Как я встретил вашу маму

Руки Антона застыли в неподвижности на напряжённом, внезапно выгнувшемся в спине теле Александрова, словно испугавшись и побоявшись идти дальше. Но такие выходки Игоря не волновали Антона от слова «совсем». Начиная от простого самодовольства, вызванного полным удовлетворением ни в одном плане не знакомого достаточно омеги, заканчивая тем, что в подавляющем большинстве случаев у Раута тоже каждый раз отравляло разум розовой дымкой и мысли отключались до самого конца их общих оргазмов. Антон бы давно перестал сомневаться в том, что случайно нашел своего истинного, если бы перестал вливать в себя портвейн как нелюдь. Сколько его у него вообще?.. Эта вторая бутылка — последняя или нет?.. Антон вслушивался в хриплое дыхание и улыбался, оглядывая яркие засосы, покрывшие кожу Игоря словно пятна на окрасе гепарда, и покрасневшие от слишком частых и старательных поцелуев губы. В нос навязчиво бился запах секса, но Антон старался его игнорировать и прислушивался лишь к аромату Игоря. Мандарины, да? Надо же. Как очаровательно и атмосферно, но совсем неудивительно, что Игоря можно легко перепутать с альфой. — Ахуеть, — рвано выдохнул Александров, видимо, наконец придя в себя, закрывая лицо руками и потирая его чтобы хоть немного взбодриться. Сонность постепенно начала заявлять о себе буквально закрывающимися на ходу глазами и желанием лечь ещё больше, хотя дальше уже некуда. — Это третий? Или четвертый?.. Антон слабо посмеялся, наклонился ближе к Игорю и чмокнул его в нос. — Зачем ты считаешь? Пятый это, — Раут погладил вновь растрепавшиеся волосы Игоря, правда, в этот раз объяснение сему феномену было в виде прошлой позы раком и Антона, который не упускал возможности вцепиться в темные пряди пальцами и который забыл после этого привести их в порядок. — Меня только на три обычно хватает, — признался Игорь и привстал на локтях, чем сразу заставил Антона отстраниться дальше. — Чё за хрень вообще? Ты хотел чтоб я сверху был, не? — Ну, да, — Раут окончательно отодвинулся от него, избавляясь от презерватива. — Но готовиться к этому долго пиздец, а отрываться от тебя не хотелось, — с паузой проговорил Антон, смущённо отводя глаза и потирая заднюю сторону шеи. Игорь хмыкнул, не веря, что он может быть настолько хорош, и тоже осторожно сел, ожидая дискомфорта в области жопы, но его на удивление не наступило. Антон посмотрел на это и самодовольно усмехнулся. Может быть, он даст Игорю понять, что тот секс, которым он занимался с другими мужчинами до него, не является самым нормальным в мире, и он больше не будет страдать от рук всяких постельных эгоистов. Антону почему-то очень не хотелось думать, что после него Александров снова пойдет развлекаться с альфами, не думающими о нём, хотя льстила мысль, что, возможно, с ними Игорь будет вспоминать его. Но лучше пусть такого вообще не будет. Антон хочет забрать его себе и держать рядом до конца жизни. Взять замуж, создать семью, нарожать детей и завести трёх хомяков, умереть в один день… Вот только сейчас пришлось выдохнуть, встать с дивана и откинуть свои больные фантазии. — Короче, — серьезно начал Антон, но забыл как дышать, когда Игорь обратил на него полный интереса и внимательности взгляд. Какие же у него красивые глаза. Какой же он весь невъебенный. Раут, наверное, мог кончить прямо в штаны просто смотря на него, если бы они на нем, мать его, были. — Я до ближайшего круглосуточного, у нас гандоны кончились. Тебе что-то нужно? Игорь показательно помотал головой. Когда Антон подошёл к одному из комодов, Александров сложил руки на спинке дивана, уложив голову поверх, и стал наблюдать за ним. — А ты не боишься меня одного оставлять? Мало ли, ограблю, — задал Игорь вопрос, прозвучавший как полнейшая чушь и бред. Ни у одного, даже самого безнравственного вора, не хватит совести чтоб после такого фантастического секса выносить что-то из квартиры. — Встань с дивана, — спустя паузу после этого вопроса попросил Антон, застегивая джинсы, и обошел диван так, чтоб стоять рядом с Игорем. — Вставай-вставай. — Можешь руку дать?.. — Нет, сам давай, — строго проговорил Антон, и на лице Александрова отразилось полное непонимание. Игорь