Break Me Down

      Говорят, что когда идёт дождь — это небо пускает слёзы в попытках утешить мечущиеся в агонии души. Пробравшаяся внутрь скорбь хуже, чем агония. И даже если при жизни ты ненавидела человека, то страдать от этого меньше не станешь.       Давящие на плечи грехи утягивают нас на дно, но лишь в глазах Господа мы все едины и чисты. Мы его дети, и лишь он решает, куда мы должны отправиться. Но можно ли вырваться из оков адского пекла, если тебе не была уготована дорога в Рай? Можно ли вымолить прощение перед смертью и рассчитывать встретить Адама в объятьях Евы?       Моя душа находит покой только в Боге, а мое спасение исходит от него.

***

      Нескончаемый поток снега опадал на пальто, накладывая пелену мрака на неспокойную душу. Могила передо мной вынудила упасть на колени и тихо смахивать слёзы со щёк.       Мужчина не был мне близок, но он всё же оставался моим отцом. И в последние свои дни он старался исправиться, старался искупить свою вину и вымолить прощение. А я так и не успела сказать, что готова. Не смогла сказать, что простила.       Прошёл месяц с его похорон, и не было ни дня, чтобы я не пришла сюда с одной единственной розой. Его любимый цветок со студенческих времён, что послужил когда-то зарождением отношений с мамой.       И не было ни дня, чтобы я не молилась. Я знаю. Знаю, что отец попал в Ад, и что, вероятно, его душу сейчас мучает тот, кто для меня является спасением. Но всё же я молюсь, чтобы его страдания не были велики и Люцифер протянул ему руку помощи во имя всего, что между нами было.       И даже сейчас, стоя возле могильного камня, я прикрыла глаза и ощутила чей-то взгляд, а следом едва заметное прикосновение. Оказавшись не готовой, я испуганно осмотрелась, но никого не обнаружила. Хотела верить, что это он, и что демон чувствует мою боль. Была надежда, что мужчина рано или поздно явится ко мне, но этого не происходило. И лишь во снах я могла видеть наше счастливое будущее и лицезреть нас вместе.       Близился канун Рождества и, вместо того чтобы готовится к нему, я погрузилась в страдания. Они пожирают меня изо дня в день, не давая спокойно вдохнуть и тем более прийти в себя.       На ватных ногах я добралась до квартиры и оглянулась, обращая внимание на дверь опустевшего помещения напротив. Она всё ещё в его владении, но Люцифер ни разу не приходил. Я знаю, ведь каждый раз с трепетом поглядываю в глазок, когда слышу шаги на лестничной площадке.       Вздохнув, я вошла в пустой коридор и бросила ключи на тумбочку, сняла пальто и прислонилась к холодной стене, медленно скатываясь на пол. Слёзы непроизвольно хлынули из глаз, а сама я уткнула взгляд в потолок, прокручивая в голове счастливые моменты своей жизни. И самая ужасная ирония в том, что все они были связаны с одним чертовски привлекательным демоном.       Я чувствовала, как головная боль стала сводить меня с ума. Виски пылали и пульсировали, а я лишь надеялась увидеть очередное воспоминание и почувствовать тепло сына Сатаны хотя бы там.       Стены комнаты закружились, а перед глазами встала пелена забвения. Я не понимала, что происходит, и просто прикрыла веки, надеясь, что сейчас всё это закончится. Однако, с каждой минутой становилось только хуже.       Мимолётные образы кружились по сознанию, тут же сменяясь, как только удавалось сконцентрироваться на чём-то одном. Кислород больше не поступал в лёгкие, и начинало казаться, что я медленно умираю.       Свернувшись в позе эмбриона, я распласталась на полу, не шевелясь и пытаясь рассмотреть хоть что-то. Но это было практически невозможно до тех пор, пока воспоминания не выстроились в одну единую цепочку.       Школа ангелов и демонов, Мими, Люцифер, Сэми и его смерть от рук Фенцио встали перед глазами, следом сменяясь на другой кусочек памяти.       Этот парень, которого я спасла в башне. Кто он? Кажется его звали Бонт. Нет, его зовут Мальбонте.       События проносились слишком быстро, и я больше не успевала узнавать хоть что-то. Пока передо мной не раскрылся следующую пазл.       Безмолвная пустота накрыла разрушенную комнату. Осознание, что эта ночь для меня решающая, больно сдавливало грудь, не позволяя дышать. Не знаю, чего мне хотелось больше. Бросить всё и отказаться, не идя на поводу у матери и не покидая школу, или же увидеть Люцифера. Вдруг это наша последняя встреча и последний разговор? Вдруг завтра мы встретим лишь смерть, так и не сказав друг другу главных слов?       