All Those Birds Of A Feather

Проснувшись в 5:30 от того, что Флэпджек клюет ее лицо, Ида совсем не ожидала, что утро начнется с обнаружения пустой кровати Хантера, что немедленно растопило все ее надежды на нормальный день. Вместо этого утренняя сонная нега тут же сменилась бурлящим в крови беспокойством и, что она отказывалась признавать, чистой паникой, при этом ведьма отчаянно пыталась сохранять спокойствие и думать. Открытое окно в спальне Хантера практически не оставляло пространства для размышлений: было очевидно, что он ушел по собственной воле, и хотя было менее очевидно, почему он так поступил, у Иды была довольно хорошая гипотеза. У нее самой была досадная склонность к самопожертвованию, и будь она на месте Хантера, не факт, что не поступила бы точно так же, как он.   «Ребёнок действительно похож на меня, – невесело подумала ведьма. – Когда я найду его, нам нужно будет поговорить об этом».    Это будет долгий, долгий разговор.   Ида поспешила из комнаты Хантера обратно к себе и надела свое обычное красное платье, а поверх тяжелый плащ с капюшоном. Флэпджек слетел на ее протянутую ладонь, и она осторожно спрятала палисман в волосы, прежде чем схватить свой посох.   – Нам нужно идти, Оулберт, – сказала она, когда маленький филин повернул голову и тупо уставился на нее. Он, казалось, понял неотложный характер ситуации, несколько раз моргнул и настороженно заухал. Ида крепко сжала посох, натягивая туфли.   «Посмотрим, – подумала она, – у меня есть примерно полтора часа до того, как Луз проснется в школу, а это значит, что мне нужно поторопиться».   – Ты собираешься искать Хантера?   – Гах! –  взвизгнула Ида, от неожиданности отпрыгнув назад и чуть не скатавшись при этом вниз по лестнице. Король вышел из тени и встал перед ней, обвиняюще скрестив лапки на груди, даже не пытаясь изобразить сожаление от того, что напугал ее.   – О, Титан, – выругалась она, опираясь на посох, чтобы не упасть. – Король, почему ты не в постели?   – Неважно, – фыркнул демон, прежде чем опустить глаза и пробормотать, – мне приснился кошмар. Я хотел с кем-нибудь поговорить и думал, что Хантер не спит, но…   – …Но он ушел, – закончила Ида. Король неохотно кивнул, выглядя удрученным. Кажется, она не видела его таким грустным в течение очень долгого времени. Хотя, вероятно, никто из них не признался бы, ведьма знала, что Король принял Хантера почти так же, как он принял Луз. Он прошел долгий путь от своих первоначальных планов подчинения.   «Мы – единственная семья, что у него есть, – поняла Ида, – и теперь у него отняли члена этой семьи».   – Хорошо, как насчет того, чтобы пойти со мной? – предложила она. – Мне не помешала бы дополнительная пара глаз.   – Подожди, правда? – спросил Король, оживляясь.   – Да, правда, но нам нужно идти. Пойдем, поговорим с Хути.   Хути все еще был в полудреме, но она уговорила его проследить, чтобы Луз встала вовремя и вышла за дверь, если Ида не вернется, чтобы сделать это сама. Она также велела ему сказать человеку, что Ида, Король и Хантер ушли по каким-нибудь ранним утренним делам, потому что, хотя Ида была уверена, что Луз позже рассердится на нее за ложь, она не могла вынести того, что девочка сходит с ума от беспокойства, хотя должна наслаждаться учебой. Кроме того, если Луз пропустит урок, чтобы присоединиться к поискам Хантера, ее друзья заподозрят что-то и начнут шпионить, а последнее, чего хочет Ида, так это вовлечь еще больше детей в текущую неразбериху.    «Кстати о детях», – подумала она, когда дала инструкции Хути, отвернувшись от домашнего демона и вместо этого посмотрев на Короля. Он теребил свой воротник, и 8 лет жизни с ним научили Иду узнавать беспокойство во взгляде.   – Ты там в порядке? – спросила она, присев на корточки, чтобы посмотреть ему в глаза. Король тяжело сглотнул в ответ и еще крепче вцепился в воротник.   – Я-я боюсь, – прошептал он ей. – Что, если они снова причинят ему боль? Или... или убьют его? Что, если он никогда не вернется?   Ида вздохнула, резко выдохнув через нос, и покачала головой, пытаясь отыскать слова, чтобы приободрить Короля.    – Послушай, – сказала она ему, – Хантер был Золотым Стражем, лицом Ковена, помнишь? Он боец, с ним все будет в порядке. Я обещаю.   Она не упомянула скомканную бумагу, которую нашла в мусорке, на которой  несколько десятков раз было написано одно лишь слово – «Простите». Не упомянула она и тот факт, что ее спутанные мысли продолжали повторять те же самые опасения, которые только что озвучил Король.    Она не сказала ему, что возможно не сможет выполнить свое обещание.   – Серьезно, все будет в порядке, – сказала она, выдавив, как она надеялась, уверенную улыбку. – А теперь пошли. Нам нужно найти беглеца.  

