Snake

Друзья, семья — это же самое дорогое, что может быть в жизни, верно? Чонгук ценит и любит своих родителей, как прилежный сын. Не в счёт идут только отметки, да плохое поведение в школе. Семьёй для парня стали не только мать и отец. Тэхён — тот, с кем он проводил каждый день своей однообразной жизни. Те самые друзья детства, не разлей вода и два сапога пара. Не сосчитать сколько времени за жизнь они проводили вместе ещё с семи лет. Чонгук помнит каждое мгновенье проведённое с другом, внутри благодаря его за отличное подаренное детство. Услышать панический голос лучшего друга среди помех и выстрелов, наживую убивает Чонгука изнутри. Он застывает смотря на дисплей телефона с надписью «звонок завершён», хотя внутри желает швырнуть его в стену и разнести всю комнату в щепки. Зачем в голову пришла идея втягивать Тэхёна в такую жизнь? Это уже давно не игра, закон не на их стороне, а Чонгук не тот герой, каким мечтал стать с детства. Есть убийства, пытки, страхи, боль. Всплывает вопрос: почему делал Чонгук, а находиться на грани между жизнью и смертью должен Тэхён? — Что случилось? — тихий голос Чимина не помогает ничем. Чонгук даже не слышит, тупо смотря в потухший экран с огромным комом в горле. — Чонгук? Только ладонь Чимина помогает очнуться, проморгаться и посмотреть ему в глаза. Рассказать тяжело, что-то не позволяет внутри вымолвить и слова, объяснить ситуацию в надежде на помощь. Чонгук боится, что помощи может не быть. Что уже поздно и Тэхён мёртв. Если до этого всё казалось сном, то сейчас настоящим кошмаром. Слова друга так и вертятся в голове, Чон не знает как долго молча сидит смотря в ожидающие, но понимающие глаза. В деревне Паку не раз приходилось слышать от других о потере товарищей. Ступор был первой стадией, сейчас он как никто другой знает в чём причина такого состояния Чонгука. До квартиры Чимина их разделяет тысячи километров. Как бы ни хотелось поддержать Чонгука словами, врать парень не сможет. Возможно, пережив столько потерь в своей жизни справиться с очередной в виде отца удалось немного проще. Чимин не хотел быть причиной его смерти, несмотря на ухудшенные отношение после смерти матери. Он правда старался выкладываться изо всех сил ради будущего сестры, клана, но никогда не старался ради себя. Побег изменил всё за одно мгновенье. Теперь ничего не было важно как цель и своя шкура. Чимин давно разучился говорить слова поддержки ради попытки дать ложную надежду. Если Волки нашли его квартиру, вряд ли Тэхён сможет выжить. Те люди не щадят никого. Тишина становится напарником в этой ситуации. Чонгук благодарен, что Чимин решил оказать поддержку жестами. И неважно, если причина этого слабость, внутри осознание говорит за себя: Пак всё прекрасно понял. Прикрывая глаза, Чонгук не останавливает текущие из глаз мокрые дорожки, крепче сжимая небольшую, слабую ладонь в своей. Тэхён может быть жив, а может и мёртв. Первый вариант парни возлагают на чудо. — Что-то не так? — в проёме появляется Юнги с пакетом продуктов, с осторожностью рассматривая Чонгука. — Чонгук? — повышает голос, ставя пакет на пол и быстро подходит к кровати. — Тэхён в опасности, — отвечает вместо Чона Пак, поглаживая большим пальцем чужую руку. — Волки нашли мою квартиру. — Твою мать, — безнадёжно выдыхает в потолок Мин, потирая переносицу. — Будь с ним, — приказывает, быстро идя к двери. — Ты собрался туда? — уже громче спрашивает Пак, пытаясь привстать, но падает обратно, морщась от боли. Юнги молча накидывает куртку, резко одёргивая воротник. — Я понимаю каково чуть не потерять друга, — кидает грустный взгляд на Чимина. — Чонгук, маскарад на тебе. И уходит, громко хлопая дверью. Чонгук успевает лишь переварить последние слова, быстро утирая новую порцию слёз рукавами. До подготовки меньше недели, Юнги спешит к Тэхёну, чтобы хотя бы выяснить его судьбу, Чимин слишком слаб даже для обычных действий, а Чонгук просто подросток, которому доверили слишком важную задачу. Сотни жизней зависят от того дня, теперь они зависят и от него. Легче от решения Мина не стало. Сейчас пытаться что-то сделать бесполезно. Выдыхая, парень падает спиной на кровать, накрывая глаза руками, как сразу ощущает слабое тепло на груди. Чимин больше не пахнет тем сладким цитрусом, больше не улыбается как тогда, не даёт советов, а просто молча жмётся ближе, стараясь помочь хоть так. Для Чонгука это значит очень многое. Он аккуратно кладёт руку на его спину и закрывает глаза, растворяясь в слабости от смеси боли и недавних слёз. Так уснуть удаётся проще.

