё требовалось, — родить наследника. После этого ей больше не придётся делить постель с Цзинь Гуаншанем. При одной этой мысли её передёрнуло. В обеих своих жизнях Лу Линг не проявляла интереса ни к романтике, ни к физической близости. Она даже считала себя скорее асексуальной и не любила телесный контакт — в отличие от её жениха, который, напротив, проявлял интерес ко всем женщинам без разбора. Нетрудно было догадаться, у кого именно он перенял такое поведение. У его отца было бесчисленное количество любовниц. И при этом — удивительно — всего один официальный ребёнок. Похоже, он оказался куда более предусмотрительным, чем собственный сын. Лу Линг не раз замечала, как Цзинь Гуаншань пытался к ней приблизиться. Но одного её взгляда обычно хватало, чтобы он поспешно отступал. И потому, когда на следующей неделе он всё же набрался смелости и пригласил её на чай, она была искренне удивлена. Сейчас они сидели в саду. Её пока ещё жених медленно пил чай, явно подбирая слова и собираясь с духом. Лу Линг знала: после того случая, когда она почти лишила его достоинства, он её боялся. И, честно говоря, ей это даже нравилось. — Дева Лу, — его голос был ровным, но в нём всё же чувствовалась лёгкая напряжённость, — я хотел бы обсудить с вами наш брак. — Я слушаю вас, первый господин Цзинь, — мягко ответила она, и её улыбка заставила его едва заметно вздрогнуть. — Я не буду тратить ни ваше, ни своё время, — произнёс он, чуть склонив голову. — И сразу перейду к делу: я хочу принести свои извинения. — Извинения? — с лёгкой насмешкой переспросила Лу Линг. — За что именно? — Дева Лу, давайте оставим наши прошлые разногласия позади, — он попытался улыбнуться обворожительно. — Скоро мы станем одной семьёй. И пусть я не могу обещать любви, я обещаю уважение… и поддержку во всех ваших начинаниях. На мгновение Лу Линг действительно растерялась. Она не ожидала услышать от него таких слов. — Хорошо, — наконец сказала она. И на этот раз её улыбка была настоящей. — Я не люблю вас и не нуждаюсь в вашей любви. Единственное, чего я хочу — это взаимное уважение и сотрудничество. — Я рад, что мы нашли общий язык, — заметно расслабившись, ответил он. Их разговор после этого стал спокойнее.

***

Подготовка к свадьбе шла своим чередом, когда Лу Линг получила письма от Цзыюань и Фэнмяня. Они сообщили, что начали встречаться и уже заключили помолвку — пока об этом не знали остальные заклинатели. Вскоре, впрочем, новость должна была быть официально объявлена. Лу Линг была искренне удивлена. Конечно, прошло уже несколько месяцев, и она слышала, что Цзян Фэнмянь готовится занять пост главы ордена… но чтобы настолько быстро? Однако это оказалось не самой шокирующей новостью. Второе письмо — от Цансэ — было приглашением на гору Баошань-саньжэнь. Оказалось, что Цансэ решила во что бы то ни стало познакомить свою учительницу с друзьями и потому пригласила их всех. Лу Линг не знала, плакать ей или смеяться. Эта девушка, похоже, действительно не знала, что такое стыд. В итоге ей пришлось в кратчайшие сроки встретиться с главой ордена Цзинь — потому что разговор с отцом был бы абсолютно бесполезен. К её удивлению, глава ордена согласился перенести свадьбу, чтобы она могла встретиться с бессмертной. И, разумеется, попытался настоять, чтобы вместе с ней отправился и Цзинь Гуаншань. Но Лу Линг мягко отказалась, сказав, что не может навязываться — всё-таки она не знает, как бессмертная отнесётся к посторонним. Так они и отправились в путь.

