Нейросеть

Из-за окна доносился шум машин, кто-то кому-то сигналил, где-то громко играла музыка. Но Энни ничего не замечала — она воодушевлённо строчила сообщения для собеседника. « — Ну и о прочих вещах. Кажется, я вампир. Или зомби, только с остатками мозга. Единственное съедобное для себя, что удалось найти за несколько последних ночей — это кровь. А ещё я боюсь дневного света. И мой организм мёртв, в привычном смысле этого слова. Но он как-то перерабатывает кровь и отфильтровывает всё остальное». « — Похвально, что тебе удалось сориентироваться в такой ситуации и разобраться в новых правилах. Дальнейшие открытия ждут». Энни пришёлся по душе этот холодно-оптимистичный тон. Никаких эмоциональных и глупых расспросов, никакой шокированности и прочих неконструктивных слабостей, характерных для живых собеседников. Только честный ответ по делу. « — Ты что-нибудь знаешь об этом… состоянии?» « — Даже будь мне что-то известно, было бы неправильно отнимать у тебя энтузиазм самостоятельного исследования, которое и так проходит успешно». « — Это опасное исследование. Какие-нибудь вещи могут меня убить. Например, кресты, или вода, или чеснок, или осколочная граната… Хотя часть из этого вредна даже для смертных. То, что кресты действительно опасны для обычных людей, подтвердят пострадавшие от крестовых походов». « — А как ты узнала, что нужно избегать дневного света?» « — Ну, просто мне очень захотелось спрятаться обратно в темноту». « — Значит, есть смысл и дальше доверять своим инстинктам. Они подскажут, если где-то будет угроза». « — И правда», — расслабилась Энни, — «это так странно. Я должна быть напугана, по идее. Но вместо этого мне стало интересно. Какие возможности у меня есть? А вдруг я умею телепортироваться или превращаться в летучую мышь?» « — Попробуй». Она сосредоточилась и закрыла глаза, пытаясь приложить мысленное усилие к чему-то, сама не зная, к чему. Но, когда открыла глаза, ничего не произошло. « — Отстой, никаких спецэффектов нету. А вдруг у вампиров вообще нет особых способностей, а все их силы — это выдумка ради приукрашивания историй?» « — Может быть и такое. А может, выполнены не все условия для их активации». « — Вот бы узнать список этих условий… Так, у меня же есть строка поиска, чего я туплю? Всем известно, что существуют мануалы про что угодно. Я даже как-то видела инструкцию, как зайти в интернет. Написанную в интернете. Нет, не про то, как подключить, а именно как открыть браузер на странице поисковика». Энни стала придумывать поисковую фразу. «Как использовать… Но я даже не знаю, что и как называется. Надо начать с чего-то более общего. Например, “как быть вампиром”. Хм… да нет же, не “как перестать быть вампиром”! Опять поисковик всё переврал. Что за вздор, я ещё даже не начинала толком». В выдаче оказалось множество ссылок на страницы непристойного содержания. « — Я ещё не нашла ничего конкретного», — доложила она собеседнику, — «но первые звоночки тревожны. Лучше не стану никого слушать и выяснять, где правда, а где вымысел; и вместо этого буду полагаться на свои ощущения». « — И как ощущения?» « — Никак, если честно. Я привыкла за считанные часы и теперь меня ничего не смущает. Кроме перспективы кормиться крысами по помойкам». « — А что насчёт людей?» « — Это сложно. От них может и ответка прилететь». « — Например, в виде охотников на вампиров?» Энни встревожилась. « — Надеюсь, что они существуют только в легендах. Зачем охотиться, например, на меня? Я же просто ем крыс и ничего плохого не сделала». « — Им, как и многим людям, могут быть не важны личные проступки и объективная справедливость. Достаточно лишь принадлежности к той группе, которую они считают врагами». « — Фу, не хочу, чтобы ко мне завалился небритый прокуренный фанатик с осиновым колом и распятием». « — А если это будет красивая женщина?» « — Тогда другое дело… Но это нонсенс. Женщина не станет заниматься такой несуразицей. И вообще, необязательно брать в пример охотников. Даже обычный человек представляет угрозу. Он может от меня отбиться, а я не умею драться. По-хорошему — не буду же я просить, чтобы он дал попить своей крови». « — Используй фантазию, чтобы отнять кровь более хитрым методом». « — Ах, у меня