Flashback

— Долго он ещё в отключке будет? Жрать уже охота... — В Икуте потом и пожрёшь, молча стой. Мужчина тяжело выдыхает, облокачиваясь на стол. Надоело торчать в этом месте и следить за бессознательной тушей. В чём ценность этого парня? Самый обычный Змей, которому было бы проще снести голову. Но если босс хочет выбить из него информацию, придётся следить, пока тот не придёт в себя. А случится это может чёрт знает когда. Приходили мысли, что он уже вовсе мёртв. — Ну... наши же всё подготовили? Маскарад точно в силе? Не хочется тратиться последними на дозу. — Заткнись, придурок! — бьёт другой мужчину в плечо. — Вдруг этот всё услышит. — Да Майки так приложил, вряд ли он вообще очнётся, — посмеивается, почёсывая затылок. — О, о! Волк кивает в сторону Чимина, который морщится от неприятного звона в ушах, медленно открывая глаза и рассматривая врагов так внимательно, точно самый настоящий змей, готовый к нападению. И он бы с радостью напал: схватил катану, будь она здесь, отсёк врагам головы, заливая костюм кровью, чтобы пойти убивать этих ублюдков дальше. Сжёг бы это место до тла, а потом вернулся к Чонгуку и попытался извиниться. Это уже не в стиле парня, но понимает прекрасно: попал в такую ситуацию по своей же глупости. Мысль обрывается обычными цепями, сжимающими запястья над головой. Под ногами около сорока сантиметров до земли, да и какого-то хрена сняли ботинки. Чимин догадывается, метая взгляд на стол с инструментами, одними из которых являются щипцы. Чёрт, отсюда надо срочно валить. В голове потихоньку начинает выстраиваться план, пока один из Волков докладывает по рации о состоянии Чимина. В ответ идёт ожидаемый вопрос на пытки: «Выясните, где тоннели в деревне». — Вопрос слышал? — с усмешкой подходит высокий мужчина, пока его дружок подыскивает нужный инструмент. — Так где? — Я не знаю, — довольно спокойно отвечает Пак, видя напротив довольную гримасу. Конечно, пытки им в удовольствие. — Не знаешь? — наигранно удивляется, беря у друга шокер в виде длинной палки. — Ну хорошо. Электрический разряд пришёлся в правый бок. Мужчина держал кнопку долго, наслаждаясь болезненным мычанием, ведь Чимин не собирался показывать свою слабость до самого конца. Будет больно, всё равно промолчит. Если что-то заставит кричать, защитный барьер собственной слабости сломается запросто, открывая врагам точку, по которой надо бить. Именно поэтому Пак стискивает зубы, цепи в руках и зажмуривается до головной боли. Когда это прекращается, становится немного легче. — А теперь случаем не вспомнил? — Я ничего не знаю, — слабее отвечает, пытаясь отдышаться. Усмешка и очередной удар током. В этот раз сильнее, дольше, больнее. На том же месте будто дыру выжигают, Чимин успел прокусить щёку в кровь. В теле чувствуется слабость, и как же парень благодарен, что хоть на пару секунд это остановилось. В этот раз мужчина спрашивает одним кивком, хотя прекрасно знает, что ответа не последует. Его и не следует. Парень не знает сколько собирается держаться, но даже под предлогом того, что в своей деревне за убийство предателя его посчитали изгоем и виновником, он ни за что не сдаст родной дом и людей, с которыми давно не имеет ничего общего. Вместо ожидаемого разряда идёт удар в живот. Около десяти раз металлической палкой