Странники жизни, странники любви

Идти пришлось долго, в том числе подниматься по ступенькам. Нога у Ихи разболелась с новой силой, но она старалась поспешать за Кэшем и его ручным зверем, хотя ей еще пришлось тащить книгу и вылупившееся создание. Лишь у верхних ступеней, уже очень высоких, на которых приходилось почти запрыгивать, она обессиленно опустилась на белые, в золотых прожилках плиты. — Повелитель, — позвала она и сама испугалась того, как жалко прозвучал ее голос, — я не поднимусь на эти ступени. Прошу вас, возьмите хранилище знаний и зверька. Они не обременят вас. Кэш остановился, бросив быстрый взгляд на высокую фигуру впереди. Видно было, что он колеблется. Иха ждала чего угодно, но не того, что он вернется и поднимет ее на руки, точно дитя. Она перепугалась не на шутку. — Повелитель, а если она не пустит вас в город… из-за меня? Но Кэш уже спешил вверх по ступенькам, взлетая на каждую с такой легкостью, словно на его руках не было ноши. Иха обхватила его за шею, прижавшись к груди и чувствуя себя под защитой. Дыхание Кэша успокаивало их обоих. Она могла теперь без страха рассматривать изумительной красоты белые, золотые и голубые башенки, арки и площадки, на которых пребывали существа, не менее прекрасные, чем Владычица, провожающая их в город. Высокие, поразительно изящные и прелестные, несмотря на плотное и тяжеловесное сложение, эти существа то и дело оборачивались, с удивлением провожая их взглядами. Иха заметила и других созданий, больше похожих на них с Кэшем, но коренастых, толстых, с более темной кожей и золотистыми глазами. Все они носили тонкие обручи вокруг шеи и делали каждый свою работу: кто-то чистил ступени из белоснежного камня, кто-то присматривал за детенышами, а некоторые, более утонченные и совершенно лишенные одежд, видимо, служили для плотских утех. Иха с удивлением проследила за высоким прекрасным существом в богатых тонких одеяниях, расшитых золотыми нитями. Это создание мужского пола приблизилось к одной из низших самок, прикованной к невысокому столбику. Самка тут же приняла призывную позу и пленительно улыбнулась. Но Ихе стало тошно и горько при виде ее мертвых, измученных глаз, от исходившего от нее ощущения усталости и страха, которые вдруг перестали быть секретом. — Мне страшно, Кэш, — тихо прошептала она, впервые назвав его по имени, — прошу, лучше убей меня, чем… так. Он крепче прижал ее к себе, успокаивающе напевая. Его напев, видимо, имел целью совершенно укрыть владевший ею ужас от окружающих. Иха уткнулась ему в грудь, чувствуя, как накатывают волны непреодолимой сонливости. Она крепче прижала к себе существо из яйца и драгоценное хранилище знаний и только потом позволила себе погрузиться в сон. Когда она проснулась, Кэша не было рядом, а сама она лежала на упругой поверхности спального приспособления, устланного тончайшими тканями. Иха села, озираясь по сторонам, с удивлением и возрастающим страхом рассматривая совершенно чуждые гладкие стены из белого и голубого камня, пронизанные золотыми нитями. Вдоль разделяющего выступа шли удивительно тонкой работы вырезанные изображения, представлявшие сцены из жизни. Иха присмотрелась к ним и почти сразу отвела взгляд. Слишком неприятными показались ей события, изображенные с такой тщательностью. Нежный тихий голос заставил ее обернуться, и она невольно вздрогнула, увидев небольшое существо вроде тех, что носили ошейники. На этом создании ошейника не было. И также невозможно было понять, мужского оно пола или женского, настолько плотно слои ткани окутывали его круглое тяжелое тело. Оно ласково поглаживало Того, кто был в яйце, издавая переливчатые звуки. — Из’ва, — промолвило существо, почесывая лохматую шапку травянистых волос, посаженную прямо поверх квадратного тельца, — гихха ам? — Я не понимаю тебя, — как можно ласковее произнесла Иха, — но ты нравишься ему. Существо мурлыкнуло, пошевелило тяжелый браслет на запястье, нажимая и поворачивая некоторые его части, соединенные очень странным образом. — Ей, — сказало существо, улыбаясь, — это самочка. — Ты говоришь на нашем языке? — изумилась Иха, опасливо подбираясь поближе и устраиваясь рядом с существом. — А кто ты? — Синдху, — был ответ. — Не бойся, я говорю с тобой через устройство для соединения разумов. Как твое… имя? — Ихалани, — представилась Иха, с любопытством разглядывая браслет на тонкой руке существа. — Ты не видел Кэша? Это Повелитель, с которым я пришла в город. — Точнее, который принес тебя, — улыбнулось существо. — И я вообще-то девушка. — О, прошу прощения, — Иха вздохнула с удивившим ее саму облегчением, — я пока не научилась различать вас в одежде. — Хочешь еды и питья? — спросила Синдху, поднимаясь на ноги и оправляя на себе облако тонких одежд. — Твоя маленькая питомица не нуждается в них, она получает все необходимое из воздуха, воды и земли. Но ты выглядишь очень исхудавшей. — А у вас есть еда и вода? — робко спросила Иха. — Я, сказать по правде, очень хочу есть и пить, но еще больше беспокоюсь за моего спутника. Конечно, он Повелитель, мудрый и опытный, но мне все равно немного страшно. Синдху сочувственно коснулась ее щеки. — Не бойся за него, Ихалани. Он с Богами, что правят нашим миром. Он принят как равный среди них. И потому меня приставили к тебе, как к его спутнице и приближенной. Иха вздохнула, стараясь не думать о том, что Кэшу может угрожать беда. Он мудр, он несравнимо выше ее, он лучший из лучших, Хранитель Знаний. С этими мыслями она наклонилась, подняла Рожденную из яйца на руки и направилась следом за Синдху.