Где-то посреди ночи

      Лёва       Мне… не… страшно…       С каждым днем лезвие кажется всё привлекательнее, а шампунь всё вкуснее. Найти бы кого-то, кто полюбит меня с моими странностями.        Я смотрюсь в зеркало, а вместо своего отражения вижу огромную черную тень с странными, колышущимся длинными ушами зайца. О, Боже.         Осколки зеркала разлетаются по ванной комнате. Мои руки все в крови, и пол тоже. Глаза мои, наверное, сейчас тоже красные, но я их больше в этой ванной, судя по всему, не увижу. А, нет, увижу. Они смотрят на меня с каждой стены, следят.        Всегда рядом, но я не рад.        Чертова ремиссия прошла.        Экран моего телефона — вдребезги. Мне не страшно. Мне не страшно. Мне не…       Мне пора бы сходить к врачу, но я не могу, ведь сразу вернусь обратно, и работы, на которую я учусь мне не видать. Я всегда мечтал помогать людям. Выслушивать их проблемы, окунаться в них с головой, поддерживать.        Прежде чем кому-то помогать, следовало бы разобраться со своими проблемами.        Я никогда не употреблял. Моя болезнь — с детства. Как я еще не сошел с ума? Не знаю. Наверное, уже крыша едет, но не спеша, как говорится.        Опять дом-работа-университет-дом-работа-университет, опять ненавистные лица коллег, опять голоса кричат убить их всех, пролить кровь.        Ночью не останусь дома… наверное.        Всё запишу в блокнот, все свои чувства и эмоции, а потом сожгу. Сожгу, чтобы никто никогда не узнал мои тайны. Однажды я уже открылся.       Далекое детство.        Я жду свою подругу, Энжи, может, сегодня она забыла о встрече? Где она? Не знаю.        Стоп. Не она ли это там? Гуляет с моим главным врагом, что каждый день дрался со мной, называя глупым шизоидом? Не может быть. Это снова галлюцинация. Мой мозг против меня.        Желание — сильное, неясное. Желание снова пролить кровь. Кровь этого самого человека, что посмел разрушить мою жизнь, а потом уже и отнять единственную подругу. Его звали Антон. Такой, знаете, красивый весь, смазливый, но чем я хуже него?        Энжи гуляет с ним, общается, как ни в чем не бывало, будто не знает всей ситуации. А голоса кричат, что она всё знает. Что замышляет что-то против меня.        — О, Лёва! — я вижу её спустя полчаса на том же месте, с которого не сдвинулся, но она уже одна.        Ты… будешь одна.        — Ты предательница, Анжела.        Моя первая, глупая, наивная любовь. Да, люди с такими заболеваниями тоже могут любить. И она… она выслушивала каждую мою проблему, была мне тем самым добрым психологом, а потом… исчезла, будто ее и не было.        Каждый день вижу её на работе. Нас поставили в пару — «подарок» судьбы. Ненавижу это.        Она смотрит на меня так, будто хочет заговорить, но не произносит ни одного слова, словно язык проглотила.        И вот я, человек, что постоянно искал кого-то на ночь, чтобы не чувствовать одиночество, встречаю её. Такую же, как тогда… Энжи. Или, может, уже Анжелу.        Интересно, чувствовала ли она что-то подобное, когда спала с другими? Представляла ли меня также, как и я её? И вот, мои мысли снова ушли не в то русло.        Я вижу её. Её — такую же, красивую, как и всегда, словно ангела, которого я никогда не забуду.       Мне очень жаль, моя любовь.       И вот, я её уже не знаю. И она меня, я уверен, тоже. Мы чужие друг другу люди, никто, но ей будто не хочется рушить эту негласную, молчаливую связь. Лучше, наверное, оставаться друг другу никем, чем быть врагами.        Я притворился, что не знаю её в первый день. А она… она не стала притворяться. Та самая фальшивая со всеми девушка резко пошла против своих принципов.        От неё вкусно пахло чем-то цветочным, и в детстве, когда я спросил, что это за аромат, она сказала, что пользуется мамиными духами. Мамины духи не изменились — всё та же Сакура от «Диор».       Хотел бы я видеть её рядом с собой? Наверное… наверное нет. Мы уже слишком разные, скорее всего, друг другу не подходим. Да и она тогда предала меня, если можно так выразиться.        Сегодня двадцать четвертый год, ноябрь. На улице холодает не по часам, а по минутам. Надо бы сходить в магазин. Мне совсем не нравится это дело — на улице голоса громче, и они сливаются с голосами прохожих.        Но всегда сквозь эту пустоту я слышу лишь её голос. Такой красивый и мелодичный. Голос девушки, что настолько любила резать себя, что пошла на хирурга резать других. Иронично.        Галлюцинации.       Дальше будет хуже.       Оставаться тут невыносимо — я беру куртку, а потом сразу бегу к выходу из дома. По улице, не разбирая дороги.        — Ай, — сталкиваюсь с кем-то прямо у «Пятёрочки».       — Простите, — поправляю прическу. Не вижу ничего за три метра от себя, ведь забыл надеть очки. Но вижу… — Эн… Анжела?        Она глупо, в какой-то мере испуганно улыбается. Смотрит на меня, разглядывает, но её взгляд не такой враждебный, как, например, от глаз, которые я вижу каждый день. Галлюцинации вдруг исчезли.        — Лёва? — девушка поднимает мою куртку, которую я, оказывается, в спешке забыл надеть, с земли, отряхивает её. — Н-надень, холодно же…        Пока Анжела держит мою куртку, я… падаю на колени перед ней. Что на меня вдруг нашло — не знаю, но захотелось сказать два важный слова.        — Прости меня, — я обнимаю её стройные, как я чувствую через джинсы, ноги с силой, она почти что падает на меня, но держится.        — За что? — слышу, как дрожит её голос. — это ты… меня прости. — её холодные пальцы поглаживают мои волосы. — Лёва. Кир и остальные уехали, поэтому… пошли домой.        Зрачки стали шире от шока, а может и наоборот сузились, я не знаю. Но я согласился.        Так мы и оказались дома у еще одного моего врага. В большом особняке, который был, почему-то, даже уютнее, чем мой дом. И тут я даже не вижу глаз. Не слышу голоса, ведь главный голос в голове сейчас рядом со мной.        Мы зашли в комнату, что, судя по всему, теперь принадлежала Анжеле. Такую просторную и красивую. Садимся на кровать.       — Энжи. — шепчу я, даже больше как утверждение, нежели…        — Давно ты меня так не называл.        Я прижимаю её к мягкой поверхности, нависая сверху, сам не знаю, зачем. Почувствовать ли её своей хоть на миг, получить своё спустя столько времени? На все вопросы лишь один простой ответ, что прозвучал в моей голове уже не раз. «Не знаю».       Её ладони касаются края моей футболки, и Анжела тут же стягивает с меня её, разглядывая мое тело, ведь видит его таким впервые. Аккуратно дотрагивается кончиками пальцев моих ребер.        Я вздыхаю.        Достаю из кармана штанов презерватив, который почти всегда ношу с собой. Смотрю ей в её красивые, голубые глаза. Они словно бриллианты на солнце.        — Лёва. — она шумно дышит мне в шею.        — Что? — я испугался. Испугался не того, что она прямо сейчас мне откажет, а того, что натворил лишнего.       — Это будет мой первый раз.       Молчание. Я отрываюсь от нее на секунду, и снова глаза в глаза.        — Стань моей девушкой, Энжи.