из парня выбивали воздух, а последним стал очередной разряд, доводящий последние силы и частички сознания до нуля. Тело расслабленно обвисает в воздухе, а друг Волка, всё это время стоящий и просто смотревший со скрещёнными руками, выхватывает оружие и замахивается на напарника, недовольно шепча себе что-то под нос. — Придурок, опять ждать хер пойми сколько, — отбрасывает шокер на стол. — Следи сам, пойду покурю. — Ну и вали, — кидает вслед, в ответ показывая средний палец на такой же жест от того. — Без тебя справлюсь, — уже шепчет под нос. Снова нужно себя чем-то занять. Мужчина осматривает висящее тело, не сдерживая внезапное желание подойти к парню ближе и потрогать. На удивление, у него довольно крепкие бёдра и в этих штанах без преувеличения выглядят сексуально. Да и водолазка неплохие мышцы показывает. Если его освободить, точно не поздоровится. Лицом тоже хорошо вышел. Не будь лишних глаз... А ведь сейчас их и нет. Друг всегда курит долго, тем более это точно была отмазка свалить. Да, время определённо есть. Хитро проходя языком по губам, мужчина дотягивается до левого бедра, крепко сжимая, будто пробуя на упругость. Плавное движение вниз до голени, а глаза смотрят лишь вверх. На всякий случай смотрит в сторону выхода, удостоверившись, что никто не зашёл и тянется до ремня штанов, желая оценить: будет ли риск того стоить. Только хочет приспустить, как резко оказывается между тех самых бёдер, сжимающих шею и перекрывающих кислород. Унизительно ли оказаться лицом, вдавленным в пах своего пленника? Пиздец как. Сдохнуть от этого ещё унизительней, — мужчина хватается руками за ноги, старается оторвать от себя ради малейшего глотка воздуха, но всё оказывается бесполезно. Удивительно, что парню так просто даётся душить врага ногами не прикладывая особых усилий. Волк знает, сам не справится, а позвать на помощь не в силах. И когда собственные ноги отрываются от земли под силой чужого тела, сдаётся окончательно, чувствуя потемнение в глазах и слабость рук, расслабленно падающих вниз. Резкий рывок, и хруст раздаётся по всему помещению, сворачивая врагу шею и отправляя в мир вечных снов. Безжизненное тело падает на землю, звеня единственным спасением для Чимина. Связка из двух ключей на поясе трупа так и манит. Осматривая входную дверь Чимин принимает решение, что нужно попытаться сбежать. За убийство вряд ли потом будут нежиться. На территории врагов это кажется невозможным. Но Пак же профессионал. Хотя он давно так о себе не думает, а после глупости с дозой особенно. Змеи гибкие, осторожные и проворные. Если последние два пункта к Чимину не отнеслись, то первый — его стихия. Есть плюс в том, что сняли обувь: достать ключ будет проще. Дотягиваясь до нужной вещицы, ухватывает между пальцами ноги, начиная медленно поднимать наверх. После шоковой терапии пресс побаливает, но всё равно позволяет Чимину согнуться практически пополам и достать ногой до замка. Попытка будет одна, он возлагает все надежды на потрёпанный ключ со ржавчиной и улыбается, когда запросто поворачивает, заставляя замок открыться. Пол холодный, всё помещение похоже на подвал или заброшенный завод. Потирая запястья, Чимин осматривает всю комнату, решая для начала проверить труп на наличие оружия. Драться ножнями для пыток, конечно, весело, но