оперся о спинку дивана и постарался встать без ничьей помощи, но это оказалось бесполезно — ноги отказывались работать, особенно на фоне того, что почти сорок минут между них в разных позах долбились выверенными, медленными, но по-приятному грубыми движениями. Антон сразу же смягчился, тепло заулыбался ему в ответ и взял за руку, помогая подняться. Вторая рука накрыла запястье Игоря точно так же, как и у клуба. — Ты даже встать без меня не можешь, какие грабежи, Господи, — более ласково проговорил он и боднул Игоря в лоб своим, вызвав и на его лице смущенную улыбку. — Не обязательно было доводить меня до сердечного приступа чтоб это доказать, — фыркнул Игорь, а Антон тем временем открыл диван, доставая ярко-желтый плед с уточками. Кто посмотрит на такие мелкие детали его жизни — не поверит, что он рокер. — Прости, — Антон вручил ему плед и, придержав за щёки, чмокнул в нос. У Игоря даже в его первом и последнем романе, случившемся ещё в школе, таких нежностей не было. — Ложись, покемарь, у меня тут все равно приключений на полчаса минимум… Не уснёшь — тут пароль от вай-фая, — он ткнул пальцем в единственную общую тетрадь, которая находилась наверху стопки нотных и была подписана его именем и надписью «самый лучший вокалист в мире»; Каждое слово этой надписи было намалевано разными почерками, потому что, видимо, все участники группы внезапно сошлись во мнении, что их вокалист крутой и заебатый. — На внутренней стороне обложки. Короче, не скучай, я пошел, — Антон напоследок погладил по голове уже укутавшегося в плед и севшего обратно на диван Игоря, попутно захватил из того же комода какую-то футболку и исчез в коридоре, оставив омегу один на один с собой и ночью. Голову моментально заполонили мысли о том, какой Антон хороший. Ласковый, заботливый, нежный, такой любвеобильный… Аж дрожь берет от воспоминаний о множестве поцелуев, оставленных на теле Игоря, и взглядах на помеченные бледными засосами запястья. Игорю захотелось быть ближе к Антону. Остаться с ним до утра, допить весь портвейн и уснуть в обнимку… Может, пригласить его завтра в кино? Ну или в ближайшее время. Побыть рядом, может быть, даже по итогу вновь привести его к себе и показать свои любимые позы из Камасутры. Но только при условии, что закончится все так же, как и хочется чтоб закончилось сегодня. Портвейн, объятия, запах дождя, окутывающий всю квартиру с ног до головы. Почему-то он чувствовался острее, чем запахи других альф в их жилищах. Игорь снова начал думать о том, что Антон, возможно, его истинный, но не успел додумать, потому что голова отключилась вместе с мыслями и сознанием, и навстречу Игорю вышел спокойный и крепкий сон. Однако спустя время он проснулся вовсе не от ласковых рук Антона и даже не от простого шума где-то в квартире. На телефон, лежащий в кармане где-то валяющихся джинс, начали поступать тонны сообщений. А и без того противный звук вибрации становился ещё противнее из-за того, что гаджет по чистой случайности лежал на цепях ремня. Игорь глухо выругался и накрыл голову подушкой, но только после этого осознал, что если Музыченко не ответить, то тот сорвётся и пойдет заявлять на Антона хоть прямо сейчас. Правда, когда Игорь открыл глаза и подскочил на диване, перед ним как ни в чем не бывало стоял сам хозяин квартиры и протягивал ему продолжающий вибрировать телефон. Вот хоть щас в жопу суй и кайфуй. — Спасибо, — Александров приулыбнулся, и вокалист ответил тем же самым, правда, ещё и потрепав по волосам, а после сел рядом с Игорем. Музычечечечеченко: Ты жив? 1:09 Здоров? 1:10 Домой вернулся? 1:10 Зашёл? 1:10 Спишь? 1:10 Ничего не болит? 1:10 Ничем не накачали? 1:10 Как себя чувствуешь? 1:10 После травы нормально? 1:10 Игорь невольно улыбнулся. Какой же Юра паникёр. С ним ни одна учебная эвакуация в школе не проходила нормально, он весь ходил как на иголках и боялся каждого шороха, даже если по жизни был человеком позитивным и всегда навеселе. Взгляд Раута так и тянулся заглянуть в экран, но он постарался воздержаться, полулёг за спиной у Игоря и потянулся к столику, забирая с него бутылку и по неосторожности задев тут же разлетевшиеся по столу тетради и вместе с ними что-то шуршащее.