***

В Боунсборо, несмотря на то, что он был густонаселенным городом, в ранние утренние часы было жутко тихо, и, летя сквозь туман, который только начал оседать над мостовой, она невольно вздрагивала при виде странных теней на пустынных улицах. Король беспокойно прижался к ней, и ведьма протянула руку и ободряюще погладила его по голове. Даже Оулберт казался немного испуганным.   – Спусти нас, – прошептала она своему палисману, и они начали осторожно спускаться сквозь туман. Ида приказала Оулберту приземлиться в пустынном переулке рядом с магазином зелий и ловко спрыгнула с посоха, снова взяв его в руки и жестом велев Королю следовать за ней.    «Если бы я была Хантером, – подумала она, – куда бы я пошла?»   Четкого ответа, похоже, не было. Если бы она была Хантером, она бы захотела сдаться, потому что это помешало бы Ковену расследовать ее местонахождение и, возможно, арестовать всех в Совином Доме. И если бы она захотела сдаться, она, вероятно, нашла бы ближайших разведчиков Ковена и позволила бы им схватить ее. Но Ида никогда не сможет найти именно тех разведчиков, с которыми, возможно, разговаривал или не разговаривал Хантер (если он вообще сдался, а не просто где-то прятался), и она сомневалась, что они все еще будут слоняться поблизости. Куда они отправили Хантера? В замок Белоса? В тюрьму?   – Мне нужна подсказка, – пробормотала она, шагая по улице, – мне нужно больше информации.   – Информации? – подал голос Король, ступая за Идой по пятам. – Ты что собираешься перейти в режим гарпии и допросить разведчиков?   Ида остановилась на полушаге и обдумала сказанное, представив, как ее когти хватают каких-то незадачливых стражников. Она напрягла пальцы, позволив ногтям щелкнуть друг о друга, глядя на пустынные улицы и несколько магазинов, которые только начали открываться.   – Как бы заманчиво это ни звучало, – сказала она, наконец, – у меня есть менее рискованная идея, и отсюда идти недалеко.   «И, – подумала она, – мне действительно не помешало бы выпить».  