врагов здесь будет не для рукопашного боя. Хотелось бы надеяться, как минимум, на обычный семи зарядный пистолет. Дважды повезти не могло. Кроме пустой пачки сигарет и зажигалки у него ничего не находится. Разочарованно выдыхая, Чимин идёт к столу с инструментами, останавливая выбор на небольшом складном ножике. Засовывает за пояс, с опаской кидая взгляд на дверь, за которой секунду назад раздались голоса. Нужно устроить засаду или... — Ну что, очнулся голубчик... — голос мужчины сразу затихает, пока он сам тупит несколько секунд. — Стоять! Пистолет достаёт быстро, сразу снимая с предохранителя и целясь в поднявшего руки Чимина. Взгляд врага панический, он облизывает губы, включая рацию на плече и докладывая о беглеце. Как раздаются первые помехи, всё прерывается громкими булькающими звуками от мгновенно оказавшемся ноже в глотке. Волк хватается за шею, не успевая осознать всего происходящего, пока из раны ручьём течёт кровь. Соприкасаясь с полом больше звуков и движений не следует. Чимин подбегает за пистолетом, проверяя обойму и ставя себе в голове небольшую победу. Три патрона — уже что-то. За этой дверью неизвестное количество врагов. Их может быть пять, а может и сотня. Чимин не имеет понятия, где находится, но надеется, что это место недалеко от квартиры. Недалеко от Чонгука. Как бы хотелось, чтобы он именно сейчас оказался рядом. Его поддержка в последнее время была слишком важна. Чимин не показывал этого, не открывался перед ним, чтобы так сильно не завысить ему самооценку. Помощь нужна не в физическом плане. Пак снова начинает чувствовать знакомую боль во всём теле. Кладя руку на ручку, медленно тянет на себя, пока не получает ею же резкий удар и не отлетает на пару метров, роняя пистолет в сторону трупа. Громила ростом с шкаф полностью в белом костюме, как и положено у Волков, завидев трупы сжимает кулаки, что-то неразборчиво кидая в сторону Чимина. Слова здесь излишне, вырубить его труда не составит. Чем больше враг, тем медлительнее. Пак поднимается с пола, отряхивая одежду и принимает боевую стойку, подзывая здоровяка двумя пальцами к себе. Ожидалась медлительность, но никак не быстрый разгон, от которого Чимин всё же успел увернуться перекатом в сторону. Тот врезался в стену, став лишь злее. Ладно, это будет намного сложнее, чем думал парень. И когда мужчина уверенным шагом надвигается точно на Чимина, он чувствует внутри что-то наподобие страха. В таком состоянии: раненым и под ломкой о победе думать глупо. Очередной уворот от прямого удара и такой слабый в ответ от Чимина. Казалось, даже он принёс больше боли, чем тот громила. С этим можно поспорить. Хватка на талии была слишком сильной, а бросок в стену снёс стоящие там старые ящики в щепки. Чимин кашляет, пытаясь встать, но обратно падает на живот, сильнее сжимая челюсть и кулаки. Пол содрогается под весом подошедшего врага, схватившего парня за воротник, как кота. Впечатывает в стену, перенося хватку на шею и сжимает до тех пор, пока лицо не начинает краснеть. Чимин не ощущает пола под ногами, елозит по злосчастной стене, пока вновь не теряет сознание. — Разобрался? — слабо доносится с рации врага. — Ага. — Тащи его к Крейну. Последнее, что запомнил Чимин перед отключкой. Жаль, услышав знакомое имя точно бы посмеялся.