Вы:

Не поверишь, но у меня даже жопа не болит

1:10

Музычечечечеченко: Вот это да 1:10 Так чё, дома ты или нет? 1:11

Вы:

Пока нет

1:11

Музычечечечеченко: У панка этого тусуешься? 1:11 Тем, что ранее упало с шуршанием, Игорю ткнули в плечо. Он повернулся на Антона и сразу же расплылся в умиленной улыбке, потому что ткнули в него булочкой с маком. — Прости, если ты следишь за фигурой, я не смог придумать ничего лу… — начал было Антон, но его оборвали резким поцелуем. — Женись на мне, — выпалил Игорь в ответ, но от Антона услышал только смех и среди него счастливое «женюсь». Игорю тоже стало смешно от факта, что за еду он готов отдаться и в мужья, и в рабство, и в руки дьявола. — Я же все равно тебя до потери пульса любить буду. Со всеми мужиками о тебе вспоминать. Пока не добьюсь. Игорь улёгся на плече у выпрямившегося Антона, продолжая кутаться в плед. — А фигура это… бля, забей, — он усмехнулся, вскрывая упаковку, и, кажется, совсем забыл про волнующегося о нем где-то там друга. — Мы все равно сейчас вместе сожжем больше калорий, чем я съем… секс — это же тоже нагрузки. — Пиздец, а то я думаю чё Тёма у меня такой широкий, а ему просто на даёт никто, — усмехнулся Антон и поймал на себе вопросительный взгляд Игоря, уже вцепившегося зубами в булку. — Тёма — басист наш. Я тебя со всеми познакомлю как-нибудь. Если уж жениться придется, — он приулыбнулся и чмокнул его в нос, как будто других мест для этого не было. Рука Антона прошлась по щеке к шее Игоря, и тот без труда углядел в этом эротический посыл, особенно когда пальцы задели кожу вблизи и на брачной железе, прогоняя по телу дрожь и неумолимое желание отозваться на это касание стоном. Игорю надо что-то делать со своей чувствительностью, это не нормально. Он задрал голову и посмотрел на Антона совсем одурманенным взглядом. — Может, ты в душ пока сходишь? К пассивной роли ж готовиться надо… Антон вновь улыбнулся и провел по волосам Игоря, искренне не понимая, как можно выглядеть и звучать так горячо, когда ты находишься под долбаным жёлтым пледом с уточками и с булкой в руках. Хотя от осознания только того, что помимо этого пледа на Игоре ничего нет, в трусах снова почувствовалось напряжение. — Я сходил уже, пока ты спал. — Ты ахуенный, ты знаешь? — Александров кое-как потянулся к нему просто ради того, чтоб побыть ближе. А может и для того, чтоб поцеловать, но одумавшись в самый последний момент. — А сколько я спал? — Час, наверное. Игорь нахмурил брови, но не успел возмутиться что его не разбудили раньше, ведь поток мыслей перебил вновь завибрировавший телефон. Музычечечечеченко: Блять, тебя там заживо сожрали только что или чё? ответить можно???? 1:13

Вы:

Не

1:13

Меня тут наоборот кормят ╥⁠﹏⁠╥♡

1:13

Музычечечечеченко: А, ну, зная тебя, это сразу свадьба 1:13 Выкуп невесты будет, не? 1:13

Вы:

Хз, не обсуждали ещё)

1:13

Но я уже люблю его походу аа

1:14

А ещё мне кажется что он мой истинный

1:14

Музычечечечеченко: Ну нихуя себе заявы 1:14 Ты чо угараешь 1:14 Не хочешь это обсудить вживую, не?? 1:14 Завтра, например? 1:14

Вы:

Хз, как карты лягут

1:14

Вряд ли я вообще завтра на ноги встану аххах

1:15

Антон осторожно выудил из рук Александрова телефон, сразу же нажав на кнопку отключения питания дабы не палить чужие переписки, и отложил его подальше. Игорь вновь посмотрел на него с немым вопросом и возмущением, но вслух говорить ничего не стал. Особенно когда сердце в груди ёкнуло от очередного нежного и долгого поцелуя. — В какой позе предпочтете-с? Игорь довольно улыбнулся и кинул пустую упаковку на столик, занимая уже более приемлемое положение на диване. Плед, естественно, сполз, оголяя ужасно красивое тело с ужасно красиво смотрящимися метками альфы на нем. — Ты прям даже растянут и ко всему готов? — зачем-то уточнил Игорь, а Антон в ответ покивал, подползая к нему ближе и оглаживая внутреннюю сторону бедра. Правда, сразу после того, как дошел до линии пледа, совершенно по-предательски скрывающего главные прелести тела Александрова, Антон вновь оказался на лопатках, а Игорь — над ним сверху. Ноги Раута ещё через пару мгновений оказались бесстыже разведены в стороны, а ладони Игоря нашлись между ними, облапывающими член и задницу Антона сквозь белье так, как это мог бы делать только слепой. Альфа тихо всхлипнул, подаваясь навстречу даже таким унизительным для его пола прикосновениям, и вжался задом в член Игоря. Из груди вырвалось только нечленораздельное мычание, полное разврата и удовлетворения такими простыми действиями. Игорь довольно ухмыльнулся, воображая, в каком количестве в Антоне кипит желание, если он так реагирует даже на два-три прикосновения. Но не стал его мучить, попросил перевернуться на живот и склонился сверху, целуя широкие плечи и шею. — Есть чем смазать? Ещё раз. — Ты моей жопе не доверяешь? Не бойся, она не кусается, — засмеялся Антон, но вскоре посерьёзнел. — На столе возьми. Игорь поблагодарил его и послушно отстранился к столу, одной рукой зачем-то придерживая Антона за талию, как будто он мог и хотел убегать. Правда, затем вторая рука все же понадобилась, чтоб размазать по пальцам лубрикант. Вот только он в самый ответственный момент сделал «тёх» и послал весь мир в жопу, в которых сам бывал еженедельно. — Пиздец, — выдохнул Антон, когда ему об этом сообщили. — Ну тогда на комоде там возьми крем для рук. Он все равно недавно из срока годности вышел, кажется. — Игорь выгнул бровь, не понимая, нахер в такой холостяцкой халупе, как раутова, крем для рук. — Не смотри на меня так. Друг один подогнал, потому что посчитал что у меня слишком сухие руки, пх, — он прыснул, вспоминая тот странный разговор с другом, а после перешел на слегка раздраженный тон. — Мы ебаться сегодня будем? Или ты будешь просто смотреть на меня? — Ты красивый. — Сам знаю. Игорь все же встал и подошёл к двум вставшим в ряд одинаковым комодам, а, может, это был один, но очень странного плана. Без всякого труда он отыскал взглядом жёлтый пластиковый флакон такой странной формы, что он вполне мог бы заменить собой дилдо. Правда, достаточно маленький. Но для миниатюрных омег, к которым Игорь конечно же не относился, наверное, подойдёт. Антон