Между 15 и 28

      — Мисс Шеффилд, я, честно говоря, не понимаю вас. Мне кажется, для только дебютировавшего режиссёра, к тому же очень молодого, это большая удача — заполучить в свой фильм такого актёра.       — Я не считаю, что он подойдет.       — Даже если это действительно так, — в чём я, правда, сомневаюсь, — он привлечёт внимание к вашему фильму и поможет сделать кассовый сбор. Мне, как одному из продюсеров, это очень важно.       — Я не буду с ним работать.       — Боюсь, что у вас нет выбора. Исполнительный продюсер Марк Эллиот сказал, что если вы не согласны, то вас заменят на другого режиссёра.       — Что? Зачем вы тогда меня позвали? К чему этот разговор?       — Я не хотел вам ставить ультиматум. Просто, может, вы подумаете?       — Я своё решение не поменяю. Либо я, либо он.       Меня переполнял праведный гнев. Казалось, что каждый капилляр моего тела бешено пульсирует. Я созвонилась с Соней и тридцать минут проклинала всех и вся, пока не успокоилась.       — Слушай, не пойми меня неправильно, но это ведь просто работа. Ты так много трудилась, практически год работала ассистентом режиссёра, потом смогла добиться реализации собственного проекта. Тимоти и правда сейчас на пике популярности, работа с ним поможет тебе закрепиться. Ты же сама понимаешь, какая это удача начать снимать в двадцать четыре года. Сейчас не лучший момент хлопать дверью.       — Соня, ты же понимаешь, почему я не могу согласиться.       — Ты всё ещё любишь его?       — Нет.       — Тогда в чём проблема? Прошло два года.       — Это сложно объяснить, я просто не могу с ним работать.       — Ох, Дейзи, подумай ещё раз, прежде чем окончательно примешь решение.       Я поймала такси и добралась до Куинса практически без пробок. Я только нашла себе неплохую квартиру в Белт-Паркуэй. Не могу сказать, что это мечта, но самостоятельно, к сожалению, я могу снимать только здесь. Когда я сняла свой первый фильм «Дом у реки», то тут же начала строить планы, как перееду на Манхэттен. Видимо, мечту придётся отложить на неопределённый срок, потому что в ближайшее время мне придётся вернуться к работе ассистента режиссёра.       — Алло, — телефонный звонок прервал мои рассуждения о будущем.       — Привет, сестрёнка. — Я услышала голос брата и улыбнулась. Жаль, что он не видит, насколько я рада его слышать.       — Райан, привет, как ты?       — Неплохо. Насколько это возможно.       — Когда ты вернёшься?       — У меня контракт ещё на два года. К сожалению, пока не могу вернуться.       — Я очень скучаю.       — Я тоже, Дейзи. Как Айрис?       — Она уехала жить в Юту. Говорит, что встретила любовь всей своей жизни. Присылает мне открытки и фотографии. Зовёт в гости. И тебя тоже, как вернёшься. — Я посмотрел наверх, чтобы не заплакать.       — Это будет здорово, если мы сможем все собраться. Я пойду, Дейзи. Люблю тебя, целую.       — Я тебя тоже.       Как только я положила телефон на стол, в дверь постучали. У меня есть дурацкая привычка открывать, не спрашивая о том, кто стоит за дверью, и даже не смотреть в глазок. Айрис каждый раз меня просила это делать, но именно здесь проявилось моё бунтарство. Я открыла дверь и замерла. Мы не виделись почти два года.       — Я могу войти?       — А если я скажу нет?       — Значит, поговорим прямо здесь, чтобы все проходящие мимо слышали.       — Заходи. — Я закатила глаза и пропустила его.       Он стал выглядеть солиднее. Не знаю, играли ли роль брендовые вещи или стрижка с волосами чуть набок, но выглядел он как состоявшаяся звезда Голливуда. Собственно, он ей и был, как я могла забыть.       — Что-то случилось? — Я скрестила руки и посмотрела на него.       — Это у тебя нужно спросить, почему ты хуйнёй страдаешь. — Тимоти слегка прищурил глаза: он всегда так делал, когда злился.       — Мне кажется, ты что-то перепутал, когда решил обратиться ко мне в таком тоне.       — А в каком, блять, я должен? Жизнь преподнесла тебе огромный подарок, а ты ставишь ультиматумы продюсерам.       — Вообще-то это они…       — Возможно, я не так сформулировал свою мысль. Попробую ещё раз, чтобы до тебя лучше дошло. Тебе выпала огромная удача снять фильм с приличным бюджетом в двадцать четыре года! В двадцать четыре! Не в тридцать четыре, не в сорок четыре, а в двадцать, мать его, четыре. И вместо того, чтобы поблагодарить судьбу за то, что ты смогла так быстро войти в эту индустрию, ты просто решила уничтожить всю свою карьеру на корню! — Он активно жестикулировал, когда всё это высказывал.       — А тебе сказали, почему?       — Да! Я не понимаю, Дейзи! В чём проблема? Прошло два года. Мы разошлись полюбовно, это было твоё решение, я напомню.       — А, значит, хочешь сказать, что у меня не было причин?!       — Вообще-то это не я пришёл на свадьбу Дейва и Элис с новой пассией, а потом ещё выскочил за него замуж, едва его зная. Я тебе не изменял, ты об этом знаешь.       — Может, тебе заголовки показать? — я сорвалась на крик.       — Ты знаешь, что…, — Тимоти тоже повысил голос.       — Это пиар-ход, — продолжала кричать я, — но ты представляешь, что пришлось мне пережить? Я была в тяжёлой депрессии! Я истратила кучу денег на психотерапевта, с которым мы переходили с одних антидепрессантов на другие, потому что ничего не помогало. Я еле вставала с кровати. Если бы не Соня, я бы попала в психушку. Я молчу про то, сколько времени я потом слезала с таблеток и как это всё тяжело проходило. А ты мне говоришь, что это просто был пиар ход. Да в рот я ебала такой пиар ход и тебя тоже. Я не хочу, чтобы ты был в моём фильме. Что для этого нужно сделать?       — Давай ты мне отсосёшь и дашь кончить тебе на грудь, тогда, так уж и быть, я откажусь. — Тимоти наклонился немного вперёд и слегка вскинул брови, смеясь мне в лицо.       — Вот как! — Я быстро закивала, как идиотка. — Если ты серьёзно покинешь этот проект, то так уж и быть! — последние слова я произнесла громко, специально их отделяя.       Я быстро расстегнула блузку, случайно оторвав пуговицу, потом, немного поколебавшись, сняла лифчик, села на диван и слегка приподняла руки вверх, в знак того, что готова. Тимоти ничего не говорил и не подходил ко мне. Затем он прервал своё молчание, он говорил спокойным голосом:       — Дейзи, ты серьёзно готова так унизиться, чтобы меня не видеть? Я разочарован и не собираюсь участвовать в этом детском саду. Я буду участвовать в этом проекте, нравится тебе это или нет. Хочешь слиться — вперёд! Только не вини потом меня в своей неудаче. И если тебе интересно — у меня есть девушка и это всё мне не нужно!       — Не нужно, а попросил. — Я схватила блузку и прикрылась. Мы больше не смотрели друг другу в глаза. — Я хочу, чтобы ты ушёл.       — С радостью! — фыркнул Тимоти и ушёл из квартиры, громко хлопнув дверью.       — В своей машине так хлопай дверью! — крикнула я ему вслед.