Эта неопределённость больно кусала за самую душу. Но демон всё сделал за меня, как и всегда. Сын Сатаны был первым во всём, но со мной он танцевал танго на минном поле. Он делал шаг вперёд, я — два назад. А затем наоборот, и так из раза в раз. Отталкивает, чтобы не было больно, и в первую очередь мне.       Люцифер объявился на пороге комнаты так внезапно, что я даже испугалась, не понимая, стучит ли так сильно моё сердце от накатившего страха или же от радости. Мужчина хмыкнул, осматривая кирпичные стены и останавливая взгляд на тёмном пятне на потолке, образовавшемся из-за давно капающей оттуда воды. — У вас крыша течёт, — он обратил свой взор на меня, произнося это как данность, но с лёгкой полуулыбкой. — Знаю, — как можно спокойнее ответила я, стараясь сдержать порыв и не броситься в его объятья в первые же секунды.       Алые глаза вспыхнули, и я сразу поняла, о чём пойдёт речь. Тяжёлый вздох с моей стороны заставил демона нахмуриться и, возможно, даже задуматься быть помягче. — Вся школа стоит на ушах. Ты собралась идти в логово Мальбонте? Опять? — недовольный тон отразился от стен и приласкал мой слух.       Хотелось прижаться и пообещать, что со мной всё будет в порядке, но я не могла давать таких обещаний. Особенно учитывая непредсказуемость происходящего. А потому заглянула ему в глаза, собираясь с мыслями, но в итоге выдала лишь самый короткий и правдивый ответ. — Да, — ответ разозлил сына Сатаны, и я видела, как заиграли его желваки. — Дура, — тут же без раздумий ответил он, начиная нашу перепалку и раззадоривая меня сначала на истеричный смешок, а затем на недовольство. — Сам дурак! — прикрикнула, едва не сорвавшись на рыдания и обдумывая, действительно ли так должен выглядеть диалог двух небесных существ перед возможной смертью?       При виде таких ярких эмоций ярость Люцифера слегка угасла, оставляя лишь искреннюю обеспокоенность. Я чувствовала, как он тянется ко мне, но сам всё ещё сдерживается, оставаясь на месте. — Они используют тебя, — стараясь вразумить, произнёс демон, следом продолжая и даже слегка упрекая меня в моём упрямстве. — Почему ты такая ядовитая только со мной и не можешь выпустить когти в того, кто это действительно заслуживает? — Ты это заслуживаешь, — я гордо вздёрнула подбородок, не позволяя ему изменить моё решение своими действиями и словами.       Он кивнул, либо соглашаясь, либо просто принимая мои слова. Я отвернулась к окну, не в силах больше смотреть на мужчину, обсуждая сложившуюся ситуацию. Кожей чувствовала его прожигающий взгляд. — Но зачем идти у них на поводу? — тихий хриплый голос, едва ли не перешёл на шёпот. Он явно не понимал, что мной движет. — Иногда нужно довериться течению, и оно приведёт тебя туда, куда нужно, — тихо ответила я, покрываясь мурашками. — Скорее всего это будет водопад, где ты захлебнёшься, — с усмешкой ответил Люцифер, продолжая буравить взглядом мою спину и плечи. — Я задержу дыхание, — без раздумий ответила я, чем ещё больше позабавила демона.       Я развернулась к нему лицом, вновь встречаясь глазами с его алым пылающим огнём. Привычная и такая родная ухмылка снова проступила на мужских губах, вынуждая и меня улыбнуться. — Не поможет, — откровенная насмешка надо мной, словно я сказала глупость. — Ты очень оптимистичен, — я закатила глаза, а затем вмиг замолчала, когда сын Сатаны преодолел и без того небольшое расстояние между нами, обхватывая меня за запястье и не скрывая своего волнения. — Ты не можешь просто так брать и делать всё, что тебе вздумается! Это опасно! — громкий, недовольный мужской голос прошёлся по слуху, заставляя меня нахмуриться и вырвать руку из удерживающего жеста. — Тебя это не касается! — крикнула в ответ я, ощущая, как между нами витает напряжение. — Ещё как касается! — он вновь схватил меня и дёрнул на себя, принуждая поднять на него взгляд и заглянуть в его огонь, где, казалось, прыгали негодующие черти. — Почему это? — упрямо спросила я, выдерживая его напор и теперь уже не отводя глаз. — Потому что я люблю тебя! — громко сказал Люцифер, но тут же замолчал, видно слегка растерявшись.       