***

– Мы идем в бар? – спросил Король, сбитый с толку, когда они подошли к кирпичной таверне с вывеской, гласившей: «Лучшее в Боунсборо». Ида не ответила, внимательно оглядевшись. Она знала по опыту, что ранние утренние завсегдатаи в барах, как правило, представляли собой странную группу: от буйных алкоголиков, которые тратили большую часть своего времени на выпивку, до угрюмых бизнес-ведьм, надеющихся начать день с чего-нибудь крепкого перед тем, как направится на работу. Последнее, что ей хотелось сделать, это столкнуться с каким-нибудь никчемным пьяницей, ищущим неприятностей.   – Подожди здесь, Король, – приказала она, расправляя плечи, – я вернусь через минуту.   – Нет, я иду с тобой! – возразил демон. Когда она посмотрела на него, она увидела самое милое, самое умоляющее выражение лица, которое она могла только представить. Если бы Луз была там, она бы начала визжать на месте, и, к сожалению, у Иды еще не выработался иммунитет к щенячьим глазам.   – Ладно, хорошо, – уступила она, толкая двери, – но держись рядом.   Таверна была тускло освещена несколькими фонарями, но бледные лучи раннего утреннего солнца, просачивавшиеся сквозь окна со ставнями, придавали деревянному интерьеру сумрачный уют. На самом деле внутри было довольно шумно по сравнению с тихими улицами, и никто не обратил внимания на ведьму и демона, когда они проскользнули внутрь и нашли пустой стол, чтобы сесть и осмотреть помещение. Там был стол, за которым пьяно беседовали демоны, ведьма болтала с барменом, и несколько фигур без сознания валялись на стульях, но внимание Иды тут же привлекла одинокая, сидящая к ним спиной, фигура в самом конце барной стойки. Не имело значения, что она не могла видеть его лица, потому что отвратительная слизь, кружащаяся над головой, выдавала ведьму с головой.   – Что, черт возьми, во имя Титана, здесь делает Дариус Деамонн? – прошипела Ида, глядя на Главу Ковена и игнорируя вопросительный взгляд Короля. В прошлом она никогда не обращала на Дариуса особого внимания, кроме случайных воспоминаний школьных дней, но теперь при одном только виде его у нее в груди возникло неприятное чувство. Она продолжала вспоминать, как отвратительная слизь мужчины вырывала Рейна из ее рук и заключала барда в свои гротескные объятия. Она почти чувствовала, как  выскользнули пальцы Рейна, почти могла видеть легкую извиняющуюся улыбку на их лице, когда они отпустили ее.    «Ты же знаешь, я не переношу публику», – сказали они, разбивая Иде сердце, и Главе Ковена казалось, было все равно.   По крайней мере, Дариус, казалось, не обращал внимания на нежелательных зрителей, когда он взял стоявший перед ним напиток, который Ида мгновенно опознала как яблочную кровь, и выпил все одним глотком, прежде чем поставить пустой стакан на стол и резко встать. Он отошел от барной стойки, не сказав ни слова благодарности бармену, который забрал его стакан, надменно задрав нос. Ида сжала руки в кулаки, ее ногти впились в кожу и, несомненно, оставили следы, но она почти не почувствовала этого, резко вставая и смотря на удаляющуюся спину Главы Ковена.   – Мы уходим, – холодно объявила она. Король вздрогнул рядом с ней.   – Что, подожди? Что ты творишь? – прошептал он, хватая ее за край плаща, чтобы она не отодвинулась.   – Собираюсь идти за ним! – прошипела в ответ Ида. – Он работает на Императора, не так ли? Он должен что-то знать!   – Но ты не можешь просто так допросить Главу Ковена!   – Да? Просто наблюдай!   Ида плотнее закуталась в плащ и направилась к выходу достаточно быстрым шагом, чтобы не вызывать подозрений, лишь раз оглянувшись, чтобы проверить, что Король следует за ней. Убедившись в этом, она пошла еще быстрее, концентрируясь на том, чтобы просто переставлять ноги, одну за другой, приближаясь к двери, и ближе, и ближе… и натолкнулась прямо на Аладора Блайта.   Как будто ее день и так был недостаточно плох.   – Идалин, – устало проворчал мужчина, потирая плечо и осматривая стакан со алкоголем в руке, чтобы убедиться, что он не пролился. Вблизи мужчина выглядел еще более растрепанным, чем обычно, с глубокими мешками под глазами и дико нечесаными волосами, и от него пахло химикатами. Если бы Одалия увидела, в каком он состоянии, она, вероятно, упала бы в обморок на месте.   – Аладор, – возразила Ида. – Сначала Дариус, а теперь ты? Тут что счастливые часы для членов Ковена Мерзости?   Аладор даже не моргнул, его не позабавила ее маленькая шутка.    – Дариус не пьет, – сказал он. Теперь настала очередь Иды тупо смотреть на него.   – Что? Да ну, очень даже! Мы только что видели, как он пил крепкую яблочную кровь так, будто завтра не наступит!   – Ну, вы, должно быть, ошиблись, – сказал он ей. – Я знаю Дариуса много лет, и он не пьет крепкий алкоголь. Никогда не пил и никогда не будет. Теперь, на твоём месте, я бы ушел. После ареста сегодня утром было бы ошибкой беспокоить Дариуса, что, как я полагаю, ты и спешишь сделать.   «Арест?» – подумала Ида. Не может быть, чтобы это был не Хантер, а это означало… они опоздали.   Он ушел.   – Но… – начала Ида, пытаясь прийти в себя, но Аладор оборвал ее прежде, чем она успела произнести хоть слово.   – Мне нужно вернуться к работе, – пробормотал он, делая большой глоток и проходя мимо нее. – До свидания, Идалин.   Аладор поставил стакан и двинулся к выходу. Он не пожелал хотя бы кинуть на нее прощальный взгляд, но у ведьмы не хватило сил даже обидеться. Теперь были более важные вещи, о которых нужно было беспокоиться, и, судя по тому, как Король снова начал возиться со своим воротником, она была не единственной, кто волновался.   – Ты же не веришь всерьез тому, что он сказал о Главе Ковена, не так ли? – спросил он ее нерешительным голосом. Она только пожала плечами.   – О Блайте можно сказать много чего, но он не лжец, – пробормотала она. – Я не знаю, кого мы только что видели, но это был не Дариус.   – Ты не думаешь…   – В этом пазле больше кусочков, чем мы думали, – медленно произнесла Ида, задумчиво покусывая губу. В ее голове уже начали формироваться подозрения насчет самозванца Дариуса, и ни одно из них не было особенно хорошим. Как были связаны Дариус и Хантер? Где был настоящий Дариус, и имело ли это вообще какое-то значение? Почему Белос и его дурацкий Ковен не могли просто оставить их в покое?    – Пойдем домой, Король. Нам нужно многое рассказать Луз, – вздохнула она. Она не могла сдержать нотку поражения, которая прокралась в ее голос, но она старалась сохранять решимость на лице ради Короля.   «Это еще не конец, – напомнила она себе. – Мы все еще можем найти его, и мы все еще можем спасти его.   Мы должны.   Мы должны, потому что, если мы этого не сделаем, я не знаю, что мы будем делать».