вытащил из-под собственного живота подушку и подмял под себя заново, но уже в районе груди. Сделал он это лишь для того, чтоб улечься и с комфортом принимать любые издевательства над своей жопой. Правда, к тому, что, когда Игорь вернётся к нему на диван, его внезапно лизнут в районе поясницы, он не был готов. — Э, ты чё делаешь? Бля-ять, только посмей, — заныл Антон, но, противоположно его ожиданиям и к его же великой радости, Игорь проложил мокрую дорожку вверх вдоль четко вырисовывающегося среди мышц позвоночника. Пометил слюной и шею, и после тихого страдальческого стона остался там же. — Пиздец, я себя котёнком чувствую… которого мать-кошка решила в порядок привести. Игорь заулыбался и склонился к его уху, попутно вскрывая ярко-желтый флакон. Пальцы сразу же оказались измазаны в креме странного и немного отталкивающего бледно-желтого цвета. — Может, помурлычишь для меня тогда, котенок? Антон под ним тихо скульнул, когда в него проникли сразу двумя пальцами, понимая, что церемониться все равно бесполезно. Антон готов, к нему вообще можно было бы в жопу руками не лезть, если бы не отсутствие какой-либо смазки непосредственно в ней. — Я с тобой обошёлся без странных фетишей, — напомнил Антон, посмеиваясь, но вновь выгнулся в спине и негромко застонал, когда чужие пальцы толкнулись в колечко мышц по самое основание третьей фаланги. Игорь довольно выдохнул и слегка прикусил Антона за хрящ уха, тогда как он в ответ на его действия только сильнее подставил задницу. — Это не фетиш. Я впервые об этом прошу кого-либо. Пальцы толкнулись ещё пару раз, но затем Игорь вынул их и заново взял в руки флакон, в этот раз размазывая его содержимое по собственному члену, уже скованному в латексной «тюрьме» презерватива. — Осторожнее, блять, я давно снизу не был, — зарычал Антон, но с полным удовольствием от происходящего закатил глаза и самостоятельно насадился глубже на член Игоря. Пришлось даже оторвать таз от дивана, на что моментально ответила напряжённой болью спина в области все той же поясницы. Игорю пришлось взять Тошу за основание бедер, иначе бы он точно скоро свалился обратно, на свое законное положение, и не выебывался попытками поучаствовать в процессе. Первые толчки оказались лёгкими и медленными. Жопа Антона, конечно, периодически отзывалась негативно из-за одного лишь недостатка смазки, но на этой легко устраняемой проблеме все и кончилось. Раут даже не стал сопротивляться против этой унизительной поддержки, как будто бы он сам не смог так продержаться, и молча спихнул всё ту же подушку в район жопы, надеясь немного облегчить Игорю жизнь. Особенно когда тот и сам не очень-то держался на ногах, а во все ещё не сжавшемся до обычного размера сфинктере чувствовалось тянущее чувство пустоты. Плоть Антона, казалось, сошлась вокруг члена Игоря очень узким кольцом, едва лишь он совсем немного ускорил темп. Но это не мешало двигаться так же плавно и нежно, как будто трахает Игорь сплошную кучу слизи и непонятной жижи вместо вполне твердого и не настолько влажного Раута. Вообще-то, в позиции актива Игорю редко когда хотелось обходиться с партнёром настолько же бережно и аккуратно. Все же они сами не всегда оправдывали даже и без того сильно заниженных ожиданий Игоря. Но Антон заслужил это сам, своим непосильным трудом и удивительным терпением. Ну кто ещё мог полчаса подряд его тупо целовать и лапать? Никто. Всем лишь бы быстрее задействовать члены, как будто для полного удовлетворения омегам только это и