Всё, что не успел

В том, что записывать видео нужно именно этой ночью, а не какой-то другой, Олегсей убеждал его очень настойчиво. Антон не понимал, к чему такое упорство, пока не запорол дубль, увидев падающую звезду и замерев. Ошеломлённо помолчал, пока Олегсей, восхищённо глядя на небо, радостно смеялся, и поторопился записать концовку. Это, наверное, было красиво — Дипломатор вещает о важном и нужном, а с неба в это время сыпятся звёзды. Оператор, очень ответственно пытающийся снимать именно Антона, не утянув кадр куда-то выше, одобрительно улыбался и кивал. А когда монолог закончился, тут же убрал камеру и сосредоточился на небе. Вскочил на парапет, глядя только вверх и будто не замечая, как близко он к пропасти. Антон тоже недолго повосхищался редким зрелищем, но подошёл ближе к краю крыши, будто готовясь ловить. — Один порыв ветра, и тебя снесёт. Не хочешь отойти? В ответ недовольное бурчание. Накануне каждой сессии у Душнова начинался нервный период, сопровождавшийся, в частности, нечаянными голодовками. Сам он голода не замечал, но Антон нередко ворчал на совсем уж тонкие запястья, стараясь лишний раз затащить его в кафе. И вот такие незлобные насмешки над его худощавостью тоже не были чем-то новым. — Не снесёт. Ты лучше посмотри, как красиво! Антон посмотрел снова. Да, красиво. И необычно — не каждый день увидишь звездопад. Но из них двоих небом всегда больше интересовался Олегсей, так что уже через несколько секунд фокус созерцания сместился. Середина ночи, холод, а Душнов, вечно ругающий Антона за то, что не носит зимой шапку, сам в одной лёгкой рубашке поверх футболки. Звёздочкин покачал головой, пока накидывал дипломаторский плащ на чужие плечи. Глаз да глаз за ним. Олегсей в плаще утонул, благодарно кивнув, и продолжил пялиться наверх. Антон потерял счёт времени, но торопить не хотел. Он подождёт, даже если Душнов захочет провести здесь всю ночь. И неважно, что звездопад самому Антону быстро надоел, а смотреть на чужое восхищённое лицо было интереснее. Но спустя несколько минут Олегсей, кажется, почувствовал его взгляд. Повернул голову. Золото встретилось с синевой. Звёздочкин почувствовал себя неловко, пойманный на подглядывании, но отворачиваться упрямо отказался. Смотрел в чужие глаза и думал, что это намного красивее всяких звёзд. Он не знал, сколько они так стояли, но Олегсей отвёл взгляд первым. Снова посмотрел наверх, затем — опять на Антона. Мягко улыбнулся, склонив голову набок, и прошептал: — Вот бы это было по-настоящему... Антон дёрнулся, недоумённо моргнул. Ещё раз. И ещё. Пока не увидел вместо звездопада, чужого тела в плаще не по размеру и ласковых синих глаз тёмный потолок своей спальни. Сон. Разумеется, это был просто сон. Яркие звёзды в Москве, конечно. Живой Олегсей. Как же.