***

— Ты уверена, что она нас впустит? — издевательски спросила Цзыюань. — Неа, — беззаботно ответила Лу Линг. — Но я могу сломать барьер. Шисюн и шицзе тоже помогут. — Ха… — Цзыюань устало вздохнула. — Бедная женщина. Остальные тихо хихикнули. — Есть несколько мест, где она может быть, — неожиданно серьёзно сказала Цансэ. — Я не уверена, где именно она сейчас, так что придётся проверить каждый вариант. Путешествие оказалось… неожиданно приятным. Цансэ наотрез отказалась лететь на мечах, и остальные не стали спорить. Поэтому они просто шли пешком, весело болтая по дороге. Лу Линг раньше не понимала, что людям так нравится в путешествиях. Но сейчас ей начало казаться, что она понимает. Было приятно отвлечься от обязанностей ордена и просто идти вперёд — от города к городу, без цели и давления. Хотя жить так она бы всё равно не смогла. В отличие от Цансэ или Чанцзэ.

***

К вечеру следующего дня они остановились в небольшом городе. — Это был весёлый день, — радостно сказала Цансэ. — Похоже, тебе нравится путешествовать. — Естественно! Я же именно поэтому и ушла с горы. — Не вижу в этом ничего весёлого, — раздражённо вздохнула Цзыюань. — Думаю, я её понимаю, — задумчиво сказала Лу Линг. — Но если честно… мне тоже не слишком нравится путешествовать. — Не понимаю вас, — надув губы, ответила Цансэ. — Что весёлого в том, чтобы каждый день был как предыдущий? — В этом и дело, что ничего весёлого, — покачала головой Лу Линг. — Но удобно. — Ты знаешь, что ждёт тебя завтра, и тебе не нужно об этом беспокоиться, — Цзыюань потянулась. — Когда ты наследник сильного клана или ордена, на тебя всегда смотрят. От тебя всегда чего-то ждут. И одной ошибки достаточно, чтобы тебя осудили. Она на секунду замолчала. — Это утомляет. — Никогда не понимала таких людей, — вздохнула Цансэ. — У них что, своих дел нет? — Проблема в том, что нет, — спокойно ответила Лу Линг. — Если бы я могла, я бы сбежала и стала бродячей заклинательницей. Но это разрушило бы репутацию не только моего клана, но и двух сильнейших орденов. После этого мне бы спокойно жить не дали. — Это так глупо… — пробормотала Цансэ, уже тише. — Мы живём так мало, но всё равно сами себя запираем, потому что «так принято». — Похоже, ты вообще себя ни в чём не ограничиваешь, — хмыкнула Цзыюань. — Ограничиваю, — неожиданно серьёзно ответила Цансэ. — Просто… в других вещах. И иногда мне хочется всё это снять… но я знаю, что тогда пострадают люди, которые мне дороги. — Мы накладываем ограничения ради своей или чужой безопасности, — кивнула Цзыюань. — Даже я… веду себя сдержанно на встречах с другими орденами. А она… — она кивнула на Лу Линг, — хоть и очень хотела, но всё же не лишила своего жениха достоинства. Тишина. А потом она рухнула. — А? — Цансэ резко моргнула, а затем посмотрела на Лу Линг так, будто услышала нечто невозможное. И через секунду расхохоталась. — Когда я вернулась из Гусу Лань после первого года обучения, — спокойно начала объяснять Лу Линг, — он пробрался ко мне в комнату. Я чуть не лишила его достоинства. Поэтому мне пришлось уехать на второй год обучения. — Боже… — Цансэ смотрела на неё с смесью смеха и ужаса. — Я не знаю, что мне делать: проклясть этого мужчину или смеяться над тобой. — Одно другому не мешает, — беззаботно ответила Лу Линг.

***

За две жизни Лу Линг никогда не отправлялась в настолько долгое путешествие. В прошлой жизни у неё попросту не было на это средств, а в этой — не было свободы делать то, что она действительно хотела. Конечно, она не хотела бы провести всю жизнь в странствиях. Но увидеть новые места… она всегда желала этого. И это путешествие действительно стало для неё таким шансом.