Flashback end

Классические костюмы — полный бред. Чимин всегда пренебрегал строгим нарядам, одеваясь так, как сам считает нужным. На задание это стало вынужденной мерой. Неделя с Чонгуком пролетела незаметно. От Юнги вестей так и не поступило, и это начинало пугать. Парни старались отвлечься друг другом. Чонгук готовил, менял бинты, в общем был полностью погружён в восстановление Чимина. А тот, в свою очередь, придумал план и смог раздобыть приглашение у местного незаконного торговца. Хлама у него на продажу немерено. Чонгук видел взгляд парня на пакетик кокаина, сразу утягивая того за локоть в машину. Сейчас Чимин чувствует себя превосходно. Если не считать волнение за Юнги и друга Чонгука, то ему впервые на душе так легко. Руки Чонгука аккуратно завязывают галстук на молочной шее с уже зажившими царапинами, а мягкая улыбка заставляет улыбаться в ответ. Отходя на несколько шагов назад, Чон восхищённо выдыхает с тихим «вау» на конце. Такая реакция только смеяться заставит. — Выглядишь потрясающе, — озвучивает младший, протягивая одну из маскарадных масок, за которыми ездили пару часов назад. Чимин принимает с чем-то наподобие ухмылки, сразу же её подавляя. С каких пор комплименты вызывают такую реакцию? — Надеюсь, что так, — выдыхает, надевая маску и ожидая реакции. — И? Чонгук потерялся в пространстве. Белый так идеально сочетается с его тёмными, длинными волосами. Перчатки, на которые у Чона так и остался фетиш ещё с тех пор уже другие, но не менее крутые. В этом наряде есть плюс и минус. Плюс – никто не узнает, минус – кровь водопадом прилила к голове. Главное, чтобы не прилила к чему другому. Костюм Чонгука ничем не отличается. У него только нет перчаток, так как в магазине была всего одна пара. Он и не веял особым желанием их покупать, зная, что Чимин берёт из-за привычки. Хотелось повторить и то не вышло. Но парень не расстроился, ведь нашёл для себе кое-что получше. Целый вечер в ресторане, который он проведёт с Чимином. И плевать, что они по заданию спасения города. Чонгуку бы себя спасти от этого ходячего секса напротив. — Я всё ещё жду ответа, — посмеивается парень, щёлкая пальцами перед лицом того. Когда он успел оказаться так близко? — Как принц из диснеевских сказок. — Значит слишком ванильно. Ненавижу белый. Причину этому знают оба. Волки испортили Чимину восприятие этого цвета, перерождая в ненависть. Чонгук думает, что очень зря. В белом парень выглядит намного лучше всех принцев вместе взятых. Он бы попытался ему доказать, но Пак же упрямый, слушать всё равно не будет. Нет смысла тратить на это время, которого, и так, уже нет. Маскарад начнётся через час. Уже пора выезжать. Перед отлётом Юнги оставил ключи от угнанной тачки на тумбе возле двери. Оказывается они были воткнуты в замок зажигания ещё тогда, что помогло запросто угнать. Если хозяин до сих пор не обратился в полицию, то либо ему плевать, либо плевать полиции. На самом деле знали бы правоохранительные органы, что должно произойти через час в самом популярном ресторане города, совсем забили бы на помощь обычным гражданам. Поэтому пусть выполняют простую работёнку. Всю тяжесть этой ночи на себя возьмут школьник и убийца. Иронично. За рулём ожидаемо Чимин. Он скучает по своей машине, которая находится неизвестно где. Волки могли присвоить себе или утилизировать, да даже продать. Сути это не меняет. Хотелось бы сесть именно за руль собственного автомобиля, а не старой развалюхи с тремя песнями на потрепанной касете. Музыка всё равно не имеет значения. Пак переключает коробку передач на первую, плавно выруливая с парковки на пустую трассу. Маски оба решили на время снять. Надеть нужно возле входа и желательно без лишних глаз. Если Чимин скучает по машине, то Чонгук скучал по этому виду. То, как парень плавно выруливает на поворотах одной рукой, как постукивает пальцами в перчатках(без них, видимо, жить не может) по кожаной обивке руля и покачивает головой от слабой волны еле рабочего радио не даёт младшему покоя. Он пялится откровенно, как тогда при первой встрече. Не хватает только насыщенного запахом цитруса воздуха, чтобы окончательно и полностью погрузиться в тот момент с головой. — Как себя чувствуешь? — прерывает тишину в салоне Чон, облокачиваясь на спинку сидения. — Я не могу ответить на этот вопрос. Ты всё знаешь. Верно, Чонгук знает, но хочет убедиться в своих догадках. Ресторан будет полностью напичкан наркотой. В каждом блюде, напитке, чёрт пойми где. Мысли брюнета могут быть самыми разными. Нужно лишь убедиться в том, что самоконтроль не позволит ему испортить миссию и себя до конца. — Держись рядом со мной. — Это должны были быть мои слова, — усмехается, заглушая двигатель. Странно, после разговоров с ним время летит неимоверно быстро. Маски вновь оказываются на лицах, должным образом скрывая все необходимые черты. Теперь Волки могут знать их, а значит попасться будет стоить жизни. Раньше было куда проще. Среди всех парковочных мест сложно найти свободное. Пришлось остановиться в самом конце, прямо возле запасного выезда с парковки. Людей будет очень много, Волки могут запросто слиться с толпой и подмешать вещества даже в обычную воду. Именно поэтому парни поставили себе строгое правило: не отходить друг от друга ни на шаг. Оружие брать нельзя, охрана точно настороже. Каждый шаг в этом месте будет решать судьбы не только собственной жизни, но и других. А судя по машинам, здесь их более сотни. Ресторан с виду был огромен, отыскать место хранения главных блюд — задача не из простых. В некоторой степени половила задания – чистая импровизация. Чонгук не хочет зацикливаться на плохом результате. Впервые за всю жизнь он уверен в себе, как никогда. Автомобиль остаётся позади. Парни не торопясь шагают к главному входу, с двумя охранниками на пути. Очередь небольшая: всего парочка в странных масках кота и оленя. Основная часть гостей уже внутри, на удивление вышло не опоздать. Вход закроется приблизительно через пять минут. Дорога заняла слишком много времени, хотя для Чонгука это была всего секунда. — Добрый вечер. Приглашения, — дружелюбно кланяется охранник, принимая протянутые Чимином бумаги. — Проходите. И когда двери открываются, Чонгук чуть не давится воздухом. Белоснежный мрамор с золотыми столбами, огромный стол с белой скатертью протягивается до самого конца банкетного зала, люстры прямиком из девятнадцатого века и абсолютно все в самых разных маскарадных масках и костюмах. Это не выглядит реальным, чем-то таким, что парень ожидал увидеть в своей жизни. Такой красоты даже в фильмах передать не смогут. Потому что вживую это выглядит в миллиард раз лучше. Чонгук бы стоял в проёме ещё очень долго, рассматривал каждый уголок, каждую картину на стене и превосходные наряды, всё равно думая, что только у одного человека здесь самый потрясающий, но тот самый человек выводит из транса одним касанием ладони, которую позже переплетает с пальцами Чонгука, начиная вести к столу. Нет, перчатки – самая настоящая слабость Чонгука. Его прямо трясёт внутри от руки Чимина на своей. И когда они останавливаются, парень смотрит на их переплетённые пальцы, слабо улыбаясь от вида, который хотел бы испытывать каждый день. Когда же он наберётся смелости признаться? В голове представляет всё слишком идеально, а в реальности боится разочаровать. Эта ситуация между ними уже не кажется чем-то обычным. Они давно стали не просто напарниками. Это намного больше, чем обычная дружба и взаимопомощь. Когда-нибудь Чон соберётся с силами, но точно не сегодня. — Видишь подозрительные двери? — шепчет Пак, стараясь не вызвать подозрений от постоянных осматриваний каждого здесь человека. Тихие нотки музыки погружают зал в радостные возгласы, и все гости распределяются по парам для дальнейшего медленного танца. Как же не вовремя. Это значит, что до главной части банкета: вынос пищи, осталось всего нечего. Ещё рано разочаровываться, нужно слиться с толпой и найти нужное место. Пока Чимин бегает глазами по гостям, Чонгук берёт его вторую руку, заставляя перевести немного удивлённый взгляд на себя. Конечно, танца не избежать. Это будет единственный способ не вызвать подозрений. Проблема в том, что танцевать Чимин не умеет совсем. Это пугает, потому что парень не любит ставить себя в положение «не умею». В сознании это позорит. Чонгук, будто услышав его мысли мягко улыбается. — Не бойся, — его ладонь ложится на чужую талию, притягивая ближе к себе. — Я научу. Мелодия слишком медленная, но волшебно красивая. Ещё красивее глаза Чимина напротив. Они смотрят с доверием, короткий кивок даёт понять, что готов внимательно слушать и учиться. Готов полностью доверить себя Чонгуку. Того это несказанно радует, особенно когда Чимин кладёт вторую руку ему на плечо и начинает медленно двигаться вслед за парнем. Уже более уверенно, плавно и не торопясь. Оторвать от него глаз невозможно. В этот вечер только Чимин является центром внимания для Чонгука. И никакие люди не смогут его переплюнуть. Внутри происходит стихийное бедствие, когда Чимин кладёт голову на грудь, продолжая медленно двигаться в такт мелодии. Что он творит? Ураган, цунами, извержение вулкана ли это? Чонгуку кажется, что его организм полностью превращается в куклу без ниток. Прямо сейчас рухнет на пол и не встанет. Он слаб перед таким Чимином. Он слаб перед ним в принципе. И хорошо, что маска полностью скрывает лицо, иначе все бы здесь увидели самые красные щёки в мире. Удивительно, что Чимин ещё не оглох, парню вот кажется сердце грудь разорвёт. — Чонгук, — негромко зовёт парень. — Опять... опять плохо. Теперь становится ясно почему тот внезапно вцепился в пиджак и руку. Чёртовы наркотики. Прямо сейчас план может пойти по одному месту. И может Чонгук эгоист, но Чимин для него намного важнее, чем все находящиеся здесь люди. Он бегло осматривается по сторонам, подхватывая парня под талию, помогая опереться на себя и практически волочит в сторону уборной. Это единственная дверь имеющая табличку. — Останься здесь, — облокачиваясь на стену говорит Пак. — Не упусти их. — Но- — Пожалуйста, Чонгук, — одними губами шепчет парень, кладя руку на ручку. — Хорошо, — сдаётся, отступая назад. Выбора нет. Он ничем сейчас не сможет помочь, а Чимину нужно время хоть немного прийти в себя. Идя в толпу, Чонгук осознаёт, что всё-таки они нарушили главную часть плана и разделились. Теперь практически всё зависит от него, – подвести Чимина нельзя. Музыка уже подходит к концу, гости хлопают, точно ожидая самую главную часть этого банкета, даже не подозревая, что от человека, стоящего среди толпы в белом костюме будет зависеть их дальнейшая жизнь. Парень бы наплевал на это, просто развернулся и побежал к Чимину в уборную, прижал как тогда к себе крепко-крепко, но заметив подозрительного гостя в маске собаки решает устроить слежку. Тот что-то пишет в телефоне и, осмотревшись по сторонам, идёт за угол зала, куда следом направляется Чонгук. Опасно действовать одному без оружия, парень уже давно послал эти мысли куда подальше, заворачивая за угол и замечая тёмную дверь с номером двадцать пять. Сначала он думает довольно долго, не решаясь заходить. Что он сможет сделать без Чимина? Возможно только поднять шумиху и выставить себя сумасшедшим. Но в то же время думает о всех тренировках. Обо всём том, чему учил Чимин. Если повезёт и их там будет от силы двое, справиться получится. Всё зависит ещё и от удачи. Чонгук выдыхает в сотый раз и, прикрывая глаза, застывает от руки на своём плече. В голове мгновенная мысль, – самозащита. Он перехватывает чужое запястье и прижимает к стене, заламывая руку парня в белом костюме и сильнее прижимая всем своим телом к стене. — Не зря учился, — посмеивается Чимин, сразу получая свободу от такой близости тела Чонгука. Как же ему сейчас неловко. — Прости. Ты как- — Нет времени, идём. Чимин без раздумий открывает дверь, оценивая обстановку в виде двух мужчин в костюмах и масках псов, что-то обговаривающих с удивлённым от визита незнакомцев поваром. Всё происходит быстро. Враги хватают со столов ножи, а Чимин успевает только металлический поднос, сразу выбивая у одного лезвие и оставляя его на Чонгука. Повар зажимается в углу, накрыв голову руками, пока на кухне начинается настоящая резня. Чонгуку достался не слабак. Он неплохо так врезал ему в лицо, беря со стола небольшой тесак. И пока парень приходил в себя, вовремя успел увернуться от чуть не лишившего его руки удара. Внутри будто просыпаются непонятные инстинкты. Сравнимо с адреналином на грани спасения собственной жизни. Всё, как и у животных. Чон перехватывает чужую руку во время замаха, нанося несколько сильных ударов в живот, а после прикладывает того головой об стол, окончательно вырубая ударом ботинка в лицо. Надо отдышаться и помочь Чимину... Который уже стоит оперевшись на стол со скрещёнными на груди руками, оценивающе рассматривая результат Чонгука, возле ног которого валяются два вырубленных тела. И без слов становится понятно, что Пак гордится, одобряюще похлопывая младшего по плечу и идя к сидящему на том же месте повару. — Ты соучастник? — присаживается напротив, приподнимая испуганное лицо за подбородок. — У меня не было выбора, — на грани слёз отвечает тот, сжимаясь от движения Чимина рукой в свою сторону. Но он не бьёт, а помогает под локоть подняться на ноги, отряхая немного запачканную шапку на голове. — Остались блюда без наркотиков? — тот неуверенно кивает, указывая в сторону нескольких холодильников. — Отлично, подавай их. Мужчина благодарно кланяется, спеша быстрее достать всё необходимое. Тела нужно спрятать на время всего банкета. Чимин замечает неподалёку ещё одну дверь, более старую и похожую на подвальную или винный погреб. Подойдёт идеально. Молча поднимая бессознательное тело начинает тащить в ту сторону, а Чон подхватывает мысль, беря на себя другого. Как и ожидалось, это винный погреб. Лестница не служит препятствием, парни поднимают тела на руки и спускаются, на всякий случай прикрывая за собой дверь и включая свет. Помещение просто огромное, кажется, что полностью размещено под всем рестораном. Логичней всего оставить тела в самом дальнем углу. Когда они очнутся, вызовут проблемы, но такие, которые никак не будут относиться к Чимину и Чонгуку. Убить бы их по-хорошему, только наживать странные слухи не хочется. Парни просто скидывают тела возле нескольких бочек и желают быстрее покинуть это помещение, да и место в целом. Всё прошло успешней, чем можно было представить. Чонгук, не слыша шагов за спиной, останавливается, приподнимая бровь от вида Чимина всё ещё стоящего возле тел. — Ты идёшь? Тишина. Это напрягает. Парень возвращается, ещё больше удивляясь от того, что Чимин снял маску. — Эй, — Чонгук разворачивает его за локоть, видя то, что давно хотел стереть из памяти. — Какого хрена? Зрачки Чимина опять расширены. В первую очередь Чон захотел врезать себе. Как же глупо было оставлять его одного в уборной. Злость уже показывается не только венами на шее от сжатой челюсти, но и сильной хваткой на запястье Чимина, который запросто вырывает руку толкая Чонгука в стену, где перекрывает возможность выпускать его гнев в виде ударов хваткой на руках по бокам от головы. — Я не виноват, — сразу объясняет Пак, срывая его маску и кидая на пол. Чонгук смотрит разочарованно. — Торговец, он был там же и смог убедить, что мне это нужно. Теперь Чонгук и мужика того ненавидит. — Да? И что ещё тебе было нужно помимо несдержанного слова? — рычит парень в лицо, дёргая руками. В этот раз хватка Чимина не позволяет сдвинуться и на миллиметр. — Презервативы, — спокойно поясняет тот, пожимая плечами. — Что... — Я хочу тебя, Чонгук, а ты никак не поймёшь. Кажется Чимин нашёл ещё один способ выбить парня из колеи. — Но... не здесь же, — как ни странно, но собственный тон стал спокойней. — Нет, именно здесь, — Чонгук полностью сдаётся, когда его губы захватывают в свой плен. — И сейчас.