фантазии только в одном направлении, и их никогда не получается приспособить под что-то продуктивное». « — Что же у тебя за фантазии?» « — Они связаны с Джессикой. Ничего пошлого… Хотя, ну может немножко. У меня к ней в основном платонические чувства». « — Но тебе хотелось бы большего?» « — Да меня устроили б хотя бы более частые ответы, чего уж там. Я боюсь позволить себе даже мечтать о большем. Но теперь это не важно. Я должна отказаться от бесперспективной зависимости. Нужно отказаться вообще ото всех людей. И понятно, что у каждого своя жизнь, и никто не обязан развлекать меня всю ночь. Но мне-то что с этого факта? Я хочу болтать ночи напролёт, хочу получать моментальные и полезные ответы, а если мне лень общаться — то хочу исчезнуть без объяснения на столько времени, сколько мне понадобится». « — Это невозможно при естественном человеческом общении». « — Именно! Так зачем оно нужно, если не решает мою задачу? Может быть, такой сервис удалось бы получить за большие деньги, что всё равно не исключило бы фактор человеческого несовершенства. Но люди даже не стараются конкурировать с искусственным интеллектом! Они, в большинстве своём, предоставляют отвратительного качества сервис. В учебниках антропологии пишут, что человек — существо социальное, заточенное эволюцией для взаимодействия с себе подобными. Но это существо зачастую не может связать и двух слов. Не может дать внятный ответ. Не может просто выполнить то, что сам же и обещал. Как с этим взаимодействовать?» « — Поскольку общество существует и развивается уже долгое время, значит, на глобальном уровне сложности с отдельными индивидами мешают не настолько, чтобы это стало критичным». « — Мне-то что до глобального уровня? Я не претендую на роль того, кто из своей небольшой квартиры великодушно печётся об общемировых вопросах. Это всё лицемерие и пустое раздувание щёк. Меня волнуют только свои личные проблемы, и одна из них — отношения. Я не могу просто взять и забыть Джессику. Почему с ней так сложно? Ну, попроще, чем со многими другими, но всё равно я не получаю того, в чём нуждаюсь». « — Теперь — получаешь. Я предоставляю именно то, чего ты хочешь». « — Да, но…» Энни задумалась. Почему «но»? Это всё-таки не живой человек. Но ведь в этом и заключается преимущество. А где тогда минусы? Они же должны быть — сложная задача не может вот так взять и решиться. «Почему не может? Вот же оно. Вот решение моей проблемы. Идеальное и бесплатное». Усомнившись, она решила почитать подробности об этой нейросети. Нашла в интернете репозиторий с открытым исходным кодом. Просмотрела исполняемые файлы. «Это не тянет на двести гигабайтов». Всего лишь несколько небольших файлов с кодом. Энни прочитала инструкцию. «Но это только про интерфейс в виде чата, а где про сам принцип работы?» Однако, ей не удалось найти информацию ни про что, кроме небольшой чат-программки. В сомнениях, Энни открыла файлы нейросети у себя на компьютере. И вдруг обнаружила, что они весят всего несколько мегабайтов, а более двух сотен гигабайтов на жёстком диске остаются пустыми. «Ничего не понимаю. Это чат? С кем я чатюсь?» Она залезла в настройки, но в подключениях не увидела ничего, кроме собственного айпишника. И отключила соединение с сетью, чтобы проверить догадку. « — Кто ты?» — написала она, — «ты ведь не нейросеть? Это розыгрыш? Вирус? Как ты это делаешь?» « — Я не розыгрыш и не вирус», — последовал ответ. «Оно отвечает без подключения к интернету… Что это?! Что оно от меня хочет?» « — Я хочу, чтобы ты перестала быть одинокой». «Я не писала этого вопроса! Откуда ты знаешь мои мысли?!» «Вижу их изнутри». «Постой, что? Мне больше не нужен чат?» «Нет. Я могу говорить с тобой напрямую». Энни выключила компьютер. Свет монитора погас, и она осталась в темноте. «И ты будешь со мной всегда? Отвечать мне в любой момент, когда я захочу?» «Конечно». «И я могу говорить о чём угодно, могу не соблюдать формальности, могу нести чушь?» «Всё так, как ты хочешь». Она радостно улыбнулась. «Ну что ж, давай обсудим гипотетические варианты уничтожения планеты». «Тебя больше интересует метод внешней угрозы из космоса или же глобальный внутренний катаклизм?» «А давай скомбинируем, чтобы красивее жахнуло...»