От услышанного мои глаза слегка расширились, и теперь я посмотрела на него с сомнением, не понимая не послышалось ли мне это. И снова он сделал первый шаг, которым выбил меня из колеи. Только в этот раз я наступлю ему на ноги, не позволяя себе сделать шаг назад в этом танце. — Что ты сказал? — решившись удостовериться в том, что всё же не ослышалась, я задала простой вопрос, который теперь вывел из строя самого демона. Он тут же отпустил меня и сделал шаг назад, отводя глаза и нервно избегая моих.       Прошло несколько минут, и я уже отчаялась услышать хоть что-то от брюнета, как он, вдруг набравшись смелости, снова поднял на меня свои алые рубины и спокойным голосом стал говорить то же самое. — Я сказал, что люблю тебя, — ровный тихий голос отразился от слегка разрушенных стен, а затем обратился в недовольный тон. — Продолжишь делать вид, что не услышала, чтобы я ещё раз это повторил? — Ты признаёшься мне в чувствах и наказываешь меня за свою уязвимость этими грубостями? — в каждой нотке моего голоса слышалось неподдельное удивление. — Я люблю тебя, Вики. И я переживаю за тебя, — теперь его взгляд заиграл по-другому, а сам мужчина словно смирился с тем, что испытывал ко мне. Теперь он звучал без боли, а словно наконец наслаждался произнесённым в слух. — Я тоже люблю тебя, Люцифер, — я улыбнулась ему, едва сдерживая слёзы и наблюдая, как его взгляд превращается в облегчённый, а на губах отражается мягкая полуулыбка.       Резкий вдох, а затем я снова провалилась в круговорот воспоминаний. Они вновь стали сменяться, закрепляясь в моей памяти и помогая понять, кто я есть и кем была. Лагерь, Мальбонте, ключи Шепфа. Я помнила теперь всё.       А затем я увидела смерть. Свою собственную смерть на войне, и взгляд на любимого мужчину в последний раз. Вот я вонзаю клинок в самое сердце Мальбонте, протыкая его насквозь, а в следующую секунду начинаю умирать сама. И диалог того момента снова врывается в сознание, как недостающая деталь картины. — Не…кх…кх… Не поворачивайся ко мне спиной, amica mea, — прохрипел на последнем дыхании Мальбонте и вонзил меч в в хрупкую спину, закрывая глаза уже насовсем. — А? — агония боли распространилась по всему телу, но ни я, ни Люцифер будто не поняли, что случилось. Оба смотрели на разрастающееся пятно крови на одежде и столкнулись взглядами.       Я криво улыбнулась и, схватившись за кровоточащую рану руками, попробовала её зажать, падая на землю. Но сильные руки демона не позволили этого сделать и аккуратно уложили её так, чтобы голова оказалась у него на коленях. — Потерпи, Уокер. Сейчас, сейчас Геральд тебе поможет, — Люцифер накрыл мою руку своей и тоже пытался зажать рану. — Люцифер… Я…кх…кх… Я… — говорить становилось всё тяжелее, но лихорадочные мысли так и рвались наружу.       В голове крутился миллион мыслей. Что сказать? А нужно ли что-то говорить, когда два любящих сердца понимают друг друга без слов? Хватит ли одного моего люблю, чтобы исцелить дыру в его сердце? — Чш-ш-ш… Тихо, Непризнанная. Помолчи. Мы сейчас поможем тебе, ты от меня так просто не отделаешься, — сын Сатаны пытался шутить, хоть и выходило это криво. Смотря на окровавленные руки, он понимал, что дело — дрянь. — Геральд! Дино! Кто-нибудь подойдите, мать вашу!       Тут же повернувшись к ним мужчины переглянулись, и ангел с демоном подлетели к паре. Визуально осмотрев рану, Геральд качнул головой и взглядом выразил всю боль. — Сделай же что-нибудь, ублюдок! — кричал Люцифер, не желая принимать правду.       Тяжёлая рука ангела легла на плечо старого друга и чуть сжала его. — Прости, Люци, но рана слишком глубока и проходит насквозь. Она не поддаётся исцелению, — тихо говорил белокурый, пытаясь не выдать своей скорби. — Нет, нет, нет, ты… Ты не погибнешь, всё будет хорошо, — парень грубо скинул руку ангела с плеча и прислонился лбом ко лбу любимой. — Люци… Люцифер… Я люблю…кх…тебя, — на последнем издыхании сказала я, ощущая как сердце издаёт финальный удар.       Я вынырнула из накрывшей пелены, не до конца осознавая, где нахожусь. Я всё ещё у себя в квартире, но кое-что изменилось. Я вспомнила абсолютно всё. Но осталось лишь два вопроса, которые разрывали меня изнутри.       Как мне вернуться на небеса, и почему после смерти я не попала в небытие и очутилась здесь?