нужно. …Хотя раньше Игорю и вправду хватало только этого. Но только потому, что он не знал, что бывает по-другому. Так бережно и медленно, что до сих пор бегут мурашки при мыслях о влажных поцелуях и засосах, оставленных на теле Игоря буквально повсюду. Сердце в груди пропускало удары с каждым редким наслажденным стоном, а глаза ни в какую не хотели отлипать от расстелившегося словно покрывало по дивану Раута, скулящего себе под нос имя Александрова и цепляющегося одной ладонью в ладонь омеги, все ещё лежащую на бедре. Только потом Игорь подумал, что можно опереться руками рядом с плечами Антона и открыть больше возможностей для ласк, а ему дать лечь на диван нормально. Потому что Игорь был уверен, что поясница у него скоро начнёт болеть, и даже после такой буквально дышащей нежностью ночи никто из них не уйдет с этого дивана без микротравм. Язык Игоря вновь прошёлся по задней стороне шеи Антона, а затем по тому же месту пару раз прошлись и губы. От таких простых действий Раут весь покрылся мурашками, и это хорошо чувствовалось даже простыми прикосновениями к талии и спине. Его узкое нутро, даже не смотря на всю тесноту, принимало член чуть ли не с достоинством и честью, настолько хорошо было внутри Антона. От удовольствия хотелось рычать, что испокон веков являлось вовсе несвойственным для омег звуком, но желание и короткие моменты, когда оно приходило в действие, сразу же прерывались стонами и скулежом. — Блять, дай на колени встать, ты тяжёлый пиздец, — слабо посмеялся Антон, стараясь не задеть внутреннего достоинства Игоря. Как только Александров вышел, хотя искреннее не желал покидать теплое тело, Антон действительно поднялся на колени, при этом неприлично профессионально и умело прогибая спину. Игорь такое только в порно видел. У него и самого получалось так через раз… Так вид был явно лучше. Начиная от совершенно бесстыже подставленного чужому взору и пользованию зада, заканчивая напряжённо вцепившемися в обивку пальцами. Антон тихо охнул, ложась щекой на диван, едва вновь почувствовал, как в расслабленное кольцо мышц упирается головка чужого члена. Руки сразу же сползли к собственному, но сначала Игорь дисквалифицировал из этой игры правую, заломав ее за спину Антону, а затем и левую, поступив с ней точно так же. Выглядело это ещё лучше. Настолько лучше, что Игорь потянулся к телефону, дабы запечатлеть настолько животрепещущий кадр. — Блять, сольешь куда-нибудь — убью, — угрожающим тоном проговорил Антон, но с первым же резким толчком, повлекшим за собой характерный шлепок тела о тело, буквально вскрикнул, явно разбудив всех соседей. Вряд ли в этом доме хорошая шумоизоляция. Следующее движение вновь сопроводилось громким стоном, ну а после него Антон наконец смог заставить себя замолчать, правда, страшно искусав губы и внутреннюю поверхность щёк. — Тох, расслабься, туго идет пиздец. — Как я тебе тут расслаблюсь, если мне устроили внеплановую фотосессию?! — воскликнул Антон, но, почувствовав полную остановку действий, стушевался и весь сжался, бурча куда-то себе под нос и в диван. — Скажи что-нибудь грязное… Игорь усмехнулся, но уже намного осторожнее двинул бедрами, выходя из Антона и заново вгоняя член по самые яйца. — А что ты хочешь услышать? Хочешь, чтоб я назвал тебя сучкой? — тон стал заметно ниже и от того настолько чувственней и интимней. Антону сквозь собственное шумное дыхание пришлось вслушиваться в негромкие слова. — Или как я буду дрочить на твои фотки? Думаю, мощнее я кончу только здесь и сейчас. С тобой… Я начинаю верить, что ты колдун, — телефон лег на плоскую спинку дивана, а освободившаяся ладонь прошлась по белым ягодицам, сжимая одну из них и слегка оттягивая в сторону. — Простым людям нельзя иметь такую фантастическую жопу и хуй… Ты бы много зарабатывал в порно, думаю, ролики с тобой стали бы моими любимыми. Видеть, как ты ебешь другого омегу, и представлять на его месте себя… Трахать себя ебаным резиновым хуем и думать о твоём… Довольно мило, правда? Этим я и буду заниматься, пересматривая твои фотки. Было бы неплохо выпросить и у тебя пару нюдсов. Антон под ним что-то тихо простонал, покачивая бедрами в такт приобретшим стабильный ритм движениям Игоря. Входилось намного легче, а ещё член Антона, кажется, начал течь. Смазка пару раз капнула на горчично-оранжевую обивку, но дела до этого не было. Волновали только размеренные и достаточно быстрые движения, испробованные под разными углами в целях обнаружить простату. Голос Игоря отдавался в барабанных перепонках по-настоящему приятными вибрациями. Особенно когда он начал срываться и подрагивать от удовольствия. Антону хотелось слушать его вечно, чтобы Игорь говорил с ним без остановок, всякую хрень и полную чушь, просто чтобы говорил. Такой красивый у него голос, такой чувственный, когда оканчивается стонами и довольными вздохами. — Отпусти руки, пожалуйста… — заскулил Антон, перебивая поток слов Александрова. — Больно? — Нет, — выдохнул альфа, но только после этого сообразил, что лучше было соврать. — У меня член щас взорвется. Кончить хочу пиздец… Дай, пожалуйста? Игорь улыбнулся и погладил его запястье, конечно же, отказав в такой простой просьбе. Антон возмущённо замычал, но решения Александрова это не изменило. Движения стали жёстче и на порядок быстрее, хотя Игорь честно старался себя контролировать и не превращать этот акт любви для Антоши в ад. Грязные слова давно перестали звучать, но член в себя Антон принимал все так же легко и покладисто. Игорь слабо посмеялся с того, насколько это мило, но несколько раз подряд толкнулся с особой грубостью, какую можно увидеть только у предчувствующего скорый оргазм человека. Антон — чудо, а не альфа, причем во всех аспектах. Рука Игоря сползла со скрещенных за спиной рук Антона на массивный, чуть ли не до отказа набухший кровью член. Кроме того, ещё и очень чувствительный, раз с первым же прикосновением к стволу Антон вновь закатил глаза и толкнулся в чужую ладонь. Ради простого интереса Игорь поднялся и потёр головку, на что Раут накрыл его руку своей и отозвался с таким удовольствием и любовью в тоне, что омега просто-напросто кончил. С Антоном спустя три движения вдоль ствола произошло буквально то же самое. Диван снова оказался осквернен слишком любвеобильной парочкой. — Это было ахуенно. — Это есть ахуенно, Антош, — поправил его Игорь, как только Антон устало сполз с его члена и перевернулся на спину, глядя в потолок. — Хочу тебя ещё раз. Можно? — Даже не спрашивай, просто бери, — засмеялся Антон, и смех стал громче сразу, как Игорь вновь пристроился к нему между ног. — Только дай поссать схожу. А то случайно сквиртану тебе тут, — со смехом он поставил ноги на пол и кое-как сел. В голове метнулась мысль о том, как Игорь постарался обеспечить его ерзаньем на стульях во всех направлениях. Но вместе с тем на душе стало легко и прекрасно. Он нашел человека, с которым ему комфортно трахаться и кому хочется подставлять свою жопу безо всяких причин и пререканий.

-

Антон держал одну руку на коленке Александрова, а вторую — на руле своей Мазды. Отпускать его не хотелось. Даже домой. Даже в своей куртке, чтобы быть уверенным, что Игорь обязательно пойдет её отдавать и это станет поводом для новой встречи. Игорь долго пялился за окно, не зная, куда деть руки и взгляд. Его нервозность явно рисовала то, как хреново Игорю стало с наступлением ломки. Антон сжал зубы и вспомнил, что хотел прочитать ему целую ебучую лекцию о вреде наркотиков, но тупо забыл за несколькими часами секса и игр где-то под утро. — У тебя есть чего покурить? — в итоге страдальчески выдал Игорь, запрокидывая голову и наклоняя её в сторону Антона. Тот посмотрел на него с не самым сложным вопросом. — Блять, сигареты. Обычные. — Только электронка, — ответил он, отстранив руку от его колена и потянувшись к карману своей толстовки. Между длинных пальцев испаритель выглядел довольно комично и почти что по-детски, чуть ли не как игрушечный. Готовить детей к взрослой жизни, хах... — А я думал электронки это по-пидорски, — заулыбался Игорь, забирая испаритель у Антона, сразу же затягиваясь и с каким-то особым удовольствием выдыхая белый плотный пар. Даже если уровень никотина в крови и счастье в жизни это особо не повысило и больше смахивало на аддикцию. — А в жопу ебаться — не по-пидорски? — ответил вопросом Антон, точно так же улыбнувшись во все тридцать два и оголяя белые клыки. Ему с трудом удавалось держать взгляд на дороге, а не на том, как бережно и надолго Игорь принимает электронку в рот и как расслабленно на выдохе произносит «тоже верно». — А ты знаешь что курящие люди подсознательно любят сосать члены? Игорь переглянулся с Антоном, словно напоминая взглядом, у кого именно он позаимствовал никотин, и по чистой случайности рассмеялся синхронно с ним. — Ага, слышал. А ещё омеги плохо водят машины, потому что подсознательно представляют вместо руля член, — проинформировал Антона Игорь, на что тот рассмеялся ещё громче. — Что за пиздец, почему такой кривой, — Антон смеялся ровно до тех пор, пока в объектив зрения снова не попало то, как Александров затягивается. Слишком медленно, осторожно и возбуждающе. А может, это Антон поехал крышей, находит эротический подтекст везде и сексуализирует все, что видит. Несколько минут дороги прошли в молчании. Запах никотина перебивал естественный запах Игоря, и Антон внутренне ругался на себя за то, что решил удовлетворить эту потребность Игоря. Хотя то, что омега вновь остался доволен им, несомненно льстило. — Как думаешь, а на заднем сиденье мы вдвоем поместимся? — ненавязчивым тоном внезапно разрезал тишину Игорь. — Не знаю, тесно будет, наверное, — пожал плечами Антон и на мгновение повернул голову на него, стараясь не акцентировать внимания на испарителе, — а что? Александров поджал губы и опустил голову: «Да так, просто, интересно». Пальцы Антона вновь легли на его ногу, но скользнули дальше коленной чашечки и остановились на середине бедра, не зная наверняка, как Игорь отреагирует на очередные ласки. — Ты хочешь потрахаться у меня в машине? Снова? — спросил Антон, продолжая смотреть на дорогу, но боковым зрением следя за реакцией Игоря. — Ну, да… Знаешь, всегда хотел попробовать что-то экзотическое. Только никого не удаётся уговорить. Раут облизнул губы, и Игорь не смог пропустить этот незначительный жест мимо глаз. Антон такой секс, что уже и непонятно, в какой момент он заигрывает, а в какой ведет себя абсолютно серьезно. — Куда сворачивать? — спросил Антон, убивая все надежды Игоря, хотя он, в общем-то, их и не возлагал. Должен же был Антон запретить ему хоть что-то этой ночью… вернее, днём. Александров ответил чем-то простым и обыденным, но не мог оторвать взгляда от все же лежащей на его ноге руки Антона. — У вас там утром много детей в школу выходит? У меня стекла тонированы через жопу. — Сейчас август, Антон, — напомнил Игорь и почувствовал, как в предвкушении задрожал его голос. — Дети ещё на каникулах. А у меня во дворе тем более одни деды и студенты живут. — Ахуенно, — Антон довольно оскалился, заезжая на первое же свободное место во дворе совковой разваливающейся общаги-муравейника. Даже не студенческой. — Значит ты мой ещё минут на десять. Вылезай давай и прыгай назад. Игорь улыбнулся во все тридцать два, буквально засиял и притянул Антона к себе, целуя быстро, мокро и до опиздения благодарно. Антон ещё секунды две не мог отойти от поцелуя и влюбленно улыбался. Найти омегу с таким же бешеным либидо и схожими вкусами в постели и интересах — удача вселенского, мать её, масштаба. И этой удачей обладает именно Антон, прямо сейчас отыскивающий в бардачке коробку презервативов и готовый отбить все локти, колени и затылок о